Глава 2
7 июня 2020 г., 18:21
Спустя полтора часа Снейп оставил изрядно опустевшую бутылку и выбрался из подземелий. Его тело подрагивало, сознание плыло. Сидеть в комнатах совершенно не хотелось, и Северус решил, что спокойная прогулка по молчаливому замку станет прекрасным завершением ночи.
Время приближалось к трём, а значит, шансов встретить студентов практически не было. Все парочки, утомленные ночными приключениями, давным-давно разбрелись по гостиным.
Северус с наслаждением вдыхал холодный воздух. Ни одна беспокойная мысль не тревожила его разум, ему было легко и спокойно.
В первое мгновение он даже не понял, что привлекло его внимание. Но, пройдя пару шагов, он развернулся и направился к огромным рыцарским латам, горделиво стоящим в коридоре. За ними, скрючившись, сидел Мальчик-Который-Умеет-Доставить-Неприятности.
— Поттер? — мягко позвал профессор.
Поняв, что его обнаружили, Гарри поднял глаза и настороженно посмотрел на Снейпа.
Поттер настолько походил на брошенную собаку, что желание накричать на него умерло, не успев родиться.
— Почему вы не в своей комнате?
Гарри поднялся и, уже не глядя на Снейпа, ответил:
— Я хотел немного подумать.
— Похвально, — не удержался Северус, — но что мешало сделать это в спальне?
— А вам удавалось спокойно поразмышлять в одной комнате с четырьмя храпящими на разные лады здоровыми парнями?
Снейп хмыкнул.
— Что ж, надеюсь, вы передумали все ваши мысли и готовы отойти ко сну?
Гарри вздохнул и вышел из своего укрытия.
Как только Поттер подошел ближе, Северус увидел его посиневшие губы. Он принялся в ужасе подсчитывать, сколько часов прошло с того момента, как он отправил Поттера в гостиную Гриффиндора.
Гарри неловко подышал на заледеневшие руки и ответил:
— Я уже собирался возвращаться.
— Возвращаться? Посмотрите на себя! Отправляйтесь в больничное крыло и примите зелье от простуды.
— Зачем будить мадам Помфри из-за какого-то зелья? Я отогреюсь в постели, а утром забегу в больничное крыло перед занятиями.
— Поттер, вы непробиваемый идиот. Хоть иногда прислушивайтесь к человеку, который желает вам добра.
Гарри попытался было возразить, но у него так стучали зубы, что он не смог выговорить ни слова. Думать о том, что он скажет мадам Помфри, ему не хотелось. Стыд и позор, проторчал за дурацкими доспехами, как девчонка, упиваясь своими страданиями. Профессор как всегда прав, а он, Гарри, распоследний идиот.
Снейп тяжело вздохнул и сказал:
— Пойдемте, Поттер. Вы правы, не будем беспокоить мадам Помфри, — после этих слов Гарри чуть не поперхнулся. — У меня в комнатах наверняка найдутся нужные зелья.
Может, алкоголь сделал его мягче, а может, он просто устал за сегодня демонстрировать совсем не те эмоции, которые испытывал.
Северусу было жалко Поттера. И обидно за него. И еще захотелось как-то подбодрить.
Гарри посмотрел на профессора с признательностью и почему-то улыбнулся.
— Спасибо, но не стоит тратить на меня время.
«Определенно, этот паршивец не умеет принимать помощь с благодарностью», — подумал Снейп.
— Еще слово, Поттер, и я за себя не ручаюсь. Идемте.
Северус развернулся и, не оглядываясь, направился к лестнице в подземелья. Через несколько шагов он понял, что Гарри и не думает идти за ним.
— Поттер! — рявкнул Северус, обернувшись.
Тот стоял на прежнем месте, с тоской глядя на профессора.
— Неужели вы не доверяете моим зельям? — с угрозой спросил Снейп. — За мной, живо!
Гарри открыл было рот, но так и не придумал достойного ответа, а потому поспешил к Снейпу.
Спустя несколько минут они подошли к кабинету зельеварения. Северус привычным движением расколдовал дверь и впустил Поттера.
Пока Гарри неловко топтался на месте, пытаясь хоть немного отогреться, Снейп быстро отыскивал нужные зелья и рассовывал их по карманам.
— Все, можно идти, — заключил Снейп, укладывая последний флакон.
— Куда? — удивился Гарри.
— Ко мне в комнаты, Поттер. Кабинет нам мало подходит.
Гарри с мольбой посмотрел на Снейпа. Тот проигнорировал все жалобные взгляды и вышел из кабинета. Гарри оставалось только следовать за ним.
Северус еще ни разу не пускал студента в свои личные комнаты, но для Поттера сделал исключение легко и совершенно не задумываясь. Но как только он распахнул дверь в гостиную, ему резко расхотелось, чтобы Поттер сюда заходил. На столе предательски красовалась початая бутылка, а сиротливая мензурка довершала композицию.
Поттер с интересом огляделся, лишь на секунду задержав взгляд на злосчастной бутылке.
— Сюда, — Снейп указал Гарри на обитый гобеленом диван, а сам отправился к шкафу, стоящему неподалеку.
Пока Гарри устраивался на новом месте, Снейп откопал в шкафу несколько пледов и кинул их на диван. Гарри поспешно укутался, начиная осознавать, насколько он продрог.
Тем временем профессор уже достал свои склянки и смешивал в стакане сразу несколько зелий.
Гарри постепенно отогревался, руки и ноги адски ломило, хотелось стонать, но он только крепче сжал зубы.
Северус закончил с зельями и повернулся к Поттеру. Сделав несколько шагов, он протянул ему стакан с зеленоватой жидкостью. У Поттера так тряслись руки, что он едва не расплескал все содержимое. Северус раздраженно положил свои руки поверх дрожащих ладоней и помог ему выпить зелье. Поттер был холоднее льда.
Северус вытащил стакан из непослушных пальцев и, поддавшись внезапному порыву, принялся их растирать.
Гарри онемел от такого и только беспомощно смотрел на Снейпа.
— Скажите, Поттер, неужели вы не знали о репутации Джинни Уизли?
— Я знал, что Джинни встречалась с несколькими парнями до меня.
— Несколькими, — усмехнулся Северус.
Гарри проигнорировал шпильку.
— И что вы планируете теперь делать с вашей помолвкой?
— Какой помолвкой? Мы не говорили ни о чем таком, — он немного помолчал и добавил: — Не думаю, что это вообще было возможно.
Северус удивленно посмотрел на Поттера. Эта новость его радовала и в то же время заставляла нервничать. Размышляя об этом, Северус и не заметил, что движения его замедлились, и теперь, вместо того, чтобы энергично растирать руки Поттера, он плавно оглаживал их. Несмотря на квиддичные тренировки, кожа у Гарри была очень мягкая, и Северус поймал себя на мысли, что прикасаться к ней чертовски приятно.
Опомнившись, он бросил свое занятие и спешно отвернулся, сделав вид, что ему нужно смешать очередное зелье. Смотреть на ошеломленное лицо своего студента ему совсем не хотелось.
Все то время, пока длилась эта случайная ласка, Гарри почти не дышал, стараясь не спугнуть странное настроение Снейпа. Когда профессор внезапно отпустил его руки и вернулся к своим зельям, Гарри проводил его тоскливым взглядом, даже не замечая, что невольно касается тех мест, которые гладил Снейп.
— Вот… — голос Северуса сорвался, он неловко прокашлялся и продолжил: — Выпейте еще это.
В этот раз он передал стакан с зельем чрезвычайно осторожно, стараясь даже мизинцем не коснуться Гарри.
А тот не знал, то ли зелья так странно действуют, то ли близость профессора. Гарри было все тяжелее дышать, странный жар поднимался от живота и резкими волнами расходился по всему телу.
— Вам лучше?
Гарри неуверенно кивнул.
— Поттер, ответьте нормально. Как вы себя чувствуете?
— Очень жарко, профессор. Можно я сниму плед? — Гарри попытался скинуть верхний.
— Стойте! Это нормально, не смейте раскрываться.
Хоть Северус уверил Поттера, что все в порядке, но поглядывал на него с тревогой. Гарри действительно дышал часто, щеки покрыл нездоровый румянец, а на висках уже поблёскивали первые капельки пота.
Нужно было последить за Поттером, реакция на зелья была слишком сильной.
— Ложитесь, Поттер. Вам нужно поспать. Утром вы будете совершенно здоровы.
Тот не стал спорить и устроился поудобнее.
Северус присел рядом с Поттером и решился потрогать его лоб. Начинавший задремывать Гарри тут же распахнул глаза. Северус немедленно отдернул руку, но он успел почувствовать, что тот полыхает, словно печка.
— Профессор, — чуть слышно пробормотал Гарри, — не убирайте руку. Она такая прохладная.
— Подождите, Поттер. Сейчас я сделаю вам холодный компресс.
— Нет! — Гарри с неожиданной силой схватил Снейпа за руку. — Просто положите свою ладонь, на минутку.
— Не дергайтесь, — несмотря на ворчливый тон, Северус вернул свою руку на горящий лоб.
Гарри блаженно прикрыл глаза. Не прошло и минуты, как он уже спал. Снейп убрал руку, Гарри завозился и тяжело вздохнул. В своем коконе из одеял он был похож на недовольного ежа.
Аккуратно поднявшись, Северус задумался, где ему устраиваться на ночлег. Было ясно, что отправлять сейчас Поттера в спальню — глупая затея.
Неожиданно Северус отметил для себя, что постоянно сбивается в мыслях с Поттера на Гарри. Помотал головой, словно пытаясь вытрясти этого «Гарри» из своего сознания.
Спящий Поттер притягивал его взгляд. Он так совершенно вписался в покои Северуса, будто тут его законное место. Никто и никогда не бывал здесь. И вот Поттер спит, не подозревая, какие мысли бродят в голове его профессора.
Северус невольно оглядел комнату. Он заработал зельями приличный достаток, но по-прежнему вел аскетичный образ жизни. Ни одной лишней вещи не было в его владениях. И никого лишнего. А теперь здесь спит Поттер.
Чертов Поттер. Яркий, как Джеймс, пронзительный, как Лили. Северусу хотелось вглядываться в него. Он не мог отогнать мысль, что Поттер вырос, он вот-вот уйдет от него в свою новую, мирную, взрослую жизнь. Уйдет, и у Северуса больше ничего не останется, кроме этих обезличенных комнат.
Победа должна была изменить все, но все никак не желало меняться. Северус так же варил зелья, учил пустоголовых студентов. Ради этого он шел к победе? Не стоит себя обманывать, не было никаких планов на победу. Не было жизни после победы. Но вот он здесь. Не знает, что делать со своей никчемной жизнью, которая должна была закончиться в Визжащей Хижине.
Поттер спас его от смерти, но не от прежней жизни.
Северус остро чувствовал свое одиночество. После убийства своего самого близкого друга он остался совершенно один, потому теперь цепляется за Поттера. Да, все именно так.
Надо было найти кого-то еще. Кого-то, с кем можно разделить эту чёртову бесполезную жизнь. Но он понятия не имел, как это сделать, да и подпускать кого-то ближе вежливого разговора он не хотел. Северус поморщился, подумав о близости. Он пробовал, но ему не понравилось. Суетливо, скомкано, неловко.
Северус принялся убирать расставленные склянки, а после трансфигурировал стол в узкую кровать, но сна не было ни в одном глазу. Он поглядывал на Поттера, думая о том, что год назад рассмеялся бы в лицо тому, кто сказал бы, что Поттер доверяет ему настолько, что засыпает в его присутствии.
Помаявшись, встал с постели, размышляя, чем бы себя занять.
В этот момент со стороны спящего Поттера раздались непонятные звуки. Не то стон, не то всхлип.
Северус подошел поближе.
Гарри кривил губы во сне, словно пытаясь удержать крик. Он жмурился и часто дышал.
— Нет! Пожалуйста, — простонал он.
Северус склонился над диваном и легонько тронул Поттера за плечо.
— Просыпайтесь, — тот не реагировал, продолжая метаться во сне. — Просыпайтесь, дракл вас дери! — он с силой тряхнул Гарри, и тот наконец распахнул глаза.
Поттер уставился на него, в глазах плескался ужас от пережитого кошмара. Через мгновение сознание Поттера начало проясняться. Поняв, что все, что с ним происходило — просто сон, Поттер со всхлипом вдохнул. И в следующую секунду он обхватил Северуса, который по-прежнему чуть нависал над ним, касаясь плеча. Судорожно комкая черную мантию, Гарри прижался посильнее. Северус опешил от такого напора и даже не пытался сопротивляться. Напротив, видя, что Поттера до сих пор трясет, он принялся осторожно поглаживать его острые лопатки.
Гарри, взволнованный очередной лаской, по-кошачьи потерся носом о жесткий сюртук и внезапно поднял голову.
Северус посмотрел ему в глаза.
Их лица почти касались друг друга, и горячее дыхание Гарри опаляло кожу. Северус чувствовал все немного отстраненно. Поттер чуть приподнялся, и он невольно обнял его второй рукой.
Поттер поцеловал его.
Северус чувствовал легкие касания губ, и вместо того чтобы оттолкнуть Поттера, он как зачарованный обхватил его и притянул, вовлекая в глубокий поцелуй. Когда оба начали тяжело дышать, он оторвался от губ Поттера. Тот разочарованно застонал и позвал его по имени.
Звуки будто отрезвили Северуса. Он отскочил от Поттера как ошпаренный, попятился, не отрывая от него взгляда.
Гарри весь сжался и явно приготовился к смерти.
— Простите, сэр, — выпалил он. — Простите, умоляю, я не хотел вас оскорбить.
Он почти пришел в себя и со страхом смотрел на профессора. Пальцы нервно сжимали край одеяла, Гарри никак не мог придумать оправдания своему поступку.
— Поттер, — холодно проговорил Северус, взяв себя в руки. — Выметайтесь из моих комнат. У вас есть минута, или я сотру вам память.
Поттер выпутался из одеял и бросился к выходу.
Стоило двери захлопнуться, как Северус в отчаянии опустился на диван и застонал.
Он мог остановить Поттера в любой момент, но предпочел ответить. Если об этом станет хоть кому-то известно — его репутации конец. Как заставить Поттера молчать? Почему он вообще позволил ему это?
Не в силах сидеть, он начал метаться по комнате, вторя своим мыслям. На глаза попался подарок Минервы.
Поцелуй Поттера подействовал на него не хуже тридцатилетнего скотча. Прав был, когда не прикасался к алкоголю. Он еще никогда не терял контроль до такой степени.
Если Поттер решит выдвинуть обвинения, то Северусу не останется ничего, кроме как покинуть Хогвартс. Если же Поттер сделает вид, что ничего не было, то ему нужно просто молчать и не совершать больше глупостей.
Ничего сложного. Он понаблюдает за Поттером, может, даже поговорит.
Северус тяжело вздохнул от одной только мысли об этом неловком разговоре. Не стоило вмешиваться в жизнь Поттера, тащить его в свои комнаты. Он слишком привязался к нему.
Надо с этим покончить.
Приняв решение держаться от Поттера подальше, Северус почувствовал облегчение. Он выдохнул и опустился на диван. Через мгновение его накрыло осознание. Он целовал Поттера. Целовал, и ему понравилось.
* * *
Гарри спешил в башню, не замечая ничего вокруг. Он не знал, от чего губы горели сильнее: от поцелуев или от имени, которое он произнёс, как последний придурок. Как ему такое в голову взбрело? У портрета Гарри замер, успокаивая сердце. В гостиной его ждали Рон и Гермиона. Рон тут же вскочил с дивана и кинулся к нему. — Гарри! Мама все мне рассказала, — он схватил его за плечо и возмущенно продолжил: — Я убью Джинни! Как только увижу. — Где ты был, Гарри? — спросила Гермиона, пристально вглядываясь в него. — Мы волновались. — Я… Простите, я просто не мог сразу вернуться, мне нужно было подумать. — Мы понимаем, — Гермиона взяла его под руку и повела к дивану. — Гарри, я знал, что она любит вертеть хвостом перед парнями. Но опуститься до слизеринца! — Рон продолжал яростно чихвостить Джинни, не обращая внимания, что Гарри помрачнел. — Не надо, Рон. Наверное, я был невнимателен, не уделял Джинни достаточно внимания. Я не в обиде на нее. — А ты не очень расстроен, — проговорила Гермиона. Гарри испуганно замер. Ему не хотелось признаваться, что измена Джинни — подарок судьбы. Она была ему другом, товарищем. Но когда Гарри понял, что близость вызывает в нем ужас вместо предвкушения, он запаниковал. Но Джинни ждала, что Гарри сделает ей предложение. Семья Уизли ждала этого, весь мир ждал. — Я с ней разберусь, Гарри. Дай мне день, и Джинни прибежит с извинениями. — Нет, Рон, — твердо сказал Гарри. — Отношения с Джинни закончены. Мы оба чуть не совершили ошибку. — Но Гарри! Мы могли бы стать семьей! Моя мама почти считает тебя сыном. — Хватит, Рон, оставь свои причитания, — прервала его Гермиона. — Почти утро, Гарри, наверное, дико устал. Нам всем пора спать. Она снова взяла Гарри под руку и направилась к спальням мальчиков. Рон шел позади, продолжая громогласно возмущаться. — Гарри, ты чего-то не договариваешь, но я не собираюсь на тебя давить, — тихонько проговорила Гермиона. — Просто приходи, если захочешь поделиться.
