We are the stars - книга 3

Ночные улицы города были по-своему прекрасны. Куда сильнее шумного яркого дня Лео любил ночь. Гнать на скейте по почти безлюдным улицам, чувствовать на коже прохладный ветер, что путался в бесцветных волосах, полной грудью вдыхать холодный воздух. Ночь была прекрасна. И забавнее всего было осознавать, что все его друзья были с ним солидарны. Когда улицы погружены в темноту, когда люди прячутся по своим квартирам, тогда можно сбросить все маски, на несколько часов отдаться либо собственным мыслям, либо просто отбросить все напрочь. Сегодня Лео выбрал первый вариант. Снова оттолкнувшись ногой, чтобы разогнать скейт, он спрятал руки в карманы и прикрыл глаза. После разговора с Кейт Лео несколько приуныл. Он, конечно, понимал, что все не так просто. Не может такой человек, как Рэй, быть, как открытая книга. Нельзя так искренне улыбаться, когда не знаешь, чего эта улыбка может тебе стоить… И Рэй, кажется, знала. Хотелось сказать Каю. Конечно же, в своей шутливой манере, но сказать! Вот только он Кейт пообещал молчать. До дома отсюда было всего ничего. А потому, в половину первого Лео был уже дома, предварительно покатавшись по улицам, хотелось развеяться. Когда он вошел в большую просторную квартиру, то везде было темно и тихо. Только Тим выбежал его встречать, но стоило тому начать гавкать, как Лео тут же на него цыкнул. Раз такая тишина, значит, Джи уже спит. А вот Джун вполне мог еще не вернуться с работы. Так Лео думал, пробираясь к выключателю, хватаясь за вешалку, спотыкаясь по пути и сбивая эту вешалку к чертям. Тихо выругавшись, а вместе с тем наткнувшись на Тима и грохнувшись на пол, Лео пролежал так еще несколько долгих секунд, тупо пялясь в потолок и прислушиваясь, не разбудил ли кого. Джи выглядела довольно плохо в последнее время, было видно, что ей необходим сон. И слава богу, сегодня они выспятся… Завтра в клуб, завтра финал, к которому они почти безвылазно готовились, за исключением работяги Джуна. Завтра решится все. А потому и Кай, и Най разрешили бедолагам музыкантам просто выспаться и приехать в клуб к пяти часам дня. Хорошо, что Джун смог взять отгул. Уж на финал-то он опаздывать не хотел совершенно. Наконец, належавшись на холодном полу и насмотревшись в пустоту потолка, Лео поднялся на ноги, включил свет и соизволил осмотреть сбитую нафиг вешалку. Несколько курток валялись на полу, и Лео, со вздохом скинув в общую кучу и свою, поднял, наконец, несчастную «палку с крючками» и развесил куртки брата и Энги. На полу оставались только две кожанки. Одна его, Лео, ее он повесил на самое видное место. Вторая, судя по размеру, братца. — Ай-ай-ай! Джун! Разбрасываешь вещи! — усмехнулся беловолосый, немного подумал, но куртку брата все-таки решил повесить. Вот только поднимая ее, он услышал непонятный стук, и что-то мелкое упало к его ногам. Лео нахмурился. Повесив куртку на крючок, он наклонился в поисках чего-то упавшего, и с трудом разглядел на полу прозрачную стекляшку. Только когда он поднял ее в руки, то увидел на своей ладони пустую использованную ампулу. — Что за… — пораженно шепнул он, не веря своим глазам. И это выпало из куртки его брата?! Ампула была совершенно прозрачной. И даже когда-то напечатанная на ней надпись совершенно стерлась, оставив за собой какие-то цветные точечки. Лео поднял взгляд вверх, словно желал посмотреть сквозь потолок на брата, спросить у него, что за чертовщина, и, раз уж его косуха висит тут, то беловолосый, стащив с себя обувь, быстро зашагал наверх. Спит Джун, или нет, ему сейчас откровенно плевать. Надо узнать, что за ампула, узнать, почему она в кармане Джуна. Не может же он, как ребенок, подбирать блестяшки на улице и тащить в дом?! А значит, это он ее использовал, ведь так? Вот только в комнату брата ему не суждено было ворваться. Едва поднявшись наверх, беловолосый тут же заприметил распахнутую дверь комнаты Энги. Покосившись в сторону двери брата, он, все же, желая убедиться, что не ошибается, заглянул к Джи, и не обнаружил ту на кровати. А раз ее одежда тут, раз кухня пуста, раз из гостиной не доносятся голоса, значит, был только один вариант. Бразильский сериал набирал обороты прямо перед его глазами, и в любой другой ситуации Лео бы только заулыбался и подумал о том, чем еще можно шантажировать друзей, но не сейчас. — Нашли время! — зашептал он. — Неужели в этом городе так мало людей, что им надо спать именно друг с другом! Хоть бы встречаться начали для приличия, мать их! Снова с досадой покосившись в сторону комнаты, Лео вновь выругался, скрылся в своей комнате, чуть ли не хлопнув дверью. Он грохнулся на кровать, уставился в потолок, вертя в руках эту треклятую ампулу. Сегодняшний день просто выбивал его из колеи. Сначала Нарей, теперь брат… да что не так с этим миром?..

***

Впервые за долгие-долгие дни он так хорошо спал. Даже утреннее солнце, падающее на лицо из-за не задернутых штор, еще очень долго не могло разбудить Джуна, глаза он открыл лишь тогда, когда на часах красовались прекрасные цифры «13:09». Джун своим глазам не мог поверить еще очень долго. Эта работа настолько его вымотала, что проспать почти тринадцать часов все равно казалось мало… Но все-таки, надо было вставать. Позавтракать, пусть и близилось обеденное время, начать собираться на выступление. Вот только когда Джун попытался приподняться на кровати, то сейчас же вспомнил, что засыпал он не один. И проснулся тоже… Обернувшись, Джун немного недоуменно уставился на черную макушку. Джи все так же лежала рядом с ним. Вернее даже не рядом. Со свойственной ей наглостью закинув на парня ножку, она крепко обнимала его руку, а голову удобно устроила на плече. За ночь Джун превратился из нормального парня в мягкую и теплую игрушку, и сейчас понимал это как никогда явно. Немного полежав так, Джун, все-таки, решил подняться, но попытка снова с треском провалилась. Джи заворочалась, что-то сонно пробубнила, и, приоткрыв глаза, хриплым голосом заявила: — Лежать, горе-басист, я не выспалась. Как по команде, парень снова опустился на подушки, немного недоуменно пялясь на девушку. — Ты в курсе сколько времени? — Опаздываем? — Нет… — Тогда срать. И Энги еще теснее прижалась к его теплому телу, еще уютнее устроилась на плече. Джун замолчал. С одной стороны он прекрасно понимал, не спавшая несколько ночей девушка сейчас была не в состоянии подняться, но с другой… с другой прекрасно выспался Джун, а потому, от нечего делать, принялся рассматривать все вокруг. Свет так и горел над столом и кипой документов, правда из-за солнца этого было почти не видно. Погас ноутбук. Разрядился. Хорошо, что там стоит автосохранение. Кровать была буквально разворочена. Где-то валялась снятая одежда, где-то подушка, даже одеяло совсем сбилось и обнажало тонкие ноги Энги, ее узкие хрупкие плечи, спину. Без своей манеры одеваться Энги выглядела как самая простая и очень красивая девушка. Ее растрепанные черные волосы щекотали его шею, сонное лицо выглядело таким спокойным, что Джуну даже было несколько непривычно смотреть на эмоциональную Джи, что-либо хмурилась, либо смеялась, либо усмехалась… Не знай он ее, как свою барабанщицу, не знай он стиль ее одежды и ужасный характер, то наверняка подошел бы к ней в клубе или даже на улице. Но сейчас Джи спала на его плече. Тихо посапывала, может, ей снилось что-то приятное, что-то отвлекающее от этой чертовщины, творящейся в ее жизни. И казалось, что уснула она очень и очень крепко. Именно поэтому Джун максимально аккуратно переложил ее голову на мягкую подушку, выпутал руку из ее объятий. Девушка не проснулась. Она только что-то тихо пробубнила, перевернулась на живот и забралась руками под подушку. А Джун огляделся в поисках джинсов, оделся, и, покидая комнату, заботливо расправил одеяло и укрыл девушку. Накрытая всего лишь по пояс, она, конечно, красиво выглядела, да вот здоровая барабанщица была Джуну нужнее. Сонно потирая лицо руками, парень спустился вниз на кухню, по пути растрепав шерсть радостного Тима. — Доброе утро, — пробормотал он, замечая, что на подоконнике уже сидит его брат с кружкой чая и лазает в телефоне. — Доброе, — немного погодя отозвался беловолосый. — Чайник горячий. — Прекрасно, — зевнул Джун, вытаскивая из сушилки свою кружку, заваривая себе крепкий кофе. — Ты чего-то тихий. Не выспался? — Можно и так сказать, — отозвался Лео, но когда Джун повернулся, ему стало совершенно все понятно. Лео все так же сидел на подоконнике. Пил чай. А еще покручивал в руке пустую стекляшку, внимательно наблюдая за братом, настолько внимательно, словно желал увидеть мельчайшие изменения в поведении темноволосого. А Джун так и замер. Смотрел на ампулу и пытался из потока мыслей выловить единственные подходящие. — Откуда это у тебя? — немного ослабшим голосом произнес он, и Лео вскинул вверх брови: — О. Так тебе эта вещица знакома? — Лео, — отставив кружку, Джун подошел к брату. — Откуда она у тебя? — А это важно? — Лео, где ты это взял?! Брат повысил голос. Но беловолосый только сузил глаза и крепко сжал кулаки. — Нашел в твоей куртке. — Ты в моих вещах копался?! — Выпала, когда я косуху уронил. — огрызнулся Лео в ответ. — Ничего не хочешь мне сказать, а? Что это такое?! — Не твое дело, — и Джун протянул руку, собираясь выхватить ампулу, но беловолосый спрятал ампулу за спину. — Серьезно?! — зашипел он. — Ты думаешь, я не знаю, чем это может быть?! Я нахожу это у брата, а он еще и кидается на меня?! Я требую объяснений, у нас еще никогда не было друг от друга секретов! Не объяснишь — думаешь, я так все и оставлю?! Джун замер, крепко стиснул кулаки, разозлено глядя брату в глаза. Лео не врал. И басист прекрасно знал, на что способен пойти его брат, лишь бы вытянуть из него правду. — Это не моя, — наконец, сдался он, отворачиваясь и со злостью впиваясь пальцами в край столешницы. — Дьявол, не хватало тебя втягивать! — Не твоя? — удивленно отозвался Лео. — Тогда чья? Джун покосился на беловолосого, тихо хмыкнул. — Откуда ты знаешь, что она опасная? — Откуда?! Тебе напомнить, сколько времени я провел в больнице из-за переломанных костей? В таких ампулах хранят лекарство, но чаще всего — наркотические препараты. Мне дважды кололи морфин, и ампула выглядела точно так же. Обычные витаминки тоже могут так выглядеть, но это не значит, что я не могу волноваться! — Обычные витаминки?.. — тихо усмехнулся Джун. — Наркотические вещества?.. В этой ампуле был жидкий кокаин. — Кто?.. Вернее, что?.. — ошарашенно шепнул беловолосый. — Джун, черт подери, объясни нормально?! Зачем тебе кокаин?! — Не мне… — тихо шепнул Джун, продолжая до боли сжимать кулаки. — А кому?! — Я не могу сказать, Лео. Я не хочу никого в это втягивать, но за меня ты можешь быть совершенно спокоен. Стоило выкинуть эту ампулу к чертям, как только я ее нашел. — Джун, скажи — кому?! — повысил голос Лео. — Чего кому? Оба парня вздрогнули, резко оглянулись на дверь. Кутаясь в теплую кофту, на кухню сонно выползла Джи. Заметив на себе два ошарашенных взгляда, девушка только примирительно подняла руки: — Да ну, ну, спокойно, баста, карапузы, поняла, что-то скрываем. Не лезу. Своих проблем по горло. С этими словами девушка зевнула, снова обняла себя руками, втянув голову в шею, покосилась на полуголого Джуна. — Извращенец, — фыркнула она. — В смысле? — В прямом. Такая холодрыга, а ты полуголый. Извращенец. Джун девушке не ответил, только пожал плечами и снова покосился на брата. Пока Энги заваривала себе кофе, за ее спиной происходил типичный братский разговор взглядами. По крайней мере Джун надеялся, что ему удалось убедить Лео не поднимать шум… Он объяснит все потом. Когда будет возможность.

***

Если уж говорить на чистоту, Кай не мог оторвать взгляда от входа в большой клуб. Отсюда, из окна гримерной, он видел собравшихся внизу людей, и поражался тому, что ради того, чтобы на них посмотреть, они пришли сюда задолго до начала… До начала финала еще два или три часа, а эта толпа стоит тут. Ждет. Ждет их выступления и выступления SID. — Черт, сколько там народу, — шепчет Джи, облокотившись на подоконник и глядя вниз. — Дохрена народу, — послышался бубнеж Лео из другого конца гримерной. — Откуда тебе-то знать? — Кай, что все это время сидел на подоконнике, глянул на друга. — Ты с тех пор, как мы пришли, от телефона не отлипаешь. — Не правда! — сейчас же возразил беловолосый, но от телефона так и не оторвался. — Переписываешься что ли с кем-то? — Нет. Я читаю. Стоило Лео это произнести, как вздох Джуна заставил всех обернуться на басиста. — Читает… Он читает… Кто ты, и что ты сделал с моим братом? — Отстань, я эволюционирую. — В кого? Кролики не эволюционируют, кролики линяют. Тихий смех прошелся по гримерной. Тихий. Напряженный. Все чувствовали себя как не в своей тарелке. Сегодня решится все… сегодня либо они, либо SID. И, кажется, каждый осознавал это с трудом, вот только это настроение оказалось заразительным. Даже Лео, и тот слишком напряженно пялился в свой телефон. Когда дверь распахнулась и чуть ли не с треском врезалась в стенку, все ребята подскочили на месте, пораженно уставившись на порог. Там стоял Рэдо. Виновато пялился на дверь, примирительно подняв руки: — Упс, — нервно усмехнулся он. — Не рассчитал. Эй, что за фигня? Я думал, нет никого, для вас тут слишком тихо. — И это говорит опоздавший? — Но-но, я всего лишь задержался у сестры, — фыркнул красноволосый, проходя в гримерную, опуская свою гитару на пол. — Да ну, серьезно, что за прострация? — Ты какой-то бодрый, — с подозрением фыркает Энги, толкает Кая и залезает на подоконник рядом с ним. — Вы с Лео не поменялись телами, случайно? А то непривычно. Рэд пожимает плечами, косится на тихого-тихого Лео, что был целиком и полностью погружен в свое чтиво. Лео был безнадежен. А вот у Рэдо была одна прекрасная особенность. Волноваться перед концертами он, конечно, волнуется, но из всех своих друзей именно Рэд всегда сильнее всех был в себе уверен. Сцена — глоток воздуха для такого гитариста, как он. И красноволосый сам себе в этом отдавал отчет, а потому перед каждым ответственным концертом появлялся в несколько приподнятом настроении. Чего не скажешь про остальных… — Лео, что ты так усердно читаешь? Это напрягает, знаешь ли, — наконец, и гитарист задался этим вопросом, и беловолосый, оторвавшись от телефона, уставился на Рэдо странным подозрительным взглядом. — Да так, — буркнул он, переведя взгляд на Кая. — Фанфики. С этими словами он снова уткнулся носом в мобильник, жестом приказав ни в коем случае его не отвлекать, и вот уж что-что, а именно такое поведение заставляло его друзей только заинтересованней поглядывать в сторону телефона. И может быть, для Лео все закончилось бы хорошо. Может быть… Если бы не тихий стук в дверь. — Открыто, — устало кинул Кай, и вот в проеме появилась чья-то голова с копной длинных прямых черных волос. — Hi, — немного виновато протянула Кейт, махнув удивленным ребятам рукой, а сама оглядела гримерку в поисках белых волос. — Кейт?! — Лео буквально подорвался с места, резко отрываясь от телефона и вообще, откладывая его на стол, как ненужную игрушку. На его лице вмиг расцвела гримаса радости и счастья, просто подтверждающего его полную безнадежность. Все собравшиеся в гримерной, глядя на эту картину, только и могли, что закатить глаза и устало вздохнуть. — Лео, привет, — пробормотала девушка. — Ты… ммм, на минутку, в общем. И Кейт исчезла за дверью, а вместе с ней и удивленный Лео. Как ни странно, вопросов у ребят не возникло никаких. Совершенно. И так было понятно, что Лео тупо забыл что-то вчера у Кейт дома, а так как его походы потренироваться в игре — «тайные», оттуда и такая конспирация. Так что, все, что остается ребятам, так это делать вид, что они ничего не знают и ничего не понимают, а Лео продолжать прикидываться дурачком. В этом уж ребята были солидарны… Но все-таки, благодаря появлению Кейт, ситуация в гримерной сложилась довольно забавная. Сейчас четыре человека неотрывно смотрели на оставленный телефон, а после Рэдо, да-да, именно он, получил несильный пинок и громкий шепот друзей: — Чего он читает? Не квантовую физику же, давай, глянь! — Да-да, мне его тоже надо чем-то шантажировать, задолбал нахаляву есть! Рэд удивленно покосился на друзей, а после, хмыкнув, пожал плечами. Терять ему было явно нечего. А потому, с совершенно спокойной душой, Рэдо взял в руку телефон, открыл браузер и увидев перед собой поле, заполненное текстом, вздохнул и с артистизмом, благодаря хорошему настроению, начал: — «Как ты мог?! Все, что между нами было, только игра?! Ты никогда не задумывался над тем, что происходит?! Как ты мог так со мной поступить?!». Пауза. Рэдо недоуменно смотрит в телефон, поднимает взгляд на друзей, снова опускает в телефон и тихо бормочет: — О боже мой, Лео, ты что, на женские романы перешел?.. — Рэдо продолжил. — Кхм: «Ты хоть в курсе, что я влюблен в тебя еще со школы?!». — Эм… влюблен?.. — тут же послышалась едкая усмешка Джи.- Рэдо, оговорочка по Фрейду? Я-то не против, но вот… — Скорее опечатка, я читаю дословно. Так: «Ты хоть немного думал о моих чувствах или просто развлекался?! Ты меня слушаешь, Ка…» Когда Рэдо резко заткнулся, уставившись в текст, ребята заподозрили неладное. — Эм. Кай, — наконец, выдал красноволосый, на что блондин тут же отозвался: — Чего? — Я тебя не звал, я имя прочитал. — Чего?.. Ничего себе совпадение. Хотя, имя распространенное… — Ага. Так вот, — под заинтересованные взгляды друзей красноволосый читает дальше. — «Кай поднимает на него…». Нет, это не опечатка. «Кай поднимает на него взгляд своих синих глаз. И Рэ…» И снова затишье. И если бы можно было прямо в этот момент сфотографировать Рэдо, то Джи повесила бы себе эту фотографию над кроватью, чтобы никогда не забывать, что у Рэдо бывает такой ахреневший взгляд. Слов у Рэдо не было. Он только открывал рот, желая что-то произнести, и снова закрывал, не находя ни единой мысли. И черт знает, чем все могло бы закончиться, если бы не открывшаяся дверь и не Лео, появившийся на пороге. Словив на себе недоуменные взгляды, явно требующие объяснения, Лео на секунду решил, что умудрился сделать что-то не так, но нет. Взгляд его быстро пал на собственный телефон в руках друга, и прежде, чем он как-либо отреагировал, а Рэдо задал ему хоть один вопрос, телефон из его рук выхватила Джи, и, отскочив на приличное расстояние, прервала затянувшуюся фразу, громко и с широченной улыбкой на губах продолжая: — «Рэдо смотрит на него в ответ. И Кай, отведя взгляд, отзывается: Да, я все знал, Рэдо… Знал еще со школы…» О боже, что тут творится, мое сердце! Мое сердце, смотрите, оно сейчас сломает мои ребра, боже! Ребята, это что, ваша переписка?! Кай и Рэдо ошарашенно переглядываются, смотрят друг на друга в полнейшем непонимании, но оба не находят ни единого слова для ответа, да оно и не нужно было, слова были у Лео: — Нееет! Джи, верни мой телефон! — и парень кидается к Энги, с ногами вскочившей на подоконник и поднявшей руку высоко над головой. — Лео, малыш, что за детские сказки ты читаешь?! А где же суровый мужской секс?! — расхохоталась она. — Так рано еще! — искренне возмутился парень. — Они только-только друг другу признались! Вы не понимаете! — Прости, что мы не понимаем?.. — откашлявшись, нервно переспросил Кай. — Хотя да, мы ничего не понимаем… Ты именно это читал все это время? — Сказал же! Вы не понимаете! Там так интересно! — продолжал возмущаться беловолосый. — Там у вас отношения хотя бы развиваются, а вы оба застряли на пакетно-жратвенном периоде! И Лео, сгребя в охапку Джи и стащив ее с подоконника, опрокинул на диван, где сидел его брат, и принимаясь щекотать, чтобы хоть как-то отобрать телефон. — Телефон на бочку! — Хрена с два! Я тоже хочу почитать, — смеялась Джи. — Боже, вы только посмотрите на их морды! Джун усмехнулся, легким движением забрал из рук девушки телефон. — Вот уж точно, кому-то не повезло. — А ты-то что, — вмиг фыркнул беловолосый. — Между прочим, ты Кая еще в третьей главе бросил. А он тебя любил! А ты — хоп! И бросил! Знать тебя не желаю, брат еще. Выражение лица Джуна стоило сказанных Лео слов, но беловолосый не унимался, и, получив назад свой телефон, продолжал: — Это просто потрясающий рассказ! Сначала Кай встречался с Джуном, но Джун решил его бросить, а все потому, что его чувства были не искренними! А еще он узнал о чувствах Рэдо к Каю! И вот наконец, спустя пятнадцать глав полного недопонимания, Кай и Рэд наконец-то признаются друг другу! Раскрывают свои истинные чувства! И в такой момент вы телефон отбираете, изверги!!! Лео свою тираду закончил. Но как нельзя лучше в сложившуюся ситуацию вписался тихий и немного нервный голос, доносящийся со стороны дверей. — Мгм… Я, наверное, не вовремя. Даже оглядываться на дверь, чтобы узнать Най, ребятам не нужно было. Их менеджер стояла в дверях с какой-то папкой в руках, подозрительным взглядом окидывала троих отчего-то красных парней, возмущенного Лео, и Джи, что дергалась в бесшумных конвульсиях от смеха, уткнувшись лицом в диван. — Ты все не так поняла… — попытался оправдаться Рэдо, что так и продолжал стоять где-то в стороне, одной рукой закрыв лицо. — Это всего лишь фанфик. Най взглянула на красноволосого совершенно спокойным взглядом. Пожала плечами. — Я знаю. Я читала. Словив на себе несколько потрясенных взглядов, а заодно услышав, как Джи, не сдержавшись, захохотала в голос, повторяя что-то про гомофобов, Най прошла внутрь гримерной, закрыв за собой дверь, и кинула на столик сумочку. — На самом деле, это очень даже хорошо, что про вас пишут фанфики. Это значит, что ваша популярность растет. — Да в гробу я такой рост видал! — Ты такой рост в зеркале видал, Джун, — отозвалась Най. — Почему вы все еще тут сидите? У вас скоро должен быть саундчек. — Не скоро, — зевает парень. — Сегодня саундчек проведут ближе к началу, у них что-то с аппаратурой. Най тихо фыркнула. — Как обычно. Все у них не так. Пробормотала она это крайне недовольным голосом, что заставило ребят удивленно покоситься в ее сторону. Сегодня, кажется, Най была не в духе. Редко когда ее можно было увидеть такой недовольной. — Не переживай, — улыбнулся, наконец, Кай. — Все пройдет отлично. С этими словами блондин спрыгнул с подоконника, достал из рюкзака пачку сигарет. — Я пойду, покурю и подышу свежим воздухом. — Свежим никотином, — поправила друга Энги, а сама без зазрения совести и толики смущения уложила голову Джуну на колени и достала свой телефон. — Лео, зайка, а подскажи-ка название фанфика. Кай только усмехнулся этим словам прежде, чем за ним закрылась дверь. Он шагал по коридору куда-то в сторону черного выхода. Вот только курить он не собирался. Зачастую, посетители клуба видят только большое помещение клуба, сцену, бары, да гардероб. Но в таких больших клубах, как этот, всегда были лабиринты коридоров, подсобок, гримерок и даже ангар, где хранилось все оборудование. Поэтому, завернув за угол, он и не увидел, как по тому самому коридору, где он прежде шагал, пробежала рыжая девушка, остановилась, глядя ему вслед, улыбнулась. «Так значит они с ребятами уже пришли!» — подумала Рэй, и побежала дальше, к своей гримерной. А Кай же спустился по небольшой лестнице, оказался в каком-то совершенно тихом участке клуба и именно тут, где присутствовало всего две двери, одна — выход в закрытый двор, вторая — подсобка, прислонился к стене и медленно опустился на пол, зарываясь руками в свои светлые-светлые волосы, так что пшеничные пряди оказались меж пальцев. Так Кай просидел несколько долгих-долгих минут. Казалось бы, он почти не дышал все это время, но вот по коридору разносится тяжелый вздох, Кай опускает руки, откидывает голову назад и, прищурившись, пялится в потолок, на тусклую лампочку. Рука шарит по полу в поисках брошенной пачки сигарет, но, открыв ее, Кай достает вовсе не сигарету. Еще вчера утром убранный в карман от греха подальше шприц, пару часов назад перекочевал в почти полностью пустую пачку сигарет, и теперь, вытащив его Кай некоторое время покрутил его в руках. — Нет, — пробормотал он. — Не сейчас, не сейчас… Сейчас нельзя… Терпи, придурок, сам на это пошел…

***

— Рэй, ты уверена? — Наой лениво покосился на сестру, поправляющую на себе платье-толстовку. — А что? — Ну, и здесь тоже бар есть, зачем тебе за кофе в кафе бежать? — Ну, может потому, что там кофе в два раза дешевле и в два раза вкусней? — Ценительница, блин. — Скорей, халявщица, — усмехнулся Ёго. — Будут неприятности — звони сейчас же. Окей? Нарей тяжело вздохнула, обернулась к парням. — Мне семнадцать. Не десять. Помните? Я выросла, за мной не надо таскаться и уж тем более заставлять постоянно за мной наблюдать. — Я бы не сказал, — хмыкнул Нао. — Нервная ты. Даже дома не ночуешь. — Мой дом — ее дом, — выступила на защиту подруги Кейт. Рэй благодарно улыбнулась. — Не ждите, — усмехается она. — Не для вас же кофе. И девушка, весело улыбнувшись, выскочила из гримерной. Сегодня с утра почему-то она проснулась в прекрасном настроении. Утром словно бы все стало ясно. Хотелось встретиться с ребятами. Хотелось встретиться с Каем и снова отблагодарить его. Издевайся он, не издевайся, но прошлой ночью он действительно ей помог. А если вспомнить, как обычно, переживает перед выходом на сцену Джи, то и поддержка в виде кофе им пригодится. Забегая в небольшое кафе, Рэй точно знала, что и кому следует взять. Заказа, конечно же, пришлось подождать, но вот она с семью стаканами в руках шагает через дорогу. Надо найти ребят, угостить их кофе. Просто хотелось сделать приятное… Тем более в день, когда все так напряжены. SID и NON столкнуться на одной сцене. И если уж говорить прямо, то Нарей чувствовала себя как меж двух огней. С одной стороны друзья, с другой друзья… Кто-то из них выиграет. Кто-то из них проиграет. И как, скажите, ей одновременно радоваться за одних и грустить за других? Она забежала через один из черных ходов обратно в помещение, пришлось поплутать по коридорам, прежде, чем она нашла дверь в гримерную ребят. Тихий стук. И вот, услышав отклик, девушка пихнула дверь и заглянула внутрь, тут же радостно улыбнувшись. — Привет! — выдала она, забегая в гримерную и тут же встречая хор голосов: — Рэй! Солнце мое, даже спрашивать не буду, что ты тут делаешь! — И не надо, Джи, я всего лишь стафф ваших конкурентов, — отозвалась девушка. -Я вам кофе принесла. — Кофе? — тут же оживился Лео. — Кофе-кофе-кофе? — Господи, ему кофе нельзя, а то как белка из мультика станет, — вздохнул Джун, когда его брат выбрал себе стакан и на радостях чмокнул Рэй в щечку. — Он итак, — пробормотала Най, что сидела, уткнувшись в ноутбук даже сейчас, перед началом концерта. Видя ее напряжение, Рэй сама подошла к девушке и сунула ей кофе под нос. Най пару раз удивленно моргнула, подняла взгляд, благодарно улыбнулась Нарей. — Переживаете? — все продолжала улыбаться Рэй, раздав кофе Джуну, Рэдо и Джи. — Можно и так сказать, — вздыхает Энги. — У нас только один перед концертами бодрячком. Камень был брошен в огород Рэдо, парень оторвался от гитары, усмехнулся. — А что, завидуешь? — Конечно завидую! Мне ж не размяться так же, как и тебе! Барабаны не притащить сюда! Только железо! — По нему и стучи. А лучше по голове Лео, чтобы не читал такой фигни, — усмехается Джун, на чьих коленях Джи до сих пор и валялась, и тут же получает барабанной палочкой под ребра. — Какой фигни? — усмехнулась Рэй, и уж точно не ожидала такой реакции. Рэдо и Джун обреченно застонали, всем своим видом показывая, что не хотят об этом говорить, Джи почему-то снова захихикала, а Лео сейчас же продолжил возмущаться. — Рэй! Я живу с не толерантными людьми! — Это в каком смысле? — Он нашел слеш-фанфики на всю эту гоп-компанию, — пробормотала Най, все так же не отрываясь от экрана ноута. — А эти возмущаются, что про них пишут. Хотя чего вы ожидали? Когда группа на восемьдесят… Най осеклась. Подняв голову, она покосилась на Энги в узких рваных джинсах, грубых ботинках, и в широкой футболке, вздохнула и продолжила: — Когда группа на девяносто процентов состоит из красивых свободных парней, фанатские истории просто неизбежны. Лучше бы радовались, что автор неплохой, грамотный. — Что за автор хоть? — Да какой-то Ginger*, — отозвалась Най, подняв на подругу взгляд. — Рэй, ты чего застыла? Рэй вздрогнула. На ее губах расцвела немного нервная улыбка. — А. Джинджер, значит, — отозвалась она. — Ну, читайте, читайте. Удачи. А после девушка опустила взгляд. И именно тогда она осознала, что в ее руках остались два стаканчика кофе. Один ее. А вот второй… — Эм, ребят? А где Кай? Я видела его в коридоре еще когда мы пришли. Ответа пришлось подождать, и Рэй заметила, как переглянулись ребята. — И правда, — удивленно выдала Энги. — Он ушел курить… Полчаса назад. — В среднем одна сигарета выкуривается за пять минут, — хмыкает Лео. — Шести штук за раз ему что, не достаточно? — Он что, еще не вернулся? — Най подняла взгляд. — Вот теперь ваш саундчек точно близко, где он? — Вы что, серьезно не заметили его пропажи? — изогнув брови, поинтересовалась Нарей. — Ну… Кай такой… Делает, что хочется, исчезает, насколько хочет. Привыкли, — нервно усмехается Энги. — Поискать его, что ли?.. Авось не подох где-нить в уголочке от никотина. Ребята засуетились. Даже Рэй, что только пришла, была несколько такому удивлена. Молчали только двое… Рэдо, что сидел на полу с гитарой, и Джун. — Я пожалуй пойду поищу его. Басист поднялся с места, из-за чего Энги недовольно что-то забормотала, ведь лишившись подушки в виде его коленей, ей пришлось сесть. А Джун, проходя мимо Рэй, привычным жестом взлохматил ее волосы, чему рыжая уже совершенно не удивлялась, и, перед выходом кинул взгляд на Рэдо. Он встретился с его взглядом. Тихо фыркнул. И вот дверь за ним закрылась. Здание клуба было действительно большим. Огромное количество коридоров, несколько гримерок, различных подсобок, черных ход, выход в закрытый двор, парадный вход. Всего дочерта много. И где-то здесь надо найти Кая. Варианты, куда мог пойти блондин, у Джуна были. Туалет, черный ход, ангар, все это он осмотрел. Вот только Кая так и не нашел. Бессмысленное блуждание по коридорам его не впечатляло. Может, Кай и вовсе в магазин вышел, а он тут гоняет, ищет его. Но что-то Джуну не давало покоя. Что-то орало в голове о том, что ему срочно надо найти друга. Что что-то может пойти не так. И Джун терпеть это чувство не мог… оно могло оказаться ложным, могло оказаться правдивым, но в обоих случаях оставляло за собой неприятный осадок, от которого еще долго не избавишься. И даже тогда, когда в конце темного коридора Джун увидел чью-то сидящую на полу фигуру, он не смог спокойно выдохнуть. Это был Кай, без сомнений. Вот только неужели он уже полчаса сидит тут? На полу? Почему? — Эй, Кай! Блондин крупно вздрагивает, резко поднимает голову, и по его виду можно было понять, что появления друга вокалист не ожидал и даже несколько испугался внезапно нарушившего его покой громкого голоса. — А, Джун, — наконец, отозвался он, протерев рукой глаза. — Что случилось? И от Джуна не укрылось то, как что-то блеснуло в руке блондина, и тот поспешно спрятал руку в карман. Парень хмурится. Подойдя ближе, он присел перед Каем, внимательно его оглядев. — Тебя уже больше получаса нет, ты что, все это время тут просидел? — А… — растерянно и хрипло отозвался блондин, и, вытащив вторую руку из кармана, взлохматил ей свои волосы и снова шумно выдохнул. — Наверное… Такой неопределенный ответ заставил Джуна еще сильнее нахмуриться, недоуменно уставиться на друга. — С тобой все окей? — Да, да… — и Кай с трудом выдавил из себя улыбку. — Просто нервничаю. — Ты? Нервничаешь? Кай, это точно ты? Блондин улыбнулся, покачал головой. — В прошлый раз три года назад именно я все запорол. Не хотелось бы так же. Чего искал то? — Саундчек скоро, идем, — Джун поднялся с пола, подал Каю руку, и блондин, поднявшись следом, отряхнул джинсы от пыли. — Могли бы позвонить. — Могли бы, если бы ты телефон не оставил, — фыркнул басист, на что Кай растерянно пожал плечами и, сунув руки в карманы, зашагал по коридору. Вот только Джун так и остался стоять, глядя куда-то в пустоту. — Эй, Кай, — внезапно позвал он, и блондин остановился. — Рэдо… тебе ничего не говорил? — Что? О чем ты? Джун ответил не сразу. Несколько секунд он о чем-то думал, спиной чувствуя удивленный взгляд, но после мотнул головой. — Не, забудь, — бросил он, развернувшись и зашагав за блондином в гримерную. Когда они вернулись в помещение, Рэй там уже не было. Ребята попивали кофе, что-то обсуждали, лениво собирались на саундчек. Когда Кай появился на пороге, ребята заметно оживились. — Блонди, ты куда исчез, заблудился? — улыбнулась Джи. — Готов к саундчеку? — Готов, — успокоил подругу блондин, прошагал к своему рюкзаку, чтобы достать белый пиджак-безрукавку и надеть шляпу. Прихватив свои инструменты, ребята выбрались за кулисы. Работа за сценой кипела. Шла отладка оборудования, уборка в зале, подготовка к приходу двух, трех, а то и четырех тысяч человек. На сцене уже стояли их конкуренты. Небезызвестные SID, правда в неполном составе. Отстраивалось звучание барабанной установки для Наоя. Завидев Джи, он радостно махнул ей рукой. — Эй-эй! Энги-кун! Ты умеешь на кардане*?! — Спрашивает! Я тут не ручки размять пришла! — Отлично! Солнце мое, Джи, одолжи, я свой угробил! — Без проблем! — усмехается девушка, разворачивает спиной одно из своих вьючных животных — Джуна, достает кардан из чехла и бодро шагает к Наою. — Мда, — тихо заметила Най. — Суровая конкуренция не для вас. Черт подери, связь тут не ловит… Я пойду, выйду к черному ходу. Рэдо и Лео кивнули девушке, проводили ее взглядом, вновь уставились на сцену, где Джи помогала Наою установить кардан. Чуть поодаль отстраивали гитары Ёго и Кейт, а рядом с Ёго на подставке стояла красивая бас-гитара Нэнси. И ведь на сцене не было только ее… — Она не собирается микрофон настраивать? — хмыкнул Лео. — Да черт ее знает, — Рэдо пожал плечами. — Нэнси, она такая… Слушай болтовню друзей рядом, Джун продолжал оглядывать сцену. Это был один из самых больших клубов в городе. Он вмещал в себя до пяти тысяч человек, и сейчас, на этот концерт, клуб будет практически целиком заполнен. В этом Джун не сомневался. А если учесть то, что сегодня на их соревнование с SIDами был приглашен еще и разогрев, то это должно быть поистине великолепным зрелищем. И от одного лишь предвкушения подгибались колени. Можно сказать, Джун понимал Кая, когда тот сказал, что переживает. Но впервые он видел Кая настолько сбитым с толку. Кай даже не смотрел на сцену. Его взгляд был направлен куда-то в пол, он стоял, скрестив руки на груди, и, если присмотреться, было видно, как дрожат его руки каждый раз, как он тянется убрать лезущие в глаза волосы или поправить шляпу. Кай никогда так не переживал. Никогда прежде не волновался так сильно. А потому это слишком сильно напрягало Джуна… — Эй, что встали? — Джи помахала им со сцены. — Наша очередь, ноги в руки! Кай словно бы очнулся от ее крика. Шумно сглотнул, сделал шаг на сцену, за ним и его друзья. Энги уселась за уже отстроенные Наоем барабаны. Дружелюбие Нао не знало границ, а потому за использование кардана он с радостью предложил играть на его железе. Осталось только поменять рабочий барабан, а потому забот у Энги было немного. А вот ребятам пришлось повозиться, настраивая гитары. Сидя за барабанами, Джи с неким удовольствием и восхищением наблюдала за своими друзьями. Она смотрела, как Джун быстро и умело проверяет звучание струн, как разминает руки Рэдо, чтобы не дай бог не потянуть кисти во время соло партии, видела как Лео с заклеенными пластырями пальцами мучается со струнами. Ему больно, стертые в кровь пальцы еще не превратились в твердые мозоли, но он все равно радостно улыбается и что-то вещает звуковику. А еще Энги видела Кая, что с микрофоном в руках присел на край сцены. Странно себя ведет их блондинка. Тихий какой-то слишком. На него не похоже. И Джи понимала, что вряд ли это заметила только она. Поежившись от холода, царившего на сцене, Джи обняла себя руками. Видимо, брать с собой одну только майку было плохим решением. Конечно, когда она начнет играть, ей станет жарко, но явно не сейчас. Сейчас по всему телу бегали мурашки. Когда была закончена отстройка инструментов, ребятам позволили отыграть куплет песни, чтобы проверить звучание. Голос Кая едва заметно дрожал, но и это не могло оставить ребят в покое. Что творилось с их блондином никто не понимал, и потому ребята кидали друг на друга удивленные взгляды. Каю явно стоит где-то успокоиться и побыть одному. — Блонди, ты чего? Все окей? — Энги поймала его за сценой, тут же повесилась ему на шею, дабы тот не сбежал. — Может, у тебя болит чего? Ты какой-то бледный. На губах парня отразилась успокаивающая улыбка и он отстранил девушку от себя, похлопав по плечу. — Ты какая-то ледяная. Замерзла что ли? — А ты нет? Тут холодрыга дикая, — повелась на перевод темы черноволосая. — Мне жарко, — тихо отозвался блондин, и, усмехнувшись, стянул с себя пиджак, набросив его на плечи девушки. Его пиджак действительно был горячим, настолько, что Энги даже протянула руку ко лбу блондина, чтобы проверить, нет ли у него температуры. Но ее не было. Видимо, просто от волнения, но сейчас Джи была совершенно не против погреться в его пиджаке, пусть и безрукавом, поэтому, не вдевая в него руки, она в покрепче запахнула на себе полы, и даже не успела никак отреагировать, когда на голову опустилась шляпа. — Сиди грейся, — усмехается блондин. — А за меня не переживай. Я пойду во двор, там прохладней. И покурю. — Тебя что, не искать? — вздыхает барабанщица. — Ага. Себе же дороже. Приду к началу. И Кай, снова потянувшись к пачке сигарет, махнул ей рукой. Энги, насупившись, смотрела ему вслед, лишь сейчас осознав, как запросто Кай ушел от разговора о его самочувствии и волнении. — Вот же… блондинка, — пробормотала Энги ему вслед. — Ты что, замерзла? — и обернувшись, девушка уставилась на подошедшего к ней Рэдо. — Задубела просто, — грустно вздохнула Джи. — А этот куда намылился? — Курить и сидеть во дворике. Пускай, ему одному, кажется, побыть хочется. — Как обычно. Иди кофе пей, пока он совсем ледяным не стал. Грейся. — А сам ты куда? — тянет вслед красноволосому девушка. И Рэд, обернувшись, только пожал плечами. — Да я бы и сам воздухом подышать не прочь. Сказав так, Рэдо зашагал в сторону черного хода. Он знал, Кай пошел к выходу во двор, а значит там он будет лишним. Когда растешь вместе с лучшим другом с пеленок, когда он становится даже не другом, а братом, невозможно не запомнить таких простых вещей, как поведение в определенных ситуациях. И сейчас, когда Кай в таком состоянии, он бы пинком послал Рэдо куда подальше. Так что зря тратить время он не собирался. Скорее Кай поблагодарит за то, что его оставили в покое, чем скажет спасибо за лишние приставания. И сейчас Рэдо напрягала другая особа, поспешившая ретироваться… Ему не понадобилось долго блуждать по коридорам, чтобы найти черный ход. Чтобы увидеть хрупкую фигуру, что громко говорила с кем-то по телефону. В принципе, на этот голос он и шел… К девушке, что стояла в открытых, ведущих на улицу, дверях. — Да, я все прекрасно понимаю, — заявил этот голос. — А вот вы, кажется, не понимаете ничего! У вас есть выбор. Либо мы приходим и выступаем за обговоренный ранее гонорар, либо нет. Я еще раз вам повторяю. С нас выручка с билетов и процент по бару с приведенной фан-базы. Работать только за процент по бару мы не собираемся, или выступление с успехом пройдет у ваших конкурентов, с ними я договорюсь, не переживайте. Прекрасно! Нет, сорок процентов!.. Тридцать пять, согласны? Отлично. До свидания. Най, а именно ей принадлежал голос, повесила трубку. — Черт подери, совсем обнаглели!.. — прошипела она, рассеянно огляделась, зарылась пальчиками в короткие темные волосы. — Серьезно, ты когда-нибудь отдыхаешь? Голос Рэдо до того внезапно прозвучал за ее спиной, что Най чуть ли не подпрыгнула на месте, резко обернувшись и тут же уткнувшись взглядом в черную рубашку. Чтобы встретиться с парнем взглядом, ей пришлось поднять голову. Рэд стоял прямо перед ней, и подошел он настолько бесшумно, что Най и шороха не услышала. И сейчас, пару раз удивленно моргнув, Най опустила взгляд и недовольно пробормотала: — Бывает. Иногда. Рэдо усмехнулся. Скрестив руки на груди, он сделал шаг в сторону и прислонился плечом к дверному косяку, уставившись вдаль. — Пытаешься договориться о концерте? — Это моя работа. Надо же вам где-то выступать и получать уже хоть какие-то деньги. Ваш контракт, как-никак предполагает предоставление возможностей для развития и подготовки к записи полноценного альбома. Даже студию вон предоставили, чтоб за год с вас содрать денег побольше с продажи альбома… — Вот уж точно, — тихо хмыкнул красноволосый, а сам покосился на девушку. — Не очень лицеприятно ты отзываешься о собственном месте работы. Когда Най вновь вздрогнула и отвела взгляд, Рэдо с подозрением взглянул в ее сторону. — Я не впервые вижу тебя в не самом спокойном состоянии. Что-то случилось? Хоть Най и пыталась оставаться спокойной, ее мимика все равно ее выдавала. — Да нет, все в порядке, — начала было оправдываться она, но Рэдо отчего-то усмехнулся и просто продолжал следить и слушать абсолютно точно ложные слова. — Просто немного устала, да и переживаю, как бы все хорошо прошло. Отправив в сторону Рэдо еще пару фраз в свое оправдание, Най замолчала. Она чувствовала на себе этот взгляд. Взгляд его глаз, скрытых под черными склерами, из-за чего становилось даже немного жутко. Он усмехался. Он ждал. Словно бы испытывал ее одним лишь взглядом, этой тишиной. — Что, не веришь? — наконец, буркнула менеджер, покрутив в руках телефон. — Не-а. — И правильно… — Я знаю, — усмехается красноволосый. — Расскажешь? Снова молчание. И вновь Рэдо ждет. И пока ждет, оглядывает ее с ног до головы. Она выглядела, как обычно. Опять черное платье, простенькие балетки, из украшений простой браслет, идеально расчесанные и уложенные волосы. И пластырь на брови. Этот пластырь она еще долго не сможет снять. Надо же дать пирсингу зажить… — Да ты бесишь! — выдала, наконец, Най, и произнесено это было с таким отчаянием и таким недовольством, что Рэдо невольно пропустил смешок. — Ты взглядом людей можешь пытать, я тебе клянусь! — Учился у лучших мастеров. Так что? Раскроешь тайну? — Да нет никакой тайны, — тихо пробормотала Най. — Проблемы есть, тайны нет. — Какие? Най ухмыльнулась, устало взглянула на парня. — Серьезно полагаешь, что я вот прямо возьму и все тебе расскажу, Рэдо? Человеку, который меня в штыки воспринимал из-за моего непрофессионализма? — Ух ты, да ты мне не доверяешь. — А должна? — Да ты посмотри на меня, кому, как не мне? — С чувством юмора у тебя все в порядке. — Про мастеров я уже говорил? Най улыбнулась, устало покачала головой. Скрестив руки на груди, она уставилась вдаль, на проезжающие мимо машины. Начинался дождь. Тяжелые капли барабанили по козырьку над дверью, красили асфальт в темно-серый цвет. Люди, бегающие по улице, открывали зонты, а шум проезжающих машин словно бы становился громче и громче… А Най молчала. Смотрела вдаль и, кажется, думала о чем-то своем. — Знаешь, чтобы стать вашим менеджером, я поругалась с директором и поспорила с ним… Рэдо удивленно покосился на девушку. Хотел бы он присвистнуть и что-то съязвить, да вот только решил, что ситуация неподходящая. Однако, это несколько восхищало. Спор с директором? Да какой дурак так поступит? А Най вздохнула, обняла себя руками и, отведя в сторону взгляд, продолжила: — Он сказал, что если вы не подпишите контракт — меня уволят. Видимо, он не ожидал, что вы на это согласитесь. В общем, я поняла, что он довольно злопамятный человек. — Почему это? — Все просто, — Най нервно хмыкнула. — У него новое условие. Вы должны подняться до десятки в чарте. Вернее не так… Я должна сделать так, чтобы вы поднялись до десятки, это моя работа… Иначе меня уволят к чертям собачьим. Рэдо нахмурился. — Уволят? Им не кажется, что это немного не… — Не честно? Мир вообще не на честности построен, тем более, шоу-бизнес, Рэдо. Красноволосый хмыкнул. Отвел взгляд. Немного помолчав, он вновь взглянул на девушку. — И на каком же мы сейчас? — поинтересовался он, мгновенно поймав на себе чужой взгляд. Взгляд Най был до безумия странным. Одновременно насмешливым и совершенно потерянным. Она улыбнулась. Пожала плечами, а после, все же ответила, продолжая нервно и растерянно улыбаться. — На сорок седьмом.

***

Все разыгрались. Все настроились. А до концерта, тем не менее, оставалось еще целых полчаса. А если учесть время разогрева? Целый час? Нарей устало вздохнула. Время у нее еще было. Даже чудесное превращение никому не известной девушки в Нэнси при помощи косметики было отложено. Рэй вздохнула. Бесцельно бродить по коридорам или сидеть в гримерной ей не хотелось. Может хоть NON составят ей компанию? А то перед концертом SID никогда не были особо разговорчивыми. Именно с такими мыслями Рэй зашла в чужую гримерную, предварительно постучавшись. — Что-то вас мало, — рассеянно заметила она, обнаружив в гримерной только Рэдо и Най, совсем недавно вернувшихся с улицы, и Лео, что продолжал неотрывно сидеть в телефоне. — Куда остальных дели? С этими словами Рэй обвела взглядом гримерную. Странно. Кая тут так и не появилось. И даже его стаканчик кофе стоял там, куда девушка в прошлый раз его и поставила. — Джи за сценой тусуется. Джун тоже, вроде бы, хотя я не уверен… Может и вовсе в баре напивается, — усмехнулся Рэдо, и Рэй тяжело вздохнув, кивнула. — Унылые вы все, какие-то… Хоть пои вас кофе, хоть нет. Пончики в следующий раз притащить что ли? — Это что, подкуп? — улыбнулась Най, из-за чего Рэй тут же недовольно надулась. — Да ну в смысле подкуп? — обиженно протянула она. — Порадовать вас хотела… — Ну прости, прости, — примирительно улыбнулась Най. — Пончиков не надо. Хочешь печенья? И менеджер придвинула к краю стола пакетик с домашним шоколадным печеньем, собственноручно приготовленным заботливыми ручками Най и явно при использовании маховика времени, иначе не понятно, когда она успела. — Спасибо, — улыбнулась рыжая, выбирая себе печенье. — Я пойду Джи поищу. И девушка, махнув рукой, покинула гримерку. Она бы осталась в гримерной ребят. Да вот чувствовала себя рядом с Рэдо и Най немного неловко, как третья лишняя. Должен же хоть кто-то это чувство испытывать, если не спокойно засевший там Лео? До кулис Рэй добралась быстро. И Джи нашла так же быстро. Девушка стояла за сценой, и, честно говоря, если бы она не обернулась, то Рэй бы ее и не узнала. Она стояла, кутаясь в белый пиджак Кая, его же шляпу… — Господи, а я-то думаю, почему Кая нигде нет. Ты его съела? — усмехнулась Рэй, но ее тут же сгребли в охапку и крепко-крепко обняли. — Господи, Рэй, какая же ты теплая, — пробубнила Джи. — Горячая женщина. То, что надо, стой так. Чувствуя, как Джи бесстыдно засунула руки за воротник длинной толстовки Рэй, рыжая только вздохнула и покачала головой. — Тебе холодно? — Да вы что, издеваетесь? Тут такая холодрыга, а они удивляются! Я понятия не имею, как я стучать на сцене буду! Все палки в Джуна полетят, я окоченевшими руками их крепко держать не умею! — Это все потому, что у тебя одни кожа да кости, — послышался насмешливый голос, и Рэй, выглянув из-за плеча Джи, махнула рукой сидящему на ящике для аппаратуры Джуну. — Эти кожа да кости называется — красивая фигура, — фыркнула Энги. — Не то, что у тебя. — Правильно. У меня не красивая. У меня просто прекрасная. — Рэээй. Он меня бесит. Он меня обижает, — тут же протянула Энги. — Стукни его? Ну пожалуйста. По голове. — До головы не дотянусь. — Черт… Что ж ты мелкая-то такая. — Вот уж какой родилась, — усмехается Рэй. — Чего вы тут стоите, раз холодно? — Так интересно же! — отозвалась Энги. — А ты чего бесцельно бродишь? — Скучно. Все дела сделаны, Нэнси еще не надо красить… И все же… Где Кай? Как-то непривычно, что я до сих пор его не встретила. Энги ответила не сразу. Все так же обнимая подругу и грея руки под воротником ее толстовки, она задумчиво смотрела в пустоту. — Кай сегодня какой-то странный, — наконец, произнесла она. — Кажется, он очень нервничает перед выступлением. — Нервничает? Кай? Вы что с ним сделали? Джи пожимает плечами, качает головой. — Я тоже думала, что мы виноваты… Как в прошлый раз… Помнишь, он психанул… Из нас всех только ты догадалась пойти поговорить с ним, да еще и накричала на нас. Мелкая отважная рыжая. — Ну так конечно, если бы SID на меня так напали со всеми их проблемами, я бы тоже не выдержала. Так что на этот раз? — Да в том-то и дело, что ничего, — раздосадовано тянет Джи. — Боюсь, что с ним что-то не так, вот только никто не понимает, что происходит. Он сказал, чтобы его не искали, один побыть хочет, а значит нас всех точно пнет подальше, — заявила Энги, и, немного подумав, добавила. — А тебя не пнет. Сходи к нему, а?.. — Чего это он меня не пнет? — Это же Кай. И это ж ты. Все же логично! — туи же заявила двушка, отстранив от себя подругу и уставившись ей в глаза. — Сходи, а? Рэй, ну сходи? Я переживаю… Черт знает, чего он учудит. Это же Кай. — Ну это я поняла, — хмыкнула девушка, а сама отвела задумчивый взгляд, засунула руки в карманы платья. — Ну, хорошо. Только куда идти-то, а? — Он к выходу во двор пошел. Сходишь, да? — все никак не унималась Энги. — Да схожу, схожу. Иду я… Уходя, Рэй выглядела несколько растерянной. Правда Джи этого совершенно не замечала.Она чувствовала некое облегчение, отправляя Нарей к Каю. Честно говоря, она была на все сто процентов уверена, что от компании их рыжей Кай избавиться точно не сможет. Нарей просто невозможно прогнать, и не потому, что она была такой назойливой, даже напротив. Было в Рэй что-то такое… странное? Она оказывалась рядом и умудрялась так подстроиться, что и прогонять ее не хотелось. — Маленькое сооолнышко, — тянет Энги. — Зря ты ее отправила туда… Девушка удивленно оглянулась на Джуна. — Ничего ты не понимаешь, — фыркнула черноволосая, снова отвернувшись. — Да что ж за холодрыга… А Рэй тем временем выбежала в коридор за кулисами. Где выход во двор она знала, успела заметить. И теперь уверенным шагом направлялась туда. Вот только найдет ли она там Кая? То, что блондин переживает перед выступлением, казалось Нарей чем-то нереальным. На сцене он всегда выглядит так, словно всю ситуацию держит в собственных руках. На улице, в небольших клубах и барах, на больших площадках! Он выбегал к зрителям со счастливой улыбкой на лице… не может же всему этому предшествовать несколько часов настолько дикого волнения, что он даже пожелал остаться один? Рэй действительно не могла в это поверить. Не могла, но пришлось. В коридоре никого не было, поэтому Рэй, недолго думая, толкнула дверь во внутренний двор, куда обычно подъезжали машины для разгрузки аппаратуры. И только тогда она наконец увидела блондина… И именно тогда все ее сомнения словно бы улетучились. На улице было холодно, а Кай стоял у стены, прислонившись к ней спиной. И надета на нем была одна лишь черная рубашка без рукавов, а рукава-татуировки вряд ли грели. Сколько времени он провел тут, на улице, в такой легкой одежде, Нарей не знала, но она видела, как дрожат руки Кая, когда он подносит ко рту тлеющую сигарету. Облако серого дыма вырывается из его рта, растворяется где-то над головой, а он с наслаждением закрывает глаза и опускает руку, шумно вдыхает холодный уличный воздух. Рэй не могла найти слов, чтобы просто его окликнуть. Даже просто позвать по имени не могла. Сейчас, когда она увидела Кая, то что-то странно закололо в груди и в животе свернулся тугой ком. Вмиг захотелось снова поныть о том, что она совершенно запуталась в том, как именно она должна относиться к этому человеку, да вот не кому… Кай стоял тут. Перед ней. И глядя на его состояние Рэй понимала, что бежать уже некуда. Она просто не сможет этого сделать… А блондин так и продолжал стоять там, у стены. Очередной вдох уличного воздуха приятной прохладой разливался по всему телу. И этот холод успокаивал ноющую боль, пульсирующую по всему телу. Снова нервно затянувшись сигаретой и выдохнув серый дым, Кай запустил руку в карман и сжал между пальцев маленькую ампулу. «Терпи, терпи, — тихо повторял он самому себе, а по всему телу прошелся приступ дрожи из-за холода улицы. — Сам виноват, Кай. Это твой выбор. Главное, хорошо спеть, и все закончится…» Эти мысли вертелись в голове уже по десятому кругу. И снова холодный воздух в легких, снова его успокаивающее действие. Там, внутри клуба, дикая духота. Там кружится голова, а в ушах начинается дикий гул, туда нельзя возвращаться, пока не начнется концерт, и Кай отдавал себе в этом отчет. А все это чертово самочувствие. «Такой слабак, — снова всплывает в мыслях. — Даже не думай снова их подвести!..» Снова глубокий вздох. Кай задумчиво смотрит в небо, все затянутое облаками. От прошедшего несколько минут назад дождя его спасал козырек над дверью, но сейчас пришлось отойти подальше, чтобы выкурить уже третью по счету сигарету. Кай заметил ее сам прежде, чем Нарей смогла его окликнуть. Просто в какой-то момент он повернул голову, взглянул на нее своими синими глазами и, кажется, сам не сразу понял, кто именно стоит перед ним. Едва прочитав удивление в его глазах, Рэй поежилась от холода и махнула ему рукой, тут же крепко скрестив их на груди и двинувшись к Каю. — Хэй, — усмехнулся он хриплым голосом, когда девушка остановилась напротив него. — Сама рыжая и даже не пьяная? — Вот хотела с тобой нормально поговорить, и сразу что-то расхотелось, не подскажешь, почему? — усмехается Нарей, и Кай улыбнулся в ответ. В их словах не было ни толики злости. Никто из них не желал друг друга обидеть и оба это понимали. Просто «привет» друг другу они разучились говорить как нормальные люди. — Что ты тут делаешь? — Ну, я гример Нэнси, помнишь? — Не на улице же ты ее гримировать собралась. — Хотелось бы, да боюсь, она не оценит, — хмыкнула Рэй, а сама окинула Кая внимательным взглядом. — Брось, понимаешь же, почему я тут? — Джи, — пожимает плечами парень. — Переживает за меня? В ответ Нарей кивает. — Вот как… Как обычно, Джи всегда на взводе. Со мной все в порядке. — Да знаешь ли, не похоже, — Рэй глянула на парня. И действительно, ей так не казалось. Слишком странно он себя вел. Хотя, если послушать его слова, то вот в общении странностей совершенно никаких. — Вот как, — усмехается блондин. — Значит, и ты переживаешь? Взгляд, что бросила на него Рэй, принес Каю скорее наслаждение, чем как-то задел. Опять одновременно недовольный, и в то же время с толикой смущения. В этом вся Рэй. Как бы она не старалась, все ее чувства буквально лезут наружу. Даже улыбку, и ту она временами не может сдержать, хотя очень пытается. Кай и это заметил… — Зачем ты тут стоишь? — М? — Тут холодно. Ты стоишь в одной только рубашке. — Да. Потому что тут никого нет. На его губах отразилась задумчивая улыбка, но Рэй отчего-то покачала головой и отвела взгляд. — Раз так, придется тебе потерпеть мою компанию. Кай немного недоуменно нахмурился, а Рэй, усмехнувшись, вновь крепко обняла себя руками. — Ребята переживают. Говорят, ведешь себя странно. — И они нажаловались тебе? — Ага. Джи решила, что от моей компании ты не сможешь отделаться. Так что, я твой вражеский шпион. — Шпионы обычно выясняют важную информацию… — задумчиво произнес Кай. — И что же? Думаешь, я на это неспособна? — хмыкает рыжая. — Может, скажешь, что с тобой случилось? От ее слов Кай хмурится еще сильнее. Вытащив руку из кармана, он потянулся к зажатой во второй руке пачке сигарет. Вот только не успел. Чужие тонкие пальцы внезапно перехватили его руку, и блондин удивленно уставился на Нарей, что обеими ручками крепко сжала его пальцы. — Ледяной, — тихо шепнула она, не отпуская руку, подняла на него взгляд. — Боже мой, неужели ты сам не понимаешь, как замерз?.. Кай, на улице не лето… Она произнесла эти слова глядя ему в глаза с искренним непониманием, недоумением, переживанием. И все эти эмоции на ее лице были настолько неподдельными, что блондин даже несколько растерялся. Да, его руки были ледяными… А вот ее казались обжигающе горячими. Настолько горячими, что от ее пальцев тепло словно бы разливалась по кисти руки дальше, к локтю, плечу. И впервые за долгие-долгие минуты, проведенные на улице в одной рубашке, Кай действительно ощутил разницу температур… — А еще они трясутся, — тихо добавила Рэй, и блондин, вздохнув, осторожно отнял свою руку из ее рук, запрятал в карман. — Ничего страшного, Рэй. Я просто мало спал. — Завязывай с этим, — пробормотала девушка. — Послушай, Кай. Тебе надо в помещение. — Черта с два. Кай сам удивился от того, насколько грубо прозвучал его голос. Так, словно бы одной фразой он вмиг пожелал отделаться от всех расспросов. Да еще и этот удивленный взгляд Рэй. — Прости, — куда мягче произнес блондин. — Я не пойду. Меня колотит от духоты, я задыхаюсь там, здесь гораздо лучше. — Лучше?.. О чем ты, Кай? У тебя ногти синие, ты не видишь? Ты весь ледяной… Ты же вокалист, если ты заболеешь… — Все в норме. И Рэй хмурится. — Эй, — на этот раз уже ее голос звучал куда тверже. — Что за наплевательское отношение к собственному голосу? Ты чертов лидер группы, возьми на себя ответственность и иди отогреваться в помещение. Если ты заболеешь, у тебя пропадет голос, кто вместо тебя будет петь на сцене, ты об этом подумал? Стоит ли говорить, насколько ошарашенным выглядел Кай после этих слов? Он удивленно моргнул, оглядел девушку с ног до головы, наконец, тихо отозвался: — Вау. Ты и так умеешь?.. — Да черт подери… — изнеможенно выдохнула девушка. — Кай. Если ты не пойдешь, я… — Что ты? — и вновь голос Кая далек от мягкости, глядя за тщетными попытками Нарей уговорить его, он с неподдельным интересом в глазах усмехнулся. — Что ты, Рэй? — вновь произнес он, словив раздраженный взгляд девушки. — Я разве не ясно выразился? Рэй, ты же ни черта не знаешь… Послушай, если ты так боишься холода, то иди грейся. Хорошо? Я приду к началу разогрева. Если заболею — потрачу пару дней на лечение, в этом нет ничего криминального. — Что… — тихо шепнула девушка, тут же нахмурилась. — Ахренеть. Кай, я в шоке от тебя. Ты всегда так реагируешь на попытку помочь? Я тут не в игрушки играю, а переживаю, а ты?! На тебя смотреть страшно… — Помочь пришла? — усмехается блондин. Кай с вызовом взглянул на девушку. Признаться честно, ему это надоело. Дурацкие просьбы уйти с улицы, идти погреться… Они же ни черта не понимают! Ни черта… И Нарей не понимает. Это начинало злить, и эту злость становилось все трудней сдерживать. Кай хотел было сказать что-то еще, но вместо слов из горла вырвался кашель, ему пришлось отвернуться и закрыть рот рукой. Кашель больно рвал горло… Видимо, в этой схватке он, Кай, действительно на стороне упрямых глупцов. Стоит тут, не желает уходить с улицы, а сам… Когда Кай повернулся к Рэй, он ожидал увидеть ее надменный взгляд. Ожидал услышать слова наподобие «я же говорила». Это было бы самой обычной ситуацией, и блондин понимал это, даже морально приготовился, вот только, стоило ему повернуться, как он тут же столкнулся с обеспокоенным взволнованным взглядом. — Ну вот, — растерянно прошептала девушка. — Кашляешь. Ты что, серьезно думаешь, что сейчас поступаешь правильно? — Думаю, да, — несмотря ни на что, отозвался блондин. Мысль о том, что надо вернуться в это душное помещение, ему претила. Лучше уж померзнуть, вдыхая холодный воздух, приятными волнами растекающийся по всему телу, чем снова оказаться жарком душном помещении, где волнение охватывало бы с головой, усиливалась бы непонятная боль во всем теле… — Ну и идиот, — слышит он совсем усталые слова, усмехается. Наконец она уйдет, думал Кай. Наконец оставит его одного и он снова сможет закурить, держа сигарету в дрожащих руках, наконец получит новую дозу успокаивающего. Вот только Кай в очередной раз ошибся. Зря он не проследил за Нарей… Не увидел, как девушка, махнув рукой, сделала к нему шаг и вот ее тонкие горячие руки легли ему на спину, а теплая щека прижалась к плечу. Кай так и замер. Он не сразу понял, что произошло, но когда опустил глаза, то тут же уперся взглядом в рыжую-рыжую макушку. Ему сейчас кажется, или эта рыжая бестия действительно сейчас так сильно сжимает его в объятиях?.. — Рэй?.. — Джи сказала, что я теплая. Не хочешь идти в помещение — терпи. Поиграем в ролевые игры? Чур я — кофта. Заявление было из разряда тех, что Кая всегда искренне удивляли. Что не так с этой девчонкой? Он же только что так грубо с ней обращался, а она?.. А она взяла и обняла. Словно и правда переживала. Переживала, как никто другой… А Кай действительно был ледяным. Обними Нарей снеговика — ощущения не сильно бы отличались. Вот правда снеговик — предмет неодушевленный. А Кай… О если бы он только знал, какие мысли сейчас гуляют в голове Рэй: словно маленький человечек бегал в ее мыслях по кругу и орал самые громкие маты. Примерно на это было похоже ощущение смущения и неудобства, охватившие девушку. «Что ж ты делаешь, рыжая! Господи, вот ненормальная! Мозгов тебе напрокат побольше взять! Хоть на что-то полезное деньги потратишь, а не на сладкое!»… Однако, весь этот поток мыслей прервался в одну минуту. Холодная рука мягко опустилась на ее талию, а вторая легла на спину. Кай был все еще в некотором шоке, а потому действовал несмело. От ее объятий по всему телу и правда разливалось приятное тепло, расползающееся по каждой клеточке. Горячие руки лежали на его спине, горячая щека прижималась к плечу, горячая Рэй льнула к нему из-за собственного упрямства и попытки убедить в желании помочь. И вот Кай как-то рассеянно улыбается. Смелеет. В следующий момент он, все-таки, наклоняется чуть ниже к девушке, и вот его холодные руки крепко обнимают девушку в ответ. В его объятиях Рэй кажется совсем маленькой и хрупкой. Как живая фарфоровая кукла, которую страшно сломать, если сдавить еще чуть сильнее, но Кай, все же, решается, и еще чуть крепче прижимает девушку к себе. — Ладно, рыжая, — с доброй усмешкой шепчет он ей на ушко. — Выиграла. Извини. Рэй не отвечает. Краснея, она прячет лицо на его плече, все еще не понимая, как она могла так поступить. Это было совершенно необдуманное решение. Необдуманное в том смысле, что Рэй понятия не имела, что должна делать дальше. Вот так просто стоять? В его объятиях? Это смущало до ужаса, Рэй чувствовала себя неудобно. Вот только сказать об этом не могла. Продолжая обнимать Кая, она чувствовала, как его тонкие пальцы зарываются в ее рыжие волосы, мягко перебирают красивые вьющиеся пряди, и это действовало несколько успокаивающе. Бежать некуда. Выхода нет. Так Рэй думала, а потому и решение просто расслабиться в чужих руках, закрыв глаза, пришло мгновенно. Она слышала стук его сердца. Отчего-то непривычно быстрый, и были тому виной эти дурацкие объятия или волнение от предстоящего концерта, Нарей не знала и даже боялась задумываться… Безумно странное ощущение сейчас дарили чужие руки, крепко сомкнувшиеся за его спиной. Она обнимала его, а Кай замерзал. Чувствовал жар ее тела, и прохладный воздух улицы становился совсем ледяным, и Кай понимал это, вот только совершенно не желал отпускать ее, возвращаться в душное помещение. От рыжих волос приятно пахло чем-то сладким, в то время, как от него несло табаком. Этот запах, ее руки, даже ее присутствие оказывали странный эффект, и пусть не унималась странная боль, Кай обращал на это все меньше и меньше внимания. Исчезало даже это чертово волнение… — Эй, — спустя некоторое время ее голос нарушил тишину. — Может, все-таки, пойдем? Начало совсем скоро, Кай. — Еще пару минут, ладно? Эти слова он снова шепнул ей на ушко. И Рэй, прикусив изнутри губу, кивнула…

***

Пиджак и шляпа Кая прекрасно грели, а потому расставаться с ними Энги совершенно не спешила. Стоя за сценой, она наблюдала, как в зал заходят люди. Их становилось все больше и больше, у сцены уже не было свободного места. Гул разговоров, радостные выкрикивания, щелчки камер. Энги довольно улыбнулась, покачала головой. Начинали дрожать колени от предвкушения. Хотелось скорее выйти на сцену, скорее начать играть… — Эй, может, пойдешь погреешься? — Джун подошел ближе к девушке, закинув ей одну руку на плечо, но Энги только устала покачала головой. — Нет. Не хочу ничего пропустить. Смотри, даже SID в полном составе почти, и все тут. — Ты тут так долго за всем наблюдаешь, что даже Рэй умудрилась Кая с улицы вернуть двадцать минут назад. Я видел их, когда ходил переодеваться. Энги вздохнула, окинула себя взглядом. Надо все же было ей захватить свой пиджак. Теперь единственная надежда согреться во время игры. Хотя так оно и будет. Внезапно большая теплая рука мягко опустилась ей на лоб. Джи пару раз удивленно моргнула, покосилась на Джуна, а тот устало вздохнул. — Неа, даже температуры нет. Значит и все твои кожа, да кости. — Хочешь сказать, что весь я под сотку, то мне было бы тепло? — Ну, мне же тепло. — А ты весишь под… А, ну да… Девяносто килограмм живого веса, да? Джун, клянусь, если ты когда-нибудь хлопнешься в обморок, я не потащу тебя на своей спине. — Больно надо, — фыркнул басист. — Эй. Я там автомат видел, не хочешь чаю или кофе? Согреешься хоть. — А давай, — вздохнула девушка. — Второй кофе за день хуже не сделает. — Хорошо, я сейчас. Джи кивнула, а сама снова кинула взгляд вглубь зала, оглядела видимую ей часть толпы. — Джун, дурак. А спросить, какой кофе я люблю… — внезапно буркнула она, вспомнив, куда ушел басист, но эти мысли быстро испарились из ее головы, стоило ей увидеть за противоположными кулисами Нэнси, что подняла с подставки свой бас и присела на один из ящиков, проверяя звучание неподключенной гитары. Улыбнувшись, Джи махнула ей рукой, получив в ответ усмешку — как улыбнулись ярко-алые губы Энги увидела даже отсюда. Внутри все начинало сжиматься от волнения. Решающий тур. Сегодня, именно сегодня решится, кто из них должен победить. И Джи с ребятами уж точно не собирались отступать. Энги знала, что даже Кай, несмотря на свое странное состояние, сделает все, чтобы они были на высоте. Сомневаться в Кае не смел никто… хотя вот волноваться никто не запрещал. — Эй, — теплая рука коснулась ее плеча, и Энги ухмыльнулась. «Вспомнил-таки про вкус кофе!» — проплыло у нее в голове, и совершенно без задней мысли девушка обернулась, как она думала, к Джуну… В следующую секунду странный звук коснулся ее ушей. Словно бы кто-то нажал на распылитель баллончика, и Джи не успела отвернуться прежде, чем что-то едкое брызнуло ей на лицо, попало на губы, в нос, в глаза… глаза. Хватило четверти секунды, чтобы безумная боль заставила Энги зажмуриться, закрыть лицо руками, а из горла вырваться громкий крик, что тут же потонул в приступе сухого кашля. Попытка вдохнуть воздух — провал, новый приступ кашля, и Джи валится на колени, потеряв равновесие. Она не поняла, что произошло. Дикий запах заставлял кашлять вновь и вновь, глаза словно бы что-то разъедало и малейшая попытка их приоткрыть отзывалась дикой болью. Ничего сказать, ни подать какого-то звука, даже выкрикнуть что-то девушка не могла, потому что просто не переставала кашлять… — Энги! — чужой голос слышится приглушенно и отдаленно, словно бы из-под тощи воды. — Джи! Что случилось, Джи?! Чужие руки ловят ее за плечи, и Энги наощупь цепляется за чужую футболку, узнав голос Джуна. — Эй! Что тут происходит?! — слышатся чужие голоса. — Там парень с перцовкой!.. — выкрикивает кто-то другой. — Ловите его, живо! — Эй ты! Стой! — Джи! — голос басиста прорывается через чужие крики и ее беспрерывный кашель. — Энги, ты можешь открыть глаза? Но она не могла. Более того, не могла даже ответить… — Джун? Что случилось?! — голос Кая Энги узнала с трудом. — Почему тут так перцовкой воняет? — Кай, воды, быстро! Кажется, ей попало в глаза! Блондин ошарашенно глянул на своего басиста и барабанщицу, что даже не могла подняться с пола, стиснул кулаки и, ни секунды не думая, рванул в гримерку, но по пути его кто-то остановил. — Эй, я видел, что случилось! И в темноте закулисья блондин с трудом узнал взволнованное лицо Наоя. — У меня есть вода, — он тут же сунул в руку Каю бутылку, и рванул за ним обратно, к уже собравшимся вокруг Джи и Джуна нескольким людям — работникам сцены. — Кто-то брызнул ей в лицо перцовкой, я не видел, кто это был… — Какого дьявола?! — только и прошипел Кай, и, быстро сев на колени перед Джи, открыл бутылку. — Джи, попей. — Надо глаза промыть! — рявкнул Джун, но Кай отстранил его руки. — Нет, будет только хуже, надо остановить кашель, Джи, — и Кай сунул бутылку ей в руку. С трудом девушка прижалась губами к горлышку, сделала один глоток, но снова закашлялась и, наконец, с хрипом втянула воздух. — Черт, если ее отсюда не увести, ничего не изменится, — прорычал Джун, уже сам чувствуя, как от запаха слезятся глаза, и приступ кашля поступает и к его горлу. Кай кивает, прикрывая лицо краем рубашки, и Джун, больше ничего не дожидаясь, рывком поднимает Энги на руки и быстро шагает к выходу из-за сцены. — Пошли отсюда, — Наой хлопает Кая по плечу, тащит к выходу и его, слышит, как и Кай начинает кашлять. Когда они оказались в коридоре, Кай остановился у стены и громко откашлялся, закрывая рот кулаком. Перцовка жгла глаза и горло, и блондин боялся даже подумать, каково сейчас Джи, если даже ему становится плохо. — Эй, друг, как ты? — взволнованно произнес Нао, потрепав парня по плечу. — Нормально, но Джи… — Эй! — громкий голос прервал фразу блондина, и, едва услышав стук каблуков по коридору, оба парня оглянулись к шагающей к ним девушке. — Эй, что случилось?! Что это было?! Кай немного удивленно взглянул на саму Нэнси, что быстро подошла к ним и взволнованно взглянула на Наоя и Кая. — Перцовку разбрызгали в лицо Энги… — Энги?.. Как? Кто? — переспросила вокалистка, недоуменно уставившись на Кая, а после она совсем тихо и вкрадчиво произнесла. — Но… Как же она будет играть?..