Уйди, если сможешь

      — Бросайте одежду, где хотите, — сказал Вонка, кинув пальто на пол. — Где бросите там и возьмёте!       Выслушав его позитивные ободряющие слова, гости особо аккуратно повесили свои куртки на красные ленты, стараясь уложить их так, чтобы они ни в коем случае не упали на пол.       — Ну скорей, скорей! — размахивая перчаткой, поторапливал кондитер. — Времени так много, а увидеть надо так мало…       — Наверное, времени много, а увидеть надо мало, — поправила Эля.       — Так ты же сказала то же самое… — недоумённо заметил Чарли.       — И всё-таки я хочу уточнить, — выступила вперёд Адель. — Видите ли, мистер Вонка, мы с Элей хотели проводить Мию до фабрики, ну и так вышло, что совершенно случайно мы оказались здесь.       — Но пути назад уже нет, — сверкнув блестящими синими глазами, как ни в чём ни бывало ответил Вонка, и его слова холодным эхом пронеслись по тёплому коридору.       Гости молча переглянулись между собой.       — Ну что ж, идёмте, идёмте! — сказал Вонка и с гордой непосредственностью ушёл вперёд. — Жизнь не вечна, нужно пользоваться каждой минутой!       Делать было нечего, да ничего и не хотелось, и гости в предвкушении последовали за кондитером. Чарли и Мия уже немного знали дорогу. Вернее, знали, насколько она длинная. И вот они повернули направо, потом налево, потом снова направо, налево, налево, направо…       — Вот мы и пришли. Это шоколадный цех, один из моих любимых, между прочим. Можете смотреть и трогать, что захотите, только… не изображайте равнодушие, договорились?       — Ну… ладно! — пожав плечами, согласилась Эля.       — Слушай, а дверь и правда маленькая, как Чарли описывал, — склонившись к жене, вполголоса сказал мистер Бакет.       — Хм… не пойму, почему не открывается? — пытаясь отомкнуть дверь, бормотал Вилли Вонка. — Видно, не только водопад высох, но и замки проржавели, ну и да ладно. Наконец-то отомкнул. Идём. А, нет! — только гости успели двинуться вперёд, как тотчас же, наступая друг другу на ноги, им пришлось остановиться. А Вилли Вонка, заняв ещё больше пространства и заставив всех отступить ещё дальше, демонстративно встал у двери и, сверкнув синими огоньками, одним прикосновением чинно открыл дверь.       — И всё?! Ради… этого… — только и успела сказать Эля, прежде чем замерла на месте, заворожённо озираясь вокруг.       — Итак…       — О! Как тут хорошо! — перебив Вонку, воскликнула бабушка Джорджина. — Всё как говорил Чарли!       — А что он говорил? — с незатухающей надеждой спросил дедушка Джордж. Бабушка Джорджинна на секунду задумалась.       — Он говорил, что ему нравятся клубничные леденцы, — с этими словами она оставила пустые разговоры и побежала по поляне любоваться красотой долины.       Остальные тоже последовали её примеру и разбежались по разные стороны.       — Деревья… мармеладная трава… водоросли… — только и успел сказать Вонка, держа указательный палец поднятым вверх, но, увидев, что на него никто не обращает внимания, с недовольным скрипом сжал руку в кулак.       — Вас никто не слушает, мистер Вонка, — пожёвывая соломенную травинку, сказал Абиой.       — А ты что тут делаешь? — Вонка возмущённо махнул тростью. — Иди! Наслаждайся со всеми! Пока можешь.       — Между прочим, вместе с Мией мне ничем не хуже, чем было у вас, — ответил Абиой. — Но Вы правы. Пойду посрываю розы с шоколадных деревьев, чтобы у Вас потом больше работы было.       — Ах ты… — снова взмахнул тростью Вонка, но, больше ничего не сказав, поднялся на холм и окинул своё творение гордым взглядом.       Гости разбежались по всему цеху и принялись за самое важное дело в этой жизни — отдых. Чарли проводил экскурсию дедушке Джо, бабушка Джозефина с любопытством рассматривала ручной работы марципановые незабудки, дедушка Джордж, поджав губы с видом критика, приглядывал за помолодевшей бабушкой Джорджинной, Мия бегала по полянам с подругами, и только мистер и миссис Бакет, казалось, не замечали ничего вокруг, наслаждаясь обществом друг друга.       Всё на шоколадной поляне было, как прежде. Те же чудесной тонкой работы кусты из шоколадных роз и клубнично-леденцовые деревья. Но тем, кто видел эту комнату прежде, кое-что очень резко бросалось в глаза: отсутствие реки и, конечно же, водопада. Глубокое русло, специально вырытое в цехе, пустовало. И только мармеладные водоросли покорно лежали на его дне. Однако Вилли Вонка как будто бы этого не замечал. Расправив плечи и орёршись о трость, он с прежней гордостью озирал своё творение.       — Если Вы серьёзно считаете, что это красиво, мне вас жаль — подойдя, сказал ему Абиой и, как ни в чём ни бывало, продолжил хрустеть шоколадными крекерами.       — Ты опять здесь?! — возмутился Вонка. — Если тебе кажется, что мой цех некрасив, можешь оставить крекеры мне и вернуться в прекрасное жилище своего нового хозяина.       — Мия мне не хозяин. Она мой друг, и благодаря ей я теперь принадлежу сам себе. А серая стена выглядит ужасно, — с этими словами Абиой откусил ещё один кусочек хрустящего крекера.       — Она всегда была серой.       — Но раньше с неё стекал водопад. И, кстати, водоросли без реки высохнут. Вы об этом не подумали?       — Да, водопад высох, — признался Вилли Вонка. — Но я что, по-твоему в этом виноват?       — Нет, что Вы, в этом виноват я.       — То-то же! — Вилли Вонка снова опёрся о свою трость и гордо расправил плечи.       — Вилли Вонка. Я спросить хотела, а Мия с Элей не дают, — оторвавшись от погони подруг, обратилась к кондитеру Адель. — А где водопад?       Вилли Вонку словно передёрнуло, но виду он не подавал.       — И я! — мечтательно воскликнул дедушка Джо. — И я тоже мечтал увидеть шоколадную реку…       Вскоре кондитера окружили со всех сторон, и как бы гордо и чинно он теперь ни стоял с идеальной осанкой, но успокоиться он больше не мог.       — Ну всё, всё! Что за давление, хватит! Я же не грецкий орех, в конце-то концов! — воскликнлул он.       — Я же говорил, — тихо прокомментировал Чарли, а мистер Вонка, сорвавшись с места, понёсся к выходу.       Недоумённо переглянувшись, гости последовали за ним.       — Вилли Вонка, а куда мы идём? — спросил Чарли.       — Как куда? Мы идём возвращать водопад!       — Что, правда? — оживился дедушка Джо.       — Ага!       — Так бы я и поверил! — буркнул дедушка Джордж. — Небось, повыливает воды из вёдер к нам на головы, и будет водопад.       — Пап, до такого даже он не додумается.       — И вообще лучше молчать и не подавать идеи, — добавила миссис Бакет.       Вилли Вонка миновал коридор и зашёл в стеклянный лифт..       — Мы отправимся по ту сторону стены, — сказал он, нажимая кнопку. — По ту сторону стены шоколадного водопада.       Гости зашли в лифт, а следом за ними, значительно всех потеснив, зашёл Вилли Вонка. Мия оказалась рядом с ним, однако ни он, ни она, внешне не обращали на это никакого внимания.       Лифт тронулся, и, пошатнувшись, Мия упала Вонке на плечо, однако и на этот раз он остался неподвижен. Подумав, что раньше он бы над ней посмеялся, Мия невольно улыбнулась и вспомнила их вечернюю встречу.       — Р… родители, — произнёс Вилли Вонка и, отстранившись, посмотрел Мии в глаза. Но это был уже не тот взгляд, что прежде. Теперь в нём читалось не насмешливое презрение, а озёрное спокойствие. Мии хотелось задать много вопросов: что произошло, как он тут оказался, что делает… Но глядя в эти бездонные глаза, она так и не решилась ничего сказать, да и он, кажется, ни о чём говорить не собирался. Так, молча взглянув друг на друга, они синхронно развернулись и шаг в шаг направились в одну сторону, к заветному, полюбившемуся обоим дому, где их ждал Чарли.       — А! Лифт, лифт! — вернул Мию из воспоминаний испуганный крик Адель.       Действительно, сквозь прозрачные стены было видно, как прямо на них с бешеной скоростью мчался второй лифт с тремя умпа-лумпами.       — А! Сейчас столкнёмся! — испугался дедушка Джо.       — Х-х-х! — рассмеялся Вонка.       — Почему уменя дежавю? — уже привыкшая к сюрпризам, довольно спокойно спросила Мия.       Умпа-лумпы, напуганные не меньша гостей, стали, наталкиваясь друг на друга, перебирать в лифте кнопки, и, когда до столкновения уже оставалось не больше метра, их лифт резко повернул в другую сторону.       Гости облегчённо выдохнули.       — А ты чего, стоял, как истукан? — не на шутку разозлился дедушка Джордж. — Даже не попытался ничего сделать!       — Ну… мои умпа-лумпы хорошие работники… — пожал плечами Вонка. — Я был уверен, что они справятся.       Оставшаяся поездка прошла, если можно так сказать, спокойно. Лифт остановился, и гости оказались в огромном просторном цехе с простыми серыми стенами и очень высокими потолками. Весь цех, конец которого был виден только где-то вдалеке, заполняли такие же огромные замысловатые машины и конвейеры. Однако ни размеры цеха, ни чудеса техники не могли поразить гостей после того, что они увидели, когда зашли. На одном из остановленных конвейеров, а они тут все были остановлены и пусты, сидели умпа-лумпы и играли в карты, делая ставки порциями какао-бобов. Они были настолько увлечены игрой, что даже не сразу заметили гостей и Вилли Вонку, а когда заметили, то всё равно, как ни в чём ни бывало, продолжили играть.       — А теперь, прошу вашего внимания, гости! — сделав несколько шагов вперёд, заявил Вилли Вонка. — Отныне все, кто прежде обвинял меня в высохшем водопаде, заберут свои слова назад! Просто посмотрите на них! Внимательно посмотрите! Я всего какой-то месяц не проверял их работу, а они уже расслабились. Бездельники!       На этот раз умпа-лумпы стали немного отвлекаться и оборачиваться, чем воспользовались другие, более проворные умпа-лумпы и подсмотрели карты противников.       — Позовите ко мне Оттендо!       — Это тоже умпа-лумп? — спросила миссис Бакет.       — Он здесь главный, — ответил Вилли Вонка.       Теперь, поражённые увиденным, все наблюдали за умпа-лумпами, но только Мия наблюдала за Абиоем. Его лицо исказилось смятением, и он заметался из стороны в сторону, не зная, куда податься.       — Что с тобой, Абиой? — спросила Мия.       — Оттендо — мой отец, — шёпотом ответил он.       Вскоре умпа-лумпы подвели к Вилли Вонке коренастого мужчину с чёрными, как смоль волосами, которые он на ходу, глядя Вилли Вонке прямо к глаза, завязал в высокий строгий хвостик. Казалось, он готовился к строгому разговору, но едва он заметил Абиоя, как тотчас же обо всём позабыл и подбежал к сыну.       — Абиой! Эк им блай айис рэкх! Эк вас беккорд!       — Кхм-кхм! — демонстративно закашлял Вилли Вонка, привлекая к себе внимание.       Оттендо обернулся и, так же демонстративно подправив хвостик, чинно направился к нему.       — Что он тебе сказал, не злился? — наклонившись, спросила Мия.       — Нет, он рад меня видеть, — с улыбкой ответил Абиой.       Оттендо встал напротив кондитера и посмотрел ему прямо в глаза.       — Эк луистер на джоу, — сказал он.       — На этот раз я закрою глаза на то, что Вы прошли мимо и даже не поздоровались со мной, — начал свою нотацию Вонка. — Но объясните мне, Оттендо, почему остановлено производство!       — Джу! Ху дурф джу он скал?! — возмущённо размахивая руками, воскликнул Оттендо. — Ни хет джай ди верк ван ди верксингл на…       — Я был занят созданием новых хлопьев, мне было некогда проверять этот цех!       — Моэни ондер ни! — властным тоном воскликнул Оттендо. — Джу ни хет джай ди верк ван ди верксингл на, ма сеон сондер верхур уит ди ондеруит ди фабриэк геск!       — Ему и с Мией хорошо живётся, — махнул рукой Вилли.       — Эн джу нет хирде маанд ни вир он саларис бетаал ни!       — Ну… нда… С какао-бобами я и правда задолжал. Послушай, я сегодня же заплачу всем работникам этого цеха.       Оттендо нахмурился и недовольно скрестил руки.       — И дам в два раза больше какао-бобов, чем обычно, а Вы загружайте в баки какао-бобы и запускайте производство, идёт?       На этот раз Оттендо оживился. Было видно, что он согласен на сделку и, заключив её рукопожатием, он ушёл на работу.       — Стаап оп уит джу стоэлэ! — прокричал он другим умпа-лумпам. — Онс вэхин продуксэ! Вандаг вор онс бетаал!       Было видно, что и другие умпа-лумпы оживились после его слов и, быстро убрав накопившийся на конвейре бардак, принялись за работу.       — Сейчас машины переработают какао-бобы и смешают их с сахарной пыльцой, — пояснил Вонка.       — Сахарной пыльцой? — переспросил Чарли.       — Да, сахарной пыльцой, — улыбнувшись, повторил кондитер. — Это особый, измельчённый в миллионы раз сахарный песок. Запоминай, тебе понадобится. Впрочем, скоро ты узнаешь гораздо больше.       Вилли Вонка хотел продолжить рассказывать про устройство машин и про то, как жидкий шоколад попадает в водопад, однако раздался оглушительный рёв, и гости больше не услышали ни слова.       Закипела работа. Умпа-лумпы встали в ряд и стали перебрасывать друг другу тяжёлые мешки с какао-бобами. Последние умпа-лумпы раскрывали мешки и высыпали какао-бобы в особые баки для переработки. Что происходило дальше, гостям не было видно, и, устав наблюдать за однообразной работой, они вернулись к лифту.       — Куда теперь? — спросил Чарли, когда Вилли Вонка и все притеснённые гости зашли в лифт.       — Обратно в сладкую комнату, конечно же! Мы оттуда слишком быстро ушли. Тем более, мой сюрприз, думаю, уже готов.       — Какой сюрприз? — оживился Чарли, но Вилли Вонка лишь молча улыбнулся.       На этот раз лифт опустился прямо посреди сладкой комнаты, и уже через стеклянные двери гости увидели то, чему были безмерно рады. На другом берегу, в тени шоколадных деревьев стоял домик Бакетов.       — Ух ты! — воскликнул Чарли и, выскочив из лифта первым, побежал к домику.       — И правда перенесли, — удивилась бабушка Джозефина.       — Наверняка дешёвая подделка, — хмыкнул дедушка Джордж.       — Ну уж нет! — возразила миссис Бакет. — Я свой дом издалека узнаю. Это точно он.       Гости направились к мосту. Река всё ещё пустовала, и дедушка Джо даже изловчился сорвать мармеладные водоросли, которыми позже угостил остальных. Перебравшись на другую сторону, все дружно побежали в дом, чтобы взглянуть на него изнутри, но и здесь их ждал сюрприз. Посреди комнаты, в которой обычно ужинали Бакеты, был накрыт пышный широкий стол со множеством самых различных сладостей.       — Ого! — только и смог выговорить дедушка Джо. — Такого я на старости лет точно не ожидал…       — А я всегда верила, что справедливость настанет, — ответила ему бабушка Джозефина.       — Можете брать с этого стола всё, что угодно! — пояснил мистер Вонка. — Только сначала лучше спрашивайте разрешения у меня.       — Здорово, я так проголодалась! — обрадовалась Адель.       — Можно эти? — указав на розоватые зефирки, спросила Эля.       — Нет! Эти нельзя! — резко дёрнув рукой, ответил Вонка. — Они слишком вкусные. Я их потом съем сам.       Гости, уже успевшие окружить стол, недоумённо застыли во времени, глядя на Вилли Вонку.       — Но всё остальное можно брать! Х-х! Кхм…       Пожав плечами и переглянувшись между собой, гости продолжили трапезу. Убедившись, что про него уже все забыли, Вилли Вонка незаметно подкрался к столу и протянул руку к ароматному шоколадному печенью с крем-брюле. Но не успел он взять и одной штуки, как в его руках оказалась тарелка с розовыми зефирками.       — Ваш заказ, мистер Вонка, — сказала Мия, взяв как раз ту печеньку, которую собирался взять он.       — Мисс Аддерли, не хотите ли Вы угоститься новой карамелькой? — взглянув на Мию синими огоньками, Вонка достал из кармана круглую конфету, завёрнутую в полупрозрачный бантик.       — Нет, — ответила Мия. — После того, как Вы угостили меня лысой ириской, я больше не беру из Ваших рук сладости.       Вилли Вонка дёрнул плечами и положил конфету обратно в карман.       — Ну и правильно. Эта ириска была усатой.       — Шутите, — спокойно ответила Мия.       — Что?! — возмутился Вонка. — С чего Вы взяли, мисс Аддерли?       — Да с того, что Вы даже волосатую ириску доделать не можете. А всё остальное — смутные мечты.       — Ну… вообще-то… рецепт почти готов, осталось только немного… — поджав губы, забормотал Вонка.       Тем временем, остальные уже наелись и теперь с удивлением рассматривали совсем не изменившийся дом.       — Совсем, как настоящий! — пустив едва заметную слезу, воскликнула бабушка Джорджинна.       — Самый настоящий, что ни на есть, — осмотрев потолок и стены, сказал дедушка Джо. — И всего за несколько часов!       — И больше никакого холода зимой, — добавила бабушка Джозефина.       — Похоже, только мы с тобой здесь впервые, — переглянулись Эля и Адель.       Мистер Бакет подвёл дедушку Джо к углу у кровати и указал ему на швабру.       — Видишь, пап? Даже швабра твоя. Всё на месте.       Дедушка Джордж взял швабру и, уверенно подержав её в руках, наконец успокоился.       — Ну всё, достаточно! — объявил кондитер. — А то пропустим момент, когда начнётся водопад.       И действительно, стоило гостям выйти из дома, как через минуту сквозь широкое отверстие в стене полился горячий шоколад, заполнив своим ароматом всю сладкую комнату.       — Ура! Мы победили! — воскликнула бабушка Джоржинна.       — Невероятно, — восхищённо произнесла Адель.       Вскоре шоколад заполнил всё русло реки, и теперь, сладкая комната, наполненная ароматом шоколада и атмосферой дружбы, стала ещё лучше, чем прежде.       — О, Эля, взгляни, как много умпа-лумпов! — указав на другой берег реки, сказала Адель.       Умпа-лумпов и правда было много. Казалось, что они просто работают, но для простых работников они были слишком уж весёлыми, да и движения были очень синхронными.       Мия с Чарли переглянулись. Они сразу поняли, что происходит. Началась песня.       Чарли Бакет! Чарли Бакет!       Шоколад вновь льётся в баки!       К нам на фабрику пришёл —       Путь свой жизненный нашёл.       Думал Чарли, что он сможет       Жизнь без фабрики прожить.       Попытался он — и что же?!       Вновь на фабрику бежит!       Чарли Бакет! Чарли Бакет!       Он возможность оценил.       Чарли Бакет, Чарли Бакет       Выбор свой переменил.       Раздавайте шоколадки,       Будет праздник до утра!       Курабье и мармеладки!       Чарли Бакету — ура!       Умпа-лумпы синхронно разбежались, в разные стороны, и музыка затихла.       — Браво! — активно аплодировал Вилли Вонка, пока остальные, стоя в оцепенении, думали, как отреагировать на песню.       — Ну… это было… — миссис Бакет задумалась, пытаясь подобрать слова.       — Хорошая песня, — ответил Чарли. — Спасибо Вам, мистер Вонка.       — Х-х! — обрадовался кондитер. — Но чего-то не хватает… — задумавшись, он внимательно пробежал взглядом по ряду гостей. — Абиой! — резко открыв дверь, Вилли Вонка заглянул в домик.       Стол, на котором после ухода гостей оставалось довольно много сладкого, теперь почти пустовал, а на одном из стульев, как ни в чём ни бывало, сидел Абиой, доедая тарелку шоколадных конфет.       — Ты! — Вилли Вонка указал на него указательным пальцем. — Ты не пел песню!       — Честно говоря, песня так себе, — спокойно ответил Абиой. — Ставлю три с половиной из пяти. Бывало и лучше.       — Так ты считаешь, что можно лучше? — с досадой уточнил Вонка.       — Да, — положив ещё одну конфету в рот, ответил Абиой.       — Ну так возьми и спой!       Абиой пожал плечами, вышел из дома и, встав перед гостями, прокашлялся и начал петь.       Вилли Вонка! Вилли Вонка!       Его смех струится звонко!       Он собою очень горд,       Вывел хлопьев новый сорт!       Думал Вонка, что он сможет       Жизнь один, как крот, прожить.       Попытался он, и что же?!       Вновь к друзьям своим бежит!       Вилли Вонка, Вилли Вонка       Нрав строптивый усмирил.       Вилли Вонка, Вилли Вонка       Выбор свой переменил…       — Ну всё! Хватит! — перебил его Вонка. — И этот умпа-лумп ещё критиковал мою песню!       — Это же импровизация.       — Ну… мою импровизацию.       — Импровизацию умпа-лумпов.       На этот раз Вилли Вонка не нашёл, что сказать.       — Между прочим, моя песня намного лучше Вашей, — продолжал Абиой. — Она правдивая.       — Моя тоже. Жаль, что ты этого не понимаешь. Совсем отстал от жизни.       — Это Вы отстали от жизни. А я с Мией многому научился и, между прочим, с ней мне живётся гораздо лучше, чем на у Вас на фабрике.       Эля и Адель с радостью подмигнули подруге, а Мия поправила копну волос и гордо выпрямилась.       — Не шутишь? В её конуре тебе лучше, чем здесь?       — Эй! — возмутилась Мия.       — Лучше, — спокойно ответил Абиой.       — Правда-правда?       — Правда.       — Ну тогда я разрешаю тебе вернуться на мою фабрику! — Вилли Вонка торжественно взмахнул тростью и бросил на умпа-лумпа победоносный взгляд.       Абиой стоял в оцепенении. Чарли обрадовался, что теперь его друг может остаться с ним, а Мия растерявшись не меньше, чем сам Абиой, теперь думала, что же ей предпринять.       — Ты сможешь вернуться к своим родителям, снова встретиться с друзьями и зажить прежней беззаботной жизнью. Всё будет, как прежде. Окончательно растерявшись, Абиой посмотрел на Мию.       Мия не хотела расставаться с Абиоем. Она привыкла с ним жить и уже стала относиться к нему, как к своему брату. Однако она не хотела отрывать своего друга от семьи, а потому, не подав виду, она улыбнулась и едва заметно кивнула, дав своё согласие. Ещё большая досада её кольнула, когда в глазах Абиоя она увидела облегчение и радость. Однако он быстро совладал с собой и принял холодное выражение лица, с которым и подошёл к Вонке.       — Так и быть. Я согласен вернуться, — с видом, что делает большое одолжение ответил он, и Вилли Вонка, так яро стремившийся одержать победу в этом споре, всё же почувствовал, что проиграл.       — Вот и чудно! — сказал он. — А теперь ступайте. Ступайте наслаждаться! Только не пейте шоколад из моей реки. Я больше ни с кем возиться не буду. Это, в первую очередь, Вас касается, мисс Аддерли.       Гости разбрелись по цеху, кто куда. Дедушка Джордж и мистер Бакет пошли допытываться, как устроены шоколадный водопад и насосы. Миссис Бакет вернулась в дом наводить порядок. Чарли пошёл гулять с бабушками и с дедушкой Джо, а Мия села в тени клубнично-леденцового дерева и раздосадованно вздохнула.       — Эх, Мия, как же мы тебя понимаем! — положив руку ей на плечо, сказала Адель.       — Да, я бы тоже расстроилась, если бы Абиой меня бросил, — добавила Эля.       — Но зато нас Вилли Вонка никогда не заберёт на фабрику. И если вдруг ты решишь прогулять пары, мы всегда сможем тебя вытащить.       Наверно, подруги ещё бы долго пытались утешить Мию, но тут сбоку подошёл Абиой.       — Пойдём-ка, Адель, попробуем карамельные яблоки, — Эля взяла подругу за руку и они ушли.       Абиой сел рядом с Мией и задумчиво посмотрел в пустоту.       — Ну вот и всё, — сказал он. — Я даже не успел дочитать мангу.       — А я ведь хотела подарить тебе через неделю новый том.       — Спасибо тебе за всё, Мия, — поблагодарил Абиой. — Я никогда не забуду тех уроков, которые я извлёк, пока жил с тобой.       — И тебе спасибо за всё, Абиой. Жаль, что мы больше не увидимся.       — Почему же? Увидимся. Ты же можешь приходить в гости.       — А… это, — усмехнувшись, Мия махнула рукой. — Мне кажется, Вилли Вонка для приличия сказал. Вряд ли он меня пустит.       — Вилли Вонка, может, и не пустит. Я пущу, — глаза Абиоя засветились озорным огнём.       — Ты? — удивилась Мия. — Но как?       — Управление воротами Вилли Вонка мне, конечно же, не доверит, но у меня там есть хорошие друзья которые сделают всё, о чём я их попрошу. Я их предупрежу о тебе, и всё! Только подойди к фабрике, и тебя пустят, а я выйду тебя встречать.       — Абиой, как же это здорово! — обняв друга, воскликнула Мия. — Но как-то не очень… Вдруг я просто буду идти мимо фабрики, а ворота возьмут — и откроются?       — Ну да, ты права, — Абиой тоже задумался. — Тогда надо придумать условный знак.       — Я могу поднять руку.       — Хорошо. Когда ты подойдёшь и поднимешь руку, ворота откроются. Договорились!       — Эй! — внезапно окликнул их кондитер. — Хватит перешёптываться. Я по одним только вашим лицам вижу, что вы что-то замышляете. Ну, отойди от неё, — Вилли Вонка махнул на Абиоя чёрной перчаткой. — Иди, иди!       Абиой незаметно подмигнул Мии и ушёл, оставив её и Вилли Вонку наедине.       — Кхм! — Вонка сделал шаг вперёд и протянул ей руку. Мия приняла его помощь и поднялась.       — Вы что-то хотели? — спросила она.       — Как вы могли заметить… — мистер Вонка опёрся о трость, выпрямился и поднял голову. — Ваши подруги, мисс Аддерли, без разрешения проникли на фабрику.       — Я думала, Вы им разрешили.       — Да, разрешил.       — Ну так в чём проблема?! — возмутилась Мия. — Вы не посмеете им ничего сделать!       — Я пустил их на мою фабрику, чтобы отблагодарить Вас, — Вилли Вонка, стараясь казаться равнодушным, увёл взгляд в сторону. — Видите ли, сегодня я Вам задолжал, а я не остаюсь в долгу. К тому же Вы вернули мне Чарли, как я и просил…       — Вы сами его вернули.       — Ну да… И вечером, тогда, когда, ну… Хм! Не знаю, как правильно сформулировать…       — В ту минуту?       — Да, в ту минуту Вы не задавали мне никаких вопросов, а для меня было очень важно, чтобы никто не задавал мне никаких вопросов. Вы как будто поняли меня, а поскольку раньше мы только постоянно спорили, я подумал, может, мы просто не до конца поняли друг друга? И, быть может, нам стоит попробовать помириться? — Вилли Вонка протянул Мии руку в чёрной перчатке. — Мир?       Задумавшись, Мия внимательно посмотрела Вонке в глаза.       “Неужели никакого подвоха и никакой лысой ириски? Даже если он не шутит, вряд ли мы сможем когда-нибудь поладить. Но сейчас не может быть никаких сомнений. Я должна дать ему шанс”.       — Мир, — ответила Мия и заключила с ним короткое, но крепкое рукопожатие.       Зазвучала музыка и, осмотревшись по сторонам, Мия заметила у домика толпу нарядных умпа-лумпов.       — Что они здесь делают? — спросила она.       — Они пришли на наш праздник петь и танцевать.       — О! И Абиой уже с ними танцует! А у него неплохо получается.       — Вы всё спутали, мисс Аддерли. Это не Абиой, а Рудольф, — ответил Вонка.       — Нет, это Вы всё спутали, мистер Вонка. Это точно Абиой.       — Вы в этом уверены?       — Уверена! Я Абиоя где угодно узнаю!       — Неужели? — мистер Вонка приблизился и склонился над её ухом. — А я думал, у умпа-лумпов одинаковые каменные лица… — хитро улыбнувшись, Вилли Вонка поспешил уйти, оставив Мию одну.       Поражённая этим открытием, Мия ошеломлённо замерла. И ведь действительно, у всех умпа-лумпов были разные лица! И как только она могла этого не замечать?       Вскоре все — от маленького Чарли до умудрённых опытом дедушек с бабушками — присоединились к умпа-лумпам. Даже дедушка Джордж перестал ворчать и, как будто бы даже помолодев, вспомнил, как он любил танцевать в прошлом. Миссис Бакет организовала с Чарли и Мией хоровод, к которому вскоре присоединился мистер Бакет, а за ним и все остальные. Весь вечер и всю ночь гости, а теперь ещё и законные жильцы танцевали под удивительную весёлую музыку, которую на ходу сочиняли умпа-лумпы. Дневной свет в цехе погас, и теперь его освещали тёмно-синие лампы, с высоты напоминавшие звёзды. А потом все встали в круг и, взявшись другу за плечи, стали одновременно подпрыгивать, сменяя одну ногу другой. И глядя на удивительное воображаемое звёздное небо, Мия не представляла, что её ждёт в будущем, но одно она знала наверняка: этот миг она запомнит надолго. Навсегда.       Мгновение не может длиться долго, а потому оно вскоре закончилось. Бакеты пошли готовиться ко сну, а Вилли Вонка, поручив Абиою проводить девочек, отправился по всей фабрике искать своё чёрное кресло.       — Ну мы договорились, Мия, — Напомнил Абиой, когда девочки уже были одеты и готовы к выходу. — Поднять руку.       Наступало утро. Обняв друг друга за плечи, девочки шли по спящему городу, который отыгрывал у ночи последние часы сна.       — А ведь нам скоро на пары, — некстати напомнила Адель.       — Может, забьём? — предложила Эля.       — А может, и забьём, — согласилась Адель. — Эх, Мия! Чудеса! Самая настоящая сказка…