Богиня Правосудия спасёт твою шкуру

      От странного состояния живого трупа Стэн очнулся уже в крепких объятьях. Кайл поглаживал друга по спине, наклонившись и положив голову ему на плечо. Может, прошло пять секунд, может, десять, но он уже успел запечатлеть этот момент в своей памяти, как самое, возможно, приятное воспоминание об их встрече. Стэн знал, что дальше его ждет настоящий допрос, а зная упрямый и беспощадный нрав Кайла, — с пристрастием.       Брофловски первый отстранился, снова взглянув на Стэна своим фирменным строгим взглядом, словно учитель, сердитый на непослушного студента. Осмотрев друга с головы до ног, он наконец-то вынес свой неутешительный вердикт:       - Выглядишь так, словно упал в сточную канаву.       «Вроде должно звучать обидно, но ей-богу, как же это смешно!.. Друг, тебе стоит научиться колкостям»       - Так и есть... - уголки губ Стэна поползли вверх, однако на полпути задрожали, замялись и осели, сделав его лицо еще более несчастным, - Чел, я очень рад тебя видеть.       - Взаимно, - быстро ответил Кайл, подняв с пола портфель и проходя в маленькую прихожую.       На вешалку полетело пальто, шарф и вязаный свитер, а лакированные бурые ботинки теперь составляли весьма контрастную компанию серым помятым кроссовкам Стэна. Кайл делал все дела, включая переодевание, с молниеносной быстротой и точностью, словно боялся, что где-то рядом стоит таймер и считает каждую секунду, потраченную им. И волей-неволей Стэн опять засмотрелся на эти отточенные движения, даже забыв о том, что он до сих пор стоит у открытой двери.       - Чего застыл? - тихий голос, подобно ледяному душу, снова вернул Марша в реальность. И снова он ловит этот пронзительный взгляд ядовитых зелёных глаз.       - Ничего, не обращай внимания. «...Короче, просто знай, что сейчас он хуже зомби. Ничего не говорит, ни о чем не думает, ни на что не отвечает…» - невольно вспомнились Кайлу недавние слова Кенни.       Пройдя немного вперед по холодному ламинату и выйдя в спальню, Брофловски придвинул к себе шаткий деревянный стул и опасливо, словно боясь, что сия конструкция его просто не выдержит, сел. Затем с любопытством оглянул комнату, которая сейчас была больше похожа на притон, нежели на место для сна, и, устремляя взгляд на Стэна, все еще стоящего в прихожей, задал главный вопрос:       - Ну что, рассказать мне ничего не хочешь?       Громко щелкнув ключом, Марш еле заметно содрогнулся. Была ли это обычная судорога от истощения и недосыпа или же испуг от того, что ему все-таки придется об этом говорить — не ясно было и самому Стэну. Он медленно повернулся лицом к другу, аккуратно прошел в спальню и уселся на кровать, что стояла почти в 2-х метрах от стула, на котором сидел Кайл.       - Ну, ты и сам все знаешь, что я могу ещё сказать? - не смотря в его сторону, глухо пробубнил Марш.       - Ты правда ничего не помнишь? - Кайл положил ногу на ногу и выгнул бровь, не отрывая глаз от собеседника.       - Я бы не стал врать вам с Кенни. Да, я правда до сих пор без понятия, что происходит, как я до этого дошёл, и что происходило последнюю неделю, - тихо декларировал Стэн, хмурясь и часто моргая.       - Тебе говорили, кем был пострадавший?       - Нет… Пока нет.       - Ты знаешь, где сейчас твоя машина?       - Нет.       - Сколько ты сегодня спал?       - Не помню.       - У тебя сейчас что-то болит? «Только голова от того, что ты задаешь такие глупые вопросы. Зачем тебе знать про моё самочувствие?»       - Сейчас нет.       Эти краткие ответы все больше выводили Кайла из себя. Физически он готовился именно к такой реакции, однако морально терпеть эту отстраненность ему было крайне трудно. С каждой секундой он все больше убеждался в том, что разговаривать с другом сейчас было бесполезно. На любой его вопрос следовал односложный ответ, сопровождаемый чередой тяжелых вздохов и длинных пауз... Но, чёрт возьми, Стэна же, блин, в убийстве обвинили! И где его жажда справедливости, где рвение доказать этим сволочам, что он — честный, законопослушный гражданин США?! Где, в конце концов, хотя бы желание во всем разобраться?       - Что-то ты больно тихий, тебя все устраивает? - не выдержав, спросил Кайл.       Вопрос — тупик. По крайней мере, для Стэна. Ну что на это можно ответить? В очередной раз напомнить, что ему, блять, память отшибло? Или посвятить его в проблемы своей бессонницы, которая не покидает его уже несколько лет? «Мне правда нечего тебе сказать».       - Хватит, мы не на допросе, - тихо, но очень серьезно ответил Марш, наконец-то посмотрев в сторону лучшего друга. - Мне это еще только предстоит выслушивать.       - Так в чем проблема сейчас сказать мне? - голос Кайла звучал все более грозно, а глаза все пристальней наблюдали за движениями Стэна.       - Просто, н-ну… - на секунду он замялся и снова отвернулся от собеседника. Господи, ну почему находиться рядом с ним сейчас так неловко? Почему разговор ушёл именно в это русло? Неужели Кайлу больше нечего рассказать, неужели он совсем по нему не скучал?.. «Пожалуйста, не смотри на меня так».       - Кайл, мы же так давно не виделись, можно хотя бы сейчас отойти от этого вопроса? Кто знает, возможно, это мой последний день, когда я могу вот так спокойно говорить с кем-то. Давай просто посидим, поговорим по душам... Ты есть хочешь? «Соскочил, зараза».       Несмотря на то, что Кайл так и не услышал ничего существенного, что, по идее, должно было рассердить его еще больше, он быстро смягчился и поменялся в лице. Опустив глаза и поставив обе ноги на пол, юноша вздохнул и медленно кивнул.       - Было бы неплохо.       Стэн подскочил с кровати и помчался на кухню так быстро, что Кайл даже не успел моргнуть — друга в комнате уже не было. Перспектива того, что буквально завтра они уже не смогут провести вместе ни одной секунды, безумно пугала Марша. Поэтому сейчас нужно растянуть этот момент так, как только возможно, лишь бы ему снова не остаться одному...       С маленькой кухни слышалось хлопанье дверей деревянных шкафчиков, шелест полиэтилена и звон столовых приборов. Наконец, взъерошенная голова Стэна заглянула в комнату, где сидел Кайл, и Марш, каким-то стыдливым тоном, словно он в чем-то провинился, произнес:       - Я нашел только старую упаковку спагетти…       Лицо Кайла моментально преобразилось. Глаза расширились, а рот изогнулся в добродушной улыбке. Его последующий смех застал Стэна врасплох. Не зная, что и сказать, он сам нервно захихикал, продолжая удивленно смотреть на друга.       - Ну давай свои спагетти, чего уж там! - выдохнув, выпалил Кайл, посмотрев Стэну прямо в лицо. Теперь его глаза были совсем не ядовито-зеленые, прорубающие своей уверенностью насквозь, а больше напоминали огранённый изумруд.       Стэн просиял. Наконец-то он видит перед собой старого приятеля, с добродушной улыбкой и смеющимися глазами, а не строгого адвоката, привыкшего только спорить и искать подвохи.       - Только, сразу говорю, готовить я не умею! - предупредил он Кайла напоследок, вновь уходя в кухню.       - А это для меня и не секрет, - ответил тот, аккуратно поднимаясь со стула и проходя вслед за Маршем. - Но тут и готовить-то не особо нужно… Так… - он неожиданно выхватил картонную упаковку прямо у Стэна из рук, с неподдельным интересом (или у него просто актёрский талант) начав читать инструкцию, написанную на задней стороне коробки, - «...На 100 грамм продукта добавить 1 литр воды, заранее вскипяченной, положить в неё спагетти веером, как показано на рисунке, и варить 10-12 минут, регулярно помешивая»… Стэнли, да тут делать нечего! Достал, закинул, достал обратно, уже сваренными.       И снова эта улыбка, которая действует на Стэна не хуже удара электрическим током. И как он его назвал? Стэнли?       Спустя 15 минут, две дымящиеся тарелки, наполненные переваренными спагетти, уже стояли на столе и заполоняли паром всю кухню. Друзья, стоя у плиты, с гордостью смотрели на них, как на произведение кулинарного искусства. Приготовление такого нехитрого блюда стоило им обожженного пальца Стэна и пары телодвижений для того, чтобы убрать с пола разломанные макароны.       - Знаешь, - с воодушевлением произнес Кайл, скрестив руки на груди, - Если бы не адвокатская деятельность, то я, клянусь, пошёл бы на повара.       - Ага, и в итоге твои блюда действовали бы на клиентов не хуже кантареллы, и о тебе пошла бы слава настоящего палача, - усмехнувшись, ответил Стэн.       - Чувак, какой средневековый юмор! Давай-ка лучше затестим.       Разумеется, неопытность обоих привела не к самому лучшему результату. Практически жидкое тесто, больше похожее на кашу, не вызывало особого желания продолжать есть. Поэтому Стэн, уныло поковыряв вилкой в спагетти пару минут, вздохнул и устремил умоляющий взгляд на Кайла. К его великому удивлению, непривередливый друг, видимо, совсем не парился по поводу того, насколько их творение было несъедобным, а потому с завидной быстротой поглощал все, что было на тарелке.       - Чел, это же адская дрянь, как ты это жрешь?       - Возможно, но не пропадать же добру. «Это еврейские корни так сказываются что ли?»       - Знаешь, Стэн, - проглотив последнюю макаронину, начал Кайл, серьезно взглянув на Марша, - Если бы проработал хотя бы год в таком же графике, как у меня, то на вкус еды тебе бы точно было плевать. К тому же, я считаю выбрасывание продуктов кощунством.       - Ну да, эта упаковка же стоила аж 4 доллара… - не сдержавшись, выдал Стэн, тут же демонстративно прикрыв рот рукой, как бы делая вид, что это вырвалось совершенно случайно       - Заебись шутка, сам придумал? - несмотря на неприкрыто провокационный вопрос, глаза Кайла смеялись, да и уголки рта предательски подергивались.       Воцарившуюся идиллию внезапно прервал звон телефона Брофловски, громко поющий где-то в прихожей.       - Я на минуточку, - Кайл быстро встал и вышел из кухни, оставив Стэна наедине с самим собой.       Тот же, в свою очередь, быстро подскочил с места и, не дожидаясь возвращения друга, подбежал к мусорной корзине и вывалил туда все содержимое своей тарелки, чувствуя при этом такую эйфорию, словно он был ребенком, которому удалось удачно обдурить родителей.       Вновь сев за стол, Стэн странно улыбнулся. От чего конкретно его рот растянулся аж до ушей, он и сам не знал. Но, черт, сейчас все так хорошо сложилось. В воздухе царит такая тихая и дружественная атмосфера, а солнце за окном так ярко и красиво светит, освещая серые улицы спального района Денвера. И Кайл так мило улыбается. И все это настолько хорошо, что Стэн чувствует себя раза в 2 младше своего настоящего возраста. И даже основная цель визита Кайла забывается, как забывается и тот факт, что вокруг ноги Стэна сомкнуто отвратительное «кольцо затворника», а уже завтра его, возможно, отправят на экспертизу, где безумные люди в белых халатах будут пытаться вернуть ему стертую память, параллельно мучая с расспросами.       - Спасибо, чувак... - еле слышно прошептал Стэн, зажмурив глаза и продолжая лыбиться.

***

      - Я не очень понял, а ты-то какое отношение имеешь к делу? - Кайл злобно нахмурился, сжав мобильник в руке так, будто хотел его раздавить.       - Я прописан в Денвере и живу тут уже не первый месяц, если ты не забыл, дружок! В моей юрисдикции практически все суды в округе, - раздался ехидный, до жути приторный голос на другом конце провода.       - Меня интересует не это, - Брофловски сел на пол прямо у входной двери, продолжая хмуриться. - У тебя есть все возможности отказаться, так что не юли мне тут. Что тебе нужно? Может, я тебе задолжал что-то? Короче, просто скажи все, как есть, давай обойдемся без фокусов! - Кайл сейчас совсем не желал привлечь к себе внимание со стороны Стэна, однако натура холерика с каждой секундой все активней рвалась наружу, заставляя повышать на собеседника голос.       - Не нужны мне ни деньги, ни что-то ещё, это просто моя работа.Я — прокурор и, что уж поделать, обязан участвовать в судебных процессах.       - Прекрати выкручивать мне яйца! - голос Кайла подскочил еще на два тона выше, выдав стандартную фразу Эрика, от которого Брофловски, увы, многого поднабрался, - Тебе явно что-то нужно, и, скорее всего, от меня. Но только Стэн к этому не имеет никакого отношения, так что давай ты просто не будешь влезать туда, куда тебе не стоит!       - Ох, Кайл, меня мало интересует, в каких позах вы там трахаетесь, поэтому можешь не прикрываться защитой дружка, - Картман очаровательно улыбнулся себе в зеркале, мысленно жалея, что Кайл не видит эту чудесную ухмылку. - Меня вызовут — я пойду. Если Стэн действительно виновен, то это вычислит любой прокурор. А если же нет, то тебе даже переживать нечего! К тому же, он ведь еще даже не прошёл экспертизу, может, все выяснится еще на этой стадии, поэтому чего ты так волнуешься-то? Или что, боишься, что любимого все-таки посадят, и уже в тюряге его будешь факать совсем не ты?       Кайл, еле сдерживаясь, глубоко вздохнул и провел ладонью по лбу.       - Хорошо, будь по-твоему. Поверю твоей лживой заднице в который раз. Но если ты что-то задумал, не сомневайся, я все равно об этом узнаю. И, поверь, просто так этого не оставлю.       Затем он яростно нажал на отбой, даже не дожидаясь от Эрика ответа.       «Почему? Что ему нужно на этот раз? Мы уже, блять, взрослые, ответственные люди, детская вражда должна была пройти лет 10 назад». Кайл слепо полагал, что годы, проведенные в одном юридическом университете, в который они оба пошли с мечтой сделать Америку лучше (пусть каждый — по-своему), даже сплотили их — людей, которые не ладили с самого детства. Удивительно, что Картман за 3 года совместного обучения вообще научился выносить компанию Кайла не просто из-за того факта, что ему нужно было периодически над кем-то смеяться. И что это за бестолковая, чисто детская, педиковатая ревность? Знает же, что со Стэном их связывает не желание оттрахать друг друга, а нечто более высокое, что и сам Картман, по мнению Кайла, уже должен был испытать...       Кайл выдохнул во второй раз и, уже ощущая, что постепенно успокаивается, встал с пола и отправился на кухню, чувствуя, что уже соскучился по компании Стэна.

***

      Марш сидел на стуле, все так же блаженно улыбаясь, смотря в потолок и что-то шепча себе под нос. Услышав шаги за спиной, он быстро выпрямился, пару раз кашлянул и попытался принять максимально естественную позу.       - Ну что, наелся? - саркастически спросил Кайл, с усмешкой взглянув на пустую тарелку друга.       - Кто звонил? - проигнорировав заданный вопрос, поинтересовался Стэн. «Стоит ли его сейчас тревожить? Может, Картман просто блефует, и Стэну об этом знать совсем не обязательно?»       - Да так, по работе, ничего интересного, - ответил Брофловски, мысленно радуясь, что он даже не особо-то и обманул Стэна. Действительно, копаться в противозаконном дерьме, защищая различных маргиналов — это его работа.       - Понятно… - протянул Марш, опустив глаза, - Эй, Кайл, - через секунду он снова посмотрел на друга, - Давай закажем пиццу?       - Я так и знал, лживый засранец! - засмеялся Кайл, сверкнув глазами, - Ничего ты не съел! А ведь мы на это целых 15 минут потратили!.. - он артистично взмахнул руками и зашагал вдоль кухни, даже не смотря в сторону Стэна. После череды наигранных терзаний, он подошел к другу вплотную и аккуратно погладил его по плечам, параллельно качая головой, - Эх, Стэнли... Ладно уж, давай. Я сегодня добрый.       Повернувшись спиной, он вылетел за дверь, направляясь за телефоном, и вновь оставил Стэна одного. Однако для второго это было даже к лучшему. Пару раз моргнув, Стэн помотал головой, как будто просыпаясь ото сна. «Или же, стоп? Неужели последние 10 секунд правда случились в действительности?»       Юноша громко втянул носом воздух, наконец-то осознав, что сейчас случилось. И что случившееся произошло по-настоящему. Спустя пару секунд, он уже мысленно благодарил судьбу за то, что Кайл не смотрел ему прямо в лицо, слишком увлечённый своим артистизмом. Слава богу, он не увидел… как у Стэна горят щёки.       Марш аккуратно положил руку на плечо, которого только что коснулся лучший друг. Ох, боже… Хуже и быть не может. Он почувствовал тепло даже через футболку. Затем прикоснулся к лицу, шее, лбу… Эффект один — повышенная температура, заставляющая кожу гореть на всех этих местах.       На секунду Стэну стало невыносимо неловко от всего происходящего. Почему-то захотелось, чтобы Кайл больше не заходил на кухню, чтобы остался там, в коридоре, дабы Марш мог слышать только его голос. Хотя, нет… Его смех, его шёпот, его… Да даже то, с какой интонацией он произносит его имя... Все было таким правильным, практически идеальным, будто отточенным самим господом. Ни единой паузы в речи, уверенные, грациозные движения, пронзительный взгляд умных зелёных глаз… Все это действовало на Стэна как удары шокером, то унося его из реальности, то снова туда возвращая. Он стал даже тихонько завидовать самому себе, что именно у него есть такой прекрасный лучший друг. Удивительно, и как это он такое долгое время даже не вспоминал о нём?..       Тут перед глазами Стэна, словно галлюцинации, пролетели яркие тени. На мгновенье тишина в квартире сменилась какой-то странной чередой звуков, словно исходящих извне. Это длилось меньше секунды, однако юноша моментально осознал, что что-то вспомнил. Да, так и есть, что-то точно всплыло! Что-то очень-очень важное пронеслось в его памяти, но - увы! Это длилось всего лишь секунду.       Вытаращив глаза, Стэн застыл на месте и сосредоточенно зажмурил глаза, словно желая повторения этого странного эффекта. Так, значит, о чём он думал? Он по-дружески восхищался Кайлом, потом какая-то неловкость, потом вновь эта странная эйфория, потом…       - Стэн, ты же маргариту любишь? - из прихожей раздался громкий вопрос, что заставил Марша вздрогнуть от неожиданности. А самое досадное — он разорвал всю нить воспоминаний, что Стэн так старательно сейчас перебирал у себя в голове.       - Д-да! - запнувшись, крикнул он в пустоту, надеясь, что Кайл его услышал. «Чёрт, я так и не успел ничего вспомнить! Ладно, может, не стоит сейчас пытаться что-то сотворить со своей памятью? Да, однозначно, сейчас нужно просто максимально расслабиться, я еще успею нанервничаться на следствии…»       Шли минуты за минутой. Обе стрелки на настенных часах неумолимо двигались вперед, все настойчивей приближая время их прощания. Удивительно, что друзьям даже не нужно было выходить с кухни, чтобы чем-то себя занять. К тому же, как казалось Стэну, это была единственная комната в квартире, где можно было хоть как-то находиться.       Часовая стрелка преодолела значение «3 pm». Из уст Кайла слышался громкий смех, чередуемый с низким голосом Стэна, который что-то увлеченно рассказывал. Видимо, сказанное было невероятно смешным, потому что хохот Кайла нарастал с каждым мгновением, которое отбивала секундная стрелка.       Вот-вот уже пойдет 6-ой час вечера. За окном сгущаются сумерки, а солнце, уже давно укатившееся за горизонт, дарит серым домам Денвера свои последние лучи, яркие, кажущиеся даже какими-то красными на фоне светло-сиреневого неба. Горы на горизонте сливаются с облаками, образуя голубоватую дымку. Вечерние птицы что-то тихо поют, контрастируя с шумом машин и железной дороги где-то внизу. А смех из квартиры под номером 16 все так же продолжается, ничуть не собираясь утихать.       Стэн был по-настоящему счастлив, сейчас он мог с уверенностью так сказать. Невероятные чувства радости, воодушевления, спокойствия, даже какого-то своеобразного экстаза сплелись в его мозгу, побуждая того стимулировать эндокринную систему вырабатывать все больше эндорфинов. А уже те, в свою очередь, заставляли сердце Марша биться все чаще, а глаза — смотреть на друга все пристальней, улавливая каждое его движение.       - Ну, я пойду, - обувая второй ботинок, тихо сказал Кайл, словно обращаясь к самому себе, - Как только получу хотя бы какую-то информацию — сразу же тебе сообщу. Скорее всего, экспертиза начнется уже завтра.       - Ладно, понял, - скрестив руки на груди, ответил Стэн.       - Бывай, старик, - его рука снова коснулась плеча Марша, - Все будет хорошо.       Последний хлопок двери, и вот уже стук каблуков все тише и тише. Еле слышный скрип парадной — и тишина. Все стихло. Стэну даже показалось, что он слышит какие-то потусторонние звуки.       Громко вздохнув, он выгнулся в спине, отчего его шея звонко захрустела, и потом, уже на каком-то инстинктивном уровне взялся за левое плечо. Оно все так же пылало теплом. Юноша почувствовал, что к щекам снова прилила кровь, а его губы как-то сами собой прошептали, обращаясь к пустоте:       - Приходи еще, чувак.