Уйди, если сможешь

      — Ну Мия, — умоляюще обратился к подруге Абиой. — Ну прости, пожалуйста!       Мия, бросив нарочито обиженный взгляд, поправила рюкзак и, откинув рыжие кудри, гордо ушла вперёд.       — Ну… ну хочешь, я отдам тебе все свои печеньки? — догнав девушку, предложил Абиой.       — Я просто не понимаю, — ответила Мия, резко остановившись. — Неужели так сложно было мне рассказать? Чарли знал, а я — нет. Выходит, ты мне даже не доверяешь.       — Это не так! — возразил Абиой, следуя за Мией коротким, но быстрым шагом. — Признаю. Я виноват, что не рассказал тебе. Но я просто не хотел оправдывать его в твоих глазах.       — В смысле? — Мия, замедлила шаг.       — Он обошёлся с тобой недостойно и грубо. И даже при всём моём уважении к нему я понимал, что никаких оправданий его поступкам нет. Когда Чарли грустил из-за того, что он не принимает его семью, я должен был всё ему объяснить и сказать правду. Но я не имел никакого права оправдывать его перед тобой.       Мия засунула руки в карманы и окончательно замедлила шаг.       — К тому же, — неуверенно продолжал Абиой. — Чарли всё равно рассказал бы тебе.       — Ладно, проехали, — вздохнула Мия. — Уговорил. Раз настаиваешь…       — Что?       — Я, так и быть, заберу у тебя печеньки.       Абиой недовольно нахмурился.       — Не расстраивайся. Всё равно ты завтра к Чарли пойдёшь.       — Ну да, точно! — повеселел Абиой.       — А вот мне на пары, — фыркнув, пробурчала Мия. — Олимпиаду я не выиграла, а, значит, от экзамена меня не освободят.       — Я тебе сразу говорил, что так будет.       — Не хочу, Абиой, не хочуууу! — наигранно-страдальческим тоном воскликнула Мия, пнув ком снега ногой.       — А придётся, — уверенно ответил Абиой. — Но печеньки вкусные, они тебя успокоят.       На следующее утро, когда Мия, как и полагалось, отправилась в институт, Абиой пошёл на встречу с Чарли. Погода была необыкновенная. какая бывает только в морозные, но уже весенние дни. Ярко-жёлтое солнце освещало голубое небо без единого облачка, и, снег, игриво блестевший в лучах, казалось, уже и сам начинал греть.       На этот раз Чарли взял себе другую работу. Он чистил обувь. Для этого на улице была поставлена специально обустроенная бандурина с тумбочками для вещей и двумя высокими стульями, на которые садились прохожие. Желающих было не особо много, так что стул всегда был занят только один, и Абиой с Чарли выполняли работу по очереди, давая друг другу отдохнуть.       Почистив сапоги очередного прохожего и получив деньги, Абиой подбежал к Чарли. Дождавшись друга, Чарли открыл светло-розовую книгу с кулинарными рецептами и начал рассматривать картинки.       — Ну как? Что тебе понравилось? — спросил Чарли.       — Мне приглянулись вот эти кексы с сахарной пудрой.       — Эх, а мне, — Чарли отлистал книгу на несколько страниц назад. — Мне очень нравится вот этот малиновый пирог. Но у нас нет малины. Да и вряд ли я бы смог его приготовить. Трудновато.       Абиой внимательно рассмотрел картинку с пирогом.       — Ну тогда мы его летом приготовим. Это будет наша с тобой мечта.       — Ура! — воскликнул Чарли. — Теперь мне не терпится, чтобы поскорей наступило лето!       — Молодой человек! Я уже тут целую вечность жду! — послышался чей-то сердитый голос, и Чарли, спохватившись, приступил к работе.       Пока Чарли чистил обувь, к стойке подошёл чудаковатый мужчина. Одет он был в чёрное пальто, похожее на балахон, а в руках он держал перевёрнутую вверх тормашками газету. Усевшись на второй стул, он стал дожидаться своей очереди. Увидев его, Абиой захлопнул книгу и недоумённо поднял бровь.       — Эй, мальчик! — окликнул его чудак. — Мальчик в красной куртке! Вы же тоже принимаете клиентов? Не заставляйте меня ждать!       Абиой и Чарли переглянулись. Небесно-голубой и тёмно-карий взгляды говорили об одном: “Хоть бы каре чем прикрыл!”       — Я тебя подменю! — успокоил Абиоя Чарли и, получив деньги за только что проделанную работу, снова принялся чистить обувь. Вилли Вонка, заметив наконец, что держит газету неправильно, перевернул её и, как ни в чём ни бывало, продолжил заинтересованно читать.       — Жалко этого шоколадника Вендела, эм.. Уолтера, — неестественно-наигранным голосом произнёс он.       — Вилли Вонку, — поправил Чарли.       — Да, правильно, — продолжая притворяться чужаком, согласился кондитер. — В газете пишут, что его конфеты плохо продаются. Но, наверное, поделом ему.       — Да, — коротко ответил Чарли, не отвлекаясь от работы.       — Неужели? — в голосе “чужака” промелькнули нотки досады и возмущения. — Ты с ним знаком?       — Да, — прекратив работу, ответил Чарли. — Сначала он мне понравился, но оказалось, что он не очень хороший. Он обижает моих друзей.       — Это неправда! — возмутился Вонка, отшвырнув злосчастную газету в сторону.       — Зачем Вы прогнали Абиоя с фабрики? — как ни в чём ни бывало, спросил Чарли.       — Ты ничего не знаешь, мальчик! Он гнусно предал меня!       Абиой усмехнулся.       — Предал?! Какая чушь! Поверить не могу, что я и сам в неё верил. Прям сплю и вижу, как я ходил с кинжалом в руках и норовился воткнуть его в Вашу спину.       — Если у тебя и был кинжал, ты бы не дотянулся, — ответил Вонка. — Но предать ты меня сумел.       — Абиой защищал Мию. Это не предательство, — возразил Чарли.       Губы кондитера недовольно перекосились.       — Хм! Я вижу, ты хорошо осведомлён…       — Мия и Абиой мои лучшие друзья. Они не бросили меня и мою семью, когда все остальные отвернулись. Я никому не позволю их обижать, даже Вам. Абиой не предавал Вас.       — Хм…м… Но Мия… Но мисс Аддерли…       — Зачем Вы вообще пришли сюда? — спросил Абиой.       — Ах, я… — облегчённо вздохнул Вилли Вонка. — Просто мне было так плохо! Я не могу творить. Даже на плохие конфеты у меня уже не хватает фантазии. Я хотел высказаться, но разговоры с умпа-лумпами больше не успокаивают меня. Только ты, Чарли, ты один можешь мне помочь.       — Я бы очень хотел помочь Вам, мистер Вонка, — ответил Чарли, поднявшись на ноги. — Я бы хотел стать для Вас учеником и другом. Но Вы отталкиваете от себя всех, для кого Вы дороги, как оттолкнули Абиоя и мою семью. Я не могу Вам помочь. Потому что Вы хотите оставаться одиноким.       С этими словами Чарли, понурый и поникший побрёл вдоль улицы, оставляя Вилли Вонку позади. Абиой, бросив на кондитера осуждающий взгляд, поспешил за другом.       — Эм… Постой! — неуверенно окликнул мальчика Вилли Вонка, но тот не отозвался. Оставшись наедине с самим собой, Вонка разочарованно вздохнул и направился к стеклянному лифту.       Удар о стекло и скрип снега. Вилли Вонка снова врезался в собственный лифт и упал. И ему бы стоило по своему обыкновению бодро подняться на ноги, но он не вставал. Что-то неестественно тяжёлое тянуло его к земле…       Внезапно кто-то крепко обхватил его за локоть и силой поставил на ноги. Земля заходила ходуном, а картинки смешались в неразборчивый сине-зелёный туман.       — Вы в порядке, молодой человек? — спросил мужской сильный голос.       — Да… Х-х! — ответил Вилли Вонка и, взглянув на человека, который поднял его с земли, неожиданно побелел.       — Отец!       — Вилли!