Шаг за шагом

Миновал день с момента произошедшего. Все шло своим чередом, парень проводил время с семьей, помогая родителям в пекарне и играя с младшими детьми. Его сестры и братья беззаботно наслаждались теплым летом, в то время как Танджиро пребывал в томительном ожидании весточки от Ренгоку-сана. На утро следующего дня после прочтения той самой открытки Камадо получил сообщение от своего учителя, не содержащее ничего из ряда вон выходящего, а лишь вопрос, мол, надумал ли там чего его мальчик. «Его мальчик», на удивление, в нетипичной для себя манере не залился смущенным румянцем и не упрятал лицо в ладонях, устроившись где-то в углу комнаты, напротив, тот совершенно спокойно воспринял полученное с непоколебимой физиономией, будто знал, что ему предстоит увидеть. Однако, несмотря на долгожданный порядок в эмоциональном плане, Танджиро не спешил отвечать Ренгоку-сану. Двое суток он прошатался, не решаясь написать Кеджуро; тот тоже не навязывался, давая время на раздумья и отчасти жалея, что тем утром поступил слишком резко и настойчиво, но что сделано, то сделано. Камадо часто задавался вопросом: на что он надеялся, когда разворачивал открытку? На пожелание доброй дороги? После случившегося в комнате учителя стоило ожидать чего-то подобного. Как бы то ни было, мысль о предстоящем свидании грела его сердце, вопреки тому, что вся ситуация казалась неправильной и абсурдной. Можно ли представить более нелепые обстоятельства, где по счастливой случайности тебе предоставляется шанс провести время с человеком, который тебе нравится, но ты, вместо того, чтобы воспользоваться моментом, всячески избегаешь объект своей симпатии. Во всяком случае, то, что произошло осталось позади и пришло время обдумывать план дальнейших действий. Взяв в руки телефон, Танджиро немного помедлил, глядя на переписку с учителем, но все-таки решился начать печатать сообщение, однако тот не чувствовал непоколебимой уверенности и в его голове то и дело всплывали идеи о том, чтобы отложить эту затею в долгий ящик. Недолго поразмыслив, Камадо, несмотря на смятение, быстро накатал что-то с вопросом о месте встречи вперемешку с извинениями за задержку с ответом, а после впихнул телефон куда-то под подушку, посчитав правильным устроить себе «вечер ожидания и осмысления» перед пересечением с Ренгоку-саном. Танджиро планировал проверить письма ближе к ночи, когда в доме оседает гробовая тишина, гаснет свет и лишь голубоватое мерцание экрана освещает твою сонную физиономию, но спустя полтора часа он сдался, и, схватив телефон, не мешкая открыл переписку. Ему пришлось несколько раз прочесть текст, чтобы вникнуть в суть написанного, ибо поначалу все казалось беспорядочным набором слов. «Мальчик мой, — ответ пришел почти сразу после сообщения парня, отчего тому становилось совестно, но, судя по той же благожелательной манере написания, Ренгоку Кеджуро ничего такового не испытывал и не осуждал Камадо за подобные выходки, — Я рад, что ты принял мое предложение. Нам о многом надо поговорить, и ты это знаешь, однако мое самочувствие не позволяет в ближайшие пару дней идти куда-нибудь. Давай подождем недельку-другую, а там и решим, что нам делать. Спасибо за понимание». Танджиро невидяще уставился на текст и пробыл в таком состоянии еще минуты две, с трудом переваривая прочитанное. Ответив коротким «Хорошо, поправляйтесь», парень приподнялся и устремил взгляд в окно, но тот не любовался опускающимся сумраком ночи, а предпринимал попытки настроить самого себя на грядущее. До недавнего момента парень даже не пытался вообразить, как происходят любовные свидания, из их троицы лишь Зеницу был в курсе этой темы в мельчайших подробностях, но обращаться к нему по такому поводу Камадо, честно говоря, не хотелось. Ему оставалось только сидеть смирно, и он понятия не имел, что может скрасить часы тягучего ожидания. Прикинув в уме и взвесив все «за» и «против», тот понял, что встретиться с друзьями будет хорошим решением перед событием, которое изменит всю его жизнь.

***

Все началось как обычно. Тихо не получилось. Однако после посещения дома братьев Ренгоку у Камадо складывалось впечатление, что он не видел своих друзей уже не один десяток лет, поэтому с годами не меняющаяся реакция этих двоих друг на друга казалась втройне более родной и греющей сердце. — Та-а-анджиро, — восхищенно растягивал гласные Агацума, загадочно улыбаясь и переплетая пальцы в мечтательном жесте. Надо полагать, что в данный момент он представлял любимые образы, — Как там поживает милая Незуко? Когда ты уже пригласишь ее гулять вместе с нами? — тот явно задавал этот вопрос не впервые, но все же умоляюще взглянул на парня. — Каждый раз, когда я предлагал ей она отвечала, что подумает над этим. Видимо это ей уже надоело. Так что, сам приглашай или жди от нее весточки, — Камадо пожал плечами и задумчиво отвел взор куда-то в сторону. То, что ему нравилось в Зеницу, так это его способность открыто говорить о своих чувствах. Разумеется, временами он перегибал палку, но после этого он хотя бы мог спокойно спать, а не пытаться успокоить бушующий океан эмоций, который некуда выплеснуть. — Ой, да заткнись ты! — на плечо Агацумы резко опустилась тяжелая рука Иноске, что создало очередной вскрик со стороны блондина, — Каждый раз одно и то же! Ты можешь хоть когда-нибудь не о своих розовых соплях говорить? — Да ну тебя! Будто кому-то интересно, с кем ты там подрался на прошлой неделе! — Зеницу горделиво фыркнул, демонстративно отворачиваясь от товарища. — Не на прошлой неделе, а вчера, и знаешь, я по-настоящему надрал зад тому придурку, что сейчас сделаю и с тобой! — и он, не чувствуя и капли затруднения, поднял не успевшего ничего понять друга над головой и залился смехом истинного победителя, пока Агацума отчаянно пытался вырваться из крепкой хватки, и, спустя полминуты, тот повалился на землю, ругаясь себе под нос и пытаясь оправиться от короткого шока. Танджиро подбежал к нему, помогая ему подняться под недоумевающие взгляды прохожих. Наконец отряхнувшись и гневно оглядев Иноске, Зеницу состроил горделивое выражение, что означало, что настала его очередь хвастаться. — Знаете что? — М? — Камадо вновь углубился в размышления, смотря куда-то под ноги и беспечно шаркая ботинками по асфальту. — Давай быстрее уже! — Хашибира положил локоть на плечо товарища и ухмыльнулся, замечая в его лице вновь зарождающееся негодование. — В общем, мне дедуля недавно рассказывал, — тот небрежно убрал руку друга, который так беззаботно устроился, всем своим видом показывая, что не собирается вникать в рассказ, — Какая-то шайка бандитов наведалась в пристанище какого-то там Тенгена, по причине того, что, мол, между ними остались какие-то неразрешенные вопросы, ну и в общем от них мокрого места не осталось, потому что тот дядька тоже не пальцем деланный. Но дедуля говорил, что состав той шайки хотел «реванш» устроить, но те вскоре быстро лавочку свернули, а почему — неизвестно. — Ну и ну. Я б их быстро по стенке размазал, — Иноске похрустел пальцами, представляя себя победителем в очередной передряге, — А ты что думаешь, Гонпачиро? Эй, что с тобой? — тому стало не по себе от вида друга, которого словно холодной водой окатили, и он смотрел в никуда, будто услышав смертный приговор. По спине Танджиро пробежала волна мурашек уже после упоминания Узуя, а как только тот услышал, что те люди задумывали второй заход, то внутри него будто что-то оборвалось. То, что планы поменялись его ничуть не успокоило, а напротив насторожило, ему казалось, что они залегли на дно до тех пор, пока не наберут достаточно ресурсов для исполнения задуманного, однако парень принимал как вариант то, что он мог ошибаться. — Все в порядке, — Камадо попытался состроить максимально нормальную физиономию, надеясь, что у него вышло не совсем убого, — Просто вспомнил кое-чего. Нет поводов для беспокойства, — он постарался улыбнуться. — Ну ладно тогда, — Иноске нахмурился, — Куда пойдем? — О, я знаю одно местечко! — Агацума взглянул на синеволосого друга, — И даже не вздумай ничего говорить, я знаю, что тебе тоже надоело шататься по одним и тем же улицам, — тот бодро зашагал к автобусной остановке, ощущая себя проводником. — Подожди, а что за место? — догоняя друга, поинтересовался Танджиро. — Увидите. И не благодарите меня потом, — тот окинул самодовольным взглядом товарищей. — Наверняка какая-нибудь шарашкина контора или лягушачий двор, — Хашибира усмехнулся, озорно облизывая губы и глядя на блондинистую макушку Зеницу. Тот уже хотел было начать возмущаться, но автобус уже подъехал.

***

Камадо было абсолютно ясно, что, учитывая романтическую натуру друга, он, действуя согласно зову своего чувствительного сердца, приведет его в какое-нибудь милое местечко, где можно спокойно поговорить по душам, а именно это парню и было нужно. Прибыв на место назначения, перед троицей предстала красивая лестница, ведущая, по всей видимости, во что-то наподобие сада. Сбоку от перил произрастали увешанные еще не зажженными фонариками невысокие деревья, ветви которых создавали нечто вроде навеса, а тень от листьев на ступенях образовывала таинственную атмосферу. Когда друзья поднялись по лестнице, перед ними открылась настолько чудесная картина, что даже Иноске очаровали прелестные виды увиденного пейзажа, и его язвительный комментарий в сторону Агацумы застрял где-то в горле. Сад оказался окружен кипарисами, но в центре внимания был небольшой пруд, усеянный цветами лотоса, красота которых раскрывалась ранним утром, но это не отбивало желания у смотрящих любоваться им и днем, и ночью. Через сам водоем был перекинут мостик с ажурными перилами, гармонично вписывающийся в общий ландшафт и выполняющий скорее украшающую роль, чем практическую. То тут, то там виднелись прилавки с сувенирами, между ними проглядывались загадочные тропинки, ведущие дальше в сад, а из глубины ветвей потихоньку начинали загораться вспышки декоративных фонариков. — Ну как? Нравится? — вопрос Зеницу вывел парней из ступора. — Да, очень нравится! — Танджиро и подумать не мог, что виды здесь окажутся настолько потрясающими, этот сад — идеальное место для свидания, здесь некогда предаваться смущению или неловкому молчанию, остается только восхищаться пейзажем и уединению с партнером, — Спасибо, что привел нас сюда. — Ну-у-у... Не так уж и плохо, — протянул Иноске, еще раз окинув взором сад и остановившись на прилавке с едой, — Эй, пойдемте перекусим чем-нибудь, — и, не дожидаясь согласия друзей, решительно направился в сторону цели.

***

Сперва Камадо думал, что в период выздоровления Ренгоку-сана они вряд ли будут общаться ввиду нерешительности первого, однако, собравшись с мыслями, парень посчитал правильным поговорить с учителем о чем-нибудь, как они делали много раз до этого. Наверное, обидно, когда кто-то стремительно покидает твою квартиру, не попрощавшись с тобой, а потом игнорирует добрых две недели. Время, проведенное с друзьями действительно вдохновило его, потому тот взял телефон и напечатал: «Добрый вечер, Ренгоку-сан! Сегодня я гулял с друзьями и мы посетили очень красивое место, я думаю, что нам стоит пойти туда вместе, когда ваше самочувствие улучшится. Кстати, как вы?» — парень улыбнулся, когда увидел, что ему почти сразу начали печатать в ответ. «Здравствуй, Танджиро. Со мной все хорошо, спасибо. Я рад, что ты вспомнил про меня, когда заметил красоту того места ;) ». Коротко выдохнув, Камадо все-таки решил рискнуть: «Вы мне нравитесь, Ренгоку-сан», — тот секунд тридцать не решался отправить сообщение, но все-таки пересилил себя, а после отложил телефон и обнял подушку, отвернувшись к стене. Спустя пять минут парень решился проверить переписку, но заметил, что ему все еще печатают ответ. Это немного насторожило его, но тот быстро расслабился, зная, что от учителя не стоит ожидать ничего дурного. «Ты мне тоже нравишься, мальчик мой. Не представляешь, как мне приятно, что ты испытываешь то же, что и я. Когда я впервые увидел тебя, мне сразу показалось, что ты будешь играть в моей жизни определенную роль. Я надеюсь, что когда-нибудь смогу сказать тебе "Я люблю тебя"». Танджиро словно пронзила стрела любви. Умеет же Ренгоку-сан подобрать словечки! Камадо невероятно сильно захотелось обнять его, прижаться к его теплой груди и наслаждаться этим чувственным моментом между ними. Сообщение такого содержания грело душу не хуже объятий, однако теперь было очевидно, что он будет ждать свидания с восторженным нетерпением. Засыпая, парень понимал, что проникнуться к Кеджуро-сану больше, чем симпатией окажется самым настоящим подарком судьбы.