Сестра

      Савада Еметсу прекрасно осознавал, что не был отцом года ни для кого из своих детей, но видеть равнодушие в глазах младшего сына все равно было больно. В глаза той, кого дети называли своей матерью, он не смотрел. Какой смысл смотреть в глаза кукле, подделке, пустышке… Его Нана, его любимая, дорогая Нана — это не эта женщина, что растила его младшего сына, а та, что сейчас находится в лучшей клинике Италии, в которой лежит и лечится уже более десяти лет. От несуществующей болезни. Под присмотром людей главы Вонголы, готовых в любой момент убить его жену по приказу, если он шагнет не в ту сторону.       Кто бы что ни думал, но Еметсу не был полным идиотом, и интуиция у него работала нормально, иначе бы не смог стать советником. Но иногда, раз в год-полтора, его интуиция давала сбои, как бы выключаясь. Обычно в такие моменты Советник старался ничего не есть, никуда не выходить и соблюдал все меры предосторожности, какие были возможны в данном месте, где он находился в этот момент. Увы, не всегда эта проблема приходила к нему, когда он сидел в офисе за бумагами. Иногда из-за этого у него появлялись мелкие проблемы, несколько раз пришлось лежать в больнице, но один раз исчезновение интуиции привело к тому, что его любимая стала находиться на прицеле босса Вонголы, а он сам на крючке.       Еметсу, у тебя такая красивая дочь растет, просто ангел. Повезет кому-то в будущем, ребенок её, наверное, будет чудом. Знаешь, я слышал, что у вас недалеко от города появился такой замечательный пансионат. Твоей жене, наверное, тяжело, и маленькая дочь, и близнецы (твоя дочь несет кровь Джотто, и она достаточно красива, прекрасная партия и инкубатор. Пансионат прекрасное место, чтобы запудрить ей мозги, её комната там уже готова).       Твой старший сын чем-то похож на тебя, помнишь, каким ты был, как тренировался, чтобы стать Советником. О, к слову, я недавно был у Наны, она передавала тебе привет (вот тебе план, тренируй и помни: твоя жена у меня).       Вся жизнь Еметсу после того сбоя в интуиции, того рокового раза, состояла из таких вот с виду невинных фраз от Девятого. Он стал предателем для собственной дочери, что отдал в пансионат и несколько лет даже на каникулы домой пускал только очень и очень редко. Стал пустым местом для младшего сына. И стал монстром в глазах старшего сына, которого тренировал и практически ничем не мог помочь.       Единственное, чем он смог помочь - это тем разговором на крыше больницы. Он видел сына, чувствовал, слышал и сделал все, чтобы ставленники Девятого не заметили подростка. Пусть хоть так, но он смог показать сыну, пусть и часть, но правды. Он лишь надеялся, что это не сломит Тсуиоши, что он найдет в себе силы жить дальше. И пусть сначала казалось, что он сломался, но потом он восстал, как феникс из пекла. Его дочь. Нет. Дочь Наны смогла подобрать правильный ключик к сердцу брата и помочь ему.       И пусть они оба сбежали, пусть он не знает где они сейчас и что с ними. Он будет всем сердцем верить и надеяться, что они счастливы и их никогда не найдут, пусть это и по-детски, но он будет верить в это.       Тем более, он к побегу сына и дочери никакого отношения не имеет, да ему досталось за слабую дрессировку сына в детстве, но так как этого официально не было, то и устроить показательную казнь Девятый не мог. А Нану глава Вонголы трогать не будет, не так много есть на свете людей, в ком течет кровь Джотто и кто не был бы потомком бастарда, только Нана и её дети. А с учетом того, что двое убежали, то только Нана и Тсунаёши, убийство его жены ничего хорошего не принесет, только чуть порвется поводок и застёжка на ошейнике станет разбалтываться, потому что одно дело любимая женщина и трое детей, а другое один ребенок, который и отца-то не любит.

***

      Реборн невозмутимо читал отчеты о поисках его «ученика» и его сестры. С виду. С виду – невозмутимо. На самом деле он был в ярости и замешательстве. Глупый мальчишка сбежал, подставив его перед Девятым. Такого выговора, что устроил ему босс Вонголы, забыть было невозможно, тем более что выговор был не один на один, а значит, слухи скоро пойдут по всей Италии и дальше. Проклятый мог сколько угодно говорить про то, что он сильнейший, лучший, умнейший, но… Он не выстоит один против десятков тысяч людей Королевской семьи, не говоря уже о том, что семьи, входящие в альянс с Вонголой, тоже подключатся, да и левые семьи тут же прибегут, забыв о разногласиях. Одно дело мстить Семье – силе, а другое одинокому киллеру, что остался один против всего мафиозного мира. Потому что собратья по несчастью не помогут. Потому что все они косвенно принадлежат семье проклятого Неба, а она, та Семья, далека от звания сильнейшей, потому что у них есть свои Семьи и свои боссы, и идти против того, кому дали клятву, они не собираются, а некоторые и не могут. Из-за чего все претензии начальства пришлось проглотить молча, также молча склоняя голову. И это было унизительно, но еще более унизительно было читать отчет, в котором описывался допрос бывшего парня дочери Еметсу.       Потому что, по словам парня, он бросил девушку из-за имени родственной души, что находится у девушки под левой грудью. И имя это было «Андриан Реннат» - его настоящее имя. Имя, которое он носил до того, как стал Реборном. В то время, как все с ног сбились, ища родственную душу Тсукико, чтобы схватить там обоих сбежавших, мужчина в детском теле проклинал своё проклятье, из-за которого не смог понять, кем ему приходится сестра «ученика». Он не смог почувствовать, что она его соулмейт, хотя он прикасался к ней, к её коже. К коже, не скрытой одеждой! И он должен был почувствовать, понять! Но не смог, и от этого было больно. Но еще больнее от осознания того, что Тсукико не могла не понять, женщины такое понимают сразу, а значит, она не захотела соединять с ним душу, выбрала своего брата вместо него.       Это был полный крах.       Тсуиоши замарал его репутацию.       Его «ученик» забрал его родственную душу.       Старший сын Еметсу разрушил всё.       Старший брат нынешнего наследника Вонголы – далеко.       Тсуиоши Саваде не отомстить.       Старшего из братьев Савад не убить.       Брат его родственной души неприкасаемый по приказу нынешнего Босса.       Младший родственник Тсукико назначен наследником нынешнего наследника Вонголы из-за бесплодия последнего.       Савада Тсуиоши – мёртв!       В мечтах киллера, но не в реальной жизни.       В реальной жизни это «ученик» убил его.       Реборн засмеялся, благо, он был единственным человеком в комнате, и выпил залпом стакан алкоголя. Увы, в стакане был лишь виски, а не виски с ядом. Почему-то очень хотелось сейчас по-настоящему, в физическом плане, умереть.       Леон открыл один глаз, посмотрел на хозяина и снова закрыл. А на что ему смотреть, такое состояние у его хозяина уже не первый день – насмотрелся.