Уйди, если сможешь

      — Не понимаю! — воскликнул Вилли Вонка, подскочив с чёрного кресла. — Я всю ночь размышлял над новыми идеями, но ничего, кроме вишнёвых кукурузных хлопьев не пришло мне в голову!       Пять умпа-лумпов глубокомысленно закивали, неотрывно глядя на кондитера.       — Да даже моя жвачка “Обед” была лучше и оригинальнее, а я считаю её самым ужасным изобретением. Терпеть не могу жвачки! Но кукурузные хлопья, хлопья… Не понимаю.       Три оставшихся умпа-лумпа переглянулись и пожали плечами.       — Ни разу, ни разу с того дня я не терял вдохновения. Ни одиночество, ни трудности не были мне помехой. Даже после тех ужасно невкусных гусениц я не пал духом.       Два умпа-лумпа фыркнули и ушли восвояси. Оставшийся человечек незаметно притащил красное кресло и, усевшись поудобнее, принялся сосредоточенно записывать что-то в блокнот.       — Я даже придумал особых мармеладных гусениц. Кстати, новая партия скоро превратится в бабочек. Где же сачок? Не помнишь? — обратился он к последнему слушателю, но тот равнодушно завертел головой.       — Жаль… Без сачка я не смогу уберечь бабочек от котов. Что же делать? — Вилли Вонка вздохнул. — Я знаю! Я сделаю новый сачок. Из прессованных кукурузных хлопьев. Ха-ха! Правда, он будет жутко невкусным… Умпа-лумпа задумчиво посмотрел на кондитера и сделал новую запись.       — Я ничего не понимаю! — обессиленно упав на чёрное кресло, воскликнул Вилли Вонка. — Сладости всегда были единственным, в чём я был уверен, а теперь я ни в чём не уверен! Я не знаю, какой выбрать вкус, ничего нового не придумывается, ни на что не могу решиться… Я всегда делал сладости по настроению…       Вилли Вонка задумчиво уставился в потолок. Серый коридор с красной ковровой дорожкой, всего несколько дней назад наполненный жизнью и звонкими детскими голосами, теперь был тих и пуст. Почему для своих размышлений он выбрал именно этот коридор? Множество событий проносились перед его глазами, множество чувств, неконтролируемых и противоречивых, наполняли его сердце. Даже потеряв вдохновение, он не мог отказаться от любимого дела. Он не мог не создавать сладости.       — Я знаю ответ, — тихо, но уверенно произнёс он. — Я по настроению делаю конфеты, настроение ужасное, и конфеты ужасные! — синие глаза вновь загорелись, и к ним вернулся прежний озорной блеск. — Вы просто чудо! — поблагодарил собеседника кондитер и, поднявшись с кресла направился вдаль по коридору, скрываясь во мраке его теней.       — Жевательная резинка со вкусом кукурузных хлопьев! — донёсся голос кондитера, прежде чем он окончательно исчез.       Умпа-лумпа отложил ручку в сторону и, оценив объём успешно составленного списка дел, принялся за работу.

***

      — Ну и дрянь! — воскликнула Мия, выплюнув кусок откушенной шоколадки. Некачественный шоколад, имевший скорей текстуру речного песка, чем реального шоколада, с добавками большого количества маргарина и кукурузных хлопьев в качестве начинки создавал ощущение, что великий кондитер решил подшутить над своими покупателями. — И зачем только я взяла его шоколад? Говорила же, что больше не буду!       “Да и Абиой ещё раздаёт где-то рядом газеты… Выбрасывай быстрей, пока он не увидел,” — подсказал девушке внутренний голос, и Мия, не мешкая, выбросила плитку и пошла домой.       Опасения Мии не оправдались. Абиой уже был дома. Он сидел на полу и, перелистывая страницы манги, хрустел печеньками.       — Привет, — поздоровалась Мия с человечком и упала на кровать.       — Ну и чего ты разлеглась? Что? Собрала все вещи?       — Будто бы ты уже готов, — усмехнулась Мия.       — Готов, разумеется, — Абиой указал на плотно набитый рюкзак в углу комнаты.       — Ооох! — устало вздохнула Мия.       — В восемь поезд. Ты бы собралась.       — Да соберусь, никуда не денусь, — махнув рукой, ответила Мия и перевернулась на другой бок. — Слушай, а давай к Бакетам зайдём! Мы уже целую неделю не виделись.       — Ничего не знаю, — ответил Абиой. — Я сегодня раздавал с Чарли газеты. Он меня печеньками угостил. Сказал, прямо из духовки.       С этими словами Абиой проглотил ещё одну печеньку.       — Так это его печеньки? — удивилась Мия. — Дай мне попробовать!       Мия спрыгнула с кровати и подбежала к умпа-лумпе.       — Бери, сколько хочешь. Хоть целых две! — доброжелательно воскликнул Абиой и, когда Мия взяла свою долю, запрятал пакет подальше. — Мои печеньки.       — Мне так не хочется уезжать в Лондон, не попрощавшись с Бакетами!       — Ты едешь всего на три дня.       — Давай сходим! — упрашивала Мия.       — Ладно. Пошли. Если мы опоздаем на поезд, то только тебе придётся выкручиваться.       — Ура! Побежали! — Мия подскочила и побежала в коридор. Абиой, зевнув, лениво запрятал в рюкзак печеньки, отложил мангу в сторону и лениво вышел следом.       Как же необычно было спустя неделю стучаться в ту же самую дверь и открывать её за ту же холодную металлическую ручку. Оказавшись на пороге, Мия тотчас же ощутила пряный аромат жареной курочки и печёного картофеля.       — Добрый день, Бакеты! — поздоровалась она и зашла в дом.       — Добрый день! — улыбнулась миссис Бакет. — Мы уже успели соскучиться.       — А где Чарли? — оглядевшись по сторонам, спросил Абиой.       — Он наверху, — объяснила миссис Бакет. — Сегодня он не в очень хорошем настроении. Ему нужно отдохнуть.       — Что случилось? — встревожились Мия и Абиой.       — Ему придётся сидеть дома, когда все остальные уедут, — пояснила бабушка Джозефина.       — Эх, наш бедный мальчик! — вздохнул дедушка Джо.       — Его класс организует поездку в Лондон, — объяснила миссис Бакет и, усевшись на стул, поправила передник.— Но она стоит слишком дорого, мы пока не можем такое себе позволить.       — Вот как, — Мия сочувствующе кивнула.       С кухни повеяло запахом дыма. Миссис Бакет нахмурилась.       — Кажется, курица подгорела. О нет! Что же я делаю! — подскочив, она мигом оказалась на кухне.       — Я всё-таки зайду к Чарли, — решилась Мия.       — И я тоже, — согласился Абиой.       Гости вскарабкались на второй этаж и очутились в крохотной детской комнате. Чарли лежал на кровати, скрючившись и отвернувшись лицом к стенке.       — А может, он спит? — шёпотом спросил Абиой. Но Чарли, услышав голос давнего друга, обернулся и, приподнявшись, сел.       — Мия! Привет! — улыбнувшись, поздоровался он. — Мы с тобой целую неделю не виделись.       — Да-да, кое-кто усердно тратил время попусту, — намекающе взглянув на Мию, сказал Абиой.       — И вовсе не попусту! — возмутилась Мия.       — А вот мы с тобой виделись совсем недавно, — не обращая внимание на негодование девушки, продолжал Абиой. — Кстати, печеньки вкусные. Но что же с тех пор случилось? Что стряслось?       Чарли вздохнул и бросил печальный взгляд на последний рисунок. Под Биг Беном, который из-за неестественного наклона походил скорей на Пейзанскую башню, держась за руки, стояли дети, среди которых отчётливо выделялся Чарли в клетчатой куртке, и высокая, почти размером с Биг Бен, кареглазая учительница.       — Куда ж они запропастились? — послышался внизу голос миссис Бакет. — Чарли! Абиой! Мия! Спускайтесь!       — Пойдём? — Мия протянула мальчику руку, и Чарли вместе с друзьями спустился к обеду.       — Вот вы где! — миссис Бакет развела руками. — Скорей за стол, а то всё остынет.       Дедушки и бабушки уже сидели на своих местах, так что за столом не было только мистера Бакета.       — Немного подгорело, вы уж извините, — миссис Бакет улыбнулась.       — Вкус-но-ти-ще! — довольно воскликнул дедушка Джо.       — Сноровки ещё нет, — продолжала миссис Бакет. — Пока привыкну… Я немного даже скучаю по тем временам, когда мне всего-то нужно было сварить капусту.       — Кхм! — послышался недовольный кашель дедушки Джорджа.       — Я шучу! — рассмеялась миссис Бакет и взглянула на Чарли.       — Ну что, сынок, немного повеселел?       Улыбнувшись, Чарли кивнул.       — Мы с Абиоем тоже едем в Лондон, — призналась Мия.       Абиой поперхнулся и кинул на Мию острый чёрный взгляд.       — Ого! Здорово! — удивилась бабушка Джозефина.       — А… надолго? — поинтересовалась миссис Бакет.       — На три дня. Я прошла... — Мия улыбнулась и слегка покраснела. — на заключительный этап студенческой олимпиады по истории литературы. И еду писать. Вот.       — Ого! — удивилась бабушка Джозефина.       — Это серьёзно, — заметил дедушка Джо.       — Умница, — улыбнулась бабуля Джорджинна.       — Должно быть,ты очень любишь историю литературы, — предположила бабушка Джозефина.       — На самом деле, я её ненавижу.       Стук ложек резко затих. Все в удивлении вытаращили глаза на Мию. Только Абиой, как ни в чём ни бывало, продолжал наслаждаться обедом.       — Я терпеть не могу этот предмет. И я была на грани отчаяния всякий раз, когда думала о предстоящей сессии. Но теперь у меня появился шанс. Как только я узнала об этой олимпиаде, я сразу же поняла, что это судьба, — Мия поднялась со стула и воодушевлённо развела руками. — Я напишу эту олимпиаду, выиграю финальный этап, и меня освободят от экзамена. Мне больше не придётся мучиться с этим долбаным предметом, аха-х! Аха-ха-ха-ха! Х!       Мия почувствовала, как кто-то больно ущипнул её за руку. Резко посерьёзнев, она вновь села на своё место.       — Кхм! Прошу прощения.       — Ну, что ж, — миссис Бакет задумалась. — Тогда удачи тебе. В предстоящем бою.       — Вы правы, миссис Бакет. Удача ей пригодится, — парировал Абиой.       — Не смешно! — нахмурилась Мия. — И вообще, не в этом сейчас дело. Я просто подумала, может, Ч..       — Нет у тебя таких денег. Не выйдет! — предугадав намерения Мии, перебил её Абиой.       Мия огорчённо уткнулась в тарелку и больше ничего не говорила.       — Спасибо за ужин! — поблагодарил домохозяйку Абиой и унёс посуду на кухню. Его примеру последовали и остальные, после чего каждый вновь принялся за свои дела. Чарли принёс альбом и цветные карандаши, дедушка Джо открыл книгу, дедушка Джордж начал протирать полки, бабушка Джозефина взялась за спицы, а бабушка Джорджинна, лениво развалившись на кровати, приступила к решению кроссвордов, которые принёс Чарли. Они помогали ей развивать внимание и память, которые в последнее время стали и так резко улучшаться.       — Ты будешь жить с мамой? — спросила у Мии миссис Бакет.       — Нет, для участников забронировали номера в гостинице — по два человека в одном. А поскольку по баллам я заскочила в последний вагон и оказалась на дне списка, мне достался полупустой номер, так что Абиой вполне может поехать вместе со мной.       — Вот как. Похоже, этот предмет и правда даётся тебе с большим трудом.       — Так и есть, но я справлюсь!       — Удачи тебе, будем держать за тебя кулачки! — миссис Бакет подмигнула и подняла два кулачка.       Между тем, Абиой, разгуливая по периметру комнаты, взглянул на маленькую тумбочку и остановился. Он взял в руки плитку шоколада в красной обёртке и стал внимательно её разглядывать.       — Ой! Абиой! — спохватилась миссис Бакет. — Можешь попробовать, конечно, но…       — Правда, можно? Спасибо! — обрадовался человечек.       — Абиой! — только и успела воскликнуть Мия, но было уже поздно. Абиой, отломив кусочек положил его в рот.       Разжёвывая всё тщательнее, умпа-лумпа сначала посинел, а потом покраснел.       — Невкусно, правда? — увидев реакцию Абиоя, спросила миссис Бакет. — Раньше у нас не было денег, чтобы покупать шоколад, а теперь, когда деньги есть, там и брать нечего.       — Друзья! Дело пахнет маргарином! — во всеуслышание объявил умпа-лумпа. — Похоже, Вилли Вонку похитили инопланетяне.       Чарли встрепенулся и во все глаза уставился на умпа-лумпу.       — Навряд ли, — Мия равнодушно пожала плечами. — Он бы их сам похитил.       — Нет, ну а вдруг? — не унимался Абиой. — Они иногда похищают людей. Я по новостям видел.       — Невозможно! — возразила Мия. — Если бы даже они и пришли, чтобы похитить его, он бы напугал их своими криповыми шутками, и они бы вернулись на Марс. А может, он и сам инопланетянин?       — Он человек! — с досадой воскликнул умпа-лумпа.       — Откуда такая уверенность? — парировала Мия.       Миссис Бакет рассмеялась.       — Хватит меня смешить, дети! Чарли, покажешь мне, что ты нарисовал?       Миссис Бакет подошла к мальчику, приобняла его со спины и взглянула на… пустой белый лист.       — Чарли… — нежно обратилась она к нему. — Сынок, не расстраивайся так. Папа заработает денег, и съездим в Лондон вместе, давай?       Чарли быстро заморгал и опустил засверкавшие от набежавших слёз глаза.       — Я не расстраиваюсь, я всё понимаю, просто… — Чарли сглотнул. — Было важно поехать именно сейчас.       Чарли положил голову на стол и закрыл глаза.       — Чарли… — тяжело вздохнула миссис Бакет.       — Поезжай вместо меня, — уверенно произнёс Абиой.       — Что? — Чарли поднял голову и взглянул на друга.       — Поезжайте вместе с Мией, — повторил Абиой. — Тебе эта поездка важнее, чем мне.       — Правда, можно? — тихим голосом спросил Чарли.       Умпа-лумпа довольно закивал.       — Абиой, а как же ты? — вмешалась Мия.       — А я… — Абиой в упор взглянул на собеседницу. — наконец-то побуду в покое и тишине. И никто не будет воровать мои печеньки!       — Когда это я их воровала?! — возмутилась девушка.       — Ну что ты, ни разу, — Абиой скрестил руки и отвернулся.       — Так. Так. Стойте, — утихомирила всех миссис Бакет. — Я не против. Мии можно доверять. Но нам надо ещё собраться…       — Поезд отправляется в восемь, — пояснил Абиой. — Поэтому, если судить по вашим часам, до отъезда осталось… два часа. И тебя это тоже касается, Мия, ведь ты ещё не сложила свои вещи. Так что… бегом!