Двойное приключение

- Бенедикт! Бенедикт понуро плетется в пустоту, пока белый свет не заглатывает его подобно океанским водам. Он шевелит рукой и понимает, что гладит нечто каменное. Лишь через две минуты к актеру приходит осознание, что он находится в сидячем положении, припертый спиной к стене какого-то дома. Бенедикт осторожно поворачивает голову, боясь навредить и без того ноющей шее. Верно, он сидит в полумраке, в узком переулке неизвестной улицы, и чем больше сходит с тела окоченение, тем больше просыпается болезненных ощущений. - Очухался, наконец? – перед ним на корточках сидит Шерлок, и нетерпение в его голосе целиком глушит беспокойство. Бенедикт приглушенно стонет и касается ладонями головы. - Еще приблизительно час будет болеть. Джип врезался в кэб, если ты помнишь. Актер слабо кивает, хоть еще не в состоянии поверить, что выжил после такого. - Ты пробил затылком стекло и вылетел через заднее окно. Возможно, тебе интересно, что вообще произошло. Чтоб не доставлять тебе лишних хлопот с возможно поврежденным речевым аппаратом, сразу отвечу, что у нас произошла встреча с мисс Дьяченко – профессиональным русским киллером. Но не беспокойся, больше она никого не убьет. Бенедикт смотрит ему в лицо, но видит перед собой лишь силуэт. Складывается впечатление, что за этот день у него успела развиться и дойти до критической точки близорукость. - Ты слышишь меня? – говорит аморфный образ. - Д-да. - Можешь встать? - Не знаю… Шерлок вздыхает, поднимается и, взяв растерянного Бенедикта за запястье, тянет его руку себе за плечо. Опираясь на сыщика, актер насилу встает, затем прислоняется к стене и глубоко дышит, восстанавливая ускорившееся сердцебиение. Кровообращение понемногу приходит в норму. Бенедикт проводит пальцами по волосам на затылке, склеившимся от засохшей крови. Но к счастью, болевой вспышки не следует, значит, ранение не настолько серьезное. В противном случае Шерлок наверняка бы вызвал скорую помощь. - Зрение проясняется? – спрашивает Холмс, на самом деле дедуктивным методом уже узнав все необходимое и теперь лишь ожидая подтверждений своих наблюдений. Бен слабо кивает. - Есть вероятность, что вслед за мисс Дьяченко Мориарти отправит за нами еще какого-то киллера, так что следует поторопиться. - Зачем это ему? Шерлок самодовольно усмехается, видимо, не только отлично понимая намерения злодея, а и поддерживая их в глубине души. - А тебя бы не удивило, если б однажды ты узнал о наличии не только своего двойника, а и двойника своего наиопаснейшего врага? Разумеется, ему нужна информация с первых уст. Разумеется, он не допустит, чтоб я приобщил вас к борьбе против него. Хотя, - Холмс прикусывает нижнюю губу и, похоже, делает над собой усилие, чтоб вновь не сложить пальцы в "шпиль". – Это было бы очень интересно. Бенедикт перестает налегать на стену и самостоятельно встает прямо, что немало радует нетерпеливого сыщика. Они медленно идут вдоль переулка. - Головокружение? - Проходит. - Отлично, - Шерлок оправляет ворот пальто, которое ему все-таки удалось спасти. То, на какие подвиги ему довелось пойти, чтоб ликвидировать убийц и одновременно спасти от верной гибели актера, он решает умолчать. – В квартире я так и не ответил на один из твоих вопросов. - Ты о чем? - О том, почему из троих человек я выбрал именно тебя. Я думаю, ты уже и сам догадываешься об этом, но для совершенного взаимопонимания уточню. Я видел, что среди вас наиболее уверен в себе двойник Джона, но мне нужно было выбрать лидера. Должен признать, твоя личность показалась мне довольно сомнительной, ты похож на бесхарактерного человека. Однако ты вошел в квартиру первым, и когда я спросил «Какого черта вы делаете в нашей квартире?», те двое посмотрели на тебя. А по тому, что двойник Джона не полез спасать твою шкуру, когда я прицелился, стало ясно, что на самом деле ты не так беззащитен, но по непонятным мне причинам скрываешь свой темперамент за внешней скромностью. Не лучшая модель поведения. Даже после испытания в квартире я не мог доверять вам полностью, поэтому устроил еще одну проверку, изолировав тебя. - Ну и как? Я справился? - Угрозы для меня ты определенно не представляешь. - Я очень рад. Шерлок бросает на него короткий оценивающий взгляд. - Вижу, тебе и вправду лучше. Тогда пошли быстрее. Продвигаясь по переулкам, мы сможем добраться до места менее, чем через полчаса. Бенедикт переходит на трусцу, а дальше приходится игнорировать болезненные судороги и бежать, не отставая от детектива. Тщательно контролируя дыхание и стараясь не делать лишних движений головой, Камбербэтч возносит искренние хвалы Хану Нуньену Сингху, благодаря которому он до сих пор держит себя в отличной физической форме. Беспомощное ожидание и бездействие вызывают раздражение у Эндрю, как и поведение Мартина, который выражает солидарность с другом, энергично постукивая пальцами по подлокотнику кресла. Они добровольно отдали свою судьбу в руки Бенедикта, так что теперь в любом случае оставалось лишь сидеть здесь и надеяться, что вскоре коллега подоспеет с архивами необходимой информации. От увлеченного потирания подбородка Эндрю отвлекает звонок в дверь. Мартин, которому уже невмоготу безучастно сидеть в кресле, машинально ступает к двери. Скотт предчувствует то, что из-за опрометчивости друга происходит дальше. Поэтому, едва в коридоре раздаются звуки борьбы, он берет в руки давно примеченный гарпун и отправляется на выручку. Эндрю изо всех сил надеется, что ловкость поможет ему оглушить противников мощными ударами по башке, но ситуация оказывается обыгранной в ином, куда более трагическом свете. Мартин сидит у стены на корточках и смотрит в пол, чтоб не выдавать боль. С виска у него стекают две алых струйки. Трое мужчин у входа ставят Эндрю на мушку, наглядно давая актеру понять, что его геройство сейчас бесполезно. Не может все быть так. Нельзя просто взять и забыть то, что с тобой происходило сегодня утром. У Бенедикта ведь нет сотрясения мозга или амнезии. Значит, необходимое можно вспомнить, нужно лишь мобилизовать душевные ресурсы, максимально сосредоточиться на своей цели. Антея оповещает, что мистер Холмс в данный момент находится на крайне важной конференции, которая только что началась, и настоятельно просит джентльменов подождать. Бенедикт и Шерлок устраиваются в кожаных креслах времен викторианской Англии и молчат. Сыщик размышляет, и Бен решает не упускать возможности тоже заняться чем-то продуктивным. Он откидывается на спинку кресла, закрывает глаза, пытается полностью расслабиться, выпустив из себя, будто нечисть, все напряжение и изнеможение сегодняшнего дня. Итак, что произошло? Бенедикт плотнее смыкает веки и силится нырнуть в самые неизведанные глубины своего сознания. Похоже, кое-что у него получается, поскольку сначала мутно, но с каждой секундой все четче перед ним вырисовывается картинка, которую он видел утром. А именно Норт Говер Стрит с высоты сорока футов. Бенедикт не стоит на крыше, он висит на страховочном канате и ждет последующих указаний оператора. - Еще один дубль снимем и все! – во все горло орут ему снизу. - Хорошо! – отвечает актер. Статисты под ногами рассасываются, режиссер занимает свое место, но команды «Мотор!» не слышно. Камбербэтч дергается и подается немного вниз, с затаенным страхом ощущая, что его поддержка ослабла. Он больно выгибает шею, чтоб увидеть, в чем дело. Трудно поверить, но страховочный канат трещит и кажется ему надрезанным, словно кто-то специально сделал это. Актер нагибается вниз, чтоб уведомить группу о форс-мажоре, как нити начинают лопаться, издавая жалобные тонкие звуки, будто струны. Бенедикт и закричать не успевает, как лишается поддержки совершенно и срывается вниз. Последнее, что он видит – его вытянутые вперед руки в трех футах от асфальта. По телу словно проходит разряд электрического тока, и Камбербэтч вздрагивает. - Задремал? Или потерял сознание? – интересуется сыщик, сидя в кресле с истинным выражением Его Величества. - Первое, - уточняет актер, потирая пальцами виски. Дверь тихо скрепит, и по надменному выражению лица детектива Бенедикт безошибочно определяет, кто именно зашел с ними побеседовать. Лишь ради одного человека Майкрофт Холмс готов пренебречь своими планами, и сей человек умело и дерзко пользуется этим. - Здравствуйте. Бенедикт и Шерлок поднимаются. Актер отвечает тем же приветствием, Шерлок театрально помалкивает. При виде Майкрофта в Камбербэтче просыпается необъяснимая тоска по Марку, Стивену и Сью. Сия троица, несомненно, разрулила бы ситуацию за несколько минут. - Этому человеку нужна помощь, - Шерлок указывает ладонью на Бенедикта, затем приподнимает бровь. – Твоих рук дело? - Не понимаю, о чем ты, - приторно ласково отвечает старший Холмс и сдержанно улыбается. Но на детектива его невозмутимость не производит ни малейшего эффекта. - Он утверждает, что был создан в лабораторных условиях и теперь не может вспомнить, кем является на самом деле, - продолжает младший Холмс уже с нажимом. - Я к этому не причастен. - А кто тогда причастен? - Не обладаю такого рода информацией, - уверенно заключает Майкрофт и кивком дает понять, что предпочел бы закончить бесполезный разговор, но Шерлок так просто не сдается. - В таком случае, нам нужен Мориарти. Скажи, где он. Непроницаемое спокойствие на какое-то мгновение исчезает из глаз старшего, и он опускает голову, чтоб взять себя в руки. Но затем моргает и вновь поднимает подбородок. - Я не могу снабдить тебя такого рода сведениями, брат, - Майкрофт делает особое ударение. – И советую тебе держаться подальше от этого типа и не совать нос в его дела. По крайней мере, пока. - Это еще почему? – детектив лукаво щурится, но старший Холмс выдерживает его взгляд. - Не хочу, чтоб ты обжегся, - кривит губы он. Воцаряется напряженная до высшей степени тишина. - Так значит, - хмуро напоминает о себе Бен. – Вы не можете мне помочь. - Сожалею, - вежливо склоняет голову Майкрофт. - Но, я подумал, что мог бы пойти к Мориарти сам и все выяснить. Все же я могу быть опасным для вашего брата, я пока и сам этого не знаю. - Я сомневаюсь. - Готовы рисковать? – провоцирует Бенедикт, и детектив многозначительно вглядывается в брата. – Просто… Не знаю, стоит ли говорить это, но пока я ждал вас, в моем уме кое-что прояснилось, - Камбербэтч намеренно не дает старшему Холмсу заговорить. Тяжело вздохнув, он оборачивается к братьям спиной, чтоб они не видели, сколько эмоций он испытывает в этот момент. – Я вспомнил, что не всегда был таким, - произносит Бенедикт, и голос его предательски дрожит. – Меня сделали копией Шерлока специально для того, чтоб устранить и занять его место. Но во время процедуры что-то пошло не так, и я потерял память. Но только что она отчасти вернулась, - Бен осекается и еще раз судорожно вздыхает. – Я бы никогда на такое не пошел, но Мориарти похитил мою семью, - голос надрывается. Камбербэтч оборачивается, и теперь Холмсы видят его покрасневшие глаза и искривленное болью лицо. – Он держит у себя мою жену… Моих двух сыновей… Эдвина и Даниеля, - по щеке мужчины скатывается слеза. – А еще… А еще моего брата Рори. Он аутист. И пары часов без меня не протянет… - и тут несчастный муж, отец и брат дает полную волю своим страданиям… Выходя из дома Майкрофта, Бен думает о том, что ему как-то стыдно. С другой стороны, цель оправдывает средства, да и весело было. Особенно когда Шерлок начал его успокаивать и сам чуть не разревелся, что для Майкрофта стало последней каплей. Старший Холмс наверняка и не на такое бы пошел ради того, чтоб они просто убрались куда подальше. - Никогда не забуду это лицо, - первым нарушает тишину Шерлок. Бенедикт прыскает от смеха, а детектив улыбается, открывая зубы, что для него явление крайне редкое. - Да ты там прямо реки лил. - И сам удивлен, - отвечает актер, держась за бок. – Обычно без подготовки так не получается. - Что ж, казино «Park Tower» в центре Найтсбриджа, - напоминает Холмс о следующем пункте назначения, который в итоге должен привести их к обители злого гения. – Майкрофт сказал, что там последний раз были замечены люди Мориарти. У них мы и узнаем, где именно пребывает непосредственно их босс. - Но сначала вернемся на Бейкер Стрит. - Зачем? Бенедикт замедляет шаг, дивясь, как можно не понимать столь очевидного. - Ребята ждут, беспокоятся. Надо сообщить им новости. - Ах да, - припоминает нечто подобное Шерлок, но мысленно соглашается с актером. Ему тоже хочется рассказать о произошедшем Джону. По пути к квартире Бенедикт несколько раз прикасается к своему лицу и явственно ощущает на нем наличие синяков. Но это пустяки. Ведь несколько часов назад он пережил то, о чем мечтал еще в детстве после многочисленных просмотров мультфильмов о супергероях. Это было настоящее приключение с вполне реальной, вопиющей опасностью. И хоть ему не удалось проявить себя тем образом, каким он делал это в детских пафосных фантазиях, - а именно самостоятельно победить злодея, спасти красивую девушку и жениться на ней - душевный подъем все равно был небывалым. К сожалению, этот подъем мгновенно обрывается и звонко разбивается о пол, когда на входе в квартиру Шерлок протягивает перед Бенедиктом руку и настороженно кивает на запятнанный кровью участок ковра. Только не это. Холмс тянется к внутреннему карману пальто и выуживает оттуда браунинг. Сняв его с предохранителя, детектив передает оружие своему протеже. Бенедикт едва не роняет пистолет от неожиданности и ошарашенно косится на Шерлока, мол, всерьез ли он. Выражение лица сыщика не оставляет сомнений по поводу этого. Сам он перезаряжает уже полюбившийся после стольких испытаний дробовик. Бен предусмотрительно занимает позицию напротив входа в гостиную, Шерлок заходит сбоку. Дав напарнику условный предупреждающий сигнал, детектив толкает дверь и ловко пробирается внутрь, держа наготове дробовик. Увидев, что сиюминутной атаки со стороны противника не следует, Камбербэтч робко крадется по пятам своего персонажа. Шерлок напряженно оглядывается и по бегающим из стороны в сторону зрачкам актер понимает, что Холмс спешно анализирует обстановку, чтоб выявить местонахождение предполагаемого врага. Детектив скользит на кухню, затем мягкой поступью направляется в собственную спальню. Та встречает его уютной тишиной и пустотой. Шерлок дает Бенедикту знак оставаться здесь, а сам поднимается по скрипучим ступенькам наверх – в спальню Джона. Бен сглатывает, ему сложно контролировать сбитое от страха дыхание, сердце так и колотится о грудную клетку, беснуясь из-за мощных выплесков адреналина, но выбора нет. Актер старается не подавать ни звука, осторожно оглядывается, проверяя, не затаился ли кто-то в обширном просторе комнат, однако ничего подозрительного не заметно. Шерлок спускается вниз и отрицательно качает головой. Актер поневоле чувствует облегчение, детектив – досаду. - Джон! Джооон! – зовет он, похоже, надеясь, что его другу все-таки удалось где-то спрятаться или же он просто без сознания. Но в ответ ничего. Бенедикт кладет пистолет на журнальный столик и тяжело падает на диван. Лишь сейчас его начинают мучить угрызения совести. - Это я во всем виноват, - убеждает детектива и себя он, взявшись за голову. – Это из-за меня мы попали сюда. - Ты в этом уверен? - Я так чувствую. Внезапно до них долетает звук шагов, сопровождаемый скрипом ступенек. Шерлок нацеливает дуло дробовика на дверь. Та распахивается и на пороге возникает Джон, держа в руках два бумажных пакета с продуктами. Уотсону нет нужды приступать к столь глубокому анализу, как детективу, чтоб осознать суть происходящего. - Я вышел на две минуты, - первым делом разъясняет он. Шерлок блуждает по чертогам разума, а Бенедикт просто думает. Думает о том ужасе, что привиделся ему в доме Майкрофта. Камбербэтч мимо воли припоминает слова одного из преподавателей Манчестерского университета, которые впечатлили тогдашнего молоденького студента и отпечатались в памяти на всю жизнь. Тот мужчина говорил с ними по душам и на самом начале обучения предупредил, что профессия актера – интересна и захватывающа, но в то же время тяжела и опасна не столько из-за работы в экстремальных условиях, сколько из-за зависти конкурентов, которые вечно будут отравлять им жизнь. Но Бенедикт все равно не может поверить в то, что открыло ему сознание. Обзывать его глупым и уродливым, аристократишкой и геем – одно дело, но заставить разбить череп об асфальт на глазах у сотни фанатов… Это просто в голове не укладывается. Да и не мог он разбиться, ведь на тротуаре был поставлен батут. Но он там точно стоял? Или именно на тот момент его убрали? Бенедикт трет висок. Нет, это нереально. Все приспособление перед каждым дублем строго проверяется, поврежденность страховочного каната определенно бы заметили. Камбербэтч вспоминает свое видение после столкновения с джипом и улыбается. Он представляет, как в то время как Марк пытается оказать ему первую помощь, Стивен с чувством посылает всех в ад. Нет, несчастный случай в таком трудовом коллективе неуместен. Гораздо вероятнее, что сегодня утром он так и не добрался до Лондона, попал в автокатастрофу и сейчас лежит в коме. А образами мертвого Шерлока подсознание просто пытается подсказать, что вскоре его ждет та же участь. Тяжело. Но ничего… Невелика потеря. Семьи у него нет, так что непосильное горе ни на кого после его смерти не обрушится. Жаль «Шерлока», конечно, но что поделаешь. Так иногда случается, как сказал Эндрю. Кроме того, главное ведь для актера – вовремя сойти со сцены, а лучшего момента для него и не придумаешь. Бенедикт идет в ванную, умывается холодной водой, глядит на свое изувеченное аварией лицо. Да что это с ним? Он не умрет, все будет хорошо. Камбербэтч глубоко вдыхает и неожиданно чувствует прилив новых сил, ведь борьба еще не окончена, она только началась. Бен почему-то на уровне интуиции знает, что основная его задача теперь – спасти своих друзей. Это конечная точка его пути в этом измерении, определенно. А после этого он обязательно очнется. Либо в больнице, либо в психушке, либо в мире ином… Бенедикт несколько раз заходил в «Park Tower», когда учился в Лондонской академии музыкального и драматического искусства, но пристрастием к азартным играм, к счастью, не страдал, поэтому на роль завсегдатая никогда не претендовал. Это казино небольшое и представляет собой первый этаж пристойного небоскреба, но выглядит довольно престижно и привлекает туристов, источая сдержанный дух английской архитектуры. Актер и детектив добираются к центру Найтсбриджа и останавливаются перед зданием, чтоб обсудить дальнейший план действий. Согласно сведениям Майкрофта, которые под сомнение не ставились, здесь должны ошиваться люди мистера Мориарти, кои под некоторым нажимом вполне могут сообщить им необходимую информацию о Мартине и Эндрю. Нужно лишь отыскать их и обстоятельно побеседовать. - Браунинг с тобой? – на всякий случай переспрашивает Шерлок. - Да. - Я не знаю, в каком количестве они здесь, поэтому есть вероятность того, что тебе придется его использовать. Бенедикт холодеет. - Мне надо будет убить их? - Верно, - отвечает детектив и, заметив состояние своего спутника, слегка удивляется. – Ты что, никогда раньше не стрелял в людей? - Только понарошку. - Хм, тогда теперь тебе представилась возможность испробовать свои собственные силы, а не персонажа. «Он спятил! – думает Бен и намеренно отводит от Холмса глаза. – Я не смогу убить! Как я потом буду с этим жить? С кровью на руках? С другой стороны, это все ведь не на самом деле, это что-то вроде сна, видения. Люди здесь не настоящие, я думаю», - актер изо всех сил пытается убедить себя, что все в порядке, но паника разрастается внутри него подобно заражению. - Нет, - решается он. – Я не буду устраивать перестрелку. Должен быть другой выход. Шерлок смотрит на него холодно и без выражения, как на какой-то предмет, но Бен и без его слов уже чувствует себя предателем. - Трус, - констатирует сыщик, и Камбербэтчу ничего не остается, кроме как мысленно согласится с ним. Он отступает от гения на несколько шагов, будто ждет, что тот скажет еще что-то, но детектив молчит. Бенедикту хочется сквозь землю провалиться. Повинуясь чувству собственной беспомощности и ущербности, которое сжимает внутренности клещами, он спешит ретироваться от Холмса куда глаза глядят. Бенедикту и самому не верится в то, что он делает, а это именно побег, отступление перед трудностями. Детектив, однако, тоже мог бы понять его – он не убийца, это противоречит его моральным убеждениям, через которые он никогда не переступит. Так уж его воспитали. В его жизни были моменты, когда причиняли вред его близким, и он, видя это, терял контроль над собой, но сейчас ситуация куда сложнее… Бен ведь не гений, он не брутальный, как его персонажи-злодеи, он не может добиваться своего, наплевав на всех и вся. Наверно, он поступил правильно, лучше вовремя сбежать и не ввязываться во все это. Актер идет к проезжей части, чтоб поймать такси. Возможно, разговор с Уотсоном как-то ободрит его. Шерлок входит в здание казино и автоматически оценивает обстановку. В главном игровом зале расположены четыре Блэкджек-стола, стол с трехкарточным покером и стол Стад-покера. На расстоянии вытянутой руки красуется один из четырех столов с американской рулеткой. Люди Мориарти наверняка ждут его, поэтому логично, что они размещены так, чтоб он мог найти их. Детектив тут же вычисляет, что искомая личность должна услаждаться везением именно за передним, самым видным столом. Он подходит к нему и садится. За исключением Холмса и работника казино, тут еще трое мужчин. Двое из них подняли головы, когда он приблизился, один не шелохнулся. Сыщик невозмутимо играет две партии, после чего знаком указывает этому мужчине отойти вместе с ним. - Ты знаешь, мне нужны актеры, - сразу же переходит в наступление Шерлок, едва они уединяются в отдаленном от шума месте. – Где они? - А ты ожидал, что я поделюсь с тобой этим за спасибо? – усмехается игрок. Детектив чувствует присутствие за своей спиной еще двоих. Хорошо. Именно этого он и ждал: действовать в открытую всегда опасно, но это лучший способ сразу и безошибочно выманить всех хищников из их засад. А детективу жизненно необходимо знать, с каким количеством противников он имеет дело. Изобразив на лице замешательство, Холмс начинает медленно пятиться. Пока среди присутствующих он выделяет лишь четыре подозрительных личности. Это не так много. Справившись с бандой, он под угрозой смерти наверняка сумеет вытянуть информацию у хотя бы одного из них. Тщательно рассчитывая каждое движение, Шерлок удаляется из казино. Факт, что на улице у самого входа его ожидают еще трое, повергает Холмса в легкий ступор. Он осторожно тянется к дробовику, но люди Мориарти тут же распознают этот жест и совершают почти аналогичный, опуская руки к поясам. Детектив стает посередине тротуара и оглядывается в последний раз. Его зажали в круг. Отступать больше некуда.