apple of discord

Вся проблема этого юного демона заключалась в том, что он слишком любит своего старшего брата. Слишком слишком, если можно так сказать. Его любовь иногда переходит все границы — дозволенного и недозволенного. Чем он только не занимался — и следил за старшим генералом, и опрашивал всех в его любимом Доме Блаженства, и нарочно щеголял в почти прозрачных рубашках, с веером мельтешил. Но это было давно, и он забросил это, поняв, что все бесполезно и его брат просто идиот. И Намджун с этим, как никогда, согласен. Чон Хосок просто ужасный недотёпа, если не может заметить настолько явных намеков и все ещё прячется в борделе. Если бы он был на месте старого Чона… Нет. Сейчас об этом думать, как-то странно, учитывая то, что, в мыслях о будущем, сразу появляется хен со своей очаровательной улыбкой. Но, если, представить, что он на месте генерала, давно бы уже, хотя бы тайно, начал отношения с младшим братом. Как бы странно это не звучало. Но по-детски искренняя любовь Чонгука и такое залечит. — Эм., — хоть убейте, но Намджун не знал о чем поговорить с молодым генералом — тот умел говорить лишь о брате, своей дорогой шицзе и веерах, — как давно ты освоил фамильярство, — тот слегка опешил. — Это черта семьи Чон, — словно он околдован, произнес Чонгук, поправляя штаны, — этому меня научила бабушка. Вы же знаете, цзунши, до шестнадцати меня воспитывали, как прелестную деву, — он смущенно отвёл глаза, — «а хорошая жена должна ублажать супруга в любом виде», — кажется, Чонгук хотел сплюнуть от этих слов. Несчастного парня держали взаперти до его шестнадцатилетия. Тогда-то его брат и забрал его к себе, во дворец. Хотя, по закону этого делать было нельзя, ведь юноше ещё не исполнилось восемнадцати, а то и двадцати. Но генерала это не особо волновало. Стоит ли говорить, в каком ужасе была вся страна и сам генерал Чон, когда узнал об этом, ведь все считали, что в семье Чон есть сын и дочь. Это заставило Хосока действительно возненавидеть мать. Та буквально сошла с ума — она пришла во дворец и стала просить свою дочь, так кричала, что даже Намджун слышал «у меня нет второго сына, у меня есть дочь», «скорее приведите мою девочку, ей завтра замуж выходить». Тогда, Чонгук немного приболел и отдыхал в своей новой комнате, но, услышав мать, все же поднялся с постели и пошел искать, откуда доносится звук. Тогда, на весь дворец гудела та смачная пощёчина. Госпожа Чон чуть не вырвала свою сыну волосы и даже кусала его, называя «цзенюй — прямо, как мать Намджуна. Чонгук был тогда очень слаб, но то, что всех больше удивило то, что он, пока его мать рвала на его спине кожу, обнял ее и приговаривал, что все будет хорошо, что он обязательно хорошо выйдет замуж и тому подобное. Пока не вернулся старший генерал Чон, и его солдаты всё-таки смогли вывести буйную женщину. Ее ногти оставили неизлечимые раны по всему телу юноши, за, что его старший брат неоднократно просил прощения. Совсем юный Чонгук не проронил ни слезы, слушая то, как его мать поливает его грязью, врёт всем направо и налево. Она считала, что делает всё правильно, пытается защитить своего сына, но, вместо этого, она поселила в нем неприязнь к любым женщинам. Кроме одной. Его дорогой шицзе, госпожи Чхве. Единственного человека, что во всем дворце, помимо брата, был с ним рядом, даже во время войны. — Так., — им правда не о чем было поговорить — Чонгук, ведь самых, что ни на есть, чистых, благородных кровей, в то время, как Намджун не понимал даже, какую одежду нужно надевать, чтобы она подходила под случай. Юный демон, кажется, понял намек и осторожно протянул руки с комочком в них своему цзунши. — Мне нужно сдать отчёт господину Мину отсчёт, и я пойду, — его улыбка и правда была невероятной, — уже вечереет. Брат будет очень огорчён, если я не вернусь до третьей стражи. На самом деле, Намджун не понимал, почему почти каждый мужчина во дворце роняет на пол слюни по этому юноше. Он не был слишком женственным, даже наоборот, мышцы, не хуже, чем у его старшего брата, да и голос — более-менее, но хриплый, похожий на голос его старого отца. Но все отчего-то считали, что, раз его воспитывали, как девушку, то вести он себя будет так же. Все эти дураки забывают, что его уже три сотни лет воспитывает брат и шицзе — истинные воины, что не терпят слабости. Так, что ничего женственного в нем нет, Чонгук же и в нос может дать — он уже так делал, когда один умник полез к нему целоваться. Люди забывают, что титул «генерал», пусть и младший, даны ему не по счастливой случайности. Намджун не особо понял, как в его руках оказался мальчик, завёрнутый в какой-то серый халат — наверняка, чонгуков. Он редко надевал что-то такое, обычно его одежда слепит глаза прелестью. Но при этом, этот юный воин не забывает о броне и… Не позволяет себе не единого открытого участка кожи, разве, что при старшем брате. Ему все ещё не дают покоя старые шрамы, что оставила ему мать. Но уже легче, раньше, он вообще ходил во всем черном и дрожал, когда на него смотрели.