half god half devil

      Утром Ремингтон обнаружил Эмерсона на кухне, сидевшего на кухонной тумбе. Он что-то читал, немного покачиваясь из стороны в сторону.       — На столе сидеть нельзя, — сонно проговорил Лейт, заглянув в холодильник.       — Кто сказал?       — Я. И я, вообще-то, хозяин квартиры, так что слезай давай.       Эмерсон шумно вздохнул и закатил глаза, но всё-таки слез.       — Ты сегодня работаешь?       — Неа. — Ремингтон достал из холодильника йогурт. — А что, видеть меня уже не можешь?       — Если бы я не мог тебя видеть, то свернул бы тебе шею. — Эмерсон направился в гостиную и убрал книгу на место. В это же время Ремингтон открыл йогурт и, отыскав чайную ложку, принялся его есть. — Спрашиваю, чтобы заранее придумать себе развлечение.       — О, как мило, скучаешь без меня? — хихикнул Лейт.       — Нам не чужда скука. Так я хотя бы с тобой общаюсь, и, если не занимаю руки, то занимаю язык.       Рем засмеялся.       — Прозвучало двусмысленно, — объяснил Лейт в ответ на непонимающий взгляд «потустороннего», который цокнул языком и закатил глаза, что-то пробормотав в ответ.       В следующую секунду Ремингтон почувствовал, как в кармане домашних штанов завибрировал телефон. Недоеденный йогурт с ложкой он держал в одной руке, другой же взял мобильник и, не посмотрев на экран, взял трубку.       — Да?       — Доброе утро, Рем! — послышался на другом конце радостный и уже знакомый голос. Остен. — Надеюсь, я тебя не разбудил?       — Доброе, Остен, нет, не разбудил. — Уголки губ Реми приподнялись в улыбке. — Что-то случилось?       — О, нет, ничего такого, — ответил Найт. — Я просто... Хотел пригласить тебя, эм, пройтись? Я ещё плохо знаю этот район, и...       — Да, конечно, давай, — перебил Ремингтон и пожал плечами.       — Круто! — В голосе Остена слышалась радость, смешанная с волнением. — Тогда, может, через часа два в парке? Я видел тут недалеко есть.       — Без проблем.       — Отлично, тогда до встречи.       — До встречи, — кивнул Лейт, после чего бросил трубку и отложил телефон на тумбу рядом, после чего принялся доедать свой йогурт. Эмерсон показался из гостиной.       — Идёшь куда-то? — поинтересовался Барретт.       — Прогуляюсь, — ответил Рем, затем выбросил пустую упаковку от йогурта в мусорку и сполоснул ложку. — Через два часа встречусь с тем знакомым, район ему покажу. Он переехал сюда недавно.       — Ясно, — сухо бросил Эмерсон, убрав прядь длинных волос за ухо. — Что ж, хорошей прогулки.       — Неужели ты умеешь желать что-то хорошее? — усмехнулся Лейт. — Ладно, извини. Спасибо. Надеюсь, ты не помрёшь со скуки.       — Не дождёшься, — хмыкнул Эмерсон и снова скрылся в гостиной, в то время как Ремингтон отправился к себе в спальню.       «Остен, значит. Посмотрим, что это за человек».       Эмерсону это не нравилось. Говорить об этом, конечно же, не стал.       Ему почему-то не хотелось отпускать Ремингтона, но кто бы его послушал.       Что-то внутри Эмерсона дрогнуло вновь. Старый, едва живой механизм снова скрипнул, шестерёнки двинулись с места, вызвав у Барретта непонятные и несколько неприятные чувства.       «Что он со мной делает?..»

* * *

      Через два часа Ремингтон прибыл к парку, где его уже ждал Остен. Они спокойно прогуливались, и в это же время Лейт показывал и рассказывал парню, что, где, да как.       — Здесь так красиво, — восторгался Найт, оглянувшись. С ним было тяжело не согласиться: место было действительно восхитительным, а главное, спокойным. Ремингтон не знал, как работало у других, но его природа всегда успокаивала, помогала собраться с собой, приводила голову в порядок. Невероятно? Не то слово.       — В принципе, это единственная достопримечательность района. — Ремингтон почесал затылок. — В остальном он такой же, как и все. Или почти все, не знаю.       — Для меня это прям «район Судьбы», — засмеялся Остен. — Я уже отчаялся, думал, что при переезде совсем один останусь.       — Не думаю, что я хорошая компания.       — Не принижайся. — Остен несильно толкнул Ремингтона кулаком в плеча. — Сколько я тебя помню, ты всегда был классным.       Послышался смешок.       — Ну, спасибо.       Около минуты они шли в тишине. Оба смотрели и шли вперёд, и сами понятия не имели, куда. Было как-то и не важно: было так хорошо, спокойно, и оба были уверены в том, что ничего этому не могло помешать.       — Как у тебя вообще с жизнью? — спросил Найт. — Учишься где-нибудь?       — Бросил, — признался Ремингтон, после чего достал из кармана джинс пачку сигарет с зажигалкой. — Только работаю. Живу как-то, хоть уже и не хочется.       — Почему?       — Надоело всё. — Лейт закурил. — Знаешь, жизнь ебёт каждого по-разному. Но кому-то после этого даёт подарок в виде замечательной, долгой и счастливой жизни. А кого-то продолжает втаптывать в грязь и ебать. И несложно догадаться, где я. И я от этого устал.       Найт замолк. Он тихо сглотнул, наблюдая за курившим Ремингтоном, настроение которого явно ухудшилось. Он не договаривал, не говорил всего, что с ним произошло, но он и не обязан. Видно, что от жизни Лейту неслабо досталось, и сердце Остена сжималось от желания крепко прижать парня к себе, пожалеть, сказать, что всё будет хорошо, что он обязательно справится, но... Это было бы как минимум странно, да? Они никогда не были особо знакомы, с чего бы ему так бросаться на Ремингтона с желанием помочь? У него-то всё было хорошо. Учёба, помогающая с деньгами семья — всё просто идеально, аж до тошноты. И ему так хотелось поделиться всем этим с Лейтом...       — Мне жаль. — Единственное, что смог выдать Остен.       — Не стоит. — Ремингтон отмахнулся, затянувшись вновь. — Правда. Наверное, всё так, как и должно быть. Бывает и хуже, правда ведь?       — Но ты явно такого не заслужил, — возразил парень.       — Заслужил — не заслужил, какая разница? В итоге я тут. Я ничего не могу сделать, Остен. — Ремингтон остановился на месте и посмотрел на своего собеседника, в светлых глазах которого читалось негодование, смешанное с сожалением и какой-то болью.       Найт выдохнул.       — Живи своей жизнью, радуйся, что у тебя всё гораздо лучше, не упускай ни единого момента. — Ремингтон развёл руками и оглянулся. — Я не стою того, чтобы на меня нервы тратить.       Остен хотел возразить, что Ремингтон стоил этого, стоил всего на свете, что он и был тем светом для него, но сдержался. Рано. Никто из них не был к такому готов.       — Я вот лично хочу пить, так что предлагаю отправиться в магазин и купить газировку. — Рем улыбнулся и выдохнул сигаретный дым, что растворился где-то в воздухе за пару секунд. — Что скажешь?       — Я не против. — Остен снова улыбнулся и пожал плечами.       — Тогда, пошли. — Лейт кивнул к другому выходу из парка и двинулся к нему первым, за ним последовал Остен, всё ещё державший в голове слова Ремингтона.       «Не упускать ни единого момента». Остен не упустит, не на этот раз.

* * *

      Прогулка затянулась до позднего вечера, так что весь день парни провели вместе. Но никто не был против, наоборот: они узнали друг о друге чуть больше и попутно осматривали район. На этот раз никакой Бирсак не появлялся и не портил настроение одним своим видом. Просто прогулка со старым знакомым, совместные воспоминания о школьных временах и обсуждение всего на свете.       — Хэй, постой, — остановил Ремингтон в какой-то момент. Остен остановился и посмотрел на Лейта, который в ту же секунду убрал с его волос какой-то листочек, зацепившийся благодаря ветру. — Теперь всё. — Ремингтон улыбнулся и отбросил лист куда-то в сторону. Остен же благодарно кивнул и смущённо улыбнулся, искренне надеясь, что при не шибко сильном свете фонарей не было видно, как тот покраснел.       Они прошли ещё немного, и вскоре неподалёку послышалась громкая музыка, а точнее — басы. Ремингтон посмотрел в сторону местного клуба, пользовавшегося популярностью у молодёжи и подростков, подделывавших документы, чтобы туда попасть.       — Может, рванём? — вдруг предложил Лейт, удивившись самому себе. Он не особо любил людные места и всегда презирал клубы, но что-то порывало его пойти туда и оторваться так, как никогда. Напиться и танцевать под дерьмовую однотипную музыку, как в последний раз.       — Терять нечего, давай, — усмехнулся Найт, после чего они направились к заведению.       В клубе пахло пóтом, алкоголем и развратом. Огни быстро мигали и переливались яркими цветами — ну просто рай для эпилептика. Музыка шумела вовсю, громыхала так, что, кажется, вот-вот рухнут стены. Под пьяными танцевавшими телами трясся пол — или же это от басов? А впрочем, плевать. Отрываться — так отрываться по полной.       Первым делом, что они сделали — конечно же заказали алкоголь. Одного шота мало — бармен, ещё! О да, уже лучше, но всё равно недостаточно. Водка? Прекрасно, наливай! Ещё, и ещё, ну же, не сдерживаемся!       После пары шотов и стольких же стаканов водки обоих занесло в толпу на танцпол. Они двигались не совсем в такт музыке, но плевать, плевать абсолютно на всё — сейчас только их время. Остальной мир их волновал меньше всего. Его не существовало в данный момент. Не существовало ничего, кроме них, алкоголя в их крови, долбящей в уши музыки и чувства наслаждения, разливавшегося по всему телу и заставлявшее сердце биться в два раза чаще.       Жарко. Душно. Хорошо.       Никто не заметил, как и когда, но губы Ремингтона и Остена слились в жарком, пьяном и несколько ленивом поцелуе. Глаза обоих были закрыты, руки Лейта оказались на чужом худощавом теле, скользили по бокам, гладили и чуть царапали сквозь одежду. Остен же позволил себе запустить ладонь в мокрые от пота и взъерошенные волосы Реми, слегка сжать их в ладони, тем самым притянув того к себе ещё ближе.       Всё ещё жарко, но уже никто не понимал, почему. Да и плевать.       Они целовались около двух минут, после чего Остен потащил его куда-то в сторону сквозь толпу. Ремингтон лениво перетаскивал ноги, послушно следовал за парнем, который вскоре отыскал взглядом мужской туалет. Вроде как мужской. Несколько секунд, и Лейт оказался прижатым к стенке в одной из кабинок туалета. Снова поцелуй — грубый, жадный, горячий. Ремингтон схватил Остена за волосы и притянул того к себе ближе, запустив язык в его рот, пошло вылизывая, что в ответ делал и Найт.       Ладонь Остена опустилась к паху брюнета и несильно сжала уже твёрдый член, отчего Реми неосознанно дёрнулся и подался бёдрами вперёд. Ему нужно больше. Сейчас же. Остен готов ему дать всё, что тот хотел.       Найт разорвал поцелуй и опустился на колени, старался как можно быстрее справиться с ширинкой на джинсах, в то время как Ремингтон наблюдал. Душно, тяжело дышать, поэтому приходилось хватать ртом воздух. Пара секунд — штаны с нижним бельём спущены. Остен обвил своими худыми мягкими пальчиками его член и принялся медленно, но вполне уверенно надрачивать. Реми откинул голову назад и издал первый, довольно громкий стон. Его не волновало, что кто-то мог услышать. Плевать, плевать абсолютно на всё, когда прямо сейчас он получал то, что хотел.       Вскоре Лейт почувствовал, как его орган вобрал в себя горячий, влажный рот, как по всему члену проходился шершавый язычок. Хорошо, даже слишком хорошо. Ремингтон рвано дышал и громко, хрипло стонал, порой срываясь на тихий скулёж. Остен также издавал негромкое мычание, и от получаемых вибраций Лейт получал ещё больше удовольствия. Остен двигался всё быстрее, всё увереннее и глубже вбирал в себя член, словно он был очень вкусным лакомством, которое так давно хотел заполучить. Он игнорировал и подавлял свои рвотные рефлексы, брал в глотку чуть ли не по самые гланды, порой сглатывал, и Реми в таких моментах дёргался и негромко рычал.       Рем вскоре решил взять всё в свои руки — он схватил Остена за волосы на затылке и стал самостоятельно задавать темп. Ремингтон быстро, грубо драл того в глотку, упиваясь собственными и чужими стонами, приглушённым мычанием, смешанными с характерными глотающими звуками. Кажется, ему послышалось, как Остен расстегнул свои штаны и стал себе дрочить. Лейт чувствовал, как Найт задыхался, как его тёплые неконтролируемые слёзы текли по щекам и попадали в рот.       Мыслями Ремингтон давно был не здесь, им владели эмоции и чувства, обострившиеся в несколько раз. Ему давно не было так хорошо. И не знал, будет ли в будущем.       Но очень хотелось.

* * *

      Наверное, любой зашедший в гостиную и увидевший сидящего на диване Эмерсона, с мертвенно-бледным лицом и закатанными глазами, тут же схватился бы за сердце и отправился в путешествие на «скорой помощи» прямиком в больницу. Но с Барреттом всё было в порядке — просто он наблюдал за Ремингтоном от его же лица. Прогулки, прогулки, клуб, алкоголь... Поцелуй. Кабинка. Пугающе и как-то по-звериному рыкнув, Эмерсон моргнул и опустил взгляд в пол.       Нет, нет, нет. Так не должно быть. Это неправильно. Этот мальчишка с идиотскими яркими волосами не должен завладеть разумом Ремингтона.       «Вот тебе и просто знакомый».       Эмерсон схватился за голову, запустил ладони в длинные спутанные пряди и сжал их. Да что ж с ним такое?! Почему его так волновало, с кем был Ремингтон, с кем пил и целовался? Почему ему не плевать?       Почему, почему, почему?!       Эмерсон закрыл глаза и сжал волосы со всей силы в попытке заглушить голоса в голове и навязчивые мысли. Слишком много, слишком громко, слишком непонятно. Слишком много слишком.       Но так оставлять дело нельзя. Нет, ни в коем случае. Эмерсон готов пожертвовать всем, лишь бы голова Ремингтона не была забита кем-либо другим. Барретт опустил правую руку и взглянул на запястье. Тонкое, алебастрово-белое. Чистое. Ненадолго.       В голове тут же родился план, который он поклялся осуществить как можно быстрее. Нельзя терять время.       Пора действовать.