Глава 7 или женщины порой загадочны так же, как и вселенная
21 июня 2020 г., 08:16
Раш никогда не был привередливым едоком, поэтому не особо волновался из-за меню, которое им предоставила мисс Свон. К тому же, эта еда была даже лучше, чем на их бывшей базе. Судя по тому, как рядом довольно чавкал Илай, ему тоже весьма понравилось.
— Так это правда, что это мой дед вас так?.. — вдруг раздался любопытный голос рядом с их столом, и не прошло и секунды, как его обладатель, держа поднос в руках, плюхнулся на свободное место.
Это был юный Генри, который, с горящими от любопытства глазами, смотрел на его шею.
Николас усмехнулся.
Ребенок, как и его мать, явно не страдал от скромности, как понятием личного пространства. Доктор, в свою очередь, тоже с интересом посмотрел на мальчика. В прошлый раз ребенка он видел лишь мельком, но сейчас мог подробнее рассмотреть его.
«И впрямь похож…» — с каким-то трепетом понял он.
Особенно глаза.
Так похожие на его собственные…
Это было так странно видеть ребенка, который был внуком его точной копии. Ник все еще горел желанием обсудить этот факт с мисс Свон. Он — ученый и просто не мог поверить, что существуют, столь точные копии людей, хотя в магию еще пару дней назад он тоже абсолютно не верил. Но все же, магию он пока объяснить не мог, а вот попытаться решить эту головоломку стоило. Нет, конечно бывают феноменально похожие друг на друга люди, но у того человека из его сна, даже шрам над губой и то был такой же, как и у самого Ника.
Совпадение? Что-то ему не верилось.
— Для начала, юноша, хорошо было бы представиться и попросить разрешения присесть, — ухмыляясь, сказал Раш, сложив перед собой руки.
Генри поднял бровь.
— Я — Генри, можно сесть? — с сарказмом сказал ребенок.
Илай хихикнул и весело сказал:
— Ты уже сидишь.
— Да, ладно? — делано удивился ребенок и огляделся, будто только сейчас это заметил.
Раш хмыкнул и покачал головой. Этот ребенок точно был весь в мать, если не внешностью, то характером точно.
— Ну, так что? — вновь нетерпеливо сказал Генри и кинул выразительный взгляд на его шею.
— Не приставай к людям, — укоризненно сказала подошедшая Эмма, и дав сыну подзатыльник, посмотрела на них. — Извините, если он вас достает. Он и в лучшие дни был жутко любопытным, а за год, исключительно моей компании, это возросло в десятки раз. Кстати…
Тут она пристально посмотрела на Ника и поставила перед ним кружку, которую все это время держала в руках.
— Держи, так сказать, компенсацию, — сказала она.
Раш нахмурился и понял, что из кружки отчетливо пахнет кофе.
— Это кофе? — подняв бровь, спросил он. Хотя, чему удивляться? Эта женщина, кажется, могла совершить невозможное.
— Контрабанда, — с улыбкой сказала Эмма и ехидно добавила: — Не привыкай, это единоразовая акция, хотя, если ты не хочешь…
Она потянулась к чашке, но он ее остановил.
— Нет, я пожалуй приму этот дар, — едва заметно усмехнувшись, сказал доктор и с наслаждением сделал глоток. Правда, полностью насладиться напитком он не смог из-за боли в горле, от которой тут же поморщился.
Эмма сразу же глянула на его шею и тяжко вздохнула.
— Пошли, — сказала она ему и махнула головой в сторону выхода из столовой.
Николас настороженно прищурился и спросил:
— Куда это?
— Туда, где ракам и зимой жарко, — язвительно сказала Эмма и закатила глаза. — Да шею твою подлечу.
— Так вы еще и врач? — напряженно спросил он.
— Так это кружка кофе сейчас окажется у тебя на голове? — передразнила его блондинка. — Если тебе нравится мучиться — пожалуйста. Больше предлагать не буду.
Раш пару мгновений поколебался, но встал. Эмма посмотрела на Генри.
— Генри… — протянула она.
— Ну, маааам… Не начинай. Ничего со мной не случится, — сказал Генри, не желавший вновь сидеть в одиночестве в их крыле. — Здесь, к счастью, не водится ни Питеров Пэнов, ни пиратов, ни…
— Ладно, — остановила его Эмма, зная, что он может перечислять до бесконечности. — Сиди здесь и никуда не уходи. Илай, — обратилась она к парню. — Присмотри за ним.
— Х-хорошо, — пробормотал Илай и покраснел. Он теперь, кажется, все время теперь будет краснеть в компании этой женщины. И не удивительно. Она красивая и колдует. По-настоящему.
Эмма пошла к выходу из столовой, но уже около входа обернулась и показала пальцами сыну, что она за ним следит. Генри только хмыкнул и повернувшись к парню с которым остался, сказал:
— Ну, давай знакомиться, что ли… Я — Генри…
***
— Ну, и куда мы? — спросил Раш, как только гомон едящих в столовой людей стих. — Сюда, — сказала Эмма, махнув на то, что было здесь эквивалентом скамеек. — Садись. — Какой, однако, у вас скудный кабинет, доктор, — издевательски сказал доктор, но все же сел. Эмма закатила глаза и встав ему за спину, со всего маху опустила ладони ему на плечи. Раш от неожиданности даже застонал. — Будешь вредничать — вырублю, — ласково сказала она и сильно сжав его плечи, отпустила его. Ник тут же почувствовал необъяснимое сожаление. Но вспыхнувшая боль в затылке, когда эта дамочка беспардонно наклонила его голову вниз, не дала ему додумать эту мысль. — Может уже перестанете меня трепать? — проворчал он, стиснув края лавки. — А ты можешь перестать трындеть? — в ответ спросила Эмма и прикоснулась к его ране. Доктор тут же зашипел, но прежде, чем успел возмутиться, боль прошла. Причем совсем. Ни противной стянутости, ни жжения, ничего. Он неверяще прикоснулся к затылку и обнаружил лишь гладкую кожу на месте рассечения. Ник был, мягко говоря, в шоке. Одно дело видеть трюки на яву, а другое, когда чувствуешь это на себе. Чувствовать, как секунду назад разорванная кожа за мгновение регенерировала и стала вновь целой. Почти большую часть жизни он был довольно глубоко погружен в науку, желал узнать тайны вселенной, даже… даже не был с Глорией, когда она умерла, но буквально за пару суток Ник понял, что нашел загадку столь же интересную, что и вселенная. Загадку, которую ему тоже непременно захотелось разгадать. Эмма тем временем обошла его и присела рядом. — Да не три ты свой затылок — начнешь лысеть, — язвительно сказала она и тут же командирским тоном добавила: — Руку убери. Он даже спорить не стал, а лишь не отрываясь стал смотреть на нее. Эмма, игнорируя пристальный взгляд, отвела его волосы в сторону и сочувственно поморщилась. Нда, хватка даже у мертвого Голда то что надо. Вообще-то ее удивило, что тот, будучи мертвым, так беспокоится о ее безопасности и безопасности Генри. Эмма думала, что тот скорее являлся бы Белль, или Нилу, но… видать, смерть его изменила, как бы странно это ни звучало. Она едва заметно коснулась синяка и была так увлечена, что не заметила, как у ее «пациента» немного сбилось дыхание, особенно, когда Эмма положила ладони ему на горло. На миг ее ладонь замерцала, и когда она убрала руку, от синяка не осталось и следа. — Вуаля, — довольно сказала она и посмотрела на немного бледного доктора. Эмма пригрозила ему пальцем и добавила: — Не привыкай и не трепись об этом. Я не собираюсь становиться вашей медсестрой. Понял? — Понял, — хрипло ответил Раш, впервые заметив, как красивы ее глаза. «Черт! Я пропал.. — отчего-то обреченно подумал он, не способный отвести взгляда от лица блондинки. — …точно пропал».
