The love you take (Любовь взаймы)

Северус усадил девушку к себе на колени. В душе мужчины все смешалось, порождая в душе чувство растерянности. От Гермионы пахло обыкновенным хогвартским мылом, и она была так легка и невесома. Мягкое женское тело прильнуло к нему, а затем девушка зарылась лицом в его шею, тихо постанывая. Как он был наивен, полагая, что зелье импотенции поможет! Нет, конечно же, он не хранил его среди своих постоянных запасов - пришлось приготовить большую порцию, пока девчонка спала, и вот теперь его испытание начнется, хотя нет, их испытание, исправил он себя, начнется. Пока она отдыхала, Снейп заблаговременно подготовил для нее одежду, нашел нужную книгу и снял защитные проклятия, а потом напоил девушку успокаивающим зельем, и все это для того, чтобы хоть как-то оттянуть момент и дать ей возможность вникнуть в проблему. С той самой минуты, как Дамблдор оставил восемнадцатилетнюю девчонку, вынужденную в ближайшем обозримом будущем постоянно находиться в состоянии сильнейшего сексуального возбуждения, сконцентрированном на Северусе Снейпе – единственном кто способен ей помочь, профессор всеми силами пытался оттянуть наступление неизбежного момента. Твою мать! Во что он ввязался?! Усадив Гермиону к себе на колени, и мягко покачивая в объятиях, мужчина всеми силами пытался сдержать растущее возбуждение. Понимая, что не виноват в сложившейся ситуации, тем не менее, он готов был проклясть себя, если позволит хоть на минуту потерять контроль. Профессор понимал, что в сложившихся обстоятельствах вынужден выполнять приказ Дамблдора, как генерал выполняет приказ главнокомандующего. Он сделает только то, что необходимо, и ничего больше. Северус всегда исполнял только то, что требовали от него обстоятельства. Сейчас же он злился на себя, только за то, что столько месяцев игнорировал потребности своего организма, но об этом можно позаботиться позже. Проклятье, он не был с женщиной около года. Когда есть рука, позволяющая найти облегчение, зачем тратить галеоны на шлюх? Но эту молодую и невинную девушку, дрожащую в его объятиях, не сравнить ни с одной из тех женщин, что удовлетворяли его сексуальные потребности в прошлом. В юности, Северусу не довелось пережить ни одного романа, несмотря на то что он так страстно мечтал об этом. Сексуального опыта он поднабрался на пирушках у Темного Лорда. И, конечно же, ни одна женщина из круга Пожирателей Смерти, ни из тех, кто им покровительствовал, не могла и близко сравниться с юной, наивной девочкой, сидевшей сейчас у него на коленях и так доверчиво прижимавшейся к нему. Северус знал, что она девственница. Он провел диагностику, пока девчонка спала, и получил подтверждение своим догадкам. Во имя Цирцеи, для кого она себя берегла? Будь проклят Дамблдор, теперь ему придется не только сожительствовать с почти ребенком – его студенткой, но еще и лишить ее девственности? Гермиона судорожно сжала ткань его рубашки и, приблизив губы к его уху, тихо прошептала: – Сэр… Пожалуйста… Внешне спокойный и невозмутимый, хотя сердце готово было выскочить из груди, Северус ответил: – Разместите мои руки там, где вам больше всего хочется. Проклятье слишком сильно овладело девушкой, сейчас не время для скромности или смущения. Чуть двинувшись вперед, Гермиона захватила подол ночной рубашки и рывком задрала почти до талии. Северус едва успел взглянуть на ее голые бедра, как девчонка прижала его руку к влажному и возбужденному лону. – О, боже!!! Пожалуйста!!! – выкрикнула она, извиваясь, стремясь прижаться к нему плотнее. Захватив другую руку мужчины, лежавшую на ее талии, она потянула ее к груди. – Целуйте меня! – умоляла девушка, приблизив измученное лицо к мужчине. Карие глаза дико расширены, зрачки увеличились, словно наглоталась наркотиков, дыхание с шумом вырывается из груди… Проигнорировав просьбу, Северус нежно сдавил грудь, сжимая напряженный сосок через ткань ночнушки, и прижал вторую ладонь сквозь влажные волоски к возбужденной горячей плоти. Он отчаянно надеялся на то, что его познаний в женской анатомии хватит, чтобы облегчить ее страдания, тем самым, не показав себя перед девчонкой полным невежеством. Проштудировав все книги по Темным искусствам, а у него было их предостаточно, он выбрал наиболее удачный и смягченный вариант для первоначального ознакомления Гермионы. Северус прекрасно знал, что такой способ удовлетворения вряд ли сможет полностью облегчить все ее потребности, но это хоть какой-то выход. По крайней мере, на какое-то время. Мысленно себе посочувствовав, профессор подумал, что со временем, когда весь этот кошмар закончится, он станет «специалистом» по удовлетворению женщин таким способом. Не то чтобы его очень расстраивала возможность попрактиковаться, но… – О!!! – застонала девчонка, и все его внимание сосредоточилось на звуках, которые она издавала. Закрыв глаза, Гермиона бессильно опустила голову на плечо мужчины, и он мог беспрепятственно рассматривать девушку, не переживая о том, какое впечатление производит на нее. Сжимая и лаская ее грудь ладонью, мужчина левой рукой раздвинул влажные складочки, и чуткие пальцы стали ласкать набухший клитор. Стоило Северусу едва коснуться самых сокровенных уголков ее тела, как стоны, полные жажды и неприкрытого желания заполнили его небольшую гостиную. Когда волна оргазма захлестнула тело Гермионы, она непроизвольно сжала бедрами руку профессора, тогда девчонка решила изменить положение и уселась поверх его ног. – Еще! Больше! – Умоляла она, потирая влажную промежность против грубой ткани его шерстяных брюк. Опомнившись от столь неожиданной и бурной реакции, Северус взглянул в раскрасневшееся лицо девушки, сидящей перед ним, и вновь повторил: – Положите мои руки там, где желаете. Гермиона всхлипнула и потянула вторую руку мужчины к влагалищу. Внимательно наблюдая за реакцией девушки, зельевар ласкал пальцами одной руки клитор, в то время как вторая скользнула к узкому напряженному входу, погружаясь в горячую глубину. Продолжая поглаживать клитор, Северус начал трахать ее другой рукой, наблюдая, как извивается она в сладких муках экстаза. Перечитывая всю информацию об Eternus Perturbatio, зельевар узнал, что поначалу, удовлетворение руками сможет принести долгожданное облегчение женщине, имеющей подобное проклятие. Но это будет всего лишь временная и не очень эффективная мера. Все равно, рано или… Нет, он не посмеет заняться с ней сексом – лишить девственности собственную ученицу? Ни за что! Он должен сдерживаться всеми силами. Да и нет у него никакого морального права на юную и чистую девочку. А если, упаси его Мерлин, дело дойдет до этого… Ведь он не сможет остаться равнодушным и безразличным к ней. За всю свою жизнь Северус никогда не лишал женщину девственности, но прекрасно знал, какое сильнейшее волшебство может породить сей акт. Да и не хотел он исполнять подобное с этой несчастной девушкой – его студенткой. Нет, Мерлин помоги ему, придется удовлетворять ее руками или ртом, если в этом будет такая срочная необходимость, но его член останется там, где ему и место. Тем временем, девчонка выпрямилась, стоя в кресле на коленях и стащив через голову рубашку, отшвырнула ее в сторону. Коснувшись длинных прядей его волос и с силой вцепившись в них, она притянула лицо профессора к своей обнаженной груди. – Пожалуйста, – умоляла Гермиона, и зельевар с ужасом понял, что, несмотря на принятое ранее зелье, его член оживает, отвечая на ее призыв. Проклятье!!!! – Используйте ваши руки, – грубо ответил Снейп, всеми силами стараясь не прикоснуться к твердым розовым соскам. Разочарованно застонав, девчонка выпустила его волосы, и, выгибая спину, коснулась руками груди. Чувствуя напряженность ее дыхания, Северус скользнул еще одним пальцем в ее тело и начал потирать клитор, нежно кружа и надавливая на него, пока она не закричала вновь, замерев на мгновение, перед тем как мощный оргазм накрыл ее тело. Снейп удалил руки от ее вульвы и осторожно переместил их, поддерживая обессилившее тело девушки. Она в изнеможении опустилась на колени, заливаясь горючими слезами. Зельевар взглянул на часы на каминной доске: только пять минут прошли со времени их первого контакта, а она уже дважды испытала оргазм. Он приобнял горько плачущую девушку, понимая, что этот уикенд, скорее всего, станет самым длинным уикендом в его жизни.