Тихий омут

- Ёсан, ты там жив вообще? Ёсан устало лежит на полу в зале для дэнс-практик, обхватив ладонью плечо и старается унять дрожь в коленях. Про судороги привычно молчит, сосредотачиваясь на дыхании. Он запнулся и сбился, потом запутался в ногах и потому весь танец пошёл по пизде. Нужно прогнать ещё, пока он не восстановит порядок. До тех пор он не может уйти, хоть и понимает, что уже сильно устал. Как и Юнхо с Уёном, что вызвались помочь, когда остальные уже ушли. Старший Чон подходит к парню и внимательно осматривает неподвижно лежащее тело. Кан медленно поворачивается на бок, хрустя всем, чем только может хрустеть танцор, и сипло отзывается, что жив где-то наполовину. Кивает, извиняясь перед обоими и прося уже в третий раз, чтобы они его бросили и ушли, на что Юнхо шутит, что тогда некому будет тащить его до общаги. Да и пылью дышать неполезно, они и так все шмыгают, только аллергии ещё не хватало накануне концерта. К ним подползает Уён, поддерживая тему разговора и на пару со старшим уговаривает Кана закончить. Упрямство упрямством, но возможности человеческого тела тоже не безграничны. - Ага, на концерте ты мне тоже самое скажешь, когда я всё испорчу, споткнусь и нос себе разобью? - Ёсан хихикает хрипло, ему бы попить, но идти за бутылкой к холодильнику лень всем. Он замучено стонет, развалившись звездой на полу. В мыслях сейчас только одно чувство голода, которое он усердно игнорировал, но именно оно и сбивало парня. Хочется наесться курицы, можно ещё большой кимбап сверху докинуть и запить всё литром газировки. Он и парней угостить готов, всё-таки они ему помогли и продолжают помогать. - Не, ты, реально, будь поаккуратнее с горлом. - Что, боишься, что дыры в песне некому заполнить будет? Я скажу звуковику, если что - выкрутит погромче. - Ох уж эти вокалисты, вечно они на ты со звукарями, - смеётся Юнхо, поднимаясь на ноги и вместе с Уёном помогает встать Ёсану. Они едут домой. Ещё не очень поздно, хотя они занимаются уже долго, но всё ещё недостаточно по мнению Кана. Он бы вырывался, если бы у него были на это силы, но вместо этого просто следует рядом до машины, чтобы там уставится в окошко и тихо сидеть с уёновой головой на плече. Чоны отрубаются, так как более грамотно расходовали силы, а Ёсан от перенапряжения не может даже задремать. Он недоволен собой сегодня, что бы там не говорили эти двое. Завтра он будет работать ещё усерднее. Выступления, промо, съёмки, встречи с фанатами, вылеты в соседние страны - всё это привычно поглощает парней с головой. Глотая обиды они продолжают выступать, продолжают улыбаться и заливать в себя литры кофейных напитков и энергетиков. Ещё и концерт на носу. Их первый концерт. Первый большой концерт и последующий тур, на который у них и компании большие надежды, несмотря на усиливающееся беспокойство в мире. Ёсан не думает сейчас ни о чём, неосознанно трепя Уёна по волосам. Они больше не сиреневые. Чёрные, после осветлённых смотрятся непривычно, но так по-родному, на самом деле. Последний раз он был тёмно-каштановым полгода назад. А Ёсану ещё долго ходить светлым. Вон, даже ещё сильнее осветлили на днях. За всё время, что пролетело так быстро со дня их прилёта из Японии, ничего существенного в их отношениях не менялось. Вот только Ёсан всё чаще украдкой проявляет заботу об Уёне, видя его беспокойство по тому или иному поводу. Невесомо погладит, за руку ненадолго возьмёт, угостит чем-то маленьким, но вкусным, поправит маленький элемент костюма, после обязательно говоря, что парень выглядит замечательно. И всё это - незаметно для остальных, никаких посторонних глаз. Только для него, только для Уёна. Оттого всё это ощущается как нечто особо интимное, личное, и вызывает у младшего порой особо смущённую улыбку. Он видит и чувствует, что Ёсан делает это вместо того, чтобы тысячу раз на дню говорить "люблю". Не словами, а действиями. Особенно - взглядом, что согревает в особо ветряные и холодные дни. *** Первым делом, оказавшись в здании и разувшись, Ёсан сразу же бежит на диван и с него набирает заказ. К нему воодушевлённо присоединяется Юнхо и маячивший из-за угла Минги. Репер с танцором что-то весело обсуждают, Юнхо отбивается от щекотки, зовя кого угодно на помощь. С помощью прибегает Уён, подкрадывается к реперу сзади и, естественно, испугав, даёт пять старшему Чону. - Уён-ши, ты что-нибудь будешь? Взять тебе рёбрышки? - Боже, ты ещё спрашиваешь?! - Уён смеётся, хлопая друга по плечу, согласовывая заказ. - А разве ты не должен питаться водой и святым духом? - Не ну рёбрышки точно придумал какой-то святой, - брюнет дует губы, пихая репера в грудь с довольно громким стуком. Да, он вновь на диете, более жёсткой с учётом тренировок, но это не значит, что он не должен есть вообще. Они на этой почве несколько раз дрались с Саном за мороженое. Ёсан ощущает время немного заторможено, поэтому пропускает момент, когда его отпинывают в сторонку с дивана, а файтинг на приставке для разрешения спора используют Юнхо и Минги. Парням весело, да и надо же скоротать время, пока все ждут заказ. Кан в такие моменты сидит спокойно, по привычке пытаясь понять обе тактики, а не кого-то подбадривать, как Уён по левое плечо от него. К слову, он болеет за Юнхо. На крики в гостиной приходят Сан и Сонхва, так же бодро участвуя в поддержке обеих сторон. Примерно на третей победе Чона им привозят заказ. Парни хоть и уставшие, но едят весело, им ещё и несколько снеков и напитков в подарок положили, как постоянным клиентам. Один из напитков тихо стащил Хва, и чуть им же не давится, когда его палит Уён и продолжает громко пересказывать очень тупую историю, с которой парням смешно. - Вы бы всё равно его пить не стали. И ты сам курицу у Ёсана таскаешь! - Это расплата, не лезь не в своё дело, хён, - смачно жуя откусанную часть ножки, спокойно отвечает Чон, даже не смотря на лицо блондина, что делает несколько глотков колы, - Вот как должен поступать друг, когда другой угощается его едой, А НЕ ТАК КАК ТЫ, САН-А! - ОНО БЫЛО МОЁ, В РОТ ТЕБЯ ЕБИ! И ТЫ ЕГО БЕЗ СПРОСА ВЗЯЛ! - Так! - по столу одновременно хлопают две огромные ладони разных людей, Юнхо и Минги, пока старший продолжает, - Вы, блять, эту тему с мороженным который день мусолите! Успокойтесь уже оба! - Юнхо-я, ты бы не разозлился, если бы Минги-ши взял твоё из холодильника? ОНО БЫЛО ПОСЛЕДНЕЕ! - не унимается Сан, а Уён лишь закатывает глаза, - Он даже не извинился! - Детский сад, - громко попивая молочный напиток, бубнит Хва. - Штаны на лямках, - вторит ему Ёсан, снова набивая рот курицей, - От схожих вкусов и интересов одни проблемы. - Ты вообще одной курицей питаешься, Ёсан-и. - Но мои шоколадки без спроса никто не берёт. А курица - это самое универсальное мясо на свете. К тому же - вкусное, - он макает остатки ножки в соус, подъедая кимчи из контейнера, - Бля, ребят, доедать надо, оно скоро портится начнёт, помогайте. - Что-то для курицы тебе помощники не нужны~ - смеётся Юнхо, тоже подцепляя палочками немного закуски. - Ну так курочку в принципе нельзя оставлять недоеденной. - И ножками он ни с кем не делится никогда, - немного уныло уточняет Сан. - Ни с кем, - соглашается Хва, допивая напиток, - Кроме Уёна. - Ёсан-и, ну дай хоть одну, я тоже тебе помогал вообще-то~ - беззлобно улюлюкает Юнхо, выпрашивая у Кана куриную ножку. Блондин демонстративно наклоняет свой контейнер, показывая, что он уже пуст, и хихикает, - Ах ты злодей.. - Чон не теряет времени, начиная таскать еду у нерасторопно кушающего Минги, на что репер не обращает никакого внимания, только кивая и прося передать ему попить. Все в группе то и дело подмечают, что общение Ёсана с Уёном стало куда более частым явлением, чем раньше. Что их всё чаще можно застать за долгими разговорами ни о чём, что на любую шутку они открыто отзываются и не обижаются, смеясь вдвоём или со всеми, и что в целом они, кажется, стали только дружнее. Те, кто в курсе их отношений, естественно помалкивают, хоть и Сану это даётся труднее всего. Нет, он правда рад за них обоих, но немного по-человечески ревнует и завидует. *** - Я думаю, Юнхо точно догадывается. - Ага. А Чонхо просто всё знает и воспитанно молчит. И ещё поспорил с кем-нибудь на пару тыщ. После ужина и весёлых, но усталых разговоров все расходятся, дожидаясь своей очереди в душ. Ёсан по пути до комнаты тяжко вздыхает, что у него всё болит и завтра он не встанет. Встанет конечно, ещё как, но поныв, становится чуточку легче. А ноет вижуал не так уж и часто. Парни лежат на своих кроватях, иногда перебрасываясь фразами или тянутся друг к другу, чтобы показать что-то из новостной ленты, будь то чьи-то комментарии или что-то забавное. - А Минги? - Наверное ему просто похер. Повисает недолгая, но не напрягающая пауза между друзьями, пока Ёсан не спускается вниз и не присаживается на кровати Уёна рядом с ним. Чон продолжает лежать, но блокирует телефон и откладывает его в сторонку, внимательно смотря на парня, что так же смотрит и на него. - Ты беспокоишься, что это может плохо кончится? - блондин говорит спокойно. Он видел, что Уёну было немного некомфортно за ужином, когда парни подмечали какие-то детали их улучшившихся отношений. - А ты как будто нет, - брюнет усмехается, поворачиваясь на бок и приглашая блондина лечь рядом. Ёсан отказывается, только немного поворачивает корпус, чтобы видеть глаза соседа, - Слова парней меня не заботят, они особо не умеют дразнится, в отличие от меня. - Ну не скажи, Юнхо вот.. - Так, его не считаем, - Уён вовремя останавливает Кана, понимая, какие случаи острого языка танцора он хочет припомнить. Замолкая, младший немного колеблется, взвешивая все за и против. Он хочет поделиться тем, что его действительно гложет вот уже которое время, но не хочет грузить этим Кана. Неудобно немного. Не хочет, чтобы и он волновался из-за подобного, ведь, если посудить, то его переживания существуют на пустом месте. Спусковым крючком к принятию решения становится суховатая ладонь у него в волосах, с нежностью оглаживающая овал лица и тянущаяся куда-то за шею, чтобы размять мышцы. Уён двигается к стене, уступая больше места, чтобы Ёсан тоже, наконец, прилёг. Изящная ладонь перемещается на смуглую шею и осторожно начинает массировать, снимая небольшое напряжение. Уён расслабляется, млея от ласки, и, вздыхая, размеренно пересказывает другу свои мысли. Что он почему-то сильно волнуется из-за их концерта. Что ещё сильнее волнуется насчёт тура и вообще предчувствие у него нехорошее. Да, в какой-то мере он накручивает себя, но ничего с этими мыслями он поделать не может. А ещё он соскучился по родным. Рассуждает, что в небольшой отпуск хочет съездить с ними куда-нибудь отдохнуть. Недалеко, на один из островов может быть, но надо уточнить с менеджером. - Ёсан-и, не хочешь с нами? - блондин пару раз моргает, убирая руку с шеи парня и устраивая её у себя на бедре сбоку. - Думаю, это будет лишним. Тебе полезно отдохнуть без меня. Можешь позвать кого-нибудь из ребят, если хочешь. - И ты даже ревновать не будешь? - Буду, немного, - он усмехается, получая несильный толчок в грудь, - Но отпуск на то и отпуск, - парень глубоко вздыхает, лениво бегая глазами по расслабленному лицу напротив, добавляя уже тише, - Я тебе доверяю. - Ты всё такой же наивный дурак, Ёсан-и~ - Ой, да перестань! Хочешь сказать что все мои ухаживания прошли зря, и ты ни капельки ни стал ближе к осознанию нормальной влюблённости в меня? Ты меня расстраиваешь~ - Кан дует губы, продолжая театрально-обвинительную тираду в адрес друга, что просто ржёт над ним, его игрой и доводами. Ну, и просто потому, что это смешно, и Ёсан сам это понимает. Но в каждой шутке - лишь доля шутки, а особенно в подколах и шутках Ёсана по отношению к кому-то. Блондин правда старается вести себя немного иначе, чтобы "влюбить в себя". Подступается, уделяет внимание, отступает подальше, когда нужно, нутром понимая, когда Уёну нужно отдохнуть от любого общения. Последнее он, по его же скромному мнению, чувствует и понимает лучше всех в группе. И Уён сам это подтверждает время от времени - совсем уставший, сонный, никакущий, шёпотом, еле слышно на ухо, чтобы слышал только Ёсан, когда прижимает его к себе крепко-крепко. Кан неопытен во флирте, ухаживаниях и, прости господи, соблазнении, поэтому действует по-своему, как умеет и в чём точно уверен. Чем не вызовет непонимание или конфуз. Максимум - смех или лёгкое чувство испанского стыда, но без этого никуда. Они продолжают разговор на рабочие темы. Обсуждают танцы, общие и индивидуальные ошибки, идеи и мысли по тому или иному поводу. Уён отмечает, что всё у Ёсана сегодня шло нормально, и что ему самому так не понравилось, он понять не может. А Ёсан слишком устал, чтобы внятно объяснить. Он уже и сам забыл. Видимо просто глаз замылился от усталости, и привычное "нужно работать лучше" просто мешало здраво оценивать свою работу. Сходятся на этом, вместе собираясь в душ. *** - Ёсан-и~ поцелуй меня~ Уён канючит, как маленький, и бесится, когда его маленьким называют, но от Ёсана не отлипает, мешая нормально мыться. Просит и всё тут, вот надо ему и делай с этим что хочешь. Кан предлагает ему намылить его спину взамен поцелуя, ну или во время, как пойдёт. Разговор ощущается настолько будничным, что им самим с этого смешно. Но свой поцелуй в душе Уён получает. И приговаривает, что губы Ёсана до сих пор на вкус, как курочка, из-за перца и засохшего где-то соуса. - Если я весь вымажусь соусом, ты меня вылижешь? - Боже, что за похабщина? Мойся давай. Танцор продолжает ни то шутить, ни то серьёзно предлагать вокалисту идею с вылизыванием, противно хихикая прямо над ухом, а его руки тем временем растирают чужую спину мочалкой. Уёну неловко признаться, что Ёсан с каждым днём, чуть ли не с каждой чёртовой минутой становится для него всё более-более ценным и желанным человеком в его жизни. Что ему нравятся все его нелепые подкаты, его спокойный голос и успокаивающие прикосновения. И не только успокаивающие, если уж так. После того чудесного вечера с бутылкой вина они не заходят дальше взаимных ласк руками. И то - нечастых, потому что сил просто напросто не хватает. Оттого они всегда несколько остро реагируют на откровенные ласки и поцелуи, но уже не так осторожничают друг с другом, шаг за шагом пополняя свой багаж знаний и, что скрывать, фантазий. Уён искренне рад этому, на самом деле. Ведь Ёсан не стесняется трогать его сам, показывая и своё желание тоже. Оба с любопытством и небольшой осторожностью изучают чужую реакцию на то или иное прикосновение, нажим или ласковое поглаживание. Благодаря этому, например, Кан отмечает для себя, что у Уёна достаточно чувствительная грудь и задняя часть шеи. Общая чувствительность Ёсана для его друга в принципе не новость. Уён любит слушать музыку в душе. Прибавлять её погромче, подпевать даже, если настроение хорошее. А ещё за музыкой и шумом воды меньше слышны посторонние звуки, вроде вздохов и стонов. Танцор привык быть тихим в моменты самоудовлетворения, но всё же иногда хочется дать волю голосу. Особенно когда рядом Ёсан, и пусть он сколько угодно говорит, что ему нравится такой, более тихий Уён. Чон прекрасно понимает, что Ёсан видит, когда ему хорошо, что ему нравится смотреть на него, что его это тоже заводит. Но Уён не был бы Уёном, если бы не желал большего. Но сам старается игнорировать слишком навязчивые и неправильные, по его мнению, мысли, а именно те, в которых больший контроль принадлежит Ёсану. В которых Ёсан касается его тела более уверенно, смелее, грубее даже. Держит его в своих руках, сильно сжимает, оставляя небольшие синяки под жилистыми пальцами и властно целует, оставляя засосы на коже, не боясь обнаружения пятен на той же шее. Уён ловит себя на этих мыслях и тут же отбрасывает. Как и многие, он особо никогда не задумывался, что может быть в позиции принимающего. Похабные шутки, вызывающее иногда поведение и флирт - другое, и принять подобные желания немного мешает мужская гордость. И неопытность, само собой. Через подобное он действительно проходит впервые, решая, для начала, поразмыслить над всем самому, чем вываливать всё на влюблённого парня рядом. Лучше он вместо этого немного позаботиться о нём, пока есть возможность. *** - Сильнее. Ёсан всегда просит делать массаж грубее и сильнее. Сильнее сминать кожу, жёстче надавливать на конкретные точки на спине или пояснице. Ему не больно. Ему чертовски приятно. Да и уснуть теперь будет проще с расслабленными мышцами. Он негромко постанывает в свою подушку, иногда поджимаясь, когда жаркие пальцы давят в особо чувствительных местах или растирают выпирающие лопатки, надавливая на бугорок косточки. Танцор издевается, не иначе. Как ещё объяснить его довольное хихиканье, когда Ёсан хнычет или стонет чуть громче. - Ты такой чувствительный, - Уён опускается с неспешными поцелуями по позвонкам, растирая тёплую кожу ладонями. - Когда там откроется предзаказ на эти массажные кресла? - Что, я тебя уже не устраиваю? - У тебя только две руки и ты не вибрируешь. Ёсан понимает, почему Уён ржёт, хлопая его по плечу со смеху. Тянется руками назад, чтобы поймать ладонь, но его самого берут за запястья и укладывают их на место. То ли он конкретно устал, то ли ещё что, но этот жест со стороны Чона ощущается невероятно нежным. Он перестаёт смеяться, проговаривая, что предзаказы открылись пару дней назад и надо напомнить остальным, чтобы подписали записку в агентство. - Уён-и, погладь меня. - Чего-то ты совсем размяк в душе. - В душе я мылся. А размяк я из-за тебя. - Конечно, вали всё на старину Чона. Сам же попросил тебе массаж сделать, дурилка. Подвинься. Кан лениво переворачивается на бок, давая Уёну немного места, чтобы так же устроится рядышком. Протягивает вперёд свои руки, которые сразу согреваются от мягких прикосновений. Уён гладит легко, немного щекочуще, мягко и без нажима растирая сухую кожу подушечками пальцев, пока Ёсан залипает на эти движения и начинает клевать носом. Ласковые прикосновения к рукам расслабляют, успокаивают и убаюкивают. Из головы вылетают некоторые тревоги и переживания, оставляя больше места для такого простого, но редкого гостя под названием "покой". Вокалист чуть улыбается уголком губ, прикрывая глаза и облегчённо вздыхая. Тянется вперёд, сквозь ресницы различая лицо парня и благодарно обнимает, накрывая чуть пухлые губы своими. Шепчет в них несколько слов благодарности и очередных комплиментов его умениям, пока легко целует любимое лицо, плавно перемещаясь на шею. - Ну всё, всё, прекрати, - Уён неловко хихикает, отстраняя от себя друга. - Не хочешь? Хочет. Ещё как. И неважно, что именно Ёсан имеет в виду - поцелуи, ласки или тот же массаж. Уёну всё равно. Он понимает, что примет любой знак внимания и любви с его стороны. Понимает и принимает тот факт, что ему это нравится. Что ему хочется дать этому человеку не меньше любви взамен. Что иногда ему хочется о нём позаботиться, защитить от каких-то тягостей жизни и просто помочь и быть рядом. Последнее у него получается лучше всего. Уён понимает свои чувства. Не так сильно понимает себя, но сейчас видит и читает всё ясно, как на ладони. Он дошёл до той самой точки невозврата. Он обхватывает лицо напротив руками, смотря в глаза ласково-ласково. Чуть улыбается уголками губ и льнёт к чужим губам мягким касанием. Целует нежно, без напора, неразборчиво шепча в губы слова признания, которые блондин вряд ли слышит. - Что ты только что сказал? - Ничего особенного. Спи. Он последний раз ерошит выжженные осветлителем волосы и покидает постель Кана. - Нет, ты точно что-то говорил, - Кан свешивается головой вниз, намереваясь докопаться до истины. - Обычные романтичные глупости. - Это какие? - вокалист хихикает, собираясь подняться и слезть, но к его лицу резко приближается Уён и держит его голову в перевёрнутом положении,- Что, хочешь поцеловаться, как в первом "Человеке-пауке" ? Уён прыскает и опускает взгляд. Какого хрена этот человек творит? Он всегда был таким придурком? Насколько он помнит - всегда. - Идиот. - Я твой идиот. Навсегда. - Ты серьёзно ~ Ёсан-и, этой херне уже сколько лет? - Я старше. - И что, мне теперь звать тебя хёном? - Уён ухмыляется, но не понимает, какого хрена он сейчас несёт. Он нервничает, почему - непонятно, - Даже не мечтай. - Как скажешь. Я не настаиваю, - блондин пожимает плечами, возвращаясь к себе, - Ничего обсудить не хочешь? - А ты? Никто на вопрос так и не отвечает, тихо укладываясь спать и просто желая друг другу спокойной ночи. Ёсан видит, что его друг о чём-то волнуется, и уверен, что с предстоящим выступлением это связано в последнюю очередь. Уён же утыкается носом в подушку, зачем-то ругая себя. - "Перестань немедленно. Это было ожидаемо, так чего ты сейчас-то распереживался? Это всё тот же Ёсан. Ёсан, который постоянно рядом, успокаивает и целует тебя, который любит тебя, и ты тоже его любишь. Ты же любишь, дурья бошка, что за кипишь на пустом месте? Это минутная слабость. Просто слабость... Надо почаще говорить ему, что я его люблю..." Мельтешащие мысли немного мешают спать, и Уён неохотно встаёт с кровати и бредёт на кухню попить. Или украсть чьё-то мороженое. - Опоздал. С мороженным в руках сидит Сан, крайне лениво облизывая клубничный рожок и тупя взгляд в телефон на столе. Уён тихо берёт баночку газировки из холодильника и садится рядом, умещая голову на плече друга. Тот даже не отвлекается от экрана, гладит его по плечу, чуть приобнимая и ловя тяжёлый вздох. - Только не говори, что тебя выгнали. - Щас, ага, - брюнет щёлкает крышкой и жадно пьёт, гулко глотая, - Ты чё не спишь? - Опять играет. - Что тебе мешает играть с ним? - Я не хочу. У вас что-то случ.. - Ничё не случилось, Сан, успокойся, - голос танцора раздражённый и хриплый. - Ага, и из-за этого "ничё не случилось" ты сидишь тут со мной. Конечно. Пизди об этом кому-нибудь другому. - Дай мороженое куснуть, - Чон тянется к предложенному лакомству и старается откусить сразу побольше. - Пусть тебе твой парень покупает мороженое. Ну или своим "рожком" пусть угостит, - Чхве тихо хихикает, пока Чон колотит его по плечу и груди, - Шутки шутками, но до концерта и в туре не бери ничего в рот. Ну, ты понял.. Охрипнешь, дашь петуха на сцене - и всё, пизда. Тебя и так не балуют хорошими отзывами.. - Спасибо блять, а то я не знаю. - Не злись на меня, я пытаюсь помочь! - Я на тебя не злюсь. Ты меня просто бесишь, Чхве. - Да, да, я тоже люблю тебя, Уён-и. Разговоры с вокалистом не особо помогают, поэтому Уён ещё немного кусает его мороженое, как и плечо парня, допивает колу и спешит убраться с кухни, пока его в отомщении тоже не покусали. Сан не смеётся над ним, просто по-дружески подкалывая, если есть возможность. Ёсана с его прямолинейностью подколоть сложнее. - "Не вовремя это всё. Совсем не вовремя," - продолжает размышлять Уён уже в кровати. Упрямство не позволяет даже допустить мысли о том, что это всё заслуга Ёсана, что это он так хорошо постарался, что Уён действительно стал чувствовать что-то помимо симпатии. Что-то действительно похожее на влюблённость. Такую тупую и раздражающую, но не самим фактом какого-то чувства к лучшему другу, а собственным ощущением. Каким-то неприятным волнением. Чон считает, что не должен переживать о чем-то подобном. Принять и дальше сосуществовать - да, но никак не замечать лёгкое покалывание на кончиках пальцев, раздражающий зуд на затылке и учащённое сердцебиение. - "Чёрт тебя дери Ёсан," - чертыхается в мыслях брюнет, и слышит шевеление наверху. Кровать немного скрипит и сверху доносится приглушённый чих в ладошку, - "Вот не буду тебе здоровья желать, заслужил". Он понимает, что это немного глупо, но не повредничать в принципе не может. *** - Где у тебя одеяло? - Так, если ты собрался тут спать и сворачиваться калачиком - пиздуй обратно в общагу, - Хонджун раздражённо ворчит, разворачиваясь на крутящемся кресле к Уёну, сжавшемуся на небольшом диване в студии лидера, - Это студия, Уён, и люди тут работают. Подготовка к концерту предполагает так же и вокальную практику. Уёну бы заниматься самостоятельно, ну или пойти за помощью к вокалистам или учителю по вокалу, но вместо этого он донимает Хонджуна. - Плохая была идея включать эту песню в сэт-лист. - Песня тебе чем не угодила? То, что ты не можешь взять свою партию - только твоя проблема. - У меня уже горло болит, хён, - Уён жалобно мямлит, поджимая коленки ближе к груди, - Ну попроси ты убрать её, всё равно мы тупо стоим на ней, не ходим даже, не то что не танцуем. - Так, - Ким резко подъезжает ближе к дивану, строго смотря на младшего, - Ты достал ныть. Почему ты не хочешь петь? - Потому что я хреново пою. - Если бы ты хреново пел, тебе бы не давали песенных партий. Соберись и пробуем ещё. - Нет. - Тогда пошёл вон, - Хон тяжело вздыхает, старательно толкая Чона с дивана. Он протестующе хнычет и цепляется пальцами за обивку, - Уён-а, кончай придуриваться, пока я не выкинул тебя в окно. - Надо было раньше, сейчас у тебя уже рука не поднимется, потому что ты привязался ко мне. - Я тебя блять вместе с Ёсаном выкину нахер с нашей крыши, если ты не перестанешь поясничать, - старший ухмыляется, видя, что упоминание блондина произвело должный эффект и парень перед ним вскакивает и садится на месте. - А он тут вообще причём? - Притом. Уён, давай колись, что случилось. Пока всё нормально не расскажешь и не споёшь, я тебя отсюда не выпущу. Только в окно. Уён допивает остатки энергетика и опускает взгляд в пол, сцепив пальцы. Его состояние не оправдывает его поведения, он это понимает, но сделать мало что может. Точнее - не очень хочет. - Если в двух словах, то я тоже влюбился. - В смысле "тоже", а до этого у вас что было? Ты как последний урод использовал его чувства, чтобы потешить собственное самолюбие? - Я не настолько мерзкий человек, хён, - Уён прыскает, про себя отмечая, что подобное было бы весьма в его стиле, - В последнее время я начал понимать, что тоже чувствую что-то. Ну, ладно, не начал, а понял, с концами понял и.. - А проблема тогда в чём? Уён и сам хотел бы найти ответ на этот вопрос. Проблемы же на самом деле нет, значит и переживать незачем. - Я с кем разговариваю? Уён, в чём твоя проблема? - Ни в чём, - он устало вздыхает, - Извини, я просто веду себя, как последний придурок. - Да, чёрт возьми, ты тот ещё придурок, но ты НАШ придурок, Уён-ши. И ты подставишь нас на выступлении, если не возьмёшь себя в руки. Если не хочешь делать это для себя, то постарайся ради других. Для фанатов, для остальных ребят, - Хонджун осекается и решает добавить, - Для Ёсана, - последние слова заставляют Уёна засмеяться, причём - громко и достаточно искренне. - Ты на полном серьёзе предлагаешь мне петь для Ёсана? - Ну, - лидер делает долгую паузу, листая что-то в телефоне, - Если это поможет тебе прочувствовать настроение и посыл песни, то почему бы и нет? Ты вообще лирику читаешь? Уён задумывается, ещё немного отдыхая в стороне, пока Джун что-то делает на ноутбуке. По его же совету листает страницу за страницей, открывая полный текст песни, которая всё никак не даётся. Вчитывается и, чёрт возьми, понимает, что хотел сказать ему лидер. Понимает, пока глаза бегают по буквам, а губы сами шёпчут слова, постепенно доходя до припева, до его партии. - Можешь включить её? Хонджун молча улыбается, по одному тону голоса парня слыша, что его отношение к пению действительно изменилось и дальнейшая работа должна пойти хорошо. Он щёлкает на воспроизведение аудиофайла и слушает вместе с Уёном. *** После вокальной практики, на которой Уён полностью охрипает, он бежит в зал. Общаться с кем-то проблемно из-за осипшего голоса, он просит кого-нибудь из ребят сделать ему тёплый чай с лимоном и мёдом, когда он вернётся в общагу. Ну, как кого-нибудь. Ёсана, конечно же. - Ты звучишь, как старая ведьма, - заливая чайный пакетик кипятком, смеётся Кан, пока Чон сидит за столом и с удовольствием ест положенный ужин, - Не зря хоть глотку драл? - Это было вдохновение, - сипло говорит младший, попивая какой-то напиток, а потом морщится, - Так что мне даже понравилось. Я больше удивлён, что ты мне сразу ответил, обычно до тебя не достучаться. - Судьба, не иначе. Ты и сам бы мог сделать себе чай, или купить в магазине, а теперь этот лимон будет одиноко тухнуть в холодильнике, и.. - Давай его мёдом зальём! Так все съедят за день, - брюнет довольно улыбается своей идее, - И ты тоже чай с ним попей. - Я не буду драть глотку на концерте, зачем, - Ёсан готовит и себе чай, но свой, доставая початую пачку бисквитных снеков. Достаёт из неё два, и один быстро съедает, тяжко вздыхая и жалуясь, что хочет ещё сладкого, но нельзя. Второй оставляет возле кружки с чаем для Чона и, обойдя парня сзади, быстро треплет по волосам. Ойкает, замечая, что к нему подкрались сзади и уже обнимают. - Сан-а, мы обнимались пять минут назад. - Этого мало~ - Чхве игнорирует злое шипение со стороны Уёна, который возмущён тем, что друг не купил ему лимон и первым не вызвался, чтобы сделать для него чай, - Ты ворчишь, как моя бабушка, а ну перестань. - Ты ужасный внук, Чхве Сан, - танцор устало вздыхает, доедая ужин и проверяя, достаточно ли остыл его чай с лимоном, чтобы он добавил туда мёд. - А где благодарность? - А? - Разве ему не положен, как минимум, поцелуйчик за то, что он для тебя сделал, Уён-ши? Сан издевательски хихикает над этими двумя, что в недоумении пялятся друг на друга. Уён не отводя взгляда берёт бисквит, разворачивает его и спокойно жуёт. Размешивает мёд в чае, стараясь громко не стучать ложкой. Отпивает и морщится, посылая брюнета с изумрудной прядью в пешее эротическое. - Тебе мало было в Японии, Чхве? - Ну, видимо ему понравилось, - безучастно тянет Ёсан, поворачивая голову к до сих пор обнимающему его парню, - Хочешь поцеловаться, Сан-и? Кан хитро смеётся, выпячивая вперёд губы к отскочившему от него Сану, немного ходит за ним так по кухне под хохот Уёна, пока сам не начинает угорать над ситуацией. - Так что за вдохновение спасло тебя от трагичной участи быть побитым Хоном? - Секрет, - Уён быстро допивает свой чай и спешит в душ, напоследок шлёпая обоих парней по заднице. Ёсану вовсе необязательно знать, что мысли о нём и о том, что Чон чувствует к нему, действительно воодушевили танцора на старания и, казалось бы, давно знакомая песня вдруг заиграла для него новыми красками. Пока что вообще никому, кроме него и Джуна, лучше не знать об этом. Это смущает. Уён пока ещё ни разу ТАК не настраивался для выступления, он не уверен, что всё пройдёт гладко. Но своей работой сегодня остаётся доволен. Уже после водных процедур брюнет тщательно умывается, прокручивая и перемешивая строчки песен в голове, из-за чего сочетания получаются весьма сумбурными и вызывают заторможенную улыбку. "Может быть, если бы был другой путь, мне не было бы так страшно". "Прошу, Скажи, что всё в порядке Пусть мы в этом непроглядном тумане Скажи, что это лишь на миг". Уён продолжает напевать слова песни, когда копошиться в своей тумбочке в поисках нужного тюбика с ухаживающим кремом и упаковки с маской для лица. До концерта всем им нужно следить за состоянием своей кожи особенно тщательно. Ёсан тихо лежит на своей кровати, и, кажется, задремал. Но ровно до тех пор, пока его не дёргают за лодыжку и он сонным взглядом не смотрит вниз на Уёна, которому позарез нужна хотя-бы одна ухаживающая масочка, пока свои у него кончились. - Солнце моё, у нас с тобой тип кожи разный, иди у Сана попроси. - Конечно, даст он мне её, ага. Не жадничай, Ёсан-и~ - Почему Сану можно быть жадным, а мне нельзя? - Потому что мы все жадные, а ты ещё и ревнивый. - Айщ, а ты как будто не ревнивый, - Кан ворча спускается вниз, нехотя надевает на босые ноги тапочки и выходит из комнаты. Возвращается с холодной плоской упаковкой в руке и отдаёт соседу, так же что-то бубня под нос, пока залезает обратно к себе, - И чего ты так занервничал, когда Сан-и спросил про поцелуй? - Уён на этот вопрос отвечает не сразу. Около минуты смотрит на соседа, пока тот спускается обратно и встаёт перед ним, так же не отводя взгляда. Смотрит пытливо, но неглубоко, надеясь, всё же, услышать ответ, - Тебя обычно сложнее смутить, Уён-ши. - Обычно, - вздох получается слишком усталым, а объятия особенно нежными, - Он надоедливый и мне это не нравится. Уён укладывает голову на плечо, прижимая к себе парня, пока изящные пальцы одной руки приятно перебирают тёмные локоны, а другая гладит по спине. Ёсан больше ничего не спрашивает, оставаясь в таком положении на пару минут, ощущая, как Уён теребит пальцами подол его домашней большой футболки. Вот он вроде бы успокоился и нашёл способ, как справиться со своим недовольством, но лёгкая нервозность всё ещё есть и проявляется в мелочах, как эта, или в том, как неровно он вздыхает, потираясь носом о выглядывающую из-под ворота ключицу. Хочет поговорить, но упрямится, и Кан это чувствует. - Это важно? - Даже не знаю. Наверное, - танцор медленно поднимает голову и чуть отстраняется, смотря блондину в глаза, - У тебя было что-то похожее, да? - он ощущает, как старший легонько дёргается от его слов. Конечно, он понимает, о чём говорит его друг. Он ничего не говорит, снова проводя ладонью по волосам, заводя её ниже и очерчивая скулу с щекой, оставляет на подбородке. Тянется вперёд и оставляет лёгкий поцелуй на лбу, отчего Чон немного тушуется и снова прячется, но уже в плечо. - Уён-и, прекрати закрываться и расскажи мне, что с тобой. - Ничего. Есть хочу, - он негромко шмыгает, соглашаясь с другом в том, что все они будут трясти с менеджера и директора большой праздничный ужин после концерта. - Но тебя же не только диета беспокоит? - Да... И ты точно знаешь, какого это.. - Уён не договаривает, только прижимаясь сильнее и наслаждаясь тёплыми руками у себя на спине. Ёсан только тихо вздыхает, гладя его шею и плечи. Не лезет с расспросами, а остаётся рядом, делясь теплом и принимая всё, как есть. Ещё и щипает немного кожу, но это приятно, и Чон выпрашивает у него массаж, вырывается из объятий, суетится, зовёт за собой на кровать, канючит, как маленький и за руку дёргает. Всеми силами старается не показывать своей озадаченности, игнорируя тот факт, что друг и так уже все увидел. - Знаешь, с проблемами со спиной лучше к профессионалу сходить, - Кан задумчиво гладит, после совсем немного надавливая выше поясницы танцора, отчего он дёргается и тихо пищит, - Вот, видишь? Наших навыков недостаточно. Подумай об этом, ладно? - его голос звучит непозволительно ласково, тихо, и Уёну хочется запустить в него подушкой за то, что он такой замечательный. Но вместо этого он глубоко вздыхает, соглашаясь с ним, - Ты уверен, что я правильно пон.. - Да. Именно ты, и именно правильно, - Уён не даёт ему закончить вопрос, разворачивается и сгребает парня в объятия, утыкая себе в ключицы. Кан быстро обмякает в его руках, устраиваясь удобнее, чтобы не упираться в кости и не отдавить ничего ни себе, ни другу. Брюнет хрипло и немного невнятно благодарит блондина за всё, чем он в последние несколько дней помогал и поддерживал в нём более приподнятое настроение. За то, что был рядом. За то, что слушает его болтовню, за что, что не даём опустить руки, когда всё плохо и просто за всё. За то, что он есть в его жизни. - Чего-то ты совсем расклеился. - Я стал больше думать о разных вещах, которых не замечал за собой. Накатывает иногда.. Но мне нужно ещё немного подумать, окей? - Тебе некуда торопиться, Уён-ши, - Кан тихо хихикает ему в плечо, оставляя на щеке парня лёгкий поддерживающий поцелуй, - Всё хорошо. Главное ведь - разобраться, верно? - Верно.. - Вот и хорошо. Маску не забудь нанести, - блондин приподнимается и быстро чмокает парня в лоб. Хочет подняться и уйти, но без поцелуев его просто не отпускают из чужой кровати. Оба смеются. Ёсан канючит, что ему противно и что он вовсе не хочет целоваться сейчас, что Уён слишком перевозбудился перед сном, что у него срочные дела в гостиной и потом в ванной, но Уён, зная, что это всё враньё и провокация, только крепче обнимает его всеми конечностями и остаётся сидеть и держать его, как коала. *** Репетиции и общие прогоны с новыми микрофонами не вызывают каких-то неудобств. Разве что, немного волнительно, что у каждого он, микрофон, теперь свой, с выбранным цветом. А так даже камеры не мешают. Не все понимают, правда, для чего снимается столько закулисного материала. Ладно простой бихайнд с комментариями мемберов, это привычно, но нет, их ещё и фотографируют постоянно. - Дали бы хотя бы переодеться или мэйк сделать,- Уёну капельку некомфортно, что он выглядит так обыденно и потрёпанно. Они все сейчас так выглядят, но танцор всё равно переживает, что выглядит некрасиво. - А я считаю, что давно пора меньше краситься, - Юнхо подхихикивает над Саном, который немного дурачится в сторонке, пока парни отдыхают, - Не надо на этом зацикливаться, Уён-и. Лучше партии повтори, а то ты опять не туда смотришь, - старший играет бровями и его улыбка становится более хитрой, - Кому глазки строишь? - Пффтф, больно надо. Вы все тут мои, ещё силы на ваше соблазнение тратить. - Твои? Это кто это тут "твой", ну-ка, - к ним нагло лезет Хонджун, оспаривая свою власть над коллективом, как лидер. - Если бы я пришёл сюда пораньше, то поборолся бы с тобой за звание лидера, - Уён скалится, попутно угорая вместе с Юнхо с Кима, - И выиграл бы. - Тебе больше всех надо что-ли? - Джун быстро становится серьёзным и садится на пол, рядом с парнями. К ним, пошатываясь, подбирается Сан, - Да ты бы через месяц слился. Возможно даже с речной водой... - загадочно тянет он, смотря в потолок. Джун далеко не мастер метафор, он больше любит прямо в лоб, ну или совсем непонятно всё закрутить, чтоб без предыстории за баночкой пива не разобраться, - Ты бы не потянул, Уён. - Что такого можешь ты, чего не могу я? - Да дохрена всего, - его голос на удивление спокойный и ровный. Он не показывает раздражение и не ведётся на провокации Чона, сколько бы тот не старался, - Ты бы быстро выгорел и слёг с чем-нибудь, - и, больше ничего не говоря, он встаёт и отходит в сторону. Хонджун уверен в своих лидерских качествах, как и в том, что из всех них он и только он может справиться с этим. - Да он так только из жалости говорит, - Уён привычно бухтит, как дед, - И потому что старше. Как я должен расти, если мне не дают даже крохотной возможности? Юнхо-я, ты меня слушаешь? Вместо ответа на младшего валится туша танцора и злорадно смеётся, выпинывая приниженного в способностях парня с насиженного места, потому что перерыв закончен. - Кому бы ты не строил глазки, лучше практикуй ваши фансервисные штучки с Саном. - А почему не с тобой? Уён лисой ухмыляется, наваливаясь на бок к старшему и мило моргая несколько раз. Юнхо принимает вызов стандартных гляделок на смущение, изящно изогнув кисть и положив подбородок на пальцы. Где-то на фоне умилительно улюлюкает Сан и кто-то очень громко прокашливается, привлекая внимание. Одно дело, если бы это был недовольный Хонджун. Уён смеётся, отворачивая голову к источнику кашля, где его чуть заживо не сжигают два карих глаза, возле одного из которых характерное родимое пятнышко. Задерживается на чужих глазах неосознанно, убирая, с лица улыбку и отлипая от старшего, что в лёгком недоумении смотрит сначала на него, а потом и на Ёсана за их спинами. - Ёсан-а, он тебя опять обидел? Снова спать не даёт? - главный танцор вроде бы дружелюбно хихикает, отвлекая Кана от Уёна и встречая его уже обычный непонимающий взгляд, пока где-то в стороне с этого прыскает в ладошку Сан, как, если бы это была завуалированная шутка с подтекстом, - С полуночниками всегда так, не сердись на него. Просто прогоняй в зал, - и наваливается на блондина сверху под его же тихое хихиканье, продолжая уже шёпотом, - Ты всё ещё ревнуешь его, серьёзно? - Немного, но всё равно уже не так, - тоже тихо, не скрываясь, отвечает Ёсан, - И не хочу я его прогонять. Совесть проснётся - сам выйдет. Он мне не мешает, даже когда играет. - Ты ненормальный, - Юнхо откровенно ржёт, - Он ж орёт как резаный, когда что-то идёт по пизде, как ты спишь вообще? - А кто сказал, что я в это время сплю? - вокалист ухмыляется довольно ехидно, поигрывая ровными бровями вверх-вниз, - Если ты забыл, то я тоже игрок, Юнхо-я. Их разгоняет Сонхва, чтобы все, наконец, встали на позиции и продолжили заниматься. Под пристальным взглядом хореографа и Юнхо, причём последний следит больше не за общим ходом тренировки, а конкретно за двумя своими одногруппниками. - Слушай, - на очередном перерыве Юнхо подсаживается на пол к Чонхо, жадно опустошая банку с колой, - Ты не в курсе, у Ёсана есть девушка? - О, в каких-то сасен чатах как-то был спор об этом. Что у него максимум может быть резиновая с какими-нибудь робо-внедрениями. - Иу, - Чон не знает, с чего морщится сильнее. С представления описанной игрушки или того, какой неоднозначной инфой располагает его одногруппник, - Откуда у тебя доступ к сасен-чатам? - А кто сказал, что он у меня есть? Хён, ты невнимательный. - Это я невнимательный?! - макне смеётся с его досадного лица и надутых губ, - Ну да, конечно, один ты у нас ебучий всезнайка. Ну так поведай мне, о великий, где же я проебался? - Да не проебался ты. Пока что, - хоть он и говорит со старшим, но с полныи чувством собственного превосходства, - Ты же видишь, что их общение изменилось? - "Их"? - Ну хоть передо мной дурака не строй, хён, - парень тяжело вздыхает, провожая взглядом тех, о ком идёт речь. Ёсан и Уён как раз зачем-то вышли по предлогу старшего, - Они такие очевидные. Даже Минги свои отношения лучше скрывал. - Ага, если для тебя скрытность - это базарить и верещать о том, как классно они погуляли и что его мама от неё в не меньшем восторге, чем он - то да, конечно, он мастер скрываться, - Чон ржёт, видя в глазах младшего немного скрытой обиды. Видимо, сосед действительно не спешил делиться с ним своим счастьем, в отличие от старого друга. Он смешно фыркает и смеётся, нарочито возмущённо толкая танцора в бок, аргументируя это излишними привилегиями старых друзей, - Ахах, ну я хотя бы не приударил за ним, как вышло у наших... Блин, как их назвать? - Дебилами? - Не ну тоже можно конечно, но я про аббревиатуру из имён. - Это надо Уёна спросить. Он все названия знает. - О, думаешь, он у "них" главный? - Что ты имеешь в виду под "главным"? По-моему у них равноправие. - Подружки, о чём сплетничаем? - Юнхо вздрагивает от низкого голоса и, резко повернувшись к подошедшему к ним Ёсану, нервно смеётся, - Что, страшно? - Зачем подкрадываешься? У меня чуть сердечко не выпрыгнуло, вот, - он резко хватает его ладонь и кладёт себе на грудь, там, где напуганное сердце быстро колотится. Кан смущается и отходит, извиняясь за то, что напугал, и повторяет вопрос, - Что ты сделал с Уёном? Выходили вместе, а его всё ещё нет. - Ты же надёжно спрятал тело, хён? Ёсан игнорирует шутку со стороны их макне и просто рассказывает, что их в коридоре окликнул один из трейни и попросил Уёна на что-то посмотреть. За ненадобностью Кан и поспешил вернуться, а ещё Уён должен занести им обоим по баночке пепси. ТуХо смотрят на него, слушают его рассказ и не могут ни к чему придраться, а очень хочется. Их глаза синхронно сужаются, смотря снизу вверх ни то с осуждением, ни то с подозрением. - Если они его сожрут - это будет на твоей совести. - Пхах, кто кого ещё сожрёт, - блондин вытирает свою шею небольшим полотенцем, игнорируя взгляды парней, - Этот придурок срывает всю репетицию своим поведением. - О, так ты тоже заметил. - Трудно не заметить его жалкие попытки вывести меня из себя, - парень смеётся, опускаясь на пол рядышком, но не слишком близко, чтобы не было так жарко. Чонхо и Юнхо же переглядываются и тихо хмыкают друг другу. - А может ему нужно что-то другое? - Юнхо спрашивает осторожно, резко поменяв тактику. - Ага, например пиздюлей, - Кан резко перестаёт злорадно хихикать, когда объект обсуждения появляется из-за двери и на весь зал начинает верещать о том, какие "их малыши" классные и крутые. Блеснувшие на мгновенье глаза так же не остаются незамеченными, хоть его лицо и остаётся спокойным. Но уголки губ подрагивают, сдерживая улыбку. Он не сводит с парня взгляда, принимая из его рук обещанную газировку. На внимательные взгляды главного вокалиста и танцора ему всё равно. Он и не думает, что своим поведением может подкинуть им весьма интересную тему для размышления. Уён воодушевлён и вдохновлён после короткого общения с младшими, которые гордо носят название KQ Fellaz, как и они когда-то. Он кричит о том, чтобы все отодрали свои жопы от пола и снова прогнали всё от и до. На него кряхтит Пак, чтобы поберёг горло, ни то с его петушиным визгом ни один звуковик не справится. Чон и не обижается, извиняется и смеётся, наконец, задавая нужную атмосферу для тренировки, и, сжимая одной рукой плечо Сана рядом с собой, продолжает подначивать остальных, не забывая дразнить Кима тем, что, вот они, его лидерские качества, и нечего ему с ним спорить. - Ты смотри как завёлся, - Юнхо присвистывает, всё ещё поглядывая на Ёсана. И вроде бы он смотрит как всегда, его веки чуть-чуть опущены в расслабленном состоянии, губы тоже, поза так вообще расслабленней некуда. Но взгляд выдаёт его с головой. Как и Уёна, чьи метания высокий парень заметил уже давно. Чонхо тихо толкает Юнхо в плечо, подмечая ровно то же самое, и ему кивают. - Видишь, я же говорил, - тихо, чтобы слышал только старший Чон, говорит Чхве, поднимаясь на ноги, - Очевидные.