Sweet boy

Улыбка сама лезет на лицо, когда Тэхён мимолётно пересекается взглядом с барменом. Чонгук оглядывает троицу, занявшую место за одним из столиков — в вечер пятницы к бару протолкнуться практически невозможно, — и задерживает взгляд на Киме всего лишь на две секунды, после — отворачивается, улыбаясь девушкам, хихикающим рядом. Даже хорошо, что те сидят не перед его носом, а где-то там, в нескольких метрах. Будет ещё лучше, если они вообще больше не попадутся на глаза. Видеть довольную морду Ким Тэхёна он захочет разве что в следующей жизни, и то не факт. Внутреннее раздражение, которое обычно копилось неделями, а то и месяцами, вот-вот должно было выплеснуться. Мысли о предстоящем бое как ни странно успокаивали и отвлекали от рутинной работы, так что контролировать своё пошатнувшееся местами эмоциональное состояние удавалось без особого усилия. Всё потихоньку приходило в норму — так, как и должно было случиться рано или поздно. Голова привычно забита повседневными проблемами: не забыть оплатить квитанцию за коммунальные услуги, успеть прибраться в квартире после вчерашнего прихода Соён до возвращения матери с работы и предупредить босса о том, что он не сможет выйти в смену на выходных. В ней не было места новым проблемам, ведь решать их было банально некогда. Может, поэтому Чонгук так старательно избегает новых знакомых Юнги. Тэхён проблемный — в этом сомневаться точно не стоит. Чимин старается по возможности не участвовать в разговоре. Сидит, уткнувшись взглядом в телефон, и периодически отвлекается на свой апельсиновый фреш. Скучно. Лента Инстаграм листается уже в третий раз, Твиттер и Фейсбук давно проверены, а в приложении для знакомств тихо — ни одного нового сообщения. Он даже порывается дочитать книгу, которую откладывал уже месяц, но в таком шуме сосредоточиться крайне сложно. И зачем только Тэхён притащил его снова? Ему, вроде, и в компании этого Юнги весело. За соседним столом расположилась компания из пяти человек, трое из которых были мужчины средних лет. Те время от времени взрываются от смеха, хлопая жилистыми ладонями по крышке стола, из-за чего Чимин невольно вздрагивает. Маслянистые пальцы рисуют в воздухе невидимые фигуры — их громкие споры сменяются рассказами весёлых, по их мнению, историй. Один из них так увлекается пересказом своего вчерашнего дня, что размахивает руками не переставая, пытаясь подобрать нужное слово, что так не вовремя вылетело из головы, однако, притупившееся после четырёх стаканов пива, сознание не идёт на сотрудничество с языком. Тут и начинается новая волна смеха. Слишком громко. Грязные словечки, долетающие до ушей с разных углов бара, вызывают банальную неприязнь; запах алкоголя и сигарет — рвотные рефлексы. Посетители бара наперебой спорят друг с другом, отчеканивают пошлые шутки и в целом создают столько шума, что хочется немедленно заткнуть уши и убежать как можно дальше. Мимо проходящая девушка, потеряв равновесие, цепляется пальцами за его рубашку, и Чимин дёргает плечом, отодвигаясь как можно дальше, пока та, прикрыв рот рукой, окончательно не испортила этот вечер и его одежду заодно. Ещё раз он согласится пойти с Тэхёном в это дурацкое место… Лучше уж сидеть дома до конца своей жизни, нежели вдыхать смешавшийся запах пота и спиртного. Кажется, его сейчас стошнит. Он поднимает голову, переводя взгляд на друга, уже собирается сказать, что ему пора, но Тэхён не замечает его попытки наладить зрительный контакт и намекнуть на скорый уход. Зато это замечает кое-кто другой. Мало того, что ему некомфортно сидеть в баре, среди опьяневших людей, так ещё и приходится ловить неоднозначные взгляды в свою сторону. Юнги тут же переключается обратно на болтающего Тэхёна и в следующий раз смотрит только тогда, когда Чимин, вздохнув, тянется к телефону и быстро что-то печатает. И пусть внутри всё кипит от злости и недовольства, говорить что-то Тэхёну не хочется. Собственный комфорт всегда отодвигался на задний план. Если Тэхёну весело, он потерпит. Ничего ведь страшного не произойдёт? Загоревшийся экран чужого мобильника отвлекает от разговора. Даже Тэхён замолкает, глупо пялясь на Юнги, который неловко пожимает плечами и решает ответить на сообщение позже. Сначала Чимин никак не реагирует на происходящее. Он и значения не придаёт, что Юнги косится на свой телефон, сдвинув брови к переносице. Только потом, отправив второе сообщение в приложении для знакомств, чтобы хоть как-то скрасить ужасный вечер, и мгновенно услышав писк, принадлежащий телефону Юнги, напрягается. Забавное совпадение. Чимин даже хмыкает, предполагая, что Юнги написывает его девушка. Ну или друг? Кто его знает. Может, его разыскивают и хотят встретиться, провести хорошо время, а он сидит тут с ними и тоже, кажется, скучает. Нетрудно заметить, как Юнги постоянно отвлекается. То в сторону бара посмотрит, вытянув шею, то ещё куда-нибудь. Но если он не заинтересован в разговорах с Тэхёном, то зачем он здесь просиживает штаны? Понятное дело — Чимин. Он-то по дружеской просьбе помогает, хотя до сих пор непонятно, каким образом. Сложившаяся картина больше похожа на скучную театральную постановку. Какую роль в ней играет Юнги — тоже неясно. Задумчивый взгляд скользит по чужому экрану. Конечно, нехорошо лезть не в своё дело, но лежащий на столе телефон привлекает внимание снова. Юнги тут же закрывает тот ладонями, дабы избежать лишних вопросов, однако Чимин всё-таки успевает заметить окошко диалога. Оно кажется до боли знакомым. Проходит минута, две, Юнги замирает, а после поднимает голову и смотрит круглыми глазами на Чимина. Шестерёнки в голове противно скрипят, прокручиваясь, и оба одновременно вздрагивают. Чимин вовсе весь белеет, напоминая бумагу. Ухмылка пропадает с губ моментально, становится совсем не весело. Нет, это было бы слишком тупо. Такое ведь только в фильмах бывает, да? Юнги… Юнги! Губы раскрываются в немом вздохе. За секунду Чимин переживает спектр человеческих эмоций: от состояния паники до лёгкого шока. Какова вероятность того, что его Юнги из приложения знакомств имеет что-то общее с этим, который сейчас сидит перед ним и хмурится, держа мобильник трясущимися руками. Подождите… — Я должен позвонить, — бормочет парень, вставая со своего места, и, дабы прервать неловкую паузу, извиняется. — Брат написал. Чимин судорожно выдыхает, но его глаза по-прежнему выглядят как два блюдца. Приходится кашлянуть и опустить голову, потому что Тэхён какое-то время сверлит его непонимающим взглядом, а после заявляет: — Ты сегодня какой-то напряжённый. — Мне… мне надо в туалет, — говорит тот и на ватных ногах уходит подальше от любопытного взгляда. Тэхён кидает сухое «окей» и, подперев подбородок кулаком, смотрит на своего ледяного принца. Бармен не замечает его гляделок, ему, как и всегда, некогда, а Тэхёну слишком скучно сидеть одному. Почему бы не подойти и не поздороваться? Чимин чувствует себя каким-то параноиком, раз в последний момент решает свернуть не в туалет, а на улицу, чтобы отыскать Юнги и задать один-единственный вопрос: «Ты не соврал?» А следом добавить: «Пожалуйста, скажи, что нет, иначе я не переживу этого стыда!» Главное, дышать и оставаться спокойным. Мало ли в жизни бывает случайностей? И вряд ли Юнги единственный во всём Сан-Франциско. Чимину очень хочется в это верить, ведь если он почти два месяца переписывался с парнем, который сейчас вздрагивает от неожиданности и смотрит так же испуганно, как и он, он точно уйдёт в мир иной прямо на этом месте. Без шуток. Юнги совсем не думал, что тот пойдёт за ним следом. Надеялся переждать пару минут, подышать свежим воздухом и обмозговать сложившуюся ситуацию. Никакой брат ему не писал — писал инкогнито, который, как оказывается, не такой уж и инкогнито… Голова сейчас взорвётся от такого поворота. Оба открывают рот в попытке что-то сказать и оба не находят подходящих слов. Верить в происходящее почему-то не хочется. Внезапно Юнги отворачивается и смеётся в кулак, произнося не верящее «да ну нахрен!». Чимин за его спиной невесело хмыкает. Кажется, только что у Вселенной произошёл глюк. Конкретный такой. Может, сегодня солнечное затмение? Планеты выстроились в какой-нибудь неправильный ряд? Или что вообще сейчас происходит. И если один из них вертит головой и повторяет «быть этого не может», то второй смотрит куда-то себе под ноги и не думает ни о чём совершенно, будто из него выкачали все эмоции разом, оставили только одну — растерянность. Такое вообще не должно происходить. Что за злой рок судьбы? Успокоившись, Юнги смотрит на него очень внимательно, по-новому, будто впервые видит, а Чимин, кажется, вообще выпал из реальности. По-другому не объяснишь, почему он около минуты прожигает взглядом асфальт под ногами и даже не моргает. Сказать хочется многое, ведь без лишних объяснений становится понятно — они уже знакомы. И это самая странная вещь, которая происходила с ним за всю его жизнь. Перед ним стоит человек, которому он ежедневно желал спокойной ночи, писал о своих самых сокровенных мечтах, рассказывал о снах, целях, страхах, и отвечали ему с таким же интересом и искренностью… Нет. Перед ним стоит щуплый парень с дурашливой улыбкой. Они не могут иметь ничего общего. Радоваться происходящему или нет, Юнги ещё не знает. Он сам просил о встрече и мечтал увидеть своего инкогнито вживую, но не так неожиданно же! — Ты… — начинает Юнги, но Чимин резко разворачивается и ретируется в сторону двери, — выглядишь лучше, чем я представлял… — заканчивает уже с усмешкой. В телефоне открытая переписка и два новых сообщения: Инкогнито, 23:01 Мне сейчас так скучно! Сижу в баре :( Инкогнито, 23:03 Как твои дела? — Охренительно, — отвечает Мин уже вслух и как-то нервно улыбается, запуская пальцы в волосы.

✘ ✘ ✘

Чонгук очень красив, когда сосредоточен. А ещё когда хмурится, делая вид, что не замечает протиснувшегося к нему Тэхёна. Попугайчик тянет губы в полуулыбке, кладя локти на стойку, и какое-то время просто наблюдает за ловкими движениями бармена. Как назло все заказы уже отданы, поэтому приходится занять руки хотя бы тряпкой. Натирая идеально чистую поверхность, Чонгук постепенно перемещается в другой угол бара, чтобы поскорее избавиться от липкого взгляда. Тэхён двигается тоже. Ухмыляется, ведь тот нарочно возвращается на прежнее место, вновь создавая между ними какую-никакую дистанцию. Он бегает от него, как какой-то ребёнок, и это не может не веселить. После двух минут таких игр, Чонгук вздыхает, кидает тряпку под стойку и смотрит с прищуром. Тэхён улыбается и, чтобы не прервать зрительный контакт, делает заказ: — Виски, — поднимая ладонь вверх, говорит он. — Пожалуйста, — добавляет с ухмылкой. Чонгук абсолютно молча отмеряет нужную порцию алкоголя и выливает в стеклянный стакан, после — ставит его перед Тэхёном и разворачивается. Всё просто: если игнорировать человека, он рано или поздно должен от тебя отстать. В теории. Только с Ким Тэхёном это не работает. Он не сдвигается с места даже тогда, когда Чимин подходит к нему и осипшим голосом говорит, что ему пора домой. Вид у него был болезненным, поэтому возражать Тэхён не стал, лишь предложил проводить до машины, на что получил отказ. Юнги, вернувшись, тоже что-то бормочет про время и хлопает на прощание по плечу. — А ты куда… Он догоняет Чимина на улице. Даже руку вытягивает, собираясь остановить и попросить хотя бы минутку, но тут же одёргивает её. Чимину, как он успел заметить, неприятны чужие прикосновения. У них и так не заладилось общение, — хотя это как посмотреть. В голове не укладывается, как тот дружелюбный инкогнито, ставший для него за два месяца хорошим другом и интересным собеседником, в реальности ускоряет шаг, делая вид, что не замечает хвоста за собой. Он не то чтобы говорить не хочет, он даже не оборачивается. Юнги вдруг смеётся и тормозит посреди парковки, до которой они успели дойти. — Да подожди ты! — Чужая спина удаляется с каждой секундой всё дальше и дальше. Как-то не особо Чимин рад такому раскладу. — Ты можешь хотя бы выслушать меня? Тот наконец-то тормозит. Сжатые в ладони ключи от машины медленно опускаются. Он шумно вздыхает, прикрывая глаза на секунду. Юнги этим и пользуется, быстро сокращая расстояние. — Я сам в шоке, поверь мне. — Пальцы необдуманно ложатся на предплечье. Юнги почему-то кажется, что тот сейчас рванёт с места и убежит, поэтому и пытается хоть немного выиграть время. Чужие поджатые губы заставляют поднять руку в воздух. — Прости. Оба чувствуют себя слишком уж глупо. Чимину вдруг кажется, что он стал участником телешоу, где над ним по-идиотски подшутили. Сейчас из кустов вылезут операторы, ведущий, приставят микрофон ко рту, направят свет на лицо и спросят: «Как ваши ощущения?» Ну как бы вам объяснить… он переписывался с человеком, который, как ему казалось, представляет для него интерес, и это общение имело определённые рамки. И те нарушились. Что он чувствует? Во-первых, злость к самому себе. Доверять человеку, которого ты толком не знаешь, было опрометчиво. Во-вторых, какое-то разочарование. Нет, он, конечно, не ждал, что по ту сторону экрана сидит красавчик под сто восемьдесят сантиметров, но… но он явно не думал, что человек, привлёкший его внимание, будет носить рваные джинсы, простенькие футболки и между подработками на автозаправке зависать в баре. А ещё иметь довольно тихий голос и ничем не примечательную внешность. И вот даже не хочется признаваться в том, что он сам выдумал себе образ идеального парня. Знал ведь, что это общение никуда не приведёт и видеться им не надо, ведь теперь, столкнувшись лицом к лицу, вместо «я так рад нашей встрече» вырывается: — Лучше бы мы не встречались. Юнги от неожиданности теряется. Чимин выглядит по-настоящему расстроенным, потому и пытается спрятать лицо в тени. Вот так встреча, которую Юнги ждал с нетерпением, хах. — Не оправдал ожиданий? — хмыкает. Чимин качает головой. — Дело не в этом. — Даже слова подобрать не получается. Так и стоит с открытым ртом, не зная, что сказать в ответ. — Мне пора, — отвернувшись, говорит Чимин совсем тихо, а после уходит прочь. Есть вещи, которые не должны покидать своё место. Это правильно. Их общение не является исключением. Парковка окончательно пустеет. Чимин сжимает руль крепче, кидая взгляд на зеркало заднего вида, и замечает вдалеке неподвижную фигуру Юнги. Тот совсем не двигается, лишь засовывает ладони в карманы толстовки. Может, изначально не стоило надеяться на что-то? Они познакомились совершенно случайно, непринуждённая беседа вылилась в диалог, который всё никак не мог прекратиться. Юнги давит горькую усмешку. Он был уверен, что встреча только укрепит их зарождающуюся связь, ведь, как ни крути, они многое знают друг о друге. Незнакомцы оказались намного ближе, нежели самые близкие. Ирония судьбы? Нет, такова жизнь. Возвращаться в Рэд хочется меньше всего. Он бы и рад освободить голову от ненужных мыслей, высказаться Чонгуку — своему лучшему другу — только вот подобный разговор вряд ли когда-то состоится. От этого и становится так тоскливо на душе. Чонгук — последний в списке знакомых, кто захочет выслушать о его переживаниях. И дело не в том, что Чонгук предпочитает не жаловаться и не обнажать свои чувства, а в том, что он и понятия не имеет, каково это — так быстро влюбиться в человека и потеряться в этих чувствах. Наверное, бессмысленно скрывать, что Юнги лелеял надежду стать ближе. Всё думал как-нибудь вытащить своего инкогнито на прогулку, разболтать, а там и предложить сходить куда-нибудь вместе. Потому что за эти два месяца стало понятно — они легко находят общий язык друг с другом. Чимин, кажется, единственный, кому он смог довериться так быстро. Все эти сообщения, ставшие привычным делом, заботливые слова, рассказанные истории — неужели это была бесполезная трата времени? Юнги поднимает голову наверх, втягивая ночной воздух. И, вроде бы, ничего страшного не произошло, но в груди оседает неприятное чувство. Разочарование? Скорее всего.

✘ ✘ ✘

Ближе к утру народ начинает расходиться. В баре наконец-то становится тихо и пусто, не считая отрубившихся прямо за столом постояльцев Рэда. Чонгук лишь хмыкает, думая о том, что если те скоро не проснутся, придётся насильно поднимать их на ноги. До закрытия остаётся меньше часа, он наводит порядок на барной стойке, когда из туалета выплывает Тэхён и тут же прислоняется к стене, чтобы сохранить равновесие. Сколько же он выжрал за ночь? Бровь ползёт вверх. Если честно, Чонгук был уверен, что попугайчику хватит и двух повторений виски, но судя по тому, что тот всё ещё стоит на ногах (пускай и слабенько), не стоило недооценивать его организм. Тэхёну и самому кажется, что он сейчас на восемьдесят процентов состоит из алкоголя. Перед глазами всё безбожно плывёт, его будто на карусели раскручивают. Прочистив желудок, легче не стало. Он присаживается на корточки, толком не соображая, где находится. И стоило так напиваться? Получить должное внимание так и не удалось — Чонгук не отходил от бара всю смену, на попытки завязать разговор лишь сверкал недовольным взглядом, так что даже поговорить не получилось. А с Ви он общается охотнее. — Мы закрываемся, — бесцветно говорит бармен. Вытурить заснувших пьянчуг — дело одно, другое — достучаться до Тэхёна. — Я к тебе обращаюсь, — на всякий случай поясняет Чонгук, ведь тот не реагирует на его слова. Глаза еле как держатся открытыми. Уже как-то и не до своих глупых игр. Окей, не стоило вливать в себя столько всего и сразу. Его бессвязная речь вынуждает закатить глаза. В принципе, ожидать другого и не стоило. Чонгук, отложив тряпку, шумно вздыхает. Может, ему и хочется поскорее добраться до дома и завалиться спать, но есть в нём капля человечности и сострадания. Он уже успел переодеться, закрыть кассу и проверить сообщение от Ника с точным временем сегодняшнего боя, а Тэхён так и не сдвинулся с места. — Подъём! — Он ударяет ладонью по крышке стола, отчего завсегдатаи заведения растерянно поднимают головы. Не препираются, когда бармен показывает на дверь. Они еле как встают на ноги и уходят. Звон колокольчика на входе разбавляет тишину. Солнце уже встало, по улицам бродят прохожие, напоминая, что новый день уже наступил. Чонгук проводит ладонью по лицу, снимая с себя усталость. День-то начался, а он ещё даже не ложился. С этими сменами упускаешь, как утро сменяет ночь. Жизнь движется, кажется, где-то за пределами Рэда. Для него же не происходит ничего необычного. Хотя… Его утро ещё ни разу не начиналось с того, что малознакомый парень с дорогими часами на запястье, морщится, пытаясь справиться с головокружением. Чонгук стоит возле него, смотря сверху вниз, и складывает руки на груди, окидывая уставшим взглядом. Этого ещё не хватало для полного счастья. — Чон… гук. — Икнув, существо наконец поднимает голову. И вот хочется зло хмыкнуть, видя того в хреновом состоянии, да совесть не позволяет. Отходняки будут крайне весёлыми. Может, послужат уроком. Изо рта вырываются непонятные звуки. Тэхён бубнит, цепляясь слабыми пальцами за его кроссовки. И вот что с ним делать? — Эй. — Щёлкнув пальцами перед его лицом, Чонгук хмурится. Реакция, конечно, не айс. — Идти можешь? Или позвони кому-нибудь, пусть тебя заберут. — Он на автомате проверяет время на часах — 05:53. Надо бы поторопиться. Тэхён по непонятной причине расплывается в кривой улыбке. Ну да, конечно. Похлопав по чужим карманам, Чонгук нащупывает телефон. — Зашибись. — На дисплее высвечивается окошко для ввода пароля. После нескольких попыток разблокировки, настроение стремительно катится к нулю. Время поджимает, нянчиться с попугайчиком времени нет, но он даже посадить в такси его не может — адреса назначения не знает. Он еле как закрывает Рэд, придерживая отрубившегося Тэхёна одной рукой. Оставлять в баре полубезжизненное тело — не вариант. Единственное, что приходит в голову — позвонить Юнги. Они, вроде как, общаются, вот и пусть спасает своего дружка, а у него своих дел по горло. Шесть пропущенных, и Чонгук конкретно начинает выходить из себя. Минутная стрелка на часах как назло движется быстрее обычного. Доковыляв несколько метров вдоль дороги и увидев лавку, он, недолго думая, толкает Тэхёна на неё и зарывается пятернёй в волосы. Нужно немедленно что-то придумать. Мимо проносится женщина в спортивной одежде, и Чонгук невольно думает оставить попугайчика прямо здесь, на скамейке. Кто-нибудь неравнодушный обязательно поможет ему, вызовет скорую, а ему бы домой, отоспаться и успеть привести себя в должный вид перед боем. Нет времени ни на освидетельствование, ни на объяснение ситуации. Тэхён валится мешком на деревянную поверхность. Чонгук, кидая сердитый взгляд на него, прикрывает глаза, чтобы не заматериться.

✘ ✘ ✘

Шея из-за неудобного положения затекла, Тэхён морщится, пытаясь разлепить веки. Пересохшие губы шевелятся. Он низко стонет, двигая онемевшей челюстью — либо кто-то не хило вмазал ему, либо он выбрал не самую удачную позу для сна. Проморгавшись, Тэхён всё же отрывает голову от дивана и растерянно оглядывается. Незнакомое помещение, напоминающее подсобку какого-то магазина, сбивает с толку. Полки забиты большими пластиковыми боксами с неизвестным содержимым, окон нет, да и пахнет… машинным маслом? — Баттон уделал Льюиса Хэмилтона, выступая с ним в одной команде, о чём ещё тут можно говорить? Ещё раз назовёшь его чемпионом-однодневкой, и я тебя покусаю, честное слово! — Неожиданно в комнату вваливается Хосок, держа в одной руке стаканчик с кофе, а другой — угрожая Намджуну, который только ухмыляется на слова друга. Их громкие голоса разносились по коридору ещё пятнадцать минут назад, но Тэхён толком не смог разобрать их. Голова кажется настолько тяжелой, что он обратно укладывается на диван. Шевелить мозгами хочется в последнюю очередь. Пока он с горем пополам вспоминает отрывки ночной попойки, Хосок, заметив, что он проснулся, быстро переключился на него. — Видел бы ты свою помятую рожу! — Смех разносится прямо рядом с ухом, и Тэхён морщится. — Что я здесь делаю? — сипло спрашивает он, потирая щёку, на которой, кажется, остался след от колец. Намджун, наблюдая за ним со стороны, не сдерживается от ухмылки. Он-то думал, Ви — не тот, кто будет напиваться до состояния отключки и просыпаться в незнакомых местах, но сейчас, видя его мятую и местами грязную одежду, к нему закрадываются сомнения. Странно — не то слово. Кажется, не такой уж этот Ви крутой. Лежит вон, помирает от похмелья на их стареньком диване, на котором они с Хосоком когда-то ночевали по очереди, работая попеременно. Сейчас такой необходимости уже нет. Автосервис раскрутился, нашёл постоянную клиентуру, так что теперь имеет свой коллектив и постоянный заработок. И всё же избавляться от старого дивана с пятном от сальсы не хватает духу. Словно совсем недавно они перебивались полуфабрикатами, мечтая о красивой жизни, а теперь к ним выстраивается очередь. Хосок так вообще появляется в стенах автосервиса раз в несколько дней — у него дела поважнее, некогда расхаживать и строить из себя строгого босса. Хотя, будем честными, он это любил. — Ну ты даёшь! — Слышать Хосока с утра пораньше — такое себе удовольствие. Его звонкий голос, отдающийся в ушах, только усиливает головную боль. А эти красные волосы, маячащие перед глазами… Тэхён жмурится, умоляя окружающий мир убавить громкость. — Ты вообще ничего не помнишь? — Нет. Последнее воспоминание, сохранившееся на задворках памяти, это как он залипал на голубоватый огонёк горящей самбуки, а после и на бармена, стоящего напротив. — Тебя Чонгук приволок, попросил помочь. А… — Хосок издаёт смешок. — Ещё он сказал тебя вышвырнуть, как только ты проспишься. Глаза мгновенно распахиваются. Тэхён аж подскакивает с места, раскрывая рот. — Он ещё что-нибудь сказал? Намджун хмурит брови. — А должен? Он толком ничего не объяснил, выгрузил тебя, да и умотал спать. — Прямо настоящий джентльмен. Тэхён хмыкает. Ладно хоть не успел наговорить лишнее. — Сколько времени? — Почти три, — раздаётся сбоку пофигистичный тон Хосока. Ему, кажется, абсолютно всё равно на то, что Чонгук попросил помощи именно у них, — это Намджун выглядит задумчивым. Есть у него парочка вопросов, но озвучить их он не успевает. Приход Чонгука становится неожиданностью. Этого ещё не хватало. Пока Хосок тянет довольно губы, подрываясь с подлокотника дивана, чтобы поздороваться, Тэхён ловит недоуменный взгляд Намджуна. — Пришёл забрать этого пьянчугу? Надо же, не думал, что вы так быстро подр… — Чонгук. — Речь Хосока обрывается Тэхёном, поэтому красноволосый поворачивается к нему лицом и поднимает бровь. — Можно тебя на пару слов? Чонгук, нахмурившись, переводит взгляд на него. Однако просьба остаётся проигнорированной. — Спасибо за помощь. Не знал, что с ним делать. До Юнги дозвониться не смог, это его знакомый. Надеюсь, он ничего не испортил? — Знакомый Юнги? — непонимающе улыбается Хосок. — В смысле? В следующую секунду Тэхён, схватив под локоть Чонгука, тащит того на выход, оставляя удивлённых парней. — Мне кажется, или Чонгук только что сделал вид, что они незнакомы? — щурится Хосок, на что Намджун пожимает плечами. Чонгук предсказуемо дёргает плечом, чтобы от него отцепились. Уже выйдя на улицу, Тэхён поднимает руки, якобы извиняясь. Не стоит Хосоку с Намджуном знать обо всех деталях их недо-общения — так будет безопаснее для всех. В особенности для него. Вряд ли Чонгук обрадовался бы, когда узнал, что буквально позавчера мялся, не зная, как заговорить с Ви, а сейчас раздражённо вздыхает, не желая тратить своё время на Тэхёна. Ситуация, конечно, забавная, оттого и поднимает настроение. — Ещё раз такое повторится, я оставлю тебя на лавке. Проснёшься без кошелька и денег, — может, тогда дойдёт, что пить в таких количествах — вредно. — Чонгук даже не смотрит в его сторону — разматывает наушники, вытащенные из кармана. Тэхён только сейчас замечает на нём шорты и баскетбольную майку. Вышел на пробежку? — Да-да, спасибо, что не оставил ночевать с бомжами, — благодарность получается скомканной. Ему, если честно, сейчас не до разговоров. Голова трещит, да и покурить неимоверно тянет. — У тебя случайно не найдётся… — Тэхён поджимает губы. Что-что, а сигареты у этого мистера Правильности вряд ли найдутся. — Если честно, я не особо помню, что вчера было. Не подскажешь? Может, один симпатичный бармен всё-таки ответил мне взаимностью? Чонгук, заткнув уши наушниками, делает вид, что не слышал вопроса. Когда-нибудь его доброта выльется ему боком. Лучше бы реально оставил его на улице. Может, тогда бы тот не давил довольную усмешку. Надо будет сказать Юнги пару ласковых при встрече — всё-таки его дружок. Он оставляет Тэхёна за спиной, постепенно сменяя быстрый шаг на лёгкий бег; мысли мгновенно переключаются на предстоящий вечер. Бой через несколько часов — нужно навести порядок в голове.

✘ ✘ ✘

К вечеру удаётся влиться в рабочее русло, так что сейчас, спускаясь по ступеням в подвальное помещение, Чонгук чувствует себя привычно. На плече — спортивная сумка со сменной одеждой, в руке — телефон, который ещё минуту назад атаковал Стив, не обнаружив его в раздевалке. Начало только через час — времени ещё достаточно, но тот вечно разводит панику на пустом месте. В наушниках заканчивает проигрываться «The Plot In You — Feel nothing», он поднимает взгляд, чтобы поздороваться со знакомыми. Лицо полностью расслабленное, но сосредоточенное. Чонгук не чувствует ни волнения, ни страха, ни другие посторонние эмоции, которые бы могли сбить его с настроя. Да и пугаться нечего: это всего лишь ещё одна возможность заработать деньги, причём честным трудом; другое дело — не совсем легальным. Но это уже не его проблемы. — Как настроение? — Стандартный вопрос одного из организаторов, с которым он знаком уже три года — с того момента, когда и ввязался во всё это дело. Ещё на первом курсе колледжа его и ещё парочку других студентов, занимающихся единоборствами (он на тот момент начал увлекаться боксом), пригласили поучаствовать в показательных боях. Ничего серьёзного: выпустили на ринг, собрали кучу народа и пообещали щедро заплатить за одержанную победу. Слово сдержали. Уже после боя отвели в сторонку и предложили выигрыш посерьёзнее. Чонгук согласился почти сразу же: за спиной четыре года занятий по вольной борьбе и два по джиу-джитсу, да и перспектива быстрого и относительно лёгкого заработка сыграла решающую роль. Конечно, никто не предупреждал, что подбор соперников будет осуществляться определённым образом. Не учитывались ни весовая категория, ни возраст или тот же опыт, — всё зависело от желания. Не каждый горел идеей добровольно подписаться на возможные травмы и переломы, а в случае победы ещё и отстегнуть немаленькую часть денежного выигрыша. В случае полученного вреда для здоровья компенсация не предусматривалась, однако желающих не убавлялось. В лицо организаторов никто не знал — основное условие для участия. Чонгук же — один из немногих, кто был лично знаком со Стивеном, так что распространяться по этому поводу не любил. Их дружба держалась за счёт того, что Стив был владельцем клуба, в котором он тренировался уже несколько лет. Знакомство было полезным, поэтому поддерживать отношения стоило. К тому же Стив устроился вполне удобно: наблюдая за Чонгуком в клубе, он частенько приглашал его поучаствовать в боях, заранее зная, что поставленная на его победу сумма должна оправдать риски, да и договориться с ним было проще. Чон часто соглашался, даже не интересуясь всеми нюансами, — для него в приоритете стоял выигрыш, который он в большинстве случаев получал. — Я в форме, — спокойно говорит Чонгук, кидая сумку на лавку. Стив, похлопав по плечу и удостоверившись, что сегодня всё пройдёт наилучшим образом, уходит, напоминая о времени. В раздевалке становится тихо. Он бросает взгляд на металлические шкафчики с прорезями и делает глубокий вдох. Старая лампа над головой издаёт гудение, свет её тусклый и рассеивающийся — при таком освещении трудно разглядеть надпись над потолком. Из-за приоткрытой двери душа в воздухе оседает сырость. Краска на стенах облупленная, местами пожелтевшая из-за влаги (крыша подтекает уже не первый год), да и сама раздевалка не видела ремонта бог знает сколько времени. Подвальное помещение, в котором они находятся, переоборудовано под зал для бокса. Длинные коридоры ведут в общую комнату небольшого размера. Под потолками висят груши нескольких видов, к стенам закручены турники, ринг красно-синего цвета занимает почти что всё пространство. Места мало — для большого количества людей, конечно же, не предназначено, но это, кажется, мало кого смущает. Толпа жмётся у стены, успевая сделать ставки, и с гулом встречает сегодняшних бойцов. Чонгук, переодевшийся в боксёрские трусы, снимает с себя футболку, демонстрируя забитый торс. Девушки восхищённо пищат, вытягивая шеи. На плечи ложатся чьи-то руки. Чонгук, подправив капу во рту, оборачивается, встречаясь взглядом с Юнги. Ну наконец-то. — Я уж думал, ты забил, — без доли обиды в голосе звучит от Чонгука, на что Юнги только широко улыбается. — Обижаешь, братан, я поставил на тебя целое состояние, так что не подведи. Чонгук вопросительно изгибает бровь, однако спросить, где друг взял столько бабла, не успевает. Его подталкивают вперёд, сопровождая любопытными взглядами. Вместо круглой арены и металлических стоек ограждения — боксёрский ринг; он обменивается приветствиями с секундантом и рефери, дожидаясь начала. Вид собранный и сосредоточенный даже тогда, когда он видит соперника, выходящего под импровизированную музыку. — Он хорош, не сомневайся. — Юнги поворачивает голову в сторону Тэхёна и усмехается. В толпе их толком не видно. Может, даже и хорошо, ведь не хотелось бы, чтобы Чонгук перед боем думал о чём-то постороннем. Обычно Юнги располагается прямо у ринга, подбадривая всевозможными фразами, а тут решил комментировать происходящее возле стены — так, чтобы время от времени обращаться к Тэхёну. Подготовка затягивается, поэтому представление получается скомканным. Когда бой наконец начинается, Юнги устремляет взгляд на Чонгука и раскрывает губы, мысленно желая победы. Удача в этом случае совсем ни к чему. Он уверен в технике и выносливости Чона, но всё равно внимательно следит за каждым ударом, не стесняясь подавать голос на особенно напряжённых моментах. На удивление, Тэхён ведёт себя тихо. Юнги даже забывает о его присутствии — уж слишком увлечён происходящим. Тэхён так рвался попасть сюда и увидеть бой Чонгука своими глазами, а сейчас притих, наблюдая за ним со стороны, и даже рта не открывает. Юнги это понимает только под конец. Неужели настолько скучно? Он изначально знал, что Тэхёну вряд ли будет весело находиться здесь — кто-кто, а Ким меньше всего похож на человека, заинтересованного в смешанных боях. Юнги уже хочет пошутить по этому поводу, мол, в следующий раз пускай думает дважды, прежде чем по собственной воле соглашаться жаться в тесном помещении, — однако, увидев лицо Тэхёна, вскидывает брови. Да, может, он и не кричал, не сдерживаясь в эмоциях, но все три раунда тот не отвлекался ни на мобильник, ни на окружающих людей, которые периодически толкали локтями и орали прямо в ухо. Удивляет. Кажется, Тэхёну ни капли не было скучно. Когда рефери объявляет о его победе, Чонгук испускает уставший вздох. Кожа стянулась липким потом, в боку болезненно тянет, да и голова немного кружится — пропущенный хай-кик даёт о себе знать. Бой оказался не из самых простых, так что сил даже на разговоры не осталось. Он забирает конверт и, пожав руку Стиву, кивает на фразу: «Будь на связи». Бросив перчатки «без пальцев» в сумку, Чонгук валится на лавку в раздевалке, давая себе время остыть. Развесёлый голос Юнги, доносящийся из коридора, вызывает ухмылку. Мин издаёт странные звуки, похожие на удары барабана. — А вот и наш победитель, — последнее слово он пропевает, а после начинает беззвучно смеяться, падая рядом. — Это было красиво. — Достойно, — поправляет показавшийся на пороге Тэхён. Лицо Чонгука мгновенно мрачнеет. А он какого хрена здесь забыл? — Пока ты не прописал мне нокаут, хочу сказать, что благодаря его ставке твой выигрыш получился значительно больше, чем ты ожидал. — На попытки оправдаться Чон машет рукой. — Идея была не моя, так что разбирайтесь сами, ладно? Уже через минуту от Юнги не остаётся ни следа. Вот предупреждал же Тэхёна не показываться на глаза, — теперь достанется обоим. Остаётся надеяться на доброту Чонгука — ну не разозлится же он из-за такой мелочи?.. Губы поджимаются. Чонгук молча забирает полотенце из своей сумки и направляется в сторону душа — разговаривать с попугайчиком нет ни настроения, ни желания. Тэхён выставляет руку вперёд, преграждая путь. Взгляд цепляется за бордовую рубашку и такого же цвета платок на шее — на фоне потрёпанных стен выглядят они, мягко говоря, не в тему. В принципе сам Тэхён не вписывается в окружающую обстановку — он как бельмо на глазу, от которого немедленно хочется избавиться. — Как давно ты этим занимаешься? — Его спокойный голос почему-то неимоверно раздражает. Чонгук хмурит брови. — Ты теперь преследуешь меня? — не обращая внимания на ранее озвученный вопрос, спрашивает он. Удовлетворять любопытство Тэхёна — последнее, чего он хочет. — Нет, — улыбается попугайчик, сверкая белоснежными зубами. — Юнги позвал, а я любезно согласился. Да ну? Чонгук ничего не отвечает, лишь убирает его руку и всё-таки заходит в душ. Тэхён аж стопорится от его пассивной реакции. Кажется, действительно устал, ну или окончательно задолбался, раз предпочитает промолчать, нежели отвечать колкостью. Опрометчиво было полагать, что Чонгук из тех людей, кто любит поддерживать бессмысленные диалоги. Тэхён даже немного огорчается. — Даже не будешь посылать? — хмыкает Ким, вставая возле двери, которую Чон поспешно закрывает за собой. Неужели боится, что вломится и туда? — А есть смысл? — Чонгук пропадает из видимости, поэтому и не видит как Тэхён, подняв брови, растерянно улыбается, но после всё-таки говорит: — Нет. Слышал Чонгук его или нет — остаётся загадкой. В душе шумит вода, а на губах расцветает довольная улыбка. Тэхён прикрывает глаза на секунду, а после уходит, понимая, что Чон слишком устал. Пусть отдохнёт, поговорят в следующий раз, ведь кое-что он так и не успел сказать. Ну что ж, будет тогда сюрпризом.