Никогда не забывай

Пять лет назад. После того, как они вернулись с той памятной прогулки по Хафель, Арне виделся с Элдриком каждый день. Они встречались после пар, подолгу гуляли в парке, сидели в недорогих кафе. Болтали обо всем. С Элдриком ему было интересно и легко. Арне смотрел на него и не мог насмотреться. Что-то обрывалось в груди и наполняло неведомыми раньше чувствами: от неловких объятий, от нетерпеливых поцелуев в темных переулках, чтобы скрыться от посторонних глаз, от самого Элдрика. В один момент он хотел его, как сумасшедший, а в другой тормозил себя, не желая торопиться. Мысли в голове скакали, как блохи, шарахаясь из крайности в крайность, заставляя тело совершать нелепые движения. Арне постоянно подвисал, проваливаясь из реальности в свои мечты. На занятиях был невнимателен, за что получал замечания от преподавателей. При мыслях об Элдрике на лице постоянно расплывалась глупая улыбка, и он ничего не мог с этим поделать. Он влюбился. Отношения стали полной неожиданностью для них обоих. Арне, хоть и не имел в прошлом связей больше чем на пару ночей, все же был геем, а вот Элдрик до этого встречался только с девушками. Но их так сильно тянуло друг к другу, что на такой мелочи внимание не заострялось. Они просто делали то, что им нравилось. Элдрик же вообще плохо понимал, что происходит. Начиная этот фарс с вполне определенной целью, он как-то не рассчитывал на такую реакцию со своей стороны. Арне понравился ему. Действительно понравился. Он был добрый и отзывчивый, энергичный и смешной. Элдрик замечал, что и сам раскрывается в его обществе, становится собой — без масок, без барьеров и лицемерия. И еще вполне отчетливо осознавал, что Арне притягивает его не только как хороший человек, с которым интересно общаться, но и как любовник, которого хочется. Иной раз до дрожи хочется. Поцелуи Арне зажигали в нем пожар, какой ни одной девчонке еще разжечь не удавалось. И это пугало. Хотелось продолжения, хотелось большего, но страшно было до усрачки. А что дальше-то? Он же имел на Арне совсем не романтичные планы. Он использовать его хотел. А теперь тянул время. Не мог решиться, потому что искренне привязался к этому человеку. Арне был с ним открытым. Таким настоящим, что дыхание перехватывало. Все знакомые Элдрика теперь казались ему просто лицемерами. Актерами погорелого театра. Хотя лицемером был сам Элдрик, а актером был Арне. Но с ним он не играл, оставаясь ярким, немного наивным и таким притягательным парнем. Но нелегкое решение Элдрику принимать, все же, пришлось. В последний день мая они сидели на веранде небольшого кафе, недалеко от общежития Элдрика. Пили кофе со штруделем, наслаждаясь хорошей погодой и обществом друг друга. Арне рассказывал о съемках сериала, что должны были начаться в следующем месяце. В красках обрисовывал свою маленькую роль. Так непосредственно и с юмором, что Элдрик не мог сдержать смех. Рядом сновала официантка, протирая соседние столы, расставляя цветы и салфетки. Кроме них в кафе никого не было. Звякнул телефон, оповещая о входящем сообщении. Элдрик машинально вытащил его из кармана, проводя пальцем по экрану блокировки. Он продолжал улыбаться, кивая Арне на его речь, но когда перевел взгляд на сообщение, улыбка медленно сползла с его лица. «Часики тикают. Тик-так» — значилось в нем. А следом прилетела фотография. На ней его сестра на фоне школьных ворот, ярко украшенных по случаю завершения учебного года, весело болтала с подружками. Ему напоминали, что время почти вышло. — Что-то случилось? — Арне обеспокоенно посмотрел на Элдрика, прервав свой рассказ. — Ты побледнел. Сердце бухало, как колокол в вязкой трясине. У Элдрика затряслись руки, а в горле собрался неприятный горький ком. Сейчас или никогда. Сейчас или… Ну, давай, решайся. И он решился. Бросился словно в омут с головой. — Да так, достал один придурок, — хрипло выговорил Элдрик, пряча телефон в карман, стараясь скрыть дрожащие руки. — Домогается, проходу не дает. Заметив, как недобро засверкали глаза Арне, Элдрик судорожно выдохнул. Он давно заготовил легенду, знал, что не оставит Арне равнодушным. Решил сыграть на его ревности, симпатии и желании помочь. — Хочешь, я поговорю с ним? — ожидаемо отозвался Арне и рефлекторно сжал лежащую на столе руку в кулак. — Я умею быть убедительным. — Неа, не поможет. Мои друзья пытались. Этот хрен богатенький нанял каких-то мордоворотов, их выловили по одному и избили. Я не хочу, чтоб и тебя тоже… Не хочу подвергать тебя опасности. — Элдрик кусал губы, что со стороны смотрелось, как крайняя степень волнения. — Может, тогда в полицию обратиться? — Арне не на шутку встревожился. Он и раньше замечал, что Элдрика что-то волновало, но не думал, что его домогается какой-то урод. — Не, с полицией точно не вариант. Ему предъявить нечего, он же не насиловал меня. Пока… — добавил Элдрик еле слышно и опустил глаза. — И что теперь — ждать, пока изнасилует?! — Арне схватил Элдрика за руку и потянул на себя. — Надо что-нибудь придумать. Нельзя все так оставлять. — Мы придумали, — все так же тихо ответил тот. — Воплотить только никак не получается. Понимаешь, — воодушевленно продолжил Элдрик. — Этот парень — избалованный придурок, который считает, что ему все позволено. У него папаша известный коллекционер. Богатый. Там такие деньги крутятся, что нам и не снилось. Однажды, когда он в очередной раз поджидал меня возле университета, я услышал, как они с ним ругаются по телефону. Папаша его так орал в трубку, что было слышно на всю улицу. Так вот, сынок, похоже, что-то утащил из дома и продал втихую от родителя. И тот пообещал — еще одна такая выходка, и он отправит своего любимого сыночку в Америку лет на пять, для дальнейшего обучения, — Элдрик перевел дыхание, делая глоток остывшего кофе. Осталось преподнести самую сложную часть легенды. — У них в доме полно произведений искусства. В том числе и картин. Я там был один раз, когда еще думал, что он нормальный пацан. Вот мы с ребятами и придумали, как можно все обыграть. Если незаметно подменить одну из картин, переодевшись в шмотки этого парня, то папаша по записям с видеокамер поймет, что это сделал сыночек, и ушлет его подальше. А я смогу свободно вздохнуть. Только проблема в том, что ни я, ни мои друзья попасть к нему в дом не можем. Всех моих друзей он видел. А я… – Элдрик вздохнул. — Я могу, конечно, только чем это для меня обернется — вопрос. Поэтому все у нас и осталось на стадии плана. Некому его исполнить. — Я бы мог, наверное, помочь, — Арне задумался. — Только вот ты не думаешь, что воровать дорогие картины — это как-то… — Нет-нет, — быстро заговорил Элдрик, стараясь развеять создавшееся у Арне впечатление. — Мы не собирались брать дорогущие картины. Это слишком. В кабинете у них висит Утро в горах Каспара, она не очень популярная и недорогая, — он понадеялся, что Арне не разбирается в художественных произведениях, и не прогадал. — Я смогу ее нарисовать так, что с первого взгляда будет не отличить от оригинала. Да и потом мы все равно собирались вернуть картину. Подбросили бы как-нибудь. Мы же не воры. Арне сомневался. С одной стороны он очень хотел помочь Элдрику, попавшему в неприятную ситуацию. Он знал таких людей, как этот сынок коллекционера. Таким невозможно что-либо втолковать. Действительно было бы проще, если бы он просто уехал. Но сам план выглядел как-то не очень… Арне не нравилось в нем абсолютно все, но другого у Элдрика в наличии не было. Элдрик сидел, опустив голову, и нервно мял в руках салфетку. Казалось, что он уже сожалеет о том, что рассказал все Арне. Выглядел он жалко. Коснувшись пальцами подбородка Элдрика, Арне приподнял его голову и заглянул в глаза, которые сейчас напоминали штормовое небо. Его так хотелось защитить. Показать насколько он значим для Арне. Разве сможет он оставить человека, который стал ему так дорог, в такой сложной ситуации? Кто как не он должен ему помочь? Ведь они же встречаются. — Я сделаю это, — решительно сказал Арне, нежно погладив пальцем по щеке. — Мне только нужно, чтобы ты рассказал все, что знаешь об этом человеке. Как его зовут, где он бывает, какие у него интересы и все остальное. Я же должен с ним как-то познакомиться, заинтересовать его, чтобы у него возникло желание со мной общаться. Чем больше у меня будет информации, тем лучше. Элдрик сильнее прильнул к его руке, посмотрев на Арне сияющими влюбленными глазами, и улыбнулся. У Арне сердце снова сделало кульбит. Если эта чертова эльфийская куколка всегда будет так на него смотреть, то он готов все звезды с неба ему посдергивать. Никому его не отдаст, тем более какому-то богатому зарвавшемуся говнюку. Согласиться на такую авантюру было сложно, но, приняв окончательное решение, Арне больше не сомневался. Он сделает это для Элдрика. — Его зовут Кристоф Нисс, — проговорил Элдрик, прочистив саднящее от эмоций горло, — девятнадцать лет. Предпочитает как девушек, так и парней, — Элдрик пренебрежительно фыркнул. — Вроде он начинающая модель, я точно не знаю. Я мало с ним общался. Он как-то резко меня осаждать принялся, весь интерес пропал, — он снова насупился, уставившись в стол. — У меня есть знакомый, который с ним довольно близок, я постараюсь его расспросить. — Только осторожно, не нужно привлекать лишнее внимание. Где он чаще всего появляется, знаешь? — Он в Матриксе тусуется. Я с ним как раз там познакомился. Но ко мне он сам подошел. Я слышал, всех, кто подваливает к нему, он отшивает. Ненавидит типа нищебродов. Жуткий сноб. — Понятно, — Арне задумчиво повертел в руках пустую чашку. — Ладно, что-нибудь придумаем. Расплатившись, они покинули кафе и направились в сторону общежития. По дороге Элдрик затащил Арне в глухой тупик и прижался к нему всем телом. Его ощутимо трясло. — Ты же будешь осторожен, правда? Я не хочу, чтобы с тобой что-нибудь случилось. Арне погладил его по волосам и уткнулся носом в бьющуюся на шее жилку. — Все будет хорошо, не переживай, — обнял его покрепче. — Мы уделаем этого говнюка, вот увидишь. Они еще долго стояли в том узком переулке, почти стиснутые стенами старых кирпичных домов. Обнимались, обмениваясь нежными поцелуями, и наслаждались возможностью побыть только вдвоем. Арне чувствовал себя счастливым. Но беспокойство о предстоящем деле навязчивым червяком все равно подтачивало его изнутри. Не так-то и легко было отмахнуться от мрачно-гнетущего предчувствия чего-то грандиозного и неотвратимого, как бы Арне ни задвигал его поглубже. В субботу он отправился в Матрикс. Этот клуб не был ни элитным, ни закрытым. В нем свободно могли тусоваться как простые студенты, так и детки богатых родителей. Но Арне все равно предпочел приодеться. Благо в гардеробе нашлась пара брендовых шмоток. Памятуя о том, что сказал ему Элдрик о снобизме парня, с которым ему предстояло познакомиться и подружиться, Арне предпочел учесть все. Через день после разговора в кафе Элдрик скинул ему на телефон всю информацию, что удалось узнать о Кристофе Ниссе, и его фото. Арне долго разглядывал парня, что смотрел на него с открывшейся фотографии. Красивый, зараза. Может, еще пару недель назад он бы и приударил за ним всерьез, но сейчас он вызывал в нем лишь глухое раздражение. Из-за Элдрика. Хотелось поскорее закончить со всем этим дерьмом и наслаждаться счастьем со своей куколкой. Заняться с ним сексом, наконец. Надоело по подворотням жаться. Взрослые же вроде, а все как подростки довольствуются тайком украденными поцелуями. Народу в клубе было не протолкнуться. Из колонок гремела музыка, закладывая уши. Продираясь сквозь толпу к бару, Арне чувствовал себя в аквариуме, полном карпов. На него наскочил какой-то пацан с зажатой в руке бутылкой пива, пьяно пробормотав извинения, отшатнулся в сторону. Вокруг колыхалось людское море, дергаясь в ритме депрессивного техно. Молодежь уже поднабралась. Арне специально не стал заявляться к началу тусовки. В одиннадцать было идеальное время, и нужная кондиция у гуляющих уже наступила. Приземлившись у бара на так удачно освободившийся стул, он заказал себе виски со льдом и огляделся. Найти в таком хаосе одного-единственного человека было почти непосильной задачей. Но Арне и не надеялся, что сегодня у него что-нибудь получится. Он решил просто провести разведку. Рядом две пьяные блондинки о чем-то громко спорили. Из-за оглушающей музыки до Арне долетали лишь обрывки слов. Да он особо и не вслушивался. Бармен о чем-то трепался с маленьким лысым мужичком, что сидел от Арне через пару стульев, и выполнять заказ не спешил. Он уже было хотел возмутиться, но тут услышал от одной из девиц знакомое имя. Придвинувшись чуть ближе, Арне прислушался к разговору. — …Кристоф козел! — возмущалась блондинка, у которой волосы были покороче. — Он отшил меня прямо при всех. — Так он здесь? — у второй блондинки загорелись глаза. — Конечно, он каждые выходные здесь, — девушка нервно прикурила сигарету. — Я думала, что он со мной сегодня будет, а он… — она глубоко затянулась. — И ведь сам же подкатил, мудак! — Так пойдем, выясним, чего ему не понравилось, — подруга подхватила ее под локоток, намереваясь тут же утащить выяснять отношения с отвергнувшим такую замечательную девушку кобелем. — А пойдем! — подхватила та с залихватской удалью. Пьяным барышням было уже море по колено, они решительно настроились на разборки. Арне, как раз получивший свой виски, вскочил за ними. Даже если это не тот Кристоф, проверить не помешает. Блондинки, как два крейсера, уверенно продвигались к чилаут зоне. Арне не отставал. Он прижимал к себе стакан с виски, стараясь не расплескать янтарную жидкость. Жалко же было, деньги за него заплатил. Но у девушек хорошо получалось расчищать ему дорогу. На входе он затормозил, осматриваясь. Здесь было более спокойно. На диваны с высокими спинками, расставленные вокруг низких столиков, сверху лился приглушенный свет. Музыка тут была не такая оглушающая, как на танцполе, но все равно некоторые девушки плавно покачивались около столиков в танце. В воздухе вился дымок от кальянов, расставленных на столах, к которым то и дело прикладывались парни, сидящие за ними. Девицы прямиком направились к угловым диванам, где расположилась большая и шумная компания молодых людей. Арне чуть сместился со своей позиции, оказавшись у тех за спинами, и привалился к спинке соседнего дивана, словно только что оттуда встал. На него никто не обращал внимания, со своим бокалом он вполне вписывался в окружающую обстановку. За интересующим его столиком, тем временем, разгорался скандал. Девицы, никого не смущаясь, орали на парня, в котором Арне без труда опознал Кристофа Нисса, когда тот поднялся со своего места. Он собрался, готовясь с блеском отыграть свою роль. Блондинки, как раз кинув на прощание в сторону Кристофа еще пару нелицеприятных эпитетов, развернулись, собираясь покинуть негостеприимную компанию. И Арне, зажав в руке так и не опустошенный бокал с виски, шагнул им наперерез. Одна из девушек вполне ожидаемо столкнулась с ним, и виски из бокала выплеснулся на его светлую рубашку. — Простите, — галантно произнес он, отступая от девушки. — Вот же курица, кто бы научил тебя под ноги смотреть, — добавил он на безупречном английском с ярко выраженным бруклинским акцентом. Со стороны столика раздался громкий смех. Девушка смерила его ненавистным взглядом, и, обматерив, ушла догонять свою подругу. Растерянно посмотрев на пятно, образовавшееся на рубашке, Арне поднял голову и встретился взглядом с яркими зелеными глазами. Кристоф Нисс в жизни выглядел еще эффектнее, чем на фотографии. Темные, почти черные волосы мягкими кольцами спускались ему на плечи, обтянутые темно-зеленой футболкой с замысловатым принтом. Широкие чувственные губы все еще были растянуты в улыбке, обнажая ровный ряд белоснежных зубов. Большие глаза миндалевидной формы смотрели с явным интересом. Он уже снова уселся на диван, закинув ногу на ногу, одной рукой небрежно приобняв сидевшую рядом брюнетку, и продолжал наблюдать за последствиями цирка, что устроили две шлюшки, весьма повеселившие его. Он выглядел хозяином жизни, прекрасно знающим себе цену. Арне понимал, что добиться чуть более пристального внимания ему будет нелегко. Но на данный момент он сделал все, что смог. Дальше маячить перед глазами этого богатого ублюдка не имело смысла. Он рассеянно поставил стакан с остатками виски на чужой столик, поморщившись, провел липкой рукой по груди и отправился искать туалет. Ходить по клубу, благоухая алкогольными духами, он желанием не горел. В туалете так же негромко играла музыка, дабы не смущать находящихся здесь посторонними звуками. Арне остановился возле раковин, рассматривая свое отражение. Вид у него был не ахти. Мокрая рубашка с отвратительным пятном от пролитого виски прилипла к груди, выделяя контур напряженного от кондиционированного воздуха соска. Глаза горели каким-то истеричным блеском, придавая его облику легкую безуминку. Сунув руки под сенсорный датчик крана, Арне попытался расслабить плечи, сведенные нездоровой судорогой. Чего он так напрягся? Ну, подумаешь, разыграл небольшую сценку — для его будущей профессии это должно быть в порядке вещей. Вода смывала с ладоней виски, но успокоения почему-то не приносила. Вытерев руки бумажным полотенцем, Арне решил, что рубашку, все же, стоит застирать. Плевать, если он потом будет выглядеть как помятый студент, который всю ночь спал в одежде. Это все равно лучше, чем идти домой с пятном на груди. Арне воевал с пуговицами, одеревеневшими пальцами пытаясь выдрать последнюю из петли, когда открылась дверь, и на пороге объявился Кристоф Нисс собственной персоной. — Привет, — произнес он на английском, возникая в отражении за спиной у Арне. — Тебе помочь? Арне в последний момент удержал себя от желания отшатнуться. Спокойно встретил в зеркале смешливый взгляд и хитрую, но, черт возьми, обаятельную улыбку. Руки, на мгновение замершие, продолжили расстегивать рубашку. — Привет, — отозвался он так же на английском. Не зря же он так усердно учил его, вырабатывая нужный акцент. — Спасибо, я справлюсь. Раскрыв полы, Арне повел плечами так, что рубашка сама спустилась до локтей. Только увидев в отражении похотливый взгляд Кристофа, он понял что сделал. Черт. Зацепил ведь его! Правда, совсем не так, как планировал. Теперь придется выкручиваться, исходя из ситуации. Арне смущенно стащил рубашку, засовывая ее под кран. — Ты ведь не немец? — Кристоф тем временем тоже взял себя в руки и решил продолжить светскую беседу. — У тебя акцент незнакомый. — Немец. — Арне успокоился и начал излагать заготовленную ложь. — Только родился в Америке и жил там до прошлого года. У меня родители иммигрировали в девяностые. — Учиться приехал? — Кристоф был любопытен и не скрывал своего интереса. — Да, мама хотела, чтобы я непременно получил образование в Германии. Пришлось ехать. — Арне отжал рубашку и снова поймал в зеркале взгляд Кристофа, которым тот жадно ощупывал его плечи и спину. — Черт! Придется домой ехать в этой тряпке, — Арне поморщился, натягивая на голый торс мокрую рубашку. — Как чучело. — Пойдем, посидишь с нами, — вполне ожидаемо предложил Кристоф. — Высохнет, я подброшу тебя до дома. Руками он скользнул по плечам и груди Арне, якобы разглаживая несуществующие складки, а на деле откровенно лапая его. От ладоней Кристофа по телу разливалось тепло, закручиваясь в животе легким флером возбуждения. Арне поймал себя на том, что, не отрываясь, смотрит на чувственные губы, которые призывно заблестели в свете люминесцентных ламп после того, как Кристоф их облизал. Тряхнув головой, чтобы развеять не к месту нахлынувшее желание, Арне отстранился и вышел из туалета в зал. В тусовку он влился легко. Снова перейдя на немецкий, сыпал остротами и рассказывал забавные истории из своей выдуманной жизни. Девчонки смотрели ему в рот. Парни забрасывали вопросами. А Кристоф сидел рядом, притираясь бедром, и периодически, будто невзначай, касался его длинными чуткими пальцами. Глубокой ночью, как и обещал, Кристоф отвез его домой. Машина — бронированный Мерседес последней модели — уже ждала их у входа. Личный водитель, дождавшись, пока они заберутся в салон, помчал их по ночному городу. По пустым дорогам они быстро добрались до дома Арне. Кристоф зачем-то вышел из машины вместе с ним. Тусклого света единственного фонаря на углу дома едва хватало, чтобы различить две фигуры, нелепо застывшие около подъездной двери. Кристоф вдруг шагнул ближе и, опустив руку Арне на бедро, скользнул ей дальше, до заднего кармана джинсов. Арне только вздохнул глубоко, словно собираясь что-то сказать, но промолчал, потому что Кристоф тут же отступил, держа в руке его телефон. Так же молча разблокировав гаджет, он вбил свой номер и сделал дозвон. Почему-то никто из них так и не попытался нарушить молчание, воцарившееся вдруг между ними. Только приглушенный одеждой звук мелодии телефона Кристофа на секунду нарушил повисшее безмолвие. Таким же образом вернув Арне одолженную вещь, Кристоф взял его за руку и, скользнув на прощание мимолетной лаской по запястью, сел обратно в машину и уехал. Сексуальное напряжение, пропитанное красноречивым молчанием, что вдруг возникло между ними, все еще витало в воздухе. Арне даже не надо было искать причину своего состояния. Он прекрасно знал эти признаки. Он хотел этого парня. Не должен был, но хотел. К Кристофу он испытывал неприязнь из-за того, что рассказал ему Элдрик. Но кроме этого было еще и любопытство — каково это, быть с ним? Почувствовать… Да, этот парень красив, не поспоришь, и харизма такая, что можно стены прошибать, но ведь Элдрик для Арне был гораздо более желанным. Так же? Арне попытался разобраться в какофонии мыслей, одолевших его хмельную голову. Вообще глубокая ночь не самое лучшее время для таких размышлений. Скорее всего, все дело в том, что у него слишком долго не было секса. Раньше у него не возникало проблем с партнерами. Слишком надолго они с Элдриком затянули конфетно-букетный период, и вот результат. Он готов наброситься на первого попавшегося — потрясного, конечно, — парня, который подкатил к нему. С этими невеселыми мыслями Арне поднялся в свою квартиру и, кое-как сбросив измятые и пропахшие кальянным дымом шмотки, завалился спать. Он, как Скарлет о’Хара, подумает обо всем завтра. Утро воскресенья для Арне началось глубоко за полдень. Он открыл глаза, тут же снова зажмуриваясь от яркого солнца, свободно светившего в незашторенное окно. В который раз он проклял свою забывчивость. Сколько раз, собираясь выспаться, Арне забывал с вечера задернуть шторы в спальне, сам себя обрекая на раннее пробуждение. И такие простые объяснения, что был пьян или слишком устал, нисколько не извиняли его в собственных глазах. Но в этот раз даже солнце не помешало ему. Какое счастье, что сегодня выходной, идти никуда не надо и можно просто поваляться в кровати, нежась в ласковых солнечных лучах. Арне с хрустом потянулся. Нашарил под подушкой пульт от плазмы, который предусмотрительно всегда оставлял там, чтобы не искать, и включил музыкальный канал. Самое то. Мозг не напрягает и фоновое сопровождение неплохое. Арне собирался провести в кровати оставшуюся половину дня. Но его сотовый, отозвавшись глухой вибрацией где-то в одежде, кучей сваленной на кресле, разрушил его планы. Неохотно выбравшись из-под одеяла, Арне с трудом откопал свой телефон. Номер был незнакомый. Но подсознательно Арне уже догадывался, кто ему звонит. — Алло, — голос спросонья звучал немного хрипло. — Кому же это не спится в такую рань? — Пора просыпаться, совенок, — раздался в трубке голос его вчерашнего знакомца, наполненный искорками смеха. — Так можно все на свете проспать. — Кристоф, — Арне подтвердил свою догадку. — Ты вообще не спишь, что ли? Мы разошлись под утро. — Меня подняло с кровати непреодолимое желание услышать твой сексуальный голос, — практически промурлыкал Кристоф ему на ухо, притом его собственный голос был стократ сексуальнее, чем хриплое карканье Арне. Похоже, от ночного многозначительного молчания Кристоф без лишних расшаркиваний решил перейти в прямое наступление. Если честно, Арне совсем не был к этому готов. Он ведь никоим образом не стремился заполучить его в любовники. Его целью было всего лишь дружеское сближение. Но получилось все как всегда. Через задницу. Хотя результат был, и это для Арне являлось первостепенным. Пропустив большую часть разговора по причине не вполне адекватного состояния, Арне уловил лишь, что Кристоф активно склоняет его к новой встрече. Он пробормотал что-то про занятость в будни учебой и вполне внятно объяснил, что готов встретиться только в выходные. Кристоф вроде удовлетворился. По крайней мере попрощался, сказав, что еще позвонит, и отключился. Арне не хотел с ним встречаться больше еще одного раза, потому что знал, чем это может закончится. Они хотели друг друга. Это значит секс, сближение. Он не планировал так тесно общаться с Кристофом, не хотел сближаться. Максимум быстрый перепихон, если это поможет делу. Но что-то он сомневался, что Кристоф захочет ему отдаться. От него за версту разило таким же альфа-самцом, каким был и сам Арне. А двум активам в одной постели делать нечего, если ни один из них не собирается идти на компромисс. Арне, по крайней мере, точно не собирался. Ну, а если Кристоф захочет ему поддаться — то это всегда пожалуйста. Ближе к вечеру он позвонил Элдрику. — Я с ним познакомился, — сообщил ему Арне после приветствий. — Кажется, мне удалось его заинтересовать, — по объективным причинам всего, что происходило между ним и Кристофом, Арне сообщать Элдрику не собирался. — Ты… — Элдрик от радости и восхищения потерял дар речи. — Даже не знаю, что сказать. Ты невероятный… Все шло по плану. Элдрик ликовал. Он не ошибся в своем выборе. Было даже неожиданно, что Арне удалось в столь короткий срок выполнить большую часть дела. Остались детали. — Я сейчас же сажусь за реплику. Вы когда еще встречаетесь? Договорились уже? — Предварительно на выходных. Он обещал перезвонить и уточнить. — До пятницы я должен успеть. Извини, мы навряд ли увидимся раньше. Копия картины у Элдрика уже давно была готова, но ему требовалось время совсем не для этого. Он не хотел видеть Арне до назначенного дня. Точнее, наоборот-таки, хотел. И это было главной причиной, почему видеться им не следовало. Он слишком привязался, слишком погрузился в этого парня. Элдрик боялся. Боялся, что не сможет отпустить, плюнет на все и расскажет правду, доверится, открывшись полностью. Этого нельзя было допустить. Ему просто необходим тайм-аут. — Я понимаю, — Арне, конечно, расстроился. Ему очень хотелось увидеть Элдрика, чтобы нащупать твердую почву под ногами, но понятно, что сейчас дело превыше всего. Потом у них будет куча времени для себя. — Мне… — он запнулся. Говорить о чувствах было не просто. — Мне не хватает тебя, — все же закончил Арне, выдыхая. — Я позвоню. — Да… — Элдрик одеревеневшими пальцами сбросил вызов. Нежность в голосе Арне ядом растекалась по его венам. Ну почему? Почему так? Человека, который действительно нравится ему, он вынужден предать. Несправедливо. Это так несправедливо! Элдрик сел на пол, обхватив руками колени. Двигаться не хотелось. Глаза с застывшим взглядом стремительно наполнялись слезами. Он поспешил закрыть их, не давая влаге пролиться. Надо все это перетерпеть. Всего лишь перетерпеть и двигаться дальше. Время до пятницы Арне провел как в аду. Кристоф звонил ему каждый вечер и их разговоры с каждым разом все больше и больше превращались в виртуальный недосекс. Он старался держать себя в руках, но чертов Кристоф умело разжигал в нем желание. Дразнил, возбуждал своим сексуальным голосом, обволакивал и затягивал все глубже. Арне с большим удовольствием вообще не отвечал бы на его звонки, если бы не обещание, данное им Элдрику. Все это слишком ушло за ту грань, что он изначально себе наметил. Еще и невозможность увидеться с Элдриком также не добавляла ему уверенности. Элдрик был якорем, который удерживал его на месте, не давая сорваться и наворотить глупостей. Но сейчас он был лишен даже этого последнего ориентира. Поэтому, когда в пятницу утром Элдрик сам позвонил ему и сказал, что картина готова, Арне был почти на пределе. Прежде, чем понял, что сказал, он уже пригласил Элдрика к себе вечером в гости. Продиктовал адрес квартиры и заверил, что в девять будет его ждать. Конечно, Арне уже давно думал пригласить Элдрика к себе, жил он один, неудобств не возникло бы. Только вот это было бы слишком явным намеком, а торопиться Арне не желал. Не хотел испугать Элдрика, ведь для него, что ни говори, отношения между парнями не были обыденностью. Но сегодня нашелся отличный повод — Элдрик принесет ему картину. Всего лишь принесет картину. И все. Все просто же… С Кристофом они договорились встретиться в субботу вечером, тот упорно не соглашался рассказывать, куда они пойдут. Сюрприз. Но Арне не терял надежды в итоге все же оказаться у него дома, поэтому взять с собой картину будет не лишним. До девяти он не находил себе места, слоняясь по пустой квартире словно привидение. И когда раздался долгожданный звонок в дверь, Арне закоротило. Мышцы налились тяжестью, что даже сложно стало передвигать ноги. Воздух стал как желе — вязкий и осязаемый. Он с трудом заставил себя протянуть руку, чтобы открыть дверь. Элдрик светился улыбкой — он был рад видеть Арне, но, уловив некую истеричность в его поведении, уже не особо решительно зашел в квартиру. — Ты… в порядке? — Голос вдруг подвел его, срываясь фальцетом. Вместо ответа Арне притянул его к себе, тут же втягивая в поцелуй. Возбуждение взорвалось огненным цветком. Да! Он так долго ждал. Так хотел. Элдрика же словно поразило той же молнией. Он протяжно застонал, яростно отвечая. Все еще отчаянно сопротивляясь мыслям — как же он соскучился, как же желал этого все дни, что они не виделись. Тубус с картиной, что он держал в руках, полетел куда-то в сторону, и освобожденные руки тут же запутались в волосах Арне. Они больше боролись, чем целовались. Выталкивая языки друг друга, снова сплетали их в диком танце, не останавливаясь ни на секунду. Этот поцелуй не был похож ни на один из их предыдущих — не было нежности, была только оголенная, так долго сдерживаемая страсть. Арне терся своим членом о явный и такой же крепкий стояк Элдрика и от этого еще больше сходил с ума. Элдрик был возбужден чуть ли не сильнее его самого. Он тоже хочет! О, боже… Развернув Элдрика к себе спиной, Арне прижал его к стене и засунул руку ему в штаны, пальцами прикасаясь к нежной плоти. Выцеловывал длинную шею, метя ее засосами и понимая, что ему мало. Нужно еще. Больше. Они так не сделали и шага из коридора. Ни у одного из них не возникло мысли, что нужно куда-то переместиться. Окружающее сейчас не имело никакого значения. Им было глубоко плевать, что они втиснуты в узкое пространство между дверью и шкафом, и что в квартире есть более удобные места для подобных занятий. Они полностью растворялись друг в друге. Элдрик не смог уловить момента, когда его джинсы вместе с трусами были стянуты до колен. Только когда горячий и гладкий член Арне притерся вплотную к его заднице, он словно вынырнул из марева. Засопротивлялся, пытаясь отстраниться. — Нет… — паника накрыла с головой. Он определенно не был готов к такому. — Не надо! — Не бойся, — Арне не отпустил его, прижимая крепче. — Я не причиню тебе вреда. Без проникновения, пожалуйста, позволь мне. Элдрик снова застонал. Несмотря на страх, возбуждение никуда не делось и поглаживания пальцами Арне у основания головки рассылали по телу искры удовольствия. Элдрик сдался, откидывая голову на плечо Арне, плечами прижимаясь к его груди. Он доверял ему. И хотел. Черт возьми, как он его хотел! — Сожми ноги, — Арне ощутимо трясло, голос сел от возбуждения. Когда Элдрик подчинился, плотнее сжав бедра, Арне сплюнул на свою ладонь и, размазав слюну по своему члену для лучшего скольжения, аккуратно втиснулся между его ног. Еще не совсем отлетевший мозг заставлял его двигаться медленно, чтобы позорно не кончить через пару фрикций. Это было сложно. Небольшая подтянутая задница Элдрика, в которую он упирался пахом при каждом толчке, сносила ему башню напрочь. Арне дрочил Элдрику, стараясь сосредоточиться на ритме, когда его руку накрыла другая, задавая более жесткий такт. Тело Элдрика в его руках сотрясало крупной дрожью. Похоже, он балансировал на грани. — Элли, — простонал Арне, дурея от того, как Элдрик прогнулся, еще больше отставляя свой сексуальный зад, но ног так и не развел. — Кончай, детка, давай… И Элдрика прошило стрелами стремительного оргазма от того, как безумно эротично прозвучало от Арне это девчачье сокращение его имени. Он вскрикнул, забрызгивая своей спермой стену перед собой, одновременно чувствуя, как сперма Арне пачкает внутреннюю сторону его бедер, а сам он буквально скулит ему на ухо. Дыхание никак не выравнивалось, сбиваясь на жалкие хрипы. Арне навалился на Элдрика, практически впечатав в стену. Продолжал обнимать его, поглаживая низ живота, успокаивая. Туман в голове рассеивался медленно, но чем реже он становился, тем явственнее Элдрик осознавал и свою позу, в которой застыл, и все, чем они сейчас занимались. Он завозился, выпутываясь из объятий, судорожно одернул задранную почти до шеи футболку и натянул трусы со штанами, несмотря на то, что его бедра были испачканы спермой. — Я… пожалуй, пойду, — пролепетал он, не в состоянии выдать хоть какую-то адекватную реплику, и попятился к двери. Арне даже моргнуть не успел, оглушенный резким переходом от расслабленности к напряженности, как входная дверь за Элдриком уже захлопнулась. Он растерянно обводил взглядом прихожую, не в состоянии понять отупевшим от оргазма мозгом, что вот это только что было. Его кинули? Или наоборот? Ну, то, что Элдрику понравилось, сомнению не подвергалось. Вон следы на стене красноречиво об этом свидетельствуют. Значит, дело в чем-то другом? Он так сильно напугал его? Как им теперь общаться? А, к черту! Он опять подумает об этом завтра, сейчас он не способен распутать клубок из одолевавших его чувств и мыслей. Мысль попытаться догнать Элдрика даже не пришла в его голову.