Тьма над Усть-Подзалупинском, или Что мы делаем во тьме ночной

- Пришло время пролить на это дело чистую водицу! - решительно заявил Буччелатти и ударил кулаком по столу. Рука отвалилась по локоть. - Муди муди блюз, - покачал головой Аббаккио, наваривая какое-то зелье в сковородке. - Дорогой, тебе сейчас лишнего нервничать ни к чему. Он поставил зелье вариться само по себе, крякнул, плюнул и надежно приклеил изолентой руку лидера. Затем для большей верности стал обматывать все его оставшееся тело туалетной бумагой. Результат стал похож на мумию египетской жрицы. А что безвозвратно рассыпалось прахом - собрал совочком и засыпал в канопу с головой сокола. Канопу в качестве сувенира из Египта подарил им Дио пару месяцев назад. Почему-то с кабачковой икрой внутри. Вампир долго хвастался тем, что сей священный сосуд выбрал им лично сам Пет Шоп. Хотя, судя по мизантропическому взгляду "милой ручной птички", выбирала она из принципа "Хочу увидеть внутри ваши кишки". - Но ты все равно хорош даже такой, - наклонил голову вбок Леон, рассматривая. - Спасибо, Аббаккио, - с признательной улыбкой ответил Буччелатти. - Так когда же мы начнем расследование? - встал из-за стола Джорно. Леон, недовольный тем, что Джованна прервал такой милый междусобойчик, хотел юнцу наколдовать ослиную голову. Но лишь тактично посмотрел на него, как на говно. - Да, конечно, - Буччелатти вернул себе всю серьезность. - Итак, дело пахнет шавермой. Шавермой с собачатиной. Шавермой с собачатиной от Ризотто. Почему именно она? Ведь раньше мы ели, и ничего подобного не происходило! - Вопрос хороший, - кивнул Аббаккио. - Тут два варианта, и оба - из аксиомы Эскобара, но уже нечего не поделать. Первый: это подстава Ризотто! - Это сильное заявление, Аббаккио. За такое могут и в асфальт закатать, - нахмурился лидер. - Ризотто же нормальный, четкий гангстер, и мы с ним в корешах. Есть базар - сразу обсуждаем. - Ах, Бруно, мой милый Бруно, - вздохнул колдун. Затем наткнулся на непонимающий взгляд Джорно. - Я, че, вслух сказал? Короче, тебе показалось. Так вот: при всем моем уважении к тебе, при всей моей преданности, Бруно... Ебать ты наивный идеалист. Ты хоть помнишь, как они вчера стрясли с нас долги? А позавчера... - Леон понизил тон. - Каюсь, не сказал сразу. Но и не думал, что все так серьезно. Позавчера вечером он подкрался ко мне на балконе и тоже звал на шашлыки. И ведь не отвертишься. Прям какой-то "Крестный отец", нахуй. Предложение, от которого нельзя отказаться: либо ты идешь на шашлыки, либо их сделают из тебя. Не недооценивай Ризотто Неро. Это тот парень, который днем шпинат сажает и шавуху крутит, а ночью в переулке из людей скальпели вытаскивает - и совсем не потому что он медик. И сколько бы он ни рассказывал про куриц на даче и конские яйца в Краснодаре... в глазах у него - сюжеты песен Горшка. Неужели ты считаешь, что он не мог нам заказать заколдованное собачье мясо? Я работал в ментуре, Бруно. Я знаю, о чем говорю. Аббаккио замолчал. На глубине его водянистых глаз плескалась нарастающая паранойя. - Или еще "лучше", - продолжил он уже шепотом. - Он узнал про Триш. У Сквадры шикарные информаторы. Тот же Иллюзио шантажировал в том месяце Фуго сливом нюдсов в платье, - Леон заметил на столе маленькое зеркальце. Он спешно сделал пассы руками, и зеркало улетело в окно. - И они специально хотят довести нас. От таких слов над столом навис тлен. - Ну и второй вариант, - откинулся на спинку стула Аббаккио. - Они просто случайно зарезали заколдованную собаку. - Нужно узнать о поставках в тот день, - с жаром заявил Джорно. - Я заставлю Ризотто Неро все рассказать. С улицы раздался зычный мужицкий ор: - Кто?! Сука, кто?! Кто тут прокатился на моем газоне?! Убью нахуй! Шампуры из глазниц вытащу!!! Колдун хмыкнул: - Лол, удачи, без комментариев. Джованне угроза стать подставкой для шампуров главаря Сквадры ничуть испугала. Напротив, встав в стойку с боевой демонстрацией искрящегося, словно алмаз, соска, он расправил кожистые крылья и обнажил клыки. - Я, Джорно Джованна, - на фоне заиграло фортепиано. - И у меня есть мечта. На пути к ее исполнению никто не сможет остановить меня! Я - вампир. И стенд Ризотто совершенно бесполезен против меня, бесполезен, бесполезен! И с боевым кличем "Wryyyyyy!!!!" собрался выйти в окно. - Стой! - схватил его за ноги колдун. - Джованна, тупой ублюдок! Тебя же испепелит нахуй на солнце! - Не смей тормозить меня на пути к мечте, колдун! - шипел кровосися. - Wryyyyyyy! Это бесполезно! - Окстись! - кричал Буччелатти. - Подумай о Мисте! - У меня есть план! Если мы не рискнем, то потеряем все! В дверь раздался стук. - Прием окончен. Приходите завтра! - гаркнул Леон и тут же получил по длинному носу носком туфли. - Ах ты паразит-кровопийца, да я тебя сейчас... - Это я, Мелоне, - воскликнул знакомый мягкий голос. - А ну брысь обратно в квартиру, - шикнул колдун. - Попридержи коней, есть план получше. Джорно вынужден был подчиниться. Он вернулся к столу, и его бублики на голове горели праведным огнем от попавших на них солнечных зайчиков от упавшего зеркала. Мелоне открыл дверь совершенно растрепанный и побитый Аббаккио. - Приветики! - улыбнулся программист и скользнул стремительным призраком ветра. Так, что Леон едва успел закрыть ванную от слишком любопытного взора. - Ну как там мои пупсы? О, а вот и они! Ди мольто! Гость подбежал к целой батарее банок с жидкостью, цветом в наиболее оптимистичной перспективе напоминавшим виски. Содержимое их было таким, что даже сам Говард Филлипс Лавкрафт не смог бы подобрать к его описанию своих же лавкрафтовских эпитетов. Программист стал обнимать и целовать сосуды. Гомункулы сразу оживились и стали пронзительно пищать: "Пааапочкаааа!" Был ли Мелоне их генетическим отцом? Давайте не будем об этом. - Ну, как у вас дела? Соскучились? Ди мольто! Лил Биг, я погляжу, ты вырос! Тебе надо новую банку. Морги, Элджей, вы там нормально вместе себя чувствуете, не деретесь? - Все по кайфу, папаша! Флексим-чилим, все чики-пуки! - Пааапааа, меня Слава бьет и материт, - захныкал один из гомункулов. - Слава, зачем ты дерешься с Окси? - А он зазнавшийся рефлексирующий хайпожор! Я сдохну лучше, чем буду, как он! - Ребята, ну живите вы дружно, - покачал головой Мелоне. - А ты, Фараоша? - Чувак, ты когда мне уже траву и сучек подгонишь, а? - Ну как когда? Ты еще слишком маленький... - папаша обернулся на Аббаккио, Джорно и Буччелатти с лучезарной улыбкой. - Такие милашки, не правда ли? Какое счастье быть отцом! - он вновь вернулся к диалогу с "детишками". - Шорти! Ты чего такой молчаливый и с братьями не общаешься? - Я в оппозиции к ним. У меня свой путь. Я препарирую свой опыт через призму восприятия... - Паааап, - стали жаловаться другие гомункулы. - Шорти, кстати, совсем от рук отбился, дергается, из банки вылезает, тряпками машет и кукушкой орет. Говорит, что это "арт-перформанс"... - Ох, - Мелоне вздохнул. - Нет, непохож сын на отца... - он отставил банку и обратился к еще одной. - Ой, привет, Егорка! - Привееет, папа!!! Посмотри, какой я красивый! Я очень красивый, правда же? - Конечно же ты очень красивый, - ласково приговаривал батя. - Ты прям ди мольто какой красивый! Вырастешь - будешь идеальным чайным гомункулом. Программист закончил общение с гомункулами и устало сел на стул. - Спасибо, что присматриваете за ними, ребята, - он смахнул пот с маски. - Быть отцом - такой тяжелый труд... Буччелатти и Аббаккио переглянулись. - Тогда, может, - предложил Бруно, окидывая гостя деловым взглядом в туалетнобумжной шляпе. - Вы сегодня с Аббаккио не будете проводить занятие по раскрытию чакры прикола? - Ой, ну как же так, ребята, - засуетился Мелоне, вываливая на стол большие странные бусы на петельке. - Я же, вон, энергетические камни принес, Камасутру и свой кошелек... Леон щелкнул пальцем, и бутылка водки сама прилетела ему в руку. Хрустальный блеск отразился в глазах программиста, и он тут же отставил свои вещи в сторону, похотливо облизываясь: - Ди мольто! Как скажете. Если что, я вам адресок одной ведуньи подгоню, Аббаккио будет чему научиться у нее... Дама она, конечно, характерная, но такая... - он мечтательно закатил глаза. - Жаль не взял ее генетический материал, такие бы гомункулы вышли... Наливай! Через десять рюмок гость увлеченно рассказывал о своей работе в "Кафе бля Шаверма": - Ну да, халтурю, ну да, СММлю чуток))) Инстаграмчик веду))) На бирже рекламы ВКшечке, чтобы все красивенько и модненько))) Дизайн, версточка... Я вообще-то курсы проходил! У меня сертификат есть. Вооот. Отзывы пишу на всяких страничках положительные... - А про поставки от позавчера ты часом ничего не знаешь? - встрял тут же Джорно. Леон и Бруно продолжительно посмотрели на него. Мелоне оперся щекой на кулак и сдвинул брови. - Поставки? Конечно же знаю. Мне все это в базу заносить. А зачем вам? Ребята, учтите, - вздохнул он. - Плохим отзывам и прочей журналистике у нас не рады. Ризотто и так сегодня злой, так и он мониторит все отрицательные отзывы. Я вычисляю затем авторов по ай пи и отправляю эмодзи с пистолетиком "Удоли". А если не удаляют, то к авторам приходит ночью Формаджио и засовывает им в зад автомобили. Эх, - вздохнул он и посмотрел в окно. - Грязная у него работенка, не то, что у меня. - Нет, ну что ты, - лучезарно улыбнулся Джорно. - Та шаверма с собачатиной была просто изумительна! Мы были просто в восторге! - Да, это была великолепная шава, - поддержал Бруно пиздеж. - Такое изысканное мясо... С прослоечками... Аж до сих пор слюнки текут. - Слов нет, - кивнул Аббаккио. "Вот жеж хитрый сукин сын". - Правда? - глаза Мелоне засияли. Он облизнулся. - Ди Мольто! Мы и не думали, что та собака из канавы, что выудил Пеши, окажется таким деликатесом! Троица переглянулась. - Эта не та ли канава, что из говноречки выходит? - О да, из Дюванговки, - и программист стал увлеченно показывать на компьютере гидрографию сего водоема... *** Другой троице в ветклинике "Догги-стайл" удивились не слишком сильно. Особенно после того, как туда пришел Йошикаге Кира и просил подстричь листья своему котоцветку. Ветеринар в процессе едва не лишился рук, если бы хозяин не подсказал ему занести животинку в темную комнату. - Так, значит, - смотрел ветеринар. - Жалобы на блох, прививка от бешенства... Хм, полезное дело, - он кивнул на Мисту. - Ну, заводите своего... коня. - Не, ну тут вообще-то не я лечиться пришел. Наранча любовно взял Фуго за руку и подвел к врачу, нежно глядя на подельника: - Вот он, доктор, вот он, мой бешеный... Ветеринар посмотрел на Паннакотту. Паннакотта посмотрел на ветеринара и низко зарычал. После уникальнейшего для врача экспириенса с мытьем лечебным шампунем целого подростка, в клинику нагрянул Чокколатта с жалобой на кариес у Секко. Ветеринара хватил удар, и наши герои просто свалили, честно оставив работнику денежку и кучку кирпичей. Когда ребята шли по улице, выискивая чей-нибудь трактор с прицепом на "одолжить", то стали напарываться на странные взгляды со стороны прохожих. - Э! - дерзко свистнул Гирга вслед группе школоты. - Че палите, а? Узоры какие увидели? - Хм, - задумался на ходу кентавр. - Мне кажется, или они на Фуго зырят? Паннакотта закатил глаза: - Если мне велели носить этот воротник, значит, велели. - Ты вообще смотрел в зеркало на эту пластиковую срань? Да ты со стороны похож на ходячий мегафон. Еще и эта прищепка... - Ох, да чья бы корова мычала, чья бы лошадка ржала! - Фуго сорвал с себя ветеринарный конус и накинул на человеческую часть Гвидо холщовый мешок. - Так-то лучше. - Да как я видеть-то буду, куда иду? - Иди на мой чарующий голос. Они все шли, и чем дальше двигались, тем больше было странных взглядов. Хотя, казалось бы... Следом взгляды стали сопровождаться вилами в руках, затем - и "Калашами", а под конец воплями: "Содомиты! Разбойники! Нечисть!". - Пацаны, - изрек Наранча. - Я, конечно, не врач-письконавт, но это все похоже на какую-то залупу. - Уролог, - поправил Паннакотта, озираясь и понимая, что со всех сторон к ним движутся, окружая. Агрессивные бабки в первых рядах стали плеваться, махать крестами и иконами: - Сгинь, нечистая сила! Миста сорвал с головы мешок: - Эй! Ну пацаны! И пацанессы. И граждане. Мы просто безобидные косплееры... Какой-то дед в ушанке топнул ногой: - Косплей - эти игрушка Дьявола, ежжи, - и поднял вилы. - На кол нечисть! Толпа стала скандировать: "На кол фуррей!", обступая парней со всех сторон. - Эй, - сердито приподнял бровь Фуго. - Вам стоит сходить на сеансы психоанализа. Вам не кажется странным то, что нас называют содомитами, а посадить кого-то на что-то продолговатое хотите вы? В пятнадцати сантиметрах от его виска просвистела пуля. Серебряная. - Понятно, - вздохнул Паннакотта и посмотрел на подельников. - Парни... НИГЕРУНДАЙО! В мгновение ока он запрыгнул на спину Мисте и, затащив следом Наранчу, со всей дури жахнул каблуками по бокам кентавру. - Аааай, бляяяя! - взвыл Миста от боли и вскочил на дыбы. - Понежней! - У Джорно будешь просить понежней, валим! Перескочив через толпу, Гвидо понесся с товарищами на спине, как угорелый. Толпа с огромными распятиями, знаменами и воплями побежала за ними. Им в спину швыряли вилами и свистели пулями - прям как в "Шреке". - Не дадим Диаволу захватить наш город! - скандировали усть-подзалупинцы. - Бей нечисть! На кол содомитов! - Сосите бибу! - взвизгнул Гирга и вызвал нещадный обстрел по ногам православной рати и бомбардировку погнавшихся автомобилей. - Миста, впереди! Куча джипов преградила им путь, аки баррикада. Гвидо преодолел и этот барьер, в полете оттолкнувшись от крыши машины и одной головы какого-то ноунеймного воина света. Кентавр, насколько позволял бег и умение, шмалял по набегающим то и дело бешеным бабкам, мужикам и священнослужителям, обстреливающих их святой водой из водяных пистолетов. Ах, Пистолзов бы сюда! - Во дерьмо! - прошипел Фуго, глядя, как капли святой воды начинают дымиться на его коже. - Быстрее, быстрее беги! - Да как уж могу! От бега тяжелые толчки копыт передавались на таз и почки горе-всадников. Миста явно стал сбавлять. А вот православнутые сдаваться не желали! - Они близко, сделай что-нибудь! - вопил Наранча. - Да бля-а кха-кха! - стрелок стал запыхаться. Тогда Фуго сильнее прижался к человеческому торсу кентавра и процедил ему под ухо: - Миста! Ты в курсе, какая у тебя группа крови? От монструозной энергетики лошадиные инстинкты Гвидо слегка расшевелились. - Нет... - обернулся на него Миста с каким-то напряженным лицом. - А причем... Паннакотта прижался сильнее, хищно вцепившись ногтями в соски несчастного. Инфернально глядя ему в глаза, он рыкнул: - Четвертая. - ЧИВООООО БЛЯЯЯЯ.... - кентавр аж пулей понесся. - Да че ты пиздишь, да какая четвертая, нахуй, группа крови?! - На руквае, блять! - рявкнул Фуго и сильнее скрутил соски. - А-аах, сука, хорош, щас сброшу! - Беги давай! Беги, Миста! Беги ради наших жизней! На последнем повороте, перевернув к чертям чью-то легковушку, кентавр с колотящимся сердцем понесся прямо к дому... Пока Мелоне за водкой весело рассказывал об астрономической совместимости членов Сквадры, в подъезде поднялся шум. Цоканье копыт становилось все громче и громче, пока оглушительный грохот не знаменовал поражение входной двери перед лицом обезумевшего Мисты. - ПАЦАНЫ!!! - ворвался он, бледный, как арктический черт. - Я ПОНЯЛ! ЭТО ВСЕ ПОТОМУ ЧТО У МЕНЯ ЧЕТВЕРТАЯ ГРУППА КРОВИ!!! - Четвертая? - облизнулся программист. - О, она идеальна... Тут выбежал Паннакотта и с вертухи выпинул Мелоне с балкона. - Прошу прощения, - изрек он и посмотрел на Джорно, Буччелатти и Аббаккио. - Но сейчас тут ситуация весьма интересная нарисовалась, - и показал на улицу. На фоне вечернего неба с краснеющими, как плоть, облаками, к дому шла огромная толпа людей. Они размахивали крестами и вилами, тыкали в небо факелами, кричали и тащили водометы со святой водой. На ветру нервно дрожили знамена с ликами святых, образами Позвоночника Святаго Трупа и Скреп. На клумбу, изрядно пострадавшую ночью, наехал внедорожник, и на него залез сухощавый поп. Через громкоговоритель он стал вещать: - Содомиты, колдуны, нечисть! Вы принесли тьму в наш город! Из-за вас восстают мертвецы, мрут куры и открывают гей-фурри-клубы! Ваше зло должно быть уничтожено на корню! Сдавайтесь, нечистые! Ибо Свет восторжествует! И мучиться вы будете в геенне огненной! - Сам ты гиена огненная! - орнул Наранча и плюнул ему прямо в бороду. Священник потаращил глазенки на балкон седьмого этажа. Затем повернулся к армии духовных скреп и рявкнул: - Во имя Отца, Сына и Святаго Духа! Избавьте Усть-Подзалупинск от приспешников тьмы! Уничтожьте эту обитель зла! Народ взревел и пошел закидывать дом факелами. Парни посмотрели друг на друга...