We are the stars - книга 6

Каким бы жаворонком ни был Рэдо, даже для него подъем в семь утра после ночной тусовки был делом не из легких. Голова гудела, тело было ватным, веки слипались, а зрение «минус дохрена с половиной» было, кажется, еще хуже… Однако будильник заорал прямо над ухом и красноволосому пришлось встать. В то время как все остальные участники банды спали в своих кроватях, Рэдо пришлось продрать глаза, привести себя в порядок, даже надеть обратно всю ту пирсу, что он обычно снимал на ночь. В семь двадцать утра Рэдо уже заводил свою машину. В семь тридцать он уже припарковался у чужого, но до безобразия знакомого ему дома. Выйдя из машины, Рэдо кинул взгляд наверх, на высоту восьмого этажа, а сам прислонился к капоту машины и достал из кармана телефон. Пара нажатий кнопок, и Рэдо прикладывает телефон к уху, слушая долгие монотонные гудки. С первого раза трубку никто не взял. Оно и неудивительно, какой нормальный человек будет звонить в такую рань, зато со второго раза на том конце послышался хриплый, сонный, но переполошенный голос. — Рэдо?! Что случилось? — сонно бормочет Най. — Ты на часы смотрел? Едва услышав голос девушки, Рэдо довольно улыбнулся. — Ну вот ты и проснулась. Напомни, какой у тебя номер квартиры? — Чего?.. Восемьдесят пятая…- растерянно отвечает менеджер, а потом и в трубке раздается громкий сигнал домофона. Най резко села на кровати, кулаком протирая глаза, и неверяще пялясь в сторону двери собственной комнаты. Она слышала, как в коридоре зазвучали шаги, и Мэй, взглянув на мониторчик домофона, громко прокричала вглубь квартиры. — Нааай! А что этот твой фриканутый тут в полвосьмого забыл?! Я открываю! Все еще не до конца понимая, что происходит, Най ошалело уставилась на телефон, потом снова резко приложила его к уху. — Ты что тут забыл? — пораженно произнесла она, не видя, как усмехается парень. — Одевайся, — спокойно произнес он, заходя в парадную и направляясь прямо к лифту. — Мы едем в больницу. Сразу же после этих слов он скидывает вызов. Как на это отреагировала Най, Рэдо вообще не знал, но надеялся узнать, когда подходил к квартире. Он не шутил. Настолько рано, проспав всего пару часов, он поднялся только ради того, чтобы отвезти одну неудачницу в больницу. Когда Рэдо подошел к квартире почти вплотную, дверь открылась. На пороге, как ни странно, стояла не Най. Мэй внимательно исподлобья смотрела на остановившегося перед ней парня. — Ты что, — выдала сестра Най, когда Рэдо с ней поздоровался. — Реально приперся сюда в полвосьмого утра после вашего первого концерта и тусовки?.. В ответ Рэдо пожимает плечами. — Ну, как видишь, — усмехается он, но девушка все еще смотрит на него абсолютно неверящими глазами. — Ты что, святой?.. Ответить Рэдо не успел, лишь растерянно улыбнулся, а из квартиры уже послышался голос Най. — Рэд?.. Мэй, не держи людей на пороге. Мэй фыркнула, пошире открыла дверь и отошла в сторону, тогда-то Рэдо и увидел в глубине квартиры, на пороге одной из комнат, Най. Сонная девушка, одетая в майку и пижамные штаны, стояла на пороге растрепанная, еще совсем не пришедшая в себя, и смотрела на Рэдо едва приоткрытыми заспанными глазами. Конечно же, от Рэдо не укрылось то, как Най опиралась руками на дверной косяк. Лишь бы не вставать на левую ногу. — Доброе утро, — Рэдо улыбнулся. — Выспалась? — Ты что, издеваешься? — в недоумении хмурится девушка. — Ты серьезно приехал, чтобы… — Отвезти тебя в больницу. Я серьезно, Най, собирайся, — Рэдо кивнул девушке на прихожую. — Ты до сих пор на ногу наступить не можешь, вдруг это перелом? Зная тебя, хрен ты поедешь к врачу сама. Тебе полчаса хватит? Най медленно растерянно кивает, быстро поправляет лямку майки, спавшую с плеча. — Спасибо… — удивленно бормочет она, не сводя с Рэдо взгляда и, наконец, предлагает парню. — Проходи… Мэй напоит тебя чаем. Рэдо кивнул, зашел в квартиру и закрыл за собой дверь. Пока Най копалась у себя в комнате, Мэй притащила парня на кухню, налила ему здоровенную чашку чая, а на стол со стуком поставила целую миску свежеиспеченного печенья. — Еще пирог есть, — кинула она. — С яблоками. И с хурмой тоже есть. Тебе какой? — Спасибо, Мэй, я не голоден, — отмахнулся было Рэдо, но в ту же секунду перед ним на стол опустилась тарелка сразу с двумя кусками. Мэй резко наклонилась к красноволосому. — Пожалуйста, — отчеканила она, с мольбой уставившись Рэдо в глаза. — Я тебя умоляю, — повторила она устрашающим тоном. — Съешь это. Я поссорилась с парнем и живу с Най уже две недели, и за это время я поправилась на целый килограмм! Рэдо, радость моя, прошу тебя, спаси! Ну хочешь, я тебе заплачу?! В недоумении нахмурившись, Рэдо косится на Мэй и берет в руку пирог. — Ладно, ладно, — успокаивающе произносит он. — А как ты раньше-то с ней жила? И откуда у Най вообще время все это готовить?.. — Раньше мы жили с остальной семьей, а там людей достаточно, чтобы есть все, что эта ненормальная готовит, — Мэй присела на край стола и скрестила руки на груди. — А когда мы стали жить вдвоем, я познакомилась с одной безумной компашкой, которой все это печенье ой как заходит к кофе, я им вечно его таскаю. Это единственное, что меня пока что еще спасает, но… Но господи, она так вкусно готовит, я не могу удержаться! — и Мэй, захныкав, схватила с миски круглую шоколадную печенюху и со злостью вгрызлась в нее. — Нас она тоже этим кормит, — Рэдо улыбнулся. — Да! Но вас у нее семеро! А я одна! — Вы опять поносите меня за мое хобби? — слышится обиженный голос, и Най, ковыляя и придерживаясь за стены, выбралась на кухню. — Рэдо, я готова… Парень обернулся на вход в кухню. Най стояла в дверях, и в кои-то веки Рэдо видел ее не в привычном черном платье… У Най был выходной. А в свой выходной Най не была менеджером, Най была просто Най, со своими хобби, увлечениями и со своим стилем одежды. Поэтому и одета она была в любимые драные джинсы, кеды, короткую майку и натягивала легкую кожанку, а волосы собрала в коротенький хвостик. Эта ее внешность настолько отличалась от внешности прилизанной девушки-менеджера, что порой Рэдо казалось, будто бы в Най живут два разных человека. — Даже все свои цацки не забыла надеть, — фыркнула Мэй, намекая на несколько сережек в ушах, колечко в брови и нострил. — Гармонично смотреться будете. — Пойдем, — Рэдо поднялся со стула. — Так и знай! — завопила ему вдогонку Мэй, пальцем указывая на тарелку, где Рэдо все-таки оставил один из кусков пирога. — Я заверну тебе весь пирог с собой, когда ты привезешь Най обратно! Почему страдать должна только я?! На голос сестры Най не обратила ровным счетом никакого внимания. Ей было не до этого, потому что ровно в этот же момент Рэдо снова взял ее за руку и заставил закинуть себе за шею. — Кто б меня на руках таскал, — вздыхает Мэй, грустно глядя на сестру, на что Рэдо улыбнулся и спокойно предложил. — С парнем помирись. На этой ноте под обиженный взгляд Мэй он и вынес Най из квартиры, та только и успела, что заставить его притормозить у кушетки, чтобы захватить свой рюкзак. Рэдо донес Най до машины, усадил на переднее сиденье, сам занял водительское. Все это время Най несколько смущенно поглядывала за ним. — Спасибо, что решил помочь, — пробормотала она. — Но почему в такую дикую рань? Сколько ты спал? — Часа три? — предположил парень. — Не важно. Надо отвезти тебя в больницу. У моего брата ночная смена, в девять он уйдет домой, поэтому хорошо бы успеть. Поэтому и в такую рань, — Рэдо завел машину и вырулил на дорогу. — Твой брат? У тебя брат есть? — Ага, двоюродный. Ему всего двадцать восемь, но в той больнице он лучший травматолог. — Это больница такая хреновая, что у них молодой травматолог — лучший врач, или он на самом деле так хорош? — Най, он мой брат, сама как думаешь? Размышляя, Най немного помолчала. Придя, все же, к выводу, что семья Рэдо вся поголовно хорошие врачи, девушка смирилась с мыслью, что и травматолог должен быть явно не плохим. Най снова покосилась на красноволосого. — Я не знала, что у тебя есть двоюродный брат. — У меня их трое. И две двоюродные сестры. И еще две тети и два дяди, дедушка и две бабушки. Най удивленно вылупилась на парня. — Охренеть, — выдала Най. — У тебя такая большая семья! Только не говори мне, что они все врачи! — Нет, конечно же. Най облегченно выдохнула, приложив руку к сердцу, но она и не заметила, как удивленно на нее покосился Рэдо, а потом тихо-тихо добавил. — Тетя — ветеринар… — О боже, Рэдо! — воскликнула Най, вылупившись на парня. — Ты что, серьезно?! — Ну… Бабушка и дедушка — педиатр и логопед… Второй дедушка нарколог, но он уже вышел на пенсию. Вторая тетя — акушер, дяди — кардиолог и психиатр… Одна сестра учится на окулиста, вторая операционная медсестра… А, ну еще Рио собирается идти в онкологию. А братья — дантист, детский хирург и травматолог… — Ага… — заторможено кивает Най. — А в твоей семье кардио и нейрохирурги. Что ж ты один пошел не по той дорожке… — Я решил разбавить количество людей в нашей семье, ежедневно употребляющих слово: «циклопентанпергидрофенантрен». — Как ты только что это выговорил?.. — Я же сказал, мой дедушка — логопед. Задумчиво глядя на Рэдо, Най сложила руки на подогнутых коленях и склонила голову вбок. Она внимательно наблюдала, как Рэдо спокойно ведет машину, как следит за дорогой, а потом в голову ей что-то стукнуло, и она тихо спросила: — А если бы не Кай… Со своей идеей собрать группу… Если бы у вас все это не выгорело, то ты бы стал врачом? Рэдо вздохнул, коротко глянул на девушку. — Наверно. С моими связями в медицине легко пробраться куда угодно, да и я не сказал бы, что мне это не интересно. — И кем бы ты выбрал стать?.. Рэдо вдумчиво усмехнулся. — Обычно это решается во время обучения, — отозвался парень. — Не знаю, что бы я выбрал потом… Но лет так до четырнадцати, насмотревшись всяких сериалов, я думал, что судмедэксперты — офигенные парни. — Судмедэксперт… — вдумчиво повторила Най. — С судмедэкспертом и акушером в семье и рожать, и умирать не страшно… — А со всеми остальными в семье страшно жить. Поверь мне. Спустя двадцать минут езды они добрались до больницы. Все так же не позволяя Най вставать на ногу, Рэдо бережно поднял ее на руки и внес в здание. На Най поглядывали с удивлением и завистью, она встретилась минимум с пятью такими взглядами, пока Рэдо не донес ее до поста, где к их удаче как раз находился необходимый им человек. — О! Рэдо! Как ты вовремя, я все вас ждал! — крепкий коренастый мужчина, что был на полголовы ниже Рэдо, а в плечах, кажется, даже шире, встретил их доброжелательной улыбкой. Най оглядела молодого человека с ног до головы, взглянула на сильные руки, в которых он держал папку с какими-то документами, оценила его крепкое телосложение, и подумала о том, что именно таким травматолог и должен быть. — А это кто? — улыбается мужчина. — Я думал, ты Кая ко мне опять тащишь, а ты свою девушку привел! — Это моя подруга, — вдруг поправил брата Рэдо. — А этому блондинке теперь только мозгоправ поможет. Осмотри Най, пожалуйста. — Утро доброе, — наконец, поздоровался мужчина с Най и та заторможено кивнула. — Ну что, пошли в кабинет. По пути можешь мне рассказать, почему вдруг тебя наш малыш на руках таскает. Най сперва удивленно заморгала, а потом покосилась на Рэдо. — Малыш? — вдруг ехидно усмехнулась она, а Рэдо лишь устало вздохнул, давая понять, что его прозвище ему никакого удовольствия не доставляет. — Я самый младший во всей семье, — пояснил парень, внес Най в чистый светлый кабинет и опустил на кушетку. — Ты знаешь правила, — его брат кинул на стол документы, придвинул к кушетке табурет и сел перед Най. — На выход. Рэдо уже ничего не оставалось, кроме как покинуть кабинет. — Врачебная тайна, все такое, — пояснил врач, принимаясь осматривать ногу девушки. — Упала? — Споткнулась о провода, — Най поморщилась от боли, когда мужчина надавил пальцами на ступню. — Наступать больно? — Да, я думала за ночь пройдет. Но Рэдо приехал прямо с утра, разбудил, и когда я вскочила с кровати, то поняла, что приехал он, в общем-то, не зря… — Ну еще бы. Он-то парень умный, знает, что некоторые переломы можно и не ощутить. Сидел я на смене, людей нет, никого не трогаю, а этот кадр в пять утра пишет, что на прием человека притащит. Волновался, видать. Сделаем-ка мы вам рентген… — В пять утра? — растерянно переспрашивает Най. — Ага! Я-то не сплю, смена, мне и ответить не сложно, а чего этому в пять утра не спалось… Посидите-ка здесь, я привезу каталку. На ногу, все-таки, действительно лучше не наступать… Най растерянно кивнула мужчине, тот вышел из кабинета, оставив девушку одну, а Най, едва за ним закрылась дверь, тут же растерянно опустила голову. Не мог же Рэдо так переживать, что аж посреди ночи договаривался о приеме у врача? Он точно хоть сколько-то спал? Рентген, постановка диагноза, все это заняло не больше получаса, брат Рэдо не отходил от своей пациентки ни на шаг, все время подбадривающе шутил и улыбался. На Рэдо он не был похож нисколько… Об этом Най думала каждый раз, когда неловко посмеивалась с каждой отпущенной шуточки, и даже когда врач вновь осмотрел ее ногу, получив рентгеновский снимок. — Ну, хорошо, что не перелом, — спустя все эти полчаса заявил травматолог, что-то выписывая на больничном бланке. Най, нагло развалившаяся в инвалидном кресле, тут же закивала и уселась поудобнее, закинув ногу на ногу и откинувшись на спинку. Услышать диагноз для нее было облегчением. — Сильное растяжение, но кости все в порядке, трещин нет. Пройдет за неделю, полностью — за две, но пару дней обеспечьте полный покой. На ногу по возможности не наступать, а через пару дней начинать расхаживать. Я выписал пару мазей, облегчат болевые ощущения, вот, — мужчина пододвинул к Най рецепт. — Не разберешь, что написал — спроси у Рэдо. Уж он-то точно прочитает. — Спасибо, — улыбнулась Най, а врач только отмахнулся. Заполнив еще кое-какие документы, он встал со своего места и вывез Най в приемную, где, среди толпы ожидающих, должен был ждать и Рэдо. Нашли его сразу… Красные волосы парня всегда выделялись на фоне общей толпы, но важно было не то, как быстро они его отыскали, а то, в каком положении Рэдо нашли. Он сидел в самом углу приемной, навалившись плечом на стену с боку, опустив голову, и дремал. Врач за спиной Най тут же тихо рассмеялся, а вот Най было не до смеху. Она смотрела на Рэдо, и ей становилось до такой степени совестливо перед ним, что аж сердце сжималось. Это же ради нее он встал в такую рань после заслуженной гулянки! Привез в больницу, потому что переживал! А теперь настолько замотался, что засыпал в сидячем положении… — Ну, я свою работу сделал, — усмехается врач, подав руку Най, чтобы та встала с каталки. — Пойду закрывать смену. — Спасибо, — шепотом поблагодарила Най, и, стараясь не наступать на ногу, пересела на стул рядом с красноволосым. Врач быстро ретировался, Най не обратила на это никакого внимания, все продолжая внимательно всматриваться в Рэдо. Да не дремал он… Спал. И как бы сильно Най не хотелось его будить, но больница не была местом для сна. — Рэд, — встревожено позвала парня менеджер, протянула руку и легко коснулась его плеча. В тот же момент Рэдо сильно дернулся, резко сел прямо и принялся оглядываться по сторонам. Даже Най он заметил не сразу, а когда заметил, еще пару секунд смотрел на нее сонными растерянными глазами. — Черт, — наконец вздохнул парень и принялся тереть рукой глаза. — Я что, уснул? — Ага. — Блин… — бормочет Рэдо, встряхивает головой, приводя в порядок мысли. — С тобой что, уже закончили? Как нога? — Растяжение. Перелома нет, — улыбнулась менеджер. — Все хорошо, ты почти зря волновался. — Не думаю, что зря, — парень вздыхает, снова с головы до пят осматривает Най. — Ну, что? — интересуется он хриплым спросонья голосом. — Домой? Предложение прозвучало крайне заманчиво. Най тоже, как и Рэдо, ну очень хотелось лечь и спать, но что-то ее дернуло поинтересоваться. — А ты что будешь делать? — Тоже домой поеду. Раз рано встал — успею переделать побольше дел. — То есть спать ты не будешь? — фыркнула Най, и, не дождавшись ответа, вдруг тихо предложила. — А может, пойдем кофе попьем? Тот взгляд, которым Рэдо взглянул на Най, девушка сто процентов видела у него впервые. Настолько недоуменный и удивленный, что девушке аж показалось, будто бы она сказала что-то не то. А Рэдо вдруг сонно усмехнулся. — Зовешь меня на свидание? — Ничего подобного! — возмущенно фыркнула девушка. — Просто ты такой сонный и убитый, что мне хочется влить в тебя литров десять кофе или уложить спать. Но раз спать ты не собираешься… — Я шучу, — улыбается Рэдо, уловив смущение и панику в ее голосе. — Но от кофе не откажусь. Тут есть кофейня недалеко, заодно ты позавтракаешь. Я угощаю. Идем? Най усмехнулась. — Ты что, зовешь меня на свидание? — передразнила она Рэдо, и парень с улыбкой склонил голову в бок. — Я? Да. Най тут же замолчала и отвела недовольный взгляд. Ее подкол сработал против нее, а Рэдо, поднявшись со своего места, протянул девушке руку. — Ну что, идем? Кофейня была и вправду недалеко, Рэдо и Най сидели за столиком уже через пять минут, собирая удивленные и завистливые взгляды. Ну еще бы, вся кофейня хорошо видела, как фриковатый парень на спине принес сюда хрупкую милую девушку. — Американо, — в один голос попросили они у официантки, а Рэдо добавил. — Два. Больших. Мы пока выберем что-нибудь из меню. Девушка-официантка быстро кивнула, улыбнулась и убежала за заказом. Рэдо и Най же уткнулись в предоставленное им меню. — Если Мэй узнает, что я ем не дома все то, что я наготовила, она прикончит и меня, и тебя заодно. Просто предупреждаю, — усмехается она. — Жаль, ребята расстроятся. Ты решила, что будешь заказывать? — Ага, французский омлет. И, пожалуй, что-нибудь из десертов. Слушай… — Най огляделась. — А не здесь ли мы были, когда… Ну… На свидание ходили. — Здесь, пятым номером, — Рэдо откинулся на спинку стула, закрыл меню. — А что? Хочешь повторить? — В следующий раз. Если мы снова будем столько есть, то ты точно меня не унесешь домой, а ходить ты мне не разрешаешь. Да и вообще, нельзя столько есть… — В последнюю пекарню ты меня сама тогда потащила, — напоминает парень. — Но там был такой вкусный десерт, ты мне разрекламировал, я не могла устоять! — Ты испекла бы вкуснее. Най в удивлении замолчала. Она недоверчиво взглянула на парня. — Шутишь? — Нет, я вполне серьезно. Помнишь, ты мне спихнула печенье? Когда принесла слишком много на репетицию и даже Кейт не смогла все умять? — Да… — Я скормил его Рио. Она уже две недели докапывается до меня, чтобы я принес еще. — Так что ж ты сразу не сказал? У меня его столько, что там на всю твою семью хватит. Даже брату травматологу, главное, чтобы каких-нибудь диетологов у тебя в роду не было. — Вот уж спасибо, — рассмеялся Рэдо и с улыбкой взглянул на Най. Девушка сидела напротив него, опираясь на деревянный столик, улыбалась так же весело и непринужденно, как улыбался и он. Сейчас Рэдо видел перед собой не менеджера Най, вечно строгую, занятую, деловую, сейчас Рэдо смотрел на обычную девушку, которой в радость было, пусть и рано-рано утром, но сидеть в кофейне и ждать вкусный кофе и заказанный завтрак. Най полностью менялась, когда снимала это свое черное платье. Становилась улыбчивее, была более открытой, и даже на Рэдо сейчас смотрела не как на одного из своих подопечных, это чувствовалось… Он вздохнул. — Была бы ты менеджером чуть реже… — произнес парень, подперев рукой подбородок. Его слова до девушки не дошли. — О чем ты? — удивленно переспросила она, и Рэдо пришлось тихо пояснить. — Ты другая, когда переодеваешься. Более свободная. Это потому, что тебе не нужно за нами вечно следить и выполнять обязанности менеджера? — У меня выходной, Рэдо, — Най коротко пожала плечами. — Причем первый за последние три недели. Я, конечно, живу вами, но мне нужно хотя бы несколько дней в месяц, когда я не буду даже думать о ваших концертах, фотосессиях, приглашениях на интервью… О, кстати, вот вас с Каем хотят на одном видеть. Но об этом завтра. У меня вопрос. — Какой? — Как вы три года не расстаетесь, а отдохнуть друг от друга не желаете? Я имею ввиду… ну… — Най сбилась, отвела в сторону сосредоточенный взгляд. — Избыток общения, все такое… Неужто вы друг другу еще не надоели? — Самому интересно, как так выходит, — Рэдо усмехается. — Мы ведь еще жили вместе и умудрились как-то друг друга не переубивать. Вот этому я действительно удивляюсь. А зачем ты спрашиваешь? — Рэдо усмехнулся. — Тебе уже надоели, что ли? — Если так подумать, я вижу вас не так уж и часто, а чаще бегаю с документами и по встречам для ваших выступления и прочего, — хмурится Най. — Ну сколько дней в неделю видимся? — Да всего-то дней семь… — Ой, отстань, вот на следующей неделе действительно семь дней в неделю буду смотреть на ваши рожи, знал бы ты, какое у вас расписание! — У тебя же выходной, — снова тихо рассмеялся красноволосый. — Ты же не хочешь думать о работе. — А ты заставляешь, — недовольно бормочет Най и опускает взгляд в принесенный ей омлет. — Да и вообще! Знал бы ты, сколько всего я для вас нарыла, а! Да я вас такими звездами сделаю, закачаетесь! Такие очереди к вам на концерт будут стоять! Пока Най говорила, Рэдо, подпирая голову рукой, все смотрел и смотрел на нее. Менеджер, «совершенно не желающая думать о работе в свой выходной», с энтузиазмом впаривала о следующем выступлении, запланированном уже через некоторое время, рассказывала, что звонили из парочки журналов взять интервью, что Marity предлагали выступления на разогреве у парочки групп, так же подписавших с компанией контракт, а сколько слов было про альбом и скорое появление ребят в чартах! Она говорила, рассказывала, жестикулировала, и была настолько погружена в то, о чем втолковывает Рэдо, что ему даже не верилось в происходящее… Наконец Най поймала его взгляд: чуть прищуренный, мягкий, и этот взгляд заставил ее смущенно замолчать. — Да-а, — с улыбкой протянул гитарист. — Ты совсем не хотела говорить о работе. Честно говоря, мне даже снова захотелось извиниться. — Извиниться? — Най удивленно захлопала глазами. — За что? — Все за то же. Я был дураком, когда считал, что ты ничего не сможешь нам дать. А выходит, что если бы не ты, то вчера бы не было никакого концерта на две тысячи человек. — Ага, и сегодня ты бы отоспался, как нормальный человек, а не тащил бы меня в дикую рань к врачу. — Ну уж приходится чем-то жертвовать, — Рэдо вновь улыбнулся, заставляя менеджера прикрыть рот и все так же странно коситься на парня исподлобья. Признаться честно, оставаться с Рэдо наедине Най было неловко, и она постоянно недоумевала, как так выходит, что на реп-точках они вечно раз за разом остаются вдвоем! Двое из восьми человек, ну это ж надо вечно такому «совпадению» случаться! Но сегодня вся эта неловкость куда-то уходила. Най смотрела на парня, удивлялась тому, как просто выкладывала ему все мысли, пусть они и были связаны с Рэдо напрямую, как с гитаристом группы. Удивлялась тому, что вдруг засмотрелась на улыбающегося парня. — Спасибо, что помог с ногой, — бормочет Най, следя за парнем. — А на счет извинений, забудь уже. Вернее, я хотела сказать, что это не так важно и… Рэдо? — от Най не укрылось то, как вдруг взгляд парня изменился. Пока она говорила, Рэдо смотрел на нее, но вдруг выцепил взглядом что-то за ее спиной и улыбка мгновенно сползла с его губ, что от Най не укрылось. Она удивленно уставилась на парня, недоумевая, что же случилось с его взглядом, почему вдруг его зеленые глаза, в кои-то веки не скрытые черными склерами, вдруг стали такими растерянными, а во взгляде появилось напряжение. Най тут же проследила за его взглядом, и что она увидела?.. Най увидела девушку. Красивая стройная девушка, поправляя рукой локоны волос, выкрашенные в серо-розовый цвет, направлялась прямо к ним, и пока она делала эти десять несчастных шагов, Най уже успела рассмотреть ее с ног до головы, и первым делом в глаза бросились красивые пухлые розовые губки, одна из которых, нижняя, была проколота ровно посередине и две накрутки украшения поблескивали в солнечном свете. Най, конечно, многих девушек видела, но эта выглядела особенно хрупко и женственно, да и вдобавок ко всему темная юбка слишком уж хорошо подчеркивала ее тонкую талию и стройные ножки, одетые в массивные туфли на платформе и каблуке. С одной стороны Най понимала Рэдо… Такая красавица наверняка взгляды многих парней притягивала. С другой стороны Най вот вообще не понимала, почему эта девушка идет прямо к ним, останавливается у столика и внимательно смотрит на красноволосого. — Ничего себе, и вправду ты! — воскликнула она. — Сначала не поверила глазам, а потом подумала, где найдется еще один такой фрик, Рэдо. Рэдо в легком недоумении приподнял одну бровь. — Какой странный способ поздороваться, Аоми. Ты что тут делаешь? — Кофе попить забежала, а тут, смотрю, знакомое лицо! Не могла же я мимо пройти, — девушка усмехнулась и скрестила руки на груди, но в ответ получила не слишком-то радостное. — Вообще-то могла. — Да не злись ты, вижу, что занят, я поздороваться подошла, — с этими словами девушка кинула на притихшую Най оценивающий взгляд. — У тебя все хорошо, я смотрю. Рэдо мягко улыбнулся. — Более чем, — ответил он, но Аоми его ответ уже, кажется, не волновал. — Я Аоми, привет, — она обернулась к Най и протянула ей руку. — Э… Най, — растерянно отозвалась менеджер и неловко пожала протянутую ей тонкую ручку. — Най! — заулыбалась та. — Ты такая милая! Приятно познакомиться. Слушай, Рэдо, — мгновенно забыв про Най, Аоми снова обернулась к красноволосому, который, пусть и не подавал виду, но присутствием странной девушки был явно напряжен. — Слушай, еще вопрос, — Най не видела, но девушка быстро кинула на нее напряженный взгляд и с тем самым вопросом немного помялась. — Как у ребят дела? У… блондиночки? — Цветет, пахнет и бесит, все по-старому, — с усмешкой отзывается красноволосый, и Най готова была поклясться, что услышала со стороны девушки облегченный вздох. — Ну, вот и славненько! — улыбнулась Аоми. — Ну все, мне пора, не буду мешать, я тут тоже с компанией, — она кивнула за соседний столик, где-то в углу кофейни. — Рада была узнать, что у тебя все хорошо, Рэдо! Ты мне как-нибудь напиши, — она с усмешкой склонила голову в бок. — Буду не против. Если можешь, конечно. Пока-пока! И девушка, улыбнувшись Най, быстро зашагала к тому самому столику в углу кофейни, где ее ждала компания. Най же, проследив за ней глазами, перевела сосредоточенный взгляд на Рэдо и крайне удивилась, когда тот вдруг тяжело вздохнул и потер пальцами переносицу. Так внезапно появившаяся и так же внезапно убежавшая девушка вызвала смешанные эмоции, да и вообще ее появление было слегка непонятно, да и реакция Рэдо была какой-то странной: напряженной и недовольной. Сопоставив все факты, Най еще внимательнее уставилась на парня. — Прости, о чем мы там говорили? — произнес было Рэдо, но тема разговора была переключена мгновенно. — Это что, твоя бывшая что ли? Ошарашенным взглядом Рэдо уставился в глаза менеджера, что в свою очередь внимательно пялилась на него. — Ух ты, как отреагировал, — Най удивленно хмыкнула, Рэдо же, устало вздохнув, вымученно улыбнулся. — С чего ты взяла? — Да вот факты сопоставила. Красивая девушка с пирсингом, немного неформалка… Знает ребят, значит, вы с ней долго общались, а еще, судя по вопросу, знает о Кае, а ты бы абы кому это точно не рассказал. А еще и твоя реакция странная. Ну что, я права? Проследив всю логическую цепочку, Рэдо тяжело вздохнул. — Да, права, — невесело отозвался он. — Извини, не ожидал, что мы вот так вот вдруг встретимся. Что, действительно сама так логично рассудила и догадалась? Най усмехнулась. — Ну, — она придвинулась чуть ближе к Рэдо и заговорщически улыбнулась, понижая тон. — Почти. Я тут просто помню, как Кай ваше знакомство спалил. И результат этого знакомства ну слишком сильно виден сквозь рубашку, белье носить надо. Вот уж не думала, что тебе нравятся такие девушки. — нарочно выделив слово «такие», Най многозначительно усмехнулась, а потом, вмиг сменив тон на недовольный, добавила. — Хотя, зачем ей лифчик, если его и надевать не на что… Рэдо неловко рассмеялся и покачал головой. — Мы не очень хорошо расстались, — он улыбнулся. — Поэтому я и отреагировал так странно. — Это я тоже помню, — пожимает плечами менеджер и кидает в сторону Аоми оценивающий взгляд. — Кай как-то заикнулся о своей к ней нелюбви. Она тебя бросила. — Спасибо за напоминание. — Ой, слушай, твое напоминание только что помаячило перед столиком, — недовольно заявила Най. — Не хотелось бы, чтобы ты обращал на нее сейчас внимание. Хотя знаешь, вот именно с такой девушкой я тебя и представляла. — Именно с такой? — удивленно переспрашивает красноволосый, на что Най уверенно кивает. — Ага. Красивая, немного фриковатая, тебе прямо подходит, — рассуждала она, даже не замечая, как сменяется на насмешливый взгляд Рэдо. — Значит, и ты мне подходишь? — вкрадчиво произнес он, одной лишь этой фразой прерывая весь поток мыслей Най и заставляя менеджера растеряться и смутиться. В эту секунду Най вспомнила о том, что тема с их отношениями еще не была закрыта, но почему-то постоянно умалчивалась. Такими темпами они станут не лучше Кая и Нарей. В то время как они все наблюдали со стороны за метаниями блондина и рыжей, сами-то Рэдо и Най катились ровно в ту же сторону… — Ох, извини, — послышался усталый голос Рэдо, и он достал из кармана телефон. — Рио звонит, я отойду на пару минут? Уже даже знаю, что она от меня хочет… — Ты можешь взять трубку, ничего страшного, — Най пожимает плечами, но Рэдо почему-то покачал головой и вымученно отозвался. — Это о Кае, сто процентов. Не хочу при тебе это обсуждать. Най обеспокоенно закивала. — Да, конечно, иди, — разрешила она, взволнованно следя за тем, как Рэдо выходит на улицу. Ей оставалось только посочувствовать парню. То бывшая, то сестра на счет Кая… Не дают нормально позавтракать, а он ведь еще и не спал почти! За нее, за Най, волновался!.. Най опустила грустный взгляд. Рэдо ей стало откровенно жалко, на него слишком много всего сваливалось и даже в тот день, когда ему бы отдохнуть от работы, все равно появляются какие-то проблемы. Однако сильно загрузить себя плохими мыслями Най не успела. Стоило лишь Рэдо уйти на улицу, не прошло и пятнадцати секунд, как на его стуле образовалась эта самая Аоми, внимательно уставившаяся на Най. Появилась она так внезапно, что менеджер аж вздрогнула от неожиданности, когда увидела ее, подняв взгляд. — Слушай, Най, разговор есть, — сосредоточенно заявила Аоми, быстро оглянувшись на витрину, через которую виднелась фигура Рэдо, говорящего по телефону. — Давай честно, — она вновь обернулась на менеджера и вдруг выпалила. — Ты с ним уже спала? От удивления Най широко распахнула глаза и пораженно уставилась на девушку. Аоми была не только красивой, но еще и прямой, как шпала, что с ходу сбивало с толку. — Чего?.. — ошарашено переспросила менеджер, но Аоми ее будто бы и не слышала. — Послушай, — продолжала она. — Говорю серьезно — беги. Беги от Рэдо как можно дальше. Это были самые дикие два года отношений в моей жизни! Я знаю, с Рэдо очень тяжело расстаться, он заботливый, обходительный, внимательный, вообще лапочка, а не парень!.. В те редкие минуты, когда он вообще, черт возьми, обращает свое внимание на тебя, а не на своих обожаемых ребят из группы. Серьезно, расстанься с ним! Если вы еще не переспали, это будет сделать легче, по себе знаю! Не привязывайся к нему! Все еще ничего не понимая, Най нахмурилась. — Да о чем ты говоришь? — растерянно произнесла она, а Аоми, понизив тон, продолжала. — Серьезно, Най, послушай, что я тебе говорю! Доброе дело сделать хочу. Я его терпела последние полгода только из-за секса и потому, что была уверена, что его группа скоро развалится, и он будет уделять мне хоть немного времени. Дорогая, ты поймешь меня, конечно, когда все своими глазами увидишь, но лучше не затягивай и поверь мне на слово: у него не будет на тебя вообще времени. Все два года отношений он вечно пропадал на репетициях, вечно! По двенадцать часов в сутки! А когда не было репетиций, он работал. А когда он не работал, знаешь, что он делал? — Аоми недовольно ухмыльнулась. — Мне, думаешь, время уделял? Ага, сейчас. К другу одному своему гонял с пакетами еды, волновался, видите ли, что у того холодильник пустой и он совсем не ест! А то, что у нас, дай бог, за два года свиданий пятнадцать нормальных было — это его вообще не волновало. Я вообще была на тридцать первом месте для него, и не думаю, что что-то успело измениться. Вот честно, что ему не сиделось спокойно, пошел бы по стопам родителей в медицину, цены бы ему не было, так нет, решил звездой стать! Музыка ему, блин, ближе, все время отнимает, а результата вообще никакого! Правда, Най, ты такая милашка, на тебя наверняка куча очаровательных мальчиков смотрит, беги скорее от Рэдо, не трать время!.. Най внимательно смотрела на Аоми в ответ. В то, что она сейчас тут говорила, девушке просто не верилось, не верилось в каждое ее слово. Как она может так говорить? Не она ли была с Рэдо два года? И после этого без стеснений вываливает такое?! Такая красивая, такая милая Аоми… вдруг стала для нее отвратительной. Прогнившей. Отталкивающей. Ведь каждое сказанное слово она говорила буквально так же, как говорил когда-то Най человек, которого она искренне любила. — Знаешь, — сузив глаза, произнесла девушка, откидываясь на спинку своего стула. — Когда у меня есть свободное время — я пеку печенье. Мнооого печенья, пироги, тортики, хобби у меня такое, и ненавижу, когда меня от этого кто-то отвлекает, — Аоми в недоумении нахмурилась, чувствуя проведенную с ее словами аналогию, Най же продолжала. — А когда я не могу заниматься своим хобби, я, знаешь, что делаю? Ищу приложения для телефона, чтобы было удобнее работать и вести записи, и выбираю новые ежедневники, по работе нужно, а еще изредка друзей на такси по домам развожу после пьянки, их у меня семь идиотов. А работаю я тяжело, по двенадцать, четырнадцать, а иногда даже шестнадцать часов, ноги после этого просто гудят. А знаешь, кем я работаю? Аоми удивленно коротко мотнула головой, что дало возможность Най победно усмехнуться. — Я работаю чертовым менеджером у одной охрененной группы, у которой вчера был сольный концерт, и в которой вот этот вот самый фрик — соло-гитарист. Ах да, совсем забыла, последнее время я пеку куда больше печенья и сладостей, чтобы потом принести все это на репетиции и накормить одного долбанувшегося блондина, а то очень переживаю, что он слишком мало ест! Най замолчала. С упоением она следила за реакцией девушки, а Аоми чувствовала себя абсолютно не в своей тарелке. — Оу, — фыркнула она. — Так вы оба из одной тусовки, неловко вышло. Я-то подумала, что он девушку на свидание притащил, извиняй. — А что, похоже? — Да. Просто смотрит он на тебя, как… — Как? — не удержала любопытства Най, и Аоми притормозила, прежде, чем уйти, что она как раз собралась сделать. Она кинула на Най внимательный оценивающий взгляд, осмотрела с ног до головы. — На меня он так смотрел. Я в этот взгляд влюбилась. Так что поэтому и удивилась, что у вас не свидание. — А я этого и не говорила, — вдруг, не задумываясь, выпалила Най, и даже сама удивилась своим словам, но отступать было поздно. — Свидание. Второе. — Да поняла я, поняла, не буду лезть, — заворчала Аоми, вставая со стула. — Помочь хотела, зря, видимо. Смотри сама, Най, я предупреждала. С этими словами она еще раз оценивающе оглядела Най и быстро ретировалась, однако это не укрылось от глаз Рэдо, как раз возвращавшегося с кофейню. Он удивленно смотрел вслед девушки, подходя к столику, и когда снова занял свое место, обеспокоенно спросил. — Аоми подходила? Она что-то наговорила? — Рэдо поднял свою кружку с американо и сделал глоток, Най же, не отрывая взгляда от Рэдо, вдруг уверенно и спокойно отрезала. — У нас свидание. Рэдо мгновенно давится горячим кофе и кашляет, менеджер наблюдает за ним без каких-либо эмоций, ведь это она сухо и спокойно поставила парня перед странным фактом. Рэдо же, прочистив горло, уставился на девушку крайне удивленным взглядом. Так он и замер, когда вдруг понял, что Най слишком внимательно смотрит в его глаза, словно бы что-то ищет. Наконец, Рэдо с некоторым подозрением в голосе, отстраняясь подальше, произносит. — Я, конечно, только за, но тогда, в больнице, я же шутил… — Я в курсе, но сейчас совсем другая ситуация, — быстро и уверенно отзывается Най, и, не выдержав недвусмысленного взгляда Рэдо, выдала. — Ну прости, я заявила это ей, она сама виновата — выбесила, мне пришлось так сказать! — Ей? Аоми? Что за ситуация такая, в которой со злости про свидание ляпают? — Не вникай. Да и вообще, Рэдо, не ожидала я от тебя, думала, ты поумнее. Два года встречаться с такой эгоисткой, которая не знает банального слова «поддержка», для тебя как-то слишком. — Уж кто бы говорил. — Да мы в одной лодке. Най недовольно фыркает, но продолжает внимательно смотреть Рэдо в глаза, да так, что Рэдо это даже с толку сбивает, но он все равно упрямо интересуется и давит усмешку. — Свидание, значит? Ты-то, я надеюсь, сейчас не шутишь.

***

Чертова дверь не поддавалась уже полчаса, и Кай начинал тихо закипать. Он бы давно скрутил этот гребанный замок, который живет своей жизнью, но оставлять квартиру вообще без закрывающейся двери Кай точно не хотел. Вот и пытался уже полчаса выйти из дома… Замок действительно жил своей собственной жизнью, о чем сообщал постоянным пощелкиванием. Щелкнул один раз — и все, ты заперт, потому что что-то внутри механизма заклинило. Щелкнул сам по себе второй раз — ты счастливчик, замок разрешает тебе выйти наружу, но вот вернешься ли ты обратно — хороший вопрос. Сатана смотрел за мучениями своего хозяина с порога комнаты, лениво помахивая хвостом и медленно моргая. — Хоть бы помог, — ругался блондин. — Я же так умру вот прямо тут, и тебя некому будет кормить! И прикинь, я не шучу… Кай фыркнул в очередной раз и попробовал открыть дверь. Ключ в замочной скважине никак не желал поворачиваться, и что с этим делать, Кай вообще никак не знал. Он нетерпеливо поглядывал на время… Сегодня Кай не спал. Едва вернувшись домой, он упал на кровать, но глаз сомкнуть так и не смог. Мешали роящиеся в голове мысли, и не сложно было догадаться, о ком именно думал Кай. Он думал, думал, думал, но все никак не мог выбросить из головы произошедшее, как бы ни пытался. Кай пытался выпить кофе. Кай пытался играть на гитаре, Кай пытался… Но все никак не получалось. Стены маленькой квартиры давили до безумия… А все потому, что здесь не было ни уголка, в котором не побывала рыжая. На кухне она не раз готовила чай и кофе, а когда провела у Кая целую неделю, как дома, она готовила вкусную простецкую еду и часто сидела на подоконнике с ноутбуком. В его постели она спала, на своем столе Кай ни раз находил ее косметику, она носила его вещи, а на этом диване, стоящем на кухне, они часто просто о чем-то говорили. И Каю было тяжело. Очень тяжело смириться с мыслью, что все вот это вот должно остаться где-то там, в прошлом, когда у них не было настолько сложных отношений, когда все это казалось нормальным — пригласить к себе на неделю рыжую, чтобы спасти от журналистов. Это все надо оставить там. Надо. И Кай вдалбливал себе эту мысль в голову. Здравый рассудок этой мысли поддавался на ура, чего не скажешь о чувствах, поэтому Кай и не мог сидеть в квартире, ему срочно надо было куда-то уйти, проветриться… А может и что-нибудь написать. В таком состоянии музыка, как отвлекающий маневр, заходила на ура… Из дома Кай смог выбраться попытки этак с двухсотой, по прошествии целого часа. Он захватил с собой гитару, напялил толстовку, одну из любимых шляп, не забыл блокнот, в котором записывал все свои идеи и в таком виде рванул на реп-точку. Шел он туда пешком, и Кая нисколько не волновало, как много времени займет эта прогулка. Ему хотелось проветрить голову и мысли. Сегодня у ребят был официальный выходной, им не надо было идти репетировать, все до одного могли выспаться, а вот Кай несся на базу, словно пытался от чего-то сбежать. Когда он, наконец, пришел, когда взял у охраны ключи, когда вошел в пустое помещение, на душе не стало спокойнее нисколько, но радовало то, что здесь точно не будет ругающихся на его музыку соседей, здесь будет хорошая акустика, даже можно будет записать что-то, чтобы не забыть… Именно поэтому причине Кай сидел здесь уже не один час. За временем блондин почти не следил. Медленно продвигалась новая песня, Кая даже устраивали и текст и получающаяся мелодия, но когда он застрял на одном месте, то понял, что пора передохнуть… Часы показывали уже почти три, Кай оставил гитару и вышел в коридор. Сейчас он мог вздохнуть с облегчением… Сильнее всего его пугало то, что соседняя студия будет занята. Если бы тут были SID… Конечно же здесь была бы и Нарей. А уж с ней Каю совершенно не хотелось встречаться… Каю хотелось курить. Он думал, что бросить будет легче, но почему-то постоянно тянуло купить пачку, выкурить одну, две сигареты, и он держался из последних сил, даже сейчас, сжимая еще не открытую пачку сигарет в руке, Кай едва сдерживался, чтобы не выйти на лестницу к открытому окну, но ноги сами туда тащили. — Ничего же не случится от одной сигареты, — думал он про себя, открывая дверь и спускаясь на пролет ниже, но от курения его остановил вовсе не здравый смысл. Еще с верхних ступенек пролета Кай заметил на лестничной площадке какой-то движ. Там стояли двое молодых парней, выглядели они, как участники какой-то поп-группы: вызывающе-модные шмотки, прически, только-только сделанные в каком-нибудь салоне. Оба парня что-то шепотом напряженно обсуждали. А когда Кай подошел ближе, он увидел причину их обсуждений… На подоконнике, прислонившись к стеклу и засунув руки в карман худи, нагло спала девушка, не узнать которую Кай ну просто не мог… Как обычно запрятанное под очками и маской лицо, кепка, капюшон, на ногах закрытые джинсы с кедами, в общем, полная экипировка. Но никакая экипировка не спасет ни одну Нэнси, если она будет так безалаберно засыпать в людных местах. — Да точно тебе говорю, — шептал один из парней. — Нэнси это! — Да не будет Нэнси так засыпать на подоконнике, ну сам головой подумай! — А еще ни одна девушка не будет в такую жару напяливать на себя все вот это вот! Да и много ли ты знаешь работающих в Marity людей, которым жизненно важно прятать лицо? Я вот очень не много. Я тебе говорю, давай посмотрим! Очки снимем, или кепку… — А вдруг проснется?.. — Да мы с тобой тут уже десять минут обсуждаем, проснется она или нет! Ну чувак, ну интересно жуть! Тебе вот не хочется самому стать человеком, который будет знать, как выглядит Нэнси?! А потом эту инфу, если что, можно за такое баблище продать! Слушая этот разговор, Кай не выдержал. — Ух ты, какая интересная ситуация, — усмехнулся он, присев на ступени, а оба парня, подпрыгнув на месте от неожиданности, резко обернулись на блондина. — Чего это мы тут делаем? До Нэнси домогаемся? — Так это все-таки Нэнси? — зашептал один из них, обернувшись на все еще спящую девушку. — Ну, а кто ж еще, — Кай усмехнулся, распечатал пачку сигарет, достал одну. — Да чего вы, не стесняйтесь, — кинул он, замечая смятение парней. — Мне тоже интересно, какое личико она от нас всех прячет. Продолжайте. Парни неловко переглядываются. Они с подозрением косятся на парня. Кая они, конечно же, узнали. Слишком уж раскручивалась тема его взаимоотношений с Нэнси, которые для всей публики представлялись не слишком-то приятными, что и вызывало лишний ажиотаж, но именно из-за этих слухов один из парней и решился подступить на шаг ближе к Нэн. — Да не надо, — одергивает его второй. — Так, а что мне за это будет?! — нагло фыркает тот, что был посмелее и понаглее, и тянет руку к очкам девушки, как вдруг голос Кая заставляет его застыть. — Да ничего не будет, — усмехается он. — Всего-то около десяти человек тебя из-под земли достанут, чтобы таких звездюлей прописать, ууу, мало не покажется. А я им инфу солью. — Ненормальный, — парень, как ошпаренный, отдергивает руку и хмурится. — Пошли отсюда, — он хватает своего более благоразумного друга за руку и тянет вниз по пролетам, и вскоре их шаги затихают за одной из дверей. Кай же с этой ситуации лишь посмеялся. Сидя напротив Нэнси, он держал в зубах незажженную сигарету и внимательно смотрел на спящую девушку. Отсюда ее было видно плохо. Светившее в окна солнце падало Каю прямо в глаза, искажало затененную фигуру девушки, Как же опрометчиво это было с ее стороны… А что было бы, если бы он сейчас не вышел? Если бы не прибежал из дома? Что было бы, если бы этот треклятый замок не открылся, или наоборот, открылся на полчаса раньше? Все годы, что Нэнси строила свой образ, пошли бы коту под хвост, и Кай аж удивился, что его это волнует… Хотя нет. Не волнует. Раздражает. Как и, в принципе, все время раздражала Нэнси, блондин не помнил ни одной их встречи, когда ему не хотелось бы съязвить ей в ответ и вывести девушку из себя. И это, конечно же, было взаимно. Ради нее Нарей так старается, попадает в больницу от переутомления, а что в итоге?! А в итоге Нэнси спокойно засыпала на подоконнике в огромной компании, где работали сотни людей… — Вот же… — раздраженно выдал Кай, поднялся со ступеней, подошел к подоконнику и прислонился к самому краю, через плечо взглянув на Нэнси. Лучше разбирать ее черты лица он, конечно же, не стал, потому что там нечего было разбирать, все, как и всегда, было скрыто за маской. Хорошую цель нашли те два парня. И ведь правда могли снять с нее маску или очки, могли даже кепку с капюшоном стащить, у Кая у самого руки чесались так поступить, но он прекрасно представлял, что с ним тогда сделает та же Рэй… — Черт подери, даже здесь все мысли в одну сторону, — рассерженно выдает он, и тогда, на эмоциях, не очень-то нежно пихает Нэнси рукой в плечо. Такой реакции от девушки он не ожидал… Одно прикосновение, а Нэнси буквально подорвалась на месте, заехала Каю рукой по плечу и шарахнулась к окну, и все это, не издав ни звука. — Вау, — меланхолично выдал блондин. — Вот это реакция. Да тише ты, тише. — Кай?! — громко зашептала Нэнси, пораженно уставившись на блондина из-под солнцезащитных очков. — Какого черта?! — Это так ты благодаришь? — Кай усмехнулся. — Я вообще-то спас твою задницу только что. Ты в своем уме засыпать в таком месте? — Отвернись, — потребовала Нэнси и полезла пальцами под очки, чтобы протереть глаза. — Я не специально тут уснула, черт подери. — Еще б ты специально. Люди так просто не вырубаются на подоконниках людных зданий. — Жил бы и ты двойной жизнью — не вякал бы ты мне тут, это сложно, чтоб ты знал. — А я живу-у-у две жизн-и-и, — тихо пропел Кай и тут же измученно рассмеялся. — Что, тяжелое утро? Нэнси ответила не сразу. — Тяжелая ночь, — пробормотала она, спуская с подоконника ноги. — И тяжелая жизнь. Девушка спрыгнула на пол. — Мне идти надо, — фыркнула Нэнси, начиная подниматься вверх по лестнице. — Что-то ты быстро сбегаешь, — глядя ей вслед, Кай может только усмехнуться. — А как же поругаться? — У меня нет на тебя времени, не видишь, в каком я состоянии? — на середине пролета Нэн остановилась. — Сам-то тоже выглядишь не ахти. — О, — заторможено тянет Кай. — А я думаю, почему ты мне башку еще не начала откручивать, а ты не знаешь еще ничего, походу… Неужели Рэй тебе на меня еще не пожаловалась? Какое разочарование. — Рэй? А ты опять что-то выкинул? — Нэнси недовольно фыркнула и продолжила подниматься по ступеням, напоследок выкинув фразу, заставившую Кая сильно сжать в руке так и не зажженную сигарету. — Странно. У нее с утра хорошее настроение. — Хорошее?.. — сперва растерянно повторил блондин, а после крикнул Нэнси вдогонку. — Она здесь? Вокалистка остановилась, свесилась вниз через перила. — Ну конечно здесь, — тихий-тихий высокий голос разлетелся по всей лестнице и эхом отразился от стен. — Не сама ж я себя малюю…

***

Не у одних Рэдо и Кая утро начиналось с головной боли. Правда в отличие от Рэдо никто и не думал подниматься в дикую рань, а в отличии от Кая все хотя бы спали. Когда часы показывали ровно четырнадцать ноль-ноль, Энги продрала глаза. Сегодня днем она проснулась не одна. Энги проснулась в компании сразу двоих мужчин… И если один, стоило лишь Джи приоткрыть глаза, радостно заскулил и завертел хвостом, как пропеллером, то второй все так же мирно спал. На талии лежала чужая тяжелая рука, а на шее Энги ощущала теплое равномерное дыхание, от которого по коже разбегались стаи мурашек, и наверное лишь это странное чувство чужого уютного присутствия как-то конкурировало с дикой головной болью. Закрыв глаза, Джи потрепала своего пса за ухом и тяжело вздохнула. Ей не надо было оборачиваться, чтобы понять, кто лежал в ее постели… В памяти еще свежи были воспоминания вчерашней ночи. Алкоголь. Много алкоголя. И компания Джуна. А когда эти две вещи совмещались, все неизбежно приводило к одному… В квартиру Энги они ввалились пьяными, но этого было слишком мало, нужно было больше, больше ощущений, и тогда, прямо в коридоре, бесцеремонно прижав худое тело девушки к стене, Джун заткнул ее грубым поцелуем. Была ли Джи против? Нисколько. Она зарывалась тонкими пальцами в длинные волосы парня, ближе притягивала его к себе. В этом поцелуе было знакомо все. И вкус его губ с привкусом алкоголя и табака, и его грубость… И то желание, с которым он ее целовал. Кто из них соображал лучше — тот еще вопрос, но прежде, чем нащупать ручку двери в собственную комнату, Энги умудрилась стянуть с парня его тяжелую косуху, которая так и осталась валяться на полу прихожей. Когда дверь скрипнула, спертый воздух комнаты обдал теплом, а под ноги тут же кинулся заждавшийся пес, они оба чуть не споткнулись, но вновь оказались у ближайшей стены, и тогда, столкнувшись спиной с холодной поверхностью, Джи с шумом втянула воздух и разорвала долгий глубокий поцелуй. Выгнувшись в спине, она лишь крепче прижалась к сильному торсу басиста, зажмурилась, растворяясь в тех ощущениях, что дарили его сильные руки и губы, поцелуями спустившиеся к ее шее. — Прямо при Тиме? — пьяно усмехалась Энги, крепче обнимая Джуна за шею и жмурясь от его грубых поцелуев на мягком изгибе шеи. — Ты сама притащила меня к себе, — отвечал Джун, открываясь от ее тела, заставляя Джи скинуть куртку, за курткой летит майка, его одежда… И теперь, спустя целую ночь, лежа в своей постели, Джи пялилась на эти шмотки. — Черт возьми, опять… — бормочет она и садится на кровати. Рука Джуна сползла ей на бедро, Тим тут же полез целоваться, а барабанщица только и могла, что тихо выругаться. — Я так люблю девочек, почему я должна просыпаться с мужиками… — прохныкала она, отпихивая от себя радостного пса, а потом перевела взгляд на Джуна. Парень мирно спал. Растрепанный, усталый даже во сне… Энги снова упала на кровать, на этот раз повернувшись к парню лицом. Она долго всматривалась в его закрытые глаза, ресницы, протянула руку, пальцами скользнув по скулам к щеке. От щекотных прикосновений Джун поморщился, что-то пробормотал в полудреме и тяжело вздохнул. Джи долго оценивающе смотрела на его лицо. Она лежала и все думала, как такому, как Джун, вдруг пришло в голову спать с ней? На него ведутся почти все девчонки: высокий парень с отличной фигурой, красивым лицом, ухоженный, не страдающий ЧСВ. Он бы давно мог найти себе хорошую девушку, а лежит в постели с одной распущенной бисексуалкой и его, кажется, все устраивает. Собственным мыслям Энги как-то недобро усмехается, убирает руки от лица Джуна и сползает с постели. Два часа дня. Ей надо собираться, проснулась Джи довольно вовремя… Вовремя для того, чтобы успеть на встречу с Райзем. — Идем, Тим, прогуляемся, — она махнула псу рукой, тот радостно заскулил и прибежал к Энги уже с ошейником и поводком в зубах, девушка же нацепила спортивные легинсы, топ, легкую ветровку, надела кроссовки и вышла на утреннюю, а уже вернее дневную пробежку. Башка болела, но чего уж не сделаешь ради любимого пса. Заодно Джи забежала в магазин, купила две бутылки минералки, в аптеке потратилась на те самые лекарства, что им вечно притаскивал заботливый Рэдо, и лишь тогда она решила вернуться. Прошло минут тридцать пробежки по округе, она взмокла и готова была сдохнуть, но стоило ей только войти в парадную, как она тут же учуяла приятный запах бекона. — Господи, ну что за изверги живут вокруг меня, — пробормотала девушка, хватаясь за живот. — У меня желудок сейчас в трубочку свернется, Тимми… Пес понимающе гавкнул, а Джи, по мере приближения к собственной квартире на втором этаже, все сильнее и сильнее ощущала этот приятный запах, и пиком удивления стало то, что запах не пропал, а лишь усилился, когда Энги открыла дверь в свою квартиру. Отпустив пса с поводка и захлопнув дверь, девушка рванула на кухню. Признаться честно, картина, которую она видела перед собой, чуть ли не в душу запала. Ну у кого еще на кухне у плиты в одних джинсах будет стоять почти двухметровый дылда и жарить бекон и хлеб на сковородке. — О, вернулась, — Джун сонно протер глаза. — Надеюсь, яйца хотя бы купила? У тебя холодильник пустой, реально жрать нечего. Привет, Тим. Парень потрепал пса за ухом, скормил ему кусок уже пожаренного бекона, а Энги так и стояла на пороге, неверяще пялясь на друга. — Не купила, — растерянно произнесла она, но выудила из пакета две бутылки минералки, одну из которых запустила в Джуна. — Вот это купила. — О, ну это почти так же хорошо, — Джун чуть ли не залпом осушил бутылку. — Ну, будем есть хлеб с беконом. Фу, Джи, какая ты негостеприимная, даже кормить нечем. — Ну прости, — Энги рассмеялась и, пройдя вглубь кухни, уселась на подоконник. — С Най я точно не сравнюсь. О! Кстати, Най! С этими словами Энги выудила у себя из-за спины пакетик домашнего печенья. — Третий день лежит, а я все съесть не могу, для меня одной слишком много сладкого. — Садись уже, — Джун вздохнул, вывалил на тарелку и хлеб, и бекон, упал на один из стульев рядом со столом, а Энги поспешила заварить чай. — Только нам надо побыстрее поесть, — заявила она, ставя перед Джуном его кружу. — Еще кофе по пути купим. — По-пути? — Джун удивленно изогнул бровь. — Куда это ты собралась на следующий же день после тусовки? Именно в этот момент Энги и притихла. О, конечно же, она знала, что ее ответ Джуну не понравится. Ой как не понравится… Поэтому она и собиралась с мыслями, чтобы сказать ему, выложить как-нибудь помягче и не словить порцию нравоучений. — Райз встретиться предложил, — пробормотала она. — Через час. В кафешке одной, напротив его работы… Джун холодно оглядел Энги, протянул к ней руку и приложил пальцы ко лбу. — Да нет, здорова. Температура в голову не ударила. — Это ты еще к чему? — искренне удивилась Энги. — К тому, что только на голову больной дуре может прийти в голову ехать на встречу с Райзем. — Сам ты дура, — обиделась брюнетка и уткнулась носом в свою тарелку. — Он вчера на наш концерт ходил, между прочим! Хотел нас дождаться, но не смог, позвонил и спросил, когда я свободна буду. Поговорить хочет и поздравить, подарок, говорит, купил даже. — О, ну если подарок, то да, конечно, иди, — недовольно фыркнул Джун. — Знаешь что, Джи. Ты вот потом после этой встречи мне в жилетку не реви. — Да когда я так делала! — Энги раздраженно рявкнула и замолчала, уплетая свой завтрак. Джун же не ел. Он внимательно следил за подругой и все пытался понять, какого черта ему так не нравится сложившаяся ситуация. — Не иди… — вдруг тихо требует он, а когда Энги поднимает на него взгляд, то тут же замирает. Странно Джун смотрел на нее: умоляюще и как-то отрешенно. Именно с таким выражением лица вчера он просил ее не брать трубку… — Еще чего, — фыркнула Джи, исподлобья взглянув на друга. — Не ходи, Энги, тебе же самой не хочется, — снова просит Джун, но Энги вновь лишь отмахивается. — Не решай за меня, Джунни, — холодно заявила она, запихала себе в рот бекон, жареный хлеб и, жуя на ходу и всеми силами строя обиженный на Джуна вид, отправилась в душ, краситься и переодеваться. Джуну же ничего не оставалось, кроме как молча наблюдать за ее сборами… Не может же он просто запретить ей туда идти. Был ли он недоволен? О, еще как. Джуна просто бесило то, что спустя столько лет Энги все равно умудряется бежать по первому зову Райза! Ну что, что он такого сделал, чтобы привязать к себе девушку?! Да и какую! Энги! Энги не привязывало ничто, кроме любви к музыке, кроме четверки ее любимых парней и троицы девушек… А Райз, внезапно появляясь в ее жизни, каждый раз наводя кавардак в душе, так же внезапно исчезал и все равно почему-то был для Энги так ценен… Когда дверь в ванную открылась, и уже переодевшаяся Энги сбегала в комнату за косметикой и вернулась в ванную к большому зеркалу, Джун не выдержал, поднялся со своего места и подошел к двери. — Я тебя провожу, — холодно заявил он, прислонившись плечом к дверному косяку и внимательно наблюдая за девушкой — Нахрена? — последовал весьма очевидный вопрос, а Джун и не знал, что на него ответить. — Ну, — он задумался. — Посмотрю еще раз на этого твоего Райза. Может, по пути отговорю тебя туда идти. — Попытайся, — с вызовом кинула барабанщица и развернулась к другу. — Джун. Ты не отговоришь меня, — серьезно заявила она. — Ну правда. И переживать тебе абсолютно нечего. — Я переживаю, что это мудак снова заставит тебя реветь, как в прошлый раз, на кухне! — сквозь зубы процедил парень, и коротко вздрогнул, когда вдруг теплая тонкая рука Энги ласково погладила его по щеке. — Он не заставит, — упрямо заявила барабанщица. — Я обещаю. Не встревай, пожалуйста, а то в прошлый раз ты натворил дел. Собирайся, раз собрался меня провожать, я почти готова. От собственного бессилия в данной ситуации Джуну оставалось лишь рассерженно стиснуть кулаки, развернуться и скрыться в комнате, чтобы отыскать свою футболку среди шмоток Энги. Уже спустя десять минут они вдвоем куда-то шли, пили прикупленный недалеко от дома Энги кофе, о чем-то болтали, и Джун все сдерживался, чтобы в очередной раз уговорить ее прямо сейчас развернуться и пойти куда-нибудь в другое место. В таком напряжении прошли для него всего полчаса прогулки. — Минутку, — хмурится парень, когда они остановились у просторной кафешки. — Он работает тут? Всего в тридцати минутах медленной ходьбы от твоего дома?! — Ну да, — барабанщица вздыхает, уже заранее зная, к чему этот вопрос Джуна приведет. — Так какого черта он так редко заходит к тебе?! — Джун, оставь эту тему, — требует Энги, а на деле она просто сама не знает ответа. Да и не знает, как выгородить Райза… И Джун это замечает. Самодовольно фыркает. — Напиши, как закончите, — заявил он, растрепал черные волосы Энги и зашагал в другую сторону, пару раз обернувшись, чтобы убедиться, что Энги зашла в кафе. Если говорить честно, Джун бы с удовольствием остался и проследил за этой встречей с какой-нибудь нейтральной территории, но ведь и у него были свои дела… Сперва он доехал до дома, принял душ и переоделся в свежую одежду. Затем он спустился на подземный паркинг, взял свой мотоцикл и выехал на просторные улицы города. И путь он держал не абы куда, а на собственную реп-точку… Какова причина? Да причина была крайне простой — забыл на реп-точке свой шнур от басухи, на концерте играл с тем, что предоставил клуб, да и удобнее это было, бегать по сцене с десятиметровым шнуром вместо двухметрового репетиционного. Но все равно парень недоумевал — как он умудрился вообще?! Как? Он без гитары жить не может, а здесь такое, да еще и следующая репетиция состоится не очень-то и скоро. У Джуна в голове уже сложилось расписание на следующие дней так пять. Влияние Най, не иначе. Зайдя в лифт, парень нажал на кнопку нужного этажа. Кабина дернулась, быстро поднялась почти на самый верх, и двери открылись. Джуну надо было всего лишь забрать чертов провод. Не подумал он, дурень, что на следующий день после такой тусовки не он один будет в состоянии добраться досюда… Стоило только лифту остановиться, дверям раскрыться, а парню сделать шаг их лифта, как он нос к носу столкнулся с Нарей. Девушка шарахнулась в сторону, задрала голову и уставилась на Джуна широко распахнутыми глазами. Рэй сама не ожидала подобной встречи и, скорее всего, предпочла б всеми способами ее избежать, но этого сделать уже никак не получится… И вот они стоят вдвоем. В коридоре репетиционных. Друг напротив друга. И смотря друг другу в глаза… Джун ошарашено моргнул. Подобной встрече он был удивлен не меньше, чем Нарей и теперь слегка недоуменно оглядывал ее с ног до головы. От их встречи прошло от силы секунд пять, а оба уже чувствуют неловкость… Странно даже думать, что нелепое стечение обстоятельств может заставить людей желать провалиться сквозь землю. — Рэй… — Джун мягко и виновато улыбнулся. — Я рад тебя видеть, — тихо произнес он, замечая, насколько подозрительным вдруг стал взгляд рыжей. — Привет, — растерянно отзывается она, и начинает бегать по коридору взглядом, словно бы не знает, куда спрятать глаза. Чувство растерянности вмиг охватило девушку, Рэй пыталась не смотреть на Джуна, но на себе чувствовала его взгляд. Воспоминания о вчерашнем были все еще свежи в памяти… И, признаться честно, Рэй хотелось бы об том Джуна расспросить, только она все никак не могла решиться. Тем более на следующий же день при такой внезапной встрече! Первый шаг сделал Джун. — Не суетись, — мягко улыбнулся он, поправляя рюкзак на плече. — Рэй. Давай поговорим. Девушка кинула на Джуна взволнованный взгляд, но без раздумий кивнула. От лифта они отошли к окну, Рэй все время смотрела себе под ноги и неловко сжимала край своей юбки. — Впервые ты так смущаешься моего присутствия, — усмехается басист. — Думаю, о причине ты вполне догадываешься, — бормочет девушка, что заставляешь Джуна вздохнуть и покачать головой. — Рэй. Пожалуйста, выкинь из головы вчерашнее, — просит он. — Надеюсь, ты не успела себя загрузить, поэтому, пока не поздно, поясню: я поцеловал тебя только ради реакции Кая. Извини за этот дебильный концерт. Я надеюсь, что не рассорил вас… — О, ты не рассорил, — задумчиво тянет Нарей, и только Джун хотел облегченно выдохнуть, как Рэй, тихо хмыкнув, безжалостно добавила. — Ты помог со всем покончить. Джун тут же нахмурился и в полном недоумении уставился на рыжую. — В смысле? Ему показалось, что Рэй пошутила, подколола, проучила его за вчерашнее, но тут девушка подняла на него взгляд, и впервые за все время их встречи Джун понял, что выглядела Рэй как-то странно. — Ого, у тебя есть веснушки? — удивленно выдал он и тут же осекся. — В смысле… Ты визажист и ты не накрашена, — заторможено произнес он. — Я не девушка, конечно, но когда Джи не приходит на репетиции не накрашенная, мы все на цыпочках ходим… Это же не значит, что у тебя все настолько плохо, Рэй?.. — О, не, — Рэй тут же поспешила отмахнуться, спрятала голову, словно не хотела, чтобы Джун углядел что-нибудь еще. — Это я просто проспала и бежала сюда к ребятам сломя голову, пожертвовала и завтраком и макияжем, лишь бы Нэн на утреннем интервью выглядела красоткой. На счет Кая… Не бери в голову. Хорошо? Но подобная просьба Джуна не устраивала ни по каким пунктам. — Так, он что-то тебе наговорил? Обидел? Вы не вернулись вчера в бар. — хмурится парень, а Рэй, лишь припомнив, что примерно таким же взглядом Джун вчера смотрел на Кая, укоризненно взглянула на басиста. Джун все понял мгновенно, тут же попытался сделать лицо попроще. — Нет, — Рэй покачала головой, а сама все никак не могла перестать перебирать пальцами лямку рюкзака, так сказывались нервы. — Он не обидел. Он помог все расставить на свои места. И поставить огромную жирную точку. Сказав это, Рэй задумчиво улыбнулась. Знала бы она, что Джунни, не особо любопытного, от интереса теперь просто разрывало. — Помирись с Каем, — вдруг заявила Нарей, не дав Джуну и слова вставить, и взгляд ее вмиг стал до одури серьезным. — Серьезно, Джун, о чем ты думал? В курсе хоть, к чему могут привести ссоры в группе? Гораздо больше, чем за Кая, я переживаю за вас всех вместе взятых. Я серьезно, если вы не помиритесь!.. — Да ты, смотрю, настоящая фанатка, — Джун заулыбался. — Не переживай. С Каем-то мы помиримся. И не так ссорились, — ответил он, но встретился с отнюдь не самым доверчивым взглядом. — Ну смотри мне, — пригрозила она, а потом, вздохнув, покосилась на лифт. — Извини, мне бежать надо. Ребята там умирают, хоть кофе им куплю. — Беги, — Джун специально отошел в сторону, и Рэй, улыбнувшись на прощание, помахала парню рукой и зашагала в сторону. Джун посмотрел ей вслед, хотел уже было зашагать к своей реп-точке, как вдруг опомнился. — Рэй, — прозвучал его голос, заставивший рыжую остановиться у лифта и обернуться. — Рэй, самое главное, — рассеянно произносит басист. — Я извиниться должен… За поцелуй. Прости, пожалуйста. Сейчас, глядя на растерянную Нарей, Джун ожидал от нее какого-нибудь смущенного кивка, растерянной улыбки… Но почему-то не получил ни того, ни другого. Склонив голову в бок и опустив взгляд, Рэй смущенно усмехнулась. — Не думаю, что тебе за это стоит извиняться, — вдруг произнесла она, своим ответом парня крайне удивив. — Скорее, мне стоит сказать тебе спасибо. — Извини? — в полном недоумении переспрашивает Джун, надеясь, что ему послышалось, а Рэй, улыбнувшись, неловко заправила за ухо прядь волос. — Не пытайся понять. Просто… — Рэй стискивает край юбки пальцами, смущенно улыбается. — Если честно, ты просто показал мне вчера, что поцелуй — это всего лишь поцелуй. Все еще недоумевая, Джун вопросительно смотрит на девушку, ждет пояснений, а Рэй все собирается с мыслями, пока совсем тихо не выдает. — Ну… Колени не подкашиваются, в животе ничего не сжимается, даже в груди не так ёкает… Если не тот человек целует. Понимаешь? Джун рассеянно мотнул головой, правда, тут же сам себе запротиворечил. — Кажется… — Ну вот. Извини, ребята ждут, пока, — и, вновь махнув рукой, Рэй шагнула внутрь только что подъехавшего лифта. Она уехала вниз. А Джун в растерянности смотрел туда, где только что стояла девушка. Такого с Джуном не случалось никогда… Чтобы одна брошенная фраза вдруг стукнула в голову и заставила в раздумьях застыть на месте. А понимала ли сама Нарей, что сказала? Наконец, Джун отвернулся от лифта и растерянно уставился себе под ноги. Казалось бы, он лишь сейчас осознал, в каком положении находился все это время, как выглядел со стороны, и тогда парень тяжело вздохнул, прислонился к подоконнику и протер рукой переносицу. — Ого, — он тихо рассмеялся, закрыл ладонью глаза и покачал головой. — Рыжая-рыжая… Знала бы ты, что ты сейчас сделала. Сказав так, Джун кинул короткий взгляд в окно и все-таки двинулся к дверям студии. Экземпляр ключей ему еще вчера отдала Най, когда услышала о забытом на реп-точке кабеле, Джун выудил их из кармана, вставил ключ в замочную скважину и в тот же момент замер, когда ключ не повернулся направо. Замок уже был открыт. В полном недоумении парень дернул на себя дверь и та открылась. Почему реп-точка была открыта, когда Най совершенно точно закрывала ее в день последней репетиции, Джун не знал. Но логично было предположить, что сегодня не он один желал попасть в зал. В этом предположении Джун не ошибся. Едва открыв вторую дверь, сделанную для хорошей звукоизоляции репетиционной точки, Джун замер на пороге. Отвозя Энги на встречу с Райзем Джун думал, что хуже ничего не случится, ну серьезно, что может быть хуже, чем добровольно отвозить подругу на встречу с последним уродом, по мнению Джуна, на планете? Только встреча с другом, с которым по-крупному поругался накануне… Кай пялился на Джуна так, словно бы увидел призрака и не верил своим глазам. Что блондин забыл на реп-точке, басист даже предположить не мог, да и он в принципе об этом не думал, удивленно пялясь на друга. В одно мгновение между ним, стоящим в дверях, и Каем, сидящем на подоконнике с гитарой, воцарилось дикое напряжение, такое, что хоть ножом режь, а ведь они не успели сказать друг другу и слова. Даже деваться им обоим было некуда, это не та ситуация, где можно просто друг друга не замечать или пройти мимо. В «нерабочий» день они оба оказались в репетиционной. Видимо, судьба. Так подумал Джун. Переборов напряжение, он зашел в помещение, снял с плеча рюкзак и достал из кармана пачку сигарет. — Ну, пойдем, — заявил он, как ни в чем не бывало, и тут же словил растерянный взгляд Кая. — Куда?.. — ошарашено спросил блондин, совсем не таких слов ожидая в первую встречу после ссоры, да и вообще этой встречи не ожидая, а Джун, что уже схватился за ручку двери, устало обернулся. — На лестницу. Если я провоняю сигаретами базу, Най точно вставит мне огромных звездюлей. Даже не подумав, что Кай вдруг может его послать в пешее эротическое и никуда с ним не идти, Джун первым вышел в коридор и направился к дверям, ведущим на черную лестницу. Кай, все-таки, пошел за ним, и этот полный недоумения взгляд Джун чувствовал спиной. — Да не пялься ты на меня так, блондинка, — фыркнул басист. — Тебя-то я целовать точно не буду. — Шуточка явно не к месту. — Да что ты? — Джун невесело рассмеялся. — Нам надо поговорить, Кай, — парень остановился у окна, открыл одну из створок и облокотился на подоконник, закурил. — Мне действительно есть, что тебе рассказать. Кай присел на подоконник и скрестил руки на груди. — Это связано с рыжей? — Да, — без раздумий отвечает басист, затягиваясь сигаретой, буквально ощущая едкий дым, расползающийся по легким. — Напрямую… Разговор тебе не понравится абсолютно точно, гарантирую. Но постарайся уж меня не перебивать. И не бить. Кай напряженно кивнул. И тогда Джун начал говорить… Он говорил медленно, что было ему присуще, и рассказывал долго, начал издалека, еще с того времени, когда они даже не думали о возможности попасть во Франкфурт и победить в огромном конкурсе. Кай слушал друга внимательно, хмурясь все сильнее и сильнее. Джун пообещал, что разговор Каю не понравится, и Джун не соврал. Он говорил о Нарей… И на этот раз говорил не о том, какой Кай дебил и как идиотски он поступает с ней раз за разом, а о ней и… себе. К тому моменту, как Джун закончил, Кай стоял, закрыв одной рукой глаза. В полном молчании они провели долгих секунд пятнадцать, лишь потом блондин с шумом втянул носом воздух, спустил руку на губы и так же шумно выдохнул. — Все это время ты тоже любил ее? — хрипло произнес он. — Какого черта ты так долго молчал? — Ты, наверно, меня сейчас захочешь убить, — усмехнулся басист, на друга даже не взглянув. — Но я не любил ее. Я был влюблен. Наверно, даже, впервые, поэтому и помучился слегка. — Влюблен, любишь, да какая разница?! — не выдержал Кай, взмахнул рукой и протер глаза рукой. — Большая, — Джун коротко пожимает плечами и, наконец, переводит на Кая насмешливый взгляд. — Вот ты любил. И любишь. И еще ведешь себя, как… — Козел, я помню, — мрачно отозвался Кай. — Объясни мне. — Разницу объяснить? — удивленно переспрашивает басист. — Кай, я с тобой скоро начну верить анекдотам про блондинок. Кстати, сегодня Нарей меня отшила. — Чего?.. — в недоумении нахмурившись, Кай перевел на друга взгляд, а Джун лишь тихо рассмеялся. — О, она сама этого не поняла, но то, что она сказала, избавило меня от огромного груза, и теперь мне настолько легко, как не было очень долгое время. Одна фраза заставила кое-что понять. — Что? — А это уже не твое дело, — Джун улыбнулся. Но если ему было легко, то Каю наоборот. Если настроение Джуна повышалось, то Каю сегодня становилось все хуже и хуже. — Черт подери, — рассерженно бормочет Кай. — Если бы я только знал… Если бы я только знал, Джун! Какого ж черта ты молчал все это время про Рэй?! Джун удивленно уставился на друга. — О, ну не знаю! — искренне возмутился он, разводя руками. — Может, потому что один дебил решил с бодуна прямо во Франкфурте признаться мне в любви к рыжей. Я тогда знатно охренел, но все-таки решил, что дружба с тобой мне будет чуть-чуть поважнее. Решил промолчать. Уступить. — Если бы ты подумал чуть-чуть получше, Джун!.. — от безысходности Кай обеими руками закрыл лицо и сполз вниз по стенке, усевшись прямо на пол. — Черт подери, все могло бы давно сложиться иначе!.. Она была бы с тобой! Не было бы всей этой херни, что я, как дебил, творю, Рэй не мучилась бы из-за меня, ты хоть понимаешь?! Все ее внимание, все, что она чувствует, все это было бы целиком и полностью на тебе! Ты был бы счастлив, она, черт возьми, была бы счастлива с тобой, и я был бы счастлив, если бы знал, что точно не ломаю ей жизнь, и все это, если бы ты только сказал чуть пораньше, Джун!.. Наблюдая за другом, Джун несколько секунд молчал. Он смотрел на Кая, и все пытался понять, серьезен ли тот был в своих словах, не придуривался ли, а когда понял, что каждое слово было сказано с нотками отчаяния в голосе, Джун выдохнул серое облако сигаретного дыма и спокойно спросил. — Если бы тогда, во Франкфурте, когда мы пили, и ты выговаривался, я бы признался, что Рэй нравится мне, ты бы действительно уступил? — Мать твою, Джун, да! — рявкнул блондин, а Джуну все не верилось, что и это отчаяние, и эта горечь в голосе, все это неподдельное. — И вчера, в баре, когда ты говорил, что отойдешь в сторону, если вдруг в Рэй влюбится кто-то еще. Ты и тогда говорил на полном серьезе, и ответил так быстро, потому что давно для себя это решил? — Доброе утро, блин! — И все лишь бы она не связывала с тобой свою жизнь, потому что ты… — Тебе действительно все еще непонятно?! Джун замолчал. Он молча смотрел на друга, курил и думал, пока вдруг вновь не усмехнулся. — Переживаешь о ней? — Да. — Ну вот тебе и разница между мной и тобой… — спокойно отозвался басист. — Слушай. А если я в психологи пойду, меня без образования примут? А то мне кажется, это мое. Не? Кай словно бы не понял, о чем друг говорит. Он так и сидел, прислонившись к стене и закрыв руками глаза, разговор, который по словам Джуна должен был ему не понравится, доводил Кая до настоящего отчаяния и истощал и без того растраченные эмоции. — Тогда почему ты вчера был так зол? — наконец Джун нарушил тишину, Кай же, убрав руки от лица, покосился в его сторону. — Потому что я был уверен, что ты поцеловал Нарей мне на зло. У меня и мысли не было, что у тебя есть к ней какие-то чувства. — М… Ну, тогда ты был прав, что втащил мне. Я и вправду сделал это на зло, чтоб ты глаза раскрыл. А чувства… Они были. Вернее, я так думал. И тогда и еще пятнадцать минут назад, — на этих словах Джун вновь странно задумчиво усмехнулся, слушая недовольное бормотание Кая. — Чувства не могут вдруг просто так исчезнуть в определенное время, Джун, что б аж с точностью сказать: «Пятнадцать минут назад я был в нее влюблен». — Чувства — нет. Осознание, что их больше нет — еще как может. Я же говорю, — и басист снова с усмешкой смотрит на друга. — Рэй дала мне кое-что понять. Кай тяжело вздыхает. Говорить ему обо всем этом было нелегко, и Джун это видел. И пусть ему не хотелось дальше мучить друга, но любопытство брало верх. — Что вчера между вами произошло? Рэй сказала мне, что… Вы точку поставили. И я чувствовал себя чертовски виноватым перед тобой, пока ты тут мне не выдал все. Кай мгновенно усмехнулся и покачал головой. — О да, — он прищурился. — Она поставила точку… Джун удивленно вскинул брови. — Мне хоть и не радостно это слышать, но судя по всему, ты должен с облегчением выдохнуть. Разве не этого ты добивался? — Да я бы выдохнул, — Кай вздыхает, измученно усмехается. — И был бы счастлив… Да вот только проблема в том, что Рэй говорила не серьезно. — Это-то ты с чего взял? — искренне удивляется Джун, и блондин с улыбкой пожимает плечами. — Последнее время я узнаю о ней все больше и больше нового и интересного… И последнее, что я осознал, так это то, что в ней погибает потрясающая актриса и великолепный манипулятор. Все это время, думая, что играю с ней в кошки-мышки, я не осознавал, что мышкой был я… — вымученно улыбнувшись, Кай прикрыл глаза. — Ее беда в том, что талант манипулировать совмещается в ней с нечеловеческой доверчивостью и наивностью, Джун… Сегодня она одной фразой изменила твое к ней отношение, а вера все той же одной фразой заставила меня не спать целую ночь и мечтать исправить все, что я делал после звонка Майи… И я исправлю, если останусь с ней наедине, я знаю, я дебил. Поэтому мне ни в коем случае нельзя находиться с ней рядом одному. Ни в коем случае… — сказав так, Кай поднял на Джуна усталый взгляд. — Раз уж ты все знаешь, то очень тебя прошу, помоги мне в этом. Я знаю, что могу сорваться, я срываюсь каждый раз, но больше мне этого делать нельзя… — Ты хоть о Рэй поду… А, — встретившись с укоризненным взглядом друга, Джун осекся. — Понял. — Она думает, что поставила точку. Чем дольше она будет об этом думать, тем сильнее себя в этом убедит. Логично? — Так логично, что аж странно слышать это от тебя, — пожимает плечами басист, а сам не отводит взгляда от Кая, который вдруг выудил из кармана пачку сигарет и зажигалку. Кай не успел закурить. Джун молча забрал у него и то, и другое. На крайне офигевший взгляд Джун преспокойно ответил. — Ну я не совсем тупой, чтобы не заметить, как ты бросаешь курить. То у меня стрелял, то у Джи. Что, сорвался, раз купил свою пачку? М, — он заглянул внутрь пачки. — Новая. Всего одну сигарету взял, и ту помял и обратно засунул. — Джун, мне нужно покурить, — с напряжением в голосе просит Кай, протягивая руку к другу, но тот коротко пожал плечами и засунул пачку себе в карман. — А мне живой друг нужен. Раз бросаешь курить, то держи себя в руках. С Рэй помочь не обещаю, мне стремно снова вмешиваться. А вот сигареты отнимать — это пожалуйста. Могу даже бить за каждую выкуренную. Кай тихо рассмеялся. — Ну, хоть отомстишь. В ответ Джун улыбнулся и перевел на друга задумчивый взгляд. — Мир? — предложил он, протягивая Каю сжатый кулак, и тот молча стукнул по его кулаку своим. — Ну и отлично, — Джун усмехнулся. — Думал, будет сложнее. Рэй будет рада. — Рэй? — Она очень просила нас помириться. Мне стыдно перед ней, я втянул ее в наш конфликт, не думаю, то стать зерном раздора Рэй было очень весело. Давай вернемся на базу. — Ага. Зачем ты приперся-то? — фыркнул Кай, поднимаясь с места и шагая к репетиционной. — Я забыл шнур от басов. Решил заехать сегодня, тем более что вечером хочу порепать с Лео. Сейчас заберу и поеду, надо еще кое-куда заскочить… Кай понимающе закивал. Уходили с реп-точки они в напряженном молчании, вернулись сюда, уже оживленно что-то обсуждая, словно и не было той ночной ссоры, так и не начавшейся драки. В репетиционной они провели вдвоем еще немного времени, Кай наиграл Джуну новую песню, которую он сто процентов допишет за пару дней и презентует другим, Джун шутил, что на сегодня стал каким-то рэдозаменителем, раз первым слышит новую песню, да и вообще, промывает Каю мозги. Когда время показывало шесть часов вечера, Джун смотал шнур, попрощался с Каем, который намеревался еще немного посидеть в репетиционной, и спустился вниз, к мотоциклу. В этот вечер, выезжая на заполненные машины города, медленно погружающегося в сумерки, Джун и не знал, чем закончится этот проклятый день… Тем временем Кай, распрощавшись с другом, сделал еще несколько набросков на куплеты, сложил в чехол гитару, закинул за плечи и вышел в коридор. Весь коридор репетиционной был погружен в какую-то чарующую тишину: нигде не играли гитары, было тихо в соседней реп-точке, где сегодня пела Нэнси, а сквозь окна на противоположную стену падали красно-рыжие лучи заката. Кай так и замер у порога, устремив свой взгляд вдаль, сквозь стекла окон глядя на заходящее солнце, окрашивающее облака. С высоты их репетиционной всегда были видны закаты, в это время ребята еще не покидали репетиционную, часто стояли на лестнице, курили, отдыхали, болтали и пялились на заходящее солнце… А сейчас Кай был один. И от того становилось как-то странно тоскливо, что-то сжималось внутри, пока блондин не заметил хрупкую фигуру у самого крайнего окна. От этого стало лишь хуже… И без того рыжие волосы казались совсем красными в закатных лучах, этот цвет приковывал к себе все внимание… Рэй стояла у окна и пялилась в небо, не обращая внимания на посторонние звуки, а Каю, при виде ее, хотелось провалиться сквозь землю, снова скрыться в помещении реп-точки, да что угодно! Лишь бы не встречаться с Нарей вновь, один на один, в абсолютно пустом коридоре. Как же хотелось сбежать, Каю даже стыдно было подумать о там, как сильно! Но деваться было уже некуда, и когда блондин, собравшись с силами, с хлопком закрыл за собой дверь репетиционной, рыжая обернулась. Их взгляды встретились мгновенно. Измученный и виноватый взгляд Кая, и ее, удивленный и растерянный. Прошло не больше пары секунд, а блондин успел себе представить все возможные варианты реакции девушки. Как же сильно он удивился, когда ни один из них не оказался верным. Спустя эти две секунды, Рэй нахмурилась и скрестила руки на груди, оглядев блондина сердитым взглядом. — Ну неужели, я устала тебя тут ждать, — заявила она, мысленно посмеявшись с реакции блондина — таким удивленным она его еще не видела никогда. — Меня?.. — совсем растерянно переспрашивает Кай, на что рыжая коротко кивает. — С Джуном помирился? — сходу спрашивает она, и быстро добавляет. — Я знаю, что он тут был. — А… Да, — все так же растерянно кивает блондин. — Помирились. — Точно? — не отстает девушка, и все продолжает хмуриться. — Если ты врешь мне… — Да точно, точно, — Кай прервал ее фразу, все так же с подозрением косясь на Нарей, и вдруг замечая, как та облегченно вздыхает и на ее губах появляется довольная улыбка. — Ну слава богу, — вздыхает Рэй. — Я переживала. Ты вообще головой думал, прежде, чем ссориться с собственным басистом?! А если бы из-за вас двоих группа распалась?! — Так не я же начал! — Так и Джуну от меня прилетело! — Что-то мне подсказывает, что меньше, чем мне, — обиженно пробормотал парень, поправляя гитару за плечом и слыша, как Рэй в ответ вдруг раздраженно выдала. — Моя бы воля, вам бы обоим так прилетело, что синяки бы прятать пришлось! — вспылила она. — Я вам что, кукла что ли, так со мной играться?! Я от этого уже чертовски устала и от Джуна такой подставы не ожидала! Что за приколы с моим участием! Кай не ответил. Просто не знал, что может сказать, но Рэй и не ждала ответа. Отведя в сторону сердитый взгляд, она прочистила горло. — Я переживала за вас, — прямо заявила она, несмотря на рассерженность, а Кай все никак не мог поверить своим глазам. Ему ведь не кажется?.. Не кажется, что сейчас происходит что-то странное? В голове все еще вертелись сказанные ночью этой же самой девушкой слова, это Каю не приснилось, хотя бы потому, что он точно не спал! А Рэй ведет себя так, словно ничего не произошло… Ну, почти. Пока Кай пытался переварить происходящее, Нарей сделала к нему несколько шагов и остановилась чуть поодаль. — У вас же выходной, что вы оба тут забыли? С Джуном. — Я… Пришел поиграть. Джун за шнуром от басов… — Тьфу, а я-то подумала, вы умные люди, договорились встретиться и поговорить, а это случайность, — Рэй вздохнула и покачала головой. — Ну. Хорошо, что все разрулили. — Да, — заторможено отзывается вокалист, но его не слишком волновал разговор про Джуна, куда интереснее ему было спросить у Нарей, что происходит, поэтому он сделал короткий шаг к девушке. — Рэй, я… — О, черт, — Нарей, даже не дослушав, достает из кармана кофты телефон. — Извини, мне бежать надо, я задержалась, Наой ждет. Пока. Развернувшись, Рэй тут же быстро зашагала к лифту, а Кай пялился ей вслед и не мог поверить в происходящее. — Погоди минуту, — не выдержал он, сделав за девушкой пару шагов. — Рэй. Та остановилась и удивленно обернулась. — Чего? — как ни в чем не бывало спрашивает она, словно бы даже не догадывается, почему Кай в таком смятении, а блондин, остановившись, задал лишь один вопрос. — Рэй, с тобой все хорошо?.. Нарей в недоумении сводит брови, растерянно оглядывает себя. — Да вроде, — она коротко пожала плечами. — Странный ты какой-то. Все, извини, побежала я, — она улыбается, махает рукой и вызывает лифт, почти мгновенно подъехавший к этажу. Пока за ней не закрылись двери, Кай пораженно пялился ей вслед. Внутри все ходило ходуном, раздражением с непониманием смешались в одну адскую смесь, сейчас происходило то, чего Кай так добивался, а ему это, черт подери, не нравилось! Именно это и выводило из себя, но блондин этого почти не понимал… — И это я-то странный?! — в сердцах рявкнул он, сбросил с плеча гитару и рывком достал из кармана пачку сигарет, почти не отдавая себе отчета в том, что он творит, и уже в тот момент, когда Кай откинул картонную крышку упаковки, он замер. Остекленелым взглядом блондин пялился на девятнадцать новеньких сигарет и одну помятую его же рукой. Почему он злится? Эта мысль больно стукнула в голову. Сейчас ведь все идет своим чередом, так, как он и хотел. Так почему в нем играет такая злость на самого себя?.. Думая об этом, Кай смотрел на пачку едкой дряни, единственной, что успокаивала его нервы, приводила в чувства, единственной, что давала спокойно думать, и в то же время единственной, что не давала свободно дышать… Долгие годы он полагался на пачку за пачкой, выкуривал по две-три сигареты в день, и все мечтал о том, что серый дым, пробираясь в каждые уголки его легких, поможет скорее покончить со всем кошмаром внутри, но годы шли, а ничего не происходило. Судьба играла с Каем в дурацкую игру, лишая всего, что ему когда-либо было дорого, но тогда, когда он сам пожелал со всем покончить, когда курил сигарету за сигаретой, прекрасно зная, к чему это приведет вкупе с его болезнью, эта же самая судьба дарила ему день за днем, и эти дни все не кончались… Недели, месяца, годы, а он все так же тлел и не мог с этим ничего поделать: ни выкарабкаться, ни усугубить, как бы сильно он не пытался это сделать проклятыми сигаретами… И тогда желание жить забурлило в нем с новыми силами. Еще никогда в жизни Кай так сильно и так страстно не желал просто жить, проводить каждый день на этой чертовой реп-точке, смотреть на закаты, играть музыку, раскачивать целый зал людей и каждый день видеть семь надоевших до чертиков лиц. Еще никогда он так бережно не относился к каждому прожитому дню, но раз так… Зачем ему эти сигареты? Зачем ему сейчас все портить? Лишь из-за того, что это вошло в привычку? Почему он продолжает медленно уничтожать себя тогда, когда он впервые может что-то изменить, когда он впервые хочет это сделать? Кай поднял голову и снова посмотрел на заходящее солнце, уже почти исчезнувшее за крышами высоких домов. Тихо хмыкнув, блондин закрыл пачку сигарет, снова поднял гитару и закинул ее на плечо, подходя к лифту, спустился вниз. Дальше он делал все, как обычно — сдал ключи на пост, вышел по пропуску на улицу и полной грудью вдохнул теплый вечерний воздух. Люди мельтешили по своим делам, кто-то шел с работы, кто-то наоборот, бежал по поручениям, и в этой суетливой толпе никто и не обратил внимания на парня с гитарой, спокойным шагом направившегося вниз по улице и по пути выкинувшего в урну новенькую, едва открытую пачку сигарет.