Последняя игра

      На одно неуловимое мгновение игроки замерли, любуясь летящим в корзину мячом. Все были готовы к быстрому подбору, но ждали исхода, будто предыдущие пробежки пятого и шестого номеров «Орды» заканчивались чем-то кроме новых очков. Счёт на электронном табло изменился, демонстрируя внушительное преимущество хозяев. Спортивные успехи Военной Академии Хорда Прайма были не просто удивительными, они устрашали. Адора и Катра стукнулись кулаками, отдавая должное друг другу, и снова включились в игру. Впрочем, кадеты без особого усердия прогуливались по площадке, позволяя себе немного подурачиться. Лонни сделала вид, что зевает, пока блокировала проход к кольцу. На тренировках у мадам Уивер девушки потели ощутимо сильнее. А после едва могли переставлять ноги.       Товарищеские матчи с соседними школами перед началом сезона кадеты приравнивали к «избиению младенцев», поскольку знали, найдётся лишь горстка команд, которые могут противостоять атлетам Академии. Кубки округа по баскетболу среди мужских команд уже шесть лет подряд занимали почетное место в Мраморном Зале, щеголяя перед девушками, мечтающими дополнить коллекцию неоспоримой победой. Чтобы осуществить эту мечту, они прошли через ад. Тренер Уивер сломала каждую из них, а затем собрала заново, превратив в машины по зарабатыванию очков.       Финальный свисток распустил игроков. Среди чёрно-красных шкафчиков раздевалки кадетов уже ждал страшный суд. Лицо тренера в гудящем свете ламп выглядело так, словно она проклинала всё, чего касается её взгляд. Стоило команде закрыть за собой дверь, как в Катру полетела планшетка. Девушка пригнулась и возмущённо воскликнула: – За что?! – Ещё раз опоздаешь на игру или тренировку, ты пожалеешь, что вообще появилась на этот свет, не говоря уже о том, чтобы пересечь порог моего спортзала. – Но я пришла вовремя!       Адора резко выдохнула, прижимаясь спиной к прохладному металлу. Спустя два года учёбы в Военной Академии её подруга так и не усвоила базовый принцип существования здесь – не перечить. Виноват ты или нет, нужно молчать и салютовать. Пусть они находились в старшей школе, но жили по армейским порядкам. – Ты пришла последней, Мурчес, а значит, опоздала, – тренер Уивер нависла над шестым номером, заставляя ту сделать шаг назад. – Это я попросила её принести мне… – вступилась Адора, немного запнувшись, когда женщина перевела взгляд на неё, – …носки. Забыла взять носки. Из казармы.       На этот раз уже вздыхала Катра, закатывая глаза из-за выходки пятого номера. Вечно той нужно влезть, будто без участия блондинки миру придёт конец, а старая ведьма сожрёт кого-нибудь заживо. Не хватало, чтобы девочки из команды думали, что она Адоре носки свежие таскает. Дурацких слухов и так становилось неконтролируемо много.       Тренер Уивер выдержала паузу, чтобы дать девушке понять, какую чушь она несёт: – Мёртенс, подскажи, может быть ты знаешь ещё и почему Катра хамит? – Я не хамлю… мэм. – Тогда какого чёрта я всё ещё слышу твой голос? Как и ожидалось, после летних каникул вы обросли жирком, обленились. У меня сложилось ощущение, что вы отправляли на тренировки вместо себя клонов, а сами где-то прохлаждались. Назвать всё увиденное игрой не поворачивается язык. Посредственно? Пф. Звучит слишком красиво. Вы не бегали по площадке, а ползали. Заказать ходули на всех? Тогда ускоримся? – Простите, тренер, но команда соперников едва шевелилась, зачем… – Лонни прикусила язык, осознав, что стесала мозг, пока раскачивалась на океанских волнах. – Миллер, ты уверена, что тебе найдётся место в основном составе? – Тренер, Лонни отлично подбирает мячи, и её длинные передачи невероятно точные, – отметила Адора. Затем она отметила гримасу шестого номера. Понять подругу бывало довольно сложно, ведь если дело касалось её самой, она бросалась в бой, не задумываясь о последствиях. Уивер давила на игроков, нередко заставляя хорошенько прорыдаться после отбоя, но блондинка знала – этот метод работает. Разве могла команда добиться таких результатов, если бы с ними сюсюкались? Разве они стали бы лучшими, слушая одну похвалу? Когда телу больно, то оно становится сильнее. Правила просты. Обижаться бессмысленно. Женский спорт всё ещё оставался спорным явлением. Желающих поглазеть, как девчонки бросают мяч в кольцо, значительно меньше, чем любителей мужского баскетбола. Чтобы получить стипендию в колледж, нужно заполучить чемпионский титул, а для этого внушить каждому сопернику то, что у тех нет ни единого шанса одолеть «Орду». Никогда и никак. – Мёртенс, не поддавайся дурному влиянию. Иначе мне придётся просить полковника перевести тебя в другое подразделение. Для твоего же блага. – Есть, мэм! Я буду стараться, мэм. – Рада это слышать, – хриплый голос Уивер выражал всё, что угодно, но точно не радость. – Ведь капитану нужно стараться больше всех вместе взятых. Команда проголосовала за тебя, а командир поддержал кандидатуру, так что поздравляю. Отличное дополнение в портфолио.       Девушка растерялась, но тут же собралась с мыслями и озарила присутствующих благодарной улыбкой. – Спасибо, тренер. И девочки. Это большая честь. Спасибо, что выбрали меня.       Катра присвистнула, начав громко аплодировать. И не только для того, чтобы подействовать на нервы старухе. Команда робко подхватила ликование. – Чудно… Возвращаемся к важному. У Скорпии четыре провальных броска и пять неудачных передач. Кадет, скажи, где твоё место?       Обращение к именам не сулило ничего хорошо. Спортсменки напрягли спины. – Под кольцом, мэм, – внимание тренера магическим образом уменьшило грозный вид центровой. Старшеклассница с короткой стрижкой сутулилась и прижимала к животу мощные руки. Ей не хотелось отводить взгляд, только ничего поделать с этим она не могла. – Оказывается, ты даже знаешь ответ. Неожиданно. А что должна делать там, помнишь? – Блокировать противника, мэм. – Потрясающе! Кто дальше? Лонни «долгая передача», ты собираешься передвигаться по площадке? У тебя аллергия на пот, бег или что? Наверное, во время каникул участвовала в соревнованиях по поеданию хот-догов на скорость. Ох, Октавия, дорогая, не больно смеяться после того, как хватило ума попасть под локоть Катры?       Широкоплечая девушка поджала губы. Надеяться, что старая ведьма не заметит промашки было глупо. Обе девушки ринулись на подбор мяча и столкнулись. Но если для Катры всё закончилось результативным пасом, то для Октавии обильным кровотечением. И кое-кто ещё должен поплатиться за случившееся. – А вот и наш великолепный дуэт «Орды».       Подруги переглянулись. Шестой номер с нескрываемой усмешкой на лице, предвкушая разгромную речь, а пятый номер концентрируясь на возможности самосовершенствования. Уивер посмаковала момент, вынуждая всех скукожиться ещё сильнее: – Адора, скажи мне, пожалуйста, если Катра решит прыгнуть с обрыва, ты тоже прыгнешь? – Простите, мэм? – С обрыва прыгнешь? – Я не понимаю вас, мэм! – громко выкрикнула блондинка, принимая стойку смирно. – За тебя на площадке думает Мурчес, а ты носишься туда-сюда, как щенок за мячиком. Выглядит потешно. – У нас почти одинаковое количество очков сегодня. – Именно это и есть главная ошибка, Адора. Ты забиваешь. Все остальные способствуют. Это твоя работа. То, что ты учишься в этой Академии – твоя зарплата. Буквально. – Тре…кхм. Тренер, каждая из девочек хорошо бросает. – А с каких пор «хороших бросков» вдруг достаточно для победы? Или вы все пришли сюда не для этого? А зачем тогда? Может быть, повеселиться? Позависать с друзьями? – Мэм, нет, мэм! – разразился хор голосов. Кадеты вытянулись, готовые лопнуть. – Тогда бегом на площадку! Никто не уйдёт в казарму, пока не сделает сто челноков и сто отжиманий. Ужин отменяется, дамы. Судя по всему, запаса белков, жиров и углеводов вам хватит до зимы. Ах да, Катра, не забудь прибраться в раздевалке после. Сержант Хордак любит порядок.

***

      Уже стемнело, когда Катра закончила драить раздевалку и тащилась в опустевший зал, чтобы оттереть кровь Октавии с паркета. Уж за что ей не было стыдно, так за столкновение с надменной неповоротливой выпускницей. Стоило ожидать мести в ближайшее время, но вряд ли это будет чем-то интересным. Она выкатила ведро с мыльной водой к трибунам, где её ожидала Адора. Шестой номер отвернулась, чтобы скрыть смущение: – Тебе нечем заняться, кроме как торчать здесь? – Почему нечем? Я отлично драю полы. До блеска. Посмотри! Ты увидишь под своими ногами мерцание звёзд, – блондинка вскочила с места и нарочито театрально приобняла подругу за плечи. – Вон там созвездие Единорога, а левее сияет Марс. – Ну ты и идиотка, – Мурчес высвободилась из захвата, пока никто не застукал их телячьи нежности. На линии она сбросила тапочки, чтобы пройтись с контрольной проверкой до центра площадки. А затем обернулась.       Подруга осталась на краю. Засунув руки в карманы чёрной куртки спортсменов Академии, она задумчиво раскачивалась. Куртка была привилегией. Все остальные кадеты ограничивались стандартной формой. Когда девушки только поступили в школу, то и помыслить не могли, насколько много для них будет значить то, кем они являются сейчас. – Хэй, Адора! – шестой номер сделала вид, что отправляет Мёртенс пас. Новый капитан в прыжке поймала воображаемый мяч и сорвалась к кольцу. Её белоснежные носки скользили, как по льду. Катра побежала блокировать, но не успела. Блондинка уже праздновала удачный проход. – Хочу, чтобы ты знала – я не голосовала за тебя.       Адора расхохоталась. – Ты голосовала за себя! – Это так очевидно? У меня всё равно не было шансов. Ведьма ненавидит меня… Но не тебя. – Ненавидит? Катра, она просто хочет, чтобы ей не перечили. Будто для тебя тайна, что старшие не выносят, когда им говорят что-либо поперёк. – Тебе можно говорить всё что угодно. Делать, что захочешь, – Мурчес превращала зависть в пение, выпуская её наружу. – Это неправда. – Неужели? Капитанская повязка не жмёт? – Да ладно тебе, Катра!       Мёртенс отправила фантомный пас в сторону напарницы – та проигнорировала миролюбивый жест. Блондинка прикусила губу, пытаясь придумать, что может сказать, но ничего стоящего в голову не приходило. Нахлынула удушающая обида. За подругу. За себя. Краем глаза девушка заметила, как Катра бредёт к выходу. Грудная клетка ощутила занесённый над ней удар. Нужно сжать зубы и стерпеть. Шестой номер нагнулась, подбирая лишь им одним видимый мяч, чтобы спустя секунду исполнить собственный победный танец под кольцом.

***

      Три удара. Пауза. Ещё два удара. Стучались свои. Лонни подошла к окну и распахнула раму. Не удержавшись, она цапнула с головы рослого Рохелио пилотку. Парнишка неодобрительно покачал головой. И всё же протянул сквозь решётку мятый бумажный пакет: – Мы не заметили вас на ужине сегодня. – Охренеть, – Миллер нашла в пакете три бисквита и пачку молока. – Ты лучший! – Ещё бы, – отозвался Кайл. Пока он не подал голос, кадета можно было и не заметить. Его существование Вселенная ставила под сомнение каждый божий день.       Облокачиваясь на подоконник, Катра ловко стащила пилотку второго одноклассника. – Не шути с ним. Кайла сегодня взяли в команду по борьбе, – пригрозил здоровяк.             Девочки прыснули от смеха. Даже Адора, хотя и не имела привычки потешаться над другими людьми. И тут же выглянула в коридор, проверять – не привлекли ли они недоброе внимания сержантов. – Заткнитесь! Я качался всё лето. Взгляните на мои кубики пресса, – парнишка уже вытащил рубашку из расстёгнутых брюк, когда Рохелио опомнился. – Нам пора. Скоро затрубят «отбой». Если застукают под окнами женского туалета – до выпускного не доживём.       Лонни с почестями короновала здравомыслящую голову Рохелио. Иная учесть постигла Кайла. Сделав вид, что зашвырнула трофей в траву, Катра незаметно сунула пилотку здоровяку. Тот нехотя подыграл. Девочки захлопнули раму и забрались в крайнюю кабинку, призывая нового капитана присоединиться к ним. Втроём было тесно, но безопаснее. Употреблять пищу вне Трапезного зала категорически запрещено. Нарушение правил требовало космических скоростей. Они поспешили распаковать бисквиты над унитазом. – Давайте поднимем бокал молока во имя того, чтобы в колледжах нам не пришлось жрать в сортире, – Лонни Миллер набросилась на еду. – За то, чтобы Адора прекратила так психовать каждый раз, когда мы нарушаем устав, – присоединилась к посвящению Катра Мурчес. – За то, чтобы у Кайла всё получилось, – добавила Мёртенс.       Её товарищи разразились рвотными позывами.

***

      Сон никак не шёл. Томление раскручивало Адору в накрахмаленной постели. Мышцы приятно ныли. С тех пор, как она стала кадетом, это ощущение не покидало. Девушка знала, что всё правильно. Пока не притупляется боль, она на верном пути. Внутри тоже тянуло. Карьер углублялся в поисках чего-то особенное. Крохотное пятнышко пустоты разрасталось, проглатывая важное и нужное. Рука Катры свисала со второго яруса. Её расслабленные пальцы парили в воздухе. Блондинка не заметила, как потянулась к ним. Резкий шорох заставил одёрнуться. Накрыться одеялом до самой макушки. Она считала приближающиеся шаги. Кто-то подошёл именно к ней. Прежде чем Адора сообразила, что должна делать, ей зажали рот, а затем выдернули с койки вместе с простынёй. Тело справилось с сопротивлением лучше, чем разум. На пороге казармы девушку уронили: – Тихо! Чёрт, да прекрати! Это дело курток.       Только после этих слов Мёртенс затихла. Она была наслышана о выходках атлетов. Как новому капитану команды ей предстояло пройти нечто вроде инициации. Скрестив пальцы, оставалось надеяться, что Хордак не придумал нечто из ряда вон. Большинство спортсменов Академии были парнями: баскетболисты, футболисты, бейсболисты, борцы, гребцы. Армия качков, считающихся элитой среди кадетов. Школой правили не устав или офицеры, а обладатели форменных чёрных курток. Трудно было найти сержанта, который получил нашивки за прилежную учебу и поведение. Только человек, вписавший имя на доску почёта в Мраморном зале, удостаивался права пить «чай» в гостях у директора. Похищение Адора прировняла к проявлению уважения женской команде. Когда её бросили на пол, блондинка быстро выпуталась из одеяла и встала. Окружающий полумрак сузился до дюжины полубогов, чьи взгляды сверлили её сквозь прорези масок-балаклав. В куртках их плечи выглядели несокрушимыми. А ноги в сланцах и растянутых шортах низвергали к простым смертным: – Кадет-капрал Мёртенс. Сегодня ты сделаешь выбор. Докажешь, что заслуживаешь быть здесь. Среди нас. Докажешь, что для тебя значит Академия. На что ты готова ради твоих товарищей. Цена провала будет высока, но цена трусости ещё выше. – Эм, ладно, сержант Хордак, что мне нужно сделать?       Несколько ребят закашлялись, пытаясь скрыть смешки. Пятому номеру не составило труда узнать голос командира и известного всем капитана футбольной команды.       Девушка не желала ввязываться в неприятности, но порой приходилось замарать руки, чтобы избежать ещё больших проблем. Она отвечала за каждую из девушек – с капитанством или без. Если удастся всего за одну ночь избавить команду от издевательств и прислужничества, то она готова пойти на эту сделку с совестью. – Ты проберёшься в «Этерию» и оставишь у них граффити члена на любом публичном месте. До восхода солнца. – Постой, покинуть кампус без разрешения? За это отчисляют. Спортсмены самодовольно засвистели. Адору охватил гнев. – Ладно! Я сделаю это. И никто из твоих ребят больше не заикнётся об уборке раздевалки после вас. Никаких грязных трусов на полу. Верно? – Верно, капрал. Договор священен. Пока вы приносите Академии победы – вы неприкосновенны. – Никто из твоих ребят даже не посмотрит на девчонок без их разрешения. – Ты торгуешься сейчас, что ли? – фыркнул один из парней. – Я обговариваю условия. Если цена провала так высока, как говоришь, то мне нужен достойный приз. – Ты выкупишь куртку, которую носишь сейчас за красивые глазки. Вы с девчонками станете частью нашей большой любящей семьи. А мы все заботимся друг о друге, Адора.

***

– Господи! – воскликнула Мёртенс, почувствовав, что ломает кому-то кости. Она вернулась в казарму, чтобы принарядиться для вылазки, а на её постели уже поджидала Катра. Тихо захихикав, подруга передразнила, как блондинка хватается за сердце. С соседней койки в них прилетела подушка – привет от Лонни. Девушки вышли в туалет, где при свете стало очевидно, что шестой номер уже в полной боевой готовности. – Ты никуда не идёшь, Катра. – М-м-м, знаменитый властный тон Адоры. Расслабься. Я приготовила нам велосипеды. Они у заднего входа. – Марш спать! Это тебя не касается. – Собираешься топать до «Этерии» пешком? – Ох, конечно же ты подслушивала, – прикрыв глаза, Мёртенс понадеялась, что, когда их откроет, подруги и след простынет. Спорить с ней – испытание не для малодушных. – Согласись, шестёрки Хордака абсолютно не умеют похищать людей. Столько шума подняли. – Это здорово, что хочешь помочь, правда. Я ценю это! Но справлюсь сама. А если поймают тебя, то… – закончить Адора не успела, Катра тут же её перебила. – Знаю-знаю, в отличие от тебя мне влетит по первое число. Времени у нас не особо много. Натягивай уже штаны.

***

      Катра вывела капитана за забор через старые конюшни, да так ловко, что они никому не попались на глаза. Закрутив педали, девушки направились на восток вдоль редких фонарных столбов. Приятный осенний ветер ударял им в спины, толкая вперёд. Ветки деревьев то плотно заслоняли небо, то расступались, обнажая всевидящие ока. Тени, которые преследовали Мёртенс, растворялись в густом мраке. Коридор вдоль рощи перестал окунать в ужас. Запах влажной земли и опадающих листьев возбуждал. Пятый номер набирала скорость. Разгневанное чувство долга уступило сцену удивлению. Она протянула Катре руку, поддразнивая перед тем, как обогнать. Её лучшая подруга кое-что не рассказывает про себя. Нечто значимое. Внезапно ладонь Адоры обхватили холодные пальцы. Всего на мгновение. Мурчес привстала с сидения, чтобы выиграть очередную гонку. Пушистая копна чёрных волос скрыла из виду ухмылку на смуглом лице.       Меньше, чем через час, кадеты спрятали велосипеды в кустах и стали двигаться вдоль кирпичного забора пресловутой Академии «Этерия» – частной школы для экзальтированных отпрысков актёров, владельцев галерей и профессоров истории искусств. Слухов ходило множество. Например, о том, что там совершенно нет учителей и домашних заданий, каждый день на обед подают пиццу, в придачу студенты могут носить пижаму. За деньги, которые платят родители, школа готова исполнить любой каприз. Адоре и Катре приходилось сталкиваться с «этерианцами» во время матчей. У всех девчонок в их команде были разноцветные волосы, а на майках красовалось претензионное название «Принцессы», так что кадеты даже из вежливости не пытались скрывать презрение. – Катра? – зашептала блондинка. – Давай использовать здесь кодовые имена? Осторожность не помешает. – Ладно, и как мне тебя называть? Котик? – Так. Забей. Что хотела? – Кто именно из ребят одолжил тебе велики? – Наши чудесные Кайл и Рохелио. – Хм. А они в курсе, что одолжили их? – Только сейчас об этом подумала, да? – Мурчес хохотнула в такт трещащим на ветру веткам. – Прекрати! Я перенервничала, вот и всё. – Ладно, только не дуйся. Хэй… прости. – Катра? – М? – Спасибо, что помогаешь мне. – Не обольщайся. Это не потому, что ты мне нравишься.       Адора улыбнулась услышанному. Эти слова повторялись так часто, что превратились в заклинание. Она не стала оборачиваться, продолжая топтать высокую траву, пока стена не стала заметно ниже. Спортсменки поняли, что настало время перебраться. Подсадив шестой номер, блондинка и себя перекинула через острые зубцы. Вокруг будто ничего не изменилось. Росли те же сорняки. Кроны деревьев скрывали вторжение от безразличия звёзд. Девушки засомневались, что поблизости вообще есть школа. Но с вершины холма разглядели разбросанные вокруг озера коттеджи. – Может быть, мы забрались в дом престарелых? – фыркнула Мурчес, готовясь к спуску. – Мне кажется, или там в воде лебеди? – Чёрт возьми. Так и есть!       Самое пафосное здание на территории кадеты приняли за главный корпус. Побелённые колонны. Массивные деревянные двери. Нелепая статуя в пустом фонтане. А на стене огромными буквами сотни раз повторялась одна и та же фраза – на латыни, датском, корейском, испанском горели по-детски цветастые буквы «Мы все среди звёзд». Иными словами, идеальное место для осквернения. Блондинка достала из ранца баллончик и хорошенько взболтала. Осталось лишь сделать дело. Ничего сверхъестественного. Пожалуй, выбраться из кампуса было намного опаснее. Пару дежурных взрослых проходили мимо, но спрятаться от них не составило труда. Капитан прыснула краской на асфальт, задев мысок ботинка. Растерянно уставившись на появившуюся точку, она выронила баллончик. – Ты чего, не знаешь, как рисовать член? Ох, давай я сделаю, святоша, – Катра слегка оттолкнула напарницу в сторону. – Стойте! – из-за спин девушек донёсся крик. – Эй! Стойте! Вы кто?       Не сговариваясь, подруги рванули в рощу. Но только в разные стороны. Мурчес отчаянно показывала Адоре, что той нужно свернуть – к оставленным велосипедам. Пятый номер с опозданием откликнулась на сигнал, двигаясь сквозь клёны по диагонали. Несмотря на то, что приходилось взбираться по крутому склону, бежать всё ещё было легко. Преследователи быстро отстали, не в силах соревноваться с воспитанниками Военной Академии. Но темнота забрала напарницу. Кусты вгрызались в брюки, будто не желая увидеть воссоединение. Спотыкаясь об торчащие из земли корни, спрятанные под плотным слоем листьев, блондинка чудом не переломала ноги. Ей нужно было как можно скорее нагнать Катру.       Крепкая ветка врезала Мёртенс по лицу. Девушка опрокинулась на бок от неожиданности и покатилась вниз. Сгруппировавшись, она избежала серьёзных увечий, но не неприятностей. Луч света полоснул по глазам. Ей не сразу удалось разглядеть перед собой двух старшеклассников, хоть их голоса раздавались совсем близко. – Фух, она шевелится. Живая. – Всего-то съехала на заднице. Что с ней станется? Ты лучше посмотри, кто это! Кадет Прайма! – Ты в порядке? Встать можешь?       «Доброго копа» из себя изображал темнокожий парень с модной стрижкой. Его лицо источало необычайную приветливость. А вот полненькая девушка с розовыми волосами, если бы её не сдерживали, могла бы наброситься с кулаками, по крайней мере яростно грозилась это сделать. Она настояла на том, чтобы запястья Адоре связали рукавами толстовки. Пятый номер узнала в ней баскетболистку из «Принцесс». Их лучший снайпер – очень подвижный игрок, но спустя две четверти выжатый лимон.       Подростки не без усилий потащили пленницу в сторону от леса. Дальше от Катры. Некоторое время блондинка колебалась, не желая никого поранить. Для побега достаточно ударить в колено любому из конвоя, а затем толкнуть второго. Но всё-таки на неё не напали, её даже не стукнули, чтобы припугнуть, чем сбили с толку. Пусть и ненадолго. Увидев впереди озеро, девушка запаниковала. Утопление трудно пережить, если не умеешь плавать. Адора от души топнула армейским ботинком по пальцам парнишки. Он взвыл от боли. Принцессу удалось сбросить, но та почти сразу нагнала, запрыгнув на спину кадета. Вдвоём они свалились в жухлую траву. Сверху влез старшеклассник, который умудрился запутать шнурки беглянки в узлы.       Розоволосая спортсменка отправилась за подмогой, оставив приятеля сторожить шпионку из Военной Академии, поскольку он не мог держать темп. Парень подошёл к делу основательно, вооружившись длинной веткой. Только воспользовался он ей не для порки, а как тростью – доковылял до кромки воды, чтобы охладить пострадавшие за правое дело пальцы. – Ты можешь свалить сейчас. Пока Глиммер не вернулась. – Что?! – градус удивления девушки увеличился, когда рядом с ней приземлились щипчики для ногтей. – Прости, я вряд ли смогу их распутать. Сейчас придёт кто-нибудь из учителей. Сообщат в твою школу, родителям… У тебя возникнет много проблем. Мёртенс перестала делать вид, что её руки всё ещё связаны и схватила щипчики. – Шутишь надо мной? – Думаешь, я на тебя собак спущу? – возмутился парнишка. – И толстовку надень. Так издалека сойдёшь за местного ученика.       Пришлось резать шнурки. Но далеко уйти не удалось. Пять фонарных лучей стремительно приближались с пирса. Всё громче раздавалось улюлюканье и гогот. Девушка послушала совета и натянула на себя неожиданный подарок, пряча лицо капюшоном. – Боу, это ты? Чего делаешь? – жилистому мальчишке принадлежал очень взрослый голос и до нелепого жиденькие усики. – Привет! Ногу подвернул. – Чёрт, чувак, тебе помочь? – Не парься. Мне уже помогают.       Компания уставилась на Адору, ожидая, что узнают в ней одну из одноклассниц. Когда этого не произошло, вмешался Боу – её освободитель. – Ночные бдения для новенькой. – О-о-о-о-о-у! Тогда вы обязаны заглянуть к нам на костёр. Из города шоколадное молоко привезли. – Наверное, в другой раз. Моя нога… – Сейчас мы в два счёта доставим тебя до коттеджа. Не переживай. А эта леди… Прости, как тебя зовут? – Э-эм… Дороти, – ответила кадет, не поднимая подбородка. Лучше бы её пытались утопить, подумала девушка. С водой легче справиться, чем с несколькими парнями, предлагающими угоститься посреди ночи «шоколадным молоком». – Ну, вы ведь можете доставить меня на вашу вечеринку. Слова Боу вызвали ликование. Его подхватили и понесли, словно рок-звезду. Или кабанчика для барбекю. Мёртенс оказалась в центре процессии, надеясь, что Катра уже на полпути в Академию.       На опушке в глубине рощи трещал небольшой костёр, вокруг которого собралось больше дюжины ребят, способных раскусить, кто затесался на их празднике. Девушка пристроилась рядом с единственным знакомым. Вскоре каждому из них вручили по банке пива. Светловолосая высокая девушка с впечатляющим загаром заиграла на укулеле, призывая собравшихся самим придумывать слова песен. Матерные стишки чередовались с оперными ариями, а затем разбавились танцами. Адоре предложили чипсы, мармелад, жареный зефир, побренчать на струнах, партию в уно, а затем приторное персиковое вино. Упорно отнекиваясь, она, в конце концов, согласилась на всё. Боу пришлось силой отнимать у кадета стаканчик. – Так, Дороти, если хочешь добраться до своей школы, то тебе бы притормозить. Ох, ты будто в первый раз пьёшь алкоголь. – В первый! – воскликнула блондинка, свалившись в листву. – Пиво отвратительно, но вот вино.       Старшеклассник в отчаянии попросил у знакомых телефон и набрал Глиммер. Когда она пришла, то была в бешенстве из-за выходки друга, но при этом, как и обещала, была без взрослых. – Сколько она выпила? – Стаканчик. – Что? Она же буквально в стельку. – Клянусь, всего стаканчик! Больше расплескала. Кажется, она никогда не бывала на вечеринках, – развёл руками парнишка, прикидывая, за что может ухватиться. – Уверена, каждые выходные кадеты устраивают вакханалии. Поедают сырых голубей. Сжигают амбары. – Ты! Ты хорошо бросаешь… очень… но когда «хороших бросков» было достаточно? – кадет позволила новым знакомым оттащить её от игривого тепла пламени. – Это ты мне? – возмутилась Глиммер. – Прекрати. Видишь же, в каком она состоянии. Может, побрызгать её чуток холодной водой, вдруг поможет? – Может, сдадим её коменданту? Вдруг поможет? – А где Катра? – не заметив поблизости подругу, Адора потеряла щекочущее чувство восторга, что наполняло её последние полчаса. Усталость накатила одновременно с тоской плотной пенящейся волной. Хотелось, чтобы поскорее рассвело. Она попадёт на тренировку, а тогда всё уже будет в порядке.       Глиммер не могла сбавить обороты, подпрыгивая от разъедающей злости. Ноша полностью легла на плечи Боу. А справиться с двухметровой пленницей ему оказалось не по силам. Та сползла вниз к широким корням. – Боу, как тебе вообще пришла идея отвести кадета на вечеринку? – Нас всё равно уже заметили! Вот и подумал, будет проще, если мы окажемся в лесу. Но, наверное, ей было так весело, что она не хотела уходить. – Нельзя брататься с врагами! Ты хоть представляешь, как мне было стыдно, когда я вытащила учителя из постели, чтобы посмотреть на… оу, ничего! Меня наказали за ночные прогулки до конца месяца. – Прости, что так получилось, – раскаялся старшеклассник. – Глиммер… Прости, – вторила Адора. Её рассмешил собственный голос.       Ради подруги Боу из последних сил старался удержать на лице серьёзную мину. – Кхм, Дороти, скажи, что ты вообще здесь делала? – Я должна сделать член. – Что?! – подростки в недоумении переглянулись. – Пенис! – Мы не поняли другую часть, – раздражённо пискнула розоволосая спортсменка. – Ох, ребят, это сделка с Хордаком. Ну чего вы тупите?       Услышав прославленное малоприятными подвигами имя, студенты «Этерии» встрепенулись. Парень прислонил кадета к стволу старого клёна. – Что за сделка? Дороти, о чём ты? Давай же, соберись! Это безумно важно. – М-м, какая ещё Дороти? – пятый номер огляделась кругом в поисках названного человека. – Это ты! – парень был в отчаянии. Глиммер тоже. – Стаканчик? Серьёзно? Блондинку вывернуло наизнанку. – Меня… меня зовут Адора. – О! Смотри, ей лучше! – Боу, она блеванула тебе на кроссовки.

***

      Звёзды всё ещё были видны, когда кадет почувствовала себя бодрее. Воздух настолько сильно остыл, что изо рта вырывался пар. Боу явно было комфортно в футболке и шортах. Он перестал поддерживать Адору, позволяя ей двигаться самостоятельно. Розоволосая принцесса держалась чуть впереди и неистово лупила встречные кусты палкой. Чтобы не разозлить девушку ещё сильнее, пятый номер перешла на шёпот: – Тебе не холодно? – Ха! Нет, у меня, наверное, какой-то особенный обмен веществ. Могу ходить так чуть ли не до первого снега. – Звучит здорово. И странно. И здорово. Эм, Боу, можно вопрос? – Валяй, – улыбнулся парнишка. – Почему Глиммер так ненавидит кадетов? – Ух, причин настолько много, что я не знаю даже, с какой начать. Без обид, Адора, но если бы тебя увидели здесь в форме, то… Кхм. Кто-нибудь из «Орды» постоянно пробирается сюда, чтобы повыпендриваться. Ты не первая. И не будешь последней. – Постоянно? Не может быть. Покинуть кампус без разрешения… – блондинка осеклась, вспоминая, как подруга легко вывела её сегодня за забор. – Откуда знаешь, что это ребята именно из моей школы? – Будто вы скрываетесь! Чёрные куртки. – Что они делают? – Портят что-нибудь. Ломают. Ходят слухи, что лет десять назад они сожгли наше футбольное поле. Но это, конечно, только слухи. Помню, как в прошлом году мы пошли утром на занятия и увидели, как все каноэ дрейфуют по озеру. Ещё помню, как они мочились на двери коттеджей. А столкнуться с кадетами в городе – себе дороже. Для Глиммер же всё острее из-за баскетбола. – Она капитан «Принцесс». Я знаю. – Откуда? – Потому что я капитан «Орды». Мы играли прошлой весной против вашей школы в полуфинале чемпионата. – Ты? Да брось! В смысле, ого! – Боу внимательно обвёл собеседницу взглядом, словно надеялся увидеть кого-то другого. – Я никогда не встречал настолько адекватного спортсмена из кадетов. Чёрт! Прозвучало ужасно, прости. – Порядок, – пожала плечами Мёртенс, рассматривая брызги краски на мыске. – То, о чём ты говоришь – мне трудно поверить в это. – Правда? – снисходительный тон парнишки задел Адору. – Что не так с моей командой? Боу, что не так с баскетболом? – Эм, всё? Допинг. Взятки судьям. Нарушения ограничений, – попытки старшеклассника остаться беспристрастным провалились. – Каждый знает, Хордак держит курток на коротком поводке, потому что поставляет им стероиды, стимуляторы. Это и есть причина нескончаемой череды побед вашей Академии. И никто не может поймать вас на мошенничестве, потому что всё куплено. Даже места в колледжах. А стоит сунуться в это дело, как придут кадеты и заткнут тебе рот. – Враньё! – Адора оттолкнула парня. – Ты всё врёшь!       К её лицу хлынул жар. Она сделала несколько неловких шагов назад, растерянно наблюдая за испугавшимися подростками. Ноги и руки девушки отяжелели. Пришлось заставить себя сорваться с места, иначе злость не довела бы её до добра. Когда бежишь, тело знает, что нужно делать, голова знает, о чём думать. Только бегать без остановки невозможно.       Кто-то грубо повалил блондинку в высокую траву. – Хэй, Адора! Спокойно! – воскликнула Катра после того, как получила локтем по зубам. – Что ты здесь делаешь?! – Реально думала, что я оставила тебя здесь и свалила? Совсем идиотка?       Из-за деревьев показались три силуэта в камуфляже: Рохелио, Кайл и Лонни. Несмотря на скрывающие лица маски их легко было узнать. Слишком много времени они проводили вместе. – Она в порядке? – Миллер не решилась адресовать вопрос капитану. – Судя по всему, немного не в себе, – шестой номер помогла подруге подняться. – А теперь пойдём и отметелим тех придурков, что схватили Адору. Они были где-то ниже по склону. – Нет! Никто никого не будет бить, – Мёртенс прикрикнула на одноклассников, чем вывела из себя Лонни. – Мы тащились в такую даль и даже не отлупим этерианцев? Да ты сошла с ума! – Мы все уходим прямо сейчас, ясно? Марш!       Кадеты уставились друг на друга, пытаясь решить, чьё из их мнений более весомо. Адора схватила Катру за рукав и поволокла вглубь рощи. Кайл попытался провернуть то же самое с оставшимися, но не смог сдвинуть их с места, пока те сами не последовали за девушками.       Возвращались они в полном молчании, отсчитывая минуты до рассвета. Перекличка птиц предвещала общее построение, опоздать на которое было немыслимо. Сероватый новорождённый свет расплывался по узкой асфальтовой дороге. Пятый номер устроилась на багажнике у здоровяка, прижавшись щекой к его надёжной широкой спине. Она пыталась представить, как Рохелио мочится на чью-то дверь забавы ради. Или покупает у Хордака стероиды, расплачиваясь послушанием. Но ничего не выходило. Никто из её друзей не помещался в этот паззл.

***

      После возвращения в Военную Академию всё изменилось к лучшему. Никаких уборок в раздевалке после парней. Розыгрыши и подтрунивания свелись к минимуму для команды и даже для отряда Мёртенс. Байки о вылазке в «Этерию» обрастали впечатляющими подробностями благодаря талантам Катры. Если бы девушки просто сделали, что требовалось, то получилось бы и в половину не так эффектно. Толстовка вражеской школы приравнялась к боевому трофею и была показательно изуродована на собрании чёрных курток, на котором впервые посчастливилось присутствовать баскетболисткам. В четверг на обед угощали шоколадным пудингом, а тренер неожиданно умерила пыл, дав девушкам просто побросать мяч. Мурчес готова была поклясться, что никогда ещё не была столь близка к счастью, как сейчас. Но чем лучше становился мир вокруг, тем хуже себя ощущала Адора. – Простите, мэм, можно вас побеспокоить? – заглянув в кабинет мадам Уивер, блондинка надеялась сохранить уверенный настрой до самого конца беседы, а не только на приветствии. – Ах, это ты! Присаживайся. У меня как раз есть для тебя хорошая новость.       На стол перед кадетом лёг глянцевый проспект частного университета. Пролистать его она не решилась. Нельзя было давать тренеру повод подловить, иначе для следующего разговора придётся собираться с мыслями ещё дольше. – Не бойся, Мёртенс. Это явь, а не сон, – женщина усмехнулась, кивая на набитый дорогущей спортивной одеждой пакет. – «Пионеры» университета Пилтовера очень заинтересованы в тебе. Даже передали комплимент. – Кхм, не могу это взять, – робко опустившись в кресло, Адора отставила подарок в сторону. – Я всё ещё рассчитываю получить стипендию Мичиганского госуниверситета. Мне нравится их астрономическая программа, и… – Тебе не нужно ничего «рассчитывать», дорогая. Для этого у тебя есть я. Играй не хуже, чем сейчас, и всё будет в порядке, – обволакивающий заботой голос Уивер просачивался в каждую клеточку капитана. – Кхм! Мэм, мне бы как раз хотелось обсудить кое-что… Можно ли сократить для меня часы тренировок? – Что, прости?! – опешила женщина. – Хочу уделять больше времени учёбе, – пальцы Мёртенс крепко вцепились в ручки кресла, но она, не моргнув, выдержала взгляд тренера. – Адора, это не поможет тебе. Какая к чёрту астрономия? Ты на свои оценки сквозь розовые очки смотришь? – Именно поэтому мне и нужно… – Пахать на спортивной площадке! Чтобы «Пионеры» не передумали. Спортивная стипендия – твой единственный шанс не оказаться после школы на кассе в каком-нибудь вшивом супермаркете. Или у тебя сердце не может докачать кровь до извилин, чтобы осознать это?       Кадет попыталась вжать длинные конечности в тело, только тщетно. От них было уже не избавиться. – А если я получу травму? Тогда ни один колледж не захочет меня. Помните, что случилось с Катрой в прошлом сезоне? А если бы… – Подружка внушила тебе всю эту чушь? – рявкнула тренер Уивер. – Нет! Это я! Это моё… – Адора судорожно глотала воздух, как выброшенная на берег рыба. – Мне придётся обсудить с сержантом Хордаком ваши ненормальные отношения с Катрой. С самого начала я поняла, этой дрянной девчонке здесь не место. – Тренер, она вообще ни при чём! – схватив рекламный проспект, блондинка вскочила на ноги. – Я подумаю. В смысле, отличный ведь вариант. У них есть тут… школа бизнеса. Вау! – Будь послушной девочкой, Адора. И скоро окажешься на драфте в профессиональную лигу.

***

      Сидя на воскресной службе в часовне Академии, впервые за два года Мёртенс не могла внимать словам капеллана. Может быть, и не в первые, но никогда ещё услышанное не обращалось в сплошную абракадабру. Она рассматривала затылки других кадетов, витражи на окнах, свои начищенные туфли. Время медленно растекалось. Мир казался плоским. Квадратным. И тесным. Катра дремала, облокотившись на плечо подруги. И каждые несколько минут Рохелио расталкивал её, чтобы не застукал никто из сержантов.       Блондинка взяла с полочки на передней скамье Библию, потрёпанную сотнями прикосновений. Страница была выбрана наобум. Взгляд сразу вонзился в одну единственную фразу: «а от дерева познания добра и зла не ешь от него, ибо в день, в который ты вкусишь от него, смертью умрёшь»       Капитан с силой захлопнула книгу, будто от этого зависела её жизнь.

***

– Катра, можем поговорить? – Пфф, с каких пор тебе нужно разрешение на это?       Девушки отстали от толпы нарядных кадетов, расходящихся из часовни. Прогуливаясь вдоль аллеи, они ждали, когда останутся совершенно одни. Их окружали пустые тренировочные поля, залитые тлеющим осенним теплом. Пятый номер выжидала подходящего момента, будто раскачалась на качелях до тошноты и набиралась храбрости спрыгнуть. Слова не шли. Пока Мёртенс дрейфовала между крайностями, Мурчес перебирала все возможные темы, которые требовали быть спрятанными от чужаков. – Ты в норме? – Ха… да! Просто не знаю, как начать. – Эм, Адора, ты втюрилась, что ли? – Что? Не-е-е-ет! – блондинка не заметила, как изменилась в лице подруга. – Послушай, Катра, я доверяю тебе больше всех здесь. – Ты доверяешь вообще всем, – на губах шестого номера проскользнула ехидная улыбка. – Но тебе больше всех. – Очень мило. Ладно, прости. В чём дело-то? – Ты знаешь о сержанте Хордаке? – мысли Адоры разрывались и запутывались. – Что он придурок или нечто менее очевидное? – Кхем. О допинге, – капитан перешла на шёпот, хотя рядом не было видно ни души. – Слышала что-нибудь о том, что Хордак поставляет нашим спортсменам… запрещённые препараты?       Шестой номер изобразила удивление. Увидев, что подруга не шутит, Мурчес удивилась по-настоящему. – Где ты была всё это время, Адора? – Это правда? – прохрипела девушка. У неё никак не получалось распахнуть пуговицу на вороте. – Не притворяешься сейчас? – Катра закатила глаза. – Я думала, ты и сама на стероидах. Чёрт, так носиться по площадке просто невозможно! И твоё тело... вымахало, как у великанши. На местной картошке отъелась, что ли? – Почему до сих пор никого не поймали?! Мы же проходим проверки во время сезона. – Идиотка, дети главы департамента здравоохранения учатся здесь. В Академии много интересных личностей. Это ведь лучшая частная школа округа. С лучшей спортивной программой. Нам вообще повезло оказаться… – Повезло… – пробормотала блондинка, борясь с нарастающей лихорадкой. – Надо сказать тренерам. Мы должны сказать… Милосердие взяло верх. Катра заботливо расстегнула мундир подруги и обхватила её раскрасневшиеся щеки. – Сделай глубокий вдох, хорошо? – Катра, ты… Ты употребляешь что-то? – Все употребляют, но попадаются лишь неудачники. – Просто ответь на вопрос.       Прохладные ладони шестого номера отпустили Мёртенс парить среди болезненных догадок. – Моё колено перед полуфиналом не по волшебству за две недели восстановилось.

***

      Катра знала, что ещё может повернуть. Сделать вид, будто забыла конспект в классе. Плотный поток кадетов, спешащих на следующий урок, постепенно выталкивал её ближе к ведьме Уивер. Женщина в чёрно-красном спортивном костюме неотрывно смотрела на шестой номер. Её внимание не сулило ничего хорошего. И если на площадке всегда знаешь, чего ждать, то вне паркета правила игры усложнялись. В конце концов, девушка решила, что лягушку надо заглатывать целиком, поэтому перешла на уверенный шаг. – Здравствуйте, мэм.       Покровительственно обхватив спортсменку за плечи, тренер повела её на первый этаж, интересуясь успехами в учёбе. Под вой звонка они оказались напротив огромной витрины с призами «Орды», в которых сотни раз отражались фигуры смотрящих. Стены Мраморного Зала держали снимки команд и капитанов, как медали на груди. Топот стих. – Впечатляет, верно? – женщина довольно дружелюбно улыбнулась Катре, не выпуская её из объятий. Никто из взрослых никогда так не делал, по крайней мере, кадет об этом не помнила. Отголоски видений о родителях оказались погребены слишком далеко, чтобы до них добраться. – Да, мэм. – Как думаешь, к концу сезона наша команда поставит сюда кубок чемпионата? – Надеюсь. – Надеешься? В моей карьере не часто попадались по-настоящему одарённые спортсменки. Большинство играет сносно, но лишь единицы способны на то, что может Мёртенс.       Шестой номер плотно сжала губы, наблюдая за отражением лица Уивер в витрине. Рука женщины вцепилась в воротник Катры. – Она рассказывала о том, что хочет перевестись в другую школу? – Что? Нет! – прохрипела девушка, стукнувшись лбом об стекло. – Уверена? – Я ничего не знаю об этом! – Тогда слушай внимательно, соплячка. Ты сделаешь всё, чтобы твоя подружка осталась в Академии. Развлекай её, умоляй, шантажируй. Мне плевать. Хочешь играть в команде? Придётся заслужить эту привилегию. Без Адоры ты бесполезна на площадке. Пока я не захочу, ни один зачуханный колледж не возьмёт тебя к себе.