Богиня Правосудия спасёт твою шкуру

      Октябрь в штате Колорадо протекает стремительно и быстро. Не успеешь опомниться — за окном томная густая зелень уже сменится на рыже-бурые пожухлые листья, срываемые жестоким горным ветром, широкие степи напрочь лишатся какой-либо растительности, а потому станут выглядеть как безжизненная пустыня бесконечного песка и пепла, а чистый яркий воздух начнут сотрясать отдаленные громы осенних бурь, что так незаметно трансформировались из живописных кучевых облаков. Горный бриз теперь с особым зверством дует в лица проходящих людей, раскачивает тонкие деревья городских парков и заставляет небесный пейзаж меняться каждую секунду.       Бетонные джунгли Денвера в осеннюю пору выглядят особенно мрачно. Солнце больше не осветит их панельные тела, а до первого ноябрьского снега, что припорошит голые крыши, из которых, словно соломинки, торчат сотни антенн, еще дожить надо. Самое унылое время года. И самое подходящее для того, чтобы сидеть, смотря в окно, меланхолично погрузившись в свои мысли, и то и дело ловить себя на том, что в голове еще с утра держится стойкое желание закурить.       Жизнь Стэна в этом каменном лесу была настоящей пыткой унынием и скукой, хотя и первые августовские дни здесь, когда учеба только-только начиналась, казались ему такими светлыми и веселыми, словно предвещающими беззаботную, яркую, новую жизнь, вдали от родителей и нудных взрослых. Однако, всем мечтам Марша суждено было разбиться на миллион кусочков. Резко и болезненно пришло осознание, что учеба в самом известном университете штата Колорадо, а также жизнь в его серой столице не сулит ничего, о чем мечтал юноша, покидая родной Южный Парк. Ему не повезло буквально во всем: преподы и деканы, которые представлялись Стэну молодыми практикантами, у которых можно было запросто выехать за счёт шоколадок и коньяка, оказались, в большинстве своём, гнусными стариками, половина из которых тут же невзлюбила Марша, видимо, за рожу какую-то не такую. Его новый класс был вообще отдельной темой, про мразотность и серость которого можно было бы написать целую научную диссертацию. А так воспеваемая кино и сериалами студенческая жизнь оказалась все тем же тусклым набором уроков, экзаменов, зубрежки и ненависти всего сущего на земле. Ни тебе масштабных вечеринок, ни веселых поездок на машине, ни звенящих песен под гитару, ни симпатичных студенток в клетчатых юбках и с распущенными волосами, которые всегда пахнут какими-то фруктами. Поэтому, проживая эту смертельно скучную осень, Марш вечно роптал себе под нос о всей той несправедливости, которую преподнесла ему жизнь студента хлесткой пощечиной.       Единственной отдушиной во всем этом сонном царстве бумаги и дерева был сосед Стэна по комнате — Пол Бёрнс, что так внезапно ворвался в его жизнь, весьма неплохо в ей устроился и, по-видимому, даже не собирался уходить. Добрый, всегда донельзя честный, забавный, импульсивный, иногда странный и что-то скрывающий, но в то же время невероятно обаятельный юноша то и дело вытаскивал Стэна из пучины осенней хандры. Самыми теплыми во всей этой понудени были для Марша моменты, когда они с Полом снова сидели в своей уютной скрипучей комнате, приятно опьяненные гадостным дешевым пивом, и звонко пели песни под трели акустической гитары, листали взрослые журналы, которых у Пола почему-то было в огромном избытке, бегали под сентябрьским дождем в местный магазинчик за очередной баночкой, или же без интереса пялили крохотный старый телевизор, который Бёрнс еле-еле выклянчил у ворчливой вахтерши.       А какие Пол умел плести фенечки! К началу октября оба запястья Стэна были увешаны плетеными браслетами с самыми разнообразными узорами, которые сосед дарил ему с превеликим удовольствием. Все-таки он был сейчас единственным, кто хоть как-то красил жизнь тоскующего Марша, просто изнывающего без Кайла, Кенни и, черт возьми, Картмана.       Пола можно было не стесняться, с ним всегда можно было поговорить:       - Так ты что, правда рядом с Джерси родился? - Стэн отхлебнул еще немного из жестяной банки, настраивая свою струнную красавицу.       - Типа того, - отвечал Бёрнс, блаженно распластавшись на полу и прикрыв глаза, - А сеструха моя прям там и родилась.       - А сестре твоей сколько?       - Сейчас 27.       - Ого, так она, получается, тоже старшая, как и у меня?       - А у тебя старшая?       - А я разве не говорил? Да, Шелли меня на 4 года старше.       - Пф-ф, 4 года, - усмехнулся Пол, приоткрыв один глаз и перевернувшись на бок, - Моя на 9! И ты не представляешь, это была какая-то бестия.       - Представляю, - фыркнул Стэн, - Шелли, например, была невыносима еще с началки.       - Н-да? А тебя когда-нибудь засовывали в мусорный бак, закрывая при этом крышку на засов?       - Нет, такого у меня не было! - заржал Стэн, - Что, прямо в мусорный бак?       - Угу. Она еще продержала меня там часов до 6 вечера, пока мама в работы не вернулась.       - А вы дрались с ней? Просто мы-то с Шелли такой реслинг устраивали, страшно вспомнить…       - А то! Стэн, у меня в жизни было 4 перелома, и во всех них, прямо или косвенно, виновата Кристин! - ухмылялся Пол.       - Да уж, старшие сестры — это какое-то сущее наказание… - задумчиво отвечал Марш, медленно потягивая пиво из банки через покусанную трубочку.       Стэн любил рассказывать новому приятелю долгие, невероятно смешные и нереалистичные истории про его детство и отрочество в Южном Парке, с удовольствием наблюдая за тем, как тот во все глаза наблюдает за его жестикуляцией, а потом минут 15 еще покатывается со смеху. Любил говорить ему про своих друзей, порой даже чересчур приукрашивая какие-то их поступки и действия, иногда выставляя их в глазах соседа не совсем такими, какими они являлись в реальной жизни. Ему просто почему-то очень хотелось, чтобы Полу они нравились так же сильно, как и самому Стэну.       Но больше всего Марш любил рассказывать про своего самого лучшего друга… И тут истории и байки могли тянуться часами. Заливаясь соловьем, юноша декларировал Бёрнсу все хорошее, что знал и ведал про Кайла. С детского сада и до старшей школы — все истории он помнил, каждый раз находя новую, которую еще ему не рассказывал. Он говорил про его вспыльчивый, обидчивый, но при этом ужасно преданный и ранимый нрав. Рассказывал про его доброту, про его готовность простить кого угодно и за что угодно, несмотря на его, с первого взгляда, холодную и злопамятную натуру. Рассказывал про его милые комплексы, связанные с собственной внешностью (которая, по мнению Марша, была раз в сто привлекательней, чем у него самого, но он никогда этого ему не говорил), которые тот тщательно старался скрывать, и про его неземной, волшебный, ужасно заразительный смех, который часто доводил и самого Стэна до смеховой истерики.       Наверное, в такие моменты, когда речь заходила о друзьях, а в особенности — о Кайле, Стэн настолько был увлечен процессом, что даже не замечал своего раскрасневшегося лица и учащенного сердцебиения, так же, как и не замечал ни с того ни с сего спустившуюся на обычно радостное лицо Пола грусть, какую-то странную тоску, выраженную во взгляде ярких зеленых глаз. Он внимательно слушал речи раскрасневшегося Стэна о его любимых друзьях, с каждой фразой почему-то все больше и больше мрачнея и уходя в свои мысли. И порой Марш даже ловил этот томный, печальный взгляд, который вводил его в состояние крайнего недоумения: чего грустит всегда такой энергичный и оптимистичный парень?.. «А у него самого-то друзья есть?»

***

      - Когда уже этот нудняк закончится… - недовольно зудел себе под нос Стэн, резонируя с преподавателем истории — низким, маленьким и невероятно скучным стариком, который в очередной раз монотонно зачитывал огромную лекцию, то и дело сам открывая рот и демонстративно зевая, как бы показывая, что ему самому эта история — до лампочки.       - 10 минут осталось, - шепнул ему со спины заспанный Пол, одиноко развалившись на заднем ряду и без интереса щелкая авторучкой.       В ответ Стэн издал лишь какой-то страдальческий вздох (что-то среднее между стоном и рычанием) и сам распластался по лакированной поверхности парты, стукнувшись лбом о гладкое дерево.       - Если так не нравится — можете уйти, вас никто не держит. Ей-богу, достали кряхтеть, - злобно прошипела сидящая рядом с Маршем голубоглазая староста, которая всего за три месяца обучения уже успела получить от них с Полом самые разнообразные прозвища, начиная от безобидного «мышь», заканчивая «занудной сукой».       - Спасибо, сестренка, без тебя бы не догадались, - съязвил Стэн, - Ну че, - он быстро обернулся в сторону соседа, - Сваливаем после истории?       - Погнали, - устало улыбнулся Пол, сверкнув глазами и вновь спрятав лицо в вытянутых по длине парты руках.       Марш в очередной раз умоляюще взглянул на часы. Сквозь мутное стекло циферблата еле просматривались черные стрелки, застывшие, как казалось Стэну, в одном положении еще с начала пары. Он быстро перевел взор на лектора, начав нещадно сверлить его глазами, словно ожидая, что тот сейчас сам упадет на парту от витающей в кабинете скуки. Однако тот, не обращая никакого внимания на изнывающий класс, продолжал уныло лепетать всю ту ересь, что была у него на бумажке. «Старый хрыч, ну что ж ты все не заткнешься-то»       Тут, внезапным спасительным колоколом прозвенел университетский звонок, оглашая столь ожидаемый конец мучений Стэна. И не успел он даже издать свою последнюю трель, юноша, резко подскочив с места и стащив с парты за плечо еще не оклемавшегося Пола, рванул к выходу, успев напоследок состроить злорадствующую физиономию недовольной старосте, что уже сверкала на него из-под светлой челки злыми глазенками и яростно шептала себе под нос, что непременно доложит обо всем декану.       Стремглав выбежав из кабинета и устремившись по коридору самым быстрым шагом, которым только он умел идти, Марш протяжно зевнул, тут же захохотав и крикнув в лицо заспанному Бёрнсу, что покорно шёл за ним, еле двигая ватными ногами:       - Свобода, чел! Наконец-то!       - И чему ты так радуешься? - фыркнул Пол, - Взгляни, какое дерьмо на улице, - он вяло постучал по хрупкому стеклу ближайшего окна, запотевшего и мокрого от мороси снаружи.       - Не ной, сейчас что-нибудь придумаем... Да и к тому же, сегодня суббота, чувак! Неужели ты не рад?       - А разница-то какая? - вяло ответил Бёрнс, - Погулять все равно не получится, только в 4-х стенах и сиди все воскресенье…       - Ну, ты меня злишь! - Стэн заманчиво и нетерпеливо выгнул бровь, - Чтобы ты не ныл, сейчас пойдем, купим чего-нибудь. Пали-ка, - он торопливо извлек из кармана помятую 20-долларовую купюру, - И у меня еще мелочевка есть. Не ссы, зуб даю, выходные пройдут восхитительно!       - Ты сегодня какой-то чересчур весёлый, - ухмыльнулся Пол, когда друзья были уже практически у гардероба.       - Не, это ты сегодня какой-то чересчур грустный.       - И все-таки? - допытывался Бёрнс, - Что за праздник на нашей улице?       - Да так... - юноша загадочно улыбнулся, - Сейчас сам все увидишь. Сюрприз будет.       Полная пожилая гардеробщица с щедро выкрашенными веками снова, в своей привычной манере цыкнув и произнеся себе под нос: «Прогульщики...», протянула парочке куртки. Стэн, в момент накинув свою, уже изрядно потрепанную, ветровку, засунул руки в карманы и, нетерпеливо покачиваясь и закусив губу, встал над другом, который всё ещё неспешно зашнуровывал ботинки. Когда рваный шнурок выскользнул из петли в четвертый раз, Пол плюнул на все это дело и, засунув обувь в грязный шелковый мешок, затопал к выходу в сменных кроссовках.       - Там же дождь, эй, алё! - крикнул ему в спину Стэн, поспешивший за ним.       - Насрать, все равно промокнем! - ответил Бёрнс, грубо толкнув тяжелую входную дверь, на что та угрожающе скрипнула.       Площадка перед университетом была полностью залита холодной и грязной водой. Вокруг каждой машины, стоявшей на парковке, нарисовалось целое озеро, а землю чуть поодаль, из которой росли пожелтевшие деревья, размыло дождевыми потоками, превратив ее в липкую грязь.       - Ф-фу, ну и дерьмище, - шутливо прорычал Пол, тут же нацепив на изрядно отросшие волосы капюшон.       - М-да, погодка, конечно, та еще, - послышался сзади голос Стэна, и Бёрнс почувствовал, как ему на плечо опустилась горячая рука соседа, - Однако… - тут глаза Марша заиграли всеми возможными цветами, когда он, кажется, кого-то разглядел впереди. Пол, не мешкая, устремил взгляд в ту же сторону, в которую смотрел приятель, и тут же чуть не упал от того, насколько быстро Стэн убрал ладонь с его плеча и полетел вниз по ступенькам, устремляясь к какой-то фигурке на горизонте.       - Кенни! - раздался надрывный крик на всю площадь, тут же переросший в добродушный, немного истеричный смех, когда Марш наконец-то добежал до ожидающего его человека.       - Дурак, блять, что ж ты так кидаешься?! - заржал Кенни в ответ, как только сильные руки друга обвили шею, на секунду лишив его воздуха, - Что, людей давно не встречал?       - Как же я рад тебя, придурка, видеть! - продолжал хохотать Стэн, не выпуская МакКормика из своих объятий.       - А я-то как рад! 3 месяца уже рожу твою не видел, обалдеть! Ты бы хоть заехал к нам, а?       - Я на Хеллоуин как раз собирался, правда! - оправдывался Марш, наконец-то отпрянув от блондина и заглянув тому в глаза.       - Да ладно, забей, я и не злюсь. В конце концов, нужды в этом уже тоже нет.       - В смысле?       - А то, что никого там и не осталось, - губы Кенни растянулись в печальной улыбке, - Все уехали.       - Как это? Даже ты?       - Вот как раз об этом… - он загадочно склонил голову, - Я к вам, Стэнли Марш, с великолепной вестью. С прошлой недели, а именно — с 14-го числа, я — житель Денвера!       - Ч-чего?! - брови Стэна подскочили до самой прически, - В смысле? Как?!       - Автомойку за магазином стройматериалов знаешь?       - Ну?       - Так вот, перед тобой — ее младший механик!       - Нихрена себе! - лицо Марша озарила несказанная радость, - Вау просто… А, п-погоди, как это случилось-то?       - Ой, это до-олгая история, - рассмеялся Кенни, - Так что я лучше расскажу ее позже. У нас же, как-никак, сегодня общий созвон, верно? Да и с приятелем твоим мне надо познакомиться… Так что давай отложим скучные байки и пойдем-ка за бухлом! Ты же двадцаточку, надеюсь, не просрал?       - Да как я могу, - улыбнулся Стэн, обернувшись назад и наконец взглянув на слегка растерявшегося Пола, стоящего чуть поодаль и с любопытством наблюдающего сцену воссоединения, - Эй, Пол, иди сюда!       Тот, услышав свое имя, сразу же воспрянул и быстро подошел к друзьям, параллельно рассматривая замызганного Кенни.       - А, так ты и есть тот самый Пол? - Кенни радушно улыбнулся и, не дожидаясь ответа, схватил ладонь юноши в свою и спешно потряс ее в знак приветствия, - Приятно познакомиться!       - Взаимно, - Бёрнс снова расплылся в своей фирменной жабьей улыбке, - А ты, значит, Кенни?       - Так точно.       - Стэнли про тебя много рассказывал. Да, Стэнли? - хитро улыбнулся он, посмотрев в сторону товарища.       - Во-оу, Стэнли?! - вклинился Кенни, еле сдерживая смех, - Так у вас, я так понимаю, отношения уже на ТАКУЮ стадию перешли, да?       - Да, а ты что, не знал? - тут же нашелся Пол, приобняв Кенни за плечи и демонстративно сделав вид, что шепчет ему что-то сверхсекретное, - Я его и Стэнчиком, и Стэнли, и Стэнушкой называю, ему так нравится…       - Так, а ну заткнитесь! - смеясь, крикнул Марш, подойдя и весьма грубо оторвав парней друг от друга.       - Слушай, а он мне нравится! - гоготал Кенни, указывая на Пола пальцем, - Ну что, дружок, добро пожаловать в клуб «Любовники Стэна»! - он потрепал юношу по серым волосам и издевательски взглянул на друга.       - Ой, твою мать, я в этом не участвую, - Марш закатил глаза и выставил руки вперед, - Погнали уже в магазин лучше, иначе мне вода сейчас в трусы зальется.       Троица спешно зашагала по скользкой мостовой, устремляясь к крохотному мини-маркету, что располагался в 5 минутах ходьбы от университета. Всю эту недолгую дорогу Кенни о чем-то оживленно болтал с новым знакомым, то и дело украдкой поглядывая на Стэна, идущего сзади и бесстыдно подслушивающего все, о чем они говорят. Пожалуй, МакКормику действительно приглянулся его небрежный сосед, ибо блондин практически весь путь то и дело трепал Бёрнса по длинным волосам и приобнимал его за худые плечи, параллельно оглушительно смеясь, видимо, выслушивая какие-нибудь смешные истории, что за все эти 3 месяца происходили со Стэном, и неизменным свидетелем которых был Пол. Он мог ему рассказать любую. Например, историю про первый день Марша на паре по физкультуре, где он чуть не сломал тренировочный турник и случайно чуть не подрался с местным учителем, историю про то, как он ловил залетевшего на урок шмеля старым учебником, и в итоге и правда поймал, а может, историю о том, как к нему клеилась престарелая лекторша — все эти истории были одинаково забавные, и понять, над какой именно сейчас смеется Кенни, не представлялось возможным.       Наконец, всего в каких-то 15 метрах впереди замаячил знакомый магазинчик. Пол со Стэном бывали там, кажется, даже чаще, чем на занятиях, поэтому уже все продавцы знали их в лицо.       Пластиковая дверь магазина приятно скрипнула, и груда промокших парней ввалилась в тёплое помещение, заставленное железными стеллажами с самым разнообразным алкоголем.       - Вау, а вот это мне уже нравится! - засиял Кенни, жадным взглядом рассматривая каждую сияющую в свете дешевых лампочек глянцевую бутылку.       - На вино особо не засматривайся, - усмехнулся Стэн, - Финансы не те. Мы здесь вот за этим, - его рука потянулась к ручке небольшого холодильника, от первой и до последней полки заставленного яркими алюминиевыми баночками.       - Бери вот это, - шепнул Маршу со спины подошедший Пол, ткнув пальцем в корпус ярко-голубой упаковки с белыми вставками. - Оно не такое мерзкое, да и горчит не сильно, а эффект поразительный.       - Вы что, правда лакаете эту дрянь?! - воскликнул незаметно подкравшийся Кенни, ужаснувшись от выбора парней. - Да вы с ума сошли! - он резко заслонил дверь холодильника, предварительно укоризненно посмотрев Стэну в глаза, - Значит так, сегодня угощает Кенни! Эх, мужики, да я смотрю, вы вообще опустились в этом своем Денвере…       Он схватил удивленных приятелей за плечи и оттащил в сторону винных стеллажей, пройдясь взглядом ценителя по ряду темно-красных бутылок.       - Вот оно, - его пальцы стремительно обхватили две самые тёмные, и тут же он оказался уже у кассы, быстро успев подмигнуть ошарашенным юношам. - Красавица, нам вот эти два, - пропел он, обращаясь к молодой кассирше, что звонко жевала жвачку, покачиваясь на маленьком стуле.       - Паспорт, - прохрипела девушка, пройдясь по Кенни недоверчивым взглядом.       - Ой, позвольте, вы мне льстите, - заюлил МакКормик, однако, тут же начав копаться в кармане старой потертой куртки, - Пожалуйста… - его губы изогнулись в очаровательной улыбке.       - 23 доллара, 50 центов, - равнодушно ответила девушка, пощелкав по клавишам старой кассы.       - Прошу, - ладонь Кенни протянула ей купюры.       - Ваша сдача, - на прилавок упало несколько звонких монет.       - Благодарю, - блондин лучезарно улыбнулся и аккуратно взял бутылки, - У вас прекрасные глаза, кстати.       - Не жалуюсь, - ледяным тоном ответила кассирша, протягивая МакКормику чек, еще раз поймав его сногсшибательную ухмылку.       - Пошли, ребята, - обратился он к стоящим сзади Стэну с Полом, которые, улыбаясь, переглядывались друг с другом.       - Ты клевый, Кенни, - дружелюбно бросил Пол, когда троица уже выходила из магазина, и тут же словил издевательски-саркастичный смешок от Стэна.       - Да ты мне тоже нравишься, - поплыл МакКормик, надув губы и сделав бровки домиком, - Такой ты мальчуган хороший, утю-тю, - он аккуратно потрепал юношу за щеку.       - Черт, ну нормально же общались… - злобно улыбнулся Пол, услышав справа истерический смех со стороны Марша.       - Сейчас я еще вином тебя вкусным угощу, и вообще лучшими друзьями станем, - сказал Кенни, демонстративно встряхнув бутылками, в которых тут же забурлила темно-красная жидкость.       Миновав пару тёмных, ничем не отличающихся друг от друга кварталов, парни вывели Кенни к ярко-красному историческому зданию, уже изрядно потертому, однако выглядящему все еще более-менее грациозно. Стэн, обогнав друзей, быстро взлетел по старому крыльцу к парадному входу и, звякнув связкой ключей, которые стремительно извлек из кармана, распахнул тяжелую металлическую дверь, по-джентльменски ее придерживая.       - Неплохое такое гнёздышко, - протянул Кенни, войдя в холл общежития и осмотревшись по сторонам, разглядывая каждую мелочь вплоть до ворсистого ковра, что застилал весь зал. - Какой там этаж? - он быстро устремился по главной лестнице с таким энтузиазмом, будто бы знал, куда идти.       - Второй, - пробурчал Стэн, параллельно кивнув выскочившей из своей будки вахтерше, что уже сверлила Кенни недружелюбным взглядом.       Поднявшись наверх и миновав лабиринт из коридоров, сложной структурой которого МакКормик не переставал восхищаться вплоть до самой комнаты, троица подошла к уже знакомой Полу и Стэну деревянной двери, и через пару секунд в блестящей замочной скважине нетерпеливо щелкнул маленький ключик, привязанный к запястью Марша.       - Добро пожаловать, - с притворно-сладкой услужливостью произнес Стэн, открывая дверь перед другом, - Здесь немного бардак, так что не обессудь.       - И это ты называешь бардаком? - усмехнулся Кенни, проскользнув в помещение и с любопытством озираясь на разбросанную по полу одежду и мелкую бытовую всячину, - А где крысы, где клопы? Тут даже какого-нибудь жалкого тараканчика нет… Тут даже постель одна заправлена.       С этими словами он завалился на ложе, принадлежащее, судя по всему, Маршу, поскольку тот сразу же стащил друга на пол за ногу с возмущенными возгласами:       - Алё, а ботинки снять?! Ты охренел что ли в мокрой одежде на кровать заваливаться?       - Ладно, ладно, не ори, - засмеялся Кенни, тут же вскочив с махровой наволочки и начав спешно разуваться.       Пол в этот момент, только-только повесив куртку на шаткий крючок, прошел в комнату и с очень усталым видом, будто бы трудясь целый день в угольной шахте (что примечательно, грязный он был настолько, что это предположение могло бы оказаться правдой), плюхнулся на свою кровать, из-за чего та предательски скрипнула, и тяжело вздохнул, выгнув шею. Стэн, лениво зевнув, уже хотел последовать его примеру, но тут же спохватился, мотнув головой и вспомнив, что сегодня не обычный день… Он же сейчас… Он увидит Кайла! И даже грёбаного Картмана! Ладно, по второму он не так скучал, как по лучшему другу, однако поговорить, расспросить и порадоваться хотелось за обеих, они же теперь — надежда отечественной юриспруденции как-никак… Подумать только, и сколько Стэн уже не видел этого бледного лица с милым крючковатым носом и этих огненно-рыжих волос, которые Кайл успел тщательно состричь за неделю до начала учёбы, за что Марш на него невероятно злился?       - Ну что, накатим? - воодушевленно произнес подошедший Кенни, потирая руки и облизываясь на темную глубину красного вина, что манило его всю дорогу.       - Сейчас, вы наливайте, а я скоро подойду, - внезапно бросил Стэн, что-то схватив с прикроватной тумбочки и спешным шагом затопав к двери.       - Ты куда это собрался? - удивленно спросил Пол.       - Я на минутку всего… Чур без меня пить не начинать! И да, Кенни, врубай пока комп, пароль ты знаешь.       Продекларировав это, Марш звонко хлопнул дверью и устремился в соседнее крыло.       Мимо проплывали десятки дверей, мокрые от дождя окна, какие-то люди, с некоторыми из которых Стэн нехотя здоровался, натягивая дружелюбную улыбку, и вот черная ковровая дорожка довела его до общей ванной, в которой, как обычно это и бывает, стоял жуткий гам, резонирующий с журчанием воды в железных кранах, трением десятка мочалок и режущих звуков одноразовых бритв. Пройдя немного вперед и миновав самую толпу, Стэн с остервенением, будто чайка, отстаивающая свою добычу, занял маленькую свободную раковину с запотевшим зеркалом на стене, на котором уже какой-то шутник успел нарисовать член.       Включив воду, Марш стал спешно намыливать своё помятое и испачканное лицо, с усердием смывая каждое пятнышко. Затем, с осуждением взглянув на свою проросшую чёрную щетину, которую он не брил аж с прошлой недели, Стэн извлек из кармана брюк новую остренькую бритву, и аккуратно, чтобы не поранить тонкую бледную кожу, начал срезать жесткие волосы, неприятно царапающиеся.       - На свидание собрался? - послышался позади противный высокий тенорок, принадлежащий самому надоедливому, наглому и самоуверенному, по мнению Стэна, парню во всем мужском общежитии — Адаму Сенье. Напыщенный и гордый француз, старше Марша на 2 года, отличающийся (Стэн это признавал) довольно-таки привлекательной внешностью и замечательной успеваемостью, успел высмеять и достать любого, кто когда-либо с ним сталкивался.       - Отсунься, - грубо процедил юноша, прекрасно зная, что дальше разговор пойдет о его потрепанном внешнем виде и мерзком «одичалом» лице.       - Странно, что ты решил побриться и в принципе привести себя в порядок, обычно тебя здесь днем с огнем не сыщешь… - не затыкался Адам, - Ты либо бухаешь где-то с Бёрнсом, либо прогуливаешь занятия.       - Тебе что, поговорить не с кем? Отъебись, - Стэн яростно прошелся бритвой по виску, едва не порезавшись.       - Да я так, чисто поинтересоваться, - ехидно улыбнулся парень, тут же скрывшись где-то в общей толпе.       - Придурок, ей-богу… - только и сумел выдавить Марш, вытирая уже гладкую кожу махровым полотенцем.       Деревянная дверь тихонько скрипнула, попав в такт со звоном дешёвых стеклянных стаканов, из которых Кенни и Пол уже вовсю хлестали вино.       - Эй, ну просил же без меня не начинать! - возмутился вошедший Стэн, узрев, как юноши уже вовсю обнимаются, сидя перед включенным стареньким ноутбуком.       - Ты бы еще подольше там посидел, - укоризненно произнес расслабленный Пол, - Ты что там, дрочил что ли, что так долго отсутствовал?       - Ничего подобного, - ледяным тоном отрезал Стэн, - Встретил там этого… Как его… Ну, в общем, мерзкого с 3-го курса.       - Адама? - каким-то странным тоном спросил Пол, чуть приподнявшись на локтях.       - Вроде бы.       - А, ну ясно… - задумчиво протянул Бёрнс, уставившись в пол.       - Так, пацаны, хорош болтать, давайте уже звонить! А то Картман, небось, забил уже, пока мы тут возимся, - подал голос Кенни, тут же запустив Скайп, который, по своей привычной традиции, стал грузиться дольше, чем длится среднестатистический половой акт.       - Ну что, Пол, готов узреть жиртреста во всем его существе? - усмехнулся Стэн, подсев к остальным на ламинат и схватив свой граненый стаканчик, доверху наполненный вином.       - Мне больше интересно твоего Кайла увидеть, не зря же ты о нем вечно так распинаешься…       Кенни громко хрюкнул в кулак, еле сдерживаясь, чтобы не засмеяться, а Марш воззрился на соседа удивительно злым взглядом.       - Что? - растерялся юноша, - Я сказал что-то не то?       - Все то, - все еще трясясь от распирающего его смеха прошептал Кенни, мимолетно взглянув на друга, что уже строил из себя полнейшую невозмутимость.       Неловкое молчание нарушил входящий звонок. Картман, иначе и быть не может. Только у него еще со старшей школы стоит Стоддард на аватарке контакта, которого, видимо, он так и не собирается менять. Кенни немедленно нажал на «принять».       - Здорово, уроды! - внезапно, как смерч среди летнего небосвода, раздалось своеобразное приветствие Эрика.       - Кого я вижу… - едко протянул Стэн, сощурившись и пытаясь понять: старый приятель разжирел еще больше, или же это камера так необычно передает изображение?       - Ну что вы там, не сдохли без меня еще, а? Стэн, как там твой ебучий университет? Небось, ты изгой уже, да?       - Конечно, - желчно ответил Марш, отхлебнув немного из стакана, - А у тебя там как?       - Ой, щ-щикарно! Я — лучший на потоке, от меня мрут все цыпочки на свете. Ко мне даже мой декан обращается на «вы». Ну все, уроды, готовьтесь, я вас скоро всех засажу!       - И за что же? - подал голос Кенни.       - Найду, за что! Стэна за голубизну и мерзотность, тебя за тунеядство и алкоголизм. Вы у меня все сидеть будете!       - Ладно, жиртрест, все поняли, - устало перебил его тираду Марш, - Ты скажи лучше, а Кайл-то где?       - Жид-то? Его можете не ждать, - задумчиво произнес Эрик.       - В смысле?       - В прямом. Я сам без понятия, куда этот уродец утопал. Бросил меня одного, ничего не сказав.       - Не очень-то похоже на Кайла… - удивленно сказал Кенни, на секунду повернувшись в сторону Стэна. - Мы же договаривались еще на прошлой неделе… Он тебе точно ничего не сказал?       - Точно. Как с занятий пришел, так и съебался, и я его больше не видел. И вообще, нахрен вам этот жиденок? Вообще-то я тут вам позвонил!..       Стэн, не вслушиваясь в дальнейшие слова Картмана, быстро ускользнул в коридор, успев шепнуть Кенни: «Я ему позвоню сейчас...» и словив на себе недоумевающий взгляд Пола.       Выйдя за дверь, он стал спешно набирать цифры уже такого знакомого номера. Введя последнюю, он нервно приложил мобильник к уху, чувствуя, что странная тревожность нарастает с каждой секундой. С каждым гудком, шорохом в коридоре и стуком капли по подоконнику коридорного окна, Марш будто все больше проваливался в этот непонятный страх. «Почему ты не берешь? Что случилось? Мы же договаривались...»       Из трубки раздались громкие гудки отбоя. «Сбросил?!»       Марш, уже с нешуточной тревогой и злобным оцепенением стал торопливо вводить нужные цифры снова. Снова гудки, снова пронизывающая тишина вечернего западного крыла. И снова отбой. «Ты охуел что ли?»       Агрессивно оторвав трубу от уха, Марш с остервенением устремился набирать злостное сообщение, клацая по мягким клавишам мобильника. «Алло, чел, что случилось?! Почему ты не берешь?! Мы же договорились созвониться! Какого хрена сбрасываешь?!»       Стэн и сам понять не мог, почему так быстро и сильно разозлился. Возможно, потому, что весь грёбаный день мечтал об этом созвоне и еле-еле досидел до конца занятий. Возможно, потому, что лучший друг никогда не сбрасывал его входящие вне ссоры. А возможно, потому, что он, сука, для кого сейчас так напудривался перед зеркалом?       - Блять, я тебя убью, - гневно прошептал Стэн, засунув мобильник обратно в карман и вновь зайдя в комнату, ощутимо громко хлопнув дверью. Перед ним, на полу, уже изрядно покрасневшие Кенни и Пол лепетали Эрику какие-то смешные истории, из-за чего тот злобно улыбался сквозь экран.       - Ой, ну что там? - завидев вошедшего друга, еле слышно промямлил МакКормик.       - Он не берет, - не меняя интонации со злобной, произнес Стэн, - Сбрасывает.       - Тогда я, кажись, знаю, куда он смылся! - подал голос Картман.       - И куда же?       - У твоего любовничка, видимо, сегодня секс намечается!       - В каком это смысле? - беспокойство и злость в душе Стэна моментально приобрели оттенок недоумения.       - В том, дубина ты, что у него девушка как бы есть, - продекларировал Картман, издевательски улыбнувшись, - Забыл что ли? Все не хочешь принять тот факт, что его жопа не тебе достанется?       И словно земля ушла у Стэна из-под ног.       - К-какая девушка? - еле слышно спросил он, немедленно поняв, что у него моментально осип голос.       - Ха, ты смотри, реально забыл! - заржал Эрик по ту сторону экрана.       - Ну как же, чел, он же говорил, - тихо напомнил Кенни, повернувшись к другу, - Омелия вроде зовут, ну или как-то так.       - К-когда говорил?!       - Реально забыл, Кенни!! Я сейчас сдохну со смеха! - заливался жиртрест, держась за бока.       - Да в смысле? Чел, если это шутка, то у меня плохое чувство юмора, - растерянно сказал блондин, всматриваясь в офигевшее лицо Стэна. Было не очень-то похоже на шутку, и лицо друга все говорило само за себя.       - П-почему… - мысли Марша сплелись в какой-то несуразный комок, внезапно заболели виски, макушка, темя — все на свете, - Почему я об этом не знаю?..       - Че?! - в один голос крикнули Эрик и Кенни.       - Почему Кайл?.. Мне не сказал? - ярко-синие глаза Стэна умоляюще уставились на друзей. В воздухе повисла немая тишина, нарушаемая только шумом ноутбука и мелкими каплями за окном. Даже Пол, до этого расслабленно потягивающий вино, на секунду прекратил свое осушение и растерянно осмотрелся по сторонам. «Кайл, твою мать, Брофловски. Двуличная ты сволочь...»