Хогвартс времён Мародёров читает книги о Гарри Поттере

Решив, что чтение должна продолжить Пандора, присутствующие вновь заняли свои места, послушно притихнув. Голос у Пандоры был тихий и приятный, он очаровывал сидящих в комнате так, что никто не смел перебивать девушку. - Так, глава называется "Бешеный мяч". Весьма интересное название, интригующее. Что ж, начнем. В начале года Локонс устроил в классе схватку с корнуэльскими пикси, схватка кончилась не очень успешно. С тех пор он читал ученикам на уроках отрывки из собственных книг или разыгрывал взятые оттуда сцены, на его взгляд самые впечатляющие. - Разыгрывал? - возмутилась Белла. - Я боюсь уже представить, что он там мог сыграть. Это ж театр одного актера получается, ужас просто! - Да, - кивнул Сириус, - выглядит это просто отвратительно, - видимо, он представил такую сценку и старательно зажмурился, отгоняя от себя это наваждение. Себя, волшебника, играл он сам, а на прочие роли обычно брал Гарри. И Гарри перед всем классом изображал то трансильванского крестьянина, страдавшего от заклятия Болтливости, то простуженного снежного человека, то вампира, который после встречи с Локонсом терпеть не мог крови и питался исключительно листьями салата. - Мерлин, ну что за кошмар?! - оскорбилась Юфимия, не представляя своего внука в такой роли. - Как он смеет такое вытворять вообще? - поддержал Флимонт. - Гарри наследник рода Поттеров, победитель Волан де Морта! Да и просто ребенок, в конце концов. Что за обучение пошло? - негодовал он. На очередном уроке защиты от темных искусств Гарри играл оборотня; в другой раз он наверняка отказался бы от этой роли, но сейчас было важно не испортить доброе расположение духа Локонса. — Чудесный вой, Гарри, очень натурально. Я бросился на него, повалил на землю и приложил к горлу волшебную палочку. Собрав последние силы, произнес сложнейшее заклинание Обращения, оборотень издал жалобный стон — ну-ка, Гарри, изобрази! Пронзительнее! Ага, вот так. Мех у него исчез, клыки уменьшились, и он превратился в простого смертного. Просто, но незабываемо, и для жителей той деревни я теперь герой. Избавил их от оборотня. - Возмутительно! - воскликнула Беллатрикс, едва ли вставая с места. - Да-да, - закивала Лили. - Где это видано, чтобы так издевались над ребёнком в школе? Он что, макет какой-то для Локонса? Минерва кинула вопросительный взгляд на Дамблдора, а тот незамедлительно поклялся, что никогда не возьмет на работу Златопуста. Она подошла к Локонсу, нервно сжимая в руке листок бумаги. Рон и Гарри поспешили за ней. — П… профессор Локонс, я бы… э-э… хотела взять в библиотеке вот эту книгу. Хотела ее почитать, — запинаясь, начала Гермиона и протянула ему дрожащей рукой бумагу с названием. — Но, видите ли, она в Особой секции, и поэтому… э-э… нужно разрешение учителя. Я хотела разобраться в медленнодействующих ядах, о которых вы пишете в «Увеселении с упырями»… — А, «Увеселение с упырями», — Локонс взял бумагу и широко улыбнулся. — Пожалуй, это моя любимая книга. Вам она нравится? — Очень нравится, — живо отозвалась Гермиона. — Как ловко вы тогда отцедили яд с помощью чайного ситечка! — Что ж, помочь лучшей ученице мой долг, — улыбнулся Локонс и достал огромное павлинье перо. Рона передернуло, но Локонс понял это по-своему: — Красивое, правда? — спросил он. — Я держу его для автографов. Он вывел замысловатый росчерк и вернул бумагу Гермионе, та торопливо свернула ее и спрятала в портфель - Хитрая какая! - обрадовался Поллукс, потирая ладони. - Неплохо, очень даже неплохо, молодец, конечно, она. - Вот видите! - воскликнул Регулус, мгновенно сияя на всю комнату. - Она просто чудо! - Мы знаем, - хором ответили Рабастан и Барти, тяжело вздыхая при этом. В библиотеке позволялось говорить только шепотом, и друзья притихли. Мадам Пинс, нервная сухопарая женщина, похожая на голодного стервятника, потянулась к бумаге с подписью Локонса, но Гермиона не выпускала ее из рук — «Сильнодействующие зелья»? — подозрительно повторила мадам Пинс и снова попыталась взять у Гермионы бумагу. - Фу, - поморщился Родольфус, - мадам Пинс вызывает у меня отвращение. - Как и ты у нее, - хмыкнула Белла, взъерошивая волосы Лестрейнджа. Тот сначала было отпрянул, а потом потянулся обратно к руке(чуть ли не мурлыча от счастья), позволяя зарыться в густые волосы. Гермиона осторожно раскрыла «Сильнодействующие зелья», и друзья склонились над заплесневелыми страницами. Книга не случайно хранилась в Особой секции: некоторые зелья оказывали поистине чудовищное действие, а уж об иллюстрациях, вроде вывернутого наизнанку человека и ведьмы с руками на макушке и говорить нечего. - О, - мгновенно загорелся идеей Фабиан. - А вот это мы не видели, надо бы просмотреть книгу еще раз. - Не думаю, что это хороший план - говорить о таком в присутствии преподавателей, да, мистер Пруэтт? - урезонила его Макгонагалл. - Да, профессор, - понуро кивнул он. Рон надеялся на сочувствие Гарри, но Гарри тревожило другое. — Послушай, Гермиона, сколько же всего придется украсть! Шкуры бумсланга в школьном шкафу нет, так что же, взламывать личные запасы Снегга? Это уж как-то… Гермиона не выдержала и громко захлопнула книгу. — Ну, как, хотите. Раз вы трусите, — щеки у нее вспыхнули, глаза сверкнули, — я тоже не буду нарушать правила. Только как иначе спасти бедных маглов? Зелье — единственное спасение. Но я вижу, вам все равно, кто их враг. Я прямо сейчас иду и верну книгу в библиотеку… - Ах, она такая отважная! - щеки Регулуса вновь покрылись румянцем, а глаза так и искрились обожанием. - Да, не то, что ты, - незамедлительно ответил Барти. - Смелый там найдет, где робкий потеряет, - тихо добавил Рабастан, заглядывая в тетрадь. От Беллатрикс буквально посыпались искры: - Может, мне стоит спалить эту тетрадку? Ты не считаешь так, Рабастан? Тот быстренько закрыл злополучную бумагу и убрал ее с глаз долой. - Учти, в следующий раз, - продолжила Белла, - я клянусь, что уничтожу ее! - Но ведь я люблю ее и все эти записи в ней! - страдальчески провал Лестрейндж-младший, всерьёз воспринимая угрозы Трикс. Все присутствующие с немалым удивлением наблюдали за этой драматической сценой. - О Мерлин! - воскликнул Крауч. - Он любит кого-то, это поразительно! - Я ведь люблю тебя, мой милый друг, ты не знал? - притворно ужаснулся Рабастан. - Джульетта, ты как день! Стань у окна, убей луну соседством; Она и так от зависти больна, Что ты ее затмила белизною. Барти быстро сориентировался, приняв правила игры и продолжив диалог: - Ромео, как мне жаль, что ты Ромео! Отринь отца да имя измени, А если нет, меня женою сделай, Чтоб Капулетти больше мне не быть. Друзья прильнули друг к другу, активно жестикулируя и чуть ли не пуская слезу. Драматичность момента зашкаливала, присутствующие в ужасе наблюдали за происходящим, не решаясь вмешаться. - О Джульетта, ты просто прекрасна сегодня! - начал импровизировать Баст, забыв текст Шекспира. - Как и ты, мой очаровательный Ромео, - подыграл ему Барти. - Я так люблю тебя! - И я тебя, моя прелесть! Регулус со слезами (счастья видимо) на глазах едва слышно прошептал, не в силах сказать что-либо громко: - Целуйтесь уже, прошу! Остальные же были напряжены так, что не могли сдвинуться с места, поэтому открыв рты просто наблюдали за этой чу́дной картиной, ожидая заключения. Но не все придерживались такого же мнения. - Меня сейчас стошнит! - чуть ли ее взвыл Сириус, имитирую рвотный позыв. - Хватит, пожалуйста! - Да-да, Рабастан, я умоляю тебя, - взмолилась Белла. - Оставь ты эту тетрадку себе, я не буду ее уничтожать, только прекрати это все! Или хотя бы перенеси место действия в спальную комнату, но только не здесь. Вот, гляньте хоть на леди Блэк, - она кивнула на Вальбургу, у которой кажется случился сердечный приступ, - пожалейте ее, да и меня тоже. Парочка нехотя отлипла друг от друга, заливаясь смехом и корча смешные лица друг другу. Немного погодя, когда присутствующие успокоились, а леди Блэк выпила успокаивающее снадобье, Пандора продолжила читать: Гермиона вышла из туалета проверить, нет ли кого поблизости, и Рон шепнул на ухо Гарри: — Лучше сшиби завтра Малфоя с метлы — мороки меньше. - Тоже верно, - сказала Нарцисса, задумчиво глядя перед собой, - но весьма рискованно. Зрители встретили гриффиндорцев восторженными криками: за них болели не только свои, но и Когтевран и Пуффендуй. Впрочем, и слизеринцы не сидели молча: встретили противника свистом и улюлюканьем. Судья мадам Трюк пригласила Флинта и Вуда обменяться рукопожатием, они обменялись — чересчур крепко и метнув друг в друга грозные взгляды. - О, ну да, как же без этого, - неловко улыбнулся Джеймс. - Соперничество было и будет всегда, - хмыкнула Пандора, - без него никак. Подгоняемые ревом толпы, четырнадцать игроков взмыли в свинцовое небо. Гарри мчался впереди всех, прищурившись и пытаясь разглядеть в небе снитч. — Эй, со шрамом! — крикнул Малфой и хвастливо пронесся под Гарри на новой метле. - Да, это было никчемное оскорбление, признаю, - произнес Люциус, уже более спокойно реагируя на выходки будущего сына. Тот резко сбросил скорость, а Джордж с силой отправил бладжер в Малфоя, но мяч развернулся, как бумеранг, и ударил Гарри по голове, к счастью не сильно. Прибавив скорости, Гарри помчался на другой конец поля, мяч со свистом за ним. Что происходит? По правилам, бладжеры не гоняются за кем-то одним, а выбивают как можно больше игроков. На том конце поля мяч принял Фред Уизли. Гарри пригнулся, Фред изо всей силы ударил по мячу, и Гарри опять от него ушел. — Ура! — издал победный крик Фред. Не тут-то было: неугомонный бладжер опять ринулся на Гарри, и тому снова пришлось удирать. - Заколдованный мяч? - спросила Беллатрикс. - Теперь я понимаю суть названия главы. - Да, оказалось, что все достаточно просто, - кивнула Пандора, удивляясь разумности именования части. По полю к команде спешила мадам Трюк. У нее за спиной игроки Слизерина кривлялись, хохотали, показывали на Гарри пальцами. — Закругляемся! — нервничая, воскликнул Гарри. — Если вы двое будете мельтешить перед носом, мне никогда не поймать снитч, разве что он мне сам в рукав залетит. Защищайте других, а с этим чокнутым мячом я сам как-нибудь разберусь. — Глупо, — возразил Фред, — он тебе голову снесет. Вуд поглядел на Гарри, на братьев Уизли. — Оливер, что ты его слушаешь? — рассердилась Алисия Спиннет. — Разве можно оставить его один на один с таким мячом?! Надо обязательно провести расследование… — И потеряем очко. Не хватало из-за какого-то мяча проиграть матч. Оливер, скажи им: пусть от меня отстанут. — Это ты виноват, — упрекнул Вуда Джордж. — «Расшибись в лепешку, а поймай снитч». Умнее ничего не придумал! Подошла мадам Трюк. — Готовы? Вуд глянул на Гарри и прочитал у него в лице решимость победить чего бы это ни стоило. — Фред, Джордж, оставьте Гарри в покое, пусть сам разбирается с бладжером. - Весьма отважное решение Гарри, - поджал губы Флимонт. - И безрассудное, - добавила Юфимия. - Надо было бы вообще игру прекратить, неужели нельзя доказать, что мяч заколдован? Ладно, посмотрим, что дальше будет. Теперь просвистело над ухом, но мяч снова промазал. Гарри помчался назад, мяч не отставал, Гарри завертелся волчком. — Что, Поттер, в балет записался? — крикнул Малфой - Легендарная фраза, - утвердила Лили, почёсывая переносицу. Марлин рассмеялась и, немного погодя, согласно кивнула. Гарри застыл на месте: вдруг тот поднимет голову и первый схватит вожделенный приз! Вдруг — ХРЯСЬ! Мяч настиг-таки его и сломал правую руку. Рука бессильно повисла. От жгучей боли у Гарри потемнело в глазах. Он едва не соскользнул с мокрой метлы. Злокозненный мяч развернулся и нацелился Гарри в голову. Гарри увильнул, в мозгу тупо стучало: «Снитч, снитч…» - О Моргана, дай мне сил! - закатила глаза Юфимия, понимая то, что ее сын точно такой же, как и внук. Гарри шмякнулся в грязь, сломанная рука неестественно изогнулась, метла откатилась в сторону. На трибунах свистели, орали, от острой боли ему казалось, что болельщики где-то далеко-далеко. И тут до Гарри дошло: в руке у него снитч. — Выиграли, — простонал он и потерял сознание. - Ужас какой! - воскликнула Лили, что не разделяла восторга других ребят, что играли в Квиддич. - Он же покалечился! - За то он показал, на что способен! - жарко возразил Джеймс, едва ли не вплотную приближаясь к Эванс. - Гарри очень крут, а знаешь почему, милая? - Лили чуть отодвинулась и закатила глаза. - Он ведь наш сын, понимаешь!? - О да, понимаю, - нехотя согласилась девушка. Очнулся он тут же, на поле. Дождь лил в лицо, кто-то склонился над ним, одарив ослепительной улыбкой. — Это вы? Уйдите, пожалуйста, — прошептал Гарри. — Что это он? — удивился Локонс и глянул на собравшихся вокруг гриффиндорцев. — Не волнуйтесь. Я сейчас его вылечу - Только не он! - воскликнула Белла, подскакивая с места и чуть ли не хватаясь за сердце. - Поддерживаю, - Андромеда была более спокойна, но точку зрения сестры разделяла. Усадив Трикс обратно, она продолжила говорить. - Он же сделает только хуже, уверена. — Отойдите подальше, — попросил Локоне, закатывая зеленые рукава. — Может, не надо… — выдохнул Гарри. Но разве Локонса остановишь! Он повращал волшебной палочкой и направил ее прямо на сломанную руку. Странное ощущение прокатилось от плеча до кончиков пальцев, как будто из руки выпустили воздух. Гарри, зажмурившись, отвернулся, кто-то в толпе вскрикнул, а Колин Криви защелкал фотоаппаратом со скоростью пулеметной очереди. Рука больше не болела, Гарри ее вообще не чувствовал - Ну вот, я же говорила, - вздохнула Андромеда, неодобрительно качая головой. - Что-о? - ужаснулась Лили. - А что же теперь будет с рукой? У него костей что ли нет теперь? Неужели придётся растить? - Думаю да, мисс Эванс, - задумалась Минерва, перебирая возможные выходы из ситуации. - Растить кости - это лучший выход на данный момент, - наконец ответила она. Гермиона ждала за ширмой, а Рон помогал Гарри надеть пижаму: рука без костей лезть в рукав никак не хотела. — Ты и теперь станешь защищать Локонса? — упрекнул Рон Гермиону, протащив наконец ватные пальцы Гарри сквозь манжету. — Гарри ведь не просил убрать из руки кости. — Кто не ошибается? — возразила Гермиона. — Зато рука перестала болеть. Правда, Гарри? — Правда. Только теперь это вообще не рука. Гарри прыгнул на постель, и бедная рука беспомощно заколыхалась. - Упертая она, всегда на своем стоит, - произнес Поллукс, видимо оценивая выбор внука. - Хорошо это. Спустя часа два Гарри проснулся в кромешной тьме: руку словно начинили острыми черепками. Но разбудила его не только боль: кто-то в темноте губкой вытирал ему лоб. Гарри задрожал от испуга. — Кто это? — крикнул он. — Добби, вы?! Домовик глазами величиной с теннисный мяч жалобно глядел на Гарри, и по его длинному, острому носу бежала слеза. — Гарри Поттер снова в школе, — прошептал он, — Добби предупреждал Гарри Поттера. Предупреждал! Ах, сэр, почему вы не послушали Добби? Почему Гарри Поттер не поехал домой, когда опоздал на поезд? - Опять оно? - вздохнула Нарцисса. - Да, беда одна не приходит, - уже наизусть сказал Рабастан, не доставая тетрадь. Беллатрикс возвела глаза к потолку, борясь с желанием уничтожить Лестрейнджа-младшего. Гарри сел и оттолкнул руку эльфа. — Как вы здесь очутились? — спросил он. — И откуда вы знаете про поезд? У Добби задрожали губы. Гарри вдруг осенило: — Так это вы?! Вы не пропустили нас сквозь барьер! — Да, я, — гордо ответил Добби и так закивал головой, что его уши заколыхались. — Добби тайком приглядывал за Гарри Поттером и заклял проход к поезду, за это Добби пришлось отутюжить себе пальцы. — Он показал забинтованные руки. — Добби не жаль рук, сэр, Добби думал, это спасет Гарри Поттера от опасности. Добби не знал, что Гарри Поттер полетит в школу в автомобиле. - Класс. Просто супер, - подвёл итог Ремус, поднимая бокал с тыквенным соком. - Даже не удивилась, если честно, - кисло произнесла Пандора, ожидавшая такого поворота событий. - Ага, поддерживаю, - кивнула Трикс. Гарри тяжело опустился на подушку. — Из-за вас меня и Рона чуть не выдворили из школы, — сердито сказал он. — Уходите отсюда, у меня скоро вырастут кости, и, чего доброго, я вас убью. Добби печально улыбнулся. — Добби уже много раз грозились убить, сэр. Хозяева обещают убить Добби пять раз на день. - Да вы добрейшие люди на планете! - усмехнулся Родольфус, глядя на парочку. - Ага, прям как ты, - язвительно отвечал Малфой. Добби утер слезы и вдруг сказал: — Гарри Поттер должен вернуться домой! Добби думал, что мяч… — Мяч? — снова вышел из себя Гарри. — Так это я вам обязан, что мяч чуть меня не убил? — Что вы, что вы! — испугался эльф. — Мяч не убил бы вас. Добби хочет спасти Гарри Поттера. Лучше уж жить дома калекой, чем оставаться тут, сэр. Гарри Поттер должен вернуться домой. - Эх, это было предсказуемо, - согласилась Пандора. - Да, подруга, ты как всегда права, - улыбнулась Белла. — А теперь в Хогвартсе опять назревают страшные события, может быть, они уже начались, и Добби не позволит Гарри Поттеру остаться здесь. Тайная комната снова открыта, кошмар может повториться… Добби понял, что проговорился, и остолбенел от ужаса. Схватил с тумбочки кувшин с водой, разбил о голову, так что искры из глаз посыпались, и скатился на пол. - Ну теперь-то мы точно знаем, что комната открыта, - произнес Сириус. - Болван, мы это знали уже чуть ли не сначала книги, - дал ему подзатыльник Ремус, напуская хмурый и серьезный вид на себя. - Не бей меня, прошу! - притворно взмолился Блэк. - Я сделаю все, что ты захочешь, Луни. Ремус только отмахнулся. Гарри откинулся на подушку, с тревогой всматриваясь в дверь: шаги приближались. В палату, пятясь, вошел Дамблдор в длинном шерстяном халате и ночном колпаке, за ним — профессор Макгонагалл. Они внесли что-то вроде статуи и положили на свободную постель. — Сходите за мадам Помфри, — шепотом попросил Дамблдор. Профессор Макгонагалл прошла мимо Гарри и вышла из комнаты. Гарри лежал смирно, притворяясь, что спит. Послышались взволнованные голоса, и в палату вместе с профессором Макгонагалл вошла мадам Помфри, торопливо натягивая кофту поверх ночной сорочки. Увидев статую, мадам Помфри ахнула. — Что случилось? — спросила она шепотом у Дамблдора и склонилась над неподвижной фигурой. — Новое нападение, — объяснил директор. — Мы с Минервой нашли его на лестнице. — Рядом валялась гроздь винограда, — добавила профессор МакГонагалл, — должно быть, он шел навестить Поттера. - Да кто же там? - негодовала Марлин, сгорая от неизвестности. - Сейчас узнаем, подожди, нетерпеливая моя, - осадил ее Сириус. Это был Колин Криви. Глаза у Колина были круглые от ужаса, в руках фотоаппарат. - А, ну это еще куда ни шло, - успокоился Регулус. - За него не страшно. - А ты представь, если б на его месте была бы Гермиона? - жутким голосом произнес Бродяга. В ту же секунду в него прилетела подушка, метко пущенная Блэком-младшим. Мадам Помфри в страхе прижала ладонь ко рту. Профессор МакГонагалл вопросительно глянула на Дамблдора. — Альбус, но кто же?.. — Вопрос не в том, кто, — не отрывая глаз от Колина, отвечал Дамблдор, — а в том, как… Света не зажигали, но Гарри разглядел лицо профессора МакГонагалл: оно выражало крайнее недоумение. - О, я представил это! - воскликнул Фабиан. - Мистер Пруэтт, вам не кажется, что ваше воображение сегодня слишком разыгралось? - возмутилась Минерва. Фабиан беззаботно пожал плечами. - Это все. Глава закончилась, - объявила Пандора, но книгу не закрыла. - Если вы не против, то я хотела бы прочесть еще одну главу. - Да, будь добра, - за всех ответила ей Августа Лонгботом. - И все же, у меня остался один вопрос, - леди выждала небольшую паузу, - откуда мистер Крауч и Лестрейндж знают произведения Шекспира? Я уж было подумала, что такое уже никто не читает... - Нет-нет! - с жаром возразил Рабастан. - Это произведение, написаное на языке любви, а с очаровашкой Барти я не могу говорить по иному. Крауч потянулся, одной рукой приобнимая Лестрейнджа и разворачивая его к себе. - Мне не подвластно то, чем я владею. Моя любовь без дна, а доброта - Как ширь морская. Чем я больше трачу, Тем становлюсь безбрежней и богаче. - Прости, Джульетта, но текст я далее забыл, - невпопад отвечал Рабастан, нежно проводя по щеке друга. - Но поверь мне, сегодня после полуночи он нам не понадобится, ведь я знаю и другой язык любви! - Я хочу оглохнуть... - прервал романтическую сцену Родольфус, поддерживая Сириуса, что вновь вызывал рвоту. - Мерлин! - резко крикнула Макгонагалл. - Читайте же, Пандора!