Задолго до начала

      Поворот направо. Прямо, сквозь огонь и мимо стен. Удар, уворот, снова удар. Фея чуть не спотыкается о заклятье, что попало под ноги, но она вовремя находит баланс. Кидает заклинание в ответ, но не знает, насколько удачно. Рука ноет сильнее с каждым резким движением, ноги вяжут холод и сырость.       Над головой пролетает дракон — зелёный, небольшой. Она озирается — такого Марион не видела. Пролетел мимо, к счастью. Но оно длилось недолго — он, как и предыдущие, опалил дома впереди.

«Совсем рядом…»

      Все мысли снова об Эрендоле. Почему-то ей вспомнился их танец на втором курсе, как выводил из лабиринтов Красного замка, лес, разговор и тренировки, их совместные с Самарой фотографии с отдыха… Отвлечься оказалось ошибкой!       Она падает, перед этим отлетев в поваленное дерево. Ей в ноги попадают очередным заклятьем, лишив всякого преимущества в большом расстоянии между феей и нападающими. От падения в глазах застревает белая вспышка боли, её затошнило.

«Из-за заклятья или удара?»

      Она заставляет себя открыть их и сконцентрировать внимание на врагов: они размыты. — Что вам нужно? — Взволнованно выкрикивает фея, пытаясь подняться, вернуть чёткость взора. Она по наитию отражает новые заклятья. — Нам-то? Это ты сразила нашего товарища, девочка. — Отвечает столь же громко мужчина пониже, вроде бы с бородой. Он использует магию гораздо свирепее своего высокого напарника. — А ты, всё-таки фея, так? Мы тут не за вами. Курсанты тоже за компанию. Видела, как мы его? — Ехидничает кто-то. У неё пробежались мурашки по спине. Она зачитывает обезболивающее заклинание временного устранения боли.

«Мы тут не за вами.»

— Идите к чёрту! — Выкрикивает княжна, решительно кинув под их ноги взрывчатое заклятье. Она пользуется дымовой завесой, их смятением и встаёт, чтобы бежать дальше. Зрение немного восстановилось, но чёткость не вернулась. Она понимает, что ей не скрыться. Её единственный вариант выжить остался прежним — слиться с толпой. Слиться, спрятаться где-то, попытаться вылечить себя и найти Эрендола. Надо поторопиться, Самара уже должна дойти до Севера.       Поворот налево, появляются первые магазины… разрушенные, с выбитыми витринами. Витринами центральных магазинов.

«Центр.»

      Она заворачивает на широкий проспект, хватается за угол дома. Внимание на происходящее — густой столб дыма чернит небо где-то за домами, огонь, копоть, звуки боя… Улица кишит людьми. Множество дуэлей.       Она видит стражу, форму Алфеи и курсантов. Какое облегчение! Эрендол может быть где-то рядом! Вихрь ветра — Проклятье пролетело мимо плеча.       Да, Эрендол рядом, но враги ещё ближе. Проскочить мимо такой толпы кажется легче, чем остаться наедине с двумя мерзавцами. Марион срывается с места, кое-как проскальзывает от вспышки из-за угла, устремляясь вперед, минуя драки.       По идее, это уже можно считать Центром. Да, это не центральная площадь, но улица, ведущая прямо к ней. Она с надеждой в глазах ищет знакомые лица, но лишь неизвестные пересекаются с нее, передавая самые разные реакции в ответ, от презрительного и злого до отчаянного и пугливого. Нигде нет того самого насмешливого и циничного. Девушку охватывает растерянность. Она не знает, где его найти. Она не помнит план обороны.       У нее так и не получилось затеряться в толпе. Их проклятье попадает в спину, княжна сваливается на брусчатку. Княжна размахивает палочкой, отбрасывая новые удары от себя и неряшливо бросает заклятья в ответ. Она боится, что её быстрее затопчут, чем поразят магией. — Вроде и знает заклятья, а кидаться ими не умеет. — Самый разговорчивый шустро подходит ближе к жертве, за ним напарник. — Ты и впрямь фея. — Заключает мужчина, откинув очередную жалкую атаку девушки и опаляя магией в ответ. — Вы уделяете слишком мало внимания искусству… концентрации. — Последнее слово он выделяет.             Марион хочет, чтобы собственная болтовня отвлекла его и она попала в него хотя бы единожды, но напрасно. Он прекратил палить магией. Она с ужасом уставилась ему в глаза. Если в его она видит слегка безумную отрешенность, то в её наверняка нашёл лишь запуганность и ужас.       Внезапно в него летит шар магии со стороны. Это шокирует всех, но мужчина реагирует, вовремя отражая неожиданную атаку. Все трое уставились на источник магии: его кинула какая-то девочка из Алфеи — Марион узнала по форме. Мужчина, полный злости, кидает в нее заклятье и то поражает студентку. Она успевает встретиться глазами с Марион, прежде чем замертво упасть на землю. Сердце замерло у обеих. Пропитавшийся в кожу страх смерти заблокировал её дыхание. — Запомнила, как надо? — Поучительно задает вопрос у Марион. Второй мужчина все еще безмолвен. Она пытается вздохнуть, но не получается. Марион понимает, что этот ведьмак давно бы убил её, если бы не хотел перед этим наиграться, словно хищник с добычей, словно кошка с мышкой. Больной, раненой добычей. Он магией выхватывает её палочку и откидывает в сторону.

«Какое унижение.»

      Она не успевает ответить на его вопрос: ему в горло вонзается стрела. От инерции удара тело повело и то сваливается рядом с ней. А затем и во второго, почти в это же место. Кровь хлыщет пульсирующим потоком прямо на её платье, на её руки, волосы. У княжны, наконец, получается вздохнуть, но вместе со вздохом высвобождается вопль от увиденного. Она прикрывает голову руками, боясь быть следующей.

«Я умру сегодня!»

Эта мысль устойчиво не пропадает из её головы.

«Я следующая.»

«Не великомученица, но без могилы.»

      Но спрятавшись, словно улитка в панцирь, она так и не дождалась стрелы в своё тело, что побуждает тихонечко раскрыть оборону и оглядеться в поисках своего виновника смерти. Она скрестила руки в оборонительной магии, защищающей её, словно шит. Озирается по сторонам: кругом бой, где никто не обращает на неё внимания. Мёртвая фея. Два мёртвых ведьмака. Наверняка мёртвые, она и не хочет проверять. Смотрит в небо, опасаясь дракона за стеной дыма. А затем на краешки домов. Слева от неё, на крыше трехэтажного средненького особнячка, видит юношу. С луком — она под прицелом. Он следит за ней и её поведением, точно оценивает дальнейшие действия. И когда оба вглядываются в реакцию друг друга, понимают, что он смотрит на Марион, а она смотрит на Эрендола. В груди что-то щемит, а потом сваливается в ноги. Она его нашла…       Он снимает её с прицела и опускает оружие. Он не верит в то, что видит именно её. Девушка надрывисто вдыхает воздуха и находит в себе силы подняться, чтобы доковылять в его сторону. Ноги трясет и еле держат. Она увидела, как он ринулся с края куда-то в глубь.

«Я его нашла…»

      Игнорируя ужасы уличного боя, она, словно находясь во сне, доходит до входа дома, двумя руками оттягивая металлическую дверь на себя.

«Нашла…»

      Заходит внутрь, задерживаясь у подножия лестницы. Дом-особняк пострадал от атаки. И без того тесный, коридор заполнился кусочками стены и потолка, узкая лестница цела. Пролеты Марион осилит с трудом.

«Я нашла Эрендола.»

      Она делает шаг. От усилий болит всё. Второй, третий. Она слышит спешное шлепанье армейских сапог о каменную плитку лестницы. Успевает пройти половину пролета до того, как второй принц Эраклиона спустился и замер, точно убеждаясь в том, кого он встретил. Он бросает оружие на пол. Такого… настоящего она его не видела. — Марион! — Он проносится сквозь оставшееся расстояние, а она буквально накидывается на друга, прежде чем он крепко-крепко её обнимает. — Эрендол, я тебя нашла… — Она сожмурилась, точно не веря в своё достижение. — Великий дракон, что ты тут делаешь? — Растерянно спрашивает брюнет. Он оглядывает княжну. — Что с тобой произошло, ты вся в крови… — Это не моя. — Изнемогая, лепечет девушка. Кажется, только теперь она имеет право обратить внимание на боль по всему телу. — Эрен, прошу тебя, уведи в тот уголок, где нас не найдут ни ведьмы, ни драконы. Я тебе всё расскажу. У нас мало времени…       Его глаза бегают по её мертвенному лицу. Он никогда не встречал Марион в подобном бессилии, даже после передряги в лесу. Серьёзнее обеспокоившись как её внешним видом и состоянием, так и причинами вызванной такой неожиданной нужности в его лице, он выполняет её просьбу: юноша, не забыв забрать оружие, увидел дверь в подвал и спустился с лестницы. Проверил, перед тем как спустить туда княжну, а затем забаррикадировался изнутри. Но подвал не такой глубокий: у самого потолка малюсенькие окошечки пропускают дневной свет, растаявший снег и звуки боя. — Сейчас, Марион. — Тараторит юноша, боясь, что она сейчас потеряет сознание. — Я всё сделаю. Девушка лишь бормочет что-то про время.       Все, что он смог придумать для дополнительного света, это достать зажигалку и поставить её на пол, выкрутив интенсивность огня на максимум. Пока он импровизирует с местом, куда можно сесть, она, оперевшись о стену, посматривает на диковинное изобретение. Эрендол, кажется, слышит тихие всхлипы. Но заставляет себя думать, что она так шмыгает от холода — хоть солнце ещё не село, холод и моросящий снег заставляет периодически подрагивать после дуновения ветров, даже в том обмундировании, в котором укутан он — шинели, папахе, портянках… как её тело не закостенело в одном лёгком платье, ему неведомо. — Где твоя верхняя одежда?       Он расстилает плащ шустрее, а затем скидывает с себя шинель и укутывает княжну также, как укутывает свою младшую сестру после долгого катания на коньках. Она не сопротивляется. — Отдала ребенку, мальчику. Он был одет в чём попало.       Он помогает ей сесть. Она пытается сообразить, что ей нужно сделать, чтобы облегчить свое состояние, но шестерёнки в голове прокручиваются со скрежетом. Бойня снаружи, драконы, ограниченность времени и Орител мешают думать.       Девушка задирает рукав, чтобы начать с больной руки. Справится с ней — колдовать станет легче. Девушка разрабатывает кисти. От переохлаждения это сделать гораздо труднее. — Чем тебе помочь?       Она, зажмурив от боли глаза, зачитывает обезболивающее заклятье, прежде чем отреагировать на его фразу. — Мне нужно, чтобы ты помог мне найти твоего соседа. — На выдохе выдает княжна, так и не открыв глаза. Заклятье подействовало, теплой волной облегчения пройдясь по всему телу. — Самара сказала, согласно плану обороны он где-то на Северо-западе, кажется… — Скорее, на Северо-востоке. Согласно плану, да. — Мне… мне нужно туда. Нужно туда…— Бредя этой идеей, повторяет Марион. Он слышит эту её мысль уже десять минут с их встречи. — С тобой нужно… — Хорошо-хорошо, Марион. Только для начала сделай свои магические махинации и вылечи себя, а уже потом поговорим о том, чтобы выйти на улицу. Она свела брови.

«Недовольна.»

— Нет, у нас нет на это времени. Дай мне пять минут и нужно выдвигаться… — Марион… — Если с ним что-то случилось, я не уверена, что Самара справится и… Эрендол останавливает её. — Самара? Она тоже в городе? На Юге? — Он занервничал, даже разозлился. Она открывает глаза, слыша его тон. — На Юге? — Она не поняла вопроса. — На юге мы разделились, когда сбежали из ведьминского замка, да. Самара сказала, что Орител на Северо-западе, а ты должен быть в Центре. Она за ним, я — за тобой. — Зачем вы это сделали? — Строго спрашивает юноша. — Чья это идея? Марион с осуждением осматривает лицо принца в полумраке. — Сбежать? Моя. А как нам нужно было поступить? Сидеть с ведьмами, пока вас всех не перебьют? — Именно так, Марион. Почему твоя идея обернулась тем, что моя невеста находится в опасности, ища твоего наследника? Марион не ожидала услышать такие речи от Эрендола. Колючее чувство обиды возводит задетую гордость ввысь, исключая проявившееся некогда доверительное чувство безопасности и единения с названным другом. Он заметил перемену её настроения, но никак на неё не реагирует. Княжна решается ответить. — Что же, тогда нет смысла продолжать. — Она раскутывается из тёплого шерстяного кокона и неловко поднимается с импровизированного места отдыха, пошатываясь. — Напиши ей, спроси, где она находится и забери. Я найду твоего товарища сама. — От обиды и боли во всём теле парочка слезинок прыснули из глаз.

«Что меня заставило поверить в его поддержку?»

      Эрендол схватил девушку за плечи, чтобы остановить. Ей больно, хоть хватка условна. Она сбрасывает его руки с себя. — Марион! — Она делает шаг в сторону, но тот протестующе громко вздыхает и преграждает собой путь, пресекая её глупую идею уйти. — Сообщаю тебе, что идея разделиться была не моя, а её! — Откуда вообще в вас взялась уверенность, что он там? — Пылко спрашивает юноша. Она, некогда не глядящая на Эрендола, в попытках вырваться из его блокады, взглянула на него с явным недоумением, ступором и испугом, прекратив с ним бороться. — В каком это смысле? Ты ведь сам сказал… — Я в Центре, потому что мне поступил приказ и я уехал в столицу. Это план обороны. Он работает только в том случае, если приказ поступил из Замка. Но его не было в Замке, когда всё началось. Он уже был где-то в городе и сейчас может быть где угодно. Марион, про это же говорили… Марион перестала слушать второго принца. Она нахмурилась.

«Как я могла не догадаться сразу?»

      Вопрос самой себе бьёт по сознанию словно звон колокола возле уха. Она растерялась. — Тогда… — Глаза бегают в слепом непонимании дальнейших действий. Придуманная разумность их с Самарой плана разбилась о такую нелепую и очевидную нестыковку. — Тогда… где же его искать? — Наливающиеся слезами глаза испытывают юношу на прочность. Самара часто впадает в приступы истерии наедине с ним, но никогда он не видел столько искренних эмоций от этой особы. — Ну… — Получается, эти часы мы тратили совершенно впустую… — Марион, не переживай ты так. Его наверняка упрятали в самое безопасное местечко… Эрендол стушевался, даже смутился тому испепеляющему взгляду, что пронзает его в саму душу. Он знает, что Орител может быть в безопасном местечке только если того силой выволокли из городских побоищ. Она тоже знает об этом. Поэтому его беспокойства вполне совпадают с её, хоть он это всячески скрывает. — Да как ты не понимаешь, они устроили все это, чтобы убить его! — Ей удается проскользнуть к выходу. — О, опять эти центристские веяния! — Гневно и разочарованно вздыхает юноша. Гнев подскакивает к горлу. Магия колет в пальцах. Она тоже зла. Девушка возвращается к Эрендолу. Он ненамного выше, а её сапоги на каблучке почти сравняли их разницу к нулю, так что смотреть глаза в глаза не сложно. — Ты думаешь, это всё мои фантазии, правда? Так вот что я тебе скажу, Эрендол — быть главным наследником всего Волшебного Измерения не такая беззаботная задача, как тебе может показаться. И если раньше всё можно было списывать на мою мнительность, то пару часов назад мне напрямую сказали, что сегодня они собираются его убить! Убить, Эрендол! Не играться в мальчишеские интриги, как это делал Джон, а стереть его существование, показательно! Когда ты сомневаешься в моих словах, ты не только изводишь меня своим назойливым эгоизмом, но и становишься с ними заодно!       Эрендол стёр со своего лица эмоции, чем смутил девушку. — Прошу следить за тем, что ты говоришь, Марион. Не всё сказанное получится списать на твою утомлённость и стресс.       Девушка снова не заметила, как схватилась за кобуру. Но заметил Эрендол. — В твоей кобуре нет палочки, Марион. Можешь за ней не тянуться.       Она не сразу поняла, что он сказал. Девушка опустила взгляд, убеждаясь в отсутствии палочки пальцами. Да, её действительно нет. Она в ужасе. — О, Великий дракон, и вправду нет! Княжна интуитивно осматривает подвал, но палочки тут нет. — Где ты могла её оставить? — Он делает вид, что они не угрожали друг другу минуту назад. Она шерстит воспоминания, пропуская мимо его отстранённый вопрос. — Где-то… во время боя. Кажется, перед тем как… — Она вспоминает лицо мёртвой девушки, княжну передергивает. — О, Эрен… — Внезапное желание поделиться пережитым ужасом пропадает. — Она должна быть где-то рядом. Тот мужчина, он… обезоружил меня, когда я уже лежала на земле. — Она мгновение молчит. — Я вернусь за ней. — И делает шаг в сторону забаррикадированного прохода.       Он глубоко вздыхает, даже не предпринимая попытки её остановить. Лишь слушает, как она пытается сдвинуть строительный мусор, которым он закрыл проход. — Марион, хватит. — Он устало поворачивается, наблюдая ровно тот исход, который и ожидал. — Я сам её заберу. Не хватало ещё того, чтобы получить он него парочку синяков за твои геройства. Как только он подходит к ней, она бросает какой-то брус в сторону. — О, не переживай, Эрендол. — Она вновь оглядывает его бессовестное лицо, не в силах сдерживать переживания. — Боюсь, колотить тебя будет некому, если я скорее не вылезу из этой ловушки! — Её глаза наполнились слезами. — Как тебе не стыдно заботиться лишь о себе, когда твоего друга собираются убить? — Хватит хандрить и соберись, княжна. — Юношу изрядно утомил этот разговор и он всячески это демонстрирует в интонациях и мимике. Он поднял с пыльного, грязного пола скинутую ею шинель, парочку раз ругнулся, пока стряхивал грязь с мокрой шерсти, от чего Марион стало слегка стыдно, и накинул на неё обратно.

«Стоять в ней тяжелее, чем я думала.»

— Значит, слушай меня, — Говорит он спокойно и тихо, но в повелительном тоне. — Я поднимусь за твоей палочкой и вернусь обратно. Марион его перебивает. — Но там… — Я поднимусь за ней и вернусь. — Повторяет Эрендол. — Ты в это время ждешь меня здесь и успокаиваешься. Потом ты делаешь так, чтобы мне не пришлось тащить тебя через весь город на руках, потому что когда мы отправимся искать Самару и Оритела, я рассчитываю, что ты будешь моей напарницей, а не дамой в беде. — Кто ещё окажется «дамой в беде». — С вызовом отвечает Марион. Она убеждена, что обладать магией в их ситуации гораздо выгоднее, чем оружием. — Надеюсь, только Орител. — Язвит Эрендол, довольно наблюдая за незатухающим огоньком злости волшебницы. — Брось, Марион, мы ведь друзья. — Она же видит в его глазах ту самую насмешливость и циничность. — Я за него тоже беспокоюсь, не нравится мне всё то, что происходит. Но если впадать в истерию, то делу это не поможет. Марион настолько привыкла к такому его поведению, что воспринимает это как оплот стабильности и умиротворения, как в старые и какие-то далекие времена, когда они просто ходили на совместные тренировки, без всей этой шелухи в виде внешних обстоятельств. С такой ностальгией она воспринимает и своё свербящее раздражение от его слегка нахального поведения. И весь этот комплекс эмоций, вызывающий лишь один привычный взгляд этого человека, как и предсказуемость его поведения навязывает ей чувство безопасности, выражающееся в предсказуемости, которой она лишилась пару месяцев назад. Она знает, что за колкостями с его стороны все равно скрывается заинтересованность в благополучии своего друга, хотя она никогда и не стояла у него на первом месте. Но если уж выбирать— он всегда выберет семью, а не дружескую связь. В этом у него и Оритела большое различие.       Он ждёт от неё ответа, но то, что её злость сошла на нет, дало ему достаточно, чтобы продолжить. — Итак, я ушёл наверх. Она ведь где-то там, где я тебя увидел? — Да. Где-то среди двух мёртвых ведьмаков и ученицы из Алфеи. Эрендол вскинул бровь. — Отлично. — Он приступил к стягиванию баррикады. — Отдыхай. Встретимся через пять минут.       Он скрылся в лестничном пролете, оставив в подвале её, плащ-палатку и незатухающий огонёк в полной тишине. Оглушающей, давящей тишине, от которой она отвыкла за этот долгий день. И хотя страшные звуки улицы доносятся сквозь трухлявые оконные рамы, она ощущает себя в этом помещении словно в вакууме, где осталась единственная капля спокойствия, место, где происходящее снаружи напоминает декорацию в спектакле, что вот-вот спадёт, стоит только немного её подёргать. Княжну отрезвили слова Эрендола, но не заставили исчезнуть весь спектр переживаемых эмоций. Она уже поняла, что второму принцу не по нраву её поведение, поэтому постарается держать себя в руках при нём. Да, она сможет. Она умеет настраивать себя на нужное русло. Она всегда так делала в своей семье, просто уже отвыкла от этого.       Он застал её на плащ-палатке, свернутую в шинель, в полудреме. Она вскочила, услышав шорканье обуви рядом с собой: Он не обманул — он вернулся и вернулся с её палочкой.       Количество обезболивающих заклятий, применимых на самой себе, склонило ко сну, но вместе с тем дало организму восстановить силы, даже за пять минут. Без лишних слов, она шустро принялась к работе. Классическая диагностика палочкой у неё не вышла, чему она очень разозлилась. Пришлось пользоваться способом Мадам Дэ Мор. Эрендол, что встал, скрестив руки, поодаль от занимающейся княжны, со стороны и молча наблюдает за происходящей магией вокруг девушки. Он видит жёлтое очертание человека и множество пятен на нём. Большее внимание привлекли чёрные, в районе кистей рук, ног, спины. Ещё у плеча.       Это напрягло даже юношу, собственно, скорее из-за реакции Марион — как только девушка увидела общую картину и эти отметины, она буквально опустила руки, до того занятые колдовством, обыкновенно уставившись на свою диагностику. Она осмысливает увиденное. И не просто осмысливает, а скорее застаёт то, чего она не ожидала. Он догадался, что работы ей предстоит много, но влезать не стал. Она возится с палочкой, что-то зачитывает, колдует непонятные субстанции. Это выглядит жутковато. Она не просит его помощи, однако посреди своей деятельности сурово спрашивает: — У тебя есть с собой что-то из лекарств? — Она переводит свой взгляд на юношу, что попытался сделать вид, будто не наблюдает за ней. Услышав отрицательный ответ, она тут же продолжает. — Я же собирала вам обоим дорожный набор аптечки. Он закончился? — Я забыл его взять. — Признается Эрендол. Он понимает, как бы сейчас её набор пригодился. Он ни разу им не пользовался. Она тяжело вздыхает и продолжает колдовать. Он покраснел от стыда. Княжна решает разбавить обстановку. — Что это? — В остатке строгости спрашивает девушка. Она поглядывает на их единственный источник света. Эрендол озирается на предмет вопроса. — Это зажигалка. — Он делает вид, что чешет нос, скрывая улыбку. — Она зачарована, да? — Ага. На две тысячи огоньков. Но, мне кажется, ей осталось недолго. — А зачем тебе зажигалка, Эрендол?

Север столицы

      Самара заблудилась. Она точно у окраин Севера, но на этом её познания заканчиваются. Пока на неё опять не напали, она осматривается. Север действительно выглядит безопасным местом даже сейчас. Относительно тихо: громыхания раздаются где-то позади, дома целы, наваленный снег не растаял. Туманно. Тут много людей разной наружности. Очень много. Нет драк, нет магических стычек. Если не знать, что происходит в остальных частях города, ситуацию выдают настороженные люди, снующие туда-сюда в особой спешке. Создается впечатление, что все население переместилось сюда, но почему-то не собирается выезжать. Она думает, какой маршрут построить для нахождения наследника.       На следующий день после общего плана обороны командир направил Самару в свой кабинет. Принцесса, убежденная, что она снова будет выслушивать выговор за какую-нибудь простецкую шалость, не ожидала застать не меньше четверти от общего состава вчерашнего собрания. Принцесса осматривает присутствующих: Сразу видит Эрендола, от чего возникло больше вопросов. Девочки из атакующей третьего и второго курса. Немного, даже крайне мало целительниц. Из её одногруппниц только Аврора, все остальные — второкурсницы. У курсантов наоборот, только третий курс. Она не понимает такого странного состава и её нахождения в нём.       Как только дверь закрылась, сэр Чедвик позволил себе попить воды и начать собрание. Он сурово осматривает студентов. Хотя Самаре кажется, что он просто хочет спать. Отёкшее лицо и синяки под глазами говорят за себя — он навряд ли спал с прошлой ночи. — Не думаю, что этот план обороны когда-нибудь реализуется. — Внезапная подача информации, лишенная светского такта, не даёт времени для её усвоения. — Вероятнее — локальные стычки на каком-нибудь Юге или в Центре. Сначала Южный отряд — авангард, потом Центральный — арьергард.       Самара еле сдержалась, чтобы цокнуть. Она уставилась на своего жениха, ожидая извинений в его глазах. Потому что позже она убедилась в своих домыслах — Самара входит в Южный отряд. Эрендол — в Центральный — арьергард. — А теперь внимательно. — Такой тон возвращает внимание Эраклионской четы на командира, а не на их ночной спор. — Остальных введут только после того, как кто-то из Вас не подаст сигнал. Ответственные — авангард. Вы определяете, насколько ведьмы опасны числом или качеством. Ответственный за оповещение — командир отряда. Военных привлекаем только в крайнем случае. У них… своя задача. — Сэр Чедвик не стал вдаваться в подробности.              После того, как третий курс целительниц отправили в Облачную Башню, обновленный состав отрядов ей неведом. Но Эрендол остался в Центральном. Ей не ведомо, ограничились ли командиры двух отрядов своими силами, но на их месте она бы отправила сигнал в Замок.

Центр

      Марион понадобилось полчаса, чтобы залатать свои больные места. Они все ещё требуют внимания, но не делают её обузой для Ираклионского принца ближайшие несколько часов. Княжна должна была с большим энтузиазмом выбираться из подвала с другом, если бы не осознание того факта, что чем дольше она тянет с лечением, тем тяжелее последствия от заклятий.       Сердце бешено стучит по грудной клетке. Как только они вылезли на улицу, ей сразу стало тяжело дышать. Она боится выходить на улицу, даже защищаемая Эрендолом. Марион вскользь осматривает её мертвых преследователей, немного поредевшее скопление людей. Страх не даёт глубоко вздохнуть, как и копоть в воздухе. Княжна пытается исправить положение, но почти сразу сдаётся. — Эрендол! — Она обращает на себя внимание курсанта. Она скидывает с себя его шинель, тяжесть которой усугубляет её попытки снизить панику. — Возьми! — Девушка буквально кидает в него верхнюю одежду. — Марион, ты чего… — он не понимает причину её странного поведения. И того, почему она так глубоко дышит. — Хватит, Эрен… — Без шинели действительно легче. — Побудешь джентльменом… с Самарой. Она немного восстанавливает дыхание, чувствуя подозрительное внимание к их персонам. Она без объяснений толкает его вперёд, чтобы продолжить идти.

«Глубокий вдох, Марион. Возьми себя в руки.»

      Их диалог так и остался незавершенным. Они продолжают идти в натянутом молчании. Сначала резво и смело. За время их передышки в подвале, количество людей на улице, как и дуэлей, заметно сократилось, но количество агрессии наоборот, будто бы приумножилось, потому что за ними быстро увязался хвост каких-то бандитов. Не нападают напрямую, не бегут, но следуют за ними, совершенно не скрываясь. Эрендол, не медля, берет инициативу на себя. Спрятаться в домах не вариант, нужно что-то, где можно ускользнуть, запутать. Центр имеет гораздо больше узких, старых сплетений развилок, чем окраины города. Он этим и пользуется и уводит Марион под локоть в лабиринты Центра.       Проулки завалены снегом. Перемещаться ещё затруднительнее, а преследователи не отстают. Эрендол достает лук в таком узком месте, но Марион быстрее бросает в людей заклинание остолбенения и те застывают. Из палочки магия вышла хило, совершенно несосредоточенно. Понимая причину, она прикусила губу от обиды. Он убирает лук обратно, за спину, заметив странность колдовства. Перед тем, как продолжить идти, она оборачивается назад— враги пропали в тумане. Сначала она подумала, что это дым от пожара, но запах, как и цвет, отличаются.

«Откуда тут туман?»

— Ты знаешь, куда мы идём? — Спрашивает княжна, решив отвлечься от своих странных наблюдений. Она обернулась к тьме, откуда слышен принц. — Да. Мы должны обойти центр и выйти в Северной части города. Она переваривает ответ. Они протискиваются между стен домов дальше, вглубь. В проулке настолько тесно, что они идут полубоком. — Я плохо ориентируюсь… — Я знаю. — Внезапно отрезает юноша. — Ты и прячешься весьма скверно. — Она не видит его лица, это мешает восприятию подтекста. — Но это не твоя вина. — Добавляет он. — Ему следовало изучить такие места, прежде чем водить тебя по ним.

«А перед этим хоть иногда вылезать из безопасного Севера.»

Это он решил не произносить. — Про что ты мне говоришь? Эрендол перестал слышать шаги под ухом и задержался, повернувшись: Марион остановилась. Она видит его лицо урывками, а он лишь чёрный силуэт, настолько тут темно. Мерзкое чувство дежавю охватывает Марион. Она будто снова в иллюзии Драма, только вместо Самары с ней разговаривает Эрен.

«Я снова попала под тёмное заклятье?»

      Она вглядывается в лицо друга, пытаясь найти в его чертах и поведении намёк на иллюзию. — Про день, когда был какой-то праздник в городе и Вы пытались вернуться в школы незамеченными. Тем, от кого вы оба забились в угол, был я. Марион рада, что он её не видит. От стыда у нее закружилась голова и она точно покраснела. — Понятно. — Нелепо отвечает она и срывается с места, чтобы пойти дальше. Это не иллюзия. Будь это таковой, даже её воображение бы не додумалось до того, что тем охранником был Эрендол. Она вообще забыла про этот случай.       Конечно же, она не увидела, как он закатывает глаза, увлеченная своим выводом. Он ждал от неё большей реакции.       Принц идёт следом за ней, наблюдая, как она делает вид, что знает, куда. Участок закоулка расширился, но света так и не прибавилось. Некомфортно, опять пахнет гарью. Она не видит дальше своего носа, хлюпает по лужам торопливыми шагами. Снег до сюда не долетает. Ноги промокли насквозь что у одной, что у другого. — Как так вышло, что ты забыла весь план обороны? Марион не сразу отвечает. — Я его… не слушала. — Вот оно как! Эрендола это искренне рассмешило. Он еле сдерживается, чтобы не расхохотаться во весь голос от такой безответственности с её стороны. — Не смей смеяться надо мной, Эрен. — Нет, Марион, уж извини. Это невероятно глупо! Уверен и этот идиот не слушал командира. — Не говори так. Он слушал. В груди появляется тревожность, окаменевшая кожа покрывается мурашками. Это чувство вновь вызывает дежавю. Единственный, о кого она ощущала такое, находится в Облачной Башне.

«Или был там.»

— Я совершенно в это не верю. По плану он должен был… — Помолчи, Эрендол. — Ей не даёт покоя этот туман. Откуда он? — Прошу извинить мое любопытство, но чем же ты была занята? Я наблюдал за тобой, ты ведь стояла и молчала…

Внезапный туман, холодок и страх по всему телу… всё это…

— Это не твоё дело, Эрен. — Ты, может, спала с открытыми глазами? Я так тоже делал в ночных обходах, это удобно, когда… — Эрендол, остановись!       Юноша натыкается в полумраке на спину Марион. Она замерла на месте. С её надрывистого дыхания он переключает внимание в темноту напротив них. Эрендол видит две светящиеся точки… похожие на глаза. Она складывает всё в единую картину. Княжна, совершенно не готовая к ответу на свою догадку, аккуратно вынимает палочку, колдует световую сферу и кидает её вперед. Свет выявляет силуэт, прежде чем потухнуть. — О, Великий…

«Драм!»

             У Марион успевает ёкнуть сердце от страха, прежде чем силуэт кидает в них заклятье, которое она успешно отражает. Вспышка встретившейся магии освещает проулок, что даёт возможность вновь увидеть врага лучше. Очередной маг, думает Эрендол. Пытается воспользоваться оружием, но видимость не позволяет. Марион вновь наносит удар, но промахивается. — Нам надо бежать! — Судорожно выпалила девушка и потащила его в обратную сторону.

Он понял её.

Они несутся наощупь, то и дело врезаясь в стены на поворотах, пока вспышки перекрестной магии не освещают это затхлое место. Её ведет Эрен. Марион зла, напугана.

«Что тут делает Драм?!»

      Одно его имя в голове бросает в дрожь. Против него не подействует ни одно её заклинание, как бы она не пыталась. — Эрендол, мы должны выйти! Он нас убьёт! Убьёт!       Ответа она не дождалась. Он оттягивает её в сторону. Потом снова поворот — свет озаряет их лица и слепит глаза. Они вылетели из закоулка каким-то иным образом, почти зацепив языки тёмного проклятья. Никто из этих двоих не успевает сориентироваться в пространстве, толпа сбивает их с ног. Оба падают на брусчатку. Марион взвизгивает от боли, вновь сильно ударившись головой. У неё не сразу получается открыть глаза, а при попытке встать, её сбивают чьи-то ноги. Эрендол находит момент вытянуть себя и девушку из давки. Он не даёт ей время на промедление, хватает за локоть и срывается с места, ведя за собой. — Мы… на центральной площади! — Удивленно констатирует княжна, осматривая происходящее вокруг. Небо в дымовой завесе, видимость плохая. — Да. Я надеялся, мы сможем обойти этот ад! — В его слова она услышала сдерживаемый страх.       Площадь набита людьми. Здания в огне — по всей видимости, это дело рук дракона, что огибает центр. Его силуэт заметен даже с такой видимостью. Она опять задаётся вопросом, на чьей стороне дракон и кто всадник. Здесь проходит основной бой. У неё развеялись все сомнения в решении Эрендола скрыться в закоулках.       Но вместе с этим не ясно, какую роль в этой истории играет Драм. Это точно был он. Эти жуткие глаза запомнились ей с первой встречи. Она чувствует что-то влажное на голове и останавливается. Дотрагивается и смотрит на свои пальцы — кровь. Похоже, кожа на затылке рассечена. Она нахмурилась. — Марион, послушай. — Взволнованно объясняет Эрен, глядя то на её кровь, то ей в глаза. — Нам нужно бежать отсюда. Нужно успеть добежать туда — указывает он на противоположную часть площади. — Я знаю там проулочек, через который мы выйдем из Центра, к Северу. Мы найдем Самару, а потом и его. Но нам нужно бежать. Бежать, пока нас не заметила ни одна из сторон. Иначе мы отсюда не выберемся. Она втирает кровь в пальцы. — Да. Ты прав. Нам нужно его найти.       Она мотает головой и они спешно пробиваются сквозь толпу людей. Ей повезло, что обезболивающая магия всё ещё действует на организм. Но её действие скоро закончится. Марион продолжает всматриваться в лица — найти бы его лицо… Это бы решило все проблемы. Курсантская форма мелькает перед глазами, Некоторых она, кажется, уже встречала. Но его нет.       В основном, тут ведьмы. И ведьмаки. Их легко отличить. Она видит вдали, над головами, сквозь пелену дыма вспышки магии. По всей видимости, там феи. Ей неведомо, почему Эрендол не хочет быть замеченным своими, потому что в них она видит защиту, которую она ищет с самого своего нахождения в городе. Палочку сложила в кобуру. Ей безопаснее казаться ведьмой, снующей туда-сюда среди такого количества тёмных магов, чем феей без какой-либо поддержки. И это практичнее. Меньше вероятности вступить в драку и потратить время, когда оно идёт на секунды. Первые минуты принц держал её за руку, потом толпа разрывает связь. Она торопится, чтобы не потерять его чёрную макушку из виду, а он то и дело оборачивается — проверяет, не осталась ли она где-то позади. — Самара тебе не писала? — Кричит сквозь людей княжна. Ответ Эрендола она еле расслышала. — …Не писала! Марион напрягает её молчание.

«Не пишет, потому что не нашла? Или с ней что-то случилось?»

А писал ли Эрен о том, что встретился с Марион? Марион чувствует, что её силы на исходе. Она ускоряет шаг, наконец догнав его. Он тут же хватает за руку. Поток людей может с легкостью разделить их снова. Теснота сдавливает её грудную клетку, дышать тяжелее. По вискам бьет пульсирующая боль — она уже не догадывается, почему. Она совершенно не понимает, что происходит. Почему основной бой в Центре? Если их цель — Орител, зачем устраивать такой хаос? В нем найти наследника гораздо тяжелее. Входит ли в план оборона города с неба?

«Мы делаем что-то не так.»

      Почему всех этих людей согнали в Центр? Дракон, словно пастушья собака, сгоняет их всех в стадо. Осталось понять, кто пастух. Она решается узнать это у Эрендола. — Перескажи мне план обороны, Эрен. Юноша недовольно на неё оборачивается, толкая очередного человека с их пути. — Тут я этого точно делать не буду. Тут сплошь и рядом ведьмы! — Он говорит с трудом. Он тоже устал, лицо его покраснело. — Картинка не сходится. — Княжна игнорирует его ответ, понемногу охватываемая навязчивыми мыслями. — Зачем они устроили такой погром, если их цель… убить…убить его? Еле произносит она, тяжело дыша. Он мгновение молчит, но затем выдаёт. — Я сказал тебе, что не собираюсь это обсуждать тут!       В небе раздается драконий рёв. Это заставляет смолкнуть всех на площади, обратить внимание на небо и повернуться в сторону звука: с Востока дракон, что кружил по периметру вдали, очерчивает огненной стеной площадь! Гул крика охватил площадь, все рефлекторно нагнулись — дракон пролетает прямо над ними, совсем низко. Взмах крыльев повалил их на землю, Эрендол и Марион хватаются друг за друга, чтобы не потеряться в людском месиве, но при первой же возможности она вытягивается, чтобы рассмотреть пролетевшую рептилию — это зеленый дракон! Она его уже встречала. — Марион, идём, идём! — Кричит Эрендол. Паника создает новую давку. Все бегут прочь от столпа пламени, в том числе княжна и второй принц. У юноши не было возможности придумать что-то безопаснее какого-то дома, куда ломятся не только они, чтобы спрятаться там от огня. Марион оборачивается на происходящее в небе: дракон не закончил свое злодеяние — в него врезается второй дракон и когтями раздирает грудь зелёному. Второй дракон… — Эрен…— Она дёргает того за руку. Он не замечает. Он заботится о том, чтобы их обоих не сдавили между собой люди. Зелёный дракон с рёвом царапает крыло противника. Ей не хватает воздуха в горле и это не из-за запаха гари. Противник — чёрный дракон с пепельной чешуёй. — Эрен, это он! Это дракон Оритела! — Он заинтересовался происходящим за их спинами только после упоминания имени наследника. Огненное зарево вмиг сделало эту злачную площадь очень жаркой, оранжевый свет от огня и густой чёрный дым сбивает ориентацию в пространстве, но тем не менее он разглядел, как драконы хватаются за лапы друг друга и из-за этого их повело куда-то в сторону. Но большего не увидел: юношу и княжну поток людей затащил внутрь. У Марион кружится голова.

«Это он.»

— Этого не может быть, Марион. — Отрицая, бормочет Эрендол. Он делает так, чтобы они пристроились в углу, подальше от окон. Люди забили пространство так, что нельзя и шагу ступить. — Он отправился в город! — Но это его дракон… я ведь помню… Он тоже помнит. Это дракон Оритела.

«Он не на Севере.»

      Эрендол думает недолго. Он высовывает из кармана клочок пергамента и перо. — Что ты делаешь? — Марион закрывает его от любопытных глаз, мнительно оборачиваясь на остальных, пока тот что-то судорожно черкает на листке. Тревога не покидает княжну. — Мы должны выйти отсюда и догнать его! — Девушка подалась к выходу, но друг её останавливает. — На драконе мог быть другой наездник! — Парирует принц, засунув бумажку в порт-ключ. Он пытается потянуть время. — Ты что, сошёл с ума… — В начинающем бешенстве шипит княжна. Девушка кашляет, но скорее от нервов, чем от внешних факторов. Ей хочется его ударить, да посильнее. — Кто ещё может летать на его драконе? — Марион, если это он, тогда мы не поймаем его. Он на чёртовом драконе! — Меняет позицию Эрендол. — Найдём Самару и придумаем, как привлечь его внимание! — Я здесь не Самару ищу, а его! — Шипит девушка. — Если на драконе был он, я не позволю тебе мешать мне! — Она кричит на юношу. Это привлекло внимание. — Тогда зачем я вам? Почему пошла искать меня ты, а не она? — Зачем ты нам? Даже не знаю, Эрендол. — Язвит она. — Может, потому что… разумнее быть всем вместе? Или тебе жилось бы легче, зная, что я и Самара совершенно о тебе не думали, когда отправились сюда? — Ведьма! — Закричал какой-то мужчина и показал пальцем на Марион, она дрогнула от испуга. Это отвлекло смущение Эрендола. — Проваливай отсюда в пекло! — И хватает ту за воротник платья. — Она фея, бестолочь! — Эрендол толкнул этого провокатора от княжны, оглядывая напряженных свидетелей. Марион схватилась за свою шею, будто бы защищая. Одеться в чёрное дорожное платье было ошибкой.       Звучит приглушенный драконий рёв, затем удар такой силы, что затряслось здание. Все пригнулись. Марион взглянула на Эрендола и в отчаянии подалась наружу. Он не успевает среагировать. Она скорее хочет увидеть, что произошло.       Вон из здания, глаза востро — два дракона, в порыве драки, разрушили дом неподалеку, от того и такой грохот. В этой пляске они, по всей видимости, потеряли контроль и свалились, продолжая уже внизу. Один из них все ещё пытается изрыгать пламя на площадь, устраивая настоящую мясорубку. — Марион! Девушка ускользает в толпу, не услышав голос Эрендола. Что ей движет — неведомо никому. Кто выходит победителем в танце не ясно. Атака одного из драконов на площадь срабатывает как затворный механизм в проявлении агрессии людей: заклятья полетели один за другим, все начали толкаться, поодаль от Марион затеяли драку. Она сжала в ладони палочку, но мысли совершенно не об опасности вокруг. В её голове закралась безумная идея.

«Собью врага—он выживет.»

      Вопрос лишь один: почему они дерутся именно тут? Враг хочет пепелить Центр, а Орител ему мешает? Очередной столп пламени. В этот раз он предназначен не для людей, но огонь рикошетит именно в них. Слышны людские крики, запах гари удушает. Она словно в стеклянном пузыре, звуки ушли на второй план. Это мгновение ужасающе пугает — слышать оглушительный звериный вопль из густого дыма и ожидать, что эти громадные создания раздавят тебя в их схватке или ошметки их огня сожгут всю кожу на теле. Когда огонь шерстит толпу прямо в её сторону, а она недостаточно близко, чтобы быть раздавленной, но недостаточно далеко, чтобы до неё не дошла атака, Марион успевает проститься с своей жизнью во второй раз за этот день, но Эрен вовремя её спасает, бросившись с ней на землю, в сторону. Правда, она бы справилась с этим и без принца: порыв ветра от поднявшихся в небо чёрного дракона опять сбивает людей с ног. — Марион, что ты творишь?! — Закрывая девушку собой, ругается Эрендол. Она выпутывается из его рук, ведь той тяжело дышать. — Умалишённая! — Эрен… — Глубокий надрывистый вздох. Она смотрит, как зелёный дракон цепляет чёрного дракона за хвост и откидывает за территорию площади, задев какой-то дом. Кирпичная кладка с дребезгом повалилась вниз, как и черепица — даже уши закладывает. Драконы чуть не сваливаются в толпу, но вовремя возвращают контроль над высотой и пропадают в дыме. Она отстранена от того, как Эрендол поднимает её на ноги, как ругает. Как только она способна бежать, она делает рывок, но принц хватает ту и не даёт ускользнуть дальше. — Хватит убегать от меня, как проклятая! — Звуки вернулись в привычную громкость, она смотрит на него, не совсем соображая дальнейшие действия. Эрендол считает, что она под горячкой контузии — Марион, соберись! Мы идём на Север! — Он только что улетел в противоположную от нас сторону — На эмоциях кричит княжна. — На Запад! Эрен, надо сменить маршрут, надо последовать за ним! Княжна пытается выпутаться из его захвата. — Ты сама сказала мне, разумнее быть всем вместе! Подумай ты хоть о ком-то, кроме наследника!       Оба отвлеклись на вспышки магии вокруг. Они понимают, что стоять на месте опасно, но для начала нужно определиться с итоговым маршрутом. Эрендолу важнее выбраться. — Я знаю только одну дорогу отсюда, где я гарантирую, что нам не преградят путь. Если мы пойдем на Запад, как ты хочешь, то я не уверен, что у нас получится. Марион, я прошу тебя, доверься мне. От напряжения она стиснула зубы. Довериться Эрендолу? Похоже, это единственный вариант.

Север

«М со мной. Он на драконе. Чёрный, среднего размера. Нам нужно как-то его нагнать и привлечь внимание. Встречаемся на улице Интервилля!»

Самара скомкала послание и направилась в сторону обозначенной улицы. — На драконе значит, хм. — Разговаривает сама с собой принцесса.

«Неожиданный поворот событий.»

      Продолжает она уже про себя. Исполнить желание княжны теперь сложнее. Север все ещё спокоен. Чрезвычайно и безосновательно. Тут нет погрома, тут нет стычек. Тут много людей и нет драк, молчаливо и тоскливо. Тут снежно и туманно. Взгляд на небо — никаких драконов. Тучи и солнечный свет, уходящий в фазу заката. Но решение проблемы в её умной голове нашлось сразу. — Значит, заберемся повыше. — Подтвердила сама себе принцесса и пошла исполнять задуманное.       Она взобралась на часовую башню — самое высокое здание столицы. Она предполагала, что столкнется с кем-то из смотрителей или ведьм, но…

«Пусто!»

Никого нет. Даже каких-нибудь подростков или детей. Медный колокол покрывается моросью снега, долетающий с башенных арок, деревянная старая скамеечка одиноко намокает. Спокойствие и нетронутость. Поразмышлять дольше над отсутствием присмотра за колоколом не дала линия горизонта. Принцесса подошла к краю арки, придерживаясь каменной опоры: открывающийся вид на город противоречит её представлению того, что в нём происходит. Она не видит дыма, хотя тот был заметен даже с холмов Облачной Башни. Она оборачивается на Северо-запад, а потом на Северо-восток — ни Алфеи, ни Красного фонтана также не видно. Всё в тумане. Но… драконов она видит. Летят откуда-то с Запада. Девушка напряглась — она не может их различить, слишком далеки. Летят, кружат друг над другом, взмывают вверх, палят огнем… Вместе с тем, все ближе и ближе к ней. Какая же скорость! Такие громадины могут и быстрее, это точно. Как ей жаль, что она присутствовала в арене на День Возрождения только на первом курсе. Так захватывающе, если отбросить иные обстоятельства. Они огибают Юг за пару минут и уже на Востоке. На секундочку ей кажется, что они полетят в сторону Алфеи, от чего страх сразу вернул её в реальность. Но нет. Один из них, словно надзиратель, сделал так, чтобы они вернулись в границы города. Самара сразу поняла, что на этом драконе Орител. Теперь она следит только за ним, впервые желая ему абсолютной победы.       Они летят как-то дёргано, неровно, задевая пики зданий. Рептилии подлетели достаточно близко, чтобы различить их окрас и подтвердить, что Орител действительно на чёрном драконе. Самара носится от одной арки башни к другой, лишь бы не упустить чего-то важного. Они где-то над Центром.       Чёрный дракон закручивается в петлю в воздухе, набирая высоту, а затем пикирует вниз, на зеленого, что уже пепелит Центр.       Обдает зелёного огнём. Очередная сцепка. Самара поняла стратегию наследника: он делает так, чтобы противник был вдали от Центра. Чем выше они в небе, тем меньше ущерба наносит городу. И он задерживает противника подальше от Юга. Самара верит, что это тоже не случайно, потому что основное нападение он совершает только на противоположной стороне города.       Но минус в том, что зелёный дракон, а точнее его наездник, имеет явно иной опыт в подобном сражении и настроен на злодеяния гораздо вероломнее. Орител не основная его цель, его цель столица, от которой наследник его отвлекает. Это видно по тому, что тот продолжает вредить столице при удобном случае. Знает ли противник, кто наездник чёрного дракона?       Происходит самая жестокая часть, от которой даже ей становится не по себе: зелёного дракона, продолжающий опалять город, Орител буквально оттаскивает когтями за шею и отбрасывает прямо в сторону принцессы, на Север. Самара инстинктивно отскакивает на другой конец смотровой башни, то ли от страха, то ли от испуга. Зелёный пролетает сотню метров, возвращает контроль над собой и ответно нападает на Оритела, кусает за шею, тот в ответ царапает туловище зелёного. Беспорядочный огонь. Орител всё ещё ведёт его дальше от Центра. Зелёный прокусывает шею чёрного, а потом отрывает часть его крыла. Дракон Оритела надрывисто завопил, его слышно даже Самаре. Принцесса шокировано прикрывает рот руками, едва не закричав. — Вот гад! — Вырывается из уст Самары. Кровь хлещет, словно кровавый дождь. Дракон Оритела пытается найти баланс, пытается зацепиться на пики домов, но пикирует вниз. Противник пользуется положением и улетает к Центру, чёрный дракон с грохотом свалился где-то на Северо-востоке. Самара в панике спускается вниз, к попавшему в беду наследнику.

Центр

      Марион и Эрендолу не получается выбраться. Люди толкаются, создавая непроницаемую стену, и кажется, что выбраться из этого людского водоворота невозможно. Они только что пережили очередную драконью атаку. Когда Орител напал на зелёного и оттащил подальше от площади, фея и курсант поняли — либо сейчас они делают все, чтобы сбежать, либо они умрут тут. Толпа давит со всех сторон, и каждый шаг даётся с трудом. Марион чувствует, как её силы истощаются, а Эрендол всё больше напрягается, пытаясь удержать контроль над ситуацией. Марион вся в мыслях о наследнике, о невыносимой тесноте, о том, как бы не выронить палочку из онемевших рук. И это мешает ей. Опять слышны драконы, она запаниковала. — Эрендол! — Она зачем-то хочет обратить его внимание на звуки. — Не отвлекайся на них. Она исполняет его приказ ровно до момента, пока не раздался грохот где-то вдали. Характер такого грохота… ей уже знаком.

«Кто-то из них упал.»

      Она следит за черноволосой макушкой. Бедный Эрендол прикладывает все усилия, чтобы пробраться к Северу, но периодические стычки с ведьмами лоб в лоб испытывают на прочность не только его — Марион пытается использовать свою магию, чтобы избавится от ненужного боя, но каждый раз её заклинания рассеиваются, не находя выхода даже через палочку. — Этот звук не к добру… Он не отвечает. Ему все равно на происходящее в небе. Его цель — выбраться из толпы. Но крики позади себя заставили изменить отношение: зеленый дракон вернулся, уселся на крышу домов и сжигает толпу под их вопли. Она, оглядываясь, закричала и в панике толкает Эрендола вперед, чуть не повалив его на землю. Но даже сейчас она обращает внимание не на свою безопасность. Раз зелёный дракон тут, значит… — Эрен, он его повалил…       Эрендол нахмурился от растерянности, чего не видит княжна, к её же благу. Он задышал также тяжело, как и она, но всё ещё избегает встречи с её глазами. — Эрендол. — Начинает она, но прерывает свою речь.       Страшные картинки крушения дракона и его наездника сменяются тремя тёмными волшебниками, убившие такого же сбитого курсанта. Она перебирает возможные раны, полученные от падения, переломы, разрывы… Ей стало плохо. С какой высоты он упал? — А вдруг он разбился? Он поджал губы. И повернулся к ней. К большому облегчению, она не плачет. — Мы не узнаем, пока не доберёмся. — Он все-таки обратил внимание на дракона сзади них. Тот взлетел и палит огнём по периметру площади.

«Куда уж больше.»

      Думает он. От площади не осталось живого места, всё выжжено. Поведение дракона кажется ему не хаотичным, а спланированным. Оба рванули вперед, отталкивая, оттесняя, не замечая других, пока смятение незнакомцев от этой драконьей стычки позволяет им пробираться сквозь. — Он устраивает нам блокаду. — Он решается произнести вслух свою теорию. Княжна, у которой уже не осталось сил на эмоции, отрешённо реагирует на услышанное.

Северо-восток

«Где-то возле того фонтана на 5-й студенческой.»

«Или рядом, на… улице Мира, предположим.»

«Надо идти быстрее. Он свалился с чёртового неба. Кто знает…»

      Принцесса мотнула головой, отгоняя лишние мысли. Она уже ошиблась в определении места падения, однако совсем-совсем близко. Её ориентир — клубы дыма, поднявшиеся от падения этой драконьей туши. Сложность — идти по следу, потому что при очередном повороте заходишь в тупик. Её единственное желание — не нарваться на зевак, что также решили прийти к месту падения. Каким же образом он оказался на драконе? Кто отдал приказ? Или это своевольность Золотого мальчика?       Кажется, она ошиблась и насчёт улицы Мира. Почти осевшие склоки пыли прямо за этой улицей.

«Ничего. Обойду.»

Но она не хочет туда идти. С каждым шагом страх встречи с наследником обусловлен предсказуемым ужасом, с которым она столкнётся после его падения. Наступающий вечерний сумрак нагнетает обстановку. Слишком тихо. Туман поглощает все звуки. Хруст тонкого слоя снега кажется оглушающим. Она заворачивает на Студенческую улицу и нехотя, совершенно против своей воли заставляет себя поднять голову, чтобы действительно увидеть то, чего боялась: на разрушенной, ударом, брусчатке, лежит туша чёрного дракона, буквально перекрывая всю улицу своим размером. Теперь к школам не пройти, только в обход. Эти мимолетные выводы она отбрасывает в сторону. Самое главное — она не видит наследника! Её промурашило с головы до пят.

«Это не дело.»

      Самара судорожно потопала в его сторону, не унимая в себе страха при виде дракона, пускай и не… не в сознаний.

«Или не живого.»

      Осматривает улицу. Никаких зевак. Она рискует подойти к лежащей рептилии ближе. Вокруг кровь. Она ступает в эту лужу, брезгливо перед этим похлюпав сапогами. Дракон жив: его грудь вздымается тяжёлым гулом, выпуская из ноздрей пар, поднимая её кудри вверх, сразу после покрывая инеем.       Под слоем крови она спотыкается о камни разваленной брусчатки. Услышав инородный звук, рептилия резко открывает глаза, жутко бдя за незваной любопытной принцессой своими острыми овальными зрачками, точно определяя, насколько девушка опасна. Самара замирает. Ритм сердца отдаёт куда-то в уши, ей кажется, она слышит, как её кровь бьётся о стенки сосудов. Это животное опасно даже в таком состоянии. Что ей нужно сделать, чтобы дракон не посчитал врагом? — Эм… я ищу твоего наездника, — тихо произносит принцесса, украдкой делая шаги в его сторону. Глаза дракона следят за каждым её движением. — Я … не враг. — Принцесса с широко раскрытыми глазами следит за реакцией дракона. Он наблюдает.— Даже друг, можно сказать…       Дракон рыкнул, она дернулась и отскочила назад. Подол, до этого момента оставаясь чистым, пропитался драконьей кровью. Она осматривает подол, облегчённо отмечая, что кровь на чёрном незаметна, но сразу после возвращает внимание на дракона. Девушка не знает, что в его глазах внушило к ней доверие, но дракон, словно слой за слоем, разомкнул порванное крыло, лапы, оголяя самое, как оказалось, ценное — наследника. У Самары пропали все мысли и опустились руки. По всей видимости, наследник выпал из седла, но дракон поймал своего наездника и укрыл собой, принимая весь удар на себя. Орител лежит без сознания, в крови и саже. Самара снова переводит взгляд на морду дракона. Он продолжает наблюдать, его зрачки всё ещё остры и тревожны, но… его жест говорит за себя — он доверил ей свою тайну и просит помощи. — Так… — Она растерянно осматривает юношу, совершенно не зная, что делать дальше. Вытянуть его из драконьих лап? Осмотреть? Вылечить? Попытаться привести в чувства?

«Написать Марион.»

А что ей писать? Самара даже не знает, что с ним. Снова осматривается, чтобы определить местоположение. Подходит ближе к Орителу и медлит, в сомнениях.

«Если переломаны кости, тащить нельзя.»

Она садится на корточки, все еще брезгливо задирая юбку, достает палочку и колдует диагностику. Вроде бы живой. Кости… кости целые. А без сознания, потому что упал и ударился головой, уверена Самара.

«Вот же везучий.»

Она в крайний раз оглядывается на дракона. Найдя надуманное одобрение в его глазах, девушка хватает юношу за воротник и тянет в бок, на себя. — Орител, какой ты тяжелый! — Она кряхтит от тяжести, рывками оттаскивая наследника в сторону. Пока она не дотащила тело принца на ровную поверхность, вся его шинель пропиталась кровью, оставляя на белом снегу след. Девушка минуту осмысливает свой дальнейший ход действий, но самым разумным считает оповестить своего жениха и подругу о своей находке. Самое главное, он живой. С остальным пусть разбирается Марион. Она вытащила лоскут бумаги и палочку. — Я ожидала встретить другую рыжую голову. Неожиданно раздается за спиной Самары.

Север

      Марион и Эрендолу удается выбраться из блокады. Эрендол считает, что им повезло— сразу после того, как они пересекли площадь, дракон окольцевал её огнем, окончательно заблокировав любые пути отступления. К тому же, посматривая на напарницу, он осознаёт, что она держится из последних сил, впрочем, как и он, поэтому тот факт, что оба нашли в себе силы преодолеть этот путь — неимоверная удача. Конечно, присутствует волнение за тех, кто остался — в отличие от феи, он увидел достаточно знакомых лиц, за которых можно переживать. Людей все меньше и меньше, мелкие разрушения — ничто по сравнению теми, что были в Центре. — Я вижу дым в стороне школы. — Аккуратно произносит княжна. Она уже поняла, что ему не нравятся её попытки управлять их маршрутом. — Мы идем в сторону Интервилля. — Он и правда не берёт во внимание услышанное. Марион обреченно вздыхает и продолжает идти за ним, не упуская из виду свою находку. Дым на Востоке инороден при любых обстоятельствах. Ведьмы пробрались и туда? У неё уже нет сил думать. — Марион, остановись. — Эрендол нервно просовывает руку во внутренний карман шинели. Марион сообразила, что пришла весточка от Самары. Она, недолго думая, подбежала к нему, подглядеть содержимое. Он не воспротивился её любопытству.       Да, она оказалась права. Он достает сверток, заляпанный кровью, от чего они переглянулись и Эрендол еще нервнее развернул послание. Сообщение писалось наспех.

«Студенческая на Алфею.»