He is my world.

— О, Мистер Старк. Какими судьбами? — спрашивает Питер, вовремя прыгнув между ним и каким-то пришельцем. — Кто это, и что им нужно? — Они пришли за ожерельем колдуна. Приспешники Таноса, — отрывисто произносит Тони и вскакивает на ноги, атакуя монстра из репульсоров, когда парня откидывает к фонтану. — А ты здесь откуда? — Да вот, экскурсия у меня сегодня, — заторможенно говорит Паркер, чувствуя, как внутри всё ухает от неприятной догадки. — А что за колдун? Фокусник какой-то? — Да нет. Настоящий вроде бы. Представился Стрэнджем, — как-то растерянно бормочет Старк, не понимая такого интереса. Хотя это ведь ребёнок. Интерес понятен. — О нет, — резко выдыхает Питер и бросается вслед за пролетевшим Стефаном, не слушая того, что говорит Тони. Сейчас не до этого. Единственная мысль, бьющаяся в голове, не даёт впасть в панику. Спасти. Он просто обязан спасти его от этих пришельцев, а уже потом разобраться с Камнем, который интересует их. И у него почти получается это сделать, пока с космолёта не открывается портал, затягивающий обоих. Уже в сотый раз парень успевает пожалеть, что так и не взялся за порталы. — М… Мистер Старк, возможно, мы попали в телепорт, — нервно смеётся Паркер, держась сильнее за паутину. — Сейчас, Паучок, подожди немного, — говорит Тони, расправляясь с пришельцем с помощью Вонга, и летит в сторону Космолёта. — Всё будет хорошо, Пит. Ница, запуск «семнадцать А». Питер старается верить, что всё будет хорошо, пока его отрезает от Стрэнджа. Пытается верить, когда воздуха начинает не хватать, а перед глазами всё расплываться. Пытается верить, разглядывая и восхищаясь новым костюмом. Пытается верить, пока пробирается внутрь корабля наперекор Старку, потому что никогда не бросит Стефана в опасности. Не тогда, когда на Земле у него не остаётся никого из семьи. Поэтому выбор очевиден, из-за чего он медленно ползёт по потолку отсека, успевая услышать лишь конец разговора между мужчиной и Пеппер. Кажется, шестое свидание срывается уже не из-за него. — Удивительная преданность для предмета гардероба, — быстро дыша, шепчет Тони, когда его касается плащ. О, ему ещё неизвестно, какой именно преданностью тот обладает. Не зря ведь с характером Плащик. И, увы, не каждый может заработать его расположение. Он вот смог, а Локи до сих пор огрызается с ним. На это очень забавно смотреть, и хочется снова увидеть такое. Только для этого нужно выжить и вернуться на Землю. Они это сделают. По крайней мере, Питер на это надеется. — Слушайте, Мистер… — начинает говорить Паркер, спускаясь на паутине вниз, и прыгает рядом с ним, сразу выставляя руки перед собой. — Какого чёрта ты здесь делаешь? Я ведь отправил тебя домой, — шипит Старк, глядя на него странным, нечитаемым взглядом, в котором смешались все эмоции: от страха до раздражённости. — Знаю, что вы отправили, но я не смог уйти. Не спрашивайте, почему. Просто не смог, — серьёзно произносит Питер, привычно подставляя плечо для плаща, слабо ему улыбаясь. — Будем спасать твоего непутёвого хозяина, да? Ты ведь нам поможешь? — Ты… — устало стонет Тони, наблюдая за ним, и тяжело вздыхает. Невыносимый ребёнок. Зато понятно, как они с Лафейсоном сживаются. — У меня к тебе несколько вопросов, но сначала спасём колдуна. — Чародея. А вообще Верховного мага, — поправляет его Паркер, вздрагивая, когда до чувствительного слуха долетает крик боли. Теперь уже не до шуток. — В общем. Можно сделать так. Три этапа по типу ужастика «Чужие». Первый. Старк приземляется около пульта управления, перекидываясь парочкой слов с магическим инопланетянином. И откуда такие только берутся? Лучше бы только Богов к ним подкидывали. Оценивает ситуацию и подаёт ему знак. Второй. Маленький снаряд делает дыру в стене, через которую весь мусор с этим пришельцем вылетает в космос, откуда они и появились. Питер вместе с плащом ловят Стрэнджа, не успевшего хоть как-то зацепиться и прийти в себя. И, наконец, третий. Они отлетают назад, а Тони в это время заделывает дыру, оставляя их в относительной безопасности. Дикий план, основанный больше на фантастике, но срабатывает так, как нужно, избавляя их от половины проблем. И Паркер рад до безумия, что согласился тогда посмотреть этот фильм, без которого они могли ещё долго раздумывать над действиями, подвергая Стефана пыткам. — Чёрт, чёрт, чёрт, — торопливо шепчет Питер и быстро подбегает к нему, спотыкаясь и снова вставая. — Как ты? Скажи, что всё хорошо. — Ребёнок, что ты здесь делаешь? У тебя ведь экскурсия, — чуть хрипло говорит Стрэндж, ловя его в свои объятия, и обеспокоенно осматривает парня. — Зачем полез сюда? Боже. — А что ты предлагаешь? Просто ехать в автобусе и видеть, как тебя забирают на этот проклятый пончик? Я и так каждую ночь раз за разом переживал твою смерть, — зло произносит он, ударяя мужчину в плечо, и снова крепко обнимает за шею. — Я слишком многих потерял. Не могу потерять и тебя… — Прости, Пит, но тебе, и правда, здесь не место. Ты должен быть там, на Земле, а не в тысячи километрах от неё, — выдыхает Стефан, целуя его в макушку. — Я не могу гарантировать, что мы вернёмся. Да что там? Это полёт в один конец, понимаешь? — Понимаю, но предпочту быть в этот момент рядом с тобой, а не там. Неизвестно, когда Локи вернётся, поэтому я сойду с ума в одиночестве, — тихо говорит Паркер и встаёт на ноги, протягивая ему руку. — И не думай, что я позволю тебе умереть. Стрэндж поднимается, переглядываясь со Старком, который удивлённо их рассматривает. И что-то в этих переглядываниях не понравилось Питеру, что внимательно разглядывал обоих. Почему они переглядываются? Что известно им, но неизвестно ему? — Стефан, ты ничего не хочешь мне сказать? — Вроде бы уже всё сказал, — пожимает плечами мужчина, и на них после приземляется плащ, начиная подталкивать его к парню. — Ты уверен? — пытливо спрашивает Паркер и поворачивается к Тони, чуть склонив голову. — Вы что-то знаете. — Я знаю почти всё, Питер. Тебя интересует что-то конкретное? — интересуется Старк, обещая себе, что больше не будет удивляться из-за этого парня. Серьёзно. Есть кто-то, кого он не знает? Бог хитрости? Пожалуйста. Местный маг-чародей? Тоже. — Что произошло? Почему, стоило мне только упомянуть Локи, вы стали переглядываться? Ты что-то знаешь о нём? — чуть щурится Паркер и оказывается в надёжных объятиях, от которых сейчас становится лишь дурно. — Ч-что это значит? — Мне жаль, малыш, но он не вернётся. Космолёт с асами уничтожен Таносом, — еле слышно говорит Стрэндж, прижимая его к себе сильнее, когда тот начинает выкарабкиваться. — Ты врёшь. Этого не могло произойти. Локи всегда возвращался. Даже после Нью-Йорка в две тысячи двенадцатом. Он не мог меня бросить. Не мог умереть, — чуть повышает голос Питер, а после просто падает на пол, когда Стефан ослабляет объятия. — Он не мог после стольких лет умереть. Только не он. Паркер обнимает свои колени, утыкаясь в них носом, и раскачивается из стороны в сторону, пока душа рвётся на части. Сколько уже раз ему казалось, что всё? Сколько раз всё было словно в последний? Каждый. Даже после первой встречи парень думал, что они больше не встретятся, но нет. Лафейсон пришёл к нему из Асгарда, да ещё и в такой день. Даже спустя три года, за которые не случилось ни одной нормальной встречи, он вернулся к нему. Ни к брату, ни к кому-то ещё, к нему. И это устраивало обоих, потому что оба стали чем-то важным друг для друга. Только для Питера Локи стал самой жизнью. Не было бы его, не было бы уже и того самого мальчишки из Квинса. И это тоже устраивало обоих. А теперь эта жизнь медленно утекает от него, разрывая всё на мелкие кусочки. Душу, сердце, любовь. Всё, до чего дотянется. Но боли не чувствуется больше. Слишком много её было в последнее время, из-за чего всё онемело внутри. Уже даже мягкие объятия Стефана не помогают, потому что большая его часть умерла вместе с Лафейсоном где-то там, в далёком космосе. Он бы предпочёл сделать то же самое, только Стрэндж не заслуживает того, чтобы потерять двух дорогих людей. Паркер вытирает мокрое лицо, глядя в иллюминатор космолёта, и не понимает, как здесь оказался. Наверное, его перенесли сюда, чтобы там спокойно обсудить план действий. Только что обсуждать? И так всё ясно. Убить того гада, что посмел покуситься на чужое, отомстить и снова предаваться рефлексии, ведь это уже будет не жизнь. Или жизнь, но с дырой в груди. Чёрной, непроглядной и огромной. Прямо там, где некогда было сердце. А пока… — Мы приближаемся к какой-то планете, — сипло произносит Питер, вставая на ноги, и подходит к пульту управления, как это делает Старк. — Считай до пяти, и всё будет нормально, — говорит ему Старк, а парню хочется истерично рассмеяться, потому что в каком месте сейчас хоть что-то будет нормальным?! Но, кажется, до пяти он считает как-то неправильно, ведь всё получается совсем не так. Один. Космический пончик мотает из стороны в сторону, из-за чего приходится вцепиться в часть руля сильнее, и ногами приклеиться к полу, чтобы не полететь в иллюминатор. Они стараются выполнить нормальную посадку, однако, всё равно всё идёт по наклонной. Корабль рушится, но их не задевает благодаря Стефану. Зато до ушей долетают не совсем доброжелательные звуки. — На нас нападают инопланетяне. Опять, — тяжело вздыхает Питер и отпинывает какую-то бомбу подальше, но их задевает ударной волной. Два. Кто кого держит на прицеле — непонятно. То ли они тех, то ли те их. Однако одна из них обезврежена, второго Старк держит под прицелом, а третий зажимает шею ему. Замечательно просто выходит. И так было бы дальше, не зайди сейчас разговор про господина. — Мы Мстители, — всё-таки говорит Питер, хоть это и не так. Точнее, только Тони Мститель, но и он идёт сегодня мстить, поэтому можно и приврать. — Так это о вас Тор нам рассказывал? — спрашивает та девушка с усиками, которая напугала его до побеления. — Знакомы с Тором? Где Одинсон сейчас? — Да, здоровяк. Внешность не очень. Направляется на Нидавеллир с Ракетой, — кривится, кажется, их капитан, однако, волнует сейчас не это. — Он был один? С ним не было брата? — тихо и с отчаянной надеждой задаёт вопрос Паркер, осматривая их, и кивает, получая отрицательные мотания головой. Последняя надежда, живущая в нём, вмиг вспыхнула, рассеиваясь разочарованием. Это конец. Просто конец. Три. Не стоило спешить с выводами, ведь всё встало на свои места тогда, когда они все вышли из обломков корабля. Рыжее небо, с приближёнными планетами, красный песок и пыль. Это выбивает из колеи, заставляя застопориться и оглядеться. Чёрт, нет. Этот сон не сбудется. Не могут люди исчезать за секунду. Поэтому то была лишь глупость. — Это и есть тот Стефан, о котором ты говорил часто? — спрашивает тихо Старк, подходя к нему сзади и приобнимая за плечи. — Да. Локи познакомил нас, когда мне было почти десять. Перед нападением читаури. Как-то так получилось, что он потом взял надо мной опеку и стал отцом, — ещё тише произносит Питер, кривовато улыбаясь. — Из-за этого я не мог отправиться домой. — Мне жаль, Пит, — выдыхает Тони, сжав руку на его плече, и созывает уже всех, чтобы обговорить план. Строить планы, когда не знаешь противника в лицо, тяжело, но некоторые из них встречались с этим Таносом. Это немного облегчает задачу, так как что-то начинает выстраиваться, пока Мантис, если Паркер правильно запомнил, указывает дрожащим пальцем в сторону Стрэнджа, неуверенно спрашивая: — Ваш друг… часто так? Питер резко оборачивается и сразу подбегает к нему, успевая вовремя поддержать за плечо, пока тот приходит в себя. Определённо раньше такого не было, но зелёное свечение напоминает Камень Времени, а петля через руки… что-то то означает. Только непонятно, что именно. — Что это было, Стефан? — тихо интересуется парень, с беспокойством заглядывая ему в глаза. — Я просмотрел варианты будущего, чтобы подсчитать наши шансы в битве, — как-то обречённо произносит Стрэндж, отводя от него взгляд. Потому что невыносимо знать, что будет дальше. Хоть и была одна радостная весть, но ни сказать, ни намекнуть нельзя. — И много увидели? — Четырнадцать миллионов шестьсот двадцать пять. — А сколько победных? — Один. Теперь прозвучал их приговор, ведь надежды на лучшее рассыпались уже у всех. Четыре. Паркер, конечно, слышал описание этого титана, но не думал, что тот и правда будет фиолетовым. Ему казалось, что это просто шутка, ведь другие пришельцы не были разноцветными, а здесь всё так. Только это не помешало им так глупо проиграть в маленьком сражении. Да и в каком сражении? Реальный отпор смог дать ему только Стефан со Старком, пока он собирал остальных, что разлетелись по планете. И это было ужасно. Да, можно во всём сейчас обвинить Квилла, когда пятый Камень уже на проклятой перчатке. Только вот парень не может этого сделать. Слишком понимал, каково же это, потерять любимого человека. Эмоции, испытываемые в этот момент, не поддаются контролю. Просто у всех они по-разному выходят. Кто-то предпочитает их запрятать глубоко в сердце, которого и нет уже, кто-то выплёскивает. Вот и у них так тоже. И сейчас им приходится ждать вердикта. Плевать, что все и так знают его. Пять. Питер ненавидит этот день всем сердцем. Ненавидит сны, приходящие к нему ночами. Ненавидит Таноса всеми остатками души. Ненавидит Титан, пусть тот прекрасен даже в таком виде. — Пит, иди сюда, — просит Стрэндж и сам же идёт к нему навстречу. — Что бы ни произошло дальше, помни, что ты никогда не будешь один. Слышишь? Пообещай мне это. — Я… я знаю, что будет дальше, — сглатывает Паркер, чувствуя, как в горле встаёт комок, не давая ему говорить нормально. — Мой кошмар. Это и есть он, Стефан. Только не говори, что это и есть то будущее. Мне не нужно оно, если тебя не будет рядом. Прошу. — Ребёнок, пообещай мне, — уже строже произносит он, не давая ему обернуться туда, где начинает рассыпаться Мантис. — Давай же. — Я никогда не прощу этого. Слышишь?! Не прощу, — кричит парень, отходя от него, и сжимает волосы на затылке. — Обещаю. Обещаю, чёрт возьми. Только не исчезайте. Не делайте кошмар явью. Умоляю. Я не хочу оставаться один. — Прости, Паучок, — шепчет Старк, опираясь на камни и грустно улыбается. — Передай Пеппер, что мне жаль. — Нет-нет-нет, — торопливо бормочет Питер, но его уже тоже больше нет. Медленно повернувшись к Стрэнджу, он касается его руки, и еле слышно выдыхает: — Прошу тебя… пап. Только не ты. — По-другому не могло быть. Мне жаль, Паучонок, — с мягкой улыбкой говорит Стефан и рассыпается пеплом по ветру. Паркер падает на колени, сжимая руки в кулаки, и не может сдержать крика, срывая голос окончательно. Ещё неделю назад у него было всё: семья, друзья, улыбка, сердце, смех. Любовь. А теперь остаются осколки от всего. Он остался один во всём мире.