apple of discord

Сокджин издал вздох. Полный отчаянья и боли, слез и невысказанных слов. Мама. Так называемое, подсознание, протянул свою ладонь, с улыбкой глядя на юношу. Ему было страшно, и он без разбора схватился за ладонь, стараясь усмирить нахлынувшие чувства. — Мин-Мин, я и не думала, что произойдет это., — женщина все ещё с широкой улыбкой переносила нестерпимую боль, буквально шла не меч, только чтобы взглянуть ему в глаза. Теперь и Сокджин мог его рассмотреть. Темные волосы, непримечательные глаза феникса (1), тонкие губы, словно у старца. Его не было среди тех… Драконов, что появились в прошлой картине. Мужчина рывком вытащил меч, не обращая внимания на размеренный шепот женщины, что руками хваталась за груды камней, но не могла даже пошевелиться сама, что уж говорить о том, чтобы что-то делать. Он так и ушел, Сокджин продолжал смотреть на тело своей матери, что так и не смогла защитить себя от этого монстра. Но где тогда отец? Он, ведь должен был что-то сделать, как настоящий благородный муж защитить свою семью. Сокджин одинаково чтил обоих своих родителей. Мама — образец величия и благородства, отец — мудрость и понимание. Их семья не имела проблем, кроме тех постоянных охот. И демонов, что и поглотили его родителей. Но все это было ошибкой, лишь огромной ошибкой, в виде того человека, что и забрал у маленького Джин-и его семью. — Ваш отец уже мертв, — юноша не мог не вздохнуть. Наверное, с облегчением. У воинов же принципиально это все — лучше умереть, чем сбежать с поля боя, — хен, — вокруг «Намджуна» начали клубиться небольшие облака, обворачивая его густой белой дымкой. Через несколько мгновений, все его тело, не оставляя на виду не одного кусочка. Если бы это был настоящий Намджун, он бы беспокоился, бегал бы вокруг в непонимании того, что происходит. Ведь этот дрянной демон для него важен. Важнее, чем кто-либо на этой земле. По крайней мере, сейчас, когда он, Сокджин знает истинную правду о смерти родителей, ему не в чем винить демонов, тем более, Джун-Джуна, что со всем запалом старается защитить его, самого. В конце концов, никому больше он не нужен. Раньше — у него были родители, что, несмотря ни на что, любили и ценили его, потом — тётушки, что подкармливали, но никогда не звали к себе домой, слишком боялись, что он что-то да украдёт, дальше — только одиночество и чреда плачущих от отказа невест, что, наверняка, считали себя самыми лучшими, но он не выбрал их. Никогда бы не выбрал. А сейчас — у него есть Намджун, которому можно доверять. Он — большой и мягкий, кажется, Сокджин даже сквозь сон чувствует аккуратные ладони на своей спине, что кое-как нажимают на всякие акупунктурные точки, ведь он видит, что у него кошмар. Намджун. Как же жаль его с его этой любовью. Нет ничего хуже, чем влюбиться в того, кого не станет. Нет ничего хуже бессмертного, влюбленного в смертного, которого уже невозможно спасти. Они могли бы прожить долгую, полную радостных моментов, жизнь. А в итоге, демон будет наблюдать за тем, как постепенно меняется тот, в кого он был так пламенно влюблен, становится просто несносным. Намджун выбросит его, стоит его странного, ни на что не годному характеру, изменится. Люди бросают тех, кто меняется. Это нормально. — Не нормально, фуцзюнь (2), — вдруг из белого облака послышался звонкий девичий, до жути знакомый, голос и из пыли практически выплыла на вид такая хрупкая фигурка Рюджин с какой-то веткой в ладони, — наш Джун-Джун, даже если ты, — она намерено указывала пальцем на юношу, пока выбрасывала ветку в сторону, — изменишься до Первого Бога Войны (3) иди до владыки Ямы, — демоница наконец нашла и свой сапог в белом облаке, да ещё и не забывала о тысячи бранных слов просто перед несчастным юношей, — ты извини мне, белый лотос, я пока только учусь справляться с способностями демонов сновидений, — наконец и огромное белое облако рассеялось, но второго сапога девушки так и не оказалось там, потому, чтобы не казаться глупой, она сняла и тот, найденный, и, ничего не стесняясь зашагала к Сокджину по-ближе. Нужно ли говорить о том, что на лице его была полная неразбериха и истинное смущение. Какой позор, однако. — Да ты не бойся, я этому дурачку ничего не говорила, — тут и без имени было ясно, кого Рюджин так спокойно называет дурачком. Даже Сокджину стало немного смешно. — Ты — демон снов? — это больше всего беспокоило его. Конечно же, обычные люди не так уж и много знают о демонах о том, чем они занимаются. Но демоны сновидений немало так влияли на мысли людей, потому их и хотели изучить по-лучше. Вообще-то, они промышляют довольно грязными делами, но. — Нет-нет! — девушка тут же начала махать руками из стороны в сторону, — я — только ученица, — кажется, для нее это было настоящей гордостью. Как же прекрасно, что есть ещё те, кого не волнует то, есть ли у него сапоги на ногах, — Чжун-шицзунь (4) позволил мне немного приоткрыть тебе правду. Ну, а вообще — у нас тут не такие дела делаются, если понимаешь о чем я, — улыбка демоницы в мгновение изменилась на коварную, больше похожую на улыбку какого-то чудовища, — кошмары, весенние сны (5)., — она, как будто, нарочно тянула буквы, тем самым, привлекая внимание, — хочешь покажу?