Sweet boy

Первые два дня уходят на то, чтобы переварить услышанное и смириться с мыслью, что Ви действительно говорил серьёзно, когда просил приглядеться к Тэхёну, тем самым предоставив выбор. Зачем это было нужно, Чонгук понял не сразу. Ещё в ту же минуту он сказал, что готов принять Ви, каким бы он ни был, однако мотоциклист попросил хорошенько подумать. По всей видимости, настроен он был решительно: на звонки и сообщения не отвечал, словно пытался оградиться таким способом и не напоминать о себе раньше времени. И если поначалу Чонгуку казалось, что тянуть с ответом и ждать две недели незачем, то теперь, размышляя о ситуации в целом, он понимает: не всё так просто. Чем чаще он прокручивает детали того разговора в голове, тем больше находит поводов для беспокойства. Ви сказал, открывшаяся правда ему не понравится, но что он имел в виду? Сложилось такое впечатление, что сам Ви считает себя каким-то злодеем, поэтому говорит о себе плохие вещи. Зачем-то пытается оттолкнуть, отвадить от себя, а Чонгук всё равно льнёт навстречу. Да, он не знает о нём практически ничего: ни настоящего имени, ни возраста, ни каких-либо других фактов, но разве мало внутренних ощущений? Он почти уверен, что Ви на самом деле неплохой человек. Со своими заморочками, болячками и страхами, но у кого их нет? Все мы искалеченные судьбой и самой жизнью, у каждого за спиной свои победы и поражения. Чонгук тоже ведь не святой, но с Ви ему комфортно, с ним хорошо, и плевать на ограничения. Душа тянется к нему, а остальное не имеет значения. Никогда не поздно начать всё с чистого листа. Познакомиться заново, узнать друг друга получше, сблизиться. Чонгук в действительности этого хочет, но вот что касается самого Ви… Непонятно. Не чувствуется его желания пойти навстречу. Может, они и общались только потому, что Чонгук был настойчивым? Первым писал, просил встретиться, завязывал диалог, а Ви просто отвечал. Из вежливости? Кто его знает. Чужие чувства под сомнением, — наверное, это основная причина, почему Чонгук не может быть уверен в своём решении на все сто процентов. С другой стороны — Тэхён. Странный, незакомлексованный, слишком уж открытый для всего нового. С ним точно будет сложно: характеры разные. Если с Ви можно помолчать, то попугайчика хрен заткнёшь. Лезет во все щели, ищет на пятую точку приключения, ещё и ведёт себя как заблагорассудится. Чонгук его противоположность: более закрытый, сдержанный, спокойный, даже тихий. Не любит шум и большие компании, у него совсем другие взгляды на жизнь и интересы. Разные как ни посмотри, но нельзя отрицать того, что Тэхён своей дуростью привлекает внимание. Он умеет располагать к себе людей, умеет себя преподнести. Чонгук ведь раньше его на дух не переносил, а сейчас смотрит и непроизвольно наблюдает за повадками и манерой общения. Интересует всё-таки, — только неясно, чем обоснован этот интерес. Тэхён, конечно, личность неординарная, но такие, как он, никогда не привлекали Чонгука. Во-первых, он терпеть не может мажоров. Тем более богатеньких сосунков, которые швыряются родительскими деньгами в то время, как сами не пошевелили и пальцем. Тут уж дело в скрытой зависти. Ему приходится работать почти что каждый день, забивать на здоровье и учёбу, чтобы обеспечить себя деньгами, а те только понтуются размером своего кошелька. Да что они сделали, чтобы жить роскошной жизнью? Родились в нужной семье? Чонгук не виноват, что в пять лет его отец решил бросить семью и укатить в другой город. Кто вообще сказал, что это справедливо? У него зубы чуть ли не скрипят, когда дети, родившиеся с серебряной ложкой во рту, начинают качать свои права. Им, видите ли, всё под силу, у них есть связи и возможности, поэтому другие должны пресмыкаться им. Чонгук таких в рот ебал, простите за выражение. Столько раз хотелось поставить выскочек на место, заткнуть, чтобы не несли всякую ерунду, но это не в его принципах: калечить людей только потому, что они ему не нравятся. Тэхён вроде не из таких. Да, может позволить себе жить на широкую ногу, но по виду так и не скажешь, что он разбрасывается деньгами направо и налево. Пока что ещё не выпендривался, даже про богатых родителей не упоминал. Вряд ли, конечно, у него их нет. В свои-то годы ездить на Порше и носить брендовую одежду не каждый может. Чем он вообще занимается? Чонгук никогда об этом не задумывался. А зачем? До недавних пор о Тэхёне не хотелось слышать от слова совсем. Что же изменилось? Вопрос не из простых. Чонгук был бы не против получить на него ответ, желательно в ближайшее время, чтобы с чистой совестью сделать выбор в пользу Ви и ни о чём не жалеть. Во-вторых, помимо занимаемого положения в обществе, их различает мировоззрение. Между ними словно пропасть: не только увлечения имеют разную противоположность, но также принципы и взгляды. Пускай выяснилось, что у Тэхёна не гуляет ветер в голове и он не тупой, как казалось первое время, Чонгук отчётливо понимает, что они друг друга никогда не поймут. У них даже тем для разговора толком нет, Тэхён обычно мелет какую-то чушь, лишь бы о чём-нибудь поболтать, а он не любит вести бессмысленные разговоры. Ещё немаловажный фактор играет совместимость. Тэхён острый на язык. Причём во всех смыслах. Может, Чонгук и не хочет признаваться, но то, что этот парень его волнует, слишком очевидно. Целоваться с ним не то что приятно, — Чонгук, без шуток, готов потратить много времени на такое занятие. Иногда выпадает удача повстречать человека, с которым тебе максимально комфортно в сексуальном плане. Тэхён легко подстраивается под ситуацию и партнёра, он опытный и раскрепощённый, может выкинуть какой-нибудь фокус, и у Чонгука из-за этого поплывут мозги. Даже с девушками такого не было: ему попадались более скромные и зажатые, к разнообразию не стремились, да и любили обыкновенную ласку без всяких резких движений. С Тэхёном происходит всё на другом уровне: достаточно одних только поцелуев, и у него уже всё горит и плавится. Впервые он понял, что такое настоящая страсть и сексуальное влечение. К Тэхёну тянет, с ним хочется целоваться, прижимать к себе, прикасаться, но не думать о чём-то большем, нежели просто снять напряжение. Лезть в его голову? Нет, спасибо. Чонгук готов залезть к нему в штаны, но точно не туда. В этом-то и проблема. Тэхён привлекает на физиологическом уровне, а с Ви ему хочется просто быть рядом и проводить время вместе. Необязательно переходить черту, разделяющую друзей от любовников, Чонгук даже думает, что может отказаться от данного аспекта в их отношениях, но в таком случае вряд ли связь будет крепкой без физического контакта. Сложно. Чонгук понятия не имеет, что делать. Выбрать Ви и смириться с мыслью, что они, возможно, не будут вместе продолжительное время, или рискнуть и попробовать с Тэхёном, прислушавшись к своему телу? Ни в одном из них он не уверен, поэтому не спешит делать выбор. А ещё загвоздка в том, что Чонгук до сих пор не разобрался в себе. Всё-таки ему могут нравиться парни? Но как тогда объяснить, что всю свою жизнь он не допускал подобной мысли? Лишь однажды неосознанно увлёкся знакомым, и то, так и не понял, что это было: простое любопытство или же интерес. Он словно не давал себе разрешения думать о симпатии к своему полу. Внушал себе, что это неправильно, что нужно думать о всех вытекающих последствиях, о будущем, которого он так боится. Почему себя ограничивал? Потому что хотел быть правильным в своих глазах, достойным на лучшую жизнь. Как отреагировала бы мама, узнай она, что ему нравится другой парень? Вряд ли обрадовалась бы, что никогда не увидит родных внуков. Конечно, можно что-нибудь придумать, взять малыша из детдома, воспользоваться услугами суррогатной матери, но не все на это пойдут. В однополых отношениях есть свои минусы и нюансы, а Чонгук привык их избегать. Разочаровывать близких не хочет, а о себе никогда толком не думал. Может, симпатия к парню имеет свой предел. А если он не способен на что-то большее, чем просто поцелуи? Что делать в этом случае? Согласится на отношения с Ви, убедит его, что достоин внимания, а после застрянет на одном месте, ведь не знает, насколько далеко готов зайти. Даже секс с парнем не может себе представить, а тут отношения, забота о своём любимом человеке, поддержка, желание быть постоянно рядом. Не попробуешь — не узнаешь, да? Риск велик, но лучше обжечься и понять, что это не твоё, чем всю жизнь сомневаться в своей ориентации. Ещё бы как-то разобраться в себе…

✘ ✘ ✘

День начинается с того, что Чонгук с квадратной головой проливает на себя холодный чай. Не выспавшийся, злой, ещё и голодный. На пробежку сил нет, всё равно заставляет себя переодеться в спортивную одежду и намотать хотя бы пару километров. После ночной смены он сразу же отрубился на диване. Дневной сон оставляет желать лучшего, — проснулся из-за полного мочевого пузыря, так и не заснул. Зато сделал попытку приготовить себе обед: тосты с арахисовой пастой и чай, который в итоге оказался на его футболке. Настроение ужасное, голова трещит, но он не может позволить себе проваляться целый день в постели и проникнуться жалостью к самому себе. Жизнь продолжается, время идёт, серые будни никто не отменял. Если только они разбавляются нескончаемыми размышлениями. Чонгук думает о Ви, когда добирается до автосервиса, слушает наставления Намджуна, впитывая в себя новые знания, а после помогая с ремонтом машин; когда видит Хосока с новой пассией и здоровается с ним, перекинувшись несколькими фразами. Хо, заметив задумчивое выражение лица и тёмные круги под глазами, не стал допытывать вопросами и, как всегда, посоветовал больше отдыхать. Чонгук кивнул, пропустив мимо ушей чужие слова, и ушёл в подсобку. Остаток дня проводит дома: выходить никуда не хочется, он лежит, подперев голову сцепленными руками, и пытается представить возможное развитие событий. Не получается. Кроме белой пелены, ничего не видит. Самое фиговое, когда ты не знаешь, что тебя ожидает в будущем. У тебя нет никаких предположений и догадок, приходится плыть по течению и быть готовым, что жизнь может повернуться на сто восемьдесят градусов. В любом случае у выбора будут свои последствия, а вот какие — неизвестно. Написать Тэхёну первым и предложить встретиться не в зале оказалось гораздо сложнее, чем он думал. Будто через свои принципы переступает, когда первым начинает диалог. В целом достоинство не задето, честь не пострадала, — Тэхён ответил через десять минут и согласился увидеться. Чонгук сразу уточнил, что это не свидание, и попросил зайти в Рэд, чтобы оттуда двигаться уже вместе. Сегодня он работает в день, поэтому с утра стоит за барной стойкой. Вид всё такой же отстранённый, далёкий, движения механические, не требующие особой вдумчивости. Посетителей немного, так что Чонгук позволяет себе немного пофилонить: перекатывает апельсин по деревянной поверхности, уткнувшись взглядом в одну точку. Делать всё равно нечего: заказов нет, стойка блестит, стаканы чистые, бутылки расставлены. Тэхён приезжает ближе к шести: уже со входа обозначает своё присутствие, шагая лёгкой походкой и усаживаясь на высокий стул. Чонгук, отвлекаясь от своих мыслей, переводит взгляд на него и поднимает брови. — Что желаете? — спрашивает на автомате, и Тэхён улыбается. — Шампанского и тебя. Чонгук на такие слова усмехается. Вот умеет заполнить собой всё пространство: от него прёт за километр сладкими духами, аура сильная, а как сияет-то… В этот раз вместо цветастой рубашки надел кремовую водолазку, заправив её в брюки, волосы вьются, на пальцах тонкие кольца, а на левом запястье — фенечки. Вроде, одет не вызывающе, цвета приглушённые, но вот улыбка всё такая же широкая: зубы белоснежные, губы странной формы (отдалённо они напоминают сердечко) намазаны гигиеничкой. Чонгук разглядывает его без стеснения: хорош, мерзавец. Всё-таки симпатичный. К тому же высокий, плечи широкие, задница в обтягивающих брюках выглядит привлекательно. Он невольно вспоминает, как сжимал её в ладонях, когда Тэхён сидел на его бёдрах. Мягонькая. — Выберите что-нибудь одно, иначе денег не хватит. — Чонгук опускает взгляд, переставая в открытую пялиться. Тэхён всё замечает: и любопытный взгляд, и полуулыбку на чужих губах. — Хватит, не беспокойтесь, — внимательно наблюдая за барменом, говорит он. — Но если вы настаиваете, то, пожалуй, выберу второе в качестве десерта. Чонгук не сдерживается: отворачивает голову, потому что начинает улыбаться. Какие-то странные у попугайчика подкаты, но сегодняшний даже милый. Вернее, безобидный. По сравнению с тем, что было у них до этого, эти слова кажутся детским лепетом. — А жопа не слипнется от сладкого? — То есть, ты признаёшь, что похож на сладкую клубничку? — Тэхёну ну очень нравится завязавшийся разговор. Чонгук хмурит брови, услышав это нелепое сравнение, а он пробегается кончиком языка по нижней губе. — О, я люблю клубнику, ел бы её хоть каждый день и поливал взбитыми сливками. — Блять, вот же извращуга! Чонгук больше не улыбается. — Сахарный диабет тебе обеспечен. — Переживаешь за меня? Как мило. — Тэхён складывает ладони чашечкой и опускает на них подбородок. — Вот ещё, — фыркает. — Ах, какой ты всё-таки милашка. Долго мне тебя ещё ждать? Хочу поскорее откусить лакомый кусочек. — Можно нажать отмену? Зачем только написал ему?.. Теперь придётся весь вечер закатывать глаза от тупых фразочек и двусмысленных намёков. Когда Чонгук освобождается, Тэхён, сидя в машине, убирает мобильник подальше, чтобы не отвлекаться лишний раз. Вечер обещает быть интересным. Чонгук не изменяет себе: шагает в чёрной футболке без принта, джинсах и бомбере, поправляя лямку рюкзака, ведь та постоянно съезжает с плеча. Уже усевшись на переднее сидение, поворачивается, чтобы что-то сказать, но Тэхён не даёт такой возможности: кладёт ладонь на затылок и придвигает к себе для поцелуя. Целует сладко, как и пообещал, нетерпеливо, потому что успел соскучиться. Чонгук никак не отвечает, но и не отстраняется — позволяет себя поцеловать и даже облизать губы. Ладно, может быть, он не имеет ничего против, но говорить об этом не станет. Тэхён, получив своё, довольно улыбается и оставляет в покое. Смотрит поплывшим взглядом, словно из-за одного поцелуя успел раскваситься. На самом деле целовать Чонгука вряд ли ему когда-то надоест: у бармена такие вкусные губки, мягкие, не шершавые, ещё бы двигались навстречу — тогда бы вообще красота была! Но уже хорошо, что на его порывы реагируют спокойно. Чонгук убирает рюкзак назад и ничего не говорит пару минут, — Тэхён своим действием выбил все мысли из головы. Он даже вспомнить не может, что там хотел сказать. Бесит! — Ну, куда поедем? Сразу ко мне или сначала купить тебе мороженое? — Он что, девчонка какая-нибудь, чтобы его угощать, прежде чем залезть в трусы? Чонгук мгновенно мрачнеет — только посмотрите на эту тучку! Сидит, сцепив руки, хмурится, вот-вот обрушится ливнем. Вообще-то, Тэхён не против, чтобы тот потёк, ха. — Что? Не хочешь мороженое? Могу леденец купить. Может, пососёшь и наконец раздобреешь. Вздох. Ничего Чонгук не собирается сосать (запомните его слова!). — Можно без всей этой хуйни? Разговаривай нормально. — Ой, так мы ещё и раздражительные. Ладно, Тэхён поднимает руки, якобы сдаётся. Даже поприкалываться нельзя… Какая же Чонгук злюка. — А для чего ты мне написал? Книжку почитать? — Тэхён не тупой. Хочет таким казаться, но на деле понимает гораздо больше, чем хотелось бы. Вот тут Чонгук и замолкает. Начинает постукивать пальцами по коленке, то ли нервничая, то ли раздумывая над тем, что собирается сказать. — Не тяни кота за хвост, говори уже, — поторапливает тот. Интересно ведь, до чего Чонгук там додумался спустя три дня после разговора с Ви. — Мы можем попробовать… кое-что? — Ты собрался загадками разговаривать? Окей, давай погадаем, что мы можем там попробовать. Вести себя как друзья? Нет, мимо. Сходить на свидание? Ты же слишком гордый для этого. М-м, может, ты намекаешь на петтинг в моей тачке? — Тэхён наигранно щурит глаза, будто действительно не догоняет, что Чонгук пытается сказать. — А! Я понял. Ты хочешь предложить мне встречаться, но стесняешься. Я не кусаюсь, малыш. Давай, будь посмелее. Чонгук отворачивает голову к окну — уже передумал озвучивать свои мысли. Сам не уверен, что готов пойти на такое, вот и не находит себе места. Тэхён, конечно, любит издеваться, но быстро понимает, что в данном случае лучше не подливать масло в огонь. Вздыхает, пристёгивая ремень безопасности, и говорит уже спокойным тоном: — Ладно, я слушаю. — Так быстро успокоился? Даже голос изменился. Больше не кривляется, не шутит и не растягивает губы в усмешке. Чонгук переводит на него удивлённый взгляд. Вот может же походить на нормального человека, а не на дурачка, когда хочет. — Боюсь, это может прозвучать грубо… — Он трёт шею, не зная как правильнее выразиться. — В тот раз ты говорил, что готов лечь под меня… Предложение ещё в силе? Тэхён раскрывает рот от удивления. Что? Ничего подобного не ждал, пускай и понимал, что дело будет касаться интима. Он вскидывает брови, смотря на бармена, а тот специально отворачивается, чтобы избежать взгляда. Чонгуку неловко, даже немного стыдно просить о подобном, но лучше сейчас облажаться в постели с парнем, чем потом, когда вступит в отношения. Вдруг у него вообще не встанет? Будет прикол. — Вообще-то, я предлагал тебе не только это. — Намёк более, чем понятен. Чонгук поджимает губы. — Я, конечно, современных нравов и всё такое, но подставлять свою задницу кому попало не собираюсь. — Да, прости. Наверное, было глупо ожидать, что Тэхён махнёт рукой и так просто согласится переспать. Чонгук ведь не знал, какие у него там принципы, может, ему всё равно с кем трахаться. Оказалось, что нет. Ну, хотя бы попробовал. Соглашаться на отношения ради секса будет слишком низко, поэтому Чонгук больше ничего не говорит. Они трогаются с места и едут в тишине. Куда именно — непонятно. Тэхён тоже молчит, лишь время от времени смотрит в его сторону. Явно о чём-то думает. Неужели о поступившем предложении? Когда тот глушит двигатель на парковке, Чонгук вытягивает шею, разглядывая здание перед глазами. Они приехали в... торговый центр? Зачем и почему — вопросы актуальные. — Вылезай, — командует водитель, расстёгивая сначала свой ремень, а после и бармена. Чонгук слушается. Рюкзак оставляет в машине, а сам вываливается наружу. Воздух веет прохладой, — он ёжится, убирая руки в карманы, и дожидается, пока Тэхён выйдет и поставит автомобиль на сигнализацию. Приходится плестись за ним следом, ведь тот, ничего не сказав, двигается в сторону входа. Что они забыли в торговом центре, остаётся загадкой. Не похоже, что у Тэхёна есть дела в этом месте — они просто гуляют, а после, увидев фудкорты, занимают свободный столик. Тэхён заказывает куриные крылышки в остром соусе и буритто, а Чонгуку берёт большой шоколадный рожок. Обещал ведь угостить мороженым, ну. Чонгук делает кислую мину и поднимает брови. — Всё-таки леденец хотел? — усмехается Тэхён, видя в нём недовольного ребёнка, которому не угодили с подарком. — Я тебе потом свой дам, не переживай. Чонгук закатывает глаза. Куксится недолго: всё равно съедает десерт, пока тот не растаял, а после, просидев с надутыми губами, тянется к крылышкам. Аппетит разгулялся, он опять толком ничего не ел целый день, а те так вкусно пахнут, чем дразнят голодный желудок. — Эй, руки прочь от моей еды! — Тэхён слабо бьёт его по пальцам, отодвигая картонное ведёрко подальше, но Чонгук всё-таки успевает схватить одно крыло, потому победно улыбается. Вот ведь наглая морда! Мало того, что объедает, так ещё и лыбится. Совсем разошёлся. Тэхён не успевает ничего сказать, как Чонгук наклоняется к буррито и откусывает кусочек. Сидит, пережёвывает, радостный, будто сделал какую-то подлянку. Тэхён смотрит на него и не сдерживает усмешки. Видимо, и правда голодный. Ну как не покормишь эту зайку? Отдаёт все остатки, говоря, что наелся, а сам подпирает голову рукой и просто наблюдает за ним. — Не ешь вредную пищу, — говорит с заботой, ведь прекрасно знает о чужой любви к фаст-фуду. — Может, поедем в ресторан? Я тебя хоть накормлю нормальной едой. Чонгук отвечает с набитым ртом, чем вызывает улыбку. — У меня есть деньги, я и сам могу туда сходить. — И почему он такой упёртый? Тэхён же не имел в виду, что он не может позволить себе ужинать в ресторане. Может, но ни за что этого не сделает. Во-первых, пожалеет на себя денег, а во-вторых, ему ведь постоянно некогда. — Знаю, но всё равно рассчитываю как-нибудь сводить тебя в свой любимый ресторан. — Попахивает свиданием, — бурчит бармен. Тэхён улыбается. — Ну, после вкусного ужина и бутылки вина я точно отдамся тебе. Чонгук поднимает брови. Реально? Так можно прямо сейчас садиться в машину и ехать. Тэхён тихо смеётся, и он, поняв, что это была очередная шутка, отворачивает голову. — Очень смешно. — Ты почти поверил, — хмыкает тот. — А глаза-то как забегали, будто мысленно уже перенёсся за столик. — Неправда. — Чонгук доедает буритто и вытирает руки салфеткой. — Ага. Они встают со своих мест и, убрав мусор, уходят. Только вот на выходе Тэхён утягивает его в сторону туалета. Толкает к кабинкам, проверяя на наличие других людей, и щёлкает замком. Чонгук быстро смекает что к чему. Тэхён прижимает к стене и сразу же целует, укладывая ладони на щеках. Получает взаимность. Чонгук тянется к талии, притягивая к себе ближе. Целуются, как и всегда, влажно, сплетая языки и разжигая пламя в груди. Место, конечно, не самое подходящее, но терпеть до машины не хочется, да и Чонгук, вроде как, того же мнения, раз первым принимается расстёгивать свой ремень. Ух, какие мы нетерпеливые. Тэхён, улыбаясь в поцелуй, оглаживает плечи, а после скользит ладонями по груди и опускается на корточки. Помогает справиться с ширинкой, вынимает полувставший член и, подняв хитрый взгляд на парня, обхватывает тот пальцами. Не медлит, потому что в любой момент соседние кабинки могут занять и тогда придётся вести себя тихо. Чонгук кусает губы, запрокидывая голову. Движения быстрые и приятные, он непроизвольно подаётся навстречу и тут же теряется от неожиданности. Тэхён, дождавшись, пока он окончательно возбудится, берёт в рот, принимаясь посасывать головку. Язык горячий, слюна вязкая, Чонгук упирается спиной в стену, опуская расфокусированный взгляд вниз. Такого он ну никак не ожидал. Коленки подкашиваются от настойчивости — Тэхён даже не пытается сбавить скорость. Облизывает, делая попытки вобрать побольше. Чонгук смотрит на темноволосую макушку и еле как сдерживается, чтобы не заматериться. Кладёт ладонь на голову и сжимает волосы пальцами, смыкая губы. Тэхён поднимает на него поплывший взгляд. И, боже, эта картина слишком откровенна. В мозгу случается сбой системы. Пока он не кончил раньше времени, Тэхён усаживает его на крышку унитаза. Сам упирается руками на колени и делает ещё пару движений головой, после чего отстраняется. В этот момент, судя по звукам, в туалет кто-то заходит. Оба переглядываются. Выходить из кабинки с топорщащимися ширинками — такой себе вариант. Тэхён, немного подумав, всё-таки расстёгивает свои брюки и садится к нему на бёдра. Пальцы прижимает к губам, советуя вести себя тихо. Чонгук кивает. Сложно однако. Тэхён трётся об него, положив руки на плечи, задевает членом живот, намекая что-нибудь сделать. У них уже традиция дрочить друг другу в такой позе? Или Тэхён просто любит сидеть на коленках? Деваться некуда — оба ещё не спустили. Чонгук старается действовать бесшумно и это даже получается ровно до того момента, пока Тэхён не утыкается губами в шею и не оставляет мокрые дорожки на коже. Пытается отодвинуться, но тот присосался как клещ и не отпускает. Чонгук прикрывает глаза, чтобы совладать с эмоциями. Ещё чуть-чуть и уже кончит, но Тэхён почему-то останавливается. Как-то странно улыбается, поднимаясь с бёдер. Чонгук не совсем понимает, что от него хотят, поэтому тоже встаёт на ноги и ждёт подсказок. Ему давят на плечо, вынуждая присесть, и тут до него доходит, что Тэхёну надо. Блять. Перед глазами — член, нуждающийся во внимании. Тэхён им чуть ли не в лицо тычет, кидая жирные намёки. Конечно, Чонгук даёт заднюю. Поднимает взгляд, хмуря брови, мол, нельзя как-то по-другому? А тот мотает головой в отрицательном жесте. Ну ёмаё. Он ещё пытается отвертеться, но Тэхён кладёт ладони на его плечи, фиксируя таким образом на месте. Ещё и подаётся вперёд, утыкаясь членом в чужие губы. Чонгук вздыхает. Рот всё-таки открывает, но не сразу может пересилить себя. В планах на жизнь не было пункта отсосать в кабинке туалета. Он ведь даже не умеет, да и не особо хочет учиться. Тэхён смотрит как-то требовательно, ожидая его действий, просит поторопиться, и он, придерживая член пальцами, неуверенно прижимается губами. Сначала просто облизывает, не зная, что делать. Тэхён подсказывает весьма странным образом: давит на щёки, заставляя открыть рот, и сам толкается в него, издавая шумный вздох. Чонгук так и сидит не шевелясь с открытым ртом: Тэхён двигается сам, заполняя на одну треть. Этого мало. Чонгук понимает, что надо бы что-то сделать, иначе Тэхён точно выебет его в рот. Тот двигает бёдрами быстрее, непроизвольно толкаясь глубже, — неудивительно, что он давится. Отодвигается, чувствуя спазмы в горле, и чуть ли не психует. Тэхён вовремя зажимает ему губы. Извинится потом, сейчас надо довести дело до конца. В качестве компенсации спускает брюки и поворачивается спиной, выпячивая задницу. Слава богу, до Чонгука доходит быстро: пристраивается сзади и скользит членом меж половинок, свободной рукой сжимая мягкую ягодицу. Тэхён, прикрыв глаза, занимается собой, утыкаясь лицом в сгиб локтя. Пытается наладить дыхание, но не получается — дышит через рот, чувствуя, с какой силой Чонгук сминает его зад. Вид хороший — ничего не скажешь. Одна рука на ягодицах, другая — на члене, просто тереться не хватает терпения. Кончает первым, причём почему-то не отстраняется, а смотрит, как пачкается чужая пятая точка, и испытывает непонятное наслаждение. Тэхён не дёргается, позволяя кончить на себя, ему и не до этого — кусает ребро ладони, гоняя кулаком по члену. Чонгук успевает вытереть ладонь туалетной бумагой, застегнуться, а тот до сих пор стоит с закрытыми глазами. Неприятный привкус осел на языке, он морщится, думая, что больше никогда не возьмёт в рот. Он бы и сегодня не согласился, если бы они не были в общественном месте — возмутиться не мог, вот Тэхён и воспользовался возможностью. Чонгук чувствует себя странно: стоит, смотрит на Тэхёна, руки сцепил, будто ждёт маму в продуктовом магазине. Нет, а что ему делать? Выйти не может, ибо Тэхёна сразу заметят. Не в телефон же ему залипать, в самом деле?.. Типа: дрочи, я подожду, заодно в Твиттере посижу. Ситуация, честно говоря, стрёмная. Он от скуки отрывает кусочек туалетной бумаги и вытирает свои следы. От этого становится даже смешно: Тэхён дёргается, доводя себя до разрядки, а он водит бумажкой по его заднице с похуистическим лицом, будто не происходит ничего необычного. Каждый день подобное делает, хах. Спасибо и на том, что он не подтирает чужую попу, а лишь убирает свою сперму. После такого уже как-то пофиг на всё. Оба долго моют руки в раковине: Чонгук о чём-то думает — наверняка о том, что было несколько минут назад, — а Тэхён, наблюдая за ним в отражении зеркала, еле как сдерживает улыбку. А вы докажите, что в кабинке они занимались непотребствами. Правда, дверца не на всю стену: ноги видно, так что тот, кто заходил в туалет, сто процентов заметил две пары обуви в одной кабинке. Но лучше Чонгуку об этом не знать, а то у него сердце остановится… Потом Тэхён тащит их в магазин. Говорит, что хочет купить продуктов, но как только Чонгук соглашается взять тележку, запрыгивает в неё и довольно улыбается, точно ребёнок, просящий покатать. — Ты серьёзно? — Такой кабан залез в тележку, ещё и выпучивает глаза, надувая губы. — Пожалуйста? The 1975 — Sex Выглядят как два дебила. Взрослые ведь парни, а ведут себя как дети. Тэхён ужасно довольный, сгребает попавшиеся на пути пачки хлопьев прямо к себе на ноги, а Чонгук грозится толкнуть его посильнее и убежать. Позориться перед людьми не хочется: на них смотрят косыми взглядами. Тэхёну-то плевать, а он уводит взгляд в сторону. На полном серьёзе думает оставить попугайчика где-нибудь в отделе алкоголя и сверкнуть пятками, но потом видит свой любимый йогурт с кусочками ананаса и забывает об этом плане. Тэхён, махнув рукой, говорит, что за всё заплатит, и кто он такой, чтобы отказываться от халявной еды? Набирает побольше всего и сразу, и ему вот вообще не стыдно. Пусть платят за услуги такси! А оно скоростное между прочим: Чонгук, забив на окружающих, срывается на лёгкий бег, поэтому Тэхён громко смеётся, вцепившись в тележку руками, чтобы не улететь. И вот вроде в этом нет ничего необычного, они просто балуются, но сколько радости от такой забавы! Чонгук не припомнит, когда в последний раз так веселился. Голова освобождается от тягостных размышлений, он даже улыбается, поглядывая на довольного Тэхёна. Тот, как и пообещал, оплачивает покупки своей картой. Несут пакеты до машины вдвоём, то и дело толкая друг друга в плечо. Это так странно… понимать, что именно таких моментов Чонгуку очень не хватает в жизни. Редко когда удаётся подурачиться, а уж тем более вести себя подобно беззаботному ребёнку. Продукты остаются в багажнике, однако за руль никто не торопится садиться. Чонгук всё-таки смеётся, потому что Тэхён забирается на заднее сидение и притягивает к своей груди ногами, вовлекая в поцелуй. Немного неудобно, но это не критично. Чонгук, конечно, уже целовался в авто, но не с таким порывом. Тэхён кусается, из-за чего он злится и вжимает его в кожаное сидение, держась рукой за спинку переднего. Чужие пальцы забираются под футболку: гладят, царапают спину, добираясь до сосков. Чонгук, пускай и возбуждается снова, вскоре отстраняется. Да, окна затонированы, но всё-таки они на парковке — их могут увидеть. Тэхён реагирует на отказ надутыми губами. Бубнит, что нельзя обламывать на своей же территории, но всё же перебирается на водительское сидение и поправляет растрёпанные волосы. — Ну как тебе мой леденец? Понравился? — спрашивает, когда они выезжают на главную дорогу. Чонгука всего передёргивает, зато Тэхён широко улыбается. — Ещё раз так пошутишь, и я тебя вытолкну из машины, — без капли веселья. — То есть, шутить нельзя, а использовать твой ротик в грязных целях — можно? — усмехается. Чонгук вцепляется в его плечо, собираясь воплотить угрозу в реальность. Тэхён смеётся, но двери на всякий случай блокирует. — Я чуть не блеванул, — признаётся бармен, отворачиваясь к окну. — Да ладно тебе, приноровишься ещё, за уши тебя не оттащу. Я тебе потом один фокус покажу, называется «сосчитай до тридцати». Но в твоём случае, наверное, и пятнадцати секунд хватит, — Тэхён хмыкает, не замечая того, что Чонгук хмурит брови. Почему он говорит так, будто впереди у них ещё много времени? Словно действительно рассчитывает на отношения. Так и есть. Тэхён уверен, что Чонгук выберет его, а не Ви. Почему? Потому что так для него будет намного проще и легче. Им ведь нормально вдвоём. Даже разговаривают уже без оскорблений, пускай Чон и сыплет угрозами, — Тэхён всё равно не обращает на них внимания: не боится, зная, что ему не причинят вреда. Один раз уже ударили, хватило на всю жизнь, теперь-то всё по-другому. Чонгук ворчит, злится только на словах, а на деле же не представляет угрозы. По крайней мере, для здоровья. А вот для сердца — вопрос. Сам не знает, почему влюбился в этого упрямца. Смотрит украдкой, пока они стоят на светофоре, улыбается своим мыслям и изо всех сил старается не думать о том, что будет дальше. У них есть почти две недели, и что произойдёт потом, выяснится по истечению времени, а пока нужно наслаждаться возможностью. Он отвозит бармена домой, вручает бóльшую часть пакетов, даже не заглянув в них, и очень сладко целует на прощание. У Чонгука аж кончики ушей краснеют от поцелуя. Он тут же прячет взгляд и уходит, а Тэхён, облокотившись на капот, облизывает влажные губы. Плечо болит — Чонгук возмутился из-за того, что его целуют прямо на улице, и сдавил пальцами, обещая в следующий раз проехаться кулаком по лицу. Этот «следующий раз» дарит надежду. В груди теплеет, он немного успокаивается, но длится это спокойствие недолго. Улыбка исчезает с лица. — И долго ты собрался обманывать его? — спрашивает Юнги, спрятав руки в карманы толстовки. Голова скрыта капюшоном, словно он не хотел привлекать внимания. В принципе, это правда. Вышел откуда-то из-за угла и, судя по вопросу, видел их. — А ты что здесь делаешь? Юнги отвечает не сразу: оглядывает с ног до головы, задерживая взгляд на губах, и как-то невесело хмыкает. На его глазах Чонгука только что поцеловал парень, и он не то чтобы не разозлился — даже не пытался оттолкнуть. Значит, Тэхён не лгал, когда говорил, что они уже целовались. И всё равно поверить в происходящее трудно. Когда Чонгук полностью поменял своё мнение на данный счёт? И с каких пор он позволяет подвезти себя до дома и поцеловать на прощание? Это точно тот Чон Чонгук, которого он знает всю жизнь? Плохо верится. Что же Тэхён с ним сделал? Тэхён, пойманный с поличным, даже не собирается оправдываться. Наоборот, поднимает подбородок и скрещивает руки на груди. Лезть в их отношения с Чонгуком не позволит. Может, первое время Юнги помогал ему, способствовал их знакомству, но теперь он не нуждается в чужой помощи. На Чонгука у него серьёзные планы, поэтому отныне никого не подпустит к нему. Даже лучшего друга. Юнги давит усмешку. — Пришёл поговорить, но передумал. Естественно, Тэхён не ревнует. Дело в другом: Юнги знает правду, которая не должна обнаружиться раньше времени. Что-то подсказывает ему не доверять Юнги. Каким бы хреновыми друзьями они не были, всякое может произойти, тем более после их ссоры. Вдруг он захочет насолить и расскажет про Ви? Тэхён напрягается, не сводя с него глаз. — Смелости не хватило? — Не поверишь, увидел, как человек, назвавший меня пидором, сосётся с парнем, и желание напрочь отбило. Тэхён не в курсе, что у них там произошло. Чонгук просто обозначил ситуацию, а с Чимином они не разговаривали последние дни. Хотя вряд ли Юнги растрепал всё Чимину: не захотел бы показаться в его глазах жалким. Юнги выглядит не самым лучшим образом: вид уставший, лицо бледное, и взгляд… разочарованный? Неужели из-за Чонгука? Юнги и правда устал. После той ситуации с отцом чувствует себя отвратительно. Чимину нарочно не пишет, не зная как извиниться за то, что накричал. Тот сто процентов попросит объясниться, и что он скажет? Что его отец совсем с катушек съехал и беспробудно пьёт который год? Как-то не особо хочется. Ещё и с Чонгуком всё мутно. Позлились и хватит, пора бы поговорить по-мужски, а не бегать друг от друга. Поэтому пришёл к нему домой, думал дождаться и предложить всё обсудить, а тут такая сцена. — Ему не до тебя, — холодно отзывается Тэхён. Нет, против Юнги он ничего не имеет, но сейчас лучше перестраховаться — мало ли на что он способен от обиды. — Вот как? А с каких пор ты стал для него важнее, чем я? Взгляд тяжелеет. Тэхён ничего не отвечает, понимая, что Юнги находится не в трезвом состоянии — речь выдаёт. Выпил для храбрости? Почему Тэхён сейчас вызывает неприязнь, Юнги не знает. Водит Чонгука за нос, так ещё и строит из себя рыцаря. Интересно, какова будет реакция Чона, когда он обо всём узнает? Вряд ли после этого подпустит к себе. — Подвезти домой? Юнги хмыкает. — Нет, спасибо. Я, пожалуй, всё-таки загляну к старому другу. Нам многое надо обсудить. — Он разворачивается и идёт в сторону подъезда. Ухмылка сменяется поджатыми губами. — Советую держать язык за зубами. Тэхён прожигает его взглядом. Остановить не может, но и допустить того, чтобы тот проболтался — тоже. Поэтому, немного подумав, подрывается следом. Хотя бы в этом случае сможет проконтролировать ситуацию. — Это угроза? — Нет, дружеский совет, — фальшиво улыбается Тэхён, испытывая плохое предчувствие. Не нравится ему чужой настрой, и то, что Юнги дёргает плечом, не давая положить на неё ладонь, — не нравится тоже. Ну что ж, поговорим по душам.