Два лика силы

      Каэлнир       Мы начали тренироваться — я даже стал приходить вовремя на занятия! Сам процесс был довольно скучен, но за Киану было интересно наблюдать — то, как он старался, как пыхтел и выжимал из себя максимум. Это даже утешало — парень явно был способным, и предподготовка по целительству явно способствовала ускоренному прогрессу. Он совершенно не был похож на Хэлранила… и одновременно похож, как и все светлые. Мы учились синхронизироваться, быть сообщающимися сосудами, что бы воспринимать друг друга, и по всем параметрам я знал кто передо мной. Но стоило отвернутся, отойти чуть дальше, как все ощущения вопили о неправильности происходящего. Как я мог чувствовать с ним то же, что и с братом? Иногда мне казалось, что его тень преследует меня. Печально стоит в темном углу, когда я пытаюсь спать, или сидит на кровати. Его лицо мелькает в толпе, а взгляд буравит спину, когда я ем. И самое отвратительное, я никак не мог понять, что несет мне его молчаливый образ. Укоризну? Обвинение? Прощение? Эта неизвестность доканывала меня и во снах.       Прошло чуть меньше пары месяцев, и видимо от отсутствия идей и понимания, мысли просочились и во сны. В хорошие дни мне просто снился его образ. В плохие — тот злополучный день, мечи, прошившие грудину. В такие дни, как ни странно, меня спасали тренировки с Киану, и я почти с радостью занимался с ним дополнительно, старался объяснить нюансы, пойти на встречу. Мне казалось, что когда у нас всё получалось, становилось легче, и тени отступали. Я почти жался к нему в наших «танцах», растворялся в его запахе, и это давало свои плоды по-своему — у него получалось. А для меня это был ещё один выигранный бой, ещё одна отвоеванная ночь, или день — когда я мог быть сейчас, а не в прошлом.       Впрочем, вся эта романтика не мешала нам преотлично обмениваться любезностями по поводу и без. Дохляк был остёр на язык и составлял мне недюжинную конкуренцию на поприще сарказма, так что я обычно не стеснялся выражать своё мнение, даже когда оно не требовалось. Ничего, пусть не расслабляется.       Церемония окончания состояла в мелком собрании чуть более прилежном нежели «валите нах отседова», что меня даже позабавило. Ну, сойдёт на самом деле — все формальности нас всё равно ждут в Цитадели, где Киану предстоит пройти всякую регистрационную хрень. И получить клеймо… Признаться, не самая приятная часть, но так было заведено с глубоких времен. Моё уже несколько лет красовалось на левом плече… Партнёры делают их друг другу, чтобы мы навсегда запомнили руку, дарящую как благо, так и обратное. Киану был этого лишен… Мне было почти жаль, что он не пройдёт полноценной церемонии, но мысли на эту тему слишком тревожили связью с братом, так что я просто избегал их.       В этот же день мы пошли на рынок — парень смутно понимал, зачем ему таскаться за мной за мелкими бытовыми вещами, или посещением лавки травника, но резко сменил своё мнение, когда я предложил за мой счет выбрать ему амуницию для Эдельвейс себе по вкусу. Всё же, в филиале предлагался тот ещё середнячок, а удобное седло — залог удачного пути, по крайней мере выбирая между казенным добром и своей задницей я бы выбрал второе, что и предложил светлому. Его сияющая мордашка уж слишком напрашивалась, так что не обошлось без моих едких комментариев «лучше сейчас хорошее седло, чем потом твоё нытье о долгой дороге с непривычки», но где-то в глубине души мне понравилось радовать его. Интересно, к чему бы это?       Наш путь не изобиловал прямотой — вдогонку дали задание почистить подозрительный рассадник нежити западнее Рагадана, а после проверить болота на предмет плановой зачистки — там вечно плодилось всякое дерьмо. Ничего особенного, да и между строк я углядел, что после нас туда пошлют нормальную группу для зачистки, но мол «для практики»… Н-да, а куда деваться? С другой стороны я и сам не был уверен, что Киану, даже при всех его талантах, сможет сигануть с места в карьер. Так что едем туда.       Надо отметить, что начало было весьма неплохим. За пару дней мы домчались до ореола рассадника тварюшек, разбили лагерь и я принялся по своему «вынюхивать» информацию — все мои чуйки давали бонусы только животного плана, вроде запаха по ветру, а вот магические чуйки срабатывали в основном на темных созданий и чудовищ — специфика, что с неё взять? Но это по своему удобно, так как охват был выше, нежели у того же Киану, который в свою очередь мог чуять не только темных, а вообще всех. На деле нежить словно центрировалась, кучковалась, и кучками же перемещалась. Число, это всегда менее удобно, чем единичные, пусть и настырные экземпляры, а потому прежде чем пойти зачищать местность, светлому была прочитана получасовая лекция о том, что бы он и не думал высовываться, держался тылов, и ни в коем случае ни при каких обстоятельствах не лез в активный бой.       Вообще-то у меня было соблазнительное желание оставить его тут в лагере, но его вопли то ли созовут всю нежить к нему же, то ли наоборот распугают — а рисковать и узнавать пока не хотелось. Пришлось брать с собой.       Однако всё оказалось действительно странным — ближе к делу, меня встретила совершенно разномастная дискотека, которая мало того не страдает тягой к коллективному сознанию, так и в целом должна недолюбливать друг друга, а тут аж подружились. Сказал бы «против меня», но мы же не были знакомы до?! В любом случае твари нападали словно голодные брошенные жены на пропащих мужей — яростно и немного бездумно. Скалистая местность, позволяла мне почти комфортно скакать, ведь на мягкой земле отталкиваться сложнее, но постоянно косить глазом за Киану не получалось, и в какой-то момент я его потерял — примерно в то же время я был готов поклясться, что твари стали нападать слаженней, что разом усложнило задачу. Мне показалось, или я почувствовал магические всплески? В пылу отмахивания от когтей и зубов я едва не прошляпил треск камня, а когда таки обратил внимание… Моё сердце пропустило наверное даже не один удар. Эта бестолочь едва успевала уворачиваться от магических атак!       — Киану!       О холера, теперь он вовсе замер! Едва успеваю отбить желание у клыкастой уродливой твари закусить моим мясцом.       — Киану!!!       Изгибающееся тело брата на нескольких мечах, мы окружены…       Только не в этот раз, не сейчас, не ТАК…       Киану       Мой путь в новую жизнь начался довольно-таки позитивно, и… с похода на рынок. В целом я не любитель шататься по толчее народа и глазеть на то, что не могу себе позволить. Но Кэл проявил неожиданную для меня щедрость, предложив купить новую сбрую для Эдельвейс. Это было слишком соблазнительно, чтобы я смог отказаться или даже повыпендриваться для порядка. Как ни крути, а задница у меня не казенная. С одной стороны меня такая благотворительность немного настораживала, а с другой… мне и так слишком редко что-то перепадало, чтобы я отказывался. Да и… может так принято в парах? Все же я слишком мало знал о том, что и как там происходит, а потому в ряде моментов предпочитал полагаться на Кэла. Не смотря на его вредность, пользы от его предложений было немало и говорил он логично, так что повода не доверять у меня не было. И… я боялся себе признаться, но мне начинало нравиться, что мне уделяют столько внимания, обо мне заботятся и что-то дарят. Хотя не уверен, что смог адекватно выразить свою благодарность, не смотря на ее искренность. Исторически сложилось, что у меня с этим туго.       Однако даже не смотря на хорошее седло и навыки верховой езды, тело через пару дней пути начало ныть, не привычное к долгим путешествиям. Но азарт и восторг перекрывали для меня данный недостаток. Ведь нам предстояло первое настоящее задание! По лицу Кэла я понял, что по его меркам это задание пустячное и для ясельной группы, но я все равно был ему рад.       Однако моя радость немного поувяла, когда темный возжелал меня оставить в лагере и пойти сам. Одна часть меня понимала, что он прав, я зеленый юнец и это он так проявляет заботу. Другая же пылала негодованием и праведным гневом. Я что, ему бесплатное приложение и аптечка на ножках?! Если он не даст мне участвовать в бою, то я так и останусь неопытным балластом! Это шло в разрез с моими взглядами на дальнейшее развитие и сокращение разницы в опыте между нами. О чем я ему и сказал. Кэл нехотя принял мои аргументы, но за свою уступку потребовал, чтобы я в бой не лез. Пришлось согласиться. Видимо, придется идти по длинному пути торгов…       Я забрался на удобный пригорочек и наблюдал из-за кустов за тем, как Кэл методично и уверенно сокрушает толпы нежити. Поначалу я бдил, чтобы его не ранили и я не проморгал, а вовремя успел прийти на помощь. Потом понял, что зря переживаю — мой темный напарник справлялся с монстрами играючи. Глядя на него я одновременно ощущал и восхищение, и зависть, и… обиду. Я тоже хотел быть таким же крутым, хотел быть там, рядом с ним. А как мне это сделать, если даже возможности не дают? Замкнутый круг…       Чтобы отвлечься от жгущего меня чувства злости и обиды, я занялся практикой по биолокации. Если не могу быть полезным на поле боя, попробую просмотреть округу. Мало ли кто может случайно забрести на запах крови? Я ничего найти особо не ожидал, но все же нашел… человека. Он был неподалеку, в руинах. Я немного поколебался, кинул взгляд на упражняющегося Кэла и аккуратно направился в сторону обнаруженного мною человека.       Я обещал Кэлу не лезть в бой? Так я ведь и не полезу в бой. О разведке речи не шло. Вдруг, кто-то заблудился, и из-за нежити не смог выбраться, угодив в ловушку? Да, наверняка так и есть, а мы сможем сделать еще одно хорошее дело.       Осматриваясь и прислушиваясь я подошел к руинам. Тут на удивление оказалось спокойно. Наверное, все твари сбежались на Кэла. Что ж, тем проще мне будет вывести потеряшку, который, судя по моей биолокации, был неподалеку. Я шел по руинам, полагаясь на ощущения. Человек. Мужчина. Совсем рядом.       Когда объект оказался в поле видимости, я понял, что определил все правильно. Все, кроме одного. Он не был заблудившимся крестьянином или охотником. Он был магом. Темным магом. И, похоже, малость не в себе.       Мелькнула отстраненная мысль, что я удачно решил сходить на разведку. Даже думать не хотелось, что было бы, реши этот тип тихо подкрасться к Кэлу после боя и ударить… А потом я подумал, что это явно не то плевое задание, на которое нас посылали. Осталось решить, что с этим открытием делать. А пока я думал, темный решил за меня, заметив. Пришлом импровизировать.       — Так-так! Кто это у нас тут забрел? Заблудился, малыш? — оскалился незнакомец, поворачиваясь в мою сторону.       В этот момент меня посетила дикая, но такая привлекательная идея. Что, если захватить этого субъекта и допросить? Не просто ж так он тут оказался? А орден даже не в курсе…       — Д-да… — я надел на лицо свою самую невинную маску и похлопал глазками. Косим под наивного зеленого дурачка-светлого. — Я почувствовал присутствие человека и подумал, вдруг вам нужна помощь? Это ведь такое опасное место! С вами все в порядке? — я нес откровенную пургу и опасался, не слишком ли я переигрываю, прикидываясь имбицилом. Ну, давай, поверь, что я безобиден как мотылек и так же глуп.       Маг ухмыльнулся. Очень так недобро и безумно.       — Помощь? Что ты, котеночек! Это тебе понадобится помощь! — и двинулся в мою сторону.       Я очень натурально округлил глаза, изображая страх и начал плавно отступать назад. Очень плавно, чтобы незаметно для мага расстояние между нами сокращалось. Для моей задумки мне нужен был физический контакт и следовало подманить мага на расстояние вытянутой руки.       Маг ожидаемо приближался, а затем с его руки сорвался энергетический сгусток. Я едва успел увернуться сначала от атаки, а затем от падающей каменной крошки. М-да… Как бы так подманить и при этом чтобы не поджарили… задачка! Но отступать было поздно. Меня чуть потряхивало от бушующего в крови адреналина, но разум оставался на удивление чист. Мне было страшно и не было одновременно. Я ощущал азарт хищника на охоте. И тем не менее, продолжал играть роль затравленной зверушки.       — Вы же не сделаете мне ничего плохого? — я постарался добавить в голос побольше дрожи и заикания, не отрывая взгляда от надвигающегося мага. Ближе, бандерлоги, ближе… Смотри, как я напуган и беспомощен! Возжелай надо мной покуражиться, весь мой вид к этому взывает! Да, василиск подери, я бы сам такое чмо отпинал, попадись оно мне на пути!       Маг тем временем подошел еще на пару шагов и начал готовить новый заряд для атаки. На этот раз помощнее, любуясь выражением страха и обреченности на моем лице, моей напряженной позой, будто я кролик перед удавом. На самом деле я был собран и натянут как тетива лука перед выстрелом. Я выжидал момент. Чем больше будет новый заряд, тем мне же лучше. Быстро сделать такой же новый он не сможет и у меня будут нужные мне секунды, чтобы сократить расстояние. Нас разделяла всего пара метров, которые я успею преодолеть перекатом, уходя от атаки.       Я был настолько сосредоточен на противнике, что совсем позабыл и о нежити, и о Каэлнире. А зря. Мой напарник вмешался в самый неподходящий момент. Он налетел на мага сбоку и рубанул мечом готовый сорваться шар. Я бы завыл от злости и разочарования, если бы высвободившей энергией меня не отшвырнуло на пол. Надеюсь, Кэла по кусочкам собирать не придется, он-то ближе был… Но тут нам повезло — пострадала только его рука, а сам он был еще достаточно активен и агрессивен, быстро приканчивая мою добычу. Одной левой, блин. Я даже не успел ему помешать. Вот чего он такой дерзкий да резкий, а? И агрессивный!       Каэлнир       Несусь к нему на всех порах — кажется, волосы встали настолько дыбом, что даже не приминаются — ублюдок готовил что-то сильно убойное, от чего воздух буквально электризовался. Секунды растянулись и одновременно до боли сжались в безвременное ничто.       Я никогда не был силен в щитах, да и не успел бы — слишком далеко. Всё, на что меня хватило, это наотмашь рубануть большой, белесый в разрядах шар мечом, прерывая траекторию его полета. Хлопок и воздушная волна, а по мечу пробегает разряд, выстреливающий в руку аж до плеча, такой силы, что выбивает сустав. Нас всех разносит в разные стороны, но я понимаю, что угроза нейтрализована. Второе такое же по силе заклинание он быстро не состряпает, у меня есть немного времени… но жгучая боль тормозит и меня. Правая рука отвратительно покалывает и стремительно немеет, оставляя за собой горящий уголь в плече. Рычу, что бы заглушить ощущения при движении, делаю ещё один рывок — да, с левой я тоже неплохо машусь. Ну, по крайней мере, когда могу полноценно двигаться. Я вижу одержимые глаза мага, его искаженное лицо, и понимаю, что это он собрал под себя нечисть. Более того — я знаю этот блеск, я чувствую… почти привкус крови на губах. Но для чего — уже не узнаю, рукоять метательного кинжала засела глубоко в глотке, прежде чем растворится отозванной мной энергией обратно.       Тяжело дышу, отчасти от скачек, отчасти из-за руки, но враз освободившаяся нежить, растерянная и напуганная, предпочитает разбежаться, нежели пытаться поживится. Маг использовал магию крови, для подчинения тварей, и не то что бы у него плохо получалось. Магия, которую мало кому удается использовать без вреда для себя, которая негласно почти запрещена… Люди лили свою кровь всегда, но только маг крови может использовать её в полной мере, используя как свою, так и жертвенную. Она была опасна и пугающа, так что однажды человечество постаралось свести её носителей к нулю.       Неизвестно, чего хотел добиться поехавший мужик — а он явно был не в себе, без иммунитета жадная магия забирает всё, но сейчас меня интересовало кое-что более насущное.       — Так ты притворяешься умным, а так-то тупой?! — почти подскакиваю к светлому, придерживая руку, и даже забываю о том, что нужно лечение. — Я сказал тебе, не высовывайся! Что не ясного?! Ты жопой слушал? — теперь и вовсе забыв о себе, я схватил его за плечо и несколько раз ощутимо тряхонул. Усилие здорово отдало в плечо, но мне было всё равно. Как он смеет так поступать?! — Это твоё понимание «не вступать в активный бой»? Значит для этого ты гробился в ордене — схлопнутся на первой стычке, бестолочь?! Ты труп, если не будешь слушать, я труп, если не могу оставить тебя без присмотра хоть на пять минут! А как я могу оставить, не зная, что ты в состоянии выполнить одно простейшее задание? Ты не понимаешь, что без доверия мы не протянем и недели?!       Крича, я не замечал, как меня самого трясет, но признаться, что это от страха я бы не смог, а потому списал всё на дикое желание врезать придурку. Лучше я сам ему врежу, чем… чем что-либо другое.       Киану       Ну, зачем так орать и меня трясти, аки грушу? Адреналином кроет? И нет, я умный, а тупым как раз прикидываюсь, но тебе это пока знать не нужно. А вот что мое терпение не железное понять не помешает! И на претензии в сторону доверия оно и вовсе лопнуло. Я прищурился, затем положил руку на его больное плечо и умышленно сжал. Если пациент слишком буйный, а под руками нет веревок, то боль как успокоительное тоже действует неплохо. Я, конечно, сам прикидываюсь безобидной букашкой, но это не повод считать, что за себя постоять не могу от слова совсем.       — Сидеть! — спокойно сказал я, сдавливая плечо сильнее и надавливая вниз, заставляя опуститься на ступеньки, чтобы было удобней заняться лечением. — Сядь, я сказал! — рыкнул уже откровенно. — И не дергайся, пока я не закончу. Иначе тебе же больнее будет, — предупредил я. Процесс лечения может быть разным при едином конечном результате. Я знал, как сделать так, чтобы было минимум дискомфорта в процессе. И знал, как превратить процесс в мучение. И щедро давал напарнику выбор. Не все же ему командовать? — Я не высовывался. И не вступал в бой, как и было оговорено, позволяя тебе, великому и несравненному, пожинать все лавры. Про разведку речь не шла. Побеспокоился, понимаешь ли, о твоей тощей заднице, чтобы в нее нежданчика не прилетело. У меня все было под контролем! Я его почти взял! А ты какого лешего примчался? Ты угробил мою добычу! И чуть не угробил себя! И кто из нас бестолочь?! Вот только не надо затирать мне про свой опыт! Я тоже не вчера родился и успешно дожил до сего момента сам. И я не нуждаюсь в няньке! — я действовал четко и методично, постепенно приводя руку партнера в порядок. Что не мешало мне высказывать свое «фе», даже помогало, не позволяя эмоциям выйти из-под контроля собранности. — И уж кто бы говорил о доверии! Я тебе доверяю, раз ты говоришь, что справишься сам. А ты мне, выходит, нет? Если бы мне была нужна помощь, я бы тебя позвал. Но мне она была не нужна! Если бы ты мне доверял, мы бы сейчас оба живы-здоровы тащили пленника на допрос!       Каэлнир       Дохляк что-то вякал, но его слова не доходили до меня, в отличии от его действий — гаденыш бессовестно сжал моё плечо, заставив оборвать тираду словесного поноса, активно готовящуюся на выход. Я охнул и согнулся, невольно следуя за давлением руки, в итоге садясь. Это что это он тут вздумал командовать?! Сча я ему устрою… сча, перестанет темнеть в глазах от того же что он сам меня и сжал!!!       Увы, мои попытки дергаться не приводили ни к чему хорошему — процесс протекал не так уж и гладко, руку вставляли словно по наждачке, заставив меня стиснуть зубы, а заодно и свой же локоть. Пришлось прижав уши слушать, что он там из себя возомнил… А возомнил он себя, как оказалось, не иначе как пляжным спасателем. Нет, вы только посмотрите!       — Что за дерьмо ты несешь? То есть то я великолепный и несравненный, а то мне нужна защита дохляка из пузыря?       В плече влажно щелкнуло, заставив меня вздрогнуть отдельно, но это же означало, что самое отстойное позади — в вывихах плеча самая большая трудность как раз таки вернуть кости в естественное положение. На практике для такой процедуры требовалось два обычных человека, ну или один обученный целитель. А вот о качестве одного отдельно взятого целителя я бы поговорил отдельно…       — Добыыыча? Да что ты говоришь? Тушканчик решил поохотится? — я нарочно исказил свой голос до сюсюкающих интонаций. — А маленькое животное не учло, что противник не маленький кузнечик, а гребаная лиса?! — сюсюканье перетекло в отнюдь не нежное рычание. — Будешь нуждаться в няньке, пока не наберешься мозгов!       Киану       Мой напарник не пожелал по-хорошему уяснить, чьи в доме тапки. Что ж, его выбор. Я честно предупредил. А потому, когда он начал дергаться, я не церемонился. Я направлял силу сразу большим потоком, быстро восстанавливая поврежденные ткани. Даже слишком быстро, чтобы это было безболезненным. Я мог бы на время снять чувствительность нервных окончаний, но не стал. Не заслужил. Зато с удовольствием отметил, как Кэл прижимает свои подвижные ушки. Если не понимает по-хорошему, может по-плохому дойдет?       — Я тебе не тушканчик! Это все не более чем твоя больная фантазия! И твои же домыслы о противниках и что я чего-то не рассчитал. Твоими стараниями мы уже не узнаем, как могло сложиться, — фыркнул я, понимая, что чуть не сболтнул лишнего, и что развивать тему как и что я делать собирался не стоит. Привычка иметь пару сюрпризов в рукаве во мне за последние годы укоренилась слишком мощно, чтобы я спешил их выкладывать перед новоявленным партнером. Он мне тоже много чего не рассказывает, так почему я должен? К тому же как знать, не придется ли мне однажды что-то из своего арсенала применить против него…       Каэлнир       О, как он меня бесит! Ну почему из всех милых и тихих светлых мне досталась эта упертая бестолочь самодур? Но стоило закрыть глаза, как являлась картинка двухмесячной давности. Трупы, пепел, все дела. И бесконечная оторванность в груди, во всем теле даже… Мы были в каких-то жалких десяти метрах… И они разделили нас навсегда. Потому я и примчался. Второго раза я просто не переживу. Гнев как-то резко пошел на спад.       — Вот именно. Я справился бы сам, без твоих игр в «защиту жопы», «пленников» и прочей лабуды. Тот шар был самонаводящимся, и отскочить уже не удалось бы, поэтому я именно ударил по нему — меч зацепил заряд, и он прошел в руку, потому что энергия это наше продолжение. Даже пусти бы я стрелу из темного лука, скорее всего наводка нацелилась бы на меня через остаточные нити. Тут нужен или очень хороший щит, или прямой отвод, вроде того, что удалось сделать мне, — сделав паузу, всё же добавил. — Я тоже выжил, знаешь ли. А ты научись сначала лечить нормально.       Я выдернул плечо из его рук, едва не ляпнув напоследок «у Хэла получалось лучше». Не нужно это, ни мне, ни уж тем более Киану, который виноват только в шиле в заднице. Плечо ныло, а я встал и направился в сторону лошадей. Здесь нам делать больше было нечего, стоило направится в город для отчета, ну и за наградой конечно же. Так как орден не отличался высокой численностью и не имел возможности иметь своё отдел в каждом городе, обычно он присасывался к магической коллегии, и работал вроде ответвления. Тут же можно было связаться с Цитаделью, оформить всякую почту, доклады и конечно же получить звонку монету за свои старания.       Киану       — О, ну раз я тебе только под ногами путаюсь, и со всем справился бы сам, так чего торопился тогда? Раз все было так ужасно и я, по твоим словам, ничего сделать бы не смог, так и подождал бы. Заодно бы и от меня избавился, и никто бы тебя не винил! — наверное, я уже перегибал с этим палку, но не мог остановиться. Его слова меня задели, я был зол и на него, и на себя, и меня душило понимание, что наше партнерство трещит по швам от первой же мелкой стычки. — Если бы ты следовал указаниям и не дергался, то и лечение было бы нормальным. Как-нибудь попробуй, чисто для разнообразия, сделать, что я тебе говорю, и заметишь разницу. Но, ах да, ты же сам умный и знаешь, как все быть должно! Как я мог забыть!       Ехали в сторону города в гробовом напряженном молчании. Не знаю, о чем думал Кэл, может жалел, что не позволил тому темному меня прикончить, а может строил планы коварной мести. Я же думал о том, что мне делать с нашими взаимоотношениями. А ведь незадолго до выпуска меня навестил мастер Штайн, чтобы поговорить о Каэлнире. Он меня тогда предупреждал, что темные при потере партнера едут крышей куда сильнее, чем светлые, а мой партнер и при живом брате был тем еще ушлепком, а сейчас так вообще с катушек слетел. Мастер Штайн его тогда назвал бешеным псом, которого гуманней усыпить. И даже дал для этого средство. Нет, Каэлнира оно бы не убило, но сделало бы из него со временем мою бледную тень, послушную и удобную. Вот только чтобы средство подействовало, ему нужно время регулярного применения. Я тогда поблагодарил, но использовать его не стал. Решил для начала составить собственное мнение, надеялся, что мне все же удастся наладить контакт с темным. Ведь в обители ордена в целом он вел себя сносно, помогал мне в тренировках и давал дельные советы. Я думал, что мастер Штайн ошибся и что мое присутствие оказало на Кэла позитивное влияние, вернув адекватность. Но, похоже я ошибся. И теперь я думал, дать ли ему еще шанс или начать добавлять в еду и питье по паре капель из заветной бутылочки?       — В городе ни на шаг от меня. Заедем в приемную к нашим — держи морду кирпичом, рот на замке, и не вздумай что-то вякать, пока я не разрешу. Ты без знака, а значит ещё не официально в паре, чуйка-чуйкой, но могут домотаться, с чем разбираться совершенно не имею никакого желания. Остановимся на ночь, а завтра дальше поедем, — заявил мне Кэл.       Когда мы добрались до города я, погруженный в свои мысли, даже немного успокоился и отошел от эмоций. Еще немного и был бы готов к конструктивному диалогу. Но Кэл не дал мне такого шанса своими словами. Я понимал, что по сути он прав, и что лучше все предоставить ему. Но то, КАК оно это сказал подняло внутри меня бурю бешенства. От рукоприкладства меня остановило только наличие посторонних. Потому все свои эмоции я вложил в яд слов:       — Пока не разрешишь?! Может, мне и на то, чтобы дышать твое разрешение нужно? Не слишком ли ты зарываешься? Поводок с ошейником нацепить мечтаешь уже, как на ручную зверушку? Я. Не. Твоя. Собственность. И я делать я буду то, что считаю нужным сам, — если бы взглядом можно было убивать, то на месте Кэла осталась бы разве что мокрая лужица. Как же я ненавижу, когда от меня требуют следовать чьей-то указке! Я сам решу, что мне делать! Даже если пожалею о решение, но главное, что я сам это выбрал! Конкретно сейчас я жалел, что не последовал совету мастера Штайна еще когда мы были в ордене. Ну что ж, начну с завтра. Эта мысль меня успокоила. Немного потерпеть и скоро темный станет из бешеного волчары моим ручным песиком. — Но раз уж тебе так хочется побыть моим гидом и заняться хлопотами — ладно. Позволяю, — и я оттер его по недолеченному плечу собственным, умышленно причиняя боль. А нечего было убегать, не дождавшись конца процедуры.       Каэлнир       Уж не знаю, о чем думал светлый, но у меня из головы всё никак не шла тема доверия. Мы действительно долго не протянем в таком темпе. Парников выпускают в мир уже сформированными, и мы точно знаем что можем положится друг на друга, а главное как это сделать оптимально. Знаем сильные и слабые стороны, что бы гармонично дополнять и страховать друг друга. Что делать с Киану — ума не приложу… Хотя… есть одна идейка, немного экстремальная ввиду резкости, но и времени телится у меня тоже нет.       Найти здание коллегии магов оказалось нетрудно — мраморные помпезные колонны выделялись издалека, соседствуя с городской ратушей. При входе я показал бляшку-значок с символом ордена, хотя как раз таки по моей роже сомнений быть не могло, признаки «на лицо» относились ко мне в буквальном смысле. На Киану как можно безмятежней кивнул, что мол со мной и не парьтесь, что бы как можно меньше привлекать к нему внимания — кто это и чего делает в кооперативе. Иногда у некоторых орденцев начинает зашкаливать паранойя, вроде что все хотят узнать тайны и секреты ордена, хотя добрая половина относится к другим людям без припадков. Но сталкиваться с первой половиной не очень хотелось, и признаться, я предпочел перестраховаться — как-то в последнее время дела нашей организации не вызывали у меня прилива доверия. Полагаю, мои дела у них вызывали аналогичные сомнения.       Но всё прошло тихо, не считая подозрительных взглядов, сменяемых равнодушной ленью. Оформив и заверив отчет о проделанной работе, я сообщил о поехавшем маге и получил в награду несколько серебряных монет. Не то что бы очень много, но лучше чем ничего. Предстояло найти ночлег, паршивый клоповник был бы ничем не лучше земли в лесу, а на дорогое у меня, признаться, уже не хватало денег — моя лошадка ожидаемо влетела в копеечку, ещё амуниция для Эдельвейс, закупка провизии, походных мелочей и всякого лечебного. Пришлось даже экономить на узде для собственного коня, но зато сейчас мы могли бы поспать в крепком середнячке. Как только мы вышли из здания, торжественно, но молча ссыпал Киану в ладошку половину гонорара и тут же отвернулся. Мы пара, у нас так принято, хочется мне этого, или нет. Впрочем, денег было не так жалко, на фоне того, как давил в себе желание скрутить светлого в валик и спокойно заниматься своими делами, положив его поперёк лошади.       Ещё несколько часов ушло на то, чтобы-таки отыскать подходящее для остановки заведение, и если честно, я уже сам так заманался, что был готов кидаться в объятия первого попавшегося. Но, хвала небу, не пришлось, и мне попался более-менее приличный вариант, не фонтан, но и не гадюшник.       Нам выделили скромную простую комнатку на втором этаже, с общей уборной, но вполне сносной, лучше, чем дыра в полу. На этаже так же присутствовала общая душевая, которую я нам и заказал нагреть — с дороги хотелось бы освежится от пыли. В нашей же комнате стояла простенькая двуспальная кровать на четырех высоких столбиках, под ней сиротливо стоял ночной горшок, у противоположной стены стоял ссохшийся комод и тазик с водой для умывания. Для уюта горели пара лампадок да набор свечей — вот и всё убранство, жиденькие занавески не в счет. Свечи, кстати, окончательно утвердили меня в задуманном, и я послал светлого в душ первым — во-первых, чтобы заткнулся по поводу отсутствия раздельных кроватей, а во-вторых, для моего коварного плана, для которого в том числе и нужно было двуспальное ложе. Разложив немного вещи, я подрезал на несколько частей свой моток веревки, и затолкал её обратно в котомку — пока.       Киану       То, что я зря не поинтересовался содержимым номера я понял только в комнате, когда там обнаружилась одна двуспальная кровать. Мы что, вместе спать должны?! Я понимаю, что так многие парники делают, но сам оказался к этому морально не готов. Я уже собирался нестись вниз и устраивать разборки, требуя поменять комнату или хотя бы обеспечить вторую кровать, когда Кэл довольно спокойно предложил разобраться с этим самостоятельно, а мне сходить в душ. Предложение показалось мне здравым, к тому же помыться действительно хотелось — в Ордене я привык к чистоте тела и не имея возможности ее обеспечить в дороге, ощущал себя не комфортно.       От водных процедур мое настроение заметно улучшилось, а злость перешла в глухое раздражение на периферии сознания. Я уже даже задумывался о том, что если с кроватью не выйдет, можно остаться тут и так — все равно на одну ночь, перетерплю. Я без задней мысли спокойно зашел в комнату, когда вдруг что-то тяжелое опустилось на мою голову. Последней мыслью было, что, наверное, это мой напарник-таки осознал свою ошибку и решил исправить начатое его коллегой. Прощай, жестокий мир!