От судьбы не убежишь

В коридоре было зябко и безлюдно. Мацукава постучал в дверь кабинета, где сейчас должна  проходить физика. Двадцать пар глаз устремились к нему, ведь звонок, оповещающий о начале урока, прозвенел минут десять назад. — И чего это мы опаздываем? — женщина средних лет в очках неприятно повысила голос. Похмелье у молодого парня дало о себе знать резкой болью в висках.  — Проспал, — правдиво ответил Иссей и, без приглашения, сел за парту к Ивайзуми. Его друг кратко кивнул в знак приветствия. Эта картина была настолько привычной для них.  — Итак, продолжим. Напряжение в проводниках, что соединены параллельно… — дальше Мацукава уже не слушал. Ему было все равно на напряжение в проводниках, на то, какую он оценку получит за эту тему на контрольной.  Был пасмурный понедельник. Типичный, ничем не выделяющейся первый будний день недели, который заставлял всех выползать из своих нор. На город, не так давно, обрушились затяжные дожди, которые не позволяли спокойно гулять, и это бесило. Маццун окинул взглядом класс и заметил Ойкаву, что активно конспектировал за учителем какие-то формулы, а возле него сидел парень с розовыми волосами. Это был Ханамаки — новенький в их классе, что сразу нашёл общий язык с Тоору. Точнее как нашёл? Тоору просто начал с ним разговаривать о чем-то, а тот, вроде как, и не сопротивляется, но особой заинтересованности не проявлял.  Маццун мог поклясться, что Такахиро — самый странный и загадочный человек из всех, которых он когда-либо встречал. Его вызывающая внешность: яркие волосы, пирсинг и татуировки, были приглушены обычной чёрной мешковатой одеждой. Этого парня никто не видел в школьной форме, хотя, даже Иссей дважды её натягивал на себя, под строгим взглядом отца.  — Боже, хотя бы на линейку и день учителя, а потом ходи в чем хочешь! — гаркнул мужчина, когда Мацукава хотел прийти на праздник первого учебного дня в красной футболке с рисунком драконом и чёрных шортах.  Этот Ханамаки… Загадка, которую Маццун не смог разгадать за два месяца учёбы. Зато Ойкава сразу с лёгкостью нашёл подход к этому чудику. Возможно, потому что он и сам был с приветом.  — Макки-чан очень хороший, — лепетал Тоору на переменах, когда Ивайзуми в шутку интересовался его соседом по парте. Хаджиме было как-то все равно: не лезет этот Макки-чан к его Ойкаве — значить жить будет, а если что, то Ива сразу ему ребра пересчитает.  Мацукава увидел, как Тоору что-то показал новенькому в учебнике по физике, и тот слабо ухмыльнулся.  «Как тень, или как кошка. Независимый и скрытый», — так думал Иссей о Такахиро, и это не давало ему покоя. Казалось бы, ну, да, новенький в классе. Ну, да, загадочный тип. И что? Но этот парень зацепил Мацукаву так, что уже два месяца покоя нет. 

***

Месяц назад:

Маццун шагал по району, прогоняя в наушниках старые песни малоизвестных рок-групп. Привычные подъезды, привычные клумбы и детские площадки. Ничего нового. Брюнет знал эти виды с младенчества. Возле дома, в котором находился маленький магазинчик, на лавочке сидела компания парней. Один из них был его одноклассником, и они кратко поздоровалась кивком головы.  Мацукава зашёл в многоэтажку и вызвал лифт. Он хотел подняться на крышу и посмотреть на закатное солнце. Нет, он не был романтиком, просто хотелось покоя. Поднявшись на двенадцатый этаж и открыв люк на крышу, Иссей замер. На краю крыши сидел парень. Его огромная чёрная футболка походила на женское платье, а чёрные джинсы настолько плотно прилегали к ногам, что Мацукава поежился, представляя насколько в них неудобно. Он узнал в этом странном парне новенького ученика из его класса.  — Эй! Ты чего это тут? — Иссей подошёл к парапету, на котором сидел Ханамаки.  — А что? — не заинтересовано ответили ему.  «Действительно, что? Какое мне дело?»  — Есть сига? — спросил розововолосый, поднимая затуманенный взгляд.  — Держи, — Маццун протянул начатую упаковку Winston.  — Благодарю, — с хриплым смешком ответил Макки.  Ханамаки закурил, а Иссей не мог оторвать взгляд от яркой татуировки лисы на шее. Что мог этот тип делать на крыше двенадцатиэтажки? Хотел спрыгнуть? Или просто искал тишины, так же как и сам Мацукава.  — Ты не против, если я присяду? — спросил брюнет.  — Валяй, — новенький сделал какой-то непонятный жест рукой.  Иссей не был трусом, но пожить ещё хотел, поэтому не рискнул залезать на парапет и свешивать ноги с края крыши, в отличие от Ханамаки.  — Не боишься улететь вниз? — спросил Маццун, потому что тишина начала напрягать.  — Нет. — Ты недоволен, что я пришёл и нарушил твоё одиночество? — предположил Мацукава, поджигая свою сигарету.  — Мне все равно.  — Океей, — протянул брюнет. — Можешь ответить тогда на мой вопрос?  — Ну? — Такахиро не поворачивал голову. Не пытался взглянуть на Маццуна. — Почему ты в школе ни с кем не общаешься. Даже Ойкаву как-то… На дистанции держишь?  — Я всегда сам по себе. Не нуждаюсь в тесном общении.  И всё. Такахиро не шёл на контакт, прибывая в своём, неизведанном, мире. Запах сигарет разносил ветер, а солнце медленно, но уверенно стремились скрыться за горизонтом.  Иссей заметил, что глаза Макки закрыты, он не смотрел на город или закат, тогда что он тут делал? Докурив сигарету, парень встал, отряхивая ткань штанов от крошки бетона. Уверенными неспешными шагами он прошёлся вдоль парапета, не глядя под ноги. Мацукава не желал стать свидетелем суицида их нового ученика.  — Может ты слезешь, пока голову к херам не расквасил? — но его проигнорировали. Дойдя до противоположной стороны дома, розововолосый спрыгнул на твёрдую бетонную крышу, и у Иссея от сердца отлегло. Такахиро ушёл, ничего не обронив напоследок. Его силуэт, облечённый во все чёрное, вызвал у Мацукава мурашки по коже.  — И что это было, чёрт возьми? — спросил брюнет в голос. Спустя две минуты внизу послышался писк домофона. Иссей глянул вниз: из подъезда вышел Ханамаки, что-то показывает парням, что сидели на лавочке. Скорее всего это был красноречивый жест в виде среднего пальца, но Иссей не смог разглядеть точно. 

***

— Мацукава, может ты всё-таки прочитаешь нам этот абзац? — голос учительницы порезал сознание, как катана разрезать тела в аниме.  — Где читать? — спросил Иссей у Ивайзуми. — Понятия не имею, — пожал плечами тот.  — На странице сорок семь, третий абзац снизу, — послышался шёпот Тоору.  — Ойкава, тихо! — прикрикнула женщина.  — Закон Ома для участка круга…  Мацукава услышал хриплый смешок, который принадлежал Макки, и все слова уже никак не задерживались в голове. 

***

— Ооо, друг мой, да ты втюрился, — протянул Хаджиме, выслушивая Мацукаву.  — Что ты несёшь? Совсем ёбнулся? — шикнул Иссей.  — Ива-чан прав, — вставил свои пять копеек Ойкава.  — Ты-то что тут забыл? Иди, он, Ханамаки развлекай, а то заскучал пожалуй.  — Он не любит разговаривать… Он, ну, как бы сказать, не из тех, кому нравиться болтать о всяком и делиться своими историями, — ответил Тоору, глядя на объект обсуждения. Маццун тоже взглянул на Такахиро. У того были закрыты глаза, а голова лежала на сложённых в замок руках. Он слушал музыку в наушниках, а его лицо не выражало никаких эмоций.  — Странный он… — кинул Ивайзуми, на что Мацукава хмыкнул, слабо потирая голову. После вчерашней тусы на квартире Куроо, голова раскалывалась.  — Коль такая ситуация, можем устроить сбор. Пригласишь Макки-чана. Вот тебе шанс узнать его получше, — предложил Ойкава, и, черт возьми, это был отличный вариант.  — Ок, только пригласишь его ты, а я позабочусь о прелестях сборов, — подмигнул ему Мацукава и получил хороший удар в бедро: Ивайзуми был очень ревнивым, но на его лице все равно играла улыбка, которая означала лишь одно — этот демон тоже в деле. Именно за это Иссей любил своих друзей. Они за любой кипишь в любое время! 

***

— Хэй, Макки-чан, пойдёшь со мной на тусу к Маццуну? — Ойкава сел на свое место. — Возможно… — Такахиро пожал плечами.  — А если поточнее? Нам нужно знать  сколько будет людей, чтобы заказать достаточно пиццы.  — Пойду, — розововолосый сделал музыку громче, показывая, что больше не хочет говорить.  Тоору показал Мацукава большой палец вверх, мол, дело в шляпе, теперь твой выход.  Иссей не хотел закатывать огромную вечеринку. Ивайзуми, Ойкава, Ханамаки, Куроо, Бокуто, Акааши, Терушима, Яхаба и Кётани будет вполне достаточно, чтобы особо не напрягаться, но при этом создать видимость, что у них «туса».  Кинув клич в общий чат, Мацукава достал тетрадь по литературе. Его взгляд зацепился за яркую макушку Такахиро, что стоял в дверном проёме, оперевшись о стену и слушая Футакучи из параллели. Лицо Макки выражало максимальную неприязнь, поэтому Иссей решил подойти интереса ради.  — Что-то стряслось? — нарисовался за спиной Ханамаки брюнет. Только сейчас Маццун осознал, что чуть выше самого Макки.  — Да, так… По мелочёвке, — Футакучи передернул плечами. Видать, помнил, как был замес на старом стадионе возле торгового центра. Тогда Мацукава, Ивайзуми и Кётани знатно зад надрали парням из параллельного класса, в рядах которых был и сам Кенджи.  В глазах Макки читалось облегчение и благодарность.  — Ну, тогда позволь нам вернуться в класс, а то у нас есть очень важный разговор, который дегенератов не касается, — съязвил Мацукава и, приобнимая розововолосого за плечи, вернулся в класс.  — Отпусти, — кратко и злобно шикнул Макки. — Воу, что за колючки? — хриплый смешок непроизвольно сорвался с губ брюнета. — Я ведь помог тебе. Футакучи прогнал.  — Я не просил у тебя помощи, — Такахиро сел на свое место и включил музыку в наушниках так, что рядом стоящий Иссей мог расслышать строчки песни:

«Не звони мне на трубу, если ты хочешь её бросить В голосе зима, но в глубине тянет на осень Не знаешь меня Ты не знаешь меня Перестань кричать, перестань создавать головняк»¹

***

В пасмурную пятницу, после уроков, ребята, которых позвал Мацукава для виду, Ивайзуми, Ойкава и сама причина этого сбора — Ханамаки, завалились в квартиру Иссея. Маццун наблюдал за расслабленными движениями Такахиро. Тот не пил алкоголь, зато осушил одну банку энергетика, и уже убил половину второй порции. Ел парень тоже, на удивление, очень мало, вечно что-то листая в телефоне, время от времени вбрасывая какие-то фразы, что не имели никакого веса в общем разговоре. Бокуто, как обычно, присел на уши Ойкаве и начал хвастаться своими достижениями в игре. Акааши с Ивайзуми лишь глядели друг на друга, устало шикая на своих парней. Между Хаджиме и Кейджи вёлся мысленный диалог, где они друг другу сочувствовали и желали побольше нервных клеток, потому что с Тоору и Котаро они точно лишними не будут.  — И вот он такой выходит. Уже к драке готовиться, а Яку как отвешает ему пенделя. Лев чуть носом землю не прорыл, — воодушевленно лепетал Бокуто. Мацукава сидел на подоконнике, допивая неизвестно какую порцию пива. Такахиро медленно поднялся и вышел из комнаты. Его силуэт скрылся в темноте коридора. Потом послышался скрип входной двери и щелчок — дверь захлопнулась. Никто кроме Иссея не заметил исчезновения розововолосого. — Ты куда? — спросил Терушима, когда Мацукава направился к выходу из квартиры. — Проветрюсь немножко. — Удачи, — подмигнул Ивайзуми, который вышел из кухни с очередной порцией еды. — Ой, вот только давай без этого, — махнул на него рукой парень, и закрыл за собой дверь.

***

Маццун спустился на первый этаж и вышел из подъезда. Никого не было. Брюнет покрутился, немного погрустнев, когда не увидел знакомой розовой копны волос во дворе. Развернувшись и поднявшись на свой этаж, парень хотел уже зайти обратно в квартиру, но услышал какое-то шуршание на верхних этажах. Сразу вспомнилась история с крышей, поэтому брюнет пошёл по лестнице вверх. На пролёте между восьмым и девятым этажом сидел Такахиро. В его руках горел телефон, а лицо было слегка грустным. Впервые Мацукава увидел хоть какую-то эмоцию. — Ты почему ушёл? — брюнет задал интересующий его вопрос. — Мне там некомфортно. — Не скучно так сидеть? В одиночку-то.  — Я сегодня сам по себе, так же как и всегда, поэтому привык, — Такахиро слабо качнул головой. Его капюшон полз с затылка, открывая взору татуировку лиса.  — Хочешь, можем пойти на крышу. — Да, — Такахиро поднялся с бетонной лестницы, пропуская Иссея вперёд, и, в полной тишине, последовал за ним. На верхнем этаже гулял сильный ветер — окно в подъезде было разбито. Брюнет толкнул люк вверх, и тот, с противным скрежетом металла, открылся. Ханамаки, поправив яркую чёлку, выпрямился во весь рост. Теперь его глаза были на уровне скулы Мацукавы. Иссей молча наблюдал за тем, как Макки забрался на парапет крыши, сел и свесил ноги с края здания.  — И не страшно же тебе так сидеть, — хмыкнул брюнет. — Есть сига? — воспоминанием из прошлого ответил розововолосый. Маццун, как и в тот вечер, достал мятую пачку Winston и протянул её знакомому.  — Почему ты всегда сам по себе? — тот вопрос, который волновало долгое время, сорвался с губ брюнета неосознанно.  — Потому что так лучше. — Кому?  — Мне, — Макки прикрыл глаза, втягивая в себя ядовитый дым. Его умиротворенное лицо казалось сонным и депрессивным на фоне серого неба.  — Разве тебе не хотелось начать с кем-то общаться? — продолжал гнуть свою линию Иссей, упиваясь взглядом в розовый затылок.  — Хотелось… Когда-то хотелось, — практически шёпотом.  — Тогда почему отталкиваешь Ойкаву? Почему не пытаешься поддержать разговор со мной? Почему вот так сваливаешь от всех, словно тебя выгнали? Почему? — тёмные как смоль брови нахмурились.  — Я не хочу принести проблем, — пауза и тяжёлый вздох. — После того, как я переехал в этот город, — рука махнула на вид, что открывался с крыши, — я пообещал себе, что больше не буду доставлять хлопот другим. Ойкава хороший парень. Честно. Но я не хочу принести этому человеку горстку проблем. Ты тоже хороший, хотя и приставучий. Сверлишь постоянно меня взглядом и лезешь куда не просят, тем не менее… Думаю, ты отличный друг.  — В чем проблема, я не понимаю? Каких хлопот ты можешь нам доставить? Да, даже пусть и так! Разве не для этого нужны друзья? Друг за друга горой стоять. Разве не так? — Иссей присел на корточки и, от нервов, стал заламывать себе пальцы.  — В прошлой школе… Я не влился в коллектив изначально. Ко мне лезли все, пытались затравить. А я гордый, упрямый. Однажды, меня пытались припугнуть в школьном туалете, а я, не рассчитав силы, толкнул того парня так, что он выпал в окно, разбив его своей спиной. Он упал с четвёртого этажа и не выжил, — повисло гробовое молчание. Где-то в дали послышался рассказ грома.  Такого поворота событий Мацукава не мог предугадать.  — Мне Ойкава сказал почему ты меня пригласил. Я не хотел изначально идти, но потом он сказал, что это важно для Маццу-чана. Я не имею ничего против тебя и твоих интересов, но на все твои «да», я отвечу «нет». Я сам по себе. Всегда был, есть и буду, — Такахиро бросил окурок с крыши, и он, оставляя после себя лёгкую дымку, устремился в низ.  — А если… — начал Маццун.  — Нет, — прилетело твёрдое и решительно.  — Ты не против. Сам так сказал. А значит, тебе не противно. И я сделаю все, чтобы ты понял, что твоё прошлое никак не испортит жизнь мне, Ойкаве, Ивайзуми и прочим. — Твоё право. Может и получиться, а может и нет… Но сегодня я сам по себе, — Такахиро поднялся и прошёлся по парапету к углу дома. Его в чёрная толстовка развивалась на ветру, очерчивая узкую талию и плечи. Иссей наступил на парапет. Этот жест, был словно знак, что пути назад уже нет.  Он не мог разгадать Макки полностью, но обязательно будет стараться. Мацукава сделает всё, чтобы этот розововолосый парень стал одним из его компании, может даже ещё ближе, а пока что они курят на крыше дома в безмолвной тишине.