У боли есть цвет:цвет бордовой розы

POV Арсений        Я проснулся раньше Антоши. Так приятно наблюдать за ним спящим, ресницы подрагивают, лёгкая улыбка. Одна сторона щеки красная и мокрая, потому что ночь пролежал на груди, а когда уснул, так ещё и слюни пускать начал, поэтому моя футболка насквозь мокрая. После сна губы припухли, похожи на пельмешки (от этого сравнение во рту появились слюни и так их захотелось, что не отказал себе в удовольствии), слегка влажные и такие манящие. Нависнув над Тошей, начал покрывать лицо нежными поцелуями. (Никогда такого не было, и вот опять) Аккуратно коснувшись лба, переносицы, нос (Антон смешно зажмурил его) касаясь маленькой родинки (она работает, как стрелка указывающая куда целовать), не удержался и лизнул кончик. Затем глаза, осторожно, что бы мой мальчик не проснулся. (Мой. Как звучит, в голове повторял это слово снова и снова, будто пробуя на вкус) Дальше щёки, и самое приятное и вкусное —розовые губы. Слегка оттопырив нижнюю, начал посасывать во рту, проходясь языком по мягкой поверхности. В паху приятно тянуло, но я не обращал на это внимания. С губ я переместился на подбородок, шею (ещё вчера украшенную розами), ключицы. Руками водил по бёдрам, впалому животу, пересчитывая рёбра кончиками пальцев. Изумрудный мой зашевелился, но не проснулся, закинув правую руку себе за голову. Прочертив дорожку поцелуев до груди, на пробу лизнул один из сосков. Розовый ореол и кожа вокруг него покрылась мурашками, поэтому я лизнул ещё раз и ещё, вкушая и всасывая в себя. Медленно перешёл к другому, и провёл те же манипуляции, Антон сдержано простонал, но так и не проснулся. Оставив в покое «растерзанные» поцелуями соски, опустился вниз. Оставляя на каждом ребре и каждом миллиметре кожи крохотный поцелуй. Дойдя до спальных штанов, спустил вниз вместе с боксёрами. Моему взору открылся потрясающий вид. Член Антона от таких действий полувстал, чему я усмехнулся про себя. Невесомо касаясь его паха губами, опустился ниже. Рукой провёл по красивому члену, увитому венками, оттянув крайнюю плоть, лизнул открывшуюся головку. Тоша шумно выдохнул и попытался открыть глаза, но не выходило, слишком крепко спал. Прихватив губами головку, (убрав зубы) начал посасывать её, и водил круговыми движениями. На этот раз Антон распахнул глаза в удивлении, после сна они ещё красные и слезились. —Аррррррс, —прорычал парень, у него не получилось произнести моё имя полностью. Глядя ему в глаза, я заглотнул член больше. —Что…ты…боже…делаешь? —после каждого слова был стон, он вплёл пальцы в мои волосы, оттягивая и убирая с лица. —Радую своего мальчика, —не до конца вытащив член ответил я. —Не разговаривай с набитым ртом.—усмехнувшись ответил он, погладил по щеке. Я прихватил его член зубами, но не сильно. —Ай, —сказал Антон, —ладно ладно, больше не буду. После этого начал заглатывал максимально глубоко, насколько позволяло горло и рвотный рефлекс. Я сглотнул отчего Тоша, так звонко простонал, что думал кончу от этого звука. Зеленоглазый водил свободной рукой по щеке, скуле и дотронулся до моего горла, гладя вверх вниз, тем самым доставляя себе ещё больше удовольствия. —Арсений, —позвал он, и я поднял глаза.—Я…сейчас…кончу.—он попытался убрать моё лицо, но я не позволил ему. Удержав руку и переплетая пальцы. Другой рукой водил по стволу, и в скором времени почувствовал, что его член запульсировал во рту, и через несколько секунд он кончил со стоном на губах.  Я отстранился, слизал все семя, не пропуская ни капли. И, чмокнув напоследок головку лёг рядом. —Я же говорю ты сладкий. Тоша тяжело дышал рядом, рот приоткрыт, глаза все ещё зажмурены. Создавалось впечатление, что он ловит звёздочки перед ними. Пару минут спустя он отошёл, и нависнув надо мной, заговорил. —И что это сейчас было? М? —Ничего особенного, просто захотелось порадовать своего котёнка. Ты против? —ответил я, Антон опустился попкой мне на пах, поэтому мой стояк болезненно упирался в неё. А Тоша будто специально, елозил. —Своего? —задал он вопрос. —Именно…агрх, —не выдержал я и издал полу стон, полу рык, —малыш, блять, если ты сейчас не прекратишь я кончу.—попытался приподнять его попку, но не вышло. Антон крепко обхватил бёдра ногами. —На то и расчёт.—он вовлёк меня в поцелуй, изучая рот длинным языком. Поцелуй был похож на борьбу, но я старался дать ему наиграться, что бы он думал, что выиграл. (мнимая победа, так сказать) Оторвавшись от растерзания губ, приподнимает зад и снимает штаны и боксеры.  Я выдохнул с облегчением, так как больше терпеть не было сил. —Малыш, если ты не готов, то не надо.—заволновавшись сказал я, потому что боялся, что слишком торопимся. —Доверься мне.—ответил он и опустился на член. —Уже. — на выдохе сказал я. Медленными и тягучими движениями он тёрся попкой о мой член. Сочащейся из него смазки хватило, чтобы он без проблем скользил. Я захлёбывался собственными стонами от этих движений. Уложив руки на пятую точку, слегка раскрыл две половинки так, что бы чувствовать дырочку членом. Пульсирующий вход доставлял ещё больше удовольствий, горячим и мокрым колечком, тёрся сильнее и сильнее, пока из него не потекла смазка. Член Антона снова встал, и с каждым движением ударялся о живот, пачкая предэякулянтом. Тонкая ниточка тянулась от его живота к моему, поэтому накрыв член рукой начал водить под стать его движениям. —Маленький мой…дааа…вот так, —я задыхался, кажется, воздух кончается. Антон упирался руками мне в грудь, и стонал так сладко и мелодично. Чёлка упала ему на лицо, закрывая обзор на глаза, пухлые губы, раскрыты и блядски стонут. Завораживающее зрелище. — Арс… Аррррс, блять, да.....Агхррр-выстанывал он. Спустя десять минут быстрых манипуляций мы одновременно кончили, поэтому Антон завалился на меня сверху и тяжело дышал. Вытерев попавшейся первой под руку футболкой животы, обнял Тошу, водя руками по обнажённой спине. Опустив один пальчик на колечко мышц, начал поглаживать его, растирая остатки спермы. —М-м-м, —снова начал стонать Тоша, —Если ты продолжишь, —пробормотал Антон, — то у меня снова встанет, а я устал.—я засмеялся, но руку все-таки убрал. —Спи, малыш.— поцеловав макушку, закрыл глаза.