Венок из осоки и маргариток

Зал Большого дворца – как и тогда, много лет назад, полон до отказа. Звучит торжественный магнификат, славя молодую королеву – королеву Аод. Прекрасная как весна, молодая женщина, идет к возвышению – чтобы принять корону – и следом идет ее избранник. Энид не один десяток лет мудро правила государством, добившись многого – и вот теперь они передают бремя власти детям. Аод отмечена Богиней – ну а они смогут пожить более спокойной жизнью. Впрочем – они и "спокойно" – понятия плохо совместимые. Зато будет время на воспитание внуков, и возможность больше внимания уделить иным делам. //Так странно.. кажется совсем недавно я качал ее на руках, и плел косички – и вот… Дети растут, у нас уже внуки… И это правильно – продолжается жизнь// Звучат слова клятв, и вот уже они возлагают венцы правителей на склоненные головы. Королева и ее консорт. Как было – как есть – и как будет. Всегда. Праздничный банкет. Музыка. И да. Танцы. Его руки касается рука Энид. -Потанцуем, mo minne? -Потанцуем, mo feainne.. Звучит музыка – а она все так же прекрасна, раскрывшись в зрелости, не утратив своей красоты, но обретя нечто новое. И они медленно скользят в танце – как и много лет назад. Для него в целом мире есть лишь она – Энид. Его нежная и хрупкая Маргаритка, доверившаяся ему – и поверившая в него. И подарившая ему целый мир. *** Дом – уютный, теплый, деревянный, с резьбой по стенам, с садом вокруг. И прекрасная хозяйка этого дома. Теплый взгляд карих глаз, ласковая улыбка. Они вручили власть молодым – отойдя в сторону, помогая и поддерживая, но теперь хранить и беречь Эрин – не им. Его руки касается узкая ладонь – с неизменным колечком. -О чем думаешь, счастье моё, Вет? -О будущем. -Которое обещает быть весьма занимательным. -И которое мы создадим сами. Он заключает любимую в объятья. Энид замирает в кольце его рук, прижавшись, и деля минуты близости и тепла. -Вет… скажи… а бывают… ну старые эльфы? -Мы не стареем так как другие расы… до конца дней оставаясь привлекательными… -И тебя не смутит моя седина и морщины? -Нет. Потому что это будет ТВОЯ седина и ТВОИ морщины. Эни, это ведь будешь все равно ты. Он развернул женщину к себе, нежно обводя ее лицо пальцами. -Я буду любить тебя, даже если ты станешь морщинистой как старый башмак, беззубой и совершенно седой… Я буду любить тебя любой… И знаешь, почему? -Почему? Энид чуть прикрыла глаза, млея под лаской любимых и родных рук. -Потому что одна нежная маргаритка решила, что для нее милей острые листья осоки, чем мягкая травка… И не прогадала. Карие глаза с золотистыми искорками распахнулись во всю ширь. -Ты… -…догадался. Enid, mo feainne, mo blath… А потом слова были просто не нужны – потому что для истинно любящих их всегда очень мало. *** Время пролетает быстро – особенно если оно занято делами. Его прекрасная Маргаритка с возрастом не утратила своей красоты, но годы все ж берут свое. На престоле сидит их дочь – Аод Мудрая, Аод Устроительница, под рукой которой расцветают науки, искусства, которая покровительствует всякому, что развивает технологии и знания в любой форме. Новости рассказывают, что в планах Аод начать исследовать пространства за пределами голубого купола неба, и строятся удивительные корабли, что смогут плыть среди звезд. Как, он представлял плохо, но видел чертежи и костюмы для тех смельчаков, что отважатся на такое. Что ж, это будет любопытно. Он же негласно поддерживает и защищает их с Энид дитя – служба безопасности вся в его руках. И никакой враг не навредит их девочке. //Время… беспощадное время… но у меня достанет сил усадить на престол и внучку – кого бы не отметила Богиня.// А Богиня сплетает нити судеб, создавая свое полотно. Время… Беспощадное и неумолимое время… Успокоился под надгробным камнем преданный своей стране и короне Вернон Роше – и рядом с ним успокоилась его верная супруга, Веллеена. Люди живут до обидного мало – но тайную службу возглавила дочь супругов – Алисия Роше, обладающая цепкостью и верностью обоих родителей. Темерский престол теперь уже занимает, кажется, сын Анаис, а вдовствующая королева посвятила себя поддержке сиротских приютов и школ. Уходят старые друзья, соратники, знакомые – на их место приходят дети и внуки… История теряется в глубинах времени, превращаясь понемногу в сказку, в легенду… Наверное, так и должно быть. Из историй рождаются легенды – которые живут гораздо дольше, чем все рожденные под солнцем. Будучи ребенком, он слушал легенды – а теперь… Теперь он сам – легенда. *** В ладони – тонкая узкая ладонь, морщинистая, истончившаяся, но все еще прекрасная. Его Маргаритка утопает в подушках, ее волосы белей снега, лицо покрылось морщинами. -Видишь, какая я… -Все еще прекрасная, mo feainne… -Не спеши за мной, mo laest… -Не буду. А ты… ты дождешься меня, любимая? -Дождусь. Дождусь, Вет… Слабеет дыхание, Энид понемногу впадает в милосердное забытье. Он держит ее руку в своей. А в груди разрастается боль. Но он пообещал. И он выдержит. Ледяное дуновение у виска. И бессильно падает голова, и холодеет тонкая рука. А из горла рвется крик боли и невыносимого горя. *** Холодный мрамор. Сумрак и тишина некрополя. Прекрасная в совершенстве дева из мрамора на надгробии. Он пришел сюда в первый раз – но не в последний. За советом. За утешением. Унять боль. Найти силы идти дальше. -Enid… mo feainne, mo blath… Cead, mo minne…. Негромкий голос, говорящий на Старшей речи. Он придет сюда еще не раз.