Изенгрим

Наконец все дела были закончены. Мизинец, посоветовавшись с ИсИн, придумал план проникновения в Город. План, конечно, рискованный, но он позволил бы Мизинцу свободно перемещаться по Городу в поисках брата и сестёр. Мизинец решил прийти в Город со своей подлинной историей – дескать, его мать, урождённая Высокородная, из-за аварии летающей машины оказалась в Лесу и, потеряв память, была вынуждена скитаться с Кланом дикарей. А ему не нравится такая жизнь и он хочет посмотреть, как живут родичи его матери и, если ему позволят, остаться в Городе. В принципе против этого не могло быть возражений, поскольку Мизинец унаследовал от матери изящное телосложение и бело-золотые волосы типичного Высокородного, вот только глаза у него были отцовские. С другой стороны, если многие поколения Высокородные смешивают свою кровь с кровью женщин Леса – вряд ли против этого могли быть возражения. А если бы его стали гнать прочь или попробовали бы сделать своим рабом – тут уж Мизинцу оставалось только надеяться на свои новые умения. Молчуна Мизинец хотел объявить своим дальним родственником со стороны отца, пожелавшим служить ему. Более того, когда ИсИн ещё раз считал данные с кристалла и скопировал их для верности, он установил имя матери Мизинца. Её звали Гил-Лэ, а спутника её – Щи-Нэ. Возможно, что ему удастся найти родных матери, и, возможно (хотя и маловероятно), они захотят позаботиться о нём. Почему маловероятно? А потому что мать Мизинца и её спутник бежали из Города как преступники. Вероятно, всё дело было в той самой методике, которую Гил-Лэ и Щи-Нэ разработали совместно. Возможно, что их гибель – дело рук тех, кто не хотел перемен. Поэтому Мизинец решил молчать и о кристалле, и о методике, понимая, что вряд ли у него объявится толпа доброжелателей. А вот толпа врагов – запросто. Так что у него было два кристалла. Один с полной методикой, другой со слегка … подправленными данными. Мало ли какая может возникнуть ситуация. Оба кристалла были заключены в капсулу, вделанную в металлический браслет, якобы оставленный Мизинцу матерью перед смертью. Похожие браслеты ИсИн видел во время своих наблюдений у Людей из Города и сделал вывод, что это часть какого-то коммуникативного устройства, используемого для связи. Так что подозрений это вызвать было не должно. Капсулу в случае чего можно было легко извлечь из браслета и спрятать где-либо ещё. Предметом особых споров стала одежда. ИсИн мог, в принципе скопировать всё, что угодно, но это было бы чересчур подозрительно – как мальчик мог оказаться одетым в одежду Высокородных спустя четырнадцать лет жизни его матери в Лесу? А прийти в одежде Лесного охотника - значило закончить диалог, не начав его. Сошлись на рубахе из домотканой ткани и таких же штанах. С одной стороны – не похоже на обычных Людей леса, с другой стороны – не вызывает особых подозрений. Трава, из волокон которой можно было делать нити, росла в изобилии, правда, процесс этот был достаточно трудоёмкий, но иногда женщины Кланов к нему прибегали. Травяная одежда была обычной для девушки в день Посвящения, когда она официально становилась невестой. Мужчины, правда, такое не надевали, но вряд ли Люди из Города в курсе подобных тонкостей. Так что с одеждой всё был решено, обувь решили оставить прежнюю – сандалии с плетёными кожаными ремешками, а немногочисленные пожитки уместились в небольших кожаных мешках. Мизинец и Молчун были готовы выступить, но прежде они сопроводили Видящего Тайное в Клан Стрелы и посвятили его в свои планы. Вождь Стрела попробовал было возмутиться, заявив, что не желает, чтобы младший братишка совал голову в пасть урру, но новоприобретённые умения Мизинца убедили его в том, что тот избран Духами. С этим не поспоришь. Стрела и не стал, дал обещание оберегать Видящего Тайное и принял к сведению заявление брата о том, что когда он вернётся из Города, освободив брата, сестёр и Зоркого – Кланы на зимовке должны принять важное решение о переходе к оседлой жизни, и что с Людьми из Города Мизинец договорится. Стрела покивал, согласился, но про себя решил, что Духи помутили младшему братишке разум после смерти родителей. Где это видано, чтобы два подростка, даже не вошедшие в возраст охотников, одолели Людей из Города? Одна только надежда – на то, что Духи всегда добры к тем, кому помутили разум, может братишка и вернётся живым. А уж тогда Стрела сумеет о нём позаботиться. Пусть беседует себе со своими Духами – это ведь никому не мешает. Мизинец прекрасно видел, что брат не поверил ему, посчитав сумасшедшим, но переубеждать его не стал, хотя легко мог это сделать, используя своё новое умение. Но он не хотел этого делать. Если побег удастся, и они вернутся – брат поверит ему и так. А если нет – пусть думает, что Мизинца забрали к себе Духи Леса – не будет лишний раз расстраиваться. А то из-за отца с матерью вон как горюет, хотя и виду не подаёт. На следующий день, попрощавшись со всеми, подростки отправились назад к Кристальным пещерам, где был спрятана летающая машина, которую сотворили для них по приказу ИсИн роботы-ремонтники. Машина была проста в обращении, очень удобна и отличалась большой грузоподъемностью. В случае чего, на ней могли улететь не только Мизинец с Молчуном, но и все, кого они планировали спасти. На машине Мизинец и Молчун легко проделали за несколько часов путь, который занял бы у них несколько суток. Потом они надёжно спрятали машину в овраге, хорошенько её замаскировав, и остаток пути до Города прошли пешком. Сияющий купол Города был виден издалека, но мальчики прошли весь день, и только тогда приблизились к нему. Уже в вечерних сумерках они оказались у границы купола. Внутрь вела серая гладкая дорожка, но пройти по ней внутрь было невозможно – полупрозрачная стена окружала купол. - И что мы будем делать? – спросил Молчун, - может быть, заночуем поблизости? - Чтобы Люди из Города убедились в нашей слабости? Нет. ИсИн наделил меня возможностью открывать любые двери. - Но здесь нет никакой двери. Нет даже намёка на дверь. - Неправда. Есть дорога – значит, есть и дверь. Просто мы не видим её. И Мизинец подошёл по дорожке к куполу и приложил ладони к нему. Некоторое время ничего не происходило, но вдруг поверхность купола пошла рябью и в ней открылся узкий тёмный проход. - Вот видишь, - сказал Мизинец, - идём. Молчун шумно сглотнул, собрался с силами и шагнул вперёд, вслед за Мизинцем. Шаг, ещё шаг… И вот они уже внутри купола. И стоило им там оказаться, как что-то загудело, замелькали разноцветные огоньки, и холодный женский голос произнёс: - Тревога! Тревога! Прорыв периметра на уровне Высших. Объекты не идентифицируются, повторяю – объекты не идентифицируются. Силам правопорядка немедленно прибыть к месту прорыва. - Ой, что будет… - растерянно произнёс Молчун, - они ж нас подстрелят сначала, а потом разбираться будут… - Ну, подстрелить нас сейчас сложно, - отозвался Мизинец, стараясь, чтобы его голос звучал как можно более уверенно, - так что ждём пока. Ждать пришлось совсем недолго. Через пару ударов сердца прямо над незваными гостями зависла летающая машина, и прямо из неё на землю по тонким почти прозрачным нитям, посыпались человеческие фигурки. Они взяли Мизинца и Молчуна в круг и наставили на них серебристые стреляющие палки. Благодаря ИсИн, Мизинец теперь знал, что называются они «бластеры». Мизинец прошептал Молчуну: - Делай как я! – и поднял обе руки, показывая, что он не вооружён. Один из прибывших отрывисто скомандовал: - Отбой! – и все опустили оружие. А командир (судя по светло-рыжим волосам и фиолетовым глазам – это был Высокородный) приблизился к Мизинцу и Молчуну вплотную и насмешливо произнёс: - Впервые вижу, чтобы дикари сами приходили сюда. Обычно они боятся этого места, как огня. Мизинец осторожно опустил руки и спокойным, особенным, внушающим голосом произнёс: - Мы не дикари. Не стоило угрожать нам бластерами. Моя мать была Высокородной, и я всего лишь пришёл увидеть то, что принадлежит мне по праву. Лицо командира стало очень задумчивым. Мальчишка действительно походил на Высокородного, да и выражался слишком грамотно для дикаря. Но… - Как твоя мать, Высокородная, могла оказаться среди дикарей? - Не знаю, - спокойно ответил Мизинец. – Я знаю лишь то, что ей пришлось бежать из Города по какой-то причине. Её имя Гил-Лэ. - Не может быть! – на мгновение холодная маска на лице командира дала трещину. – Так Гил-Лэ не погибла? И ты её сын? И тебя зовут… - Ми… - начал Мизинец, но потом опомнился, - Ми-Лэ. Так меня называла мать. - А ты знаешь Ми-Лэ, что твоё родство легко подтвердить или опровергнуть? - Знаю, - ответил Мизинец, - кажется, это называется анализ ДНК. Я готов. - Что ж, - заметил мужчина – ты явно слишком много знаешь для дикаря. Очень возможно, что ты говоришь правду. Он сделал знак рукой, и летающая машина снизилась. - Забирайтесь, - приказал мужчина, - разберёмся, какой ты там Высокородный. Тем более, что весь генетический материал под рукой. Если ты говоришь правду – то ты мой племянник. Меня зовут Гар-Лэ. Гил-Лэ была моей младшей сестрой.