apple of discord

Намджун видел, что генерал совсем не врёт, но не понимал, в чем, собственно, был подвох. В этом месте все такое странное, что оставаться здесь хотелось, разве, что ради хена, которые где-то там, в глубине каменного дворца, нежится в теплой воде, чувствует, как медленно уходит вся пыль и усталость. А Намджун даже остаться не может. Хоть глазком взглянуть, понаблюдать, как бы он не поцарапал себе спину и ступни об острые камни, или ожогов не заработал. Рюджин была права, он просто не умеет думать о чем-то… Извращённым. Нет. Точнее, умеет. Просто хен — не проходит под это все. В том своем белом ханьфу, которое, между прочим, нисколько не запачкалось, словно самый прекрасный цветок на поляне, тот, кого все хотят получить и принести маме, подарить. У Намджуна мамы — нет, но он бы с радостью поболтал бы с этим цветком, и не срывал бы, чтобы ему не болело. Так цветок будет в безопасности. — Но гэгэ., — Чимин еле слышно хихикнул. — Давай решим, — пока мальчик утирал ладошками слезы, Чимин продумывал новый план для уловки, — кто для А-Джун? — щеки демона медленно редели. Сейчас он все разболтает и генерал над этим посмеётся, расскажет хену и… Мысли, как будто, он снова вернулся в юношество. Никакие слова теперь не должны разломить их отношения. Только не сейчас. И никогда более. — Юми Пай, дада., — малыш стал на пальцах пересчитать все прозвища для своего, некогда, шибо. Вот только первое Чимин понимал сложно. Какой ещё пирожок? Неужели западный диалект столь сложен. — А кто для тебя Сокджин-., — закончить предложение ему так и не позволили. — Хен! Сокджин-хен! — воскликнул Тэхен, напоминая о правилах приличия, к которым привык именно он, — он — мой шишу, — генерал вновь хихикнул. Но уже громче, показывая демоненку, что он где-то поступил неправильно. Правда, это не особо действительно. Мальчик лишь сильнее прижался щекой к плечу Намджуна, пыхтя что-то про себя. — Тогда, выходит как-то неправильно, — А-Хен удивлено вскинул брови, — видишь ли. Выходит, что Сокджин-хен — брат А-Джуна. Но это, ведь не так, — на лице мальчика не осталось ни одной слезинки. Он старался найти разгадку в самых закоулках своих мыслей. Но не получалось. — Тогда, если Джун-Джун — дада, то кто тогда Сокджин-хен? — Чимин, кажется, только этого и ждал. Теперь-то, после всего, Намджун отлично понимал, почему ещё в детстве юная госпожа звала его «чертёнком». Он им и был, никогда не прекращал. Для всех казался милым и прилежным, а, на самом деле, только и ждал хорошего случая, что над кем-то подшутить, кому-то жизнь подпортить. Такое чувство, что гэся — вообще не видел этого всего. Хотя, не раз вытаскивал своего друга из различных передряг. У него-то есть статус, власть, а Чимин… Ну, сын маршала Пак, ну, сын генерала Пак — ну, не императора же. — Как, насчёт «фуцинь» (1)? — мальчик весело захлопал в ладоши, хотя, не очень хорошо понимал, что сказал его гэгэ. Но гэгэ — умный и всегда все говорит привольно. Вот только Намджуну поплохело от этого. Как-то не очень вежливо. Глядя на них с хеном — можно сказать, что он — здесь главный, а ни маленький Сокджин. Но это казалось немало милым. Пусть, демон даже не понимал, почему. Хен — невероятный, с ним хочется просто провести эту жизнь, и следующую, и так далее. Все жизни, что только есть, Намджун хотел бы провести с хеном. Рядом с хеном. Если А-Хен так хочет, Намджун готов немного понизить свои предпочтения и стать просто «папой», который будет любить своего сына и заботится о нем. Это же так хорошо. А рядом — ещё и Сокджин будет. Чем не сказка? — Если тебе, эрцзы, нравится — пусть так будет, — мальчик повернул голову к своему новоиспеченному отцу, когда тот осторожно прикоснулся губами к его лбу. Как самый настоящий родитель. — Прямо, как фуцинь! — придется ещё и к этому привыкать, теперь, он — отец и… Они, они — отцы, родители этого мальчика и что бы ни случилось должны о нем заботиться. Только вот хену не помешало бы сказать об этом. Вот только как? В конце концов, если Сокджин откажется — он не будет слишком горевать. Все равно, теперь, при выборе Намджуна, придется брать и ребенка. Тут уж без вариантов. Чимин лишь кивал, отрешённо поглядывая на выход. Но молчал. Возвращаться домой, после долгого отсутствия — всегда сложно. Тем более, если тебя там ждут двенадцать разгневанных генералов, одна мэймэй в не очень хорошем настроении и весь город, что не особо тебя любит. Его точно убьют, в очередной раз и надолго. По крайней мере, так он Юнги не будет под ногами мешаться. А ноги-то у него отменные — только худые, тонкие, как веточки. Если уж люди его примут, хотя бы, кухарки, нужно их попросить о небольшом одолжении — пусть накормят этого господина Мина до отвала, чтобы из-за стола встать не мог. — Уважаемый генерал, — Намджун осторожно коснулся его руки, притягивая за локоть одной рукой, — если вы не хотите — мы не последуем в столицу, если., — судя по тому, как загорелись глаза юноши при одном упоминании дома, можно было уже понять, куда они пойдут.