Those Stars Are Fake, But You Aren't

      Шуичи понадобилось три секунды, чтобы вспомнить, где он находится, когда он встал следующим утром. Первым, что он заметил, были наклейки в форме звёзд на потолке, на который через окно падал ослепляющий свет. Вторым, что он заметил, было то, что он находился на полу, и это значило, что он, несомненно, был в чужом доме. И третьим, самым простым из всех, было то, что он лежал, свернувшись калачиком, около Омы.       Шуичи сел, недооценив, насколько сильно устало его тело. Простонав, он протёр глаза, привыкая к комнате. Он бы солгал, если бы сказал, что не скучает по тому чувству непобедимости, которое ему дало сияние звёзд прошлой ночью. Но сейчас это были обычные наклейки на чужом потолке. И всё, что он делал — это прятался от своих родителей и их дерьмовых поступков. Он должен вернуться домой и разобраться с ними. Он не может избегать их вечно.       — Ммм… Ты проснулся… — Кокичи подавил зевок, сев рядом с Шуичи. …Но ничего плохого не случится, если он проведёт здесь это утро, правда?       — Я сделаю горячий шоколад, хорошо? — Шуичи повернулся к Кокичи с лёгкой улыбкой.       — Подожди… — пробормотал Кокичи в ответ, не давая Шуичи выйти из комнаты.       — Да? — Шуичи наклонился, глядя в глаза Кокичи. Кокичи молча пялился на него с нерешительным выражением лица.       — Хн-н… Забудь, — Кокичи поник, завалившись на кучу одеял, на которой они оба уснули. Шуичи знал, что Кокичи хотел что-то сказать. Но стоять в дверном проёме было не слишком полезным действием, так что он продолжил свой путь на кухню.       Несмотря на то, что Кокичи ненавидел кофе, он был гордым владельцем целой коллекции кружек. Он любил их всех одинаково, по крайней мере, так он утверждал, поэтому Шуичи взял первую попавшуюся, на которой, как оказалось, была изображена Принцесса Пич. Шуичи, однако, использовал только одну из них, которая хранилась отдельно от остальных кружек Кокичи.       — Ты начал держать её там, чтобы мне было легче её найти? — однажды спросил Шуичи.       — Не-а! — Кокичи быстро помотал головой и скрестил руки, — Просто она была слишком уродлива, и я не хотел, чтобы это передалось другим.       — Спасибо, — Шуичи закатил глаза на ложь Кокичи. Проще говоря, это было «да». По правде говоря, в ней не было ничего особенного. Это была простая белая кружка с короткой фразой, написанной тёмно-синими буквами. Было что-то такое в её смутной простоте, что так привлекало Шуичи.       Поставив две кружки на стойку, Шуичи взял молоко и банку из-под печенья, до краёв наполненную какао-порошком, из холодильника Кокичи. Кокичи пришёл примерно к тому времени, когда Шуичи ставил кружки в микроволновку. Они не разговаривали до тех пор, пока не запищала микроволновка. Шуичи сел за стол напротив Кокичи, держа в руках две кружки.       — Дай, дай! — Кокичи потянулся за горячим шоколадом и выхватил его из рук Шуичи.       — Осторожнее, — предупредил Сайхара, прежде чем Кокичи успел его отпить. — Не обожгись.       — Не обожгусь, — фыркнул Кокичи, но, глотнув, тут же отшатнулся, давая понять, что именно это он и сделал. Шуичи вздохнул, прежде чем выпить свой дымящийся напиток. И там он увидел печально известные слова, написанные на его кружке: оглянись вокруг И тогда, глубоко вздохнув, он окинул взглядом то, что его окружало. Сначала мелочи. Календарь за спиной Омы, опаздывающий на два месяца, разрисованный бессмысленными каракулями сверху и снизу. Небольшой беспорядок напротив стола, с мятой бумагой и торчащей из нее солонкой. Красно-оранжевое пятно соуса, которое отказалось оттираться со стола. И... Ну, и Кокичи. С облупленным тёмно-фиолетовым лаком на ногтях. Но он никогда не держался долго, учитывая то, как усердно Кокичи пытался его содрать. Одетый в мешковатую рубашку. На самом деле, бо́льшая часть его одежды висела на нём. На рубашке был клетчатый карман, который напоминал Шуичи его любимый шарф. И с его непричёсанными, спутанными волосами, которые были... Шуичи покраснел. Может быть, он слишком долго рассматривал.       — Хмпф, — Кокичи сморщил нос с самым драматичным вздохом из возможных. — Знаешь, ты действительно сбиваешь меня с толку, Шу! А говорил, что это я ввожу в замешательство, блин.       — А? — спросил Шуичи, возвращаясь в реальность. — О чем ты?       — О, ну знаешь, — простонал Кокичи, потирая голову, что ещё больше спутало его волосы. — Это я тут лжец, а не ты! А теперь ты заставил меня делать всю эту детективную работу…       — Типа, о чем я вообще должен думать, когда ты сидишь и пялишься на меня с таким взглядом? — он остановился, бормоча себе под нос.       — Я- — пытался было сказать Шуичи, прежде чем Кокичи перебил его.       — Кыш отсюда, ведьма! Я не собираюсь больше попадаться на твои грязные подлые трюки! — Кокичи указывает на Шуичи, делая вид, что кастует заклинание, потому что он был полным идиотом.       — Это почти как если бы ты хотел, чтобы я думал, что ты действительно имел ввиду то, что сказал, когда говорил, что я тебе нравлюсь, а не просто нёс херню, потому что был разбит эмоционально, — Ома заканчивает свою речь, с грохотом поставив кружку на стол с ещё одним грандиозным вздохом.       — Я не знаю, что ты хочешь от меня услышать, — ответил Шуичи. И это была чистая правда.       — Ой, да ладно тебе. Бу! Я могу и забаню тебя на моём православном сервере в Майнкрафте за это, — решительно сказал Кокичи. — Ты не можешь играть на эмоциях парней, Шуичи! Теперь у меня кружится голова. Ты подсыпал яд в мою кружку? Легко понять… ага, конечно.       — Кокичи, — спокойно сказал Шуичи. Он не хотел уходить от ответа в этот раз. Это было бы неискренне. Поэтому он придерживался того, что знал лучше всего: правды. — Я говорил то, что я имел ввиду. Я сказал, что ты мне нравишься, потому что так и есть. Я не знаю, началось ли это потому, что ты всегда был рядом, когда мне нужно было с кем-то поговорить, как ты меня вчера и спросил. Но я знаю, что это не прошло. Кокичи прищурился, глядя на Шуичи. — Обещаешь, что тут нет никаких камер для Пранк-Шоу? Честно-пречестно? Шуичи кивнул.       — Нет! Ты должен действительно пообещать мне, или это не считается! — Кокичи протянул свой мизинец, предлагая его Шуичи.       — Ладно, — Шуичи подчинился, скрестив мизинцы с Кокичи. Но ни один из них не пошевелился, чтобы расцепить их. На самом деле, это не было настоящим рукопожатием. Но сейчас, когда они сидели, по-детски скрестив мизинцы, это казалось таким же интимным. И рука Кокичи всё ещё была тёплой.       — Ну, если ты хочешь знать… — гордо ухмыльнулся Кокичи, —…то ты тоже мне нравишься, Шуичи.