Nicotine

Сара О'Нил никогда не видела океан, однако всю свою сознательную жизнь провела на дне, среди безжалостных акул, коварных медуз и ядовитых морских змей. Боролась ли она? Возможно. А возможно, всё это время она скрывалась за высокими водорослями, молясь, надеясь, что крупные хищники её не заденут. Задевали. Было больно. Ожоги, укусы, удары. Один за одним, они делали Сару уязвимой и слабой. Возможно, у них получалось. А возможно, она по-прежнему оставалась здесь, между водорослей и рифов, всё ожидая, когда течение унесёт её в мирную жизнь. Казалось, эта ночь никогда не закончится. О весьма «бурном» её продолжении намекнул гневный взгляд Майкла, когда Сара, тихо чертыхнувшись, сбежала со сцены. Он схватил подругу за локоть и увёл подальше от недовольной выходкой Аарона толпы, и каждый дергающийся нерв на лице Тёрнера говорил девушке о том, что просто так он её не отпустит. Когда холодный воздух ударил в лицо, а дверь угрожающе хлопнула, Майкл перешёл в наступление. — Ты, блять, спятила?! — почти орёт он, хватаясь за голову. Сара закатывает глаза и лезет в карман куртки, доставая сигареты. Чиркает спичка, вспыхивает тусклый огонёк. Она знает: в ближайшие пару минут никотин её расслабит. Нет ничего лучше таких моментов. Только ты и твоя сигарета. Никакого почти позора, никакого психованного Тёрнера, никакой Кэссиди, готовой скинуть её со сцены в любую секунду. Ничего нет. И Сары тоже нет. — Сара, — Майкл делает шаг к ней, выхватывая из рук девушки сигарету. Лишь для того, чтобы затянуться самому. — Ты слышишь меня? Она лениво приоткрывает глаза. — Нет. — Ты притащила меня сюда, чтобы показать это шоу, но теперь молчишь, как... — Что я должна сказать? — девушка склоняет голову набок, а затем горько усмехается, забирая сигарету из рук дракона. — Да. Я притащила тебя сюда. Я хотела, чтобы ты узнал это от меня, а не от Вишни, например. — Что узнал? Что ты уподобляешься этой шлюхе? Собралась приват танцевать? Сколько, блять, раз я тебе говорил, что достать деньги не проблема? Ты всё равно лезешь в новое дерьмо! Кажется, вена на лбу рыжеволосого парня вот-вот лопнет. Сара держится изо всех сил, чтобы не развернуться и не уйти. Забота Майкла, граничащая с паранойей, выводит её из себя. Да, когда-то она сама попросила его быть рядом несмотря ни на что и беречь её, но это был тот самый момент, когда её уязвимость и одиночество достигли критической отметки. — Я не возьму у тебя деньги, Майкл, — выплевывает О'Нил, распахнув глаза. Мимо проходит компания байкеров, пустив в сторону Сары несколько скользких замечаний по поводу её танца, но быстро скрывается за дверью. Девушка возвращает внимание к другу. — Когда я уеду, я должна буду знать, что с этим городом меня ничего не связывает. — Тебя никто не просит их возвращать. — Это не имеет значения. Я буду чувствовать себя обязанной, как и всю свою жизнь. — И что ты будешь делать? Трахаться с этими упырями? — Майкл кивает в сторону парней в кожаных куртках, курящих на парковке. — О, уверен, Кэс уже дала тебе пару вводных уроков! Гнев Тёрнера передаётся и Саре. Его слова застают её врасплох, и она толкает дракона плечом, направляясь обратно в бар. Снова удар. Между рёбер, выбивший воздух, и почему чёртовы слёзы на глаза наворачиваются? О'Нил не умеет плакать. Не станет. Нужно умыться. Просто умыться, найти Вишню и попросить его отдать ей пару ночей. Он стоит у барной стойки, попивая виски и увлечённо за кем-то наблюдая. Сара делает глубокий вздох и уже делает шаг по направлению к дракону, когда кто-то вдруг перехватывает её запястье, заставляя девушку остановиться. В нос ударяет резкий запах приторно-сладких духов. Кэссиди. — Чего тебе?! — О'Нил пытается перекричать громкую музыку и орущих драконов. Стриптизёрша наклоняется над Сарой, хватая девушку за подбородок, и усмехается, проводя языком по своим пухлым губам. Мимо них проплывает Аарон, с ухмылкой наблюдая за тем, как девчонка выдёргивает запястье из мёртвой хватки рыжеволосой стервы и делает пару шагов назад. Вишня пихает босса в бок, но, поймав его озлобленный взгляд, поднимает ладони вверх. Это шоу только для них. Лучше, чем неудавшийся стриптиз, может быть только удавшаяся бойня двух разгоряченных девиц. — Пока я добрая, Сара, уйди с моего пути, — шипит Кэссиди, наступая на сбитую с толку школьницу. — Но это ты стоишь у меня на пути. — Ты поняла, о чем я говорю, — она вздергивает бровь. — Давай представим, что не поняла. — Это неудивительно. Ты хочешь проблем? Я ещё даже не показала тебе свои зубки, а ты уже почти облажалась. Благодари Хилла за то, что вытащил твой зад из моей Преисподней. Он уже почти воспламенился. — Ты угрожаешь мне? — О'Нил усмехается, сложив руки на груди. Все посторонние звуки в баре утихают, словно и правда каждый находящийся здесь прислушивается к ещё не начавшемуся торнадо в исполнении Сары и Кэссиди. Но слушают, вернее, пытаются разобрать их трёп, только Вишня и Аарон, пристроившиеся у барной стойки и попивающие разбавленный водой виски. Голоса девушек тонут в громкой музыке и пьяном гоготе драконов, и только их раскрасневшиеся лица выдают состояние двух потенциальных стриптизёрш. Хилл уверен: вдвоём им на одной сцене не ужиться. Казалось бы, никаких сомнений быть не должно: оставь ту, которая не краснеет, когда на неё смотрят, которая за одну ночь и скачки на чужом члене может заработать столько, что все расходы этого бара разом покроются, лишив всех мигрени и нервотрёпок. Но с другой стороны, была Сара. Маленькая, неопытная, боевая. Новая картинка практически вызвала фурор у драконов, ведь они так привыкли к Кэс, что видеть кого-то ещё стало для них настоящим, и, что немаловажно, приятным сюрпризом. На этой новизне можно было неплохо заработать, конечно, сперва научив её азам. А сделать это без Кэссиди будет практически невозможно. Тогда как быть? Ему, как мудрому лидеру, как разрешить этот конфликт, сделав из соперниц напарниц? Кэссиди вскидывает брови и усмехается, тряхнув головой. — Моя дорогая. Разве могу я тебе угрожать? — Я могу, — вспыхивает Сара. — Продолжишь вставлять мне палки в колёса — наведаюсь в гости к твоему жениху и расскажу всю правду про книжный клуб. Вишня присвистывает. Туше. — А как дела в школе, Сара? Все знают о твоём новом увлечении? Услышав это, Аарон округляет глаза и отхлебывает виски. Вот уж что им не нужно, так это проблемы с копами, которые наверняка наведаются сюда, пронюхав, чем тут занимается несовершеннолетняя девчонка. — Думаешь, стоит их остановить? — Хилл наклоняется к Вишне. — Нет, — протестует тот, закусывая губу. — Они так сексуально грызутся. Закатив глаза, Аарон отталкивается от барной стойки и подходит к девушкам, испепеляющим друг друга взглядами. Кажется, Вишня бросает ему в спину что-то вроде «кайфолом», но Хилл пропускает это мимо ушей, положив руки на плечи Сары и Кэссиди. Они в унисон оборачиваются к своему боссу. — Дамы, — начинает он. — У вас совершенно нет повода делать мозги себе и нам. Выйдите, проветритесь, прогуляйтесь. — Желательно, до моего трейлера, — подхватывает Вишня, подходя к ним. — Заткнись, — Аарон закатывает глаза, снова обращаясь к девушкам: — Вы обе будете танцевать. И это не обсуждается. Кэссиди скидывает его руку со своего плеча, обводя щетинистое лицо мужчины ненавистным взглядом. — Танцевать? Только танцевать, верно? Ладно, я поняла, — янтарные глаза стриптизёрши вспыхивают дьявольским блеском, когда она смотрит на Сару. — Я останусь здесь и буду помогать ей только при одном условии. Она тоже начнёт брать клиентов. Сердце О'Нил падает в пятки. Она приоткрывает рот и яростно — слишком яростно — трясёт головой. Аарон ухмыляется. — Исключено. Этого никогда не будет. Я не шлюха. — И я не шлюха, дорогая, но есть определённые... — Она не будет ни с кем трахаться, — Вишня меняется в лице, подходя к Кэс и хватая её за локоть, чтобы развернуть лицом к себе. — Не смей даже думать об этом. — Поддерживаю Вишню, — Аарон кивает. Сара отправляет драконам удивлённый, а после благодарный взгляд. Всё тело обдает ледяной волной отвращения, когда она смотрит на Кэссиди, едва сдерживающую свой гнев. В чём её проблема? О'Нил не претендует — почти не претендует — на деньги Мейсон. Вероятно, она боится, что в какой-то момент Аарон оставит лишь одну из них, а преимущество всегда будет на стороне той, кто вызывает у публики больший восторг, а значит, может больше заработать. Драконы привыкли видеть Кэссиди на сцене; она повторяет те же движения, надевает те же шмотки и танцует под ту же музыку. Они хотят кого-то нового. И в этом случае, разумеется, Кэс чувствует опасность, исходящую от Сары. Нетрудно сложить два и два, но гораздо сложнее доказать ей, что ответ действительно четыре. В конце концов, Кэссиди отступает. Бросив на каждого из них гневный взгляд, она озлобленно фыркает: — Я ухожу. Но если вы думаете, что я сдалась, то вы просто тупые отморозки. Стук каблуков отбивается от грязного пола, пульсирующей болью отдавая в висках стриптизёрши. Подобно ведьме на метле, она вылетает из пропитанного дешёвым пойлом и бестолковыми идиотами бара и делает несколько жадных глотков свежего воздуха. Что это было, чёрт подери?! Какого хрена они оба так впрягаются за эту малолетку? Если Кэс не изменяет память, то ещё вчера эта Сара выполняла роль официантки, нервно дергаясь от каждого прикосновения и каждого взгляда. А этот Аарон... притащился сюда спустя год и думает, что у него здесь есть права? Чёртов Вишня со своими чёртовыми долгами. Нет, так просто это нельзя оставлять. Определённо нельзя. Пора выкурить отсюда эту девчонку.

***

Грязно-белый потолок теряет свои границы, превращаясь в огромное мутное пятно, надвигающееся на Сару. Она лежит в своей постели уже несколько часов, пытаясь уснуть, но вместо снов видит одну и ту же жалкую картинку. Её жизнь действительно такое дерьмо. Пытаясь проанализировать все события минувшей ночи, О'Нил то и дело возвращается к угрозам Кэссиди. Имеют ли они вес? Может быть, ей и правда стоит отказаться от этой затеи и остаться со своей несчастной десяткой баксов? Нет. Исключено. Теперь, думая об этом, Сара всегда будет вспоминать то, что сказал ей Аарон, когда Кэс ушла из бара. «Будь эгоисткой, фисташка, думай только о себе», — это звучало весьма убедительно. Но почему он снова заступился за неё? Почему не поддержал мерзкое условие Кэс брать клиентов? Что ж, ответ был очевиден: ему не нужны проблемы с копами. И если Вишня защищал О'Нил, Аарон беспокоился только о своей шкуре. Он и так идёт на риск, позволяя ей танцевать в своём баре. Повернувшись на другой бок, Сара нервно вздыхает. Она оказалась почти в безвыходном положении. Кроме того, раздразнила акулу, в любую секунду готовую вернуться в родное «дно» и поглотить маленькую и слабую О'Нил. Что делать, как быть? Утро медленно вступает в свои права, и девушка встаёт с кровати, накидывая на дрожащее тело рубашку и подходя к окну. Она вернулась домой всего пару часов назад, а кажется, что прошло всего пару минут. Каждая клеточка её тела помнит события, оставившие новые ссадины на теле и душе Сары. Столько глаз было приковано к её телу, когда она танцевала — мерзко. Майкл наговорил гадостей и исчез — опять осталась без единственного друга. Кэссиди выпустила клыки и грозит вонзиться ими в её шею — почти не страшно. Аарон заступился за неё — одновременно логично и странно. Яркие картинки, образы, фразы захватывают девушку в свой плен, и кажется, она даже не замечает движения в окне напротив. Лишь сфокусировав взгляд и с трудом вырвав себя из пелены раздумий, она обращает внимание на происходящее в соседнем доме. И как так вышло, что их окна выходят друг на друга? — Это ещё кто? — тихо спрашивает себя Сара, скрывшись за занавеску и уставившись на девушку, сидящую на подоконнике. За пыльным стеклом виден лишь её силуэт. Она полностью обнажена: улыбается и курит, положив ногу на ногу и повернувшись в профиль, демонстрируя Саре угловатые черты своего лица. Голая девица ранним утром в доме тридцатилетнего главаря банды? Ничего удивительного. Но О'Нил зачем-то продолжает смотреть. Ведь в следующую секунду в окне появляется вторая фигура. Тёмная и обнажённая, и Сара нервно сглатывает, уставившись сначала на пресс Аарона, а затем опустив взгляд ниже... её глаза округляются, когда она видит возбужденный член мужчины, и пусть пыльное окно искажает картинку, не заметить такое трудно. Ещё труднее оказывается отвести взгляд. В комнате вдруг становится жарко, в горле першит, и температура вдруг подскакивает до смертельной отметки, когда Хилл одаривает незнакомку поистине волчьей ухмылкой и хватает её за бедра, разворачивая лицом к себе. Сара тихо ахает, отступая от окна и прячась в тени утренних сумерек, охвативших комнату. Сердце начинает неистово качать кровь, и девушка прикладывает ладони к пылающим щекам, садясь на кровать. С ума сойти. Она видела голого Аарона Хилла и, что ещё паршивее, не могла перестать смотреть. Хуже только увидеть, как он берет эту девицу на подоконнике прямо перед окнами своей соседки. Но хуже ли? Школьница бросает беглый взгляд на свое завешенное окно. Перед глазами так чётко стоит картинка того, что ей не следовало бы видеть, и кажется, будто Аарон в эту же секунду войдёт в её комнату в таком виде. Сара не из тех, кто после увиденного побежит молить Господа о прощении, однако это действительно то, что займёт все её мысли на ближайшие пару дней. И кто эта девушка, интересно? Вероятно, он подцепил её сегодня в баре. И фигура у неё ничего. Но его тело... Сделав несколько жадных вздохов, О'Нил подрывается с кровати и направляется прочь из комнаты в надежде немного освежиться. Даже взгляда не бросив на несчастное окно, она рывком открывает дверь и устремляется в ванную, когда вдруг слышит знакомый голос, доносящийся из гостиной. Она замирает на полушаге, прислушиваясь: — Я пришёл сюда не мириться, Эвелин, — сухо говорит шериф Никсон. — Позови-ка сюда Сару. Мне тут о ней кое-что интересное доложили.