To Hell With the Devil

      Мне жутко не хотелось просыпаться. Ощущение абсолютной расслабленности и вселенского пофигизма завладело моим телом и сознанием. Сладко потянувшись в кровати, я открыл глаза, но вспомнив, что вчера произошло, я снова их закрыл. Чёрт, как же стыдно-то всё-таки! Вчера я занимался тем, чем никогда не планировал заниматься, но раз уж это случилось, то ничего не изменишь. Образы вчерашнего безобразия яркими вспышками загорались в моей голове. Прикосновения, поцелуи, стоны, сбивчивое дыхание... мать моя! Одни эти воспоминания заставляют моё тело содрогаться и хотеть сделать кучу непристойных вещей.       Открыв глаза снова, я понял, что в комнате нахожусь один, и это меня, несомненно, радовало. Видимо, блондиныш рано утром по-быстрому смотался к себе в комнату, чтобы не запалили бабушка с Тёмой. Хм, умно. Хотя, скорее всего, парень испытывал те же чувства, что и я, проснувшись. Но что это за утро тогда, если тебе не стыдно? Эх-х, будет, что вспомнить в старости!       Быстро поднявшись и отметив, что сегодня моё состояние просто отличное, я переоделся и решил спуститься на кухню. Желудок нагло требовал еды, а ещё хотелось поговорить с Люськом обо всём, что произошло.       Войдя на кухню, я обнаружил только Тёму, который с таким усердием что-то вязал (!), что даже не заметил моего присутствия. Я осторожно подошёл поближе, всматриваясь в его шедевр из ярко-красных ниток, наклоняя голову с одного бока на другой, пытаясь понять, что же это. — Ты... вяжешь шарфик? — скептически глядя на «творение» друга, спросил я.       Тёмыч же, отбросив в сторону своё вязание, звякнувшее спицами по столу, раздражительно ответил: — Это моё наказание на сегодня. Боюсь даже подумать, что твоя бабуська ещё заставит меня сделать. — Да, она может, — наливая чай, сказал я. — Но это ещё ничего, можешь мне поверить! — Это же просто Спа-а-арта-а-а! — простонал Тёма, колотясь головой об стол. — А я предупреждал. Кстати, где эта старушка — энерджайзер? — Да в огороде где-то... наверное, могилки нам готовит! — Не исключено, — согласился я, присаживаясь недалеко от друга. Весь вид парня говорил о том, как он сейчас хочет сброситься с моста прямо под поезд. Впрочем, я его прекрасно понимаю.       В следующее мгновение появился и Люсёк. Весь сонный, с взъерошенными волосами и румянцем на щеках, он вошёл на кухню и, взглянув на меня, покрылся румянцем ещё больше. Эх, хорошо, что я всё-таки редко краснею, а то было бы вопросов со стороны Тёмы, причём, он бы не отстал. — Всем привет!       Блондин прошёл на кухню, налил себе чайку под пристальным взглядом Тёмы и сел напротив меня. — А ты сегодня какой-то радостный! — подозрительно прищурился Тёмыч. — Да всё как обычно, — ответил Люсёк, быстро посмотрев на меня. — Конечно, блин! Тебя никто не наказывает, живёшь себе спокойненько, отдыхаешь, — недовольно бурчал Тёма себе под нос.       Люсёк лишь пожал плечами, отпивая горячий чай, вновь бросив на меня короткий взгляд, на что я сразу же отвернулся, потому что стоило блондину на меня посмотреть, я тут же улетал в страну фантазий, а значит, надо было отвлечься. — Кстати, Тёмыч, вчера звонила Наська, беспокоилась за тебя — дебила, — вспомнил я.       Друг сразу же оживился, глаза загорелись, а на лице вновь заиграла маньяческая улыбка: — Серьёзно? Хе-хе. Жаль, что чья-то бабушка лишила меня телефона, пока я не исправлюсь. — Так не проблема. С моего позвони! — предложил я другу. — А чё, слабо было сразу-то предложить? — негодовал парень. — Я же не знал, что бабушка у тебя телефон конфисковала. — Гони. Его. Сюда! — злобно произнёс анимешник, медленно проговаривая каждое слово и протягивая свою лапу. — Успокойся! Позвонишь ей вечером, сейчас она на работе. И не смотри на меня таким прожигающим взглядом!       Тёмыч надулся, сложив руки на груди, но спорить не стал, и я спокойно продолжил завтрак.       Внезапно я ощутил, как что-то гладит меня по ноге, плавно перебираясь выше, прямо к ширинке. Быстро глянув под скатерть, я оторопел — это была нога Люська, которая наглым образом шарила между моих бёдер, отчего я сразу же напрягся, а живот стянуло тугим узлом. Посмотрев на блондина, который с виду был само спокойствие, я тоже попытался сохранить непринужденный вид, хотя эти поползновения со стороны друга вызвали у меня определённую реакцию. Бля, если щас еще Тёмыч запалит, что мы тут устроили, будет круто! А если ещё и бабулька заметит, так вообще кастрирует, как беднягу Ваську!       К слову, бабушка как раз вошла на кухню, отчего воздух стал каким-то тяжёлым. Тёма сразу же взял в руки вязание, демонстрируя, что он не валял дурака всё это время, на что бабушка лишь одобрительно кивнула. Я же сидел и поджимал губы, пока Люсёк свой ногой выделывал финты, покруче самых матёрых футболистов. Нет, это нужно прекратить, иначе я ведь прямо здесь... мх, чёрт!       Положение внезапно спасла бабушка своим предложением. — Метнись в магазин за хлебом, — обратилась ко мне старушка.       Я незамедлительно подпрыгнул на месте: — Уже лечу!       Подорвавшись, я ринулся к двери, чтобы никто, не приведи Боже, не увидел мой стояк, и как ненормальный, побежал в сторону выхода. — Ты хоть деньги-то возьми! — крикнула мне вслед бабуля. — Я на свои куплю! — отозвался я и скрылся.       Как же вовремя! И всё-таки, я люблю свою бабуську за то, что она всегда (ну, или почти всегда) выбирает правильный момент, чтобы прийти на помощь своему внуку — идиоту и его друзьям. Да, памятник ей поставлю при жизни.       Я буквально выбежал на улицу, лишь бы скорее оказаться подальше. От дождя, что прошёл ночью, в воздухе ощущалась свежесть, которая мне была сейчас так необходима. Сделав пару вдохов — выдохов, я не спеша шёл к магазину, размышляя о вчерашнем безумии. И что на меня нашло? Это не мог быть я! Нет, это просто пришельцы завладели моим мозгом, заставляя творить все те вещи, что творил я. Другого объяснения у меня просто нет. Эй, Ник, а может, ты всё-таки признаешь, что это тебе понравилось? Давай, это ведь не сложно! Ты просто уже по уши во всё это вляпался, и вернуть нормальную жизнь уже вряд ли получится, а всё из-за этой скотины! Ладно, надеюсь, он хоть даст мне время прийти в себя.       Когда я вошёл в такой уже знакомый магазин «У Михалыча», продавщица даже поздоровалась со мной и почти задаром отдала две буханки чёрного и батон нарезного, бесплатно сунув пачку леденцов. Понимаю, все, должно быть уже в курсе, что внук Ольги Фёдоровны — извращенец-трансвестит, который, к тому же, тусуется с местными ублюдками-педиками. Да, хорошую репутацию я себе заработал, однако! Батя бы мной гордился.       Поблагодарив тётку, я вышел на улицу с пакетом и, размахивая им, неторопливо пошёл обратно домой. Птички поют, цветочки цветут, и я — весь такой злобный и угрюмый тролль, на которого странно косятся прохожие, а я в ответ посылаю им воздушные поцелуи. Да, пусть убедятся, что я совсем ебанутый.       Бляха, курить так с горя хочется! И как назло, сигареты кончились! В магазин возвращаться в лом, значит, придётся купить в другом месте.       И вообще, в последнее время я стал слишком много курить. Если раньше я обходился двумя — тремя сигаретами в месяц, то теперь эти самые две — три я скуривал за день. Это меня не очень радовало, но если уж организм чего-то требует, нужно ему это дать, а то потом может стать хуже — я же знаю. Поэтому, оказавшись у нашей знаменитой столовки, где уже сидел подвыпивший народ, я направился в сторону витрины со спиртным и куревом. Купив пару пачек «Бонда», я закинул их в пакет и хотел было возвращаться, как увидел знакомое лицо. Если быть точнее, узнал я этого парня по ярко-красным волосам, которые сегодня были забраны в низкий хвост. К моему удивлению, на нём были обычные очки в чёрной оправе, да и одет он был вполне просто.       Какие люди в нашем колхозе! И это именно тогда, когда я расслабился, думая, что у меня в запасе хотя бы пара — тройка дней. Видимо, не свезло.       Вик подошёл ко мне, словно к старому приятелю и улыбнулся искренней улыбкой. — Давно не виделись! — как-то чересчур позитивно поприветствовал он меня. — Аха, — без эмоций ответил я. — Я что, опять понадобился Его Высочеству? — А, ты об этом. Я вообще-то случайно тебя заметил тут, вот и решил подойти. Не хочешь выпить?       Хм, неожиданно. Но, если этот тип что-то задумал, лучше мне играть по его правилам, поэтому я согласился. — Почему бы нет? Но платишь ты, — не теряя наглости, выдал я. — Заметано!       Мы присели за самый дальний и тёмный столик в углу. Окна здесь всегда были занавешены, отчего помещение выглядело, как дешёвый бар из американских фильмов. Да и обстановка была подходящей — в воздухе сигаретный дым, отовсюду слышится громкая болтовня полупьяных посетителей, разбавленная второсортной музыкой. Боже, это последнее место, где бы я хотел находиться сейчас. Хотя нет, предпоследнее.       Вик заметил мою задумчивость и спросил: — Ты как вообще? — А? Да ничё, существую, — сказал я чистую правду. — А что, интересно? — Конечно. Что будешь пить? — заботливо поинтересовался он. — Пофигу!       Мы заказали по пиву и продолжили общаться. Мне было очень интересно, что же хочет от меня это «нечто», которого так боится Тёмыч. А Вик с не меньшим интересом разглядывал меня. — Так говоришь, случайно увидел меня? — Да. А ты что, уже испугался? — подозрительно глядя на меня, спросил парень. — Пф-ф, да мне по барабану. Просто подумал, что за мной следят. Я параноик, знаешь ли, — ответил я, делая глоток холодного пива. — Он сам за тобой явится, когда ему будет нужно, так что не переживай, — успокоил меня парень. — Сам великий и ужасный. Какого хрена он вообще до меня докопался? Своё он уже получил, причём, по полной программе! — жаловался я, как маленькая девочка, которую обидел мальчик в детском садике. — Пойми, если ему чего-то хочется, он берёт это, никого не спрашивая. В этот раз он захотел тебя. — С какой вообще радости? — Просто ты первый, кто стал сопротивляться. Сначала ты дико выбесил его, потом ему стало любопытно, а потом... ну, дальше ты и сам знаешь. Если честно, до тебя все его «мальчики» были слабаками и тряпками. — Да уж, я просто избран самим Повелителем тьмы, чтобы приносить ему радость, скрашивая однообразие серых будней в Преисподней. Сбылась моя голубая мечта! Тьфу ты, блин! — психовал я.       На такую мою тираду Вик лишь расхохотался. — Знаешь, грешно смеяться над больными! — Прости, просто я до сих пор тебе поражаюсь! После всего ты ещё и шутить умудряешься. — Да, у нас в психушке и не такие были! — Кстати, как там твой друг? Ну, тот, который сбежал, — неожиданно спросил Вик. — Тёмыч-то? А чё с ним будет? Он же, как тараканище из Чернобыля — трудно найти, ещё сложнее прибить. — Ясно. — Так мне передать ему привет от тебя? — Передай. И скажи, что он мне приглянулся! — подмигнув, сказал он. — Боюсь, его слабая психика анимешника этого не выдержит! — улыбнулся я. — Слушай, ты ведь не будешь против, если я немного поиграю с ним? — поинтересовался парень. — Хм, это будет прикольно. Только без фанатизма, а то он у нас очень чувствительный! — откровенно ржал я. — Обещаю, — ухмыльнулся красноволосый.       Мы поболтали ещё немного о жизни. Что ж, Вик оказался вполне вменяемым парнем, если учесть, какие психи его окружают. Я не стал расспрашивать о тех двоих, потому что на самом деле ничего не хотел знать. И без того хватит впечатлений.       Посидев ещё немного, я решил, что пора уже собираться. — Ладно, пошёл я, а то меня прибьют. Я итак задержался.       Я встал из-за стола и пожал руку Вику. — Эта встреча останется между нами. Но дам тебе совет, как его лучший друг — не выводи его из себя, его иногда слишком заносит. Я-то его знаю, как никто другой, — сообщил парень. — Не вопрос. Увидимся. — Обязательно.       Попрощавшись с Виком, я вышел на улицу с каким-то странным чувством облегчения. Я ведь и правда думал, что сегодня мной опять будут пользоваться, но мне, похоже, просто повезло, поэтому я поспешил домой.       Когда я пришёл, бабушка смотрела телик и явно была недовольна. Люсёк и Тёмыч сидели рядом, причем Тёма с завидным упорством продолжал вязать. Вот это сила воли! — Тебя, как за смертью посылать! — негодовала старушка. — Принёс?       Блин, прямо как мафиози какой-то спросила, ну точно! — Ага, там просто очередь была. Извини. — Ладно! — злобно ответила бабуська, продолжая смотреть какие-то новости и вновь покрывать всех по ту сторону экрана отборным матом. — Ба, хватит смотреть новости, ты только расстроишь себя!       Но она пропустила мои слова мимо ушей, возмущаясь очередным байкам про повышение пенсий. — Да что б их там всех! Взять бы этих депутатов, гомосеков и твоего отца, да отправить на один остров! Пусть помучаются! — кажется, это было адресовано мне. Парни у экрана были в шоке, даже Тёмыч перестал стучать спицами на время. Но в этом была моя бабушка — эпатажная и шокирующая. В общем, Леди Гага нервно курит в сторонке.       Так прошла почти неделя. Всё было спокойно, но я был по-настоящему нервным. Каждый раз, выходя покурить, я ждал, что меня поймают и отымеют, но этого не происходило. Люська я тоже не подпускал к себе близко, и мы, кстати, так и не обсудили случившееся между нами. Но блондин не давил на меня, видимо, давая время взвесить всё. А я ходил по дому сам не свой, шарахаясь от каждого звука, словно я посмотрел то самое видео, и жить мне осталось семь дней. Бабушка же немного смягчилась, и мы больше не были наказаны, что несказанно радовало Тёму, который всю эту неделю страдал ломкой по Наське, занимаясь вязанием адских шарфиков и приготовлением пирожков. Когда бабуська вернула ему телефон, он немедля позвонил «своей идеальной девушке» и поплакался ей о трудностях его судьбы. Наська же его, естественно, пожалела и пригласила всех нас на озеро тем же вечером. Все были рады. Все, кроме меня.