Красное и Белое

      Как Дэвид открыл глаза Эмма уже не увидела. Из-за перенапряжения, выброса адреналина и огромного количества энергии, а также бессонной ночи спасительница потеряла сознание прежде, чем поняла, что у нее все получилось. Она готова была упасть на пол, когда ее ловко поймала Реджина и, придержав сзади, мягко опустила на пол.       - Все хорошо, все хорошо. - Зашептала королева, быстрыми движениями проверяя пульс и дыхание Эммы. - Она в порядке. Такое бывает. Магия подобного рода требует больших затрат энергии. Как он? - Обратилась она уже к Белоснежке, которая крутилась у койки Дэвида.       - Очнулся. - Белоснежка припала к кровати больного, убирая мокрые волосы со лба принца. - Дэвид. Это я. - Мэри Маргарет позвала мужа, иногда поглядывая на Реджину, которая пыталась привести в чувство Эмму. - Наша дочь здесь. У нее вышло. Все получилось. Ты был прав.       - Надо позвать доктора Вейла. - Реджина поднялась с пола и нажала на кнопку вызова врача. - Он осмотрит Дэвида. Если все получилось, то он быстро пойдет на поправку. А Эмму я забираю домой. Там приведу ее в чувство...       - Реджина! - Белоснежка перебила свою мачеху. - Мы в больнице, здесь врачи. Зачем... в дом?       - Затем, что восстановить магическую энергию помочь могу ей только я! - Реджина не скрывала раздражения. Она быстро опустилась рядом с Эммой, взмахнула рукой, и они тут же исчезли в клубах фиолетового дыма, который перенес их двоих в дом Реджины.       Конечно, слова о восстановлении магической энергии были откровенной ложью, но ничего более вразумительного на тот момент королева придумать не смогла. Зачем ей вообще понадобилось переносить Свон в свой дом, она сама толком не понимала, но по каким-то одним богам известным причинам ей это казалось наилучшим вариантом, чем оставлять спасительницу в больнице. И перенесла королева Эмму аккурат в свою спальню, уложив спасительницу на свою кровать.       Наколдовав нашатырь и ватку, она начала приводить Свон в чувство. Резкий запах спирта подействовал сразу и разбудил спасительницу, которая начала морщить нос и отворачиваться, бормоча какие-то ругательства.        - Ну, знаете мисс Свон, - Реджина наигранно фыркнула, но была безмерно рада, что спасительница так быстро пришла в себя, - по крайней мере, это грубо с Вашей стороны ругаться на того, кто пытается привести Вас в порядок. Эмма, открыв глаза, постепенно начала понимать, где она и с кем находится.       - Дэвид? - - Полностью придя в себя, она приподнялась на локтях в попытке встать, что, конечно же, Реджина ей не позволила сделать и уверенно уложила ее обратно.       - Куда это ты собралась? - Немного сильнее, чем планировала, она надавила на плечи Свон, припечатывая ее к кровати. - С Дэвидом все хорошо. У тебя все получилось. А вот тебе стоит отдохнуть! - Реджина продолжала нависать над Эммой, держа ее за плечи. В который раз не отдавая себе отчета в том, что делает, королева протянула руку и ласковым движением убрала несколько прядок волос с лица Свон.       Простой, но столь необычный для Реджины жест нежности заставил Эмму застыть и забыть как дышать. Припечатанная к кровати она лежала, не двигаясь, и невольно прислушивалась к своим ощущениям от движения сильных рук королевы. Пригладив волосы, рука Реджины вдруг задержалась у шеи спасительницы. С виду могло показаться, что позиция их положения очень даже однозначная, - одна пытается задушить другую. Но дело обстояло иначе. Рука королевы дрогнула, и пальцы коснулись особо нежного местечка на шее Эммы у самой ключицы. Свон резко втянула в себя воздух и быстрым движением схватила за руку Реджину. Последняя тут же дернулась в попытке вырвать руку, но Эмма сжала ее ладошку, вынуждая оставить на том же месте. Теперь настала очередь Реджины застыть без дыхания, она расслабила ладонь, позволяя Эмме нежно провести по ее руке и пальцам. Каждая неотрывно смотрела в глаза другой. В глазах Эммы и Реджины читался огромный спектр эмоций: от неожиданности и тревоги до явного наслаждения моментом, который не был долог. Реджина, опомнившись, не смогла более выдерживать прямого взгляда Эммы и опустила голову, прикрывая глаза волосами, и мягко высвободила свою руку. Спасительница разочарованно вздохнула, но ладонь Реджины выпустила.       - Вот! - Королева наколдовала закупоренную бутылочку с красным содержимым и протянула Эмме. - Своего рода энергетик. Поможет тебе быстрее почувствовать себя хорошо.       Эмма снова приподнялась и взяла зелье. Немного повертев его в руках, она откупорила склянку и быстрым движением опрокинула в себя.       - Ого! - Удивилась Реджина, забирая пустой сосуд. - Раньше Вас бы пришлось уговаривать, мисс Свон. Такого доверия ранее за Вами не наблюдалось. - Она широко улыбнулась. - Отдохни чуть-чуть. Зелье подействует, но не быстро. Ты почувствуешь. - Королева собиралась уйти, но была остановлена:       - Реджина! Что со мной случилось? Я из-за магии упала в обморок?        - Ты просто устала. - Промолвила Реджина и вышла из спальни.       Пока Эмма приходила в чувство, Реджина позвонила Мэри Маргарет справиться о состоянии принца. Видимо, у Эммы и вправду все получилось. Чарминг не просто пришел в себя, но еще и прекрасно себя чувствовал. И по словам доктора Вейла, анализы также показывают положительную динамику. А это значит, что через несколько дней Дэвида можно будет отпустить домой. Новость была хорошей. Или все таки плохой? Раз улыбка Реджина после разговора с Белоснежкой сразу же сползла, уступив место задумчивому и хмурому выражению. Глаза королевы блестели недобрым огоньком, а между бровей залегла мрачная складка. Новость о поправке принца была одновременно светлой и несчастной, ведь это значит, что Эмма свое дело сделала, теперь может уехать домой в Нью-Йорк к своей привычной жизни и Генри. Мысль об этом неприятно кольнула и вызвала приступ отчаяния. Беспомощность и тщетность ситуации снова сковали мыслительный процесс. А совесть проснулась и в очередной раз подняла свою уродливую голову: "А что ты расстроилась? На это и был расчет. Спасительница приезжает в Сторибрук, всех спасает и уезжает обратно к своему привычному укладу жизни. Не уже ли ты надеялась на что-то большее? На то, что она решит остаться и перевезет сюда Генри? К его приемной "злой матери"? Ты ведь прекрасно знала, что ей тут не нравится, не по душе ей наша сказочная жизнь. И она, и Генри из другого мира. И это был, в том числе, и твой выбор, чтобы Генри жил долго и счастливо, но не с тобой. Что ты вдруг нахмурилась? Или дело еще в чем-то?" Заткнуть писклявую совесть все никак не удавалось. Она мучила, раздражала и не давала покоя: "Дело еще и в другом... Что-то поменялось. Не так ли, Ваше Величество? Эти прикосновения, которые Вы позволили себе, тронули струны души, которые, казалось бы, спят мертвым сном..." Реджина резко дернулась и со всей силы ударила двумя кулаками по поверхности стола, пустой бутылек, находившийся до этого в руке, треснул и поранил кожу королевы. Боль смогла заглушить голос совести, теперь оставалось лишь наблюдать, как капли крови, сочащиеся из раны, стекали по ладошке на запястье, где виднелся узкий шрам - напоминание об уроках магии для Эммы Свон.       Побочным эффектом зелья, которое королева дала Эмме, был короткий, но глубокий сон, во время которого и восстанавливалась энергия. Проспав час, спасительница проснулась отдохнувшей и в прекрасном расположении духа. Спустившись вниз, она обнаружила Реджину что-то хлопотавшей на кухне. Эмма зачем-то решила немного задержаться на лестнице и понаблюдать. Однако такого удовольствия королева ей не позволила.       - Как ты? - Почувствовав спиной присутствие другого человека, громко спросила она.       - Так и знала, что у тебя глаза на спине. - Эмма подпрыгнула от неожиданности и прошла на кухню, усаживаясь за стол. - Я прекрасно себя чувствую. Будто и не было бессонной ночи, и усталость как рукой сняло.       - Рада слышать. - Реджина развернулась к Эмме, в руках у нее было две кружки горячего кофе. - Знаю, что не какао, но ничего другого у меня нет. Какао, корица и зефир исчезли из этого дома вместе с Генри.       - Спасибо. - Грустно улыбнулась Эмма, принимая кружку кофе из рук королевы. В этот момент в голове промелькнула мысль, которую Эмма решилась высказать. - Реджина.. я...        - Не стоит, Эмма. - Королева поспешила перебить собеседницу и, присев рядом на стул, накрыла ее руку своей. - Это была минутная слабость. Я знаю, что тебе жаль. Знаю, что тебе придется уехать. Знаю, что так для всех будет лучше.       Последние слова прозвучали очень тихо, - в горле застрял предательский ком. Реджина в попытке спрятать эмоции, опустила голову и отпила обжигающий кофе.       - Всем, да не всем. - Прошептала Эмма, вынуждая королеву посмотреть на нее. - Тебе не будет лучше. И мне. - Она сделала небольшую паузу, собираясь с мыслями, и решила сказать все то, что придумала. - Я не хочу ходить вокруг да около. Может быть раньше я бы так и сделала, плюнула на все и уехала. Возможно, я бы так сделала еще прошлой ночью, если бы сразу поехали в больницу. Но, я не знаю как объяснить, что-то поменялось. Что-то сейчас меня сдерживает от этого решения. И, по-моему, это мое отношение к тебе... - Она снова прервалась и посмотрела в глаза Реджины, убеждаясь в том, что та слушает и, может быть, понимает. - Раньше в тебе я видела только соперницу, неважную мать для Генри, злого и мстительного человека, готового на все ради своего эго. Потом, когда ты вернула мне воспоминания, я вспомнила твой поступок... И сейчас, думая о тебе, понимаю, что ничего подобного на презрение и ненависть я не чувствую. Появилось что-то совершенно иное... Я тут подумала, что если... Я не знаю, пока как все это продумать и сделать, но... - Эмма замешкалась в поисках подходящих слов и, понимая, что не знает как высказать свое предложение, решила еще раз уточнить. - А вернуть Генри мы точно никак не можем его воспоминания?       - Нет. - Реджина отрицательно покачала головой. - Точнее я не знаю. Возможно, я могла бы приготовить зелье, но у меня нет тут подходящих ингредиентов. Я думала о книге. Но она исчезла. Мэри Маргарет и я все обыскали. Книга как в воду канула. Поцелуй любви... - Королева усмехнулась. - Не думаю, что этот фокус сработает еще раз.       - Может, - Эмма сжала ладонь Реджины, - когда-нибудь сможем найти решение. Я подумала о том, что мы с Генри могли бы приезжать в Сторибрук, как в гости, к моим давним друзьям и... - Свон сделала небольшую паузу. - И моей новой хорошей подруге.       - Подруга? - Вымученная улыбка тронула губы королевы. - Вот, что изменилось? - Она поднялась со своего места и начала расхаживать по кухне, напоминая пантеру, которая мечется в клетке из угла в угол в поисках выхода. - Это... Не пойми не правильно. Это хорошая идея. Но он ведь меня даже не знает. Новое знакомство, постепенное узнавание, - это и многое другое, и все это ради чего-то другого, матерью мне больше ему не стать... Вот на что я себя обреку.       - Реджина! - Эмма подскочила и остановила метания королевы, схватит ее за руки. - Мы найдем решение, как вернуть ему воспоминания.       Королева, отмечая очередное прикосновение, остановилась и обреченно вздохнула:       - В этом ты похож на мать. Надежда для вас что-то светлое и радостное. Для меня - страшный подарок судьбы. - Она села обратно за стол и отпила кофе.       - Это нужно не только тебе, - Эмма последовала ее примеру и села на стул, придвинувшись ближе к собеседнице. - И я не про отца и мать. У них и без нас все будет хорошо. Я про себя. Это нужно мне. Как мне жить дальше с воспоминаниями о том, что со мной было? Как мне жить после того, как я не попыталась... Как бы по-геройски ни звучало... не осчастливить ту, кто подарил счастье мне?       Сказать, что у Реджины отвисла челюсть после этих слов, - ничего не сказать. Спасительница на словах не остановилась. Придвинувшись еще ближе, она взяла за руки королеву, вынуждая ее повернуть ладони вверх, на одной из которых Свон разглядела оставленный ею шрам. Поглаживая его, она вызвала легкую дрожь и нервный вздох у королевы. Захотелось большего. Внутри все трепетало, где-то в области живота стянулся тугой узел, утяжеляющий дыхание, но при этом, одаривший смелостью. Спасительница приблизилась почти вплотную, рука поползла выше и остановилась на шее Реджины. Глаза в глаза, немое неуверенное согласие, и Эмма потянулась к губам королевы в слабом, трепетном поцелуе.       Легкий, почти невесомый, но столь упоительный поцелуй, лишенный всякой страсти, скрепил сказанное Эммой подобием печати. Она оторвалась лишь на мгновенье и снова прикоснулась к устам Реджины, целуя верхнюю губу в том самом месте, где находился крошечный шрам. Она не пыталась углубить поцелуй, не вкладывала пылкого вожделения, наслаждаясь мягкостью губ, сдавленным дыханием и податливостью королевы. Но даже этот лишенный эротизма момент заставил сердце спасительницы пропустить пару ударов, а узел в животе стянулся еще сильнее. Мыслей не осталось, все отошло на второй план. Было только это мгновение. Все, что оставалось - это преодолеть незначительное расстояние, которое еще было между ними, что Эмма и поспешила сделать. Приблизившись, она мягко, стараясь не спугнуть, одной рукой приобняла Реджину за талию.       Именно в такие моменты в борьбу вступают пьянящие чувства и вечно требующий трезвости разум. И в этот раз он смог взять вверх над эмоциями, так как королева медленно и мягко начала отстраняться. Она не оттолкнула от себя Эмму, нет, не было резкости в ее движениях, не было яростного отторжения. Стараясь прекратить упоительную негу, в которую вовлекли трогательные касания не только Эмму, но и ее, она разорвала поцелуй и ласково убрала руки Свон от своего лица и талии.       - Не стоит усложнять то, что и так не легко, Эмма. - Реджина грустно улыбаясь, все еще держала Свон за руки.       - Что сложного в одном желании на двоих? - Эмма протестующе потянулась к ней. Но не успела она ничего сделать, и не успела что-либо предпринять королева, как зазвонил телефон.       Удачный момент для Реджины, чтобы отступить, и раздражающий факт для Эммы, прервавший важное мгновение. Королева, вздохнув, поднялась ответить на звонок. По ее ответам Свон поняла, что звонила Мэри Маргарет. "Мать чувствует что ли?" - подумала, усмехнувшись, Эмма и отпила уже остывший кофе. Поморщившись от слишком крепкого вкуса, она поставила кружку обратно на стол. "И как мне поступать дальше? Как теперь с не говорить? И что с этим вообще делать? Что делать сейчас? Встать и уйти? Или это будет бегство? Или остаться? И она расценит это как приставание?".       - Твоя матушка сказала, чтобы мы как можно скорей прибыли в трактир. - Прервала ее внутренние размышления Реджина. - Она нас ждет.       - Ох. Класс. Вечеринка. - Пробурчала Эмма и поднялась со стула, собираясь на выход, но передумала и подошла к королеве. - Реджина... я...       - Эмма. Все потом! - Она взяла за руку спасительницу. - Сейчас порадуем твою мать выполнением ее просьбы. - Сказав это, Реджина взмахнула рукой и перенесла их ко входу в трактир, где, походу, собралась не маленькая такая компания.       Когда королева собиралась уже открыть дверь, Эмма, останавливая, взяла ее за предплечье.       - Реджина, прошу тебя! Не сбегай. Поговори со мной.       - Я и не сбегаю! - Удивилась королева, поглядывая в окна трактира. - У нас будет время поговорить. Но... - Договорить Реджине не позволил звук колокольчика, оповещающий об открытии двери. На выходе появилась рыжая высокая женщина с очень бледной кожей.       - Реджина! - Широко улыбаясь, она двинулась в их сторону с приветствием. - Я думала тебя ждать чуть позже.       - Эмма, знакомься, это моя сестра Зелина. - Королева подошла ближе к женщине. - Зелина, это Эмма. Дочь Чармингов и мать моего сына Генри.       - Мать твоего сына... - - Словно пробуя на вкус слова, произнесла Зелина и протянула руку Эмме. - Это определение мне нравится больше, чем "дочь Чармингов". - Она широко улыбнулась, пожимая руку Эммы.       - Да. Фраза, определенно, неоднозначная... - Завороженно протянула Эмма, вглядываясь в черты лица женщины напротив. Свон перевела взгляд на Реджину, отмечая, что две сестры совсем друг на друга не похоже. Но определенно они обе были красивы, но у каждой была своя индивидуальная красота. И Эмма сразу отметила, что Зелина не просто привлекательная женщина, она изящная и изумительно яркая. Несомненно, сестра Реджины нравилась Эмме. Она даже не сразу вспомнила, что именно эта женщина повинна в случившемся с Дэвидом и в том, что Свон пришлось возвращаться во все эти сказочные приключения. - Какое зелье пила Ваша мать, когда была беременна вами? - Сдерживать свои мысли, особенно восторженные, Эмма никогда не умела. - Я не думала, что ты такая... А где же зеленая кожа, бородавки и остроконечная шляпа?       Сказанное точно порадовало Зелину, так как она громко засмеялась.       - Да. Сразу видно, что она не во дворце росла. - Отсмеявшись, произнесла Зелина. - Манерами не отличается. Но мне это нравится. В этом мы с тобой похожи и отличаемся от этих чопорных особ. - Она с наигранным презрением посмотрела на Реджину, которую больше удивлял этот приветственный диалог, нежели забавлял.       - Может мы уже пройдем внутрь. - Она решила вмешаться и потянула двоих ко входу в трактир.       Внутри трактира происходил аншлаг. Собрался, видимо почти весь город, так как все столики были заняты, за барной стойкой не было свободного места. Поэтому большинство сказочного народа стояло с напитками в руках. Руби с бабушкой с таким потоком заказов, видимо, не справлялись, и поэтому им помогали феи, носившиеся туда-сюда с подносами в руках. Народу, явно было весело, и вошедших не сразу все заметили.       - Я думала, когда входит королева, все должны падать ниц. - Зелина весело подтолкнула свою сестру. - Они перестали тебя бояться, а значит перестали уважать.       "Язва, подколы и сарказм - у них на двоих достаточно" - подумала Эмма, не скрывая улыбки.       - Эмма! - Завидев свою дочь с крайнего столика, громко выкрикнула Мэри Маргарет, чем обратила внимание всех присутствующих на вошедших дам.       Как только все увидели Эмму, шуму в трактире стало больше. Народ, выкрикивая имя спасительницы, поднял свои бокалы в приветственном жесте. На этом не ограничились. Каждый стремился лично поприветствовать дочь четы Чармингов. Один за одним подходили к Эмме и, утягивая в глубь кафе, радостно обнимал, справлялся о здоровье, спрашивал о Генри, благодарил за очередную помощь в спасении принца.       - Все безумно тебя рады видеть. - Обняла наконец свою дочь Белоснежка, когда улеглись все страсти.       Эмма обвела взглядом трактир, отмечая отсутствующих Голда и Бель.       - Ты, видимо, не столь рада, да? - Мэри Маргарет взяла ее за руку. Как бы то ни было, Белоснежка на раз умела считывать эмоции собеседников и, не смотря, на сказочную наивность, она прекрасно разбиралась в стенаниях души человеческой.       - Реджина сказала, что Голда в Сторибруке нет. Мол, возможно, остался в Зачарованном лесу. - Эмма постаралась уйти от ответа и сменила тему. - А что с Бель? Где она?       - Бель почти не покидает его лавку. - Белоснежка села за стол и предложила Эмме занять место напротив. - Вся в поисках. Мы не знаем точно, где он может быть. Зелина говорит, что заклятье должно было коснуться и его, но он как в воду канул.       - Так Зелина теперь друг? - Эмма прекратила осмотр присутствующих, остановив свой взгляд на Реджине и ее сестре, которые стояли в дальнем конце тарктира возле барной стойки. Реджина, опустив голову и пряча свои глаза, слушала свою сестру, которая ей что-то с очень серьезным лицом рассказывала.       - По крайней мере не враг. - Проговорила Мэри Маргарет, в словах ее сквозила неуверенность и настороженность. - Она извинилась за содеянное. И за твоего отца. Реджина ей верит. Мол, если и ей дали шанс, то и Зелина имеет на него право.       - А ты? - Эмма перевела взор на мать. - Ты в этом уже не уверена?       - Свежо предание, да верится с трудом. - Вздохнула Белоснежка. - Реджине понадобился для этого ни один шанс.       - Но она изменилась, окончательно. - Эмма снова посмотрела на дальний конец барной стойки.       - Она была сломлена. - Грустно промолвила Мэри Маргарет. - Там, в Зачарованном лесу, она места себе не находила. Пыталась избавиться от своего сердца, но я ее отговорила от этого. Даже сонное зелье варила, хотела забыться вечным сном. Она скучает по Генри. Старается не показывать свои... "слабости"... - Она прервалась и сжала руку Эммы, вынуждая посмотреть в глаза. - Может быть я не права, Эмма, но мне кажется, что ты не рада быть здесь. Развей мои сомнения!       Свон сглотнула и опустила голову, разглядывая сжимающие ее руку пальцы матери. С ответом она не торопилась. Чувство стыда в очередной раз больно кольнуло, к лицу прилила кровь.       - Я не знаю, что делать, мам. - Эмма глубоко вздохнула. - Когда я все вспомнила и поняла, что частично моя жизнь была химерой... Господи, мам, я была в ужасе. Мне нравилась эта жизнь. Я была счастлива в этой жизни. Я ни в чем не нуждалась, меня не терзали сомнения и мысли о моих родителях и... - Губ Эммы тронула извиняющаяся улыбка, но Мэри Маргарет ее не перебивала и спокойно ждала продолжения. - И почему они меня бросили. Нам было классно с Генри. И да, честно, я не хотела сюда возвращаться. Потом, когда отцу стало лучше, я думала, что "Вот. Я все сделала, можно вернуться домой". Сейчас я так в этом не уверена. И не знаю, что мне делать. Вернуть память Генри мы не сможем. Как все ему объяснять?       Народ вокруг веселился и пил, иногда напевая очередную песню. Их сказочная жизнь продолжалась. Все приключения забылись. Сказочные персонажи радовались спокойствию в городе. Подымали свои бокалы и выкрикивали тосты в честь принца и принцессы, в честь вернувшийся спасительницы. Им было весело. Стенания нескольких душ их совсем не трогали.       Белоснежка отмалчивалась, а Эмма украдкой поглядывала в сторону двух сестер.       - Если отбросить эмоции, - заговорила Мэри Маргарет, - то в данной ситуации проблемы нет. Все зависит только от твоего желания, Эмма. Я не хочу на тебя давить, но здесь твой дом. Здесь дом Генри, даже если он его не помнит. И ведь у твоей неуверенности по этому поводу есть причина. - Она улыбнулась и посмотрела в ту же сторону, куда до этого поглядывала Эмма. - Разберись в себе. И пойми, наконец, что в данном случае, безвыходных ситуаций нет. Мы найдем, как вернуть память Генри. И не из таких передряг выбирались. А если не найдем, то познакомим его с его второй матерью, с бабушкой и дедушкой, с нашим миром заново.       Слова матери произвели нужный эффект, - Свон прокрутила в мыслях сказанное еще раз и поняла, что Белоснежка права. Это лишь только ее желание.       - Как там Дэвид?       - Ему намного лучше. - Заулыбалась Белоснежка. - Сразу, как он пришел в себя, потребовал поесть. Расстроился, что не увидел тебя. Но отлично себя чувствует. В принципе, можно было выписать сразу, но доктор Вейл настоял на дополнительных анализах.       - Завтра с утра сразу его и навещу. - Эмма уверила мать и снова глянула в сторону барной стойки. - У фей с бабушкой запара... Я пойду закажу чего-нибудь выпить. Хорошо? - Получив утвердительный кивок, Эмма двинулась в сторону бара.       Спасительница подошла к барной стойке, где стояли Зелина и Реджина. Они не ее заметили, поэтому у Свон был шанс подслушать их разговор.       - ...ну так и что тебя не радует? - Зелина удивлялась ранее сказанным словам сестры. - Спасительница сама тебе предложила решение проблемы. Хотя до этого ты была уверена в ее эгоистичной натуре. Где проблема? Объясни толком.       - В том, что он меня не помнит. И будет смотреть на меня, как на чужого человека. - Проворчала Реджина.       - Ты серьезно? Ты считаешь это проблемой? - Усмехнулась Зелина. - Право! Я тебя не узнаю. Ты пытаешься найти проблему там, где ее нет. Твой сын будет рядом с тобой. Пускай даже он тебя не помнит, но рядом. А с памятью его мы как-нибудь разберемся. В городе живет две сильные волшебницы, спасительница в придачу и целый народ оптимистов. - Зелина подтолкнула сестру и с улыбкой подняла бокал.       - Ты права! - Королева тяжело вздохнула. Она подняла бокал вина следом за сестрой, но так и не отпила. - Я расклеилась. И есть еще кое-что. - Она отвела взгляд в сторону и прикусила губу. Зелина выжидающе придвинулась ближе к сестре. - Мне кажется, я на столько смирилась с мыслью, что Генри потерян для меня, с его новой жизнью, что... не знаю.... не хочу... что ли, чтобы он приезжал.       Услышав это, у Эммы отвисла челюсть. Таких слов от Реджины она точно не ожидала. Чтобы эта женщина, безумно любящая их сын, из-за которого впадала в отчаяние, ради встречи с которым была готова уснуть вечным сном, говорила о том, что не хочет его видеть? Свон очень хотелось вмешаться, встряхнуть эту женщину да посильнее, но решила еще немного послушать.       - Темнишь, сестренка! - Зелина сузила глаза. Словам сестры она не верила. - Дело в другом. Ты не Генри не хочешь видеть... Не так ли? Дело в спасительнице? Ты боишься ее действий. - Когда старшая Миллс затронула тему спасительницы, Реджина вздрогнула, выдав себя. Она прикусила губу, а к щекам тут же хлынула краска. - Так я права!       Зелина была права в одном, что переживает Реджина из-за Эммы, но причина переживаний была иной.       - Я, наверно, пойду домой. - Королева устало потерла виски. - Здесь очень душно и шумно. И сутки эти были очень длинными. - Обняв сестру и попрощавшись с ней, королева по-тихому ретировалась из шумного трактира, она и не заметила, как следом за ней вышел оттуда еще один человек.       - Уходим по-английски? - Выкрикнула Эмма, догоняя Реджину на пустой улице. - Не по-королевски, тебе не кажется?       - Надо было использовать магию... - Пробурчала под нос королева и обернулась к подбегающей к ней спасительнице. - Мисс Свон, я думала Вы празднуете со всеми. Ан нет, продолжаете Ваши шпионские игры и следите за мной.       - Объясни, что это значит, - "я не хочу, чтобы Генри приезжал"? - Она подошла вплотную к королеве. - При чем, как я поняла из-за меня.       - А Вас не учили, что подслушивать чужие разговоры нехорошо, Мисс Свон!? - Глаза Реджины округлились, в жилах закипела кровь от злости. - Или у Вас это семейное?       - Дело ведь не в моей гиперопеке сына? Дело ведь совсем не в нем! - Эмма пропустила мимо ушей ранее заданные вопросы. Она сама начинала злиться. Ситуация, которую они вдвоем создали, была не просто странной, а до ужаса глупой. Два взрослых человека не могут разобраться в своих собственных желания, мучают этим себя и друг друга. И это бесило еще больше. - Ты на столько презираешь меня, что готова отказаться от сына? - Свон крепко схватила королеву за руку, не давая той уйти.       - Мисс Свон! - Реджина попыталась вырваться. - Перестань! Отпусти меня! - Она нервно оглядывалась в сторону трактира.       - Ответь! - Спасительница настаивала и крепче сжимала руку, вызывая болевые ощущения, которые тут же отразились на лице королевы, но Эмма будто не обращала на это внимание и продолжала удерживать рядом с собой Реджину.       Королева, пытавшаяся до этого сохранять подобие спокойствия, больше не сдерживалась, резко оттолкнула Свон и сама перешла в наступление.       - Что ты себе позволяешь!? - Она прикрикнула, припечатывая Эмму к стене дома. - Хочешь знать в чем дело? Ты ведь уже предположила, что дело в презрении! Зачем спрашивать и требовать ответа? - Глаза Реджины метали молнии, от злости тряслись руки, а голос понизился до шипения. - Сначала признаешься в том, что твое отношение ко мне поменялось, целуешь меня. А потом, получив отказ, предполагаешь самое худшее! Мол, что еще ждать от Злой королевы!? - Она подошла вплотную к Эмме. Закончив шипеть, королева вдруг поменялась в лице. Злость испарилась, на ее месте появились обида и разочарование, но точно не презрение. - Дело не в моей ненависти к тебе, Эмма. - Голос Реджины предательски дрогнул, она отступила и, глубоко вздохнув, очень тихо промолвила: - Уезжай! Уезжай и больше не возвращайся!       Королева отступила и, сделав шаг, растворилась в клубах фиолетового дыма. Тем самым показав, что разговор окончен. Она оставила Свон одну с ее мыслями посреди пустынной темной улицы. После их шумного диалога тишина улицы казалось звенящей и больше напоминала вакуум, где нет никаких звуков, нет вкусов, нет ничего. И этой физической пустоте отзывалась эхом душевная опустошенность Эммы. Стало не по себе, и даже как-то страшно. То ли от ужаса, то ли от злости, сердце бешено колотилось, тряслись руки, дышать было трудно. Свон, словно предчувствуя опасность, испуганно оглянулась вокруг и постаралась успокоить свои нервы и так не вовремя проявившиеся инстинкты, мешающие трезво рассуждать. Получилось не сразу. Она глубоко вздохнула и задержала дыхание и шумно выдохнула. Как только у нее получилось успокоить нервы, сознание тут же начало выдавать картинки памяти недавнего разговора с Реджиной и ее последние слова. "Она сказала мне уезжать и не возвращаться. И дело не в ненависти или презрении", - прокручивала в память Эмма сказанное королевой. Постепенно спасительница начала осознавать слова Реджины.       - Какая же я дура! - Вымученно выдохнула Свон и сползла по стене вниз на корточки.       Не долго думая, она приняла решение и отправилась в сторону дома мэра Миллс.