Искусство соблазнения

      Чем больше времени проходило в этой маленькой ванной с Ракель, тем сложнее становилось Серхио сдерживать себя.       — Вы поймали меня, Инспектор.       Он не называл ее так с момента их встречи в Палаване. Вспоминая прошлое — их первую встречу в Ханое, их разговоры в качестве Инспектора и Профессора, она невольно ускорилась. Даже тогда, когда единственное, что она слышала во время переговоров с лидером преступной банды — искаженный голос по ту сторону телефона, она ловила себя на мысли, что ее тянуло к нему, к его уверенности, убежденности в своей правоте, а все эти его провокационные вопросы только подливали масла в огонь. Ей было приятно столкнуться с достойным противником, который был настоящим профессионалом в своей области. И вот теперь этот самый таинственный Профессор стоял прямо перед ней, наблюдая за тем, как она пыталась довести себя до оргазма.       — Так и будешь просто стоять, и пялиться на меня?       Ее вопрос заставил его очнуться. Еще несколько секунд потребовалось, чтобы понять смысл сказанных ею слов и перейти к действию — его пальцы потянулись к пуговицам на рубашке, нарочито медленно он расстегивал одну за одной, не сводя при этом глаз с руки Ракель, что частично была скрыта под водой. Она внимательно следила за ним, наблюдая за тем, как ткань соскользнула с его плеч и очутилась на полу. Ее рука усилила давление на разгоряченном центре, когда он принялся расстегивать ремень. Когда он спустил брюки вместе с боксерами, представ перед ней во всей мужской красоте, она невольно сглотнула. Она столько раз видела его таким, но почему, черт возьми, ощущения были такими же, как и в первый раз? Как это вообще возможно? Все мысли покинули голову Ракель, когда он, наконец, подошел к ванне, чтобы присоединиться к ней. Сев напротив, Серхио не предпринял никаких попыток прикоснуться к ней. Пока нет. Она тоже не предпринимала попыток перейти к следующему шагу, чувствуя, что его что-то тяготит.       — Скажи, о чем ты думала, когда я вошел, — нарушил он первым молчание.       — О тебе, — коротко и ясно сказала она, удовлетворенно отмечая, как его зрачки еще больше расширились.       — Почему?       — Ну, из Вас вышел весьма неплохой рефери, Профессор. Мне понравилось наблюдать за тем, как Вы отстаивали свою позицию в ситуации с Денвером и Палермо… — умолкла она на некоторое время. — … И, знаете… — начала очерчивать медленно, очень медленно дорожку по внутренней стороне его бедра, направляясь точно к его эрегированному члену. — Я даже завелась. Он напрягся от ее прикосновения и сглотнул, будто пытаясь избавиться от кома в горле.       — Значит, ты не злишься, что я избегал тебя?       — Честно говоря, совсем нет. Мне даже это показалось довольно… увлекательным. Но, должна признать, что мне интересно, почему ты так поступил. Возбуждение в его глазах на мгновение сменилось чем-то другим, взгляд стал мягким, нежным. Отыскав ее руку под водой, он слегка сжал ее в своей.       — Ракель, если бы снова хотя бы на секунду взглянул на тебя на поле после того поцелуя, сомневаюсь, что мы довели матч до конца.       — Это еще почему? — удивилась она.       — Серьезно? — улыбнулся он, притягивая ее к себе. — Потому что я бы тогда тут же утащил тебя с поля в какое-нибудь уединенное местечко, чтобы закончить начатое. Ракель, ты оставила меня жаждущим большего. Всегда оставляешь. Яркая улыбка озарила ее лицо. Прижавшись еще ближе к нему, она уткнулась носом в его шею и выдохнула:       — Какая прелесть, — слегка прикусив место, что недавно обжигала своим дыханием.       — Ракель, — рассмеялся Серхио, обхватив ее талию своими большими руками. Вдруг в его голову пришла потрясающая идея. Серхио погрузился в воду до уровня своих плеч, что автоматически заставило Ракель последовать за ним. Вода попала в глаза, уши и даже рот, влажные волосы разметались по плечам.       — Дурачок! — игриво хлопнула она его в грудь и попыталась открыть глаза.       Улыбнувшись, Серхио собрал непослушные золотистые локоны в руках и убрал их в сторону, очищая тем самым своим губам пространство для маленького путешествия. Как только путь был свободен, он тут же прикоснулся своими губами яремной впадинке, заставив Ракель рассмеяться.       Затем он потянулся за мочалкой и куском мыла. Потерев их друг о друга, он почувствовал, как запах лаванды наполнил маленькую комнату, создавая особую атмосферу.       — Что ты делаешь?       — Ты же сказала, что тебе нужно помыться, не так ли? — вопросительно поднял он свои брови. Когда Ракель слегка кивнула, выражая согласие, он принялся деликатно мыть ее кожу, равномерно распределяя мыло по женской спине. Ракель от наслаждения прикрыла глаза и через некоторое время, обмякнув от его заботы и той ауры умиротворения, что царила вокруг, опустилась на плечо Серхио, позволяя себе полностью расслабиться в его надежных руках. Он оставил легкий поцелуй на ее волосах и расплылся в счастливой улыбке, услышав легкий вздох, сорвавшийся с ее губ.       — Почему ты прыгнула в объятия Хельсинки? — вспомнил вдруг Серхио еще один мучавший его вопрос. Она не сделала никаких попыток отстраниться, даже глаза не открыла. Единственной реакцией, подсказавшей Серхио, что Ракель все еще с ним, был ее легкий смешок. Продолжая выводить незамысловатые узоры мочалкой по ее нежным изгибам вверх и вниз с методичностью, свойственной Профессору, он терпеливо ожидал ее ответа. Кажется, ему никогда не насытиться ею. Тем, как ее гладкие изгибы резко контрастируют с грубостью его рук. Это так опьяняло.       — Он очень славный парень. Добрый, понимающий, он принял меня одним из первых в банде, не задавая никаких вопросов, — ответила тихо она, блуждая пальцами по его накачанной руке. — Ну, еще, возможно, мне хотелось привлечь твое внимание, заставить тебя ревновать.       Закончив мыть ее спину, он осторожно повернул Ракель спиной к себе, укладывая ее на свою грудь и пока обдумывал ее ответ, начал все с той же скрупулезностью тереть ее грудь мочалкой. Когда Ракель немного соскользнула, он снова притянул ее к себе и уткнулся подбородком в женское плечо, затем цепочкой мягких поцелуев поднялся до ее уха, с удовлетворением отмечая, как ее кожа постепенно покрывается легким румянцем. Повесив мочалку на крючок, что находился на стене, Серхио обхватил обеими руками ее обнаженные груди и несколько секунд, словно загипнотизированный наблюдал за тем, как вода спускается по ним все ниже и ниже, прямо к центру сосредоточения ее женственности. Очнувшись, он решил продолжить свое путешествие по ее телу — пока одна его рука описывала узоры на ее бедре, вторая достигла того места, к которому несколькими минутами ранее прикасались пальцы Ракель, выводя его из равновесия, и сделал несколько ленивых кругов. Из груди Ракель невольно вырвался стон удовольствия.       — Значит, ты считала, что Хельсинки — это то, что тебе нужно, чтобы заставить меня слететь с катушек? — спросил он. Одна его рука вернулась к ее груди, умелыми движениями разминая ее, слегка сжимая так, как нравилось Ракель, вторая слегка приоткрыла складочки, заставив Ракель выгнуться от прикосновения.       — Это сработало, — прохрипела она, глубоко вздохнув.       — Правда? — спросил Серхио, проведя большим пальцем по твердому соску, щелкая по нему.       — Очевидно. Теперь ты со мной.       Ее слова заставили его увеличить скорость, с которой он вырисовывал узоры на ее клиторе. Его собственное возбуждение росло так же быстро, как и ее — член, зажатый между ее спиной и животом, буквально кричал о необходимой разрядке. Не в силах удержаться, он толкнулся в нее. Почувствовав это, Ракель обвила руками ноги Серхио, а затем провела ногтями вверх и вниз, подталкивая его к самому краю. Запрокинув голову, она хотела посмотреть ему глаза, но не успела — Серхио тут же набросился на нее жадным поцелуем. Почувствовав, что она совсем близка, он прикусил ее нижнюю губу, подливая тем самым еще больше масла в огонь.       — Ракель, — выдохнул он ей в рот, когда она потянулась к его запястью, прося усилить давление, что оказывала его рука внизу. — Кажется, кто-то очень любит водные процедуры, не так ли?       Ее хриплый смех быстро сменился очередным стоном в тот самый момент, когда Серхио принялся стимулировать клитор так, как она этого хотела. Обхватив ее подбородок свободной рукой, он еще крепче прижал ее к себе, не прекращая сладких пыток. Вдруг он резко остановился, как раз в тот самый момент, когда Ракель готова была кончить.       — Повернись, — не давая ей возможности разразиться проклятиями, приказным тоном сказал Серхио.       Она непонимающе вскинула бровь, но все же подчинилась.       — Хочу видеть тебя, — ответил он, обвивая руками ее талию, прижимая ее еще ближе к своему разгоряченному телу.       Во взгляде Серхио чувствовалось такие искреннее обожание и преданность, что она чувствовала потребность сказать ему, что испытывает к нему то же самое, но просто не могла вымолвить ни слова, поэтому сделала единственное возможное в этой ситуации — прижалась самым нежным поцелуем на свете к его губам, надеясь на то, что сможет таким образом передать все то, что испытывает к нему.       Серхио все понял и без слов. Усилив хватку на ее талии, он углубил поцелуй, терзая ее рот так, будто никак не мог насытиться ею, будто Ракель была самым изысканным десертом, который он когда-либо пробовал. Впрочем, так и было. Никто не мог сравниться с ней.       — Полагаю, Вы задолжали мне как минимум один оргазм, Профессор, — прервав поцелуй, улыбнулась Ракель. — И запомните, если Вы не доведете дело до конца и в этот раз, то получите красную карточку, рефери.       Серхио не нужно было повторять дважды, он тут же опустил руку, чтобы проверить готова ли она принять его. О, да, она была влажной, и не только из-за воды. Снова потянувшись к ее рту, он возобновил свои ласки на ее клиторе. Его язык и пальцы действовали синхронно, еще больше усиливая возбуждение Ракель.       — Хватит дразнить меня, — недовольно фыркнула Ракель, требуя большего.       — Прости, ничего не могу поделать, это в моей природе, — тихо усмехнулся он, получив убийственный взгляд нетерпеливой женщины.       Решив больше не изводить ее, прекрасно зная, что ей нужно в этот самый момент, чтобы достичь оргазма, он слегка приподнял ее, и направил головку члена к ее влажным складочкам, проводя им вверх и вниз.       — Пожалуйста, Серхио, — простонала она, опуская голову на его плечо. В ее голосе было столько нужны, что не удовлетворить ее просьбу сейчас было бы просто кощунством, поэтому он нежно обхватил ее бедра своими руками, опуская на свой эрегированный член. Он плавно опускал ее на себя, ощущая головокружение от того насколько прекрасно это ощущалось. Только когда он полностью вошел в нее, растягивая ее стенки, она позволила гортанному стону вырваться наружу.       — Блять, Серхио, — схватившись за его плечи, прохрипела она. Крепко ухватившись за ее талию, он начал двигать бедрами — сначала медленно, неторопливо, не отрывая глаз от ее прекрасного лица. Он не хотел пропустить ни одну эмоцию, что она дарила ему в такие моменты. Вдруг он резко остановился, но не вышел из нее.       — Ракель, никогда не сомневайся в моей любви к тебе, — прошептал он ей на ухо. — И в том, что я забочусь о тебе. Что бы ни случилось, помни об этом.       Она подняла голову с его плеча, чтобы встретиться с ним взглядом. Нежно положив руку на мужскую щеку, она ответила:       — Серхио, cariño, я никогда не сомневалась в этом. Даже в самые мрачные времена.       Притянув ее к себе для поцелуя, Серхио вышел из нее, но тут же одним мощным толчком погрузился обратно, приглушая своими губами ее крик удовольствия. На этот раз он не собирался останавливаться, позволив дикой природе выйти наружу.       Оба потерялись друг в друге, в этих захватывающих ощущениях. Подстроившись движение своих бедер под ритм Серхио, Ракель чувствовала как волна мощнейшего оргазма приближается к ней, но она хотела прийти вместе с Серхио, поэтому, разорвав поцелуй, прикусила губу, пытаясь удержаться на плаву. Ее грудь находилась так близко к его лицу, что Серхио не составило никакого труда захватить в плен своего рта один из напряженных сосков. Вода плескалась по стенкам ванны от бешеного темпа их движений. Его рука оказалась между ее ног как раз тогда, когда Ракель в этом больше всего нуждалась. Его член был настолько глубоко внутри нее, что она едва могла дышать от переизбытка эмоций.       Ракель чувствовал знакомое покалывание в глубине живота, что усиливалось с каждой секундой, предвещая скорую разрядку. Не хватило бы всех слов в словаре, чтобы описать, что она чувствовала сейчас — она так долго ждала, когда волна удовольствия захлестнет ее сегодня, что стала побаиваться того, что когда это случится, она просто потеряет сознание от переизбытка эмоций. Серхио нужно было поторопиться, поэтому она поднесла одну руку к его рту и большим пальцем оттянула его нижнюю губу вниз, вынуждая его прикусить ее пальцы. Другая рука скользнула на спину и тут же вонзила туда ногти, заставляя мужчину зашипеть от боли.       Всего один мощный толчок и он вошел в нее до конца, наполняя до краев, и это стало ее точкой невозврата — с оглушительным криком она кончила. Ей пришлось ухватиться руками за край ванны, чтобы не упасть назад, когда ее спина выгнулась дугой, еще сильнее сжимая его длину. Уткнувшись носом в плечо Ракель, Серхио достиг своей развязки.       Смотря друг другу в глаза, они обменялись удовлетворенными улыбками. Ее пальцы непроизвольно зарылись в его влажные локоны — это стало чем-то обыденным, она всегда так делала после их близости. Но только на этот раз Серхио не прикрыл глаза, позволяя ей убаюкать себя, а вместо этого уставился в потолок.       — Что на этот раз? — обеспокоенно спросила она. Выражение его лица не предвещало ничего хорошего.       — Ты бросила мои шорты на пол? — наконец, нарушил он молчание.       Ракель разразилась хохотом, уткнувшись лицом в его шею. Через секунду он присоединился к ней.       — Надеюсь, ты сможешь простить меня за эту оплошность, — улыбнулась она, потершись своим носом о его.       — Всегда, — чмокнув ее в щеку, ответил Серхио, наконец, закрывая глаза.