Неделимые

— Планы изменились? — спрашивает Лу, стоящий в широких шортах и рваной футболке с очень ярким принтом. — Да, — я делаю последний глоток вина из маленькой бутылки, — к тому же, у меня закончилось вино в мини-баре, поэтому тебе придётся поделиться. — Залетай, — друг распахивает дверь, и я вхожу в номер, — только я не один. — Когда я говорила тебе отвлечься, я не имела в виду однодневный секс, Томмо, — я поворачиваюсь лицом к нему и продолжаю идти вглубь комнаты спиной, — а ты ещё и меня впустил. Групповушка? — Лу смеётся, — я против, — улыбаюсь и, когда поворачиваюсь обратно, вижу перед собой Найла, Лиама и Гарри. — Хотя... — изображаю задумчивый вид. Парни расплываются в улыбке, кроме кудрявого, а я обращаю внимание на помещение, в котором разбросаны листки, карандаши, разбито пару стаканов и уже выпито две бутылки спиртного. — Судя по всему, она будет с нами? - спрашивает недовольный Гарри. — Так, Стайлс, — добавляет Лиам, — если не нравится, проваливай. — Да нет, — он изображает улыбку, — всё чудесно, — закатывает глаза и уходит в ванную. Интересно, чем это я успела ему насолить. Хотя нет, не интересно. — Что делаете? — я плюхаюсь на кресло, которое расположено напротив них. — Луи нас собрал, — Найл встаёт с дивана и идёт к мини-бару, доставая оттуда такие же бутылочки вина, — держи, — он протягивает мне, — только закусывай, а то завтра придётся тащить тебя до аэропорта на руках. — Тогда неси виноград, — Хоран усмехается и уходит в другой конец номера. — В общем, Джейн, — Томмо садится рядом, — я им все рассказал. — Про Эль? — спрашиваю я и открываю бутылёк. — Да, — он выдыхает и складывает руки в замок. — Подожди-ка, — неожиданно сзади меня появляется Гарри, — то есть она всё знала, а твои лучшие друзья - нет?! — да что с ним такое? — Я ей рассказал сегодня, — Томмо даже не посмотрел на Гарри, которому следовало бы подбирать тон. — Круто, — Стайлс снова уходит, взяв со стола полный бокал с виски. — Не обращай внимание, — Лиам смотрит на Луи, — он сегодня весь день как ужаленный. В это время над моей головой появляется огромная гроздь красного винограда. — Спасибо, — я тяну блондина за плечо к себе и целую в щёчку, — приземляйся, — освобождаю немного места на кресле, пока он обходит его, а затем садится, обнимая меня за плечи, — значит, банкет вы устроили по этому поводу? — я смотрю на Лиама, который кивает, — про клочки бумаги не буду спрашивать, — беру одну бумажку и разворачиваю её. Красивый почерк. Пытаюсь вникнуть в смысл слов, которые написаны немного размыто и без рифм. — Это не похоже на песню, — говорю я Лу, потому что чую, что писал он, — но мне нравится, — я убираю листок обратно, поднимая другой. — Я пытался, но мой пьяный мозг не умеет это делать на отвали, — Луи облокачивается на спинку, — в отличие от парней, мне нужно более сосредоточенное рабочее место, а не этот хаос, — он проводит головой от одного конца комнаты, до другого. — «Ты лучше, чем я представлял, а я представлял тебя идеальной», — зачитываю последнюю строчку из непонятных набросков, — ка... Я не успеваю договорить, как появляется Стайлс, и моментально меня перебивает. — Так значит, вы весь день провели вместе, — он садится рядом с Лиамом и наполняет свой пустой бокал. — Да, — вставляет Лу, — и не просто день, а шикарный день, — он подмигивает мне, и его состояние немного улучшается. — Что делали? — продолжает любопытный Гарри. — Развлекались, а вы? — спрашиваю ребят, но Стайлс не даёт никому ничего сказать. — Развлекались. Придурок. Его грубая интонация портит мне настроение. — Я спросила Лиама и Найла, — корчу рожицу, — что делал ты — меня не волнует. — Даже так? — он заметно ободрился после моих слов, — хотя мне тоже плевать. — Ладно, — я встаю с кресла, — не хочу портить этот день тобой. — Ты куда? — спрашивает Найл. — К себе, — провожу рукой по его плечу и иду в сторону выхода, — всем пока. — Джейн, давай мы его выкинем отсюда, — говорит Лиам. — Забей на него, оставайся, — тут же добавляет Томмо, подбегая ко мне. — Всё в порядке, — улыбаюсь, — думаю, вам лучше побыть вчетвером, — обнимаю его, — спокойной ночи всем. Они мне грустно отвечают, пару раз пытаясь переубедить, но мне как-то не хочется здесь оставаться. Выхожу из номера и ещё раз стучу в дверь к Ханне. Номер открывается, и передо мной стоит сонная Кендалл. — О, Джейн, — он протирает глаза руками, — что-то случилось? — Ханна с тобой? — не совсем любезно говорю, потому что подруга даже не удосужилась позвонить или написать за весь день, да и Стайлс сыграл свою роль. — Да, она спит, — Дженнер поправляет пижаму, — мы с ней вечером были на пенной вечеринке, и сразу вырубились, как пришли. Как бы по-доброму она всё время со мной не общалась, мне она никак не импонирует. Как говорится, в тихом омуте черти водятся. — Хорошо. Тогда я пойду, спите, — я разворачиваюсь и ухожу, когда она вдогонку кидает мне «доброй ночи», на что я просто киваю. Захожу в номер и иду в душ. Холодная вода всегда мне помогает разгрузиться от ненужных мыслей. Чёрт. Если бы не Стайлс со своими замашками, то день был бы чудесный. Вычеркиваю испорченный конец из памяти, завязываю полотенце на груди и выхожу из ванной. Взяв телефон, я снова подключаюсь к колонке и включаю музыку, которую сразу же перебивает стук в дверь. — Вот кого ещё принесло, — ставлю на паузу и открываю дверь, — и что тебе надо? — Ладно, — Гарри толкает дверь вперёд и нагло заходит в номер. — А ну-ка стой, тебя никто не приглашал, — я поправляю короткое полотенце, — и какое нахрен ладно?! — Я не договорил, — он поворачивается ко мне, находясь в двух метрах, — ладно, прости. — Мне не нужны твои извинения, — отмахиваюсь рукой и указываю на дверь. — Стоун, блять, я серьёзно, — он все ещё грубый и заносчивый, каким был несколько минут назад. — Как там ты говорил... — я подношу пальчик к подбородку, изображая задумчивое лицо, — ах, да, мне плевать, — мило улыбаюсь ему. — Ты такая злая, — он хмурится, но в его глазах появляются какие-то искорки. — Не хуже тебя, — складываю руки на груди. — То есть извинения не принимаются? — Нет, — четко произношу, чуть ли не по буквам. — Хорошо. Гарри наконец-таки уходит со своего места и направляется к двери. — Тогда нам обоим нужно остыть, — он подкидывает меня на плечо и несёт в ванну. — Стайлс! Отпусти меня! Это не смешно! — я чувствую, как моё полотенце задирается, оголяя некоторые части тела. Он опускает меня в душевой кабинке и, зайдя внутрь ко мне, включает холодный напор на всю мощность. — Ты больной?! — говорю с закрытыми глазами, потому что на мою голову льётся ледяная вода. Протираю глаза руками, заодно убираю волосы назад и пару раз глотаю воду. — Выпусти меня отсюда, — он перегородил собой двери кабинки. — Нет, — неужели он улыбается? — Мне холодно, — я обнимаю свои плечи и смотрю на полностью мокрого парня перед собой. Его кудри превратились в обычные длинные пряди, а одежда насквозь вымокла, и он продолжает стоять под резкой струей. — Прости, — он поднимает мой подбородок, — я не хотел тебе хамить, но так вышло, — его взгляд словно впивается в меня, — просто... — он мнётся, будто не знает, что сказать дальше. — Просто что? — я дотягиваюсь до крана и включаю тёплую воду, уменьшая мощность. — Просто день ужасный, — Гарри проводит рукой по влажным волосам, слизывая воду с губ. — Что делал? — завязываю крепче своё полотенце. Зачем я это спросила? Мне не интересно. Только если чуть-чуть. — Я весь день провёл с Ли и Найлом, — его пьяный язык запинается, — ел, пил, один раз вышел на пляж и на этом всё, — его голос становится мягче, — ты? — Ты же знаешь, что я была с Лу. — Да, но что вы делали? — Развлекались. — Стоун! — неожиданно вскрикивает. — С чего я должна перед тобой отчитываться? — хмурю брови и снова складываю руки перед грудью. — Ты права, не должна, — он убирает мои мокрые волосы назад, — поцелуешь меня? — Ты пьян, — усмехаюсь и немного расслабляюсь, поскольку напряжение моментально испаряется. — Да. Но я всё равно хочу, чтобы ты меня поцеловала, — не знаю с какой целью, но я опускаю взгляд на его красные губы, по которым течёт вода. Выглядит, конечно, сексуально. — Я не буду тебя целовать, — улыбаюсь и тянусь, чтобы перекрыть воду. — Подожди, — он меня останавливает, — разве ты не хочешь этого? — Стайлс, — я снова начинаю смеяться, — нет, и выпусти меня уже из этого запотевшего места. — Почему? — какой же настырный. — Ох, просто не хочу, — закатываю глаза. — Это из-за Томлинсона? — Что? Причём он-то здесь, — я опускаю руки вниз, придерживая ткань, которая впитала так много воды, что готова сорваться. — Ну... — он водит глазами по всей душевой кабинке, словно ища подсказку, — неважно. — Выпустишь? — сама не ожидала, что вложу столько нежности в одно слово. — Да, — он открывает дверь и собирается опустить ногу на пол. — Стой! — останавливаю его и хватаю за локоть, — с тебя ручьём течёт, сними одежду. Ты зальёшь мне весь номер, — он сначала непонимающе смотрит, но затем во взгляде появляется... Похоть? — Полностью? — Давай быстрее, — я немного отхожу назад и слегка отворачиваюсь, потому что не хочу видеть его мокрое, обнажённое, горячее, возбуждающее тело. Стоун, тебе пора меньше пить. И поменьше заводиться от этого парня. Гарри снимает с себя футболку и шорты, оставляя их на полу, и выходит в одних боксерах. — Ну, всё, — я поворачиваюсь, стараясь смотреть на лицо, но как бы я не пыталась, у меня не получается, и он точно это замечает. Особенно, когда я прикусываю нижнюю губу, — теперь ты. — В смысле я? — Твоё полотенце. — Что с ним? — я тоже выхожу, но он меня останавливает своими руками. — Стоун, ты хочешь залить себе весь номер? — изображает мой акцент. Очень смешно. — Стайлс, я знаю, чего ты добиваешься, — пытаюсь убрать его руки с моей талии, — я голая, так что я не буду снимать с себя полотенце. Или неси мне сухое. — Я тебя всё равно видел, — он ухмыляется, — и увидел бы снова. — Невыносим, — отхожу назад в кабинку, облокачиваясь на стенку, — может выйдешь ради приличия? — Даже не подумаю, — он тянет линию губ вверх, чтобы я заметила ямочки. Вот засранец. Специально отходит назад, зеркально повторяя мою позу, облокотившись на плитку, и проводит пальцами по все ещё влажным губам. По сути, мне уже неважно. Я хочу спать, а не проверять, у кого выносливость лучше. Более того, когда я пройдусь голой, больше страдать будет он, а не я. Стягиваю с себя полотенце, опускаю его на пол и плавно выхожу из кабинки. Развернувшись к нему спиной, я сексуально виляю бёдрами и показываю ему двумя руками средний палец, подняв их кверху. Иду к себе в спальню и быстро надеваю пижаму. Затем возвращаюсь назад к Гарри, всё также стоящему в ванной, беру его вещи и тяну за руку на выход. — Всё, — говорю я и открываю входную дверь, — проваливай, сладкий, — выталкиваю его в коридор, вручая в руки мокрые вещи. Он всё это время улыбается, как будто выиграл лотерею. Только вот приз только что спровадил его за дверь. — Спокойной ночи, Стоун, — он смотрит на меня, стоя в одних трусах и с вещами, с которых течёт вода, — ты очень горячая, когда злишься, — разворачивается и уходит, издав пару смешков. Закатываю глаза и закрываю дверь.

***

Прошло два дня с момента, как мы прилетели обратно в ЛА. Сегодня мой первый рабочий день после небольшого отпуска, поэтому я счастливая вхожу в клинику. — Доброе утро, Ник, — вручаю ему чашечку кофе, — я снова с вами. — Блин, Джейн, — он выбегает из своей стойки и выпроваживает меня за дверь. — Что ты делаешь? — Уолтэр сегодня в бешенстве, — он останавливается у входа вместе со мной, — если ты ему сейчас попад... — Доктор Стоун, — сзади внезапно появляется наш босс, — хорошо, что я успел вас застать перед уходом, — он внимательно смотрит мне в лицо, пока Ник стоит спиной к нему, и невольно шепчет «вот дерьмо». — Эм.. Да, — не знаю, что сказать, — доброе утро, — отхожу от Ника. — Зайдите ко мне в кабинет, — Том разворачивается на пятках и уходит. — Не успели, — говорит Ник и идёт обратно на своё рабочее место. — Все так плохо? — отпиваю кофе и жду ответа. — Ну... Вчера он уволил Мелани, а три дня назад Криса. — О, нет. Ты что, думаешь, я следующая? — я усмехаюсь сделанному выводу. — Если ты уйдёшь, я тебя убью. Поэтому сделай всё, чтобы здесь остаться. — Так точно, — медленно иду к себе. — Спасибо за кофе, — кричит он вслед. — Аккуратней. Я могла его отравить, — слышу его смешок и захожу к себе. Быстро переодевшись, я беру телефон и иду к Уолтэру. Немного постояв у двери, я поправила свой халат, выпрямила спину и постучала пару раз. — Войдите, — глухо раздаётся по ту сторону. Ой, он меня не уволит. Это же я. Хотя может поэтому и уволит. Да за что? Я же прекрасно работаю, принимаю быстрее, чем кто-либо здесь может, к тому же, самая ответственная (не считая отсутствие пунктуальности) и без негативных отзывов и недовольных пациентов. — Вызывали? — Да, доктор Стоун, — он сидит на своём месте и, убрав ручку из рук, поднимает на меня взгляд, — присаживайтесь. Что за фигня? Последний раз он со мной так разговаривал... Никогда, блин, он со мной так не разговаривал. — Я понимаю, что вы молоды, хотите наслаждаться каждым днём, — он проводит указательным пальцем у подбородка несколько раз, — но вы не должны забывать, что в первую очередь вы - врач, — делает небольшой интервал между следующей фразой, которая мне уже определённо не нравится, — вы уехали на пять дней, а до этого уже брали большой отгул на неделю. Я не говорю уже о январе, когда вы ушли на две недели, или про канун Нового Года. Как вы считаете, кто должен работать за вас? — Но я брала эти дни за счёт отпуска. — В последний раз вы даже не удосужились отпроситься. — Я написала заявление и оставила у бухгалтера. — Но я его ещё не подписал, а вы уже уехали. — Так это мо... — Нет, мисс Стоун, — он перебивает меня, — ничего не хочу слышать, — встаёт и идёт к окну, встав спиной ко мне, — я не могу вас уволить, но следующие два месяца вы работаете бесплатно. — Что?! — я в шоке встаю и иду к нему, — с какой это стати я буду работать бесплатно? — Не повышайте на меня голос, доктор Стоун, — он все также не смотрит на меня, — я всё сказал, вы свободны, — разворачивается и уходит обратно за свой стол. — Для начала, я хочу узнать прич... — Дверь закроете с той стороны, — он начинает писать на своих листочках, — а если вам что-то не нравится, то можете оставить заявление по собственному. — Ты с ума сошёл? Я не буду работать бесплатно, — я облокачиваюсь на столешницу двумя руками. Он кидает передо мной синюю ручку и чистую бумагу. — Тогда пишите, — спокойный как удав. — Это шутка какая-то? — Вы отнимаете моё рабочее время, — Уолтэр начинает печатать на компьютере, хотя я прекрасно знаю, что он сейчас вообще ничем дельным не занят. — Том, не смешно, — я подхожу ближе, — я не буду работать бесплатно. Тем более, два месяца. Ты в своём уме? — Так, это уже переходит все границы, — он впервые за долгое время смотрит в мою сторону, — три месяца или заявление. Что?! Мы в магазине находимся, чтобы торговаться? — Отлично, — злобно хватаю листок с бумагой и начинаю быстро писать, полностью отдавшись эмоциям, — подписывай, — кидаю ему заполненное заявление об увольнении. Скорее всего он не ожидал этого, потому что немного опешил. Но спустя минуту, он как в замедленной съемке опускает ручку к листку и медленно-медленно расписывается, что приводит меня в дикую ярость. Увидев его подпись, а затем и печать, я стою в ступоре. — Можете не отрабатывать две недели, но сегодняшнюю смену проработаете до конца дня, — он убирает заявление в шкаф, — всего доброго, доктор Стоун. Ахринеть не встать. Что это было? Меня никогда в жизни ниоткуда не увольняли. Но я всегда знала, что это не из приятных чувств. — Я проработала здесь три года, — моё терпение на грани, — за это время я наработала тебе такую клиентскую базу, что твои карманы озолотились благодаря моему появлению в пять раз! Так что уволив меня, ты потерял большую часть своих денег, — я направляюсь к выходу, — и я тебе обещаю, что они все уйдут. И именно поэтому ты изначально и не хотел меня увольнять. Но мне надоели твои выходки с лишением премии, с дополнительными недоплаченными нагрузками и многим другим... Так что идите нахер, Том Уолтэр! — я показываю ему фак и выхожу, хлопнувшись дверью, — козёл. Ещё толком ничего не осознав, я быстро иду к себе в кабинет, но меня останавливает Ник. — Так, — он держит меня за плечи, — только не говори, что он тебя уволил. — О, нет, — я начинаю смеяться, — я ушла по собственному, есть отличие? Конечно, нет. Исход один. Я без работы. — Твою мать, Стоун, — Ник хватается за голову, — он бы никогда тебя не уволил, что ты сделала? — Ничего я не сделала. — Чёрт, Джейн, — он лезет ко мне обниматься, — где я ещё найду такую стерву? — На ибэй, — продолжаю смеяться от безысходности. — Вообще не смешно, — Ник аккуратно отстраняется, — может я с ним поговорю? Давай я позвоню Саманте? Может я сд... — Так, — резко останавливаю его, — всё нормально, мне не нужны подачки. — Подожди-ка, — он хитро на меня смотрит и улыбается, — ты думаешь, он сам приползёт? — А если нет, то пусть идёт к чёрту. — Неужели ты настолько хороша в постели? — Ник! — я бью его в плечо, и он улыбается, — ему вообще повезло, что он со мной знаком, — играю своими густыми бровками. — О, да. Нам всем повезло, — закатывает глаза, — блин, тебя уволили, а ты веселишься. — И теперь мне надо отрабатывать последний рабочий день. — Худшее моё утро, — Ник вздыхает, — лучше бы ты меня отравила своим кофе. Я ухмыляюсь и захожу в кабинет. По всей видимости, в последний раз.

***

Осознание происходящего пришло только спустя час, как я приехала домой. Я не знаю, где мне теперь искать работу, потому что без связей очень тяжело пробиться. А из связей у меня только певцы, модели и пару актеров. Чёрт. За столько лет я не познакомилась ни с одним владельцем клиники или хотя бы с главврачом. У меня столько знакомых докторов, но не стоматологов, потому что я представить себе не могла, что окажусь в такой ситуации. Что вообще люди делают в таких случаях? Сразу ищут работу? А если не найдут, то где берут деньги? На что живут потом? Ладно. Я справлюсь. Всё, что ни делается, — к лучшему. Мне бы сейчас не помешала компания, чтобы отвлечься. Беру телефон и посылаю однотипные сообщения. Я (кому: Ханна): «встретимся?» Я (кому: Джи): «знаю, ты сейчас занята, но если вдруг нет, то дай знать» Не думаю, что они обе смогут элементарно прочитать их. В отличие от меня, у них плавающий нестабильный график, но зато они более вальяжно живут. Я (кому: Найл): «привет, не занят?» Я (кому: Лиам): «привет, не занят?» Блин, я даже не знаю, кому ещё могу написать. Но эти ребята меня игнорируют двадцать минут. Решив, что никто из них так мне и не ответит, я беру сумку, обуваю кеды и выхожу из дома. Пройдя пару метров, я стучу к Стейси. — Хотя бы ты будь дома, — говорю вслух, и дверь моментально открывается, — ура, — первое, что произношу, — привет, свободна? — Теперь уже нет, да? — на удивление, она в уличной одежде, — куда-то пойдём? — Да, — после моих слов она на несколько минут пропадает в доме, затем выходит, переодев футболку и взяв поясную сумку, и за короткое время уже оказывается на улице, закрыв дверь. — Готова, — она поправляет одежду, и мы выходим на дорогу. Я рада, что она всегда бросает все свои дела, и только потом узнаёт, что случилось. — Так, куда идём? — спрашивает подруга. — Я уволилась, — на одном дыхании произношу, и нервно улыбаюсь. — Стоп, — она останавливается, — ты гонишь? — Нет, — расслабляю мышцы лица, потому что была слишком напряжена, а произнеся это вслух, стала намного проще относиться к сложившейся проблеме. — Подожди, у меня не укладывается в голове, — она трёт виски, — ты же любила эту работу. — Давай обсудим всё не на дороге. — Тогда мы идём в бар, — громко заявляет Стейси. — Отлично, — убираю руки в карман джинс, и слегка съёживают от прохладного ночного ветра.

***

— Вот мудак, — говорит подруга, выслушав всю историю. — Да я в принципе тоже хороша, но не думаю, что заслужила увольнение, — залпом выпиваю четвёртый шот. Мы зашли в самый лучший бар ЛА, так как здесь всегда мало народу в будние дни, и здесь можно спустить всё своё сбережение за ночь. А мне ведь мало, что я и так осталась без денег. Но я не хочу об этом думать. Завтра. Начну переживать завтра. — Что будешь делать? — Стейси заказывает ещё несколько шотов, — тебя с руками и ногами оторвут в любую клинику. — Ага, — грустно выдыхаю, — если там есть лишние места, — и снова ощущать уже более менее приятный вкус алкоголя. Когда случается что-то плохое — пьёшь в попытках забыться. Когда хорошее — пьёшь, чтоб отпраздновать. А когда ничего не случается — пьёшь, чтобы что-то произошло. Такими темпами мне до алкоголизма рукой подать. — Ты самая стойкая из всех, кого я знаю, так что я ставлю сто баксов, что уже на следующей неделе ты что-нибудь да найдёшь, — Стейси улыбается, — ну а есл... Святое дерьмо. Джейн, ты только не оборачивайся, — она резко переходит на шёпот, не успев закончить предыдущее предложение. Мне кажется, что абсолютно все оборачиваются после фразы «ты только не оборачивайся». И я не исключение.