Глава 152. Правдоподобная версия событий
3 января 2026 г., 10:09
Профессор Снейп с самым мрачным выражением лица и палочкой наготове шагал по проходу навстречу Алексу и Гарри.
Грозный зельевар заметил Грея и Поттера и, как это умел, наверное, только он один, вдруг остановился на полном ходу, причем проделал он это со своим обычным изяществом, после чего уставился на Алекса.
Грей сообразил, что тот увидел разодранную мантию. Ему очень не хотелось объяснять идиотскую ситуацию с миссис Норрис, когда по замку бегает дракон. Не стоит смещать внимание с действительно важного, равно как и тратить напрасно время. Поэтому Алекс, избежав преамбулы, посмотрел профессору в глаза, показывая, как мимо них несётся газовый баллон на ножках детеныш дракона обыкновенного.
Снейп умел соображать быстро. Он разорвал зрительный контакт и, сразу набрав крейсерскую скорость, понёсся к выходу. Если пару секунд назад было видно, что профессор намерен во всём разобраться, то сейчас не оставалось ни тени сомнения, что он не только разберётся, но и примет решительные меры.
Успокоенные этим, мальчики сели завтракать. Они уже поняли, что сегодня можно как следует задержаться и не торопиться на уроки. Судя по тому, что происходило, и преподаватели, и ученики сейчас слишком заняты далеко не учёбой.
— Надо потом поискать Миссис Норрис, — заговорил Алекс.
— Не волнуйся. — Гарри к кошкам был не просто равнодушен, он их не любил из-за миссис Фиг и ее навязчивого прайда, но для брата готов был сделать исключение — переживать за Норрис вместе с ним. — Думаю, она убежала, или ее выручил Филч. Вон он как за ней помчался.
— Гарри, ты сам посуди, что он может сделать против дракона?
Поттер хихикнул.
— За свою кошечку он забьет его палкой.
— Нет, я серьезно. Филч и миссис Норрис беззащитны перед таким опасным существом.
Гарри, который уже наложил себе еду, увидел, что у Алекса в тарелке пусто. Непорядок, и это похуже дракона.
— Ты же понимаешь, что мы тоже ничем не поможем? — спросил Поттер, споро накладывая брату всего понемногу.
— Ты прав, конечно, — согласился Грей, принимаясь за еду. — Мы можем защитить нашим Щитом только себя.
— Даже если пойдем кому-то на выручку, толку от нас не будет, — поддержал его Гарри.
Оба понимали, что это решение правильное. У Алекса никогда не было комплекса героя, и у нынешнего Гарри его нет и уже точно не будет. Если бы они могли предупредить, они бы это сделали, а соваться сейчас — только путаться под ногами у того же Снейпа.
Мальчики немного кривили душой. Если бы они очень сильно захотели, они могли хотя бы попытаться, но им было не с руки светить свой арсенал темного волшебника — молнии, Адское пламя, еще кое-что, что Гарри придумал и опробовал во время реальной битвы. К тому же, им обоим надоело до чертиков, что их (по крайней мере Поттера) считают обязанными стоять на страже покоя учеников, выполняя функции преподавателей или охраны.
Пока вокруг было мало свидетелей зрителей, нужно было сразу заняться ремонтом одежды Алекса. Действия были привычные — концентрация, поток магии, и через минуту всё было, как новенькое.
Алекс подумал, что во время нападения он обращал внимание только на дракона, его не хватило ни на что другое. А ведь у них могут быть неприятности.
— Надеюсь, никто не видел, что нас опалило пламенем, иначе как мы объясним, почему мы после этого целые и невредимые?
А вот Гарри не потребовалось фокусировать всё своё внимание на дракончике.
— В тот момент в вестибюле было не очень много народа. А те, кто был, на нас не смотрели — они удирали со всех ног, — обнадёжил он брата.
— Интересно, что же все-таки произошло? Неужели Рон и Гермиона не стали спасать ситуацию? — задумчиво проговорил Алекс. Он никак не мог взять в толк, как увязать канон с тем, что сейчас происходило на его глазах.
— Кстати, — вспомнил вдруг Гарри, — мы что, собираемся устроить ничью в матче между Слизерином и Хаффлпаффом?
— С чего ты решил? — удивился Алекс.
— Вы с нашим кэпом вчера так увлеченно обсуждали возможность Гриффиндора выиграть Кубок, ну я и подумал… Раз у нас не получается заколдовать инвентарь, мы можем попробовать сделать что-нибудь с игроками. Или теперь ты сможешь заколдовывать не только бладжеры, но и квоффл со снитчем? Нет, Алекс, ты не подумай, я помню, что ты не хотел этого, когда мы играли. Ты хотел, чтобы было честно, ведь нечестно тебе не интересно, но тут–то играем не мы, так что я… — Гарри сбился.
— Знаешь, Гарри, я об этом думаю. Возможно, теперь я смог бы заколдовать мячи, твоей магии точно бы хватило, но насколько нам это нужно? Мы-то с тобой не фанатеем и нам без разницы, какое место будет у Гриффиндора.
— Да, это вопрос. Капитан и так берет тебя назад в команду. — Гарри почесал макушку.
Теперь он мог это делать без риска испортить прическу — напитанные структурированной магией волосы моментально восстанавливали форму. Правда, в последнее время он думал о том, чтобы окончательно избавиться от этой привычки — она его не украшала, он хотел брать пример с Алекса, по жестам и движениям которого никогда нельзя было понять, что тот взволнован или озадачен.
— До субботы еще есть время. Мы еще подумаем, Гарри.
Поттер кивнул.
Два мальчика, от которых сейчас зависела школьная турнирная таблица, спокойно позавтракали. Они не стали торопиться даже тогда, когда раздался школьной колокол, призывающий на уроки. Сегодня почему-то после этого еда не исчезла. Обычно домовики всё убирали, даже не дожидаясь этого момента. Вероятно, сегодня они были чем-то очень заняты.
Потом братья не спеша прошлись по опустевшему залу, собирая все самое вкусное со своего стола и даже со столов других факультетов. К сожалению, в Пространственном кармане нельзя было хранить жидкую пищу и напитки, для них требовалась тара, а помещать еду в тарелках и напитки в кружках Алекс и Гарри не научились, если это вообще было возможно.
Лишь после этого мальчики отправились на уроки. Они намеренно не спешили, чтобы не встретиться с драконом и теми, кто его ловит.
***
Слизеринцы уже позавтракали и были готовы разойтись по классам, как вдруг раздались крики, после чего всё вокруг пришло в движение. Маркус Флинт сначала счел происшествие несерьезным, но потом ситуация прояснилась: какое-то мелкое существо стало с невероятной скоростью нарезать круги по вестибюлю. И, несмотря на размеры, тварюга плевалась пламенем что твой дракон. Кто-то испугался, а кто-то пришел в восторг от заварушки. Уизли — те, что в команде грифов, — были в их числе и тут же бросились в погоню за убегающей штуковиной, судя по чьему-то выкрику, трансфигурированной. Маркус скомандовал игрокам Слизерина и, главное, ловцу, бежать и поймать то, что ловят Уизли. Девиз все тот же — «Посрамим Гриффиндор!» — Эй вы, ну-ка, ловим эту курицу! У нас в субботу матч, потренируемся на ней! Хиггс, тебя касается в первую очередь! Шевели окороками! — напутствовал игроков Флинт и сам показал пример. — Уизли не должны нас обойти! Почти вся команда — те, кто был в вестибюле — рванула за убегающими. Кто-то действительно собирался поймать всполошившую всех тварь, а кто-то не мог успокоиться, если впереди Гриффиндор. Дракончик как будто забыл, что это он только что гонялся за учениками. Теперь он уворачивался, менял направление, то скрываясь в боковых коридорах, то снова неожиданно появляясь в самых неожиданных местах. За ним, кроме Уизли и слизеринцев, устремилось довольно много учеников. Все веселее, чем идти на уроки. В суматохе никто не разглядел, когда чешуйчатый малыш окончательно оторвался от погони. Большинство учеников побежало в неправильном направлении. Фред и Джордж были в их числе.***
Драко уже отправился было в сторону кабинета трансфигурации, где у них должен быть первый урок с Гриффиндором, но тут увидел, как парни из квидичной команды факультета резко рванули вперёд. Он не рассмотрел, что они пытались поймать, но слышал, что кричал Флинт, подбадривая себя и команду. А кричал он про какую-то курицу, которую нужно было немедленно изловить в качестве тренировки, и вечный слизеринский посыл: — Уизли не должны нас обойти! Конечно, Драко было интересно, что происходит. Однако, его интерес не простирался настолько далеко, чтобы при этом безвинно пострадать. И толкаться локтями, чтобы пробиться в передние ряды зрителей, он не собирался. Понятно, опасность была небольшой, но покалечиться в толчее не хотелось. Поэтому он держался в отдалении от того места, где, судя по звукам, находился эпицентр событий. Однако внезапно всё поменялось. Ученики, стоявшие перед Драко, дрогнули, расступаясь. Отдалённые возгласы стали ближе, послышался громкий топот, и Драко понял, что теперь он может удовлетворить своё любопытство. Мальчик с удивлением обнаружил, что в первый раз согласен с родителями, говорившими, что любопытство не доведёт его до добра. Младший Малфой увидел, что на него несётся то существо, за которым гонялась команда. И теперь Драко рассмотрел его во всех леденящих душу деталях и устрашающих подробностях. Времени на размышления не было. Всё, что ему оставалось, — убегать. Бежать пришлось быстро и долго. Он мог бежать только вперёд, потому что сзади команда гнала дракона. Драко — это и есть дракон, но тёплых чувств к внезапно появившемуся «тезке» он почему-то не испытывал. Время от времени дракон тормозил, приоткрывал пасть и испускал струйку пламени. В основном он коптил камни, но иногда попадал на картины, тогда их обитателям приходилось поторопиться, чтобы найти другое место жительства: горели старые полотна просто на загляденье. Драко не следил, куда он бежит, поэтому, оказавшись в коридоре с множеством окон, выходивших на Запретный лес, он удивился. И удивление это было не очень позитивным чувством: оглядевшись, мальчик понял, что этот коридор никуда не ведёт. Тупик в прямом и переносном смысле. Малфой в изнеможении прислонился к одному из окон. Из щелей приятно дуло, разгорячённое беготнёй тело с радостью воспользовалось передышкой. Но перевести дух как следует не получилось. Погоня приближалась. Парни из команды вели себя в точности, как взрывопотамы. По крайней мере «грация» этих животных была налицо. Пробегая мимо доспехов, они их роняли, толкали друг друга, спотыкались сами и орали так, что закладывало уши. В общем, они совершенно не походили на спортивную команду, которая по определению должна была состоять из ловких и опытных игроков. Полагаться на то, что маленький дракон, который был уже близко, будет ими пойман, не приходилось. Драко не обманулся в ожиданиях. Ловец команды, ради тренировки которого, судя по крикам Маркуса, слизеринцы и преследовали дракона, в очередной раз грохнулся, сбил еще одни доспехи и заорал: — Моя рука! Рука ловца перед игрой — достояние команды, да что там, всего факультета. Маркус и остальные с озабоченными лицами сгрудились вокруг Теренса, забыв про дракона. Шустрая тварь, разгорячённая беготнёй, рванула вперёд. Несколько секунд Малфой молча смотрел на подбегающего дракона. В последние минуты погони дракончик уже не плевался пламенем. Похоже, он ещё не вошёл в возраст и, израсходовав весь запас, уже не мог дышать огнём. Но Драко этого не заметил. В любом случае, несущийся на него дракон был опасен даже без огня — когти и зубы, пусть ещё маленькие, но уже такие острые, могли если не убить, то серьёзно покалечить. Уже не оставалось ни малейшего сомнения, что дракон выбрал своей целью именно Малфоя. Он разогнался, явно собираясь прыгнуть и вцепиться жертве в горло. Или куда достанет. Драко не собирался давать дракону такую возможность. Он не был гриффиндорцем, поэтому решение пришло само — не обороняться, бесполезно махая палочкой, а просто уклониться. Для этого Драко пригнулся, и сделал это как раз вовремя. Раздался звон разбитого стекла — дракончик как таран проломил его и гулко ударился о землю при падении. Несколько секунд Драко в ступоре смотрел на разбитое окно, а потом ожил и посмотрел вниз, чтобы узнать, что стало с драконом. Второй этаж замка располагался достаточно высоко, чтобы такое маленькое существо разбилась в лепёшку. Однако, не на того напали. Малфой в изумлении увидел, как дракончик шустро удирает в сторону Запретного леса. «Отец об этом узнает», — по привычке подумал Драко. Хотя нет, тут же одёрнул он сам себя, лучше лорду Малфою не знать, как позорно убегал его сын. А потом, словно из самой тени, в коридоре возник Снейп. Его черные глаза сверкнули холодным гневом. Драко сполз по стенке, прохладный ветерок из разбитого окна не давал ему отключиться. — Идиоты!!! Флинту и остальным парням из команды сразу же захотелось, подобно дракончику, рвануть куда-нибудь подальше. Запретный лес вполне подходил. Сцену завершил голос профессора МакГонагалл, усиленный Сонорусом, сурово прогремевший: — Все учащиеся должны немедленно собраться в гостиных факультетов для срочной проверки! Повторяю, всем срочно собраться…***
Атмосфера в кабинете Дамблдора была густой, словно от надвигающейся грозы. Трое гриффиндорцев стояли перед массивным столом, не смея поднять глаз. Рон пытался стряхнуть с рукава пепел, Гермиона была бледна, как мел, а Фэй смотрела в пол, сжимая кулаки. Дети не посмели скрыть от наставника, когда он их вызвал, что они всего лишь неудачно попытались поймать дракончика. И побоялись настаивать на своей версии, когда поняли, что директор уверен: из хижины лесника яйцо (из лучших побуждений, конечно) забрали именно они. За спиной у них, у двери, всхлипывал Хагрид. Его огромное тело содрогалось от рыданий. «Норберт… мой бедный Норберт…» Сам Норберт наверняка не считал себя несчастным, скрывшись где–то в чащобе Запретного леса, но Хагрида было не переубедить. Дамблдор сидел, сложив пальцы. Его взгляд, обычно добрый и лукавый, сейчас был серьезен и печален. Он смотрел на них поверх очков, и этот взгляд был тяжелее любого крика. — Я разочарован, — начал он тихо. — Не вашими намерениями, дети. Желание защитить друга делает вам честь. Но вашими поступками. Безрассудством, которое едва не привело к трагедии. Вы думали, что имеете дело с домашним питомцем? Уверен, вы видели в маленьком драконе лишь игрушку. Но природу не обманешь. Один лишь его панический огненный выдох в коридоре… Дамблдор ненадолго замолчал, и в воздухе повисло воспоминание о хаосе, который охватил школу. — Потребовалось вмешательство преподавателей, чтобы навести порядок и успокоить учеников, а это было, скажу я вам, нелегко, — закончил Дамблдор. — Пострадали гобелены и картины, Аргусу и домовикам предстоит много работы. Вы понимаете теперь всю глубину своей ошибки? Он перевел взгляд на Хагрида. — Рубеус, твоя любовь к фантастическим тварям — это твоя сильная сторона. Но она же ослепляет тебя. Дракон — не пушистый щенок. Он оружие. И сегодня вы все в этом убедились. — Что будет с… с ним? — дрогнувшим голосом спросил Хагрид. Дамблдор вздохнул. — Рубеус, я не смогу скрыть, что это ты принес яйцо. Но я уверен, мы можем предложить прекрасный выход. Слушай меня внимательно. Накануне ты заметил браконьеров. Ты пытался помешать им, и они скрылись, но обронили некий предмет. Ты захотел его исследовать, полагая, что он может быть яйцом редкого существа. Однако, ты прежде с таким не сталкивался и решил подобрать подходящую литературу в нашей библиотеке, поэтому ты так задержался. Когда ты понял, что именно ты нашел, ты решил сообщить руководству, чтобы мы могли действовать по закону. К несчастью, ты не успел, всё случилось слишком быстро, поэтому мы не смогли отреагировать как должно. Такова будет официальная версия. Хагрид смотрел на Дамблдора с обожанием и горем. Он понимал — директор выгораживал его, создавая хоть какую-то правдоподобную легенду. Но судьба Норберта пока была не до конца ему ясна. Между тем Дамблдор снова посмотрел на троицу, ожидая новый вопрос. Его действительно задали, и это был Рон. — Профессор, а там, куда убежал дракончик… ну, там теперь опасно… Может, нужно… На лице Альбуса появилась усмешка. — Нет, Рональд, не нужно. Как ты заметил, ваш дракончик убежал в Запретный лес. Запретный, понимаешь? Он запретный, потому что там опасно. — Но огонь, который он изрыгает!.. В лесу! — воскликнула Гермиона. — Он огнедышащий, верно, — опять усмехнулся Дамблдор, уже более заметно. — Однако, позднее вы сможете прийти к выводу, что в конечном итоге все кончилось хорошо, и место, которое выбрал для себя маленький дракон, не такое уж плохое. В этот момент Хагрид, тихо всхлипывающий, с надеждой посмотрел на директора. — Да, Рубеус, ты все правильно понял. Твой питомец теперь в безопасности, пусть и не рядом с тобой. Но ведь тебе важнее его благополучие, чем собственное удовольствие от общения с ним? — Верно, — пробасил Хагрид. Вздох облегчения, смешанный с горем, прошел по комнате. Дракон будет жить. Но Хагрид навсегда терял своего мальчика. Он вынул свой огромный носовой платок, не очень чистый, и высморкался. После этого несложного действия настроение полувеликана существенно улучшилась. — Ну вот и славно, — улыбнулся Альбус. — Не ходи пока в лес. Не нужно, чтобы тебя там видели, особенно если у властей возникнут вопросы в том случае, если они не удовлетворятся моим объяснением. А ты держи язык за зубами о местоположении Норберта, тогда ему ничего не будет угрожать. А сейчас иди, Рубеус, и не беспокойся ни о чем. Лесник счастливо улыбнулся и кивнул. Его поникшие плечи расправились, и он энергичной походкой вышел из кабинета. Троица гриффиндорев молча наблюдала за ним. — Но ведь дракон вырастет! И тогда… — опять не удержалась Гермиона, едва дождавшись, когда за Хагридом закроется дверь. — Верно, девочка моя. И к этому времени мы успеем подготовиться. Дамблдор пристально посмотрел на нее, а потом на остальных детей. Рон поёжился, Фэй опустила глаза. — А что нам об этом говорить? — после паузы спросила Гермиона, пытаясь сообразить что–то. — Ничего. Я сам сделаю заявление. Чтобы вы были ко всему готовы, я сейчас вам скажу, что произошло сегодня утром. Всех напугало трансформированное животное, его создали старшекурсники профессора Флитвика, но не удержали, и оно сбежало. Они не признаю́тся из ложного стыда, ведь ребятам с этого факультета положено быть в науке впереди прочих. Очевидно, что они не хотели никого напугать и не ожидали такого переполоха. Они выбрали для своей трансфигурации форму дракона только ради веселья, ну и, возможно, чтобы проверить свои силы. Поскольку никто не пострадал, я не буду никого наказывать и искать виноватых. На этих словах директор придавил троицу взглядом. Те закивали, показывая, что всё поняли и не подведут. После этого Дамблдор отпустил притихших первокурсников. Если бы это были другие дети, обычные школьники, он мог бы опасаться за то, что у них развяжутся языки, но эти не будут болтать. Его молодая команда, которой было положено выполнять его приказания, уже заслужила некоторый кредит доверия, поэтому Альбус не переживал о том, что пойдут слухи и начнутся ненужные пересуды. А то, что они проявили инициативу, нарушив массу правил, это вовсе не плохо, а очень даже многообещающе. Дамблдор улыбнулся сам себе и проговорил: — Теперь Северус не скажет, что я мало его ценю. О, он еще долго будет мне благодарен. Уверен, он найдет применение и сердечной жиле дракона, пусть и маленького, и драконья кровь ему пригодится. Так он не будет злиться на Рубеуса и ворчать на меня, что он зря бегал по замку, пытаясь изловить хитрую тварь.
