We are the stars - книга 4

Джун проследил за тем, как Лео и Лили зашли в ресторан, как за ними закрылась дверь. Признаться честно, он бы дождался, когда увидит их на террасе… Идти в клуб ему не хотелось. Было стыдно признаться самому себе, что он банально боится это сделать. Что могло пойти не так?.. Этой ночью он мог разрушить жизни двоих людей, разрушить отношения его и брата с собственной матерью… Но мог сделать двоих людей счастливее, чем они есть сейчас. Наверное, лишь эта мысль заставила его двинуться к клубу. У входа столпились десятки журналистов с камерами, микрофонами, не меньше сотни-другой фанатов. День рождения Тайро для тихого района стал весьма громким событием. У черного хода фанатов было не меньше, а может даже и больше, но Джун обязан был пробраться в клуб, тем более, он был приглашен. — Алло. Кай? А, это ты, Рэд, — парень приложил телефон к уху. — Еле дозвонился. Да, я уже здесь. Хорошо, жду. Засунув телефон обратно в карман, Джун начал протискиваться сквозь толпу. Это оказалось не так уж и сложно сделать для человека его комплекции, единственной преградой были два охранника и цепь, натянутая перед входом, но и это перестало быть проблемой, как только Рэдо появился у входа. — Он со мной, — сообщил он охране, и те, кивнув, пропустили Джуна внутрь. — Привет, — он поздоровался с другом, и от Рэдо не укрылось, как взволнованно и напряженно звучал его голос. — Чего это ты берешь телефон Кая? — Он занят, — пожимает плечами он в ответ. — Занят? Чем, господи, не может же здесь быть пары десятков доступных девушек? — Нет, конечно. Но здесь есть Най… — пробормотал красноволосый в ответ, и Джун заметил, что говорил это Рэд очень недовольным голосом. — Она утащила его налаживать связи, как лидера группы. Можешь себе представить, сколько здесь известных людей, что способны нам помочь раскрутиться? — Могу, — усмехается парень, и, едва они входят в шумный зал, Джуну приходится заметно повысить голос. — А ты этим не очень доволен, я погляжу? Рэдо взглянул на друга весьма выразительным взглядом, насколько это вообще было возможно из-за черных склер. — Тому, что у нас появилась шикарная возможность стать известными музыкантами — рад. Тому, что Най работает даже сейчас — нет. Джун усмехнулся. Похлопав друга по плечу, он лишь покачал головой: — Терпи, чувак. Сам виноват, мог быть, как мы, — и Джун, улыбнувшись, огляделся по сторонам, чтобы отыскать Криса или сразу самого Тайро. — А я пошел. — Ага, мог бы! — вслед ему кинул Рэдо. — Только я поприличнее некоторых буду! — Скучный ты! — послышалось из толпы, и на этом их общение на данный момент прервалось. Клуб, снятый для празднования дня рождения, был битком забит людьми от двадцати до пятидесяти лет. Играла хорошая годная музыка, явно подобранная на вкус именинника, но вот все эти люди… Не могло такое количество людей быть друзьями Тайро. Это было обычное светское мероприятие, на которое принято приглашать известных людей, и если Тайро это не доставляло особого удовольствия, то все остальные были вполне счастливы побывать на таком мероприятии. Первым из толпы людей на глаза Джуна попал все-таки Крис. Тот заметил и Джуна, помахал ему рукой, но стоило Джуну подобраться ближе, как он, понизив голос, кивнул в сторону дверей к черной лестнице. — Привет, Джун. Этот, как я и думал, постоянно сбегает курить. Тебе туда. Джун благодарно кивнул, вот только то, что теперь снова надо огибать веселящихся людей его абсолютно не обрадовало. Это отсрочивало неизбежное… Дверь на лестницу поддалась с трудом, открылась с тихим скрипом, и в нос тут же ударил горький запах крепких сигарет, а глаза, уже привыкшие к тусклому освещению клуба, снова привыкали к спокойному свету уличных фонарей, падающих на лестницу через небольшие окна. Тайро заметил Джуна не сразу. Он сидел на ступенях с телефоном в руке и сигаретой в зубах, сперва даже решил, что это Крис пришел тащить его обратно, но появившийся на лестнице Джун вызвал у мужчины куда более приятные эмоции. — А, Джун! — грубым голосом отозвался он, широко улыбнувшись. — Ты, все-таки, здесь. А я-то решил, что чем-то успел тебя обидеть. Твои друзья здесь, а ты с братом нет. — Добрый вечер, — Джун усмехнулся в ответ. — У меня просто были некоторые неотложные дела. Приехал, как смог. — Очень хорошо, — Тайро кивнул. — Ну, и как тебе это безобразие? Мой день рождения, а я тут даже почти никого не знаю. И зачем оно, спрашивается… Мужчина раздосадовано вздохнул, хотел было достать из пачки еще одну сигарету, но, подумав, сперва предложил Джуну: — Ты же, вроде, куришь? — Нет, спасибо, — парень сел на ступени лестницы, чуть ниже самого мужчины, прислонился спиной к стене. — И вам сейчас курить не советую. — Это еще почему же? — закусив сигарету, Тайро, что к этому моменту уже поднес зажигалку к лицу, остановился. — Потому что сейчас вам придется выйти отсюда. — Ну твою же мать, а, — снова с досадой в голосе ругается мужчина и цокает языком. — Крис тебя подослал! Гаденыш, хочет, чтобы я в зале торчал. — Нет, не Крис, — с задумчивой усмешкой в голосе прерывает гитариста Джун. — Я хотел попросить вас пойти со мной. У вас день рождения. Я не мог не приготовить подарок. К слову, из-за подарка я и приехал позже. — Подарок? — мужчина удивленно изогнул брови. — Джун, я тебя умоляю, я же просил… У меня есть все, что мне нужно, не стоило тратиться, чтобы мне угодить. — Я и не тратился, — пожимает плечами Джун. — Не потратил ни гроша. Но сюрприз ко дню рождения, все же, привез. Так что, будьте так добры. Пойдемте. Тайро недоверчиво нахмурился. — Ну пойдем, — тихо хмыкнул он, поднимаясь со ступеней, но стоило Джуну подойти к дверям, как Тайро тут же его остановил. — Не туда. Там кошмар. Спустимся тут, — мужчина зашагал вниз. — Черный ход? Там ваши фанаты стоят, — догоняя его, сообщил Джун, но Тайро только фыркнул. — Они стоят у черного хода для персонала. А есть выход с кухни. Его днем с огнем не сыщешь, а я активно этим пользуюсь, успел сгонять за пачкой сигарет, предыдущую Крис отобрал. — Тайро вновь широко улыбнулся, и вот они, спустившись с лестницы и миновав черный ход, вышли на кухню, где кипела работа, проскользнули мимо поваров и выбрались на узенькую улочку, а вернее, широкую щель между домами. Джун огляделся по сторонам. Он даже не сразу сообразил, где они оказались, но, когда понял, то быстро сообразил, как добраться до ресторана, чтобы остаться никем не замеченными. Шли они быстро. Тайро постоянно оглядывался по сторонам, а как только они добрались до ресторана, то тут же усмехнулся. — Ты же не кормить меня собрался? — Боюсь, что нет… — голос Джуна прозвучал как-то слишком напряженно. Парень мысленно выругался про себя. Выдавал себя с потрохами… Ему надо было быть спокойнее. Ему надо было хотя бы голосом не выдавать самого себя! Но чувство чудовищного волнения никак не давало покоя. Он едва взял себя в руки, когда они проходили мимо столиков, когда поднимались на второй этаж… — Знаешь, не будь я таким известным, то даже побоялся бы, что ты хочешь меня прикончить, — усмехнулся Тайро. — Но сейчас я думаю, что такие проблемы тебе совсем не нужны. В ответ все, что мог сделать Джун, — улыбнуться. Он его убивать не хотел. Скорее сам Тайро может пожелать прикончить его, Джуна. Но об этом парень предпочитал не думать. Второй этаж, пыльная и грязная лестница, площадка с дверью, ведущей на террасу. Тут они и остановились. Джун нахмурился. Сейчас уже не было пути назад. Он не мог развернуться и сбежать, он не мог соврать. Была лишь одна прозрачная дверь на пути к его цели. И скоро не станет даже ее. Обернувшись к Тайро, Джун взглянул в его глаза спокойным и немного усталым взглядом, и от этого Тайро даже как-то напрягся. — Я должен вам кое-что сказать, — спокойно произносит парень, замечая, каким странно-недоверчивым становится лицо музыканта, поэтому, Джун попытался натянуть на лицо улыбку. — То, что делаем мы с братом, мы делаем лишь ради нее и вас. Думаю, спустя столько времени, все это должно прийти хоть к какому-то финалу. Тайро нахмурился. — Парень, ты сейчас о чем? — грубым голосом поинтересовался он, все пытаясь понять, к чему Джун ведет, но тот, покачав головой, лишь отступил от двери. — Вам сюда. Снова недоверчивый и удивленный взгляд. Наверно, лишь безумное любопытство заставило Тайро сейчас сделать шаг к двери, чтобы сквозь стекло взглянуть на террасу… И сейчас же замереть. В этот миг Тайро показалось, что вокруг замерло все. И люди, и машины, и время, и даже его собственное сердце. Странно… Как же странно… Прошло столько лет! А ему все еще хватает одной лишь секунды, чтобы ее узнать. Узнать со спины. Ошарашенный, полный смятения взгляд был кинут на Джуна, но столкнулся Тайро с его уверенными глазами. — Ты… — на автомате шепчет он, даже не зная, что хотел сказать, но Джун сам прерывает его слова. — Я все знаю. Он произносит это спокойно и четко, глядя мужчине прямо в глаза, из-за чего тот становится еще более растерянным. — Я все знаю, и мы с вами об этом еще поговорим, — твердым голосом отзывается Джун. — Не вздумайте сейчас сбегать. У вас есть только один путь — на эту чертову террасу. — Но… — Либо вы идете туда, либо теряете свой единственный шанс. Если вы трусите, то я вас здесь не держу, — и Джун, тихо хмыкнув, отошел с дороги мужчины, освобождая тому путь на лестницу. Но Тайро не двинулся с места. Его взгляд вновь направлен за дверь, прикован к ее фигуре, а рука лишь благодаря дьявольскому усилию воли опускается на ручку двери. Он не сказал Джуну ни слова, когда делал шаг на улицу. Голова все еще была абсолютно пустой, а руки сами потянулись к сигаретам. Вдох. Глубокий и судорожный. Беловолосый парнишка, лишний на этой террасе, проходит мимо него. Выдох. Рваный и тяжелый. Губы зажимают сигарету, чиркает зажигалка, пламя, неровное и дрожащее, едва обжигает пальцы. И, наконец, вдох. Легкие наполняет серый дым, расползаясь по каждой клеточке тела, принося долгожданную дозу успокоительного его нервам. Но этого было недостаточно, Тайро знал. Выкури он сейчас хоть пачку сигарет разом, его сердце не стало бы биться спокойнее под взглядом этих серых глаз. Она стоит там, у перил, словно призрак из прошлого. Едва изменившаяся, словно прошло не двадцать три года, а от силы лет семь. Или просто он видит ее такой?.. Густые, почти абсолютно белые волосы отросли ниже талии, лицо затронуло время, нанеся тонкие морщинки под глазами, у бровей и губ. Но разве же он сам не изменился? В тот момент, когда их глаза встретились, в памяти день за днем проплыли все двадцать три года. Все дни. До единого. Он видел, Лили была абсолютно растеряна, сбита с толку, напугана, она потеряла дар речи, и, возможно, думала, что сходит с ума. А Тайро впервые за столько лет почувствовал злость. Злость, радость, непонимание, испуг, счастье, все эмоции ударили в голову, но внешне, выдыхая серый сигаретный дым, он был абсолютно спокоен. Только руки едва дрожали. Можно списать на холод. Не собираясь докуривать, он тушит сигарету о стену, кидает себе под ноги и перешагивает дымящийся окурок. Идет к ней. Идет с совершенно пустой головой. Он не знает, что должен сказать, чувствует себя не взрослым мужчиной, а мальчишкой! Но останавливается лишь тогда, когда его и Лили разделяет лишь жалкие сантиметров тридцать. И, остановившись, он смотрит на нее. Все та же Лили. Все такая же. Богатенькая девочка с большими серыми глазами, просто повзрослевшая, и только. А она не отводит от него взгляда. Не знает, куда смотреть, поэтому, не отрывает взгляда от его глаз, и чем сильнее ей кажется, что они полны безразличия, тем сильнее все сжимается внутри, а ком поднимается все выше в горле. — Тайро… — ее голос дрожит, но Лили первая нарушает тишину. Не веря своим глазам, она смотрит на него… Не может принять тот факт, что всего сорок минут назад она была у себя дома, а сейчас смотрит на человека, которого так безумно когда-то любила. — Тайро… — ее руки с силой сжимают край дорогого пальто. — Ты… Это правда ты?.. Едва услышав ее голос, Тайро решил, что зря потушил сигарету, поэтому, вновь достал из кармана пачку и закурил. Все это вместо ответа. Сколько же вопросов сейчас к ней было! Сколько же мыслей сейчас путалось в голове! И чем больше он об этом думает, тем сильнее растет чувство злости. Тем сильнее кажется, что голова не полнится мыслями, а пустеет. Он усмехнулся. — Радует. За двадцать лет ты не забыла мое имя. — Я никогда не забывала!.. — громко выдыхает Лили. — Я не забыла ни твое имя, ни тебя!.. — она, словно задыхаясь от переполняющих чувств и мыслей, снова громко шепчет. — Ты… Я думала, что больше никогда тебя не… — Не увидишь? — мужчина снова затягивается сигаретой. — Странно, и почему же я думал точно так же? Ах да, догадываюсь. Она кусает губу, а он выдыхает в воздух облако серого сигаретного дыма. Снова повисло молчание и в этой тишине они провели несколько долгих секунд, пряча взгляды и собираясь с мыслями. И снова Лили, опуская взгляд и перебирая пальцами край пальто, первая подает голос: — Как… Как твои дела? — Как дела? — словно не веря своим ушам, мужчина в недоумении уставился на нее. — Пф… Как дела, — он качает головой, выдавив из себя нервную улыбку, разведя руками. — Именно сейчас, именно в этот момент ты хочешь знать, как мои дела? — Да, — тихо отвечает она. — Хочу. — Хорошо, — он отзывается резко и раздраженно. — У меня все прекрасно. Я ответил на твой вопрос? Моя очередь. Из-за его слов Лили поджимает губы, но покорно ждет единственного вопроса. Конечно, она знает, что Тайро хочет спросить. И знает, что ответить… — Почему, Лили?.. — Не спрашивай, пожалуйста. — Не спрашивай?! — Тайро стиснул кулаки. — Не спрашивать, почему ты исчезла тогда?! Почему пропала, не сказав ни слова?! Ты… Ты хоть представляешь, что мне пришлось пережить, Лили?! Без тебя! Ты хоть понимаешь, что первый год я с большей охотой верил в твою смерть, чем в то, что ты просто ушла? А ты говоришь не спрашивать?! — Мне не за что извиняться! — выкрикнула Лили, уже не в состоянии сдерживать слезы, что быстро заскользили по щекам. Их пришлось наскоро стирать руками. — Не за что, — уже гораздо тише повторяет она. — Мне было так же больно!.. Она не будет просить прощения. Не за то, что сделала! Все это, все эти двадцать три года были для нее таким же адом! Но она выбрала испортить жизнь себе вместо того, чтобы портить четверым другим. Особенно Тайро. Особенно ему. Черт возьми, она взрослая женщина, спустя столько лет она точно отдает себе отчет в своих действиях! — И все равно считаешь себя не виноватой? — слышится его насмешливый голос. Снова Лили кивает, опустив голову. — И не поступила бы иначе, если бы могла вернуться назад? Кивок. Слезы застилают глаза и капают на холодный выстеленный брусчаткой пол. Она не помнила, когда плакала последний раз. Десять лет назад? Пятнадцать? — Ты даже не жалеешь? Очередной кивок. А о чем она может жалеть?.. Она ушла, и Тайро смог осуществить свою мечту. Смог стать тем, кем всегда мечтал, на кого всегда ровнялся. Разве же знала Лили, что он отдал бы все, послал бы все к чертям за возможность все эти годы жить вместе с ней в небольшой квартирке в Лондоне, растить сына. Или знала?.. — Уверена? Лили устала кивать. Но, тем не менее, повторяет этот простой жест, не в силах подать голос, и тогда его рука тушит зажженную сигарету, кидает куда-то в сторону и крепко ловит ее руку. Вздрагивая, она резко поднимает голову и сталкивается с его темно-карими глазами. Его лицо было слишком близко, он смотрел на нее так внимательно, что становилось не по себе… А он с усталой усмешкой тихо спросил: — И ты поэтому боишься взглянуть на меня? Ответа не последовало, но теперь Тайро хотя бы мог разглядеть ее лицо, все такое же красивое, все такие же большие серые глаза, покрасневшие от слез. Глаза, всегда выдающие ее с головой. — Да ты же ни черта не изменилась, Лили, — он улыбнулся, не сводя с нее взгляда. И чем дольше он с этой дурацкой улыбкой вглядывался в ее глаза, тем сильнее Лили хотелось реветь навзрыд, как маленькой девчонке, у которой отобрали самое дорогое и никак не хотели возвращать. Сколько бы она не кусала изнутри губу, чтобы отвлечься на боль, сколько бы не орала на себя в собственных мыслях, сейчас не помогало ничего. Ничего… Поэтому сейчас, перед ним, она не смогла сдержать собственных эмоций и слезы снова быстро заскользили по щекам. Как же она ненавидела этот его внимательный взгляд! И как же соскучилась за столько лет. — Я столько лет пытался тебя возненавидеть, — тихо произносит мужчина, и Лили чувствует, как его грубые пальцы осторожно стирают влагу с ее щек. — А вместо этого ненавидел все больше и больше себя, потому что не мог. Пожалуйста, скажи мне, что все это не зря… И женщина, крепко стиснув запястье его руки, замотала головой. Сорвалась: — Прости… Прости, пожалуйста, прости, — на одном дыхании шепчет она. — Я бы не ушла ни за что в жизни, никогда! Я ненавижу оправдываться! — Скажи, — едва слышно просит он, и, преодолевая крошечное расстояние, прислоняется лбом к ее лбу, умоляя собственное сердце не биться так громко, вдруг он не расслышит ее слова? — Мой отец не дал бы тебе, Крису и остальным ребятам нормально жить, если бы я не ушла! Он клялся в этом каждый день!.. Прости, я так хотела вернуться!.. Она шептала что-то еще вперемешку с извинениями, шептала, закрыв глаза и уже не пытаясь унять слезы, свободно скользящие по щекам, а когда оказалась в крепких объятиях, могла только всхлипывать, уткнувшись лицом в его плечо и крепко стискивая в кулаки его кожанку. Впервые за столько лет она, взрослая женщина, могла позволить себе просто плакать. Впервые за столько лет он, обнимая ее хрупкое тело, чувствовал, что теперь может быть счастливым, что теперь этим долгим годам терзания придет конец, и не важно, что будет дальше с ними обоими. Шли долгие минуты, слишком незаметные для них двоих. Сейчас все эти двадцать три года казались кошмарным сном, а все остальное — слишком родным и знакомым. Пальцы, перебирающие ее волосы, ее дыхание на плече. — И что теперь?.. — наконец, тихо спрашивает Лили, но в ответ слышит только усмешку. — Ну, завтра-послезавтра устроим разбор полетов. Если ты думаешь, что я не закачу скандал — очень ошибаешься. — Очень смешно, — фыркнула Лили, но, все равно кусая губу, со страхом спрашивает. — Прошло столько лет. Это слишком долгий срок, мы чужие люди, все так изменилось. Ты думаешь, что что-то может полу… — Заткнись, а? — вдруг со вздохом прерывает ее Тайро. — На какой по счету год ты стала занудой? — Но… — У меня, вообще-то, день рождения, — снова недовольно отзывается мужчина. — Сегодня надо исполнять мои просьбы. — Вот уж прости, что без подарка! — ворчит Лили где-то в районе его плеча, но в ответ он снова тихо смеется, и она внимательно слушает его смех: — Скажи спасибо своим детям. Ты — мой подарок.

***

Затягиваясь сигаретой и шагая по почти безлюдным ночным улицам к бару, Кай все никак не мог свести с нее взгляда. Он видел ее в просторных футболках, рубашках, толстовках, в совершенно бесформенной одежде, но… Но платье? Черное платье с декольте, облегающее стройную фигуру и ботильоны на высоком каблуке. Ради чего это рыжая надела платье?! Да еще и копна ее вечно растрепанных волос, беспорядочно вьющихся и вечно лезущих в глаза… Она их, черт подери, выпрямила! Уложила! А руки? Маникюр? Тонкий браслет вместо напульсников? Сколько времени она вообще потратила на то, чтобы выглядеть так обалденно?! Это не привычная Нарей, растрепанная, немного неряшливая, а потому чертовски милая. Даже ее плохое состояние сейчас почти ничего не выдавало, только слегка покрасневшие глаза, небольшая температура и пачка лекарств и носовых платочков в клатче. Это абсолютно другой человек из разряда тех, к кому в клубах и барах чаще всего пытаются подкатить. Это ради кого она так старалась? Ради Тайро?! Кай недовольно фыркнул и снова затянулся сигаретой. С другой стороны, конечно, ее можно понять. Когда еще попадешь на день рождения знаменитого музыканта, кумира? Однако, Кай сейчас испытывал максимально странные чувства. Красивые девушки Каю безумно нравились, как и любому другому нормальному парню, особенно, их нравилось раздевать… А вот эту наоборот, хотелось одеть. Пусть выглядела она далеко не вызывающе, на Нарей все равно хотелось надеть свою рубашку, застегнуть под горло и, по возможности, посадить в самый дальний угол клуба. И как это понимать вообще? Снова затяжка. Взгляда с рыжей он все так же не сводит, а та идет под руку с Джи и Най, выслушивает болтовню Энги… — Прости, ты что, пялишься на рыжую? — вдруг тихо интересуется чужой голос, и Кай, покосившись на Рэдо, в очередной раз хмыкнул и перевел взгляд на Рэй. — Тебе кажется. — О, ну да, конечно. Ты очень мрачный и ты не сводишь с нее взгляда. Вы поссорились опять? Когда умудрились? — Не ссорились, — все с тем же мрачным видом отвечает блондин и тушит сигарету. Встретились они в квартале от клуба, поэтому, сейчас они и шли к самому месту празднования, что уже показалось из-за поворота. Красноволосый недоуменно нахмурился, оглядел друга, снова посмотрел на девушек, снова на друга. — Кай. Лицо попроще сделай. — Да, да, — недовольно отмахнулся блондин. — Ты вместо того, чтобы за мной следить, лучше подумал бы, как нам через эту толпу пробираться. И Кай кивнул на огромное количество людей перед клубом. Сколько же народу там собралось… Журналисты, фанаты! И чем ближе ребята подходили, тем громче был их гул. Но ребята еще не знали, как громко способна орать толпа, когда на их глазах к клубу подъехал черный джип и из него вышли пятеро мужчин, направляясь ко входу. Охрана была здесь необходима хотя бы для того, чтобы сдерживать всю эту толпу, что мгновенно ринулась на музыкантов известной группы с камерами, микрофонами и желанием взять автографы. Компания тут же остановились. Встали они ровно напротив, через дорогу от всего этого зрелища. — Мне кажется, нам стоит подождать, — усмехнулась Джи, закидывая руку на плечо Рэй. — Зашибут и не заметят. Так бы оно и случилось. На них бы обратили ноль внимания, начни они сейчас пробираться через скандирующую толпу ко входу, да и вряд ли бы пробрались вообще, не будь у Charred Wings такого внимательного барабанщика. Это он, подписав очередную фотографию золотым маркером, заметил на другой стороне дороги пятерых молодых людей и, растянув губы в приветливой улыбке, махнул им рукой и пихнул Тайро локтем. — Эй, там твои любимчики почти в полном сборе, — сообщил он другу, кивая на ребят, и Тайро, отыскав их взглядом, в один момент забыл про раздачу автографов. — Эй! — он широко улыбнулся, махая им рукой. — Чего вы там встали, давайте сюда! — Кажется, это нам, — Джи улыбнулась в ответ и потянула Рэй и Най через дорогу, лишь через пару шагов оглянувшись на замерших Рэдо и Кая. — Эй, вы там. Потом охренеете от внимания кумиров. Руки в ноги и шагом марш, — заявила она приказным тоном, и только когда Рэдо и Кай сдвинулись с места, то продолжила пробираться через толпу. — Пропустите их, — слышался приказной тон Криса, охранники разгоняли толпу, а ребята чувствовали себя, мягко говоря неуютно. Столько взглядов, вспышки камер. Среди гомона толпы отчетливо вырывались их имена, название их группы. О, сколько же слухов поползет после этого случая! И Най это откровенно радовало. С лица менеджера не исчезала довольная улыбка. Какой же это шанс! Просто блеснуть на публике рядом с такими знаменитостями для ребят уже прекрасная возможность оказаться в журналах! Когда они подобрались к музыкантам, те наскоро поздоровались с ними и затянули всех пятерых внутрь клуба, подальше от всей этой толпы. — Я рад вас всех видеть! — едва оказавшись в сравнительной тишине холла, произнес Тайро. — А где Джун и Лео? — Они будут чуть позже, — улыбнулся в ответ Кай. — Просили передать, что готовят вам подарок. Мужчина тут же изменился в лице. — Я же говорил, что к чертям мне ничего не надо, — пробормотал он, стащив с себя косуху. — Что вы напрягались… — Не могли же без подарка заявиться, — улыбнулась Джи, а мужчина вздохнул. — Эх вы. Что ж, — он протянул косуху парню-гардеробщику. — Раздевайтесь, проходите. Вряд ли здесь будет весело, зато выпивка вся бесплатная, — усмехнулся он, обернулся к друзьям и тут же возмущенно прикрикнул. — Эй, Крис, девушка тебе в дочери годится! Отстань от нее! — Да пошел ты, изврат хренов, я помогаю леди! — искренне оскорбился Кристиан, помогая Рэй снять кожанку. Кай уставился на это действие, как на что-то безумное. Рэй вся чуть ли не светилась от счастья, знал бы Кай, каково ей было сейчас! Оказалась среди кумиров, да еще и получила знак внимания в свой адрес, пусть это и были простые манеры, без которых не оставили и двоих других девушек. Вот только на Джи и Най Кай не обращал такого внимания. — Пойдем, рыжая, — Джи подскочила к подруге. — Займем диванчики! — Идите, — Рэй улыбнулась. — Я задержусь на минутку. Энги удивленно взглянула на подругу. — Хорошо, — она пожала плечами. — Не напорись на гадости. — За одну минуту? — усмехнулась Рэй, но Джи в ответ лишь пожала плечами. — Ты-то можешь, — хмыкнула она и утащила друзей в зал. Когда холл опустел, Нарей тяжело вздохнула. Сжав в руке клатч, максимально неудобный, но подходящий к платью больше, чем старый потрепанный кожаный рюкзак, она подошла к зеркалу, придирчиво осмотрела себя и, порывшись в клатче, достала пачку таблеток, уставившись на них. Стоит ли принимать? Эти таблетки — обычное жаропонижающее. Вот только стоит ли его пить? Несмотря на то, что нашлись силы прийти сюда, все тело все равно изредка пробивал озноб, а голова болела. Помогут ли таблетки, которые Рэй с больше охотой смыла бы в унитаз? Да и стоит ли вообще принимать их, когда идешь в клуб с бесплатной выпивкой? Девушка задумчиво кусает губу. — И как долго ты будешь их гипнотизировать? От этого голоса она вздрогнула, уставилась в зеркало и, поймав взглядом чужое отражение, резко обернулась. Кай стоял за ее спиной, скрестив руки на груди. Удивленно наблюдал за действиями девушки. Кто бы сомневался… Куда уж он-то денется! Нарей в ответ тяжело вздохнула, покачала головой. — Я думала, что ты тоже ушел. — Ты очень невнимательная, — усмехнулся блондин. — Может, примешь уже, и мы пойдем? Девушка снова уставилась на таблетки. — Не знаю, — пробормотала она. — Это жаропонижающее. Стоит ли? Тем более, с ними нельзя пить. — Не примешь сейчас — примешь только через восемь часов после последнего коктейля, когда кровь очистится от алкоголя, — пожимает плечами Кай. — Пей. Нарей снова неуверенно смотрит на таблетки. — А потом я выпью что-то другое, не зная, что это алкоголь, — буркнула она. — И что будет? Вскинув брови, Кай оглядел девушку немного насмешливым взглядом, сделал к ней шаг и в очередной раз приложил пальцы ко лбу. — Температура. Пей. Я прослежу, чтобы не дай бог тебе не всунули что-то спиртное, идет? На Кая взглянули ее недоверчивые глаза. — Серьезно? — Клянусь, — усмехается блондин, и Рэй ничего не остается, как высыпать из пачки на руку таблетку, спрятать пачку в клатч и быстро проглотить жаропонижающее. Она недовольно скривилась от горечи, стоило бы запить, да вот до напитков еще стоит добраться. — Идем? — максимально несчастным голосом позвала девушка, кивнув в сторону зала, и уже даже сделала пару шагов. А Кай все это время продолжал молча за ней наблюдать. Как она откинула с плеч волосы, как все-таки улыбнулась ему, как шагнула к залу и как обернулась, когда он позвал ее по имени. — Что? — Рэй остановилась у порога в зал, взглянула в насмешливые глаза блондина, что даже не сдвинулся с места. Но он молчал. Первые несколько секунд, пока Рэй не заправила за ухо прядь волос, собираясь переспросить, зачем он ее позвал. И вот, улыбнувшись, он пожал плечами. — Ты сегодня очень красивая. Девушка удивленно вскинула брови. Кажется, подобных слов от Кая она совершенно не ожидала, даже несколько растерялась, а блондин с удовольствием наблюдал за ее реакцией. Как и думал. Растеряется. Смутится. Вот только он совершенно не ожидал, что на смену смущению быстро придет немного усталая усмешка. — Серьезно? Только сегодня? Кай удивленно замер. И вот его очередь становится несколько растерянным. Он пару раз быстро моргнул, удивленно оглядел Рэй. — Ну, нет, — замешкавшись, пробормотал он. — Всегда, просто… сегодня ты выглядишь совсем иначе и… Господи, у тебя что, с изменением внешности смелость появляется? — он хмурится, едва осознав, каким идиотом вдруг стал выглядеть, а Рэй в ответ тихо хихикает. — Как и любая девушка, — усмехается она и снова кивает на двери, скрываясь в полумраке просторного помещения. А тем временем, найдя прекрасное место, чтобы разместиться всей компанией, ребята уселись вокруг столика и принялись выбирать, что будут пить. Выбор был огромный, тем более, кто не любит халяву? Коктейли, дорогие высокоградусные напитки… Одна лишь Най не особо рассматривала меню. Так. Выбрала яблочный сок и принялась осматриваться. Вся эта тусовка выглядела бы точно так же, как и тусовка в обычном клубе, если бы не все эти люди… Простых смертных сюда не пускали. И у Най, как у менеджера, просто глаза разбегались. Известные музыканты, продюсеры, господи, кого здесь только не было! И тем было для нее хуже. Столько людей, знакомства в с которыми помогли бы ребятам в их карьере! И ни к одному Най не могла подойти. Причина была проста. Об этом узнает ее начальство. Как бы Най не горела желанием помочь друзьям, да и просто выполнять свою работу, ей мешали собственные работодатели. Она хотела друзей раскрутить. Компания хотела раскрутить их на деньги. Бесплатная запись альбома уже подорвала их бюджет, а что будет, если Най обзаведется еще десятком-другим связей?! Девушка тяжело вздохнула и проводила взглядом очередную шишку музыкальной индустрии, что сейчас как раз встал у барной стойки, болтая с Крисом. — Все в порядке? — слышится немного взволнованный голос, и Най обернулась, поймав на себе заинтересованный взгляд Рэдо. — А, да… — поспешила отозваться она. — Просто интересно, кто здесь из гостей, — с этими словами Най снова отвернулась к залу. Еще через минуту к столику присоединились задержавшиеся в холле Кай и рыжая, и стоило Най взглянуть на блондина, как внутри что-то сжалось. Каким же счастливым сейчас выглядел Кай!.. Как же беззаботно и радостно он сейчас улыбался! Как непринужденно начал болтовню с друзьями, а еще через минуту спросил у официанта о наличии горячего шоколада, явно не для себя. Каким же счастливым он должен чувствовать себя сейчас, здесь, став одним из тех, кого его же собственный кумир хотел бы видеть в свой день рождения! И ведь они здесь лишь благодаря тому, что три года назад этому ненормальному блондину в голову стукнула такая идея. Най все еще помнила слова Кая. Помнила причину, по которой он собирал группу, по которой он так упрямо продолжает карабкаться вперед. Его мечта — собирать стадионы. Выступить перед огромной толпой. И, казалось бы, мечта Кая вполне реальна и Най вполне может помочь ее осуществить, если бы не одно но. Огромное но. Если бы у Кая не было так мало времени. Никто не знает, когда это произойдет, никто не знает, когда выйдет срок годности его таланта. И в эту секунду Най поняла, и это осознание дрожью отозвалось в животе и перехватило дыхание: а что, если она упустит сегодня шанс приблизить его мечту? Их мечту! Что, если она, дорожа этой дурацкой работой, сейчас своими собственными руками сломает будущее единственных людей, что так ее ценили? Ее друзей! Кая, Джи, Джуна, Лео, Рэдо! Да даже Рэй, что болела за них всей душой! Най стиснула в руке стакан. Тянется время. Они о чем-то оживленно болтают, смеются, а время идет, идет, ускользает… Может ли она позволить себе сидеть и бездействовать, когда возможность выполнить долг менеджера прямо тут? Только руку протяни! Вернее, визитку. До боли сильно кусая губу изнутри, Най снова оглядывается на своих друзей. За их столиком царил уже привычный гул и смех. Тут не хватало Лео и Джуна, это, конечно, ощущалось, но даже впятером они чувствовали себя спокойно и весело. В голове Най раз за разом продолжал крутиться гомон толпы, когда вместе с известными Charred Wings они увидели набирающих популярность Now or Never, Най продолжала смотреть на улыбающегося Кая. И вот она, с силой стиснув стакан, резко опустила его на столик. На девушку разом удивленно уставились четверо ее друзей. — Най? Все в порядке? — Рэй взволнованно взглянула на девушку, но та только мотнула головой. — Я отойду на минуту, — пробормотала она и, встав, быстро зашагала в сторону уборных. Взбодриться. Привести мысли в чувства, чтобы вместо них в голову не лезла громкая музыка. Вот чего она хотела, и даже почти пробралась через всю эту толпу, пока ее кто-то не окликнул. Сперва Най и не поняла, что звали ее, но стоило ей оглянуться, как чужая рука обняла ее за плечи и девушка удивленно уставилась на высокого англичанина, в котором узнала барабанщика «Ch-W». — Ты же менеджер этих парней, а? — на английском произнес он, и Най, слава богу прекрасно знающая английский, заторможено кивнула. — Слушай, наш Тайро совсем свихнулся. Приказал нам, что если увидим тебя, ткнуть пальцем вот в того человека, — барабанщик так и сделал, указывая на стоящего у бара мужчину, что пил пиво и громко о чем-то болтал с другими гостями. — Этот парень замещал нашего роуди* в туре по Японии. Был гитарным техником. Мы слышали, на что ваш этот, фриковатый, способен, с таким гитарным техником они сработаются. Он нас безумно выручил, так что, его контакты вам очень могу пригодиться. Так, все. Поручение Тайро выполнил, плюшки от лидера получил. Пойду бухать. И мужчина, по-детски радостно улыбнувшись, махнул Най рукой и быстро зашагал к бару. А Най так и продолжала стоять среди толпы. Смотрела в сторону бара. Собирать роуди было чертовски рано. Но звучало это настолько соблазнительно!.. Смогут ли они потом найти хороших техников? Тем более, для Рэдо. Девушка кидает взгляд в сторону их столика, в очередной раз видит, как весело болтают ее друзья и… и крепко стискивает кулаки, быстро шагая к ним обратно. — Кай, — прозвучал ее громкий голос, и блондин чуть не подавился каким-то коктейлем от неожиданности. — Чего? — настороженно отозвался он, явно замечая, что Най не очень-то и веселая, на что та с каменным лицом заявила: — Руки в ноги и пахать. Отрабатывай звание лидера, — заявила приказным тоном она, но, понимая, что до Кая смысл ее слов не доходит, пояснила. — Здесь столько людей, которые могут нам помочь раскрутиться. Нужно, чтобы тебя они знали в лицо. Тем более, твою блондинистую шевелюру. Кай растерянно кивнул, оглянулся на друзей. — Что, сейчас?.. — Не зли меня, блондинка. — Ну… — немного растерянно отозвался он, снова покосившись на друзей и на кучу коктейлей на столике. — Не скучайте, что ли… Он виновато взглянул на рыжую. Против Най не попрешь, но надо скорее с этим разобраться. Он же обещал Рэй проследить, чтобы не дай бог она не спутала безалкогольные коктейли с чем-то алкогольным. А сам идет за Най… — Мы ненадолго, — улыбнувшись, кинул он, и, сняв с себя шляпу, опустил на голову Рэй и тут же зашагал за Най. Они вместе пробирались через людей к тому мужчине, роуди, и пусть Кай не понимал, куда его ведут, он полностью доверял Най, не выпускал ее из поля зрения, пока не услышал ее голос. — Кай, — не останавливаясь, позвала она, и блондин подался вперед, чтобы расслышать. — Они должны знать тебя в лицо и знать твои контакты. На случай, если больше не смогут связаться со мной…

***

Играла музыка, шумела толпа, на сцене клуба кто-то выступал. Пусть здесь и было жарко, Рэй пыталась не пить. Официанты тут разносили десятки всяких коктейлей, постоянно предлагали их одиноко сидящей на диванчике девушке. Да. Именно одиноко. Разбежались куда-то абсолютно все. Сначала ушли Кай и Най. Они оба периодически мелькали среди толпы, постоянно с кем-то разговаривая. Энги умотала пить в бар. Звала Рэй с собой, но так и не поняла, почему она отказалась, поэтому, утащила Рэдо, пообещав, что скоро они оба вернутся. Это «скоро» длилось уже двадцать минут. Рэй не обижалась, знала, что им сложно усидеть на месте, но среди этой толпы было… одиноко? Прибегал Лео. Он со взволнованной улыбкой на губах прикончил сто пятьдесят виски и тоже куда-то скрылся. Рэй снова осталась одна, и все, что ей оставалось — наблюдать за толпой и постоянно поправлять на голове белую шляпу. Шляпа Кая была ей велика. Как и та, что лежала у нее дома, как трофей с концерта. Рэй грустно вздохнула, в очередной раз выхватывая в толпе блондинистую шевелюру. Най тащила его дальше. Уже в который раз тяжело вздохнув, девушка покосилась на полный выпивки столик. Ничего тут брать не стоило. Если крепкие напитки она вполне могла отличить на вид и запах, то красиво украшенные разноцветные коктейли, привлекающие ее внимание… С ними-то дела обстояли сложнее. Девушка уткнулась в телефон. Зарядки оставалось все меньше и меньше, а среди этих людей было все скучнее и скучнее. Рэй все ждала, когда вернется хоть кто-нибудь из ее друзей. Да хоть Кай! В конце концов, он обещал проследить, а сам… В очередной раз Рэй отбрасывает в сторону желание обвинить кого-то в своем одиночестве. В конце концов, это не просто вечеринка, а возможность для ребят прославиться, к чему они так стремятся. Кому, как не ей, части SID, это понимать? Но в тот момент, когда Рэй снова уткнулась в телефон, снова со скукой пролистала прочитанные сообщения от Кейт, между ней и телефоном возникла большая белая кружка, полная вкусно пахнущего горячего напитка. Рэй не сразу поняла, что случилось, и еще больше запуталась, когда на лоб опустились теплые пальцы, проверяя, не выросла ли температура. Неужели Кай вернулся? Такими были первые мысли до тех пор, пока девушка не обернулась на севшего рядом парня. Это был не Кай. Кай все еще там, в толпе, можно сказать работает. Рядом сидел Джун. — Если ты кружку не возьмешь, то я ее уроню, — предупредил он. — Горячо. Рэй тут же схватила кружку обеими руками, бросив телефон на колени, и снова удивленно взглянула на Джуна, что облегченно вздохнул и достал из кармана пачку сигарет. Курить в клубе не запрещалось. — Температуры вроде нет… Выглядишь не очень. — Вот как, — хмыкнула девушка. — А Кай сказал обратное. — А ты его не о внешнем виде спроси, а о своем состоянии. Ты пей давай. Девушка снова уставилась в кружку. — Что это? Кофе? — Ага. Вдруг взбодрит, — парень пожимает плечами, а сам покручивает в руке сигарету. Ему хочется закурить. Прошло десять минут с тех пор, как он ушел с той террасы, оставив там мать и… отца? С этой мыслью он никак не мог смириться. А потому нервничал. А следовательно — курил. — Ты не против? — спохватился Джун, как только поджег сигарету. Рэй мотнула головой, а к столику подскочил официант, тут же поставив пепельницу, о которой басист и думать забыл. Вдохнув и выдохнув облако серого дыма, Джун стряхнул пепел и покосился на девушку. Только сейчас он, наконец, отвлекся от собственных мыслей и обратил внимание на то, что все это время рыжая сидела тут одна. — Где все? — хмурится он, а Рэй пожимает плечами, тихо отзываясь: — Рэд и Джи где-то среди толпы, пьют. Кай и Най налаживают вам связи. Лео тоже куда-то ускакал. Джун удивленно заморгал глазами. — А ты почему тут? — Деваться некуда, — созналась Рэй и снова покосилась на свою кружку. — Я скоро уйду… Если останусь дольше — потащите меня отсюда на руках. — Все-таки, плохо чувствуешь себя? Ты бы хоть приняла что-нибудь. — Я приняла, — успокаивающе улыбнулась рыжая, и снова кинула взгляд куда-то в толпу. — Жаропонижающее. — И пришла в рассадник бухлишка? — усмехается Джун, но сразу замечает, что Рэй только помрачнела. Она уставилась в сторону сцены, где стояли Най и Кай и о чем-то говорили с незнакомыми ей людьми. Най протягивала визитку, мило улыбалась, можно сказать, очаровывала одним видом. Кай стоял рядом. Включил режим своего красноречия, уж в этом они с Най оба были хороши… И Рэй, сощурив глаза, наконец, тихо отозвалась: — Кай обещал присмотреть. Джун нахмурился. Теперь он тоже смотрел в толпу, ища среди людей своих друзей, и когда это не удалось, он просто проследил за направлением взгляда Нарей. Рыжая неотрывно смотрела в сторону вокалиста и менеджера. Она покручивала кружку в руках, иногда делала глоток, но взгляда не сводила. Словно бы ждала, когда они оба оглянутся и вернутся к столику. А оба ли?.. Джун тихо хмыкнул. Плеснув в стакан любимый виски, он сделал несколько больших глотков, чем привлек внимание рыжей. — А не много ли? — девушка удивленно изогнула брови, наблюдая за тем, как Джун опустошил весь стакан и снова закурил, но парень только отрицательно покачал головой. — Последнее время виски много не бывает, — он задумчиво покрутил в руке стакан. — Очень успокаивает. Снова усмешка. А Рэй, глядя на Джуна, думала, что прекрасно понимает, что его волнует. Сегодняшний вечер особенный не только тем, что они собрались праздновать день рождения известного музыканта. Он был особенным и тем, что спустя два часа после начала вечеринки его самого нигде не было. Не было в клубе, не было на улице… Зато сейчас, на террасе тихого ресторана, возможно, окончательно разбиваются чьи-то жизни. А может, наоборот? Должно быть, именно поэтому Джун глушит второй стакан, а рыжая с подозрением косится на парня, пожимает плечами и снова пялится в толпу. Кая и Най уже не было на привычном месте. Теперь они стояли у бара. — Ты переживаешь за Лилиан?.. — интересуется она прежде, чем отвлечься от созерцания картины: Кай и Най болтают с Крисом и еще каким-то мужчиной. — За ко… а, — вовремя осекся парень, и, немного подумав, кивнул. — Можно и так сказать. — Не волнуйся, — рыжая растерянно взглянула на друга. — Конечно, ты знаешь Лилиан в сотни раз лучше меня, но, судя по тому дню, что мы провели вместе, она достаточно сильный человек… Им надо было встретиться, и ты правильно поступил, что позволил им это сделать… — Допустим, — устало вздыхает Джун. — Они взрослые люди и сами разберутся. Я могу только сидеть и переживать, все ли будет хорошо. Ты мне лучше скажи, — и парень усмехнулся. — Ты постоянно смотришь в зал потому, что тебе интересно, или потому, что там бегает блондинка? Краем глаза он видел, как Нарей вздрогнула и как крепко сжала руками кружку. — С чего бы, — вмиг похолодевшим тоном хмыкнула она. — Там куча известных людей, и поинтереснее Кая будут. — И правда, — насмешливо тянет Джун и задумчиво улыбается. — Поинтереснее… — а сам думает про себя о том, как же все-таки Кай расставил свои приоритеты. В памяти снова всплывают отрывки той ночи, проведенной во Франкфурте. Пьяная болтовня друга, его дурацкий смех над самим собой. Признание то ли по пьяни, то ли из-за того, что даже Кай не может держать в себе настолько много. Возможно сейчас, стоя там вдали зала рядом с Най и что-то громко обсуждая с непонятными людьми, Кай думал, что в его ситуации все складывается как нельзя удачно. Налаживает связи, чтобы продвинуть их всех, и… делает вид, что ему все равно, выполнит он обещание присмотреть за рыжей или нет. Все равно, как сейчас ей приходится проводить время. И в этой ситуации Джуну становилось жаль сразу обоих. И этого выпендрежника… и рыжую. Наивная она. Даже слишком. И по-детски глупая, не видит ничего, кроме того, что хочет видеть… А Кай в очередной раз поступает, как какой-то урод. Джун крепко стискивает в руке стакан, смотрит на золотистую жидкость на самом дне, снова допивает. Пить, пить, пить, пить… Нет, Джун не был из тех, кто считал, что выпивка делает его взрослее, что постоянно напиваться — круто. Он был из тех, кого успокаивали три вещи: музыка, сигареты и алкоголь. Из тех, кто жил одним днем и предпочитал не париться о том, что будет дальше. Может, сегодня он пьет последний стакан, кто знает, что будет завтра? И в связи с недавними событиями это его убеждение стало только крепче. И чем сильнее он переживал, чем громче внутри орали эмоции, тем больше ему требовалось. А переживать причины были. Если набирающих популярность звезд ломал натиск работы, то у него было куда больше поводов посылать к херам эту жизнь. Репетиции по двенадцать-пятнадцать часов — цветочки, тем более, это даже доставляло удовольствие. Но теперь Най начинала пихать их на фотосессии, впереди ждала череда совместных концертов, запись альбома. Проблемы с контрактом. Еще пара дней и истечет срок предложения заключить контракт с Marity. К этому добавлялись проблемы близких. Чертов Лео, упрямый баран, переживания за Лили и Тайро, Кай со своей болезнью… И не только болезнью. Очередной глоток. Хотелось напиться и ни о чем не думать. Приходилось сдерживать себя лишь по той причине, что находился он в довольно приличном заведении, правда, получалось плохо. Снова глоток. И Джун смотрит на рыжую. Она не сводит взгляда с толпы и продолжает медленно пить кофе, словно и вовсе забывает о его существовании за собственными мыслями, изредка отставляет кружку на столик, и Джун усмехается. Ему кажется, что какую бы глупость он сейчас не сморозил, Нарей бы не обратила внимания, продолжала бы измученно смотреть куда-то вперед, искать в толпе знакомых людей. Он хмурится. Знает, что Рэй не заметит, если он придвинется ближе. Он знает, что даже не обратит внимание, оно же приковано к людям в клубе. А потому, Нарей и не сразу поняла, что случилось, когда его шепот раздался у нее над ухом. — Эй. Сильно вздрогнув, рыжая резко обернулась, так и застыв. Она не ожидала, что лицо Джуна будет настолько близко, настолько, что будут видны крапинки в его глазах. Она и не заметила, как выражение его лица сменилось с недовольного, на несколько растерянное, как не ожидал и Джун. В таком положении, как два идиота, они провели две или три секунды, Джун внимательно смотрел на ее лицо. Смотрел в ее темные глаза, словно бы видел их в первый раз. Красивые, темно карие, с зеленоватым оттенком у самой радужки, и лишь когда Джун подумал, что это ненормально, так внимательно ни с того, ни с сего рассматривать чужие глаза, он, хмыкнув, отстранился. — Ты чего это? — наконец, ошарашено переспросила Рэй, на что Джун, покручивая в руке стакан, недовольно отзывается. — Даже не знаю, как еще привлечь твое внимание. Ты уже не одна сидишь, а ведешь себя совсем не оборот. На этих словах Нарей словно бы спохватилась, повернулась к парню, специально удобнее усевшись, правда сделала это не столько от большого желания, сколько от приличия, хотя сама понимала, что надо заканчивать сверлить взглядом людей. — Извини, — она легко улыбнулась, не глядя потянулась к столику за кружкой кофе, и если бы не Джун, то точно схватила бы вместо кружки стоявший рядом стакан с крепким алкоголем. Заметив это, она смущенно нахмурилась. — Спасибо, — пробормотала она, а парень, внимательно глядя на ее лицо, кивнул, тихо отозвавшись. — Кажется, начинаю понимать Кая… — О чем ты? И Джун, подперев голову рукой, все так же измученно усмехнулся: — За тобой действительно нужен присмотр.

***

Голова пухла. Настолько, что Кай уже запутался, кому из этих людей представлялся, кому что успел сказать. Его мозга хватало на то, чтобы держать в памяти слова сотни песней и аккордов, и он понятия не имел, как Най спокойно запоминает имена и должности всех этих людей! Роуди, владелец клуба, владелец студии звукозаписи, режиссер, дизайнер… Сколько же тут людей и такое чувство, что все собраны здесь ради них. А вернее, это их Тайро пригласил ради всех этих людей. Знал, что это приглашение будет значить для ребят и как они могут тут наживиться, вот только блондин абсолютно не рассчитывал на то, что Най этим воспользуется. За скучной болтовней проходили долгие-долгие минуты, и блондин сотый раз успел пожалеть их менеджера. Пока они играют музыку, ей приходится заниматься такой скукотищей!.. А ему неймется. Ему не хочется здесь находится, и держит только совесть и прямые обязанности лидера команды. Порой Кай чувствовал на себе чужой взгляд, постоянно оборачивался на Рэдо. О, конечно же, Рэдо был не доволен. Ему-то куда сильнее сейчас хотелось находиться рядом с Най, возможно, ради этого он даже стерпел бы эти десятки знакомств, но, к сожалению, лидером единогласно назвали не его… Но кроме того, что на него постоянно недовольно поглядывал лучший друг, Каю казалось, что он кожей чувствовал взгляд ее карих глаз. Каждый раз, как он оглядывался на столик, Кай видел, как Рэй смотрит в его сторону. Ха, один вечер, а обижает своим присутствием сразу двоих, и если Рэдо пообижается пару минут, пошлет куда подальше и предложит пойти за кофе, перед Рэй Кай чувствовал себя куда более виноватым. Пообещала в итоге? И почему она сидит там одна? В тот момент, когда Кай заметил ее одиночество, Най представляла ему, кажется, уже десятого человека. Может, тем и лучше. Так блондин решил в какой-то момент. Он ведь сам хотел, чтобы рыжая держалась от него подальше, обида сделает свое дело, а он не будет обращать так много внимания на то, как она сегодня выглядит. Не будет отвлекаться. Боже, как он ошибался, да она же из головы не выходила! Ему казалось, что даже сидя в одиночестве за столиком, Рэй привлекает к себе слишком много внимания, пусть это и было не совсем так. Когда Кай в очередной раз бросил в ее сторону взгляд, то слегка успокоился. Увидел рядом с ней Джуна. Вот уж Джун точно не даст ее в обиду, а заодно и присмотрит, пока Кай не вернется… Если успеет до того, как Джун прикончит пару бутылок, конечно. Но он не успевал… За десятым пришел одиннадцатый, двенадцатый, пятнадцатый, двадцатый, Каю казалось, что Най хочет познакомиться со всем клубом, в какой-то момент даже увязалась за официантом, спутав его с какой-то шишкой, благо, Кай вовремя ее остановил. Время, казалось, тянется до безбашенности медленно, а эти люди просто не кончаются. Даже просто поболтать десять минут с Крисом было в радость, пока и он не решил кого-то им представить. И в тот момент, когда Каю хотелось взвыть, Най, наконец, смягчилась. Они попрощались с очередным мужчиной, что направился к бару, и Най, опустив голову, быстро начала рыться в своем телефоне. — Что ты делаешь? — Кай недоуменно нахмурился, наблюдая за девушкой, но та лишь пожала плечами и ответила фразой, словно сама собой разумеющейся: — Пересылаю тебе контакты всех людей, — девушка пожимает плечами. — Тебе бы не мешало напечатать визитки. Кай недоуменно нахмурился. — На кой-черт? Я думал, этим всем у нас ты занимаешься… — произнес он, удивленно глядя на девушку. Ему показалось, или Най на секунду замерла?.. Она крепко стиснула телефон в руках, подняла голову, лишь после этого натянув на лицо привычную улыбку. — На всякий случай, — тихо успокоила она. — Извини, что пришлось тебя подергать. Все, можешь идти. Кай тяжело вздохнул. Настроение, конечно, поднялось, но слова Най все равно несколько напрягли. — Ты бы тоже шла, — он кивнул в сторону пьющих у бара Рэдо и Джи, и, уже не дожидаясь, развернулся и зашагал к столику. Он думал, что сейчас стоило бы извиниться за долгое отсутствие. Он думал, что стоит спросить у Джуна, как все прошло. Завидев столик он лишь устало улыбнулся… Улыбнулся, подошел к столу, поднял с кожаной обивки одиноко лежащую шляпу, словно специально оставленную здесь, и упал на совершенно пустой диван, плеснув в чистый стакан немного алкоголя. Опоздал…

***

Каблуки вместо уютных удобных берцев, платье вместо просторных футболок, клатч вместо рюкзака. Бесило. В эту недо-сумочку даже ключи еле влезли, и Рэй с трудом открыла дверь собственной квартиры, сунув ключи обратно. Часы показывали половину двенадцатого ночи к тому моменту, как она зашла в свою прихожую и упала на стул. Наоя дома все еще не было. Тем и хорошо, он не узнает, что сестра вылезала сегодня из-под одеяла и тусила в клубе. Голова трещала так, словно минуту назад по лбу стукнули молотком, а глаза пытались выковырять десертной ложечкой. Мутило. Кожа горела. Состояние было ни к черту, спасибо хоть выпитый в клубе кофе успокоил больное горло, и то ненадолго. Переодеваться не было никаких сил, Рэй просто скинула с себя обувь, куртку и так и поплелась в комнату, без сил грохнувшись на свою кровать и отправив клатч в кучку одежды на кресле. Она даже свет не включила, из-за него только сильнее болела голова. Жалела ли Рэй, что пошла? Нет. Но жалела о том, как провела время… Да, она увидела Тайро, кумира, да, Крис помог ей снять куртку, да, она увидела кучу знаменитых в музыкальной индустрии людей, но на этом все… Спасибо Джуну, что скрасил ее одиночество, но Рэй чувствовала себя такой… до безумия обиженной! Обиженной на Джи, Рэдо, Най, Лео, что смылись из-за столика при первой же возможности и так и не вернулись. Но больше всего обиженной на Кая… Нелогичнее всего. Он-то работал. Но что поделать с собственными чувствами Нарей не знала. Только уговаривала себя: — Не размазывай сопли, сама виновата, хотела бы — пошла веселиться вместе с ними. Тебе тут никто не обязан, — она бубнила эти слова себе под нос, честно пытаясь не расстраиваться сильнее. Но была ли тому виной болезнь, или девушка просто накручивала себя, но в голове раз за разом всплывали самые неприятные мысли. Как же неуютно было сидеть за тем столиком одной. Мимо ходили веселящиеся люди, громкая музыка била в уши, всем было хорошо, весело, и лишь она одна, как черное пятно, словно бы омрачала такой праздник. Рэй казалось, что лучше скорее уйти. Ей казалось, что выскользнуть незаметно — лучшая идея, чтобы никто не провожал, никто не переживал, казалось, что дома станет лучше! Но ведь дома никого не было. Точно так же. Ее никто не встречал. Никто не пытался принести ей горячего чаю, чтобы согреть горло, никто не пытался втиснуть таблетки и отругать, что она пошла больная в клуб. Никто. И это было настолько привычно… Сколько лет она вот так возвращается в пустую темную квартиру? Насколько же сильно она привыкла к тому, что никто не ругает за кавардак в комнате, что надо сразу зажигать свет в прихожей, что обувь брата появляется на коврике только ближе к ночи. Насколько надо привыкнуть к этому, что горящая по приходу в квартиру лампа в прихожей покажется скорее оплошностью, мол забыла погасить перед уходом, чем станет знаком, что дома кто-то есть? Как же отвратительно было иногда осознавать, насколько страшной может быть такая привычность, когда можешь только сам себя жалеть, но и этого делать не будешь из-за дурацкой гордости. Рэй и не заметила, когда из-за этих мыслей по щекам на подушку скользнули слезы. Она рассерженно фыркнула, злясь на саму себя, и тут же быстро принялась тереть глаза. Чертова болезнь. Именно во время болезни эти чертовы перепады настроения! Рэй так старательно спихивала все это на температуру, что сперва даже и не услышала, как звякнул мобильник. Сердце на секунду радостно замерло. Кто-то написал? Возможно, удастся поболтать, скрасить одиночество, но пришедшее сообщение гласило: «Рэй, прости, я у Ёго заночую. Мы выпили, теперь не поехать домой на байке». С минуту Рэй смотрела на сообщение. Мозгом она понимала, это могло стать последней каплей для того, чтобы прореветься в подушку и снова вернуться к абсолютно нормальному поведению, но это, почему-то, не потребовалось. Быстро стерев с лица слезы, она как-то оживленно вскочила с кровати, включила свет, и, забыв про головную боль, начала кому-то звонить. Гудки в трубке раздавались долго, достаточно долго, чтобы успеть засунуть в шкаф шмотки с кресла и отнести на кухню грязные кружки. — Кейт! — хриплым голосом выдала рыжая, когда на том конце провода все-таки послышался сонный голос. — Рыжая, что такое? — взволнованно произнесла гитаристка, и Рэй постаралась как можно более измученным голосом произнести: — Кейт… Мне очень плохо… — Что с тобой?! Температура? Голова? Горло? Болячка ты, а не человек! — воскликнула девушка. — Наою трубку, скажу, что делать. — Нет Наоя… У Ёго он… — еще более растерянно произнесла Рэй, и довольно улыбнулась, когда Кейт раздраженно рявкнула: — Брат еще называется! Подушу! И ты хороша, поперлась в этот клуб! — Задушу, — поправила Нарей, но Кейт быстро ее прервала. — Жди. Звонок скинули. Рэй отняла трубку от уха и довольно уставилась на загоревшийся экран. Плевать на голову, горло, температуру, обидное чувство одиночества, наконец-то! Наконец-то она может осуществить то, что задумала еще давно. Даже не переодеваясь, Нарей закуталась в плед и принялась ждать. Кейт жила не так уж и далеко, полчаса ей с головой хватило на то, чтобы в скором времени оказаться у подруги с пачкой лекарств и начать отчитывать за отвратительное поведение и наплевательское отношение к собственному здоровью. А пока Кейт заваривала на кухне чай, предварительно засунув Рэй прямо в платье под одеяло, рыжая довольно листала список номеров…

***

«Только подумать! Только подумать!!! — эти слова Лео мысленно просто орал. — Договорились же! Домой валим вместе!!!» Настроение было просто в хлам испорчено поступком старшего братца. Только подумать, свалил, и слова не сказал! И кто он после этого?.. Лео вошел в квартиру, с пинка открыв перед собой дверь. — Джун! Урод! Иуда! — завопил он, захлопнув дверь. — Кто так делает-то, а! Ну мать твою, брат еще называется! Он недовольно плюхнулся на пуфик и принялся снимать с себя ботинки. — Не мог подождать! Я не так уж и долго тусовался! Что, молчишь?! Я знаю, ты дома, твоя косуха на полу валяется! — Лео подпнул косуху ногой. — Кстати, мог бы и повесить! Пол-то в чем виноват, это земля тебя носить не может! Ну, по моему мнению. Снова никакого ответа. Это Лео злило еще сильнее. Мало того, что свалил, так еще продолжает портить настроение. — Кидалово ты! Ответь хоть, а! Знаю, что ты меня слышишь, ты только совесть свою не слышишь! Как ни странно, Джун продолжал молчать. Лео глянул на часы. Вроде бы уже минуту орет… Рекорд поставлен, что ли? Его злой крик выводил Джуна из себя на сорок пятой секунде, а тут… — Куда ты делся, я не понимаю? Кто мои вопли слушать будет? — возмущенно пробормотал Лео, поднявшись по лестнице наверх. Но комната Джуна, к его удивлению, была пуста, как и остальные комнаты на этаже… Но Джун-то совершенно точно дома, не пойдет же он гулять голый босиком. Вот только, спустившись обратно на первый этаж и зайдя в гостиную, Лео поторопился со своими суждениями. И гулять голым босиком, и прыгать с самолета без парашюта, и поорать на Най, любые, абсолютно любые самые чокнутые поступки возможны в таком состоянии… Состоянии, что приходит после вот тех вот двух пустых банок пива и наполовину пустой бутылки вискаря… — Ух ты, — присвистнул Лео. — Спасибо, что сидишь. Твой центнер веса я бы не поймал… Тихо и дурацки засмеявшись, Джун, сидящий на полу в гостиной, с трудом махнул рукой и произнес какую-то фразу, далекую от восприятия обычным человеком. Лео снова изумленно захлопал глазами. — Дорогой, а по какому поводу-то? Копать-летать, а как ты не отключился то еще? Э-э-э!!! А ну поставь бяку! — беловолосый тут же кинулся к брату, отбирая у него бутылку. — Джун, харе! Ты что нежный-то такой! Кто ж так накидывается-то от волнения?! Тишина. На Лео с укором смотрят выразительные глаза брата, и Лео даже кажется, что тот готов произнести либо что-то умное, либо матерное, но… — Н… Нич… Неп… — попытался произнести Джун, и в этот же момент выражение его лица сменилось на максимально удивленное. Стоило только парню осознать, что он совсем накидался, Джун запрокинул голову и удивленно протянул. — Нихера-а-а-а себе… — Хера-а-а-а, — подтверждающе закивал Лео, передразнивая брата и отставляя бутылку как можно дальше от него. — Что за дела, эй. Господи, где моя камера и отсутствие совести, когда они так нужны. Эй, чувак! — снова позвал брата парень и пару раз щелкнул пальцами у него перед глазами, из-за чего Джун зажмурился и заторможено мотнул головой. — Приходи в себя, эй! Так, друг, это не дело. И Лео, глядя, как Джун грустно покрутил в руке пустую банку пива, недоуменно нахмурился. Какого черта брат напился в дрова, он не имел ни малейшего понятия. Более того, он видел Джуна таким впервые в жизни. Ну да, Джун пьянел в клубах, и то не так часто и не до такой силы, но сейчас… Какая муха его укусила?! Хотя, возможно, Лео догадывался… Но сейчас было абсолютно не до выяснения обстоятельств. С такой пьянью надо было что-то делать, как минимум попытаться протрезвить, но стоило Лео только открыть рот, чтобы снова позвать брата, как в кармане зазвонил телефон: — Господи, как не вовремя, — раздраженно бормочет он, но трубку, все-таки, берет, не будут же просто так звонить в полночь? Да и то, от кого был звонок, его не слабо удивило. — Рыжая? — удивленно произнес он в трубку. — Рэй, что случилось? — Привет! — слышится ее голос, и Лео не без напряга улавливает в ее голосе нотки волнения. — Лео, прости, срочно нужна твоя помощь!.. — И тебе? — нервно усмехается беловолосый, наблюдая за тем, как Джун все еще грустно вертит в руках банку. — Это не потерпит до завтра?.. — Я… Я не знаю, — растерянно бормочет рыжая, а в следующий момент произносит фразу, совсем сбивающую Лео с толку. — У меня тут Кейт… Ей плохо. Я не знаю, что делать. — Кейт плохо?! — Лео в смятении покосился на телефон, на брата, опять на телефон и все-таки спросил. — Что с ней?! — Да не знаю я!.. — в голосе Нарей слышатся нотки паники. — Я просто не знаю, кому еще мне сейчас позвонить и… — Так, спокойно, — прерывает ее Лео, больше не желая слышать паникующий голос, да еще и одновременно смотреть на пьяного брата. — Я что-нибудь придумаю! — Ты приедешь?! — взволнованно спрашивает Нарей, и Лео, пару секунд подумав, все-таки выдает. — Черт… Да, я приеду, подождите только немного! Тут ч/п и без вас. Ждите, — Лео скинул вызов. Теперь в голове абсолютная каша. И что ему делать? Минуту назад все было прекрасно, а теперь он вляпался в сразу два происшествия. Что-то непонятное с Кейт и, кто бы мог подумать, с Джуном! — Боже, Джун, ну почему сейчас! — взвыл Лео. — Так. Ничего не трогай. Не трогай, я сказал, поставь банку! Мать твою, там еще и было что-то! — возмущенно прикрикнул беловолосый и, все-таки отобрав у Джуна банку, быстро начал искать в списке контактов один номер. О как же он сейчас надеялся, что ему ответят!.. Брата он бросить не мог. Но и Кейт тоже! — Черт подери, почему все так сложно! — бормотал он, дожидаясь ответа, и когда трубку, все-таки, подняли, с сердца словно бы камень свалился. — Малыш, ты чего? — весело спрашивает Джи, и наверняка тут же отнимает телефон подальше от уха, чтобы не оглохнуть: — Джи, милая, солнышко, зайчик, кто ты там еще, умоляю!!! — на одном дыхании выдал Лео, и тут же совершенно спокойно произнес. — Чего, как дела? Ты где? Спать еще не хочешь? Понимаешь, тут помощь твоя немножко нужна. Ага. — Помощь? — удивленно переспрашивает барабанщица. — Забавно. И что мне за это будет? — Что будет? — Лео нервно усмехнулся, все продолжая поглядывать на брата. — Ну… Как тебе сказать. Я сделаю вид, что не знаю, как вы тут с Джуном по пьяни за помощь рассчитываетесь… * * * — Ну как ты? — Кейт взволнованно поглядывала на подругу, что сидела перед ней на кровати. — Стало полегче? Она ласково пригладила красивые волосы Рэй, заглянула ей в глаза. — Выглядишь бледной. — Уже получше, — успокаивающе улыбнулась рыжая. — Спасибо, что приехала. — О, да о чем, — Кейт улыбнулась. — Кто-то же должен был. Если не твой тупой брат! Нарей нервно улыбнулась. Вот уж о Нао она не подумала, вернее, о том, как Кейт на него будет реагировать. С тех пор, как пришла Кейт, прошло уже тридцать минут. Она ворвалась в квартиру на всех парах, тут же отправилась заваривать лекарство и даже удивилась, когда Нарей его без препирательств выпила. — Видимо, тебе действительно было очень плохо. Нарей в очередной раз виновато кивнула. О да, ей было очень плохо! Очень плохо уже который день маяться из-за бараньего упрямства своих друзей, но сегодня Нарей надеялась все это прекратить. Не просто надеялась, она знала, что сделает все, чтобы это закончилось, а потому она считала минуты до того момента, как должен прийти Лео и сейчас начинала несколько нервничать. Отчасти и потому, что ее телефон, поставленный на беззвучный режим, постоянно звонил. Но отступать было уже поздно. Это Рэй поняла, когда на телефон пришла SMS, прерывая череду беззвучных звонков. Пока Кейт что-то впаривала ей о том, что надо внимательнее следить за здоровьем, думать о том, что творишь и все в подобном духе, Рэй быстро глянула в телефон. «Почему ты не берешь трубку? Я близко, напомни номер твоей квартиры», — гласило сообщение, и Рэй про себя нервно улыбнулась. — И пожалуйста! — звучит голос Кейт. — Полежи ты хоть два-три дня дома! Наберись сил! Отдохни, в конце концов, ты знаешь, как это важно! Пропустив половину слов мимо ушей, рыжая кивнула. — Да-да, — грустно отозвалась она и взглянула в кружку. — Что ты принесла? — тихо поинтересовалась она и, пытаясь не кривиться, выдала. — Это вкусно. — Вкусно?! — Кейт вылупилась на подругу. — В первый раз ты орала, что это дикая гадость! — Ну, была не права, — девушка пожимает плечами. — Ты пробовала? — она поднимает на подругу взгляд, строит совершенно невинные глазки, а в душе усмехается. — Попробуй! — и девушка резко сунула кружку Кейт. Конечно же, сделала она это специально. А еще специально накренила кружку так, что теперь почти остывший напиток облил голубой джемпер гитаристки. Кейт вскрикнула, отпрянув, растерянно уставилась на свою одежду, а Рэй, притворно ахнув, закрыла ладошкой рот. — О боже мой, прости! — выдала она, быстро отставив кружку. — Прости, пожалуйста! Надо срочно застирать, а то останется пятно! Кейт вздохнула. — Боже, ну что с тобой делать, какая же ты неуклюжая, — недовольно бормочет брюнетка в ответ. — Иди скорее в ванную, я принесу тебе футболку, — подгоняет подругу Нарей, и та, продолжая бормотать и беззлобно ругаться, уходит. Все складывается как никогда лучше, и как только за Кейт закрывается дверь, Нарей несется к телефону. — Алло! — Рэй! — голос Лео звучит напряженно, он волновался, названивая на телефон и все не получая ответ. — Почему ты не брала трубку?! Я уже тут! — Прости, пожалуйста, я не слышала, — грустно отзывается она и быстро называет номер квартиры, одновременно пихая в ванную чистую футболку. Быстро добежав до входа, она на первой же секунде звонка открывает дверь, ждет, когда парень поднимется по лестнице. Лучше некуда. А потому довольная улыбка не сходит с лица девушки, пока она быстро натягивает ботинки и прячет за спиной косуху, шарф и рюкзак. Едва услышав шаги на лестнице, девушка подскочила ко входной двери, схватила запасной ключ от этого замка, чтобы отпереть его, а ключ забрать из квартиры, сунула в карман телефон и, приняв крайне обеспокоенный вид, выглянула на лестницу, нос к носу сталкиваясь с Лео. — Рэй! — он подлетел к девушке, взволнованно глядя в ее глаза. — Как ты? Что с Кейт? — с порога начал он, но Нарей тут же завертела головой. — Заходи, заходи скорее, — зашептала она, буквально запихивая Лео в квартиру, тот быстро кивнул, ворвался холл и… возможно совершил одну из глобальнейших ошибок в своей жизни. Один шаг в прихожую, и за спиной захлопывается дверь. Молчание. Тишина. Лео тупо пялится на дверь, абсолютно не понимая, что происходит, а на лестничной клетке, прижимаясь к металлической поверхности спиной, зажмурившись, стоит рыжая. Они оба молчат. Оба ждут хоть какой-то реакции. И тут до Лео доходит… Доходит, что Рэй не могла просто так испариться, что не могла случайно захлопнуть за ним дверь. И что он не мог случайно оказаться один в квартире с только что показавшейся из ванной Кейт, что теперь ошарашено смотрела в его серые глаза. — Рыжая!!! — слышится его ор, и рыжая, тихо засмеявшись, запрокидывает голову. — Лео?.. — из квартиры слышится голос Кейт, и Нарей чувствует, как внутри от радости за удавшийся план ее буквально распирает. — Простите! Ребята, это ради вас! — весело заявляет она, но в ответ удар по двери. — Это не смешно! Нарей, открой дверь! — Рэй! Что за фигня?! — Простите! Дверь открывается только ключом! Я выпущу вас обоих завтра утром, вам нужно поговорить! — Какое, к черту, поговорить?! — ругается Лео. — Я ей все сказал! — Я с этим бараном здесь не останусь! Нарей, как ты можешь?! Но девушка их не слушала. Улыбаясь, она лишь отзывается: — Холодильник в вашем распоряжении, с голоду не помрете, все острые предметы я спрятала! Наой не приедет, как бы вы не просили! Удачи! — и Рэй, под дружную дробь в дверь, весело поскакала по лестнице вниз. Ну, как поскакала. Первый пролет да. Дальше, ругаясь на себя, шла спокойным шагом, пытаясь успокоить кружащуюся голову и надевая по пути куртку. Когда она выбежала на улицу то тут же поежилась от холода и застегнула на себе куртку, замотав шею шарфом. С улицы, слава богу, не было слышно, как голосят обиженные Кейт и Лео, и девушка, облегченно вздохнув, достала телефон. Надо позвонить Джи. Если бы только Рэй сейчас знала, что ждет ее, когда она дозвониться… Если бы только знала, что как только за ней закроется дверь, она неизбежно ступит на узкую тропу в собственной жизни, к которой не повернула бы ни за что, не желай она так сильно помирить двоих идиотов. И поставит на нее не только себя… Уже набирая номер, Нарей обратила внимание на пять процентов зарядки на телефоне, тихо чертыхнулась. — Ничего, позвонить успею, — пробормотала себе под нос она, набирая номер и прикладывая телефон к уху. Энги долго не отвечала, как назло. Словно не слышала звонка, и Нарей начинала волноваться, но вот она слышит знакомый голос, правда, звучащий несколько раздраженно. — Рэй, что такое?! Мне немного неудобно разговаривать. — Джи, мне нужна твоя помощь, — виновато улыбнулась девушка. Все-таки, Джи взяла трубку, это хорошо. Но следующие слова Энги ее напрягли. — Что? И тебе? — убитым голосом спрашивает Энги. — Черт! Рэй, солнышко, прости, я никак не могу сейчас! Это что-то срочное?! Кажется, внутри что-то упало. Нарей с испугом уставилась на телефон. — Ну… Вообще-то да, я… Помнишь, мы с тобой… — запинаясь, начала Рэй, но Энги снова прервала ее. — Черт, Рэй, извини! — слышится какой-то грохот и Энги громко ругается. — Я сейчас позвоню Каю, он, вроде, ушел домой раньше меня! Попрошу его помочь, чего там у тебя… — Что?! Джи, нет, стой, только не Каю! — выкрикнула, было, Рэй, но в трубке уже слышались короткие гудки. Отдернув телефон от уха, Нарей пораженно уставилась на мобильник. Она не ослышалась?.. Только что… Кажется, только что она крупно вляпалась. Все мысли в голове смешались в какую-то кашу. И не успела она прийти в себя, как ее телефон начал звонить. На тусклом из-за низкого заряда батареи экране высветилось имя блондина. А Рэй, все так же стоя на улице у дверей своего дома, заторможено пялилась на экран. Она словно бы не верила в происходящее и… и совершенно не знала, что должна сказать Каю, когда ответит. Все не могло идти настолько хорошо. Она не могла так легко запереть Кейт и Лео дома без каких-либо последствий. И вот они наступили. — К черту, — рвано выдыхает девушка, быстро смахивает зеленую трубку вправо, прикладывает телефон к уху. — Рэй? — слышится его взволнованный голос, нервничая, Нарей кусает губу. — Мне звонила Джи, что слу… Тишина. С замиранием девушка смотрела прямо перед собой. И чем дольше длилась эта тишина, тем сильнее билось ее сердце. Как же сильно ей не хотелось смотреть на свой мобильный… Возможно потому, что знала, что увидит лишь черный экран. И больше ничего. И когда она, все же, набралась смелости, ей показалось, что ее сердце на секунду остановилось. Не было даже слов, чтобы ругаться. Нарей просто не знала, что теперь должна делать, но одно она знала точно. В квартиру она не вернется. Что бы ни случилось, не вернется. Слишком важно для нее было услышать, что два идиота за дверью ее собственного дома больше не будут избегать встречи друг с другом, больше не будут с такой обидой и болью просто друг о друге вспоминать. — Так, — Нарей попыталась успокоиться. — Ничего страшного. Ну сел телефон, ничего. С кем не бывало. «Да ни с кем не бывало!» — тут же взвыло подсознание, однако и его Рэй быстро заткнула. Но ненадолго… К Джи она не попадет. До Ёго просто не доедет в первом часу ночи, как и до всех своих подруг. Телефон сел. Звонить некому. А потому был один единственный вариант, и Рэй вновь оглянулась на дверь. — Какая же ты неудачница, — тихо ругается на себя девушка, с грустью, но в то же время с облегчением понимая, что ночь придется провести на лестнице подъезда, где было, хотя бы, тепло. Гораздо теплее, чем ночью на улице, да и безопаснее, к тому же. И Рэй принялась рыться в рюкзаке. Вот только чем дольше она рылась в поисках ключей, тем сильнее она не желала вспоминать весь сегодняшний день. Особенно тот момент, когда, собираясь, укладывала в клатч телефон, пачку лекарств, зарядку, банковскую карту и, конечно же, чертовы ключи… Дрожащими руками она продолжала сжимать рюкзак. Ключ от замка двери в квартиру. В квартиру, но не в дом… Теперь она детально прокручивала в голове тот момент, когда открыла дверь, вошла в квартиру, спрятала ключи обратно в клатч и кинула на кресло в кучку вещей. В ту самую кучку, что перед приходом Кейт закинула в шкаф. Честно говоря, сейчас Рэй и не знала, кого винить, свою забывчивость или замок с автозакрыванием на двери, что никогда не напоминал ей про ключи. Но сейчас это было абсолютно не важно. Не важно ничего кроме того, что сейчас произошло. В полном непонимании Нарей смотрит на дно рюкзака и ей кажется, что от страха внутри все свернулось в один огромный тугой ком. В голове лишь четко билось осознание, что в первом часу ночи она оказалась совершенно одна на темной улице, не зная что делать, и ей абсолютно некуда было идти…