Будни университета

Риппер чувствовал себя виноватым перед омегой. Действительно идиот, раз поверил каким-то сплетницам. Гено с ним после ссоры не разговаривает и даже не смотрит в его сторону. Сам кашу наварил, сам и расхлебывай. В девять часов ночи альфа решил освежится и пошёл в душ, а омега пошёл спать. Альбинос лежал под одеялом и вслушивался в звуки воды. Смерть действительно чувствует себя паршиво, раз так долго в ванной. Ну, пусть подумает над своей ошибкой, ему даже на пользу пойдёт, если извилины зашевелятся. Брюнет вошёл в комнату и сел на край кровати, вытерая голову. Гено мирно лежал на боку спиной к альфе. Слегка сведя брови, Риппер продолжил вытерать волосы. Плохо. Всё очень-очень плохо! Нервно вздохнув, альфа лёг под одеяло спиной к спине омеги и пожелав тихое: «сладких снов», стал размышлять, как попросить прощение у любовника. Под утро Смерть проснулся только плагодаря той суматохе, которую Гено навёл с утра пораньше. Он бегал везде, что-то шепча и ища. Риппер привстал на локтях, издав глухой стон. Гено в буквальном смысле на него прыгнул. — Сукин сын, где блокаторы?! — Что-. Мы договаривались, что ты не используешь эту дрянь и проводишь течку со мной! — принял сидячее положение. — Договор разорван! Всё, либо ты отдаешь мне эти сраные таблетки, либо я переезжаю к маме! — рык, пыхтит. — Шантаж, конечно, — дело хорошее, — схватил запястье альбиноса и притянул к себе вплотную, — но ты связался не с тем альфой. Афтер вздрогнул. Давящая аура, слишком нервирущая и страшная. Но Гено тоже может вытворять подобное, поэтому пришёл в себя через минуту и оттолкнул засранца обратно на кровать. Омега встал со Смерти и достал из шкафа сумку. — Ты серьёзно решил переехать? — занервничал. — Да! — хмык. Рипперу вдруг стало страшно. Если так дальше продолжится, то их отношениям конец. Они больше не смогут быть парой. Если всё дойдёт до того, что придётся убрать метку, то… То больше не будет того родного тепла. Больше не будет того уюта в доме, и больше не будет успокаивающих объятий. Слишком страшно, слишком грустно. Афтер вздрогнул, когда на его плечо упал лоб. Мокрый и холодный. Кролик опустил руки, прекратив рыться в ящике. Его пальцы сплелись с чужими. — Не уходи. Слишком тихо, слишком печально, слишком… Безнадёжно. Омега замер. Совсем отчаялся, раз дошёл до этого. Постояв так с минуту, прислушиваясь к прерывистому дыханию Диаза, Гено решил для себя, что стоит проучить наглеца раз и навсегда. Отдёрнув руку, омега смог оттолкнуть растеряного альфу и продолжил собирать вещи. Риппер не понимал. Он впервые за всю взрослую жизнь так растерялся. Впервые он был так растерян и отчаян, когда его познакомили с семьёй Афтер. Особенно растеряным он был, когда знакомился с Гено. Смерть не понимал. Ему больно на душе. Он не хочет, чтобы омега уходил, но и насильно оставлять того нельзя. Остаётся только смерится?.. Если бы он ещё вчера не обидел Гено своими действиями, то всего бы этого не было. Гено посмотрел в зеркало, перед которым стоял. Позади стоял альфа. В глазах читалась вся боль и весь страх, а на лбу выступила испарина. В другой любой ситуации он бы сейчас усмехнулся и пошутил, но не сейчас. Посмотрев на это зрелище ещё чуть-чуть, парень продолжил собирать вещи. Его альфа впервые так растерян. Неужто понял? Но тогда бы он сразу принялся исправлять ситуацию. Стал просить прощения, давать обещания и вовлёк бы в страстный поцелуй, но сейчас он стоит испуганный, как кот. Альбиносу вдруг стало обидно на душе. Нет, не за себя, а за волка. Наконец собрав вещи, парень застегнул молнию спортивной сумки и пошёл к выходу. Он специально замедлил шаг, но ничего. Тихо, как в морге. Обувшись, парень открыл дверь и собирался выйти, как вдруг его потянули в противоположную двери сторону. Через минуту Гено стоял в крепких и надёжных объятиях альфы. Он нервно дышал, а сердце билось так, будто сейчас выпрыгнет или ещё хуже — остановится. — Не уходи, прошу… — всхлип. — Я обещаю, больше такого не повторится, только не уходи… Гено удивился. Альфа дрожал, как осиновый лист, хотя минуту назад был таким убедительным. Они стояли так несколько минут, пока Диаз не вздрогнул оттого, что на его спину были положены тёплые руки. Сумка давно валялась на полу. В ключицы уткнулся нос альбиноса. — Раз ты так просишь, я не могу отказать… — вздох. Улыбнувшись, Смерть уткнулся носом в макушку любимого. Всё же омеги — прекрасные существа. Могут радовать и доставлять удовольствие, а могут довести до белого каления, как сейчас. Подняв голову, Афтер почувствовал на губах чужие горячие губы. Всего лишь краткий и милый чмок, а не страстный и напористый поцелуй, которые всегда доводили Гено до полного безумия. Ласково погладив спину парня, руки омеги переместили на шею и притянули альфу ближе. Диаз аккуратно, чтобы не спугнуть кролика в его руках, стал выцеловывать шею, которую так любезно подставил Гено. Странное дело. Несколько минут назад они устроили такую ссору, а сейчас стоят и обнимаются в прихожей, доставляя друг другу удовольствие. Гено требовательно царапнул аккуратно выстриженными ногтями спину партнёра, чтобы тот приступил к более смелым действиям. Чёрт поймёт эту любовь, честное слово, Риппер иногда удивлялся этой химии.