Под небом Берлина

Почему все так? Джек покинул студию. Песня удалась на славу – это улучшило его настроение. Придав себе беззаботный вид, он направился к стоявшему такси, которое заботливо для него вызвала секретарь Курта. Девочка смотрела на него глазами преданной собаки, казалось, она готова на многое ради него. Но Джека, это не интересовало ни в какой мере. Ему просто нравилось, что она уделяет ему внимание, даже больше, чем собственному работодателю. Он ухмыльнулся – все-таки его внешность многое ему дает. Куда теперь, ведь он нагло соврал, что у него есть еще дела. И отчасти Курт был прав, когда перечислял места, в которые Страйфи мог отправиться – клуб, бар, но с борделем он явно загнул. Джек не нуждался в таких услугах. Любовь ему не нужно было покупать. Любая девчушка, да и что греха таить, парень тоже, могли дать ему все, что он бы захотел. Для этого достаточно было пойти в один из баров, где часто коротал вечера. Джек попросил таксиста остановиться у торгового центра, он решил пройтись по магазинам, чтобы окончательно повысить себе настроение. Расплатившись, парень направился к входу в торговый центр. В дверях он столкнулся с каким-то парнем. Подняв на него взгляд, и уже собираясь сказать гадость, он признал Киро. - Киро, привет!- кого-кого, а басиста Страй был рад видеть всегда. - Привет, Страйфи. Что ты здесь делаешь? Решил пополнить свой гардероб, - Киро улыбнулся своей очаровательной улыбкой. Джек в свою очередь тоже улыбнулся, и это получилось у него ничуть не хуже. - Да, вот решил. День с утра не задался, надо повышать настроение. А то, ты ведь знаешь, что когда я злой, то на людей кидаюсь. - Да, ты и когда в добром расположение духа на людей кидаешься,- засмеялся Киро. - Да, я – такой. У меня к тебе встречный вопрос. Что ты здесь делаешь? - Я? Аналогично. Пополняю гардероб. Но в отличие от тебя у меня хорошее настроение,- парень снова улыбнулся. Джек знал Киро очень давно, и тот всегда излучал позитив. Своей улыбкой он мог поднять настроение любому. По-детски наивный, но не обманывайтесь. Это вовсе не значит, что Киро был глупым. Просто Карстен Шафер был добрым. А это такая редкость в наше время. - И что же ты купил? - Ничего особенного. Новую рубашку и цепочку к ней. Меня сегодня пригласили в клуб на день рождение, вот я и решил… - Что тебе нечего одеть,- закончил за него фразу Джек. И оба парня рассмеялись. - Что это мы в дверях стоим, на нас уже оглядываются. Давай я пойду с тобой. Вместе присмотрим и тебе что-нибудь. И кстати, можешь приходить на день рождение тоже. Я думаю, Соня не будет против. - Соня?- в голове Джека пронеслись воспоминания о противной девчонке, которая вечно на него вешалась. Подумав несколько секунд, Страйфи все же согласился. Уже лучше, чем просто сидеть дома и смотреть телевизор. - А ты не спешишь?- спросил он Карстена - Нет, до восьми часов еще целая куча времени, успеем! Парни весело зашли в торговый центр «KaDeWe» - квинтэссенция немецких торговых традиций, сотни марок и если уж есть, что потратить, то здесь. Наверху — отличное кафе с видом на бульвар. Даже если вы не фанаты шоппинга, есть смысл заглянуть. Оформление витрин и внутреннее убранство, особенно к праздникам, имеет музейно-художественную ценность. На бульваре Курфюстендамм (Кудамм), что неподалеку, бутики, известные своим изобилием еще с кайзеровских времен. Поэтому, если ваша цель — покупки, то никуда больше ехать не нужно. Все можно купить в «КаДеВе» и его окрестностях. Парни провели часа два в походах по всевозможным магазинам, накупив ещё кучу нужного и ненужного. После этого они зашли в кафе на верхнем этаже, где решили немного перекусить. Страй не изменяя себе, заказал горячий шоколад и легкий салат, что вызвало приступ смеха у Киро. Мол, если следишь за фигурой лучше бы отказался о сладкого. Сам Киро заказал себе колу-лайт и картофельный салат. Когда встречались эти двое, им было, что вспомнить. О временах совместного проживания в квартире, и как они только уживались, и группе, и многом другом. Джек как-то неожиданно притих, глядя в окно. О чем он думал. О всем и ни о чем. Порой ему, казалось, что жизнь шла куда-то под откос. Тщательно он старался, скрывать себя настоящего за маской весело, беззаботного, но в то же время надменного и холодного. Он так сроднился с эти образом, что тот плотно переплёлся с его душой, влился в его кровь. Сейчас уже никто не скажет, где же он настоящий. Улыбаться, когда тошно, смеяться, когда хочется рыдать, молчать, когда хочется кричать. Высокомерие, как ответ на все то, что было, ответ на боль, на презрение со стороны окружающих, безразличие близких людей. И одиночество. Всепоглощающее, как зыбучие пески. Тот, чью душу коснулась рука одиночества, впоследствии неохотно пускает в эту душу. Гордость, еще одна причина одиночества. Наша гордость, порой, не позволяет нам быть с близкими людьми. Мы делаем им больно, просто потому, что кто-то и когда-то сделал больно нам. И это своего рода месть. Пусть не тем, кто виноват. - Страй?- голос Киро вывел парня из оцепенения. - Что Киро? - Скажи, ты скучаешь по группе? Только честно,- Карстен состроил гримасу, как у кота из мультфильма «Шрек». Глядя на это, Страйфи улыбнулся, но отрицательно покачал головой. А что стоило сказать, да! Да! Да! Черт подери! Он скучал. Безумно скучал. За той веселой атмосферой, за дружбой и даже за ссорами и недоразумениями. Все ж это было лучше, чем теперь. Теперь все сначала. Очень тяжело перелистывать лист своей жизни, в которой было счастье и ощущение, что ты кому-то нужен. Невероятно тяжело, добившись всеобщей любви и славы, поднявшись так высоко, осознавать, что ты все потерял… С высоты очень больно падать. Самому себе Джек сейчас напоминал младенца, которому заново надо учиться ходить. Снова вставать с колен, на которые жизнь в очередной раз тебя поставила. Почему не сказать да? Проклятая гордость. Сказать правду сейчас, значит осознать свою неправоту тогда. А этого Джек Страйфи не мог допустить. Ведь он всегда прав. Киро грустно улыбнулся и сказал - А я, скучаю. Ведь классно было же. И ты, Страй, скучаешь. Я знаю, не спорь,- продолжил Киро, увидев, что Джек хочет его перебить – но если, тебе так проще и легче, то я поверю тебе. Ты не скучаешь. - Вовсе нет, - Джек начинал злиться. Плохое расположение духа снова возвращалось. Холодные пальцы отчаяния снова начинали сжимать сердце стальной хваткой. Ну почему не сказать другу правду? Почему? -Ладно, Страйфи, проехали эту тему,- как тонко Карстен всегда умел чувствовать смену расположения Джека. Вот и сейчас. Парень был ему за это благодарен. - Ты говоришь, день рождение на восемь?- как можно более ровным тоном спросил Страйфи. -Да, на восемь. В клубе «Cookies». - Почему там? Пафосное место, еще один пример того, что на одной памяти о лихих былых временах не удержишься. От некогда прославленных закрытых электро- и хаус-вечеринок «Куки» по вторникам и четвергам с бессменными хедлайнерами Loveparade остались только ностальгические разговоры модно разодетой молодежи. - Да, ты, брат, скептик. Хорошее место. К тому же Соня может это себе позволить. - А я и не говорил никогда, что я не скептик. Удивительно, как это ты раньше этого не заметил. Я же «мистер сарказм и ирония». Всегда иду наперекор общему мнению,- Киро покачал головой в знак полного согласия с другом. -Заканчиваем с философией. А то уже половина шестого. Нужно еще домой добраться и привести себя в надлежащий вид. - Согласен. Парни встали из-за столика, расплатились и направились к лифту. В голове роились мысли. Джек уже раскаялся в том, что дал согласие на вечеринку. Можно себе представить, как эта, мягко будет сказано, малоприятная особа, снова будет вешаться ему на шею. И зачем Киро с ней только дружит? Джек вышел из торгового центра, вслед за ним и Киро. Басист весело помахал ему рукой и напоследок, уже залезая в такси, сказал: -В восемь, Джек, Friedrichstrasse 158-164.Обязательно приходи! Джек только кивнул в ответ и тоже слегка махнул рукой. Ну почему все так? Почему нельзя вернуться в добрые, старые времена. Почему? Где, каждый из них допустил ошибку? Может тогда, когда они стали забывать, что такое быть сплоченной семьей, как это было в самом начале? А может на то, есть другие причины… Джек не знал ответа на эти вопросы, хоть подсознательно он ими мучился очень часто. Почему все так, а не иначе? Почему?