Детский сад какой-то

      А вне уютного местечка Осаму уже начинали повышаться децибелы — кристально ясно, что контактировать между собой спокойно малышня не способна, а потому, в гостиной наверняка сейчас вспыхивает какая-то ссора или даже масштабная драка.       Но Дазаю до этого нет абсолютно никакого дела, ведь быть нянькой — это слишком сложная работа, особенно для таких ленивых людей, как он.       Откинувшись на спинку скрипучего компьютерного стула без спинки и с треснувшим колёсиком, Осаму включил ноутбук, не глядя ввёл пароль и стал проверять, нет ли поступившей информации от Анго. Нет, разумеется.       Дазай вздохнул и встал, чтобы тут же упасть на свой футон. В целом, от шума несложно абстрагироваться, так что можно и подремать какое-то время... Так думал Осаму, но мечтания прервал телефонный звонок.       Уже зная, что звонит ему Хигучи, Дазай вытащил из кармана мобильник и ответил на входящий вызов:       — Без формальных приветствий, просто рассказывай, что успели, — тут же сказал он, как всегда угадывая чужие слова наперёд.       — Оу, да, конечно, — слегка растерялась Ичиё, но быстро сконцентрировалась на важном, — Ночью в Агентстве дежурили Гин и Кёка, а я, Наоми и Кенджи занимались графиком следующих дежурств и подготовкой к этому.       — Молодцы. Так когда вы примерно подъедете? — снова предугадывая, спрашивает Осаму. Хигучи, в свою очередь, опять запнулась на секунду, но уже начинала привыкать к этому.       — Через час будем.       — Принято, созвон окончен! — шутливо заключил Дазай и сбросил вызов. Попрощаться не удосужился.       И вот, снова, как только он улёгся поудобнее и прикрыл глаза, настраиваясь на лёгкий дневной сон, в дверь сначала слегка поколотили и тут же открыли, даже не дождавшись разрешения.       — Дазай-сан, они дерутся!! — едва ли не плача, выкрикивает Ацуши и подбегает к наставнику, пытаясь поднять его в вертикальное положение, ухватив за ногу, или хотя бы притащить в гостиную в положении лёжа.       Но, вздохнув, Осаму встал сам, хрустнул шеей и пошёл за Накаджимой.       Удивительно, но абсолютно вся малышня уже успела обосноваться в их условной гостиной. И, неудивительно, уже успели передраться. Дазай не видел, как всё начиналось, но предположил, что в какой-то момент существования в одном замкнутом пространстве, нервный карапуз из одной организации невзначай наехал словесно на другого нервного карапуза из другой организации, и из-за цепной реакции началось это: Куникида кричал, пытаясь разнять Танизаки, Акутагаву и Тачихару, неподалёку компания из Фукудзавы, Йосано, Мори и Коё ругалась между собой, а Чуя мельтешил рядом, самоотверженно вступаясь за «старшую сестру», из-за чего строгая перепалка становилась громче, чем крики Куникиды. И только двое детей принципиально не участвуют в разборках — это Рампо, развалившийся на диване и приговаривающий: «Какие же все глупые», и Эдгар, который, кажется, прячется от всех остальных, сидя рядом с диваном на полу, под стенкой, и поддакивает Эдогаве. Маленький енот уснул у него на руках.       Ацуши, видимо, сильно досталось, когда он пытался образумить Рюноске, вот он и побежал к Дазаю, шмыгая носом.       Остановить весь этот балаган, как оказалось, довольно просто — Осаму просто притворился, что резко упал в обморок.       Грохот шлёпнувшегося на пол тела заставил абсолютно всех в один момент замолкнуть и развернуться в его сторону. Накаджима, стоящий ближе всех, аж подпрыгнул от испуга.       — Неужели, наконец-то, сдох? — риторически спрашивает Накахара и самым первым подбегает к Дазаю, лежащему лицом вниз, чтобы больно пнуть его ногой по почкам пару раз. Реакции никакой.       Вот тут уже и остальные сбегаются к Осаму, чтобы лично всё проверить.       Дазай прямо чувствует себя Белоснежкой, только в его случае надоедливых гномов двенадцать, плюс один детёныш-енот. Он улыбается в пол, поэтому никто не может этого увидеть.       — Пульс есть, — заключила Акико, оперативно проверившая запястье Осаму.       — Да, минимальный стандартный, — согласился с ней Огай, в свою очередь проверявший артерии на его шее.       — Нужно просто ударить раз-другой, он сразу встанет, — советует Доппо, поправляя ставшие большими очки. Он сталкивался пару раз с такой манипуляцией коллеги.       — Согласен с очкариком! Вдарить посильнее надо, — поддакивает Чуя, встав на спину Дазая обеими ногами, топчась по нему всеми своими немногочисленными килограммами и иногда наступая на шею. Честно, по ощущениям Осаму, это больше похоже на массаж, чем на избиение.       — Не смей трогать Дазай-сана, тигр! Он из-за тебя в обморок упал! — начал снова скандалить Рюноске, притянув причину нападения за уши, просто потому что хотел за что-то ударить Ацуши, который только-только потянулся к наставнику.       — Не правда! — Накаджима, едва ли не плача, толкает Акутагаву в ответ, и они начинают кувырком кататься по полу, пытаясь сделать друг другу больно, хотя выглядело это так, будто два котёнка играются.       — Дазай, здесь никто не верит, что ты правда без сознания, хватит притворяться, — говорит Рампо и все соглашаются. Но Осаму продолжает лежать.       — Вставай уже, придурок! — Чуя сильно дёрнул Дазая за волосы, что было больно, а боль Осаму не любит, поэтому с негромким: «Ауч!», резко подскочил и перевернулся на бок, из-за чего маленький Накахара свалился с него и неприятно упал на пол, вскрикнув, и тут же возмутился: — Эй, ты, мудак! Извиниться не хочешь?! — обиженно кричал он, но нянька-мумия умело его игнорировала:       — Ладно-ладно, вы меня раскрыли, но я ведь сделал это ради благой цели, чтобы вы перестали драться и не поубивали друг друга! — с максимально благородным видом, с каким только мог, начал оправдываться Дазай, положив руку на сердце.       — Ага, у тебя отлично получилось, — процедила сквозь зубы Йосано, кивая в сторону клубка из Ацуши и Акутагавы, которые повадились злостно кусать друг друга.       — ТЫ ПРОСТО ХУДШИЙ ЧЕЛОВЕК, ЖИВУЩИЙ В ЭТОМ МИРЕ! — завопил обиженный Чуя и кинулся на Осаму, пытаясь его придушить.       Но детские ручки не имели привычной рыжему мускулатуры, так что никак навредить раздражающему Дазаю не получилось. Зато получилось довести его до смеха и нового потока оскорбительных шуток о том, какой же Накахара маленький.

***

      — Приехали, — говорит Хигучи и паркует машину на обочине.       Сегодня в команде только Ичиё, Кёка и Кенджи, потому что Гин и Наоми остались на страже Агентства. Впрочем, Хигучи планировала довольно скоро вернуться к ним, только быстренько проверить, как дела у их маленьких коллег и Дазая.       Свой комплект ключей у Хигучи был, так что они без труда зашли в помещение, но как только открыли дверь в комнату, которая была условной «гостиной»... В общем, на пару секунд все замерли, потому что Дазай, раскинув конечности в стороны и не двигаясь, лежал на полу, но, благо, лежал на спине, и по его недовольному выражению лица было видно, что он ещё жив. Под правым боком у Осаму лежал Ацуши, а под левым примостился Акутагава, но разница была в том, что Накаджиму он совсем немного приобнял, а с Рюноске вообще не было физического контакта, из-за чего тот скрутился в позе эмбриона, обнимая самого себя, и бесшумно шмыгал носом. А другие дети решили использовать неподвижное тело своей «няньки» в качестве, видимо, лавочки, потому что, вот, на его живот присели Йосано, Рампо и Фукудзава, на левую ногу — Коё и Мори, на правую — Куникида и Танизаки. Только двое детей не поддержали такой весьма странный флешмоб и, как будто самые умные, сели по разные стороны дивана, это Тачихара и Эдгар со своим енотиком. Ну, не имели они причин присоединиться к остальным. И, в завершении картины, Чуя, который с довольным видом наступает Дазаю прямо на лицо своими маленькими ножками в милых детских ботиночках. Но приятнее от этого не было, что заметно по тем гримасам, которые лениво корчит Осаму.       Вошедшая команда не успела ничего сказать, но Дазай заметил их присутствие. Он коротко вздохнул, повернул к ним голову и жалобно, несчастно протянул:       — Заберите меня-я-я!       Но Накахара тут же пнул его по голове, сопроводив это строгим, пусть и не совсем разборчивым:       — Молчать, скумбрия!