Million Dollar Man

Lana Del Rey – Body Electric http://www.youtube.com/watch?v=nzV1st_Ekrc Ирэн. Ее образ, который долгое время преследовал меня в моих самых темных утопических снах, я уже никогда не выжгу из памяти, да и зачем, спрашивается, если эта женщина давно стала для меня никем и ничем, так удачно сделав вид, что она не знает, кто я, а я не знаю, кто она, во время нашей последней встречи. Она всегда останется во мне такой, какой, я ее запомнил, когда впервые увидел – еще без лубутенов, Александра Макуина, сложного черного узла на голове и гадкой ухмылкой на тончайших алых губах – всех этих атрибутах дорогой шлюхи. Я помню Лондон. Чудесный город, переживающий духовное разложение и абсолютную утрату всех моральных ценностей. Я был создан для него, а он для меня. Я помню, как сидел на скамейке в Гайд-парке, разглядывая прохожих, размышляя о своей быстро растущей карьере в лондонском криминальном мире, так забавляющем меня, и как по всем законам жанра заметил ее. Хищница, скрывавшаяся за образом этакой затерявшейся во эпохах декадентки начала ХХ века с черным как смоль каре и губами настолько тонкими, что казалось, что у нее их нет совсем. Она сидела на траве и что-то зарисовывала у себя в черном кожаном блокноте. Я понял, что хочу ее. Хочу вцепиться в эти недогубы и терзать их, почувствовать ее кровь у себя во рту. Чувствуя себя кем-то вроде Эда Гейна, я начал следить за ней, благо моя не очень то выделяющаяся внешность всегда играла мне на руку, ибо из меня можно было практически слепить все, что угодно – воспитателя детского сада, баристу, парня из соседнего двора. Главное – прятать глаза, так как кто-то все же мог заметить мое самогниение и призадуматься, а не маньяк ли я часом, что было не так уж далеко от правды. Я тенью следовал за этим чудом природы, проследовав за ней до университета, а моя новая игрушка оказалось еще и студенточкой, что меня в крайней степени умилило, где я узнал, что звать куклу Ирэн Адлер и что учится она на факультете психологии. Честное слово, я влюбился. Не будучи до конца уверенным, как привлечь внимание сего неземного создания, а начинать свою карьеру криминального гения, кем я скромно планировал стать, с обвинения в изнасиловании мне не очень то хотелось, я решил еще за ней последить. Последил, блядь. След хрупкой чаровницы привел меня в особого вида клуб, которые были еще не так распространены в то время. Проще говоря, клуб любителей БДСМ. Сказать, что манящее очарование треснуло, как налетевший на молот череп, не сказать ничего. Детка, ты не перестаешь меня удивлять. Потоптавшись на входе и задумчиво пожевав жвачку, я все же решил рискнуть и вошел внутрь, в извращенной мир, сотканный из похоти и грязных желаний, собственно как и обычный мир, с разницей лишь в том, что обычный мир был старательно припудрен и замаскирован, как школьницы маскируют свои прыщи под тоннами тонального крема и пудры, стащенной у матери. Короче говоря, я был в восторге. Мисс Адлер не заставила меня ждать и удивила меня еще раз, оказавшись вовсе не подчиненной, а мастером, в том числе и своем деле. Красота. Для меня она делала исключение. Видимо, я был особенным. А она – волшебницей. Боль от ее рук заставлял забыть о внутренней гиене. Кровь на собственных губах лишь вызывала у нее улыбку, а ее острый ум вызывал у меня эрекцию. Неужели, высшие силы ко мне благосклонны, и в качестве облегчения моих страданий мне было послано сие божье творение, сулящее забыть о внешнем мире, где меня ждало лишь отупевшее стадо людских масс, умеющих только потреблять и производить то, что потом потребляется. Я рассказывал ей, как хочу вырвать сердца у моих конкурентов и сожрать их, предварительно потушив их с чесноком и специями, а она расстёгивала ширинку моих брюх, она рассуждала о безосновательности психосексуальной теории Фрейда, а я приковывал ее узкие бледные запястья к изголовью кровати. Молодость – пора открытий. Внезапно это высказывание приобрело для меня новый смысл. Мы имели друг друга почти постоянно. В парке, в клубе, в моей берлоге, в ее общежитии. А когда не имели, то я пытался уговорить ее работать на меня, стать моей правой рукой. А Адлер всегда загадочно улыбалась, чем выводила меня из себя так, что хотелось выбить ей зубы. Но это как-то не по-джентельменски. Поэтому все, что мне оставалось, это с досадой хмурить брови и вместо зубов выбивать такт пальцами о стол. Я пытался понять ее сущность. Я пытался понять, что отличает меня, ее и парня со смешным именем, недавно привлекшего мое внимание своими блестящими трактатами в криминалистике, от обычного человека. Почему, когда я закрываю глаза, я начинаю слышать стоны боли, тревожный вой сирены и звук ломающихся костей, а какой-нибудь Майкл, работающий кассиром в Mark&Spencer, представляет, как он трахает свою смазливую коллегу и как накопит на отдых на Майорке? Почему, Ирэн Адлер, умнейшая женщина, которой обеспечена ученая степень в психологии как минимум, наслаждается стеганьем жирных потных старикашек, решивших на последок тряхнуть стариной, а какая-нибудь Марта, еле наскребшая проходной балл для юридического отделения какого-нибудь затрёпанного колледжа, расхаживает по музеям и библиотекам, пытаясь сойти за умную, но в итоге все равно возвращается к журнальчикам типа «Космополитен» и ток-шоу о разладах в семье? «Ты забавный парень, Мориарти». Она закуривает. На ее голове беспорядок. Хочу протянуть руку и поправить, но мне становится лень, и ладонь шлепается обратно на простыню. Мне нравится, что она зовет меня по фамилии. «А ты хорошо трахаешься, Адлер. Занятный, у нас тандем, не находишь?». Не люблю церемоний. Она ухмыляется. «Никак не могу выкинуть бизнес-идею о том, чтобы ты начала делать на этом деньги». «Стать шлюхой? Почему бы и нет. Хорошие шлюхи редко попадаются. Угадай, чтобы я купила, если бы разбогатела на собственном теле?». «Силикон в губы?». Ее игривый смех заставляет меня поморщится. «Тебя». «Меня?». Это уже становится интересно. «И сколько же стоят по твоему эти вот пять литров крови, гениальный мозг и добрые, честные глаза?». «Ты мужчина на миллион». «Фу, как скучно. Всего миллион? Пошла ты». Я натягиваю джинсы, ни капли не обидевшись. Болтовня, болтовня… Ирэн любит деньги, я знаю. Я не люблю деньги. Но они мне нужны для того, чтобы достать то, что люблю я. Все просто. А что люблю я? Боль. Только не мою – чужую. Хотя собственная иногда тоже может нравится, Адлер помогла мне это понять. Я знаю, она сможет своего добиться. Хищница, прекрасное создание, и когда-нибудь, возможно, она станет моей соперницей, моим конкурентом, и мне придется вырвать сердце уже ей. Это не составит особых проблем, я думаю. Сейчас я жалею, что не придушил ее тогда. Пока она совсем не заигралась в мире, принадлежащем мне. Пока не спуталась с братьями Холмс. Маленькая шлюха. Оказывается и такая мразь как ты способна на чувства. Помню я так долго ржал, когда узнал о конфузе с паролем в ее телефоне. Серьезно, Адлер? Ты ведь даже не трахнула его, я уверен. Эта женщина. Лучший секс. Лучший ум. Хотелось бы почувствовать твои пальчики на себе еще раз, да не судьба. Да и кто я такой, спрашивается, чтобы снова заслужить твое расположение. Кудрей на моей голове как не было, так и не будет, а глаза не посветлеют до цвета небес. С тобой мне не хотелось умирать. Помню последнюю встречу с Доминанткой. Я вошел в ее клуб, как раз в тот момент, когда какое-то животное размером с небольшой шкаф, от которого разило коньячиной и дешевым парфюмом пыталось принудить ее явно не к парной игре на пианино. Если бы это не касалось того, что я считал своим, пусть даже и временно, я бы не стал вмешиваться. Трезво оценив ситуацию, а также то, что я едва доходил ему до плеча, я достал бритву, со смертельным спокойствием подошел сзади и провел ею по бычьей шее субъекта. Кровь текла ручьем, забрызгивая окружающий интерьер. Мне стало так весело, что я чуть было не подпрыгнул. Адлер выбралась из объятий теперь уже жертвы и посмотрела на меня так, как будто видела меня в первый раз. Как будто я и был Эдом Гейном, кем я себя представлял в начале. «Проваливай». Она тяжело дышала. «Мне не нужна была твоя помощь, Мориарти. Пошел вон». «Что ты сказала?». Признаться честно, я несколько опешил. «Пошел вон из клуба. Чудовище. Выродок». Она попыталась замотать полотенцем горло мужика, из которого все еще хлестала кровь. «Ты еще услышишь обо мне, Адлер». Я улыбнулся. Мне было жаль расставаться с моей секс-игрушкой. «Я обещаю тебе». «Надеюсь, что нет, мистер Мориарти, надеюсь, что нет». Я оставил шлюху подчищать свое первое преступление. Мне было почти не грустно.