Долг меча

  Так же как Минато оказался предшественником перемен в статусе-кво, Сиро отметил, что и Карасуба внесла в ситуацию с Мией ряд собственных изменений.   К примеру, Мия чаще стала провожать Сиро и приветствовать его по возвращению. В прошлом, когда Сиро отправлялся на работу, он просто при этом восклицал традиционное «я ушел», на что Мия порой отзывалась в ответ «доброго пути», где бы в доме она ни находилась. Но теперь, когда он собирался уйти, лавандоволосая домовладелица обязательно провожала его у двери.   Поначалу Сиро не совсем уверен был, в чем был смысл этого изменения действий, но однажды, когда он вернулся домой с небольшой ссадиной на тыльной стороне ладони, вызванной несколько небрежным обращением с какой-то абразивной изоляцией, он заметил, как глаза Мии мгновенно прикипели к ней и ненадолго сощурились, прежде чем расслабиться. Только тогда Сиро сообразил, что Мия по возвращению обязательно проверяет его на травмы.   Насколько мог предполагать Сиро, похоже, встреча с Карасубой и неозвученная во время ее угроза встревожила Мию чуть сильнее, чем ей хотелось бы показать.   Однако для остальной части дома, неосведомленной о том, что MBI, видимо, следил за ним, и что этим занимался кое-кто довольно опасный, все должно было выглядеть немного по-другому.   Первой выразила это словами новоприбывшая блондинка, напоминающая Сиро ветреный океан, и которая, видимо, тоже была привязана к весьма смущенному Минато, при этом недостаточно осведомленная о последствиях затрагивания темы.   Инцидент произошел через несколько дней после того, как эта блондинка, Цукиуми, только прибыла. Сиро как раз вернулся домой, и после обычного приветствия и проверки Мии они оба вернулись в столовую. Мия спросила у Сиро, как прошел его день, и Сиро немного поворчал о клиентах-идиотах и почему некоторых людей ради блага всего человечества никогда нельзя подпускать к мусоросборникам.   – А затем, – объяснял Сиро, когда они вдвоем вошли в столовую и нашли там большую часть присутствующих в Доме Идзумо, – как будто не было достаточно глупо то, что они уже вылили туда накопившуюся за шесть недель кофейную гущу, они почему-то посчитали водосток способом избавиться от яичной скорлупы и яблочных огрызков, а после сочли неплохой идеей использовать его еще и вместо пепельницы. Затем, когда он забился, они решили выждать день-другой, прежде чем счесть это проблемой. А после, как будто это и так было недостаточно глупо, они решили, что это можно исправить, просто потыкав туда метлой. Так что естественно, что когда я наконец прибыл и сказал им, что потребуется по меньшей мере два дня, чтобы все прочистить, они раскричались о том, что я никуда не годный ремонтник!   – Бывает же, – прокомментировала Мия, пусть и стараясь соболезновать Сиро с наветренной стороны. Данный сценарий, на который он намекал, вполне неплохо объяснял вонь, исходящую от новых пятен на его рабочей рубашке, но не менял того, что запах был весьма резок.   – Как правило я немного плохо себя чувствую, выставляя людям высокий счет, – признался Сиро, почесав в затылке и поморщившись, обнаружив там еще один ранее пропущенный кусок яичной скорлупы. – Но для этих придурков я удвою свои цены.   – Хм, – поджала губы Мия. – Ну, в таком случае, возможно, мы вложим эту прибавку в новый кондиционер на кухне? Близится лето, и с лучшей системой приготовление еды в жару будет чуть менее неудобно.   – А что случилось со старым? – Сиро поморщился, припомнив разбитые остатки, воскрешенные им в подвиге, достойном сравнения с возвращением из мертвых Лазаря.   – О, эта старая штука все еще вполне работает, – заверила Мия друга, отмахнувшись одной рукой. – Но пусть она еще работает, она остается старой. Новый будет гораздо эффективнее. А после мы сможем взять старый и переместить его в одну из комнат.   Сиро кивнул, посчитав это приемлемым ходом, и сразу же бездельничающая в стороне Удзуме подняла руку, как ребенок в классе, просящий чтобы его вызвал учитель.   – О! Чур. Чур мне! – Удзуме заметила возможность повысить степень комфорта своей комнаты и сразу же взялась обеспечить его себе.   – Но его должна получить Мацу! – возразила рыжая, сложив руки и надувшись. – В ее комнате столько компьютеров, а летом бывает так жарко. В итоге ей всегда приходится раздеваться. – Хакер приостановилась, прежде чем у нее появилась лукавая улыбка. – Не обращай внимания! Минато-тан, не против помочь мне в комнате, позже, когда будет жарко?   – Ну же, Мацу-сан, – с невинным видом вмешалась Мия. – Неужели нам потребуется снова обсудить приемлемое поведение в Доме Идзумо? А что касается тебя, Сиро, – при этих словах повернулась она к нему, слегка сморщив нос. – Почему бы тебе не переодеться во что-нибудь почище, пока я готовлю тебе ванную?   – Да, неплохая идея, – признал Сиро, принюхавшись и поморщившись.   Когда Сиро уже собрался уйти и этим заняться, Цукиуми, держащаяся немного в стороне от остальных групп, с которыми ей все еще было не вполне комфортно, сложила руки и одобрительно кивнула.   – Я-то полагала, что все вы, обезьяны… – она запнулась, спешно взглянув в сторону вдруг прищурившейся Мии – мужчины, я имею в виду мужчины, – спешно сменила она видистское оскорбление на нечто подходящее присутствию предположительно неведающего Сиро, – полностью бесполезны. Рада видеть, что я ошибалась. Столь заботливый муж, как вы, вполне подобает столь сильной женщине, как домовладелица!   Неудивительно, что большая часть присутствующих, ранее сталкивающихся со строгим наказанием за подразумевание, что отношения между Сиро и Мией отличны от дружбы, одновременно поморщились от этого промаха. Сиро был среди них, но в основном в сочувствии известного ему грядущего.   – Прошу прощения, но вы ошиблись, – сообщил он растерявшейся секирей. – Хоть я и был другом Мии и ее мужа, Такехито, боюсь, Такехито не стало.   – О, – Цукиуми хватило милости пристыдиться своего предположения. – Простите! Я не имела в виду никакого неуважения.   – Все в порядке, – заверил ее Сиро. – Вам пока никто не сообщил, так что никакой вины. – Он взглянул на Мию, проверяя, простит ли она ошибку, как он, только чтобы замереть, увидев, что она не готовится к одному из своих эпических выговоров.   Вместо этого Мия тихо смотрела в сторону, с незнакомым выражением лица. Выглядела она… почему-то опечаленной.   Через мгновение она заметила его взгляд, и на ее губах мгновенно появилась вежливая улыбка, когда она, похоже, полностью отмахнулась от всего происшествия.   Тем не менее, Сиро это заметил, и ему стало интересно, откуда же взялся этот вид.   Позже, когда Сиро в качестве вечерней привычки снова полировал в своей комнате клинок, впервые познакомивший его с Мией, ему довелось услышать необычный разговор. Время от времени он укреплял свой слух, в основном чтобы проверить, удастся ли ему подслушать разговор, который прольет больше света на природу существ, с которыми он жил. На этот раз ему удалось наткнуться на разговор, видимо, между Мией и Куу-тян.   – Ну же, – говорила Мия, звук брызг воды привел Сиро к выводу, что они обе в ванной. – Хорошим девочкам нужно убедиться, что они полностью вымылись, прежде чем войти!   – Куу-тян это знает! – раздраженным тоном объявила младшая. – Куу-тян большая девочка!   – Оу, конечно, Куу-тян большая, – заверила Мия девочку, которая, на самом деле, была не настолько большой, как она считала. Сиро услышал, как малышка снова заворчала, и представил себе, насколько надувшейся она может выглядеть.   – Куу-тян тоже! – продолжила Куу. – Куу большая девочка, и однажды она выйдет замуж за онитяна!   Сиро дернулся, гадая, как ему реагировать на подобные заявления. Отчасти он понимал, что это, вероятно, просто девочка говорит то, что говорят девочки. Но отчасти он думал, не стоит ли ему повнимательнее проследить за поведением Минато рядом с Куу и убедиться, что не происходит ничего… неодобрительного.   – О, думаю, у Куу до этого еще есть некоторое время, – сухо заявила Мия, оставив Сиро полагать, что она, вероятно, тоже рассматривает подобное действие.   – Хм, – Куу пропустила подтекст в голосе Мии и, похоже, вполне успокоилась. – Оу, – вместо этого продолжила она, прозвучав так, словно она только что придумала отличную идею и захотела ей поделиться. – Куу полагает, что Мие-онэтян тоже стоит выйти за Сиро-онитяна!   После такой мины Сиро снова дернулся и на мгновение задумался, не стоит ли ему отправиться защищать девочку. Она была слишком наивна, чтобы понимать, к чему она ведет.   Однако ожидаемой реакции Мии так и не было. Вместо этого единственным слышимым Сиро шумом был звук стекающей в канализацию воды. Несколько секунд странной тишины, и Куу снова заговорила.   – Эм, – растерянно начала Куу. – Мия-онэтян? Тебе грустно? Куу не хотела тебя расстраивать! Куу сожалеет!   – Ах, – наконец, мягко произнесла Мия. – Куу-тян ничего плохого не сделала, – заверила она встревожившуюся секирей. Возобновился звук мытья. – Но я не думаю, что мы с Сиро женимся в ближайшее время. Сиро, похоже, этого не чувствует.   – Но, но, – по-детски растерянно бормотала Куу. – Но разве Мия-онэтян не любит Сиро-онитяна? Так же как Куу-тян, и Му-тян, и Ма-тян, и Цу-тян любят онитяна?   – Ах, но я уже кое-кого люблю, – возразила Мия, похоже, довольно серьезно отнесшись к детскому спору.   – Но если онитян может любить нас всех, разве не значит, что Мия-онэтян тоже может любить Таке-онисана и Сиро-онисана? – Это была детская логика, но, несмотря на это, Мия снова промолчала.   – Куу-тян стоит быть осторожнее, чтобы ей в рот не попала пена, – наконец, объявила Мия, и снова вернулся звук мытья.   – Тьфу, тьфу! – ответа Куу не было, так как, видимо, она сделала именно то, о чем только что предупредила ее Мия.   Сиро в своей комнате сидел совершенно неподвижно. Он лишь впоследствии осознал, что промахнулся с полировкой и едва не потерял случайно палец.   И что, черт возьми, это было?