Раскрась мои воспоминания

      Сейчас шесть утра, на улице кромешная темнота, а Антон уже готовится выходить из квартиры Арсения, что ещё тихо сопит в подушку. Нет, он не сумасшедший. Просто боится. После вчерашнего недо-поцелуя он помнит лишь неловкое молчание, которое потом разрядил Дима, предложив последний раз выпить и расходиться. Помнит, как тоже порывался уйти, но рассудил, что его за это прибьют, поэтому остался. Помнит, что ничего толком не помнит. И тем не менее, сейчас он судорожно собирается, чтобы побыстрее свалить, от греха подальше. Он боится, что Арсений скажет что-то, что заставит Антона в нём разочароваться. Боится, что Арсений ничего не чувствует к нему. Боится, что Арсений вообще поднимет эту тему. Антон тихо покидает квартиру, закрывая дверь на запасной ключ. Как его вернуть — подумает позже. А сейчас он направляется к себе домой, чтобы переодеться и взять вещи для учёбы.       Сегодня у Антона две пары, а литература — не одна из них и слава богу. Конечно, он понимает, что они могут либо обсудить это происшествие, либо сделать вид, что ничего и не было. Ситуация хоть и амбивалентная, но правильный выход из неё быть должен. Хотя, Антон не готов разбираться в этом сейчас, когда внутри бушуют чувства.       Шастун направляется в универ по белому Санкт-Петербургу. Фасады зданий укрыты снежной пеленой, осветляя хмурый город. Только-только начинает светать. Создаётся уникальная атмосфера, когда всё начинаешь чувствовать по-другому. Призраки прошлого ненадолго уходят, оставляя галимое ничего.       В универе Антон шугался каждого шороха, боясь, что встретит Арсения. После пар, зная, что аудитория Попова сейчас свободна, а сам преподаватель где-то у Павла Алексеевича, Шастун тихо туда зашёл, быстро приближаясь к столу. Он открыл ящик и кинул туда ключи от поповской квартиры, зная, что тот туда обязательно заглянет. После успешного выполнения миссии парень направился к раздевалкам, а затем на выход из университета.       На улице валит снег. Идёт тот самый снегопад, который описывают в сопливых современных романах. Снег хлопьями падает с неба, укрывая покрывалом всё и всех. Люди шли, на ходу периодически отряхиваясь от кучи снежинок, что покрывали их одежду и обувь. Антон прошёл мимо школы и увидел, как дети всех возрастов резвились в сугробах. Кто-то лежал на спине, делая снежного ангела, кто-то лепил снежки и кидал их в друзей, а кто-то залезал на забор и учился делать сальто, прыгая в мягкий сугроб. Зима — волшебная пора. Ощущаешь себя в доброй сказке, где Дедушка Мороз разрисовывает стеклянные окна разнообразными узорами, по пути собирая письма детей, с убеждениями в том, что они хорошо себя вели, и с желаемым подарком. Зимой всё похоже на сказку. Непорочную, чистую, по-детски наивную сказку. Антон любит зиму. За иней на деревьях, что рано утром, при свете фонаря, выглядит особенно волшебно. За то беззаботное ощущение, что она может подарить. За подарки, которые он ненавидит выбирать, но так любит дарить. Размышляя, Антон поскользнулся, больно ударяясь копчиком. Ладно, раннюю осень он, пожалуй, предпочитает больше. Налюбовавшись, Антон вспомнил о пустом холодильнике и решил зайти в ближайший к дому магазин.       Сразу у входа висит надпись «С Новым Годом», что снова напоминает о приближающемся празднике. Антон с этой сессией так замахался, что и забыл совсем про всякие приготовления. В супермаркете с потолков свисала разноцветная мишура и старые новогодние шары. Всё это пёстрое «что-то» должно было формировать воодушевляющую атмосферу, но лишь создавало рябь в глазах, заставляя хотеть проблеваться. Или у Антона настроение такое…       Шастун подходит к отделу с чаем и замечает там мужчину в серой куртке. Антону он кажется как будто смутно знакомым, но он не может точно увидеть черты лица мужчины. Антон на автомате берёт любимый чай, продолжая всматриваться в профиль незнакомца, наполовину закрытый шарфом, когда тот, наконец, поворачивается в анфас. И тут до парня доходит, кто перед ним стоит. «Этого не может быть, это невозможно!» — кричит подсознание, но Антон лишь начинает медленно отходить, попутно ставя чай обратно. Папа. Это папа. В его взгляде буквально на секунду появляется осознание, и мужчина уже делает шаг навстречу, но Антон как можно быстрее практически бежит к выходу. «Это невозможно…»

***

      Дома покоя тоже нет. Антон находит лишь бутылку коньяка, когда-то подаренную Димкой, и открывает её, наливая напиток в кружку. Нет, он не планирует напиваться — так, просто для храбрости. Конечно, Антон временами представлял себе встречу с отцом, но в его голове это выглядело совсем по-другому. Они должны были заранее договориться, встретиться в каком-нибудь ресторане, поговорить… А не вот это всё. Мечтать не вредно. В голове пронеслись воспоминания с ранних лет, когда они с папой гуляли, развлекались, ходили в кино… Это больно. Вспоминать это всё сейчас, когда ничего уже не вернуть. Антон как раз уже изголодался по порезам. По ощущению рассечённой кожи. Нож лежал слишком близко. Антон схватил его и подошёл к зеркалу, чтобы увидеть те страдания и тот кайф, которые он сейчас получит. Антон поносит лезвие к плечу и… Не может. Он не может сделать нормальный порез. Так, немного задел, но кровь полилась. Тонкой струйкой. Антон медленно осел на пол, осознавая свою беспомощность, и откинул голову на стену. Просто пялится в пустоту.       Звенящую тишину прерывает телефонный звонок. «Перебьются», — думает парень и продолжает копать прошлое.       Вот ему восемь. Папа вытащил их с мамой в парк. Маленького Антона переполняют эмоции, а глаза разбегаются. Папа купил ему сладкую вату, и они пошли кататься на аттракционах. Антон визжит и смеётся, кричит и боится, но он так рад. это так классно… Его мысли снова прерывает телефонный звонок. Интерес пересиливает, и Антон тянется к гаджету. На экране высвечивается ёмкое «Дима», и парень отвечает, придавая голосу максимально нормальный тон. Почти получилось. — Да, Дим. Как ты? — спрашивает он. — Я… Ну как… Слушай, мне надо с тобой встретиться. Как смотришь? — тараторит Позов. Он явно нервничает. — Ну давай, раз надо. Подходи к кофейне «Vita» (прим. автора: (лат.) «Жизнь»), там обсудим.

***

      Уже заходя в заведение, Антон замечает сидящего на небольшом диванчике неподалёку Диму, рвущего на маленькие кусочки салфетку. Он явно очень нервничает. — Приветствую, — тихо приветствует своего друга Шастун, усаживаясь на диване напротив. — Что случилось? — А? А… Антон, привет, — Позов будто только сейчас отвлёкся от своих мыслей и наконец увидел перед собой Шаста. — Случилось… Ну, в смысле такого прям страшного — ничего не случилось, но… — Дима, рассказывай, — подгоняет друга Шастун, представляя, что же могло с ним приключиться. Антона даже начали посещать очень нехорошие мысли. — В общем, я с Катей поссорился, — произнёс наконец Дима, тяжело вздыхая. — Ой да ладно тебе! Фух… я уж напридумывал себе всякого… Ну поссорились, с кем не бывает? Всё хорошо будет, я уверен, — пытается поддержать грустного друга Антон. — А знаешь, почему она на меня обиделась? Потому что я блять посуду за собой уже третий день помыть забываю! Ну вот скажи мне — это ты считаешь нормальный повод для ссоры? — вскипел Дима, пытаясь сохранить самообладание. Но получается совсем плохо. — Эй, эй, не кипятись! — выставил руки вперёд в защитном жесте Антон, будто Дима был готов прямо сейчас нанести ему удар в лицо. — Добрый вечер! Не хотите ли сделать заказ? — прервал их диалог молодой светловолосый парень лет 20-25 с натянутой улыбкой — официант. — Нет спасибо, мы попозже, — скомкано ответил Шастун, на что официант лишь понимающе улыбнулся и кивнул, быстро отходя от столика друзей. — Странный тип, — глядя вслед блондину, подметил Дима. — Тох, ну вот что мне делать? По сути — виноваты оба, но как мужчина именно я должен сделать первый шаг к примирению — это я понимаю, но вот как это сделать?.. — Ну ты, Димка, даёшь, — по-доброму усмехнулся Антон. — Чё это? — недоуменно спросил Позов, устремляя на друга вопросительный взгляд. — Ты задаёшь вопрос про отношения человеку, у которого этих самых отношений никогда и не было, — просто пояснил Шастун. — Да… действительно тупанул немного, — виновато произнёс Дима, потирая рукой затылок. — Ну хорошо, отношений у тебя не было, но ты как-никак будущий психолог! Тох, мне правда очень нужна твоя помощь. — Хм… я думаю, что да, именно ты должен сделать первый шаг. Самое банальное — подари ей может цветы какие-то или конфеты любимые, тебе так-то лучше знать, — предложил Антон, упираясь локтём на стол и кладя голову сверху. — Проблема в том, что я ещё и забыл какие её любимые цветы! Бля-я-ть, как всё сложно! — прошипел Позов, хватаясь за голову. — Как это «забыл»? Она же наверняка тебе об этом говорила, да и ты, я уверен, покупал ей эти цветы не один раз! — произнёс Антон, с надеждой смотря на друга и молясь, что он вспомнит название этих гребаных цветов. — Да в том-то и дело, что я ей не покупал их! Пару раз дарил ей букеты роз, а потом она сама себе цветы покупала. Естественно за мои деньги. Катя иногда могла как-нибудь намекнуть, что хочет букетик, ну я ей деньги и оставлял с запиской «На самый красивый букет для самой красивой девушки на свете! :)». Она радовалась, покупала себе эти свои любимые цветы, благодарила меня за них и обязательно выставляла фотку букета к себе в Instagram, всё! — Да, дело дрянь конечно… Хотя, стоп! Я кажется знаю эти цветы… Пионы, сто процентов! Это были любимые цветы моей бабушки, — с улыбкой проговорил Антон, радуясь, что он имеет довольно хорошую память. — Точно! Шаст, ты мой герой! Спасибо тебе огромное! — тоже расплываясь в улыбке, произнёс Дима, внезапно постукивая по плечу Антона в знак благодарности. Сука, в то самое левое плечо! Антон резко прикрикнул от сильной и острой боли, заставляя некоторых гостей окинуть друзей пренебрежительными взглядами, а Позова вздрогнуть от удивления и быстро убрать руку. — Антох, ты чего? Я же несильно… — нахмурившись, спросил Дима. — Я… я… всё нормально. Честно. — оправдывался Шастун, пытаясь заглушить желание схватиться за больное место. Хоть бы не пошла кровь. — Я же вижу, что не нормально! Антон, что ты от меня скрываешь? Давай всё выкладывай, только честно, — всё не унимался Дима. — Дим, всё правда хорошо, я просто недавно плечом сильно об шкаф долбанулся. Давай не будем об этом, ладно? — Антон, ну я же твой друг, ты можешь мне довериться и рассказать всё, что тебя тревожит! — сложив руки на груди, произнёс Позов, внимательно всматриваясь в малейшие изменения на лице друга. — Дим ты мне действительно друг. Даже нет, лучший друг, но нет. Я не могу рассказать. По крайней мере не сейчас — это точно.

***

      После этого разговора Антон поручил Диме написать ему, как только они с Катей помирятся, и ребята разошлись восвояси. Дима — за цветами, Антон — куда глаза глядят. Хотя… Сегодня глаза глядели домой. Но надо нормально сходить в магазин.       Поскользнувшись по пути раз десять, парень наконец дошёл до пункта назначения и закупился на неделю вперёд. В этот раз обошлось без происшествий, что не могло не радовать. Встреча с отцом всё ещё висела неприятным осадком на душе, заставляя Антона стыдиться самого себя. Тряпка. Всего боишься.

***

      По приходе домой, Антон скинул с себя одежду, переодеваясь в тёплую пижаму, разобрал покупки по местам и наконец лёг на кровать, думая, что же ему почитать. Он залез в интернет, ища подборки по типу «Книги, которые нужно прочитать всем», и взгляд каждый раз возвращался к «Зелёной Миле» Стивена Кинга. Много хороших отзывов и интересная аннотация заставили парня скачать роман. Глядишь — может и понравится.       От полного погружения в мир Кинга парня отвлёк звук уведомления. Антон отложил электронную книгу и взял телефон. Димка 22:41 Тоша, ты был прав! Я помыл кучу посуды, но мы помирились! Большое спасибо!)

Антон 22:42 Да не за что, обращайся, друг)

      Ну хоть у кого-то сегодня всё будет хорошо. Антон снова сел за книгу, но ещё через полчаса увлекательного прибывания в том мире, парню снова пришлось отвлечься. Вновь пришло уведомление. Странно, может Диме что-то понадобилось? — подумал он и посмотрел на экран. Арс 23:15 Антон, привет. Как ты?       Прочитав это в шторке уведомлений, Шастун удивился, но решил, что отвечать он сегодня не будет. Просто потому что. Страшно же… Арс 23:18 Тоша? Арс 23:20 Это не смешно Арс 23:23 Антон, всё в порядке??? Арс 23:30 Шастун блять — Сам такой, — пробурчал парень, выключая телефон.