Правильно неправильный

Торчали сейчас у кассы в макдаке, ждали, пока соберут их огромный заказ. Жрать хотелось всем, но топать до мака было лень — Юрка продул в «камень, ножницы, бумага», оказался крайним. Пашу идти никто не заставлял, но, конечно, он поперся следом. Чтобы просто вдвоем побыть, приватности в последнее время капец не хватало. С одной стороны, радовало, что скоро все закончится, с другой, было немного грустно. Материал почти весь отсняли, оставалось только три дня на дорогу обратно, плюс финальная съемка. Весело было, шумно и так хорошо рядом с Юрочкой. А еще слишком много алкашки, последние дни вообще не просыхали, и тесный вонючий автодом, который пропах потом и ссаниной. Паша даже не мог сказать точно, в каком городе они находились. Страну, наверное, еще бы вспомнил, а дальше уже никак. Две недели растянулись в голове на несколько месяцев. Существовали в отдельной вселенной, наверное, дома сложно будет влиться в обычную жизнь. Сейчас было плевать, Паша травил уверенно университетские байки, пытаясь развеселить сонного Юрца. Над историей про то, как комендантшу в общаге чачей подкупали, тот ржал почти до слез. Заказ им выдал какой-то молодой и прыщавый альфа, который пялился на Юру украдкой все это время. Юра подмигнул ему развязно, когда еду забирал, под алкашкой его вечно тянуло на какую-то ерунду. Паша на это лишь глаза закатил, говорить ничего не стал, тот ведь наверняка только и ждал какого-нибудь проявления ревности. — Меня так из-за самогонки из школы турнули, — доверительно поделился Юра, когда они вышли наружу. Вручил пакеты со жратвой Паше в руки, подливал деловито себе алкашку в стакан с колой. — Ну-ка, и что ты там устроил? — с искренним любопытством спросил Паша. — Да, бляха, ничего особенного, — замялся Юра, пошел вперед по темной улице. Ровно даже, не шатался почти. — Я в десятый класс вообще не хотел идти, у меня с учебой как-то не перло совсем. Только на меня мамуля насела, типа, не руинь себе будущее, потерпишь два года и поступишь в универ, даже кому-то денег в школе дала, чтобы меня не вытурили раньше времени. А потом сентябрь, бабье лето — тепло было в Гатчине, прям хорошо так. Отмечали днюху одноклассника, тот проставился бутылкой самогона, из деревни привез. Хорошим, сука, сразу всем бошки снесло. К нам привязался один альфа с параллели, тоже накатил, а через минуту хренак — стянул с себя все шмотки и побежал голым вокруг школы. Ну и я за ним следом. — Тоже голый? — Паша не выдержал, заржал громко, хотя до этого слушал внимательно. — Так тепло же было, Пашуль! — засмеялся в ответ Юра. — Короче бежим мы, а тут из-за ворот выруливает директор школы. Гаркнул на нас, мы перепугались и остановились, а он с ходу ко мне пристал, типа не должен приличный омега себя так вести. Мне за этого приличного омегу так обидно стало, вот я и покрыл его хуями. — Ну ты пиздец, Юр, — Паша потрепал его по волосам, отобрал колу с алкашкой, воруя глоток. — За это и выгнали? — Вроде того. Этот мудак еще ментов вызвал, типа несовершеннолетние пьют, но там меня родаки отмазали. Из школы все равно ушел, на хер оно мне надо, я уж лучше побуду неприличным омегой, — буркнул Юра, забрав стакан обратно. — Вот херли если ты сейчас побежишь с голым хуем, то это нормально, а если я, то сразу неприлично и на костре таких омег сжигать? — Если рассматривать все со стороны гендерных стереотипов… — Бля, Пашуль, не нуди, — закатил глаза Юра. — Лично у меня на твою голую жопу встает, поэтому я против таких пробежек. Юра перехватил его тут же за плечи, целуя жадно. Толкнул еще к стенке, Паша чуть пакеты со жратвой не выронил. Прижимался сам тесно, перехватывая инициативу в поцелуе. Так хотелось обнять нормально, но руки были заняты. — То есть у тебя встает, но не ебать меня два дня — это нормально? — Слушай, Юр, я тебе уже много раз говорил, что не собираюсь трахаться при других людях, не прет меня эта тема. — Как будто им не похуй, пьяные же все. И шторкой можно закрыться нормально. — Твоя шторка запах со звуками тоже скроет? Фыркнув недовольно, Юра отстранился и пошел в сторону машины. Типа весь такой обиженный и независимый, но бедрами при этом вилял как последняя сука. Все еще в этих коротких шортах, можно было во всей красоте оценить его жопу и длинные ноги. Паша сглотнул шумно, отлипая от стены и догоняя его в два широких шага. Кукуху, конечно, сносило не только от алкашки. Они с Юркой снова начали трахаться, и это было покруче самой забористой наркоты. Держать себя в руках было сложно, но Паша старался как мог. Чем меньше дней оставалось до возвращения в Питер, тем становилось сложнее. Потому что Юра четко тогда сказал — вернутся домой, и все это закончится. Наверное, оно было к лучшему, проходить снова через тот пиздец, что у них был в первый раз, не хотелось совершенно. С другой стороны, Паша так терялся в самом себе, так перся от всего происходящего. Никакой другой омега его раньше с ума не сводил, никто больше не вызывал столько эмоций. — Завтра что-нибудь придумаем, — пообещал Паша, притянув Юру за плечи к себе и поцеловав в висок. — Сам скоро ебнусь, клянусь, надоело, что ты каждое утро об меня стояком трешься, а сделать ничего нельзя. Они зависли в ста метрах от автодома, целуясь голодно, внутри ведь так было не поразвлечься. Конечно, все там прекрасно понимали, что именно между ними закрутилось, но палиться лишний раз не хотелось. Куда проще было делать вид, что ничего не происходит. Впереди послышались крики, и Паша задрал голову, игнорируя недовольное мычание Юры, которому хотелось еще целоваться. Дверь их автодома распахнулась, и из него кубарем вылетел Андрей, за которым выскочил Леха. Не первая попытка подраться за их поездку и даже не вторая — по синьке агрессивность у альф всегда росла, могли не поделить любую срань. Паша все равно бросился к ним, надо было разнимать мужиков, чтобы не светили потом в кадре разбитыми рожами. — Леха, бля, очухайся, вы что творите? — Старый поднялся неловко на ноги, вытирая кровь с разбитой губы. — Тебе сказали, что или последним в очередь, или не выебывайся, — непонятным голосом ответил Леша. Драться вроде больше никто не лез, Паша застыл в метре от них, пытаясь оценить ситуацию. Леха говорил и выглядел так, будто бы успел бутылку чего-нибудь крепкого выжрать за время их отсутствия, вообще на себя похож не был. В это время из машины дотянулся острый и тягучий запах, такой ни с чем перепутать нельзя было — так мог пахнуть только омега, у которого скоро течка должна была начаться. В голове мгновенно сложилось два и два, Паша бросился внутрь автодома. Там запах был еще ярче — его повело на секунду, щелкнул тумблер инстинктов. Рядом находился течный омега, которого хотелось до безумия, до ярких звездочек перед глазами. Надо было прогнать других альф, забрать себе и заставить орать на своем узле от удовольствия. Паша въебал себе по щеке с силой, в голове немного прояснилось. Старался дышать ртом и не вдыхать запах носом, повело же сейчас как малолетку. На разобранной двухместной койке внизу лежал полуголый Саша, судя по виду, вообще невменяемый. Над ним навис Димка, уже без штанов, но еще в футболке. Паша схватил его за ворот, вытаскивая рывком из автодома, чуть не сбил с ног Юрку, который в это время залетел внутрь, но даже внимания на это не обратил. Пропустил болезненный удар в живот, согнулся пополам. Перед глазами пелена стояла — инстинкты боролись с разумом. Паша никак не думал, что ему вообще придется участвовать в такой срани, как драка за течного омегу, пережиток времени, бля, пусть он даже и не ебать этого омегу хотел, а защитить. Дима сбил его с ног, они покатились по асфальту, сцепившись и обмениваясь редкими ударами. Возились неловко, Паша оказался сверху, бил по лицу размеренно. — Пашка, остановись, ты его покалечишь, — Старый сзади схватил его за плечи, стаскивая с хрипящего Димы. — Пусти, бля, я его сейчас разъебу нахуй, ему пизда, — Паша вырывался с силой, чуть не заехал со всей дури Андрею поддых. — Тварь, сука, убью к херам. Андрей не давал выбраться из крепкой хватки, держал крепко, Паша расслабился показушно, надеясь, что тот отпустит и получится еще пару раз пнуть эту падлу по почкам. Только через секунду из автодома выскочил Юрочка. — Отдай мне свою заначку, — сходу наехал тот на Андрея. — Юр, слушай… — Не буду, бля, я знаю, что у тебя отложено бабло на всякий случай, — Юра стоял, уперев руки в бока, такой злой и красивый. — Или ты мне его отдаешь, и мы спокойно с Сашей едем в аэропорт, либо я сейчас сажусь за руль и уезжаю. И мне вообще похуй, как вы будете выбираться из Европы без вещей, денег и документов — я с этими уебками и минуты больше рядом не проведу. Андрей посмотрел на него тяжелым взглядом, говорить ничего не стал. Достал бумажник из кармана джинс, вынул оттуда тонкую пачку купюр из бокового кармана. Выхватив у него деньги, Юра скрылся снова внутри, ничего больше не сказав. На земле тихо стонал Дима, Леха уже сидел, ощупывал сейчас пальцами разбитое лицо. Судя по всему, свежий воздух помог этим говнюкам очухаться. Сочувствия никакого к ним Паша все равно не испытывал. Не заслуживали его уебки, которые не могли себя в руках держать. В голове тупо стучала мысль, что в такой же ситуации мог оказаться Юрочка, они же постоянно куда-то вместе ездили, на съемки и выступления. Внутри свербело все, очень хотелось поговорить со своим омегой и позаботиться о нем. Паша поперся внутрь машины на деревянных ногах, с порога услышал, как Саша смачно блюет в туалете. — Вышел отсюда нахуй! — гаркнул на него Юра, высунув голову из тесной кабинки. — Юра, послушай меня. — Ты слова нормально понимаешь? Съебал отсюда, пока я тебе пизды не дал. Драка еще и с Юрой — это последнее, что ему хотелось, тем более все равно бы Паша ему ответить никак не смог, пальцем бы не дотронулся сейчас. Вышел послушно из автодома, прислонился спиной к двери и закурил нервно. — Давай я поеду с вами? Ну куда вы вдвоем? Тем более если у Саши сейчас течка начнется, — тихо сказал Паша, когда они вывалились в обнимку из туалета. — Не начнется, я дам ему блокираторы, — буркнул Юра, усаживая мокрого Кикира на кровать. — Юр, это все равно небезопасно. — Куда безопаснее, чем ехать куда-то с кучей уебищных альф. Юра скормил Кикиру таблетку, носился по тесному пространству, собирая их вещи. Саша вроде начал оживать — растирал лицо с силой, пах уже не так сильно. Внутри все равно еще витал этот тягучий аромат, от которого голову сносило, но Паша его уже почти не замечал, слишком был занят беспокойством за двух этих дурных омег. Нашел взглядом Андрея, который сидел на земле с красным от злости еблищем и курил. Минут через пять на другой стороне улицы припарковалось такси. Юрка почти сразу вывалился из автодома, придерживая Сашу за талию, оба с рюкзаками на спине, не смотрели ни на кого. Паша поперся следом, держа безопасное расстояние в метр. — Ты можешь хотя бы позвонить, когда вы доберетесь до дома? — попросил он, наблюдая, как Юра загружает вещи и Кикира в машину. — Иди нахуй, — отрезал тот, залезая внутрь и посмотрев напоследок зло. Паша проводил взглядом отъехавшую машину, зарылся пальцами в волосы, дергая за них с силой. Понимал, что Юрка просто перепугался, вполне нормальная реакция. Проще от этого не становилось. Вернулся к автодому, плюхнулся на асфальт рядом с Андреем. — Чего, не разрешил он тебе ехать? — спросил он, подавая Паше пачку сигарет. — Нет. Какой пиздец, почему ты меня не поддержал? Куда они поедут? — расстроенно сказал Паша. — Вдвоем, в чужой стране, жопа же. — Может, где-то еще и правда будет безопаснее. Пошли спать, завтра со всем разберемся. — Спать? Может, еще этих уебанов уложить рядом и одеялко им подоткнуть под бок? Ты серьезно сейчас? — А чего ты предлагаешь? Ваня вернется только утром, машину все равно до Питера гнать. Паша сплюнул на землю, поднимаясь на ноги и заходя в автодом. Проверил свои вещи — документы и техника убраны в рюкзак, там же пакет с грязной и чистой одеждой. Забрался наверх, задергивая за собой шторку, написал Юрке сообщение, попросив все-таки позвонить, когда они доедут. Уснуть, конечно, не получилось. Слушал, как мужики заходили внутрь, переругиваясь негромко, укладывались тоже по кроватям. Смотрел устало в потолок, в голове на бесконечном повторе крутились события сегодняшнего вечера. Подсознание подсовывало все самые плохие варианты. Что бы произошло, если бы после мака они пошли куда-нибудь ебаться, Паша ведь уже почти предложил, на самом деле. Городок был немаленький, наверняка можно было найти какой-нибудь мотель без клопов. Андрей бы этих двух лосей остановить не смог, ментов вызывать в чужой стране — такое себе развлечение. Да и даже в толерантной Европе секс в течку — это никакое не изнасилование, потому что по факту омега или женщина были никак не против. А уж то, что эта срань от них не зависит, гормоны ведь, учитывалось слабо. Не дошел до больнички или не принял блокираторы — все, пиздец, сам виноват. Проверял телефон каждые пять минут, Юра не звонил и не писал. Паша никак не мог забыть его лицо, когда тот с Сашкой уезжал — злое, но в это же время очень расстроенное и уязвимое. Больно было Юрочке понимать, что его близкие друзья, которым он доверял и с которыми работал, так его предали. Потому что гормоны гормонами, но ведь тот же Андрей смог сдержаться, да и Паша легко остановился, а эти два долбоеба не смогли. Потому что не хотели, потому что им было насрать — значения это не имело. В телефоне осталось двадцать процентов зарядки, Паша решил не рисковать и полез в рюкзак, чтобы достать из него пауэрбанк. И, конечно, телефон зазвонил в ту же секунду, как Паша спустился вниз, грозя перебудить звуком весь автодом. — Юрочка? — тихо выдохнул он в трубку, прижимая телефон к уху так крепко, как только мог. — Пиздец, я не знаю, Кикир или половину курса забыл пропить, или это ебанный перебор с алкашкой, но блокираторы все только на время затормозили, у него сейчас опять прет, и это кошмар, — затараторил Юра в трубку слишком быстро, глотал половину слов. — Я думал, этот блядский таксист нас в лес увезет, пришлось водой из бутылки его обливать. И то мне казалось, что он меня выкинет и утащит Сашку, у него взгляд капец уже поплыл. — Юрочка, остановись, — перебил Паша, у которого от нервов сердце в груди застучало слишком сильно. — Где вы сейчас? Скинь адрес, я вызову машину. — Сидим в какой-то круглосуточной жральне, кассир на меня уже пялится, ты можешь приехать? — Юра все не мог успокоиться. — Я натер Сашку мылом и облил подавителями запаха, но еще час и уже и это не спасет, я хуй знает, страшно пиздец. — Адрес, Юр. Телефон забомбил сообщениями почти сразу после окончания звонка — Юра умудрился три раза ошибиться в написании улицы. Паша вызвал убер, тупо порадовавшись, что не успел пропить все деньги, да и на карточке заначку держал. Не такую как у Старого, конечно, тот деньги прятал на случай тюрьмы или крупной автомобильной поломки, но хоть что-то. Андрей все это время тоже не спал — буравил Пашу взглядом с нижней койки, пока он по телефону разговаривал. Быстро обсудили ситуацию и решили ехать к ребятам вдвоем. Хуево, конечно, было бросать Ваньку с этими уебками, но выбора не оставалось. Тот сам решил уйти бухать со старыми знакомыми, может, если бы остался с ними сегодня, то всей этой хуйни не произошло. Или бы она стала еще хуже, но об этом Паша предпочитал не думать. Добрались до места минут за двадцать. Заведение серьезным не выглядело, какая-то обычная забегаловка с закосом на сетевые рестораны: яркое освещение, красные столы, пахло жиром и пивом. Зайдя внутрь, Паша сразу выцепил взглядом Юрку и Кикира, сидящих в углу. Юра тоже его увидел, заулыбался сначала весь, а через секунду улыбку будто бы смыло, лицо аж перекосило все от злости. — Ты охуел? Ты зачем этого уебка с собой притащил? — Юра выскочил из-за стола, закрыл Сашу своим телом. — Я, блять, тебе доверился, о помощи попросил. Убирайтесь отсюда оба к хренам. Паша выставил руки вперед в защитном жесте, обернулся нервно на Андрея. Не знал, как объяснить все нормально, никогда в жизни еще в такую дерьмовую ситуацию не попадал. — Юр… — растерянно начал он. — Ты сам сказал, что блокираторы не сработали, — перебил его Андрей, делая шаг вперед. — Чего ты еще предлагаешь? В больницу его отправить? На словах про больницу Юра поморщился и отвел взгляд. Судя по его виду, аргументов против у него никаких не было, но все равно хотел продолжать спорить. Течка для омег и женщин была штукой не очень веселой. Сильный гормональный всплеск, сорок часов блэкаута, когда сознание почти полностью подавлялось инстинктами. В принципе, если быть с альфой, то все проходило ровно и без эксцессов, для здоровья даже полезно. Не говоря уж про удовольствие, Паша всего раз был с кем-то в течку и, ну, эмоции тут описать нельзя было, с обычным сексом просто не сравнить. Только если проводить все это дело без спаривания, то результат для организма мог быть самым печальным. Поэтому настоятельно рекомендовалось или обзаводиться партнером заранее, или же топать в больничку, где тоже было совсем невесело — сорок часов в специальном отделении под капельницей, где купировали только симптомы. И опять же непредсказуемые последствия для организма, врачи это подавлять так и не научились. Много омег и девочек предпочитали жить на блокираторах, чтобы не ебаться с кем попало. Паша знал, что Юра вообще ни разу ни с кем в течку не был, всегда гасил. — Не надо в больницу, все в порядке, — подал тихий голос Саша, поднимаясь из-за стола. Весь мокрый, но сейчас очень красивый — волосы и кожа прямо светились мягко изнутри, изменился взгляд и даже голос, добавился к нему какой-то другой оттенок. — В порядке? Ебаться в течку со Старым для тебя типа нормально теперь? — прошипел злобно Юра, разворачиваясь к нему всем телом. — Ну, я могу и Пашу попробовать, понять хоть, чего ты от него так прешься, — Кикир рассмеялся, посмотрев на оскалившееся Юрино лицо, тот ведь даже зарычал тихо. — Да пошутил я, успокойся. Понял-принял, не рычи, братан. — Дебил, — огрызнулся Юра, поджав губы обиженно. — Я забронировал гостиницу рядом и вызвал машину, — подал голос молчавший до этого Андрей. — Во, исполнительный продюсер о нас заботится. Герр Старый щас всех спасет, или, бля, где мы? Месье Старый? Дон Старидзе? — Саша заржал громко, растирая пальцами влажные глаза. — Пизда перед глазами плывет, сейчас упаду. Мы же в Италии? Синьор Томас, поддержите меня, пожалуйста, пока я не ебнулся на пол. Юра подхватил его проворно за талию, потащил к выходу. — Ты, Старенький, не подумай ничего, я с тобой ебаться буду только из жалости, — продолжал смеяться Кикир. — Со мной все спят только из жалости, ничего нового, — поддержал его Андрей, копаясь в телефоне. Машина уже стояла на улице, Старый залез на переднее сиденье, не помогая затаскивать Сашку внутрь, не хотел, наверное, ругаться лишний раз с обозлившимся Юрой. Тот даже на Пашу огрызнулся, когда он помочь пытался. Юрка сидел между ними на заднем сидении, тормошил все Кикира, который поплыл уже пиздец. Так Юра откровенно нервничал и беспокоился, так Паше было его жалко. Он перехватил его за руку мягко, сжимая пальцы. Говорить ничего не стал, просто пытался показать, что все будет хорошо. В гостинице с оформлением почти не провозились, милая девочка на ресепшене быстро оценила их проблему. Во многих заведениях предлагали особые номера для течных омег и женщин — комната с хорошей звуконепроницаемостью, куда подвозили еду по часам и не беспокоили лишний раз. Такой услугой многие пары предпочитали пользоваться, не всегда же удобно было дома развернуться на полную катушку. У кого-то дети, кто-то не один жил, а тут полное уединение на два дня. Им с Юркой номер достался обычный — тесная комнатка с двуспальной кроватью и тумбочкой, на которой стоял старый телик. На окнах плотные темные шторы, на стене картина с сельским пейзажем, ничего особенного. Паша очень устал, казалось, что ночь уже длилась бесконечно долго. Хотелось лечь в кровать и выспаться нормально, переварить события прошедшего дня как-нибудь на трезвую голову. Только сон ему в ближайшее время по ходу не грозил, Юрку перекрыло, и он не мог перестать бомбить. — Сука, бля, пидоры, ненавижу, — возмущался он, мотался по тесной комнате из стороны в сторону. — Ты слышал это? Ну ты слышал, блять, они же уже очередь построили. Как будто там шлюха какая была, а не их старый дружбан. — Юр, хватит, не все могут с гормонами и запахом совладать, — успокаивающе сказал Паша, следя внимательно за его перемещениями. — Ты же не повелся, и Андрюха не повелся, хотя вас одинаково всех запахом ебашило, — зашипел Юра. — Хули ты этих тварей оправдываешь? — Не оправдываю, Юр, успокойся немного. — Нет, бля, послушай. Они заливали без конца, что им только татухи и музыка интересны. Такие все из себя защитники. Пиздели, не стесняясь — они же тупо вылезли на моем хайпе, словив удачно момент, когда у нас на КликКлаке миллионы просмотров поперли, и мои влоги распиарились. Смотреть на это было сложно, Паша подтянул Юру за талию, усаживая рядом с собой на кровать. Тот продолжал беситься, но не сопротивлялся особо. Опять же простые инстинкты — перепуганному омеге хотелось, чтобы его защищали и берегли, близость альфы тут всегда помогала. — И вот сейчас Сашка обязан ебаться со Старым, тупо потому что его блокираторы не сочетались с европейской алкашкой, — продолжал возмущаться Юра, но прижался при этом боком тесно, потерся щекой о плечо. Паша обнял его крепко, прижимая к себе, погладил шею сзади. Сначала осторожно, а потом растирая позвонки и забираясь пальцами за ворот футболки, Юра выгнулся невольно, подставляясь под ласку. — Слушай, Андрей просто хотел помочь, — Паша уткнулся губами ему в плечо, поцеловал мягко. — По-твоему, в больнице лучше, что ли? — В больнице вообще пиздец, — выдохнул Юра. — Просто все альфы уебки, как же я заебался. — Прям все? — Паша поднял тяжелый взгляд. Потянулся вперед, чтобы потереться носом об его волосы, но тот вывернулся из неловких объятий, вскочил снова на ноги. — Все, блять, ты думаешь, ты лучше? Тебя девочка в Питере ждет, а ты ебешься со мной все это время и делаешь вид, что все нормально, — снова заорал Юра, больно тыкая ему кулаком в плечо. — Мы с Аней расстались еще месяц назад, я думал, что Саша тебе об этом рассказывал, — Паша потянулся вперед, перехватывая его за руки и поглаживая мягко. — Неужели ты думаешь, что я бы стал с тобой спать, если бы все еще с ней встречался? — А чего нет? Ты без проблем меня кинул, как только ее встретил, тебя тогда ничего не беспокоило. Паша не выдержал, вскочил тоже резко на ноги, зарычав громко, и тряхнул его за плечи. Юрка метнулся тут же в угол комнаты, отгораживаясь стулом, смотрел еще так зло и растерянно. — Прости, Юр, я не хотел напугать. — Ты и не напугал. Не хрен просто ко мне лезть. Юра храбрился, это было понятно и очевидно. Паша отошел специально к двери, чтобы дать тому больше пространства. Так хотелось прижать к себе и погладить, успокоить этого дурного омегу, но лезть сейчас было себе дороже. Юрка зыркнул зло и прошел мимо, выбираясь на балкон, оттуда сразу потянуло сигаретами. На часах уже было пять утра, Паша растер устало лицо руками. Слишком длинная выдалась ночь, ничего не соображал. Оставить все так не мог, свербело в одном месте. И желание защитить омегу, и потребность оправдать себя. Паша никак не чувствовал себя виноватым в том, что у них в первый раз ничего не вышло, поэтому поперся на балкон следом. — Думаешь, тут можно курить? — спросил он, погладив осторожно Юру по плечу. — Похуй, — тот вывернулся из-под руки, заходя снова внутрь. Разговора, очевидно, не получалось, спорить сил никаких не было. Слушал, как Юрка чего-то шумит в ванной, сам поперся следом, когда он вышел оттуда. Умылся и отлил по-быстрому, даже зубы чистить уже было лениво. Чуть не наебнулся, запнувшись о кеды в коридоре — шторы были плотно задернуты, свет Юрка везде выключил. Он успел завернуться в плед с головой, лег на самый край кровати. Свернулся в клубок, поджимая ноги к груди, разве что плакат рядом не повесил, что ему обидно и трогать его нельзя. Раздевшись быстро, Паша залез в постель, вытягивая Юру из пледа. Тот начал было ворчать и выворачиваться, но Паша ему не дал, рыкнув тихо. Зависли друг напротив друга, Юра нахмурился, буравил взглядом. Некоторые вещи все-таки гораздо проще было решать без слов — Юрка сам улегся ему на грудь, дождался, пока Паша укроет их обоих одеялом, и закинул сверху ногу, потираясь носом об шею. На языке вертелось сейчас много разного, как плохого, так и хорошего, но говорить Паша ничего не стал, поцеловал коротко в щеку и обхватил крепко руками, закрывая глаза и почти сразу проваливаясь в глубокий сон. Утро наступило в час дня — телефон, забытый на полу в джинсах, зазвонил пронзительно громко. Пришлось вылезать из их тесного кокона, признавать, что новый день все-таки начался. В голове гудело от нервов и недосыпа, проснуться никак не получалось. На разговоры тоже особо не тянуло, обменялись парой ничего не значащих фраз, Паша вызвался геройствовать и принести им в номер кофе и завтрак. Вернулся быстро, прямо на углу нашлась неплохая кофейня. Юрка сидел полуголый на постели, с красным лицом и мокрыми глазами. Только Пашу увидел и сразу же вскочил с места, скрываясь в ванной. — Юр? — растерянно позвал Паша, поставив на стол стаканы с кофе и еду. Тот выскочил наружу буквально через секунду, не любил Юрочка от проблем убегать. Был сейчас одновременно злой и расстроенный, носился снова по комнате туда-сюда, прямо как вчера ночью. — Дима звонил, — выдохнул он, хватая со стола свой кофе. Паша понимал, что ничего хорошего не услышит, но спросить все равно было нужно. — И? — осторожно поинтересовался он. — Извинился сначала, типа все это огромное недоразумение. Говорил, как сильно обо всем жалеет, типа алкашка во всем виновата. А как понял, что я ему ни хера не верю, и прощать им такое точно никто не будет, столько говна полилось сразу, — Юра все-таки застыл на месте, вцепившись с силой пальцами в свою шею. — И сразу мы с Кикироном тупые омеги, которые их только тормозили, видео у нас говно, тексты и музыку я пишу отстойные. По всему, сука, проехался, пока я его нахуй не послал и трубку не повесил. — Ты же сам знаешь, что это херня, — успокаивающе сказал Паша, подходя ближе и поглаживая по спине. — Знаю, бля, но чего делать теперь? У меня столько всего на этих говноедов завязано. Группа, канал, студия, мы же только раскручиваться с ними начали, — Юра окончательно расклеился, полез в кровать, накрываясь одеялом с головой. — Не, даже не пытайся, — Паша стащил его на пол, шлепнул по заднице несильно. — Топай давай бриться и жрать, пойдем гулять. У меня все оборудование с собой, снимем тебе трэвел-блог, отобьем баблишко. — Нельзя трэвел-блог, Усачев помрет от смеха, если его глянет. Зачем нам мертвый Усачев? — неуверенно улыбнулся Юра. — Бляха, кулинарное шоу, социальный подкаст, программу про космос, вообще насрать. — Обзор на барбершопы, может, у кого-то получится соорудить у тебя на голове что-то нормальное. — Хочешь, чтобы я совсем лысым остался? Юра заржал громко, снова скрываясь в ванной. Только тогда Паша позволил себе расслабиться и выдохнуть, сел на кровать, растирая глаза пальцами. Очень тянуло набрать этих мудаков и рассказать им все, что он о них думает, сдержался с трудом. Сейчас важнее было постараться и отвлечь Юрку от всех плохих мыслей, не дать уйти в бесконечные загоны. К концу второго дня Паша уже искренне пожалел, что родители вырастили его таким хорошим и воспитанным альфой. Устал пиздец, они успели обойти весь городок по два раза, снимая всякую хрень. Юру как петух в жопу клюнул, такая жажда деятельности проснулась, идеями так и фонтанировал. Обратно в отель его получилось затащить только аргументом, что скоро течка у Кикира должна была закончиться и можно будет поговорить нормально. Вернувшись в номер, Паша полез в первую очередь в душ, вспотел капец за день беготни. Хотел постоять под горячей водой подольше, но снаружи уже раздавались голоса — судя по всему, их течная парочка освободилась от бесконечной ебли. — Привет, — улыбнулся Паша, пожимая руку Старому, который занял стул в углу комнаты. Саша пробормотал что-то невнятное в ответ, валялся на кровати вместе с Юрой, жадно жуя пиццу. Жрать после течки всегда хотелось невероятно. — Нет, вскрывать эту историю не вариант, на нас самих больше дерьма выльется, — задумчиво протянул Юра, вытирая усы салфеткой. Судя по всему, пока Паша мылся, тут уже начали стратегическое обсуждение дальнейших планов. — Ты так это оставить хочешь, что ли? — возмутился Андрей. — А что ты предлагаешь? Думаешь, они про нас какое-нибудь говно не сольют? — поморщился Юра. — Почему ты решаешь вообще? — не отступал Андрей. — Саша? Все в комнате уставились на Кикира, который от такого внимания чуть куском не подавился. — Юрка прав, по нам тоже сильно проедутся, — выдавил Саша, когда прокашлялся. — Не стоит оно того. Паша стоял прислонившись жопой к тумбочке и скрестив руки на груди. Очень хотелось поддержать Андрея, нельзя было просто спускать такое ублюдкам с рук, но он молчал. Не его это дело, в конце концов, он тут просто оператором работал. — Блядство ебанное, — буркнул Андрея, сминая в руках пустую банку пива. — И чего делать будем? — Я хочу оставить себе тату-студию. Канал на ютубе пусть забирают, просмотры все равно без нас упадут, — уверенно сказал Юра, похоже, для себя все уже давно решил. — Ну и выходит, что новый альбом мы тоже не запишем теперь. — А с отснятым материалом Евротура чего? — Пусть выкладывают, хули. Не возвращать же бабло спонсорам. Андрей с Юрой уставились друг на друга недобро, Саша переводил расстроенный взгляд с одного на другого, но все равно продолжал при этом есть. — У вас же были наработки на новое шоу со скетчами, — все-таки влез в разговор Паша, пытаясь разрядить обстановку. — У Юрки канал миллионник, если прорекламитесь, то народ вас куда угодно пойдет смотреть. — Хуйня какая-то, — Старый спрятал телефон в карман и поднялся со стула резко. — У нас самолет завтра в девять, не проспите бога ради. Паша не обиделся нисколько, прекрасно сейчас Андрея понимал. Тот на организацию этого тура кучу времени потратил, не получить с этого никакого выхлопа будет неприятно. — Не слушай его, Паш, зашибись идея. Реально же куча планов было, но времени не хватало, — Саша выбрался из постели неловко, вытирая пальцы о край футболки. — Я заберу пиццу с собой? Жрать хочу сил нет. — А куда ты собрался? — возмутился Юра. — Пусть Пашка туда спать пиздует, нахрена тебе уходить? — Я с Андреем двое суток ебался, потерплю как-нибудь еще одну ночь, — засмеялся Кикир. — Короче, пицца моя, ты и так жирный. Юрка потыкал ему в спину средним пальцем, обиженно стекая с кровати и захлопывая дверь. Полез за сигаретами в карман, но до балкона ему Паша дойти не дал, перехватил за талию, подтаскивая к себе. — Правда думаешь, что не надо никому рассказывать? — тихо спросил он, уткнувшись носом в волосы. — Это все извратят и Сашу самого виноватым выставят. Потому что хороший омега никогда бы не поехал в путешествие с кучей альф, не пил бы столько и не проебался с таблетками. Или сиди дома тихо, или не жалуйся потом, что тебя выебали, — фыркнул Юра, задирая голову и смотря Паше прямо в глаза. — Такой у нас мир, альфы в нем никогда не виноваты. — Хуевый какой-то мир. Отвечать Юрка не стал, вывернулся из рук с непроницаемым лицом и ушел курить. Паша смотрел ему молча в спину, стараясь не думать, что могло у Юры в жизни до этого случится, раз так сейчас на все реагировал. Это было не его дело и не его омега, как бы сильно ни хотелось обратного. Завтра они возвращались домой, значит, все в очередной раз заканчивалось. Стоило, наверное, потратить последние часы не на тяжелые мысли, а на что-то куда более приятное.