Раскрась мои воспоминания

      До Нового Года два дня, и Антон как обычно откладывает всё на потом. Сейчас он едет в торговый центр, чтобы купить подарки. За окном проносятся зимние пейзажи. Голые деревья, где-то покрытые инеем, выглядят как-то нелепо, а снег как-то странно лёг на фасады зданий. В наушниках играет грустный плейлист, а хмурое серое небо, под стать настроению, разрушает всю сказочность зимы. Скоро начнётся сильный снегопад, который обновит серую массу возле дорог. О новогоднем настроении и речи быть не может, конечно. Хочется просто вернуться домой, укутаться в одеяло и, притворившись медведем, впасть в спячку, а не тесниться сейчас в этой старенькой маршрутке среди таких же хмурых людей, как и сам Антон, решивших вероятно закупиться к предстоящему празднику. Сейчас больше всего хочется, чтобы кто-нибудь обнял, пожалел, помог, выслушал. Но кому это надо.       И вот, на него снова смотрят люди. Снова надо делать вид, что всё у него хорошо и прекрасно. Из всех колонок играет «We Wish You a Merry Christmas», везде висит мишура, а гирлянды украшают витрины. Посередине торгового центра стоит огромная новогодняя ёлка, а рядом ходит какой-то человек в костюме Санты Клауса. Чудной.       Обошедши магазин, чтобы ознакомиться с тем, что тут вообще есть, Антон решил собраться с мыслями и вспомнить, что же он хотел купить Диме и Серёже. Было бы забавно, если бы они здесь встретились. Хотя это было бы неудивительно, потому что здесь сегодня чуть ли не треть города.       Рождественская музыка уже порядком надоела, ноги отваливаются, а живот издаёт звуки умирающего тюленя, но подарки наконец куплены. Антон колеблется из-за одного человека, но решив, что сытый человек — продуктивный человек, парень решает зайти на фудкорт. Взяв себе картошку с фрикадельками, Антон уселся за столик. Через некоторое время он оторвался от еды, подняв взгляд, и подавился от увиденного. Бежать уже было бессмысленно, потому что прямо к нему направлялся его отец. Парень впал в ступор, не зная, что и сделать. Сердце бешено заколотилось, во рту резко пересохло, а еда начала проситься наружу. Поэтому он просто мысленно проматерился, готовясь к худшему. — Я присяду? — осторожно спросил пришедший. А у парня аж мурашки по спине прошлись от того, как давно он не слышал этот голос. Вроде такой родной, но и чужой одновременно. Он кивнул, и Андрей приземлился рядом. Долгое время они молчали, Антон нервно постукивал ногой в непонятном ритме, думая о том, как можно провалиться под землю. Ну вот не хочет он тут больше находиться. — Как дела у тебя, сын? — выделив последнее слово, произнёс наконец Андрей, желая завести разговор. — Да… Нормально вроде. А у тебя как, отец? — нервно проговорил Антон, пытаясь вернуть самообладание. Это так странно — разговаривать с ним… — Я тоже неплохо. Как дела в учёбе, куда ты поступил? — неловкость летала в воздухе, но парня почему-то начал выводить из себя этот вопрос, и он уж было хотел ответить «за восемь лет ты мог бы и почаще интересоваться моей жизнью, тогда бы всё прекрасно знал», но, сдержавшись, ответил на вопрос как ни в чем не бывало. — Как мама? — немного подождав, проговорил Андрей, чем совершил ошибку. При воспоминания о матери всё внутри парня сжималось, и ему становилось максимально неприятно и пусто на душе. Иногда он испытывал угрызения совести из-за того, что оставил её одну в Воронеже, но всегда быстро находил этому оправдания. — Не знаю, мы не общаемся, — сухо ответил он, давая понять, что пора сменить тему, — А ты как живёшь здесь? — Кхм… Я… Хорошо, в принципе. У меня здесь жена и дочь. Если тебе интересно, конечно, — запоздало подумав о своих словах, ответил Андрей, отводят взгляд в сторону. А Антона кольнула ревность. Да, последний раз он видел его в одиннадцать лет, и вполне логично, что у Андрея тут уже семья, ведь он очень даже неплохой человек. И парню даже стало интересно, как живёт его некогда потерянный родитель. — Да? Ну, я рад за тебя. Может расскажешь мне про них больше? — с улыбкой спросил парень, будучи заинтересованным в новых родственниках. Глаза Андрея буквально засияли от счастья, и он начал: — У меня прекрасная жена Майя. Она любит готовить и делает это правда отлично. Иногда она рисует или делает поделки из разных материалов. У нас есть дочь, её зовут Ксюша. Ей семь, в этом году она пошла в школу. И знаешь, она прямо стремится к знаниям, она быстро усваивает школьную программу, и… Я горжусь ей за это стремление и желание всё узнать. Но она считает себя чуть старше, чем она есть, поэтому её недолюбливают некоторые одноклассники. Завидуют, наверное. Но она молодец, потому что не обращает на них внимания и дружит с теми, кто этого хочет. Но я правда рад, что мы воспитали её такой любознательной, — закончил он, а у Антона слёзы на глаза навернулись. А о нём никто и никогда так не отзывался. Но оно и неудивительно. Было некому. — А они… Прости на нескромный вопрос… Знают о моём существовании? Ну… — спросил он, сразу же об этом жалея. — Я говорил им про тебя. И про Лену. Ксюша, скажу тебе по секрету, на каждый Новый Год загадывает желание о том, чтобы тебя увидеть. Я рассказал им о тебе последние свои воспоминания и знаешь, я думаю, что вы подружились бы. Ты тоже был весьма заинтересован в обучении, — честно говоря, Антон очень тронут. И он уже любит эту первоклашку. — Ну, тогда можем устроить нашу встречу, если ты не будешь против. Давай тогда обменяемся контактами, чтобы мы смогли поддерживать связь, что ли… — немного смущённо проговорил парень, доставая телефон. Они нашли друг друга в нескольких мессенджерах и продолжили диалог. — А ты с какой целью кстати приехал сюда? Тоже за подарками? — спросил парень. — Да, я вот как раз закупился и решил перекусить. А тут вон как оно вышло, — ответил Андрей, указывая на пакеты рядом с собой. А Антон в это время вспомнил о том, что тот, кто является для него предметом переживаний в последнее время, до сих пор без подарка. И это нужно было исправить. — Слушай… В общем, у меня есть одна проблема… Я надеюсь, что ты мне поможешь… У меня есть… друг, он также мой преподаватель по литературе… Совершенно случайно совпало, что мы познакомились летом… И мне нужно купить ему подарок, но я точно не знаю, что именно… Ну и я подумал, что ты возможно сможешь помочь мне… — потирая заднюю часть шеи, проговорил Антон. Отец чуть задумался, приняв решение, что вполне может что-нибудь да посоветовать. — Да, давай помогу. Но для начала расскажи о нём поподробнее. — Так… ну, его зовут Арсений, ему двадцать шесть, он любит читать и у него есть собака. Он весёлый, может поддержать, но иногда он совершенно забывает про то, что я тоже человек и его друг вообще-то и мне тоже нужно внимание. Я думаю, он олицетворяет Питер. Граф, что тут ещё сказать, — горько усмехнулся парень, что не скрылось от глаз родителя. — Вы с ним в ссоре что ли? А то как-то очень обиженно кое-что из этого прозвучало. — Ну, в общих чертах это можно назвать и ссорой, но я не хочу об этом говорить. — Давай тогда, поднимайся и пойдём искать подарок этому Арсению.       Через несколько минут, проведённых в рассуждениях, мужчины подошли к книжному магазину. Потому что «Ну он же литературу преподаёт. И ему, судя по твоим рассказам, это очень нравится. Значит, книга — лучший подарок.» Антон был полностью согласен, поэтому начал бесцельно ходить вдоль стеллажей, рассматривая книги. В голове был образ Арсения, про которого Шастун, казалось бы, должен знать многое, но это было далеко не так. В основном болтал и рассказывал всё о себе Антон, хоть Попов и говорил про себя иногда кое-что сокровенное. Взгляд упал на книги Роберта Льюиса Стивенсона, и парень вспомнил о нéкогда прочитанной его книге, которая точно понравилась бы Арсению. Детектив, мистика, аристократическое прошлое. Идеально. Он быстро нашёл интересующее его произведение и пошёл к кассе, глазами пытаясь выцепить Андрея. Книгу пробили, а Антон наконец-то увидел отца, залипнувшего в телефоне и стоящего возле выхода. Парень двинулся в его сторону, обходя стеллажи, но тут произошло нечто странное. В магазин вошёл Арсений, из-за чего Антон, не придумав ничего лучше, присел за стеллажи на корточки и «гуськом» постарался незаметно добраться до выхода. Ему без разницы, что о нём подумают, он просто действует по ситуации. Выходя из магазина, Антон подёргал Андрея за штанину, указывая головой в направлении из магазина. Отец странно на него посмотрел, но послушно вышел, и парень сразу сказал, что объяснит всё позже. В конечном итоге, для Арсения была уготовлена чёрная кружка с надписью «Лучший дед», надпись на которой проявлялась при нагревании, книга «Странная история доктора Джекила и мистера Хайда», тёплый синий шарф и пара игрушек для Графа. В принципе, не так плохо. Распрощавшись с Андреем, Антон поехал домой, потому что завтра ему нужно будет закрыть сессию, сдав психологию. А это дело нелёгкое, так что нужно хорошенько подготовиться. А про подарок отцу и его семье он подумает чуть позже.

***

      Тем временем в том же книжном, Арсений пытался найти то произведение, над которым они с Пашей размышляли весьма долго. — Па-а-а-аш, — протянул Попов, заходя в аудиторию друга. — Мне снова нужна твоя помощь. Добровольский нашёлся сидящим за своим столом, с закинутыми на него ногами. Он принял нормальное положение и, отодвинув какие-то бумаги, серьёзно посмотрел на коллегу. — Я надеюсь, что не психологическая, — попытался пошутить тот, что не очень вышло. — Не, не в этот раз. В общем, скоро Новый Год, — начал Арсений, под внимательным взглядом друга, — и… Я очень хочу помириться с Антоном до наступления праздника. Как Новый Год встретишь — так его и проведёшь. Я хоть и не верю во всё это, но блин… — заметался преподаватель, размахивая в воздухе руками. — Ну, а что ты от меня-то хочешь? — спокойно спросил Паша, подходя к другу. — Я… Ну, может ты знаешь какую-нибудь книгу, которая ему бы понравилась? Я знаю, что он очень любит читать и ему весьма интересна психология, так что я подумал, что ты можешь мне подсказать, — уже с отчаянием сказал Арсений, смотря на Пашу. — Ну… Я недавно рассказывал им на лекции про одну книгу… Она считается весьма сложной, но думаю, что ему понравится. Кстати, один весьма известный психоаналитик Карл Юнг сказал одну интересную вещь про эту книгу: «Ещё немного и я назвал бы автора больным шизофренией». Думаю, ты про неё не знаешь, но это «Улисс» Джойса. Довольно большая книга, но ему может понравиться. У меня просто нет других достойных вариантов, — закончил свой ответ Паша. Наконец найдя интересующее его произведение, Арсений направился на кассу. Ещё для Антона он подготовил тёплый плед с мыслью «ну если этого маленького засранца не смогу согревать я, пусть этим займётся эта чудо-тряпка». Ох, как же он надеялся, что они помирятся…

***

      Ну, а мы вернёмся к Антону, который сидел возле окна, пытаясь при тусклом свете лампы нормально выучить материал для зачёта. Но его мысли всё время уходили не в то русло. Всё время он начинал задумываться об их отношениях с Арсением. Странно это — Антон на него вроде обиду держит, но ему всё равно хочется его обнять и начать разговаривать обо всём на свете. Но пора заканчивать этот цирк. Шастун пообещал себе, что с этого момента будет относиться к нему исключительно как к другу. Он попытается убить в себе те чувства, которые не дают ему это сделать. Решив, что за сегодня он очень утомился, парень убирает в сторону конспекты и идёт в свою аномально для него широкую кровать. Будет неплохо, если он сможет выспаться за четыре часа.

***

      В тёмной комнате, тускло освещаемой белым торшером, на диване сидел Арсений, поглаживая Графа, что устроился у него на коленях. В голове повторялись слова Антона, которые он сказал ему в последний раз. Да, Попов определённо делал что-то не так. Да, он уделял не так много внимания Антону, хотя мужчине и казалось, что вполне достаточно. Да, он не считал нужным говорить парню о том, что он нужен и что Арсению безусловно очень нравится с ним общаться. Но Шастун считает эту дружбу новой надеждой на светлое будущее, в этом-то и загвоздка. — Эх, Антон, Антон. Такой маленький, но уже столько пережил… — вслух начал рассуждать мужчина, как будто обращаясь к парню, — Как же ты, будучи таким понимающим, не видишь моих к тебе чувств…