Проклятье

      Абигейл возилась с травами на кухне. Осенью девушка традиционно делала заготовки — отделяла цветы, засушивала листья. Её бабушка была так стара, что не могла уходить в лес на сборы трав, поэтому после отъезда родителей девушки на юг, Абигейл занималась этим сама. Она собирала травы, помогала делать зелья и относила их в лагерь, где их забирали маги. И хотя прибытие гостей отвлекло её от привычной работы, вскоре она все же к ней вернулась, тем более, что с приездом королевских магов дел стало гораздо больше. Мишель тут же заполонили слухи о грядущем походе, а маги попросили подготовить целый ящик лечебных смесей, которыми сейчас и занимались травницы. Абигейл отбирала нужные травы, складывала на столе отдельно листья и цветы, чтобы потом быстро собрать нужные смеси. Рядом за столом, попивая чай, сидел Коул. Он успел закончить почти все дела и теперь до самого похода скучал, изучая местный быт.       — Откуда все травы, что в вашем доме? — полюбопытствовал Коул. — Я не видел ничего в пределах города. Тут словно всё вымерло.       — Мы собираем их в лесу, к югу отсюда. А потом приносим сюда. Но я заметила, что с каждым годом за целебными травами приходится ходить всё дальше. Даже сквозь барьер проклятье продолжает распространяться.       — Вы говорили об этом магам?       — Конечно. Они и сами это видят, но ничего сделать не могут. Сама природа против этого проклятья. Нам остается лишь надеяться, что когда-нибудь найдется способ исцелить эти земли. Не сразу… Но я всё же верю.       — Вы ведь можете видеть будущее по травам. Почему бы не узнать? — поинтересовался маг. Ему до сих пор не давало покоя, что травницы смогли предсказать их появление. Юноше не доводилось сталкиваться с настоящими провидцами лично, поэтому он отнесся к этому с большим скепсисом и недоверием, чем Рейджинальд, которого это вообще не беспокоило. Граф просто был рад, что им помогли и предоставили ночлег. — Вы ведь узнали о нашем прибытии, и можно сказать, спасли меня.       Девушка замерла, удивив тем самым Коула, но собравшись, она всё повернулась к гостю.       — Не всё можно узнать, — серьезно ответила Абигейл, заметно волнуясь. — Мы скорее не видим, просто замечаем знаки и интерпретируем их. Но это непросто, поэтому немногие из цервидов переняли это ремесло от наших предков. Моя бабушка говорит, чтобы видеть будущее, необходимо разрешение самих духов, но они могут нас и обмануть. Поэтому это очень сложный дар, на который нельзя слепо полагаться.       — Так и про магию говорят. Но если можно облегчить себе жизнь, то почему бы и нет?       — Но ведь не интересно знать всё наперед, — улыбнулась цервид, надеясь, что маг не поймет, что она от него что-то утаивает. Гости не должны были узнать про их с бабушкой видение. Тесса предупредила внучку, чтобы та не обнадеживала молодых людей, которые сами должны были пройти свой путь. К тому же знаки, что они видели на гадании, было сложно понять. Цервиды не хотели ошибиться. Но Абигейл беспокоилась, что Коул сможет догадаться о её секретах. Ей казалось, будто маг способен читать чужие мысли, слишком уж проницательным он порой был. — Тогда жизнь теряет свой смысл. Да и ответы из будущего не всегда радуют. Лучше жить с надеждой.       Коул лишь кивнул в знак согласия. Он внимательно посмотрел на девушку. Ему ещё не доводилось так тесно общаться с кем-то из их народа. В столице цервиды работали продавцами, цветочниками. Они были миролюбивым народом, который предпочитал не занимать крупные должности и жить в деревне или пригороде, поэтому юноша, привыкший к жизни в светских кругах, редко с ними сталкивался. И сейчас ему было любопытно.       Абигейл смутилась от столь пристального взгляда и отвернулась, торопливо перебирая руками травы. Коул казался ей таким загадочным и таинственным. Даже среди магов-исследователей она не встречала никого вроде него, отчего ей становилось неловко за свою простоту и наивность. Она сконцентрировалась на травах, но тут с улицы раздался рев. Он был далеким, но у цервида был хороший слух. От испуга девушка схватила пучок трав и резко отпустила — обожгла руку о колючий стебель.       — Опять странные звуки? — взволнованно спросил Коул. Он заметил, как дернулись уши у цервида — так было несколько раз за последние дни. И хотя сам юноша ничего не слышал, он доверял чувствам Абигейл.       — Да, словно рев. Мне кажется, это разносится со стороны проклятых земель, — девушка посмотрела на свою ссадину. По невнимательности она положила на стол не то растение, отчего и обожглась. — Не нравится мне это. Дурной знак.       — И это накануне похода, — задумчиво произнес маг, знавший о предстоящем походе чуть больше, чем девушка.       — Я так рада, что маги вновь занялись проклятьем. Надеюсь, что у них получится его уничтожить. Неспроста же они приехали? Хочу вновь увидеть солнце, — мечтательно произнесла Абигейл.       Коул промолчал. Местные знали о прибытии новых магов в лагерь и знали об экспедиции за барьер, однако им были неизвестны истинные цели магов.       — Почему же ты не уехала отсюда? — спросил Коул, не желая разрушать надежды цервида.       — Я думала об этом. Да и отец с матерью уговаривали, когда уезжали. Но я родилась здесь. Это мой дом, я не могу бросить тех, кто здесь живет, — сказала девушка. Она часто появлялась в лагере, не только принося лекарства, но и помогая в лазарете, ведь больше занятий у Абигейл здесь не было. Её жизнь, как и жизнь большинства местных жителей, крутилась вокруг одной-единственной мечты — избавиться от проклятья. Поэтому девушка с энтузиазмом принялась помогать гостям. Абигейл чувствовала, что время перемен совсем близко. И она хотела приложить все усилия, чтобы видение её бабушки о скорейшем избавлении от проклятья оказалось правдой, а пока не делилась ни с кем полученным знанием, надеясь, что духи их не обманули в этот раз. — Наш городок небольшой, но при этом все друг другу помогают. Пока существует проклятье, я нужнее здесь, а потом посмотрим.       — Благородно с твоей стороны. Но эти травы… Как это вообще может помочь в походе?       — Это сухой сбор лекарственных трав. У всех местных есть свой небольшой запас. Его используют, когда наглотаются воды или почувствуют слабость. Он снимает основные симптомы. Временно, но иногда это может спасти жизнь. Особенно по ту сторону барьера, — ответила Абигейл.       — Почему не настойка? — уточнил Коул.       — Мы не используем жидкости за барьером. На всякий случай. Поэтому только сухие травы. Исследователи даже воду не берут, только специальные жемчужины, чтобы утолить жажду, — пояснила цервид. — Слушай, а маги уже нашли источник проклятья? Они ведь не просто так сюда приехали. За барьер давно никто не проходил.       Девушка всё же не выдержала и задала мучавший её вопрос. Ей было любопытно, насколько близки исследователи к тому, что почувствовали они с бабушкой.       — Абигейл, прекрати донимать молодого человека, — хрипло, но строго прозвучал голос Тессы. Пожилая женщина шла к кухонному столу, чтобы присоединиться к работе. Абигейл смутилась. На щеках у неё появился легкий румянец.       — Куда поставить? — спросил Рей, выглянув из-за огромной корзины, которую нес в руках. Он помогал хозяйке дома принести с мансарды нужные ей травы.       — Вот сюда. Спасибо.       — Это лишь малое, чем я могу помочь, — сказал Рей, отряхивая руки от сухой пыльцы и мелкой крошки. — Вы были так добры, что приютили нас и помогли. Рисьяна почти поправилась, так что мы можем перебраться в лагерь.       — В этом нет необходимости, — женщина уже перебирала травы из корзины своими морщинистыми руками. — Этот дом всегда открыт для Айрленд. И для их друзей.       — Спасибо.       — Тем более что духи не просто так привели сюда юную Банчефлер.       — Банчефлёр? — удивился Рей.       — Второе имя Рисьяны, — пояснил Коул. — Ты разве не знал?       — Я ещё от Флаттери не просмеялся, — усмехнулся граф. — И что это за имена такие? Банчефлер. Язык сломаешь.       — А что вы там сказали про духов? — уточнил Коул.       — Что всё делается не просто так. И у каждого своя роль, — загадочно произнесла женщина. Она внимательно посмотрела на Коула, отчего тот не решился задавать ей больше вопросов.       — Кстати, о ролях. Абигейл, я хотел бы попросить приглядывать за Рисьяной в наше отсутствие. Дель будет приходить, но я всё же волнуюсь.       — Да, конечно, — поспешила ответить девушка.       — Ты уже сказал ей, что тоже идешь за барьер? — спросил Коул.       — Нет, не до этого было. Сам видел, в каком она была состоянии.       — Может, тебе и не стоит идти, Рей? Мы ведь обсуждали на собрании. Там опасно. А ты не маг.       — Зато лекарь. Могу помочь. И не пытайся меня отговорить. Я хочу лично убедиться, что… — он предусмотрительно замолчал, понимая, что перед травницами не нужно открывать истинную цель похода. — Что всё закончится. И я, пожалуй, уже вам не нужен. Пойду, поговорю с Рисей.       Рей поднялся на мансарду. Рисьяна сидела, привычно устроившись возле печной трубы. Она чувствовала себя гораздо лучше. Мазь впиталась в кожу, не оставив следов, а жар спал. Лечение помогло, поэтому девушка почти вернулась к своему прежнему состоянию — бледность прошла, а от симптомов не осталось следа. Коул предложил ей занять комнату, в которой пока ночевал он, но Рисьяна отказалась. Здесь ей было гораздо уютнее и спокойнее. Она постоянно вдыхала запах трав, отчего даже её настроение стало подниматься, что для Рея было важнее всего. Произошедшее оставило сильный отпечаток на его подруге. Она не хотела обсуждать ни духа, ни проклятье, и граф не тревожил её чувства.       Вечера наступали рано. Приходилось зажигать свечи, чтобы тени за окном казались не такими уж и пугающими. Рисьяна подтянула к себе одну из ближайших свечей и водила над ней рукой, играясь с пламенем — то делала его выше, то совсем незаметным. Рею даже показалось, что он видит в пламени какой-то танцующий силуэт.       — Что ты делаешь?       — Пытаюсь колдовать. Дель же сказала, что теперь мне нечего опасаться, — ответила Рисьяна. Она всё ещё помнила боль от ожогов. Её невозможно забыть, но её вновь тянуло к огню и его теплу, поэтому девушка стала пробовать управлять уже существующим огнем. Создавать свой ей всё ещё было страшно.       — Я не про это. Здесь полно сухих трав. Ты ведь дом можешь спалить.       — Сейчас уже не так много. Ты ведь такую большую корзину вниз унес, — сказала девушка, но свои эксперименты всё же прекратила. Если они выйдут из-под контроля, то она не сможет спасти полыхающее помещение. — Они готовят снадобья к походу?       — Да. Что-то вроде этого, — ответил Рей, удивившись, что Рисьяна сама спросила.       — И когда маги пойдут?       — Послезавтра.       Рисьяна кивнула. Все эти дни она старалась не думать о том, что натворила. Да и её состояние не позволяло думать о чем-либо кроме боли. Но по обрывкам услышанных фраз, слов, разговорам с Дель, девушка поняла, что маги идут за барьер. И она прекрасно знала зачем.       — Тебя что-то беспокоит? — спросил Рей, присаживаясь рядом.       — Это так заметно?       — Я слишком хорошо тебя знаю.       — Просто… Я чувствую, что виновата перед всеми. Я должна была помочь уничтожить проклятье, а вместо этого привела опасного духа. Она хочет всем отомстить, — Рисьяна посмотрела на графа. — Рей, в тот момент, когда она покидала меня, я почувствовала всю её ненависть к людям. Она одинока. Весь её народ погиб, поэтому единственное, чего она жаждет, это отомстить. Это ужасно. И мне страшно.       — Маги справятся. Как-никак здесь главный маг королевства, а ему помогает твой дядя. Всё будет хорошо. Ты можешь не бояться.       — Но если с ними что-то случится, то это моя вина. Я себе этого никогда не прощу.       Повисла напряженная тишина. Рисьяна загрустила, погрузившись в свои переживания, а Рей не знал, что сказать. Его мучила вина, что он скрывает от девушки всю правду.       — Знаешь, Кимбол передал мне компас, — начал граф, не решаясь посмотреть на подругу. — Остается только добыть проклятую воду из озер и проверить его работу.       — Я и забыла про него, — пробормотала девушка. Она отправлялась в Мишель с ярым желанием уничтожить сердце, но это оказалось манипуляцией духа. — Но теперь уже не важно. Это была такая глупая идея. Это слишком рискованно. Вдруг сердце духа на самом деле не существует.       — Погоди, но как же легенда, обвалы в проклятых землях? — вмешался Рей.       — Я видела то, что хотела видеть, Рей. Или то, что она вынудила меня видеть, — Рисьяна печально посмотрела на друга. — Скорее всего, сердца нет. Я, правда, очень надеюсь на это. По крайней мере, так будет проще всем. Маги уничтожат духа и всё закончится.       — Но ты сама говорила, что этот дух новорожденный и не может быть источником.       — Возможно, я так говорила из-за духа, чтобы защитить её. Мы не знаем. Я ни в чем не уверена.       — В любом случае, мы проделали слишком большой путь, чтобы не проверить твою теорию.       — У нас всё равно нет вод из озер, — недовольно заявила девушка. Ей не нравилось, с каким настроем вцепился в эту идею Рей. Она видела в нем себя, но сейчас у неё не было моральных сил, чтобы заниматься тем, во что она уже не верит. Рисьяна просто не хотела верить в существование сердца, надеясь, что так и будет. — А у магов тоже не найдется образцов. Последние экспедиции проводились слишком давно.       — Воду можно найти во время похода.       — Да… Но… Я не знаю, — она тяжело вздохнула. — Наверное, Харланд всё же прав, источник проклятья — дух. Сейчас нужно сосредоточиться на этом, а не проверять догадки.       — Мы с Коулом уверены в обратном. И я собираюсь всё проверить сам.       — Погоди… — Рисьяна повернулась к другу и пристально на него посмотрела. — Что?       — Рися, я должен тебе кое-что сказать.       — Нет, ты не…       — Я иду за барьер с магами, — перебил он Рисьяну.       — Что?! — девушка вскрикнула. — Ты с ума сошел? Ты не маг!       — Я лекарь, Рися.       — Что Рися? Ты хоть понимаешь как это опасно? Ты видел, какая вортерия сильная, находясь в моем теле. Вы с Коулом едва от неё спаслись! Страшно представить, на что она способна сама по себе. Тем более там!       — Послушай, — Рей говорил спокойно и решительно. Он ожидал подобной реакции. — Я иду не один. И не собираюсь с ней сталкиваться один на один.       — Там может произойти всё, что угодно! Я не отпущу тебя! Ладно, Коул, он профессиональный маг. И то я за него переживаю. Но ты… — она говорила так быстро, что у неё перехватило дыхание. — Не геройствуй. Это ни к чему. Хотя бы ради меня. Ты разве не понимаешь, что я и без того волнуюсь, что маги рискуют своими жизнями из-за моей ошибки. Не хочу к этому добавлять ещё и тебя. Лучше б духа уничтожили вместе со мной. Тогда бы этих проблем не было бы.       — Не говори так.       — Пожалуйста.       — Я должен.       На глаза Рисьяны навернулись слезы.       — Слушай, это ведь отличный шанс проверить твою идею. Я лично займусь этим. Маги уничтожат духа, а я проверю компас. И если что-то найдется, сообщу магам.       — Если сердце действительно существует, то может быть поздно. Она могла уже найти его и использовать. Ты понимаешь это? Твоя идея слишком опасна! Я просила дядю предупредить Харланда, чтобы они были готовы, но… — она не сдержалась и заплакала. Рей обнял её. — Рей, если маги не справятся с ней. То погибнут. Все. Все до единого. Я не хочу, чтобы ты шел. Я не хочу тебя терять. Хватит с меня того, что там может погибнуть мой дядя и Коул.       — Рися, со мной всё будет хорошо.       — Ты не можешь этого обещать.       Они оба замолчали. Рисьяна плакала, а Рей обнимал её, пытаясь хоть немного успокоить. У него разрывалось сердце, видя, как она переживает.       — Послушай, я должен пойти вместе с остальными. Им пригодится моя помощь. Сейчас важен каждый человек. Но я буду осторожен, — попытался заверить её Рей. — Кстати, ты не знала, но Тибби передал мне огненный меч из твоей мастерской. Думаю, с таким мечом мне не страшен никакой водяной дух.       Рисьяна отпрянула от графа и посмотрела на него.       — Может, ты и прав. Но мне страшно.       — Я знаю, — он попытался улыбнуться, чтобы хоть как-то развеять её слезы. — Знаю. Но это нужно сделать, чтобы потом мы могли спокойно вернуться в столицу и позабыть обо всем, как о кошмаре.