Медовый месяц

Через месяц состоялся суд. Весь этот период мысли Цяо Кенана неизменно вертелись вокруг этого дела. Он радовался, что выгнал Лу Синьчжи, иначе он без конца срывал бы на нём своё возмущение. Идеальная жизнь, сколько бы стараний и труда ни вкладывали люди в эти два слова, но нельзя ради них переступать через других людей и жертвовать друг другом. В браке необходимо идти на взаимные компромиссы, но в десятках тысяч бракоразводных дел, которыми он занимался, приносить жертвы, отпускать и быть брошенными приходилось именно женской стороне. Как это несправедливо! Цяо Кенан сел в зале суда и стал слушать. Лу Синьчжи начал с заявления о том, что жалоба на супружескую измену утратила юридическую силу, так как жена ещё полгода назад знала, что у мужа есть любовная связь на стороне, более того, она была прекрасно осведомлена не толь-ко об этой связи, но и о прежних, более ранних его изменах. Обычно срок более полугода, согласно закону, расценивается как молчаливое согласие жены или попустительство, и тем самым лишает её права по-давать жалобу в суд на мужа за супружескую неверность. В качестве основополагающего доказательства он указал свидетельские показания ребёнка, девочка простодушно рассказала, что мама год назад расспрашивала её о другой «тёте». В подтверждение этих показаний Лу Синьчжи передал суду видеозаписи с камер наблюдения возле дома женщины-судьи и рядом с местом её работы, датированные тем периодом, и на которых была отчётливо видна фигура Ван Цзинпин. Гордо приосанившись, Лу Синьчжи сыпал перлами красноречия: — С нашей стороны предоставлены убедительные свидетельства того, что супруга моего клиента как минимум за год до сегодняшнего дня имела подозрения о том, что у супруга есть любовница. — Противная сторона предоставила фотографии из отеля на горячих источниках. Здесь у нас имеется справка о заселении, а также список сослуживцев, которые отдыхали в том же отеле вместе с моим клиентом и его предполагаемой любовницей. Это был маленький корпоративный уик-энд, который категорически не может расцениваться в качестве необходимого условия для супружеской измены. — Фотографии действительно выглядят достаточно интимными, но не будем забывать, что они купались в горячих источниках, кроме того, в означенном отеле установлена общая зона купания для мужчин и женщин, что не означает обязательной сексуальной активности; что касается покаянного письма, то госпожа Ван Цзинпин использовала угрозу распространения вышеуказанных фотографий как рычаг давления и заставила женщину, подозреваемую в любовной связи с моим клиентом, написать письмо. Далее Лу Синьчжи добавил: — Вышеупомянутая женщина обладает юридическим статусом, она боялась пересудов, так как фотографии действительно выглядят несколько сомнительно; в прошлом у неё уже была негативная история, просочившаяся в СМИ, и пережитый ею стресс привёл даже к выпадению волос на нервной почве. Ей пришлось брать отпуск за свой счёт и лечиться в течение полугода, поверьте, всем присутствующим это известно. — Она была справедливым судьёй, однако, подверглась остракизму грязной прессы, где её превратили в злостно некомпетентного судью и даже пытались обвинить в коррупции; поэтому она боялась повторения ситуации и хотела просто закрыть эту тему. Госпожа Ван использовала психологическое давление, чтобы заставить её написать покаянное письмо. В нём, кроме всего прочего, написано: «Больше не будет никаких личных контактов с мужем истца». И с тех пор они действительно больше не встречались. — Принимая во внимание душевное состояние вышеупомянутой женщины, я не считаю её письмо достаточным доказательством. По этой причине сторона защиты не считает факт супружеской измены установленным. …… Цяо Кенан ушёл задолго до окончания процесса. Жизнь текла, как обычно, у него было ещё своё судебное заседание в другом зале по соседству, а вечером встреча с другим клиентом. Уходя, он не мог отделаться от мыслей: нельзя отрицать, в теории права Лу Синьчжи на порядок сильнее его, но он не хотел становиться таким, открывать раны клиента, выставлять их на широкое обозрение, за короткое время измельчать в порошок многолетние чувства, только чтобы уладить путаницу в брачных узах. Зачем? Это подход Лу Синьчжи, но не его. Он поставил Лу Синьчжи слишком высоко над собой и ждал его одобрения, но результаты оказались совсем не такими, как он ожидал, более того, они его разочаровали и мешали встретиться с партнёром. Но они изначально два разных индивидуума, у них разные взгляды и понятия: у Лу Синьчжи в приоритете принцип права с упором на рациональность. Цяо Кенан не считает это ошибкой, но… у каждого человека свой путь, своё направление, и по этому пути он идти не хочет. После этого дела Цяо Кенан наконец ясно представил себе, чего он хочет. У него нет возвышенных идеалов, и он не хочет воплощать собой Супермена, спасающего весь мир, но в пределах своих способностей он хочет помогать людям, «сделать так, чтобы старики могли обрести покой на склоне лет, чтобы зрелые люди стали сильнее, а дети росли. Помочь вдовцам и вдовам, сиротам и одиноким, инвалидам — всем тем, кому нужна поддержка; чтобы у мужчин была работа, а у женщин — мужья». * Эту главу из «Трактата о благопристойном поведении» Конфуция, кошмара всех живущих, Цяо Кенан, помнится, учил наизусть целых три дня. (*Цяо Кенан, по своему обыкновению, цитирует строки из так называемой «Книги обрядов» или «Ли Цзы», входящую в знаменитое пятикнижие Конфуция; она является одним из главных канонов философии конфуцианства, свод традиционных формальностей, устанавливающих стандарты поведения. У нас есть аналог — «Домострой». Подробнее гуглите). К тому времени, как у Цяо Кенана закончился его процесс, Лу Синьчжи завершил окончательный разгром оппонентов. После атаки термоядерных доводов Лу Синьчжи судье оставалось только вынести решение об отказе в исковых требованиях за недостаточностью доказательной базы обвинения. Ван Цзинпин и её адвокат имели весьма прискорбный вид. Они встретились у дверей зала суда, лопающийся от ликования Чэнь Ю, увидев Цяо Кенана несколько потускнел. Цяо Кенан даже не спросил об итоге заседания, только скупо бросил: — Поздравляю. То, что факт супружеской измены не установлен, не означает, что супружество может продолжаться, ему очень хотелось сказать Чэнь Ю: «Твоя номинальная жена за твоей спиной, и она очень зла. Знаешь ли ты, на что способна одна основательно разозлённая женщина?.. М-мм, ну давай, а мы посмотрим». *** Вот уже месяц Лу Синьчжи ночевал в офисе. В этом не было ничего необычного. Когда он бывал загружен работой, оставаться на ночь в офисе было нормой, он мог неделями не ночевать дома, но… Lisa вздыхала в туалете: — У адвоката Лу ужасное настроение, на этот раз адвокат Цяо даже ни разу не поинтересовался его самочувствием. Тин Дин: — Что тут поделаешь, я могу понять. Между их конторами жёсткая конкуренция. Из года в год приходит несметное количество выпускников с юридического, которые с великими трудами получают квалификацию, получают возможность принимать дела, тем не менее «в воротах можно ставить сети на воробьёв». (Идиома门可罗雀 — mén kě luó què — образно в значении «никто не приходит, мало клиентов, пусто, нет ни души»). Лу Синьчжи очень востребован, он уже заработал на три жизни вперёд, тем не менее не постеснялся отнять у маленькой конторы такое пустяковое дело. Перехватывать чужие дела само по себе некрасиво, ладно бы ещё у кого-то чужого, но отнять у близкого человека — это то же самое, что отобрать еду, жестоко избить, а потом желать здоровья всем его предкам до восемнадцатого колена. — Адвокат Лу довольно нагло захватил это дело. Контора Юйвэнь занимает южную сторону здания, мужской туалет находится этажом выше, чем женский. Lisa очень ответственный помощник, она всегда понимала, что можно говорить, а что нельзя, но её начальник надеялся, что она передаст… Ей ведь достаточно чуть-чуть намекнуть, и она поймёт, поэтому ей до сих пор так доверяют. Lisa: — На самом деле для этого были причины. Тин Дин поинтересовался: — Какие? То, что знает Тин Дин, то знает вся контора Юйвэнь, а это равносильно тому, что узна́ет и адвокат Цяо, на то и расчёт. Lisa: — Адвокат Лу как-то приказал мне проверить выпускной университетский альбом адвоката Цяо… Он сразу увидел парня, в которого адвокат Цяо был тайно влюблён тогда. Когда он его увидел… Нет слов, чтобы описать, как он рассвирепел. — … — Это его способность… За краткий миг уловить самую суть. — А потом? — А потом он очень огорчился. Хотя это было далеко в прошлом, но из-за первого возлюбленного своего любовника он ночь не спал, корчился в судорогах… Ты же знаешь, что адвокат Лу на 99% состоит из ревности. Это были её собственные слова, ведь если ты человек, приходится иногда говорить правду, чтобы не задохнуться. Тин Дин вздохнул: — Несчастный Joke. Lisa искренне с ним согласилась: — … Да. В тот же день всё это дошло до ушей Цяо Кенана, на что он осуждающе сказал: — Вы все слишком наивны. Тин Дин не понял: — Как это? Цяо Кенан больше ничего не добавил. Лу Синьчжи ревнует… Нет, он и есть сама ревность, но ни капли этой едкой жидкости не пролилось на умершую тысячи лет назад первую любовь Цяо Кенана. Мужчину больше беспокоил Ань Жюле, которому действительно отведено особое место в его сердце. Поэтому Лу Синьчжи вполне способен столкнуть того в реку, потом прыгнуть следом и заставить Цяо Кенана выбирать, кого спасать, а кого оставить погибать. Ревность выбирает достойный объект, и Лу Синьчжи ещё не унизился до такой степени, чтобы ревновать к такому явному ничтожеству, как Чэнь Ю. Так почему же он потратил столько усилий, чтобы забрать это дело себе? Ему нечем было заняться? Хотел разделить с любовником его тяготы и заботы? Да ладно, Лу Синьчжи наверняка знал, что тот будет в ярости, единственно, он не рассчитал, чего ему будет стоить эта ярость. В этом месяце его не только выгнали из дому, но и заблокировали в LINE, и номер телефона внесли в чёрный список. Поэтому мужчина был вынужден устроить весь этот спектакль, он искал обходные пути, чтобы достучаться до Цяо Кенана, даже подробности про свои ночные судороги не постеснялся вытряхнуть на свет Божий. «Тоже мне аргумент». Однако, в одном его верная амазонка-воительница не ошиблась: всё это было обусловлено личностными перекосами самого Лу Синьчжи. Он сказал, что Цяо Кенан не справится с этим делом, но проблема в том, что он и не хотел, чтобы Цяо Кенан справился. Он по-прежнему считал Цяо Кенана неумехой, конечно, не таким, как в прошлом, но всё равно. Цяо Кенан не заходил в своих размышлениях настолько глубоко, пока слова Тин Дина не внесли некое озарение: разве может такой прожжённый тип, как Лу Синьчжи раскрыть кому-то постороннему свои истинные мысли и чувства? Несомненно, из десяти частей всего, что он наговорил, семь — это ложь, и только три — истина, мрак, спрятанный в сладкой обёртке. Если сложить все дела по бабьим дрязгам, что прошли через его руки за многие годы адвокатской практики, получится куча, выше любой горы. Но несмотря на то, что Цяо Кенан устал от склок, он всё равно предпочитал заниматься этими мелкими делами, а не крупными преступлениями века, потому что независимо от результата, такие дела не вредят обществу. В тот день, когда он получил адвокатскую лицензию, Лу Синьчжи спросил его: — Каким адвокатом ты хочешь стать? Цяо Кенан почесал в затылке и ответил: — Таким, который не нарушает добрых традиций в обществе… Если мне доведётся защищать насильника, я не смогу его оправдать. Лу Синьчжи в шутку назвал его «простодушным» и добавил, что раз он так рано определился в своих профессиональных предпочтениях, то с голоду точно не помрёт. Это был один из редчайших случаев, когда Цяо Кенан проявил характер и возразил: — А что плохого в простодушии? Каждый человек имеет право на защиту, но ведь и у нас тоже есть право не поступаться своей совестью и не защищать подонков, разве не так? Современное законодательство достаточно защищает негодяев. Конечно, насильники не обязательно все негодяи… Но это не меняет дела, они всё равно преступники, я прав? Восьмой пункт клятвы адвоката: «Я клянусь соблюдать закон и вместе с тем бороться за то, чтобы закон отвечал социальной справедливости». Он только что закончил обучение и провозглашал своё кредо со всем пылом юности. Лу Синьчжи холодно посмотрел на него. Цяо Кенан вдруг вспомнил, что сейчас у Лу Синьчжи в процессе как раз дело об изнасиловании известной персоны, и сразу поправился: — Нет, ну их тоже кто-то должен защищать. Лу Сньчжи хмыкнул. Цяо Кенан беспомощно вздохнул: — Но я для этого не гожусь. Какой-то вчерашний студентишка, едва успевший изучить законы, говорит: «Нет, я для этого не гожусь». Лу Синьчжи хотелось размозжить ему голову. — Тогда можешь выметаться отсюда прямо сейчас. Разозлив начальника, Цяо Кенан улыбнулся: — Я буду учиться и возможно, потихоньку перестроюсь. Это как поиск партнёра на свиданиях вслепую, когда приходится выбирать из многих, мозги переполняются и бросает в жар, и действительно начинаешь сомневаться, не явился ли мне дух моего отца. Упомянув дух отца, он поклонился и добавил: — Короче, я буду очень стараться стать таким адвокатом, который будет верен присяге и своему личному внутреннему убеждению. Адвокат Лу, я надеюсь, вы не оставите меня без вашего совета. …… Сколько воды утекло с тех пор, он уже и забыл те слова, а вот Лу Синьчжи, оказывается, помнил. Метод защиты Лу Синьчжи действительно выгоден для клиента. Цяо Кенан не умел действовать так, либо не хотел, но если его мужчина будет его подталкивать, возможно, он примет такой образ мыслей… Раз, другой, третий — и вот он уже вступает в полное бесчувствие, никакого простодушия не остаётся и в помине. Вот уже десять лет мужчина изо всех сил с помощью своих методов пытается искоренить его святую простоту. Лу Синьчжи сосредоточил в своих руках всё некрасивое, нечистое, несправедливое целиком и полностью, зато Цяо Кенан мог заниматься только тем, что ему нравилось, в этом Лу Синьчжи всегда предоставлял ему полную свободу. Цяо Кенан посмотрел на свой блокнот, покачал головой и горько усмехнулся. И хотел бы сердиться, да не на что. Разве только на то, что Лу Синьчжи считает его прекрасным мальчиком, живущим в выдуманном мире своих понятий о справедливости, как на фабрике грёз? Он уже давно не молод и не прекрасен… Однако, есть один человек, который любит его вот такого, глупого и простодушного. И внезапно ему расхотелось копаться во всём этом, а захотелось просто увидеть своего любимого человека. Они не виделись целый месяц, и он соскучился. Он поднялся со своего места, собираясь уйти с работы. Линь Чешэн удивился: — Что, сегодня горячая линия адвоката Цяо не работает? В этот момент зазвонил телефон, и Линь Чешэн с улыбкой посмотрел на него. Цяо Кенан: — Да, сегодня я отдыхаю. С этими словами он нажал на «сброс» и решительно вышел из конторы.