Живой навигатор - не самый лучший ориентир

      — Давай пройдемся пешком!       — Нет! Я не хочу! У нас есть велосипед. Зачем идти чёрт знает куда на своих двоих?       — На твоём велосипеде место только для одного! Куда я сяду, чучело? Или ты, сволочь похотливая, предлагаешь мне бежать за тобой? А может, ты вообще меня кинуть решил?       — Что?! Почему я похотливый?!       — Почему?! Да ты ни одной юбки не пропускаешь! Небось, уже со всеми девчонками в городе переспал!       — Слушай, не хочешь прекратить ныть? Я не виноват, что у тебя спёрли велик! Ты сам его прицепил к сломанному забору. Неужели настолько слепой, что не увидел дырку?       — Ты охамел, идиот недоделанный?       — Если не прекратишь сейчас же, то я тебя брошу тут! Мне надоело слушать оскорбления в свой адрес! Я переспал только с пятью или шестью девчонками, кстати!       Двое молодых парней ссорились на берегу моря. Вокруг никого не было, и спокойствие, наводимое тихим шумом прибоя, нарушали крики двух друзей. Ситуация была до ужаса простой и в то же время — нелепой. Лишившись своего средства передвижения, один из юношей не желал ехать на велосипеде друга. А всё почему? Потому что велосипед был горно-спортивным, и сесть можно было только на руль, ибо другого, более удобного места просто не существовало. А ведь это не самое лучшее расположение для его пятой точки! Вот он и выкаблучивался, словно маленькая девчонка, пытаясь таким образом уговорить стоящего рядом идиота пройтись пешком. И совсем неважно, что идти придётся не меньше трёх часов.       Спорили и ссорились они ещё долго. Обладатель велосипеда расписывал все прелести своего неодушевлённого товарища. Он говорил о нём, как о возлюбленной, используя художественную речь и смотря на вещь влюблёнными глазами. Второму же это явно не нравилось. Он даже начал немного ревновать своего приятеля к этой вещице, сам того не подозревая. Вся суматоха продолжалась до того момента, пока один из парней не психанул и не решил уехать в одиночестве. Эту «похотливую сволочь» звали Артём, а того, кто вёл себя словно малое дитя, — Денис. Последнему пришлось слащавым тоном вопить слова прощения и гнаться за уезжающим другом. Солнце начинало сильно припекать макушку, а духота вызывала тошноту. Бедному юноше было уже плевать на ссору и место, на котором придётся ехать. Лишь бы быстрее добраться до дома и включить спасительную сплит-систему, которая дарует божественную прохладу, так необходимую ему сейчас.       — Значит, всё-таки согласен ехать на руле, недотрога?       — Недотрога?! Я просто не нашёл ту единственную, с которой проведу остаток жизни!       — Ага, и с которой девственности лишишься. Хватит уже сопли разводить. Садись давай!       — А… А как я залезу? — Растерянно произнёс парень.       — Молча! Услышу хоть слово, и ты — труп!       Кряхтя, скользя и падая, Денис таки смог забраться на злосчастный руль. Как он и предполагал, его попе было не очень комфортно на тонкой железке. Непонятные рычажки, которые являлись передним и задним тормозами, больно упирались в филейную часть тела, не считая ещё этих дурацких переключателей скоростей. Отходящие от руля проводки мешали ногам свободно находиться в воздухе. Они так и норовили зацепиться за одежду. Повертевшись и поёрзав, Ден понял, что удобного положения не найти, и смирился со своей участью, озвучивая соглашение тяжким и долгим вздохом. Он так долго выпускал воздух из лёгких, что Артём успел пару раз зевнуть и даже немного вздремнуть. Когда же ситуация с неудобным положением драгоценной пятой точки была улажена, то возникла новая проблема: из-за широкой спины друга не было видно дороги.       — Ден, а ты не мог бы на пару часов стать прозрачным? Очень помогло бы.       — Я тебе что, сын стекольщика?!       — Нет, но жрать мог бы и поменьше. Ни фига не видно!       — Если не устраивает вид моей прекрасной и статной спины, то можем поменяться местами. Так уж и быть, я соглашусь уступить тебе королевское место, остолоп.       — И как я тебя вообще терплю с самого детства, псих? Нет уж, спасибо, на твоё место я и не думал претендовать. Лучше будешь мне говорить, куда ехать и где поворачивать. Думаю, так мы справимся.       — И кто из нас псих? Упырок тугодумственный!       — Ты сам-то хоть понял, что сказал? Только честно.       — Нет, но я имел в виду, что согласен быть твоим осведомителем, путеводителем, навигатором…       — Сделаем вид, что я поверил. И вообще, хватит трындеть, поехали уже.       — Хорошо, только не дыши мне в спину!       На это высказывание Артём решил не отвечать. Если бы он озвучил всё то, что в данный момент думал о своём друге, то их беседа затянулась бы ещё на пару часов и домой они бы приехали не скоро. Обычно именно так и происходило. Но сейчас просто не было сил на споры. Хотелось быстрее скрыться от ненасытной палящей звезды. А солнце всё сильнее и сильнее наслаждалось своим верховным статусом. Оно, словно политик, начинало выпаривать мозг из головы. Но, не обращая внимания на сорокаградусную жару, друзья всё же двинулись в путь. Денис уже и думать перестал о своём велосипеде. Его главной задачей теперь было указывать верное направление. Он почувствовал себя капитаном пиратского судна. Хоть парню уже и было двадцать лет, но детство плотно засело пробкой в одном месте и в ближайшее время не собиралось покидать его. Артём же опасался за свою жизнь, которая была доверена этому недотёпе, возомнившему себя королём всея Руси.       Спустя пару минут.       — Направо! Нет же! Ты налево поехал! Теперь прямо! Снова налево, нет-нет, я хотел сказать направо. Прямо стена, нужно свернуть! Куда? Куда свернуть! А-а-а-а… Сейчас врежемся-я-я-я! — С последним выкриком Денис закрыл глаза, но, спустя пару минут, он не почувствовал ничего, что бы могло причинить боль его бесценному девственному телу.       — Говори уже, куда ехать. У тебя толстенная спина, и я ничего не вижу.       — Сам корова! Твою мать, куда едешь? Сворачивай налево! Налево, говорю! НАЛЕВО, УБЛЮДОК СЛЕПОЙ!       — Я и так налево повернул, кретин!       Мимо странной парочки проехала машина на высокой скорости, за рулём которой водитель матерился, на чём свет стоит. По версии Дена, велосипед чуть не задавил бедную иномарку, стоившую не меньше нескольких лимонов. А по версии Артёма, этот сидящий на руле хрен получит, как только они доберутся до его дома. Он уже готов был остановиться и хорошенько вмазать такому навигатору. Водителя было поистине жалко! И это не удивительно, не каждый день на дороге встречаются такие сумасшедшие люди, как эти двое. А вообще, хорошо, что друзья не услышали ласковых слов проехавшего человека, иначе они узнали бы очень много нового и не совсем хорошего о себе.       — Ты охренел! Надо было сказать, чтобы я тормозил! А если бы мы врезались?!       — Тихо, я сказал! У меня всё под контролем! Просто следуй моим указаниям, — заикаясь, пролепетал живой навигатор.       — А я что, по-твоему, не следова…       Неожиданно велосипед наехал на небольшой камень. Незатейливую преграду гениальное изобретение человечества преодолеть не смогло и, сделав животрепещущий полукруг относительно камня, поздоровалось с землёй, не забыв представить ей и своих попутчиков. Во время падения давнишнего средства передвижения вся жизнь пронеслась перед глазами приятелей. Артём вспоминал те немногие моменты, когда он был по-настоящему счастлив. И почему-то в такие моменты с ним всегда рядом был Денис. Он выручал его из любых ситуаций, даже когда ему самому потом немало попадало. Он всегда разделял с ним неудачи и умел поднять настроение. Денис, словно тень, постоянно находился рядом и незаметно стал неотъемлемой частью его жизни. Его улыбка, добрые глаза, безумные идеи, детское поведение, тёплые руки, смешные кудряшки… Именно сейчас Артём понял, как всё это было важно для него. Он не вспомнил ни одного животрепещущего момента, связанного с другими людьми. Только его друг. Друг детства. И не важно, что его опасения оправдались, и теперь они могут погибнуть или стать инвалидами. Главное, чтобы это сволочное чудо не пострадало.       Пока Денис падал и видел приближающуюся к нему тёмную почву, по которой ползла большая зелёная гусеница, он успел подумать о том, что сожалеет о множестве упущенным возможностей. Он так много хотел сделать, у него было столько планов. И в этих удивительных планах всегда присутствовал один и тот же человек — Артём. Он был сильно привязан к этому тупице и не знал, как тот переживёт его похороны. Он не хотел, чтобы Тёма плакал и жалел об утрате. Ведь этот взбалмошный кретин с необычайно выразительным взглядом, грубоватым голосом, широкими ладонями, нежной улыбкой, громким смехом и мягкими волосами будет обязательно корить себя в его возможной смерти.       «Я не хочу потерять его!» — одна мысль посетила две головы перед тем, как велосипед вновь коснулся земли, и сознание стало ускользать от юношей.       Всё, что помнил Артём, — это мужественная спина друга и его необычайно сексуальные ляжки, на которые он раньше не обращал внимания.